Как долго пёс будет нюхать полевой цветок, сидя под цветущей яблоней?

Утро наступило для Мо Жаня неприятно быстро. Из-за всех этих ночных похождений и прерванного сна, альфа совсем не чувствовал себя отдохнувшим, даже наоборот. Спросонья даже не сразу получилось восстановить всю хронологию событий и понять, что было явью, а что ему приснилось. Конечно, встреча с Чу Ваньнином сначала показалась Мо Жаню просто хорошим сном, но, факт был фактом: миски от пельмешек в комнате не было, но ни Ши Мэй, ни сам Мо Жань её в кухню не относили. Оставалось только признать, что этот необычно спокойный и добрый Учитель, что уже само по себе являлось огромной редкостью, не был плодом воображения. Но долго лежать в кровати и обдумывать произошедшее ночью ему не дали. В дверь раздался настойчивый стук, даже вызвав у альфы небольшое раздражение. Но оно быстро ушло, когда Мо Жань понял, кто стоит с другой стороны. — А-Жань, ты уже проснулся? Вставай скорее! Голос Ши Мэя звучал бодро, но взволнованно, отчего альфа моментально подорвался с кровати и сразу начал собираться. — Проснулся! Подожди немного, Ши Мэй, сейчас открою! Приведя себя в более менее опрятный вид, Мо Жань открыл дверь. Ши Миндзин на пороге уже не выглядел таким уставшим, как в прошлую их встречу. В его виде вообще ничто не выдавало бессонную ночь и сильный недосып. — Доброе утро, А-Жань! — улыбнулся юноша, но быстро вернул лицу серьёзность. — Я узнал от Сюэ Мэна, что днём уже начнутся индивидуальные занятия с Учителем! Первым на уроке будет Сюэ Мэн. За это время нам надо проверить лекарство и внести правки. А ещё мы оба почти проспали завтрак, так что поедим в городе. Мо Жань так опешил от внезапной смены планов, что даже растерялся, глупо встав в дверях, пытаясь осмыслить сказанное и решить, что стоит сначала сделать. Ши Мэй же уже всё продумал и действовал решительно: быстро приметил колбочку с нужным лекарством, забрал с тумбочки, после чего взял за запястье Мо Жаня, утягивая за собой из комнаты. — Ш-Ши Мэй! Я же даже не умылся, куда так сильно спешить? — всё ещё растерянно и немного смущённо спросил альфа. Феромон Ши Мэя сейчас не бил по обонянию так же сильно, как вчера, во многом потому, что парни быстро вышли на улицу, а не сидели в маленьком плохо проветриваемом помещении. Однако Мо Жань чувствовал, что друг опять слишком увлечён своей идеей. — Подожди немного, мы успеем всё попробовать! Не умрёт же никто, если мы пойдём в город на десять минут позже! Мо Жань уже начал капризничать и вести себя как ребёнок, пытаясь немного манипулировать и переключить “режим” Ши Мэя на привычный и, откровенно говоря, удобный самому альфе. — Нет, А-Жань, чем раньше, тем лучше! Тем более, что гон у тебя через пару недель. Это тоже может влиять на результат подбора лекарства