Попадалово.

      Я пошла напрямую в кабинет хранителя нашей библиотеки, Вэнь Вэймину. Мне не надо было спрашивать, где он и что с ним. Я уже знала, где он. В своём кабинете. Когда глава пика един со своим охранным барьером на пике, он может найти на нём любого человека. Просто, если мужчине надо сесть в позу лотоса, послать запрос, сосредоточиться, то он получит ответ на свой запрос, когда переберёт в мозге кучу логических вариантов. А женщина больше на интуиции: послала запрос, тут же получила ответ и идёт по нему. А с энергией барьера работа немного по-другому строится и отличается у души Инь и Ян. Ян — как эхолот, посылает импульс и ловит отражение, Инь — уже получает импульсы от всего, что выпускает ци вокруг неё, ей надо найти в этом месиве данных нужный файл. Хотя вру. Я могу работать так и так. Но я просто послала запрос и получила ответ, и сейчас его отрабатывала. В кабинете, полном стеллажей, забитым свитками и тетрадками, за столом, освещённым магическим светильниками, сидел хранитель библиотеки, что был закопан под грудой всего этого.       — Добрый вечер, уважаемый Вэнь Вэймин.       Хранитель оторвал голову от бумаг, сосредоточил на мне взгляд, переключился с работы на меня.       — Глава Шэнь Цинцю, рад вас видеть у себя, чем обязан вашему визиту?       — О, а я к вам с подарками, и ещё у меня к вам есть очень важное дело, которое требует участие ваших помощников.       — Это очень интересно, но я сейчас очень сильно занят.       — Хорошо, значит, сразу к делу: назначьте ответственных людей для моего запроса и можете дальше заниматься своими неотложными делами.       Хранитель недовольно посмотрел на меня, понял, что я не отстану, взял с подставки колокольчик и позвонил. Тут явились два бойца, одинаковых с лица. Своим китайским лицом они, конечно, отличались друг от друга, но вот одеждой, поклонами и выражениями лица были один в один. Нереальная дисциплина среди творческой интеллигенции и готовность служить родному пику.       — Что прикажете, хранитель?       Ах, даже так? Он им тут приказы раздаёт, а мне нельзя? Только просьбы?       — У главы для вас серьёзное задание, слушайте внимательно.       У хранителя библиотеки есть своя личная армия? Нифига себе, всё лучшее детям! Тоже хочу! Надо менять привычные формулировки своей аффирмации. Какую бы подобрать? Чтобы я так жил! Во! Правильно! Я же такого себе тоже хочу и сама отрекаюсь от этого вслух, а евреи правы, раз ты этого хочешь, так желай это себе.       Хранитель продолжил спокойно и сосредоточенно дальше раскладывать свои бумажки, поднимая и опять ставя резные дощечки пресс-папье, мало что там главе Цинцзин нужно. Он передал это дело своим ученикам, а ему самому есть чем заняться, тем более глава не ждёт, что он сейчас вскочит и будет улыбаться, и кланяться. Парни выпрямились, повернулись ко мне и стали внимательно ждать указаний.       — Вкратце, ситуация такая: сейчас идут стройки и ремонты на многих пиках, которые ведёт пик Аньдин. Дело в том, что этот пик подозревается мной в уничтожении барьеров и разграблении скрытых архивов. Например, на нашем пике они подключили к барьеру демонический портал, который мог быть использован демонами в любой момент для вторжения в школу. Большинство моих искажений ци было из-за неправильно работающего барьера на пике Цинцзин. И мои обвинения были пропущены мимо ушей, и не восприняты всерьёз. Я попросил главу нашей школы Юэ Цинъюаня выслать наблюдателей с пика барьеров Гуандун на строительные работы, они должны проследить, чтобы барьеры пиков не были уничтожены, а также привести их в порядок. Ваша задача — изъятие и сохранение всех письменных источников, которые вы сможете обнаружить, не допустить их уничтожение под видом строительного мусора. Проследить за достойными похоронами найденных трупов аскетов и не допустить пропажу и продажу на сторону найденных редких артефактов. На каждый пик, где идут строительные работы, отправите свои команды с ответственным главой, можете подключить ребят с архива школы Журавля, а также бойцов из клуба айкидо, который я веду, они спокойные и умеют обездвиживать людей с минимальным уроном для их здоровья. Постарайтесь быть при этом предельно вежливыми. Если скажут, что это мусор, и мы его выкидывают, скажите: «Мы вам поможем. Раз это мусор, мы его заберём». Действуйте по правилам устава школы «не один клочок знаний не должен быть утерян», «мы не отдаём знания из школы на сторону» и «рукописи из архива могут быть направлены в другой архив, но никогда на помойку». Постарайтесь уговорить мирно сотрудничать, а если нет — усыпляющие заклинания вам в помощь. Никаких избиений и сломанных костей там! Они тоже ученики нашей школы и выполняют приказ своих старейшин. Наша задача спасти знания от уничтожения и не поссорится при этом с другими пиками. С их старейшинами я разберусь сам лично, не переживайте.       Хранитель оторвал руки от бумаг, как только услышал моё наставление своим людям, прижал все документы камнями и стал внимательно слушать, всё больше переживая о том, что я говорю.       — Это же очень важное дело, глава, что же вы сразу не сказали?       — Я был занят и совсем об этом не подумал. Строительство уже началось, и мы не знаем, сколько уникальных свитков мы уже потеряли. А мне нужно срочно в архив, я хочу знать, где находились древние здания школ, и не ведётся ли ремонт, конечно же, случайно, именно в тех местах.       — Я вам помогу, глава.       Хранитель ещё раз позвонил в колокольчик, но его звон на этот раз отличался, а сам хранитель уже не был таким спокойным и весь в своих делах, как в начале нашей встречи. Теперь он явно переживал за дело, с которым я к нему пришла, и хотел сам в нём участвовать. Хороший всё-таки человек, наш, и его нетрудно смотивировать для стоящего дела за всё хорошее, против всего плохого. Вошли сразу четверо человек.       — Так, вы двое, разобрать мои бумаги на столе. А мы все сейчас в архив. Мы все должны знать местонахождение этих строений, чтобы понять, не идёт ли строительство именно в этих местах.       Мы шли в архив всей толпой, и по дороге к нам присоединились ещё люди.       — Думаете, всё так серьёзно, глава?       — Последнее задание было ловушкой для моего похищения. Это бы здорово ударило по репутации и безопасности школы. Мы свои барьеры отремонтировали, но вот без главы они всё равно работают не в полную силу. Глава Лю Цингэ очень вовремя получил плохие новости о своёй семье и теперь справляется со своими проблемами с током ци в пещерах Линси. Пик Байчжань остался без главы, что тоже плохо сказывается на работе пика. Что это как не спланированное ослабление нашей школы? Если будем сейчас спать, потом поздно уже будет спасать школу.       — Может быть, всё не так плохо?       — Да, а может быть, наоборот — всё гораздо хуже.       Мы дошли по лестницам и коридорам до архива, размещенного не то что в подвале, а почти в бункере на небольшой город, который располагался под двумя пиками Байчжань и Цинцзин. Хранитель открыл нам большие двери.       — Постойте, я сейчас быстро найду то, что нам надо, — сказала я, жестом остановив всех и выйдя вперёд.       Я вошла на площадку перед дверью, кто-то пустил ци в светильники архива, и они стали разгораться, пытаясь прогнать тьму, постепенно набирая силу. Прям светодиодные лампы! Лампочки накала включились бы сразу и ударили бы своим светом нам по глазам, ослепив. А эти лампы были бережны к зрению входящих. Интересно, а есть ли программа, чтобы на взлом эти лампы как раз били по глазам ярким светом? А потом стрелы или дротики со всех сторон. Не-а, не получится, лучше турели под потолком. Интересно, тут уже есть такой режим или с ловушками у нас не очень? Надо не забыть потом спросить, когда будет свободное время. Где только оно? Свободное время — редкий зверь в моём расписании. Я сформировала печать с запросом и влила ци в огромную печать под ногами. Ци разошлась по печати на полу жёлтыми кругами, пошла дальше по полу архива, поднялась по стеллажам, и оттуда стали вылетать нужные мне по запросу свитки. Теперь никто мне не мог сказать, что у нас их нет. Надо навестить Шан Цинхуа и его архив. Меня интересуют только древние техники развития, бухгалтерию и порнороманчики может оставить себе. Свитки повисли в воздухе и развернулись.       — Можете заходить и запоминать, где находятся древние постройки на пиках, тут есть рисунки.       Все зашли в круг и стали изучать изображения на свитках. Я тоже ходила кругами и запоминала всё с картины, все свитки и то, что на них написано, мало ли что.       — Простите, я не могу понять, тут вроде бы горы одинаковые, а здания разные, — сказал один из учеников.       Я подошла ближе. И вправду. Горы одинаковые, а строения на них разные и явно нарисованы разными художниками.       — Нет, здесь всё правильно. Смотрите, лестницы и подвальные помещения из камней одинаковые, а верхние здания разные, значит, здание было снесено и построено заново в другом стиле, а вот эти подвалы — самое древнее, что осталось, внимательно присмотритесь и постарайтесь их запомнить, и найти. Запомните горы вокруг здания, когда полетите на мече, постарайтесь найти именно эти строения и обратите внимание на то, если зданий уже нет, их не ремонтируют, а из них явно что-то выносят. Все документы должны остаться в школе, они не подлежат вывозу с нашей территории куда-либо. Их надо восстановить и начать использовать, как образцы древней письменности, нашей истории, может быть, можно будет дополнить историю школы. Очень важно найти повод, чтобы ученики гордились, что они учатся в такой древней школе. Также древние техники тоже подлежат изучению, но уже внутренними учениками. Ладно, задание я дал, запоминайте информацию, а у меня ещё дела есть.       Но я не ушла, а стала внимательно рассматривать свитки, дальше не пуская ни одного. Ко мне подошёл один из внутренних работающих в архиве учеников, и осторожно спросил:       — Простите меня, уважаемый глава Шэнь Цинцю, вы планируете посетить пик Аньдин?       — Да, планирую устроить ночную вылазку и остановить уничтожение ценных документов и артефактов на их мусорке. Надо было мне чаще туда заходить, я не знаю, сколько рукописей они уже сожгли. У меня есть человечек, который мне передаёт оттуда выброшенные свитки, но он не каждый день работает на помойке. Да и цены за спасение рукописей у него постоянно растут. Мне кажется, он уже понял их ценность и продаёт часть на сторону. Взять бы Аньдин под контроль, но у нас силёнок пока нет, нам бы со своими пиками бы разобраться. Но если Шан Цинхуа уничтожает достояние школы, я его на ленточки порву, и мне плевать на то, что мне по этому поводу кто скажет.       — А вы можете кого-то на ленточки порвать, уважаемый Шэнь Цинцю?       — На ленточки, конечно, нет, но вот через задницу бамбук прорастить толщиной в руку запросто.       Рядом со мной сглотнули. Конечно, про ленточки это было для передачи моего настроения, красного слова, так сказать, а вот про бамбук это уже объективная реальность моей силы.       Перед уходом я раздала артефакты слежения, такие, какие были на орлах при соревнованиях между школами, одно зеркало было в библиотеке в кабинете у хранителя, второе — в главном читальном зале (там можно было следить за соревнованием, если послать своих орлов со своими артефактами), третье зеркало у меня в цянькуне, так я могла отслеживать обстановку и подтвердить или опровергнуть свои опасения. Звук прибор не передавал, обратной связи тоже не было, но я думаю, можно будет что-то придумать, если напрячь мозги. Ученики повесили этот прибор себе на пояс, кто-то надел на грудь, обзор был хорош с обоих мест.       —Уважаемый Вэнь Вэймин, раздайте, пожалуйста, своим людям ещё артефакты слежения, у меня они закончились, а у вас, я знаю, ещё есть, и понаблюдайте, пожалуйста, за обстановкой в главном зале вместе с группами учеников, которых вы сразу сможете послать в нужное место на помощь.       Хранитель поклонился мне и сказал:       — Будет сделано, глава Шэнь Цинцю.       Когда я вышла из помещения, то направилась к внутренним ученикам, это дело было такое, когда нельзя было доверять ученикам извне. После двух конкурсов и двух поездок внутренних учеников на пике Цинцзин стало на пятнадцать человек больше. Это тоже неслыханный набор для традиционных школ заклинателей. Обычно внутренним учеником стать очень сложно. Хорошо, если в школе один два в год такими становятся, а у нас аж пятнадцать человек! Думаю, к концу года моего попадания наградить этим титулом ещё пятнадцать человек, и тогда внутренних учеников станет пятьдесят человек, и в следующий год набор во внутренние ученики станет более жёстким. И хорошо, если в него будет попадать пять-шесть человек. А сейчас я продвигаю вперёд незаслуженно неоценённые таланты. Которые из-за их игнорирования и задвигания могут обозлиться и потом начать делать гадости фаворитам или срывать злость на тех, кто младше и слабее.       Ещё что поменялось на пике?       Награждение хоть чем-то десяти первых выигравших, а не одного, немного снизило нервный накал соревнованиям и послужило мотивацией многим стараться, потому что попасть в первую десятку легче, чем в единицу. Потом как-то незаметно колка дров и ношение воды стали таким важным делом для учеников, что для этого выстраивалась целая очередь. Пришлось поставить больше бочек и больше ваз для воды. Теперь они везде торчали. Где-то для того, чтобы можно было выйти из павильона и лицо помыть с утра, а где-то для полива растений. Ну и пожарная безопасность из-за этого улучшилась, хотя у нас и так противопожарные печати везде стоят, даже на сараях и подсобках. А что их жалеть? Дети ведь каждый год их тренируются писать! Вот пусть видят, что результаты их работы востребованы. Сейчас зима, и стопки дров стали актуальны не только на кухне. Да, зима в Китае начинается в ноябре, а весна в феврале. Хотя, помню в современном мире всё сдвинулось в другую сторону: начало зимы — январь, а конец — март. Ну ладно, поностальгировали и хватит. Повздыхали и пошли важные дела делать.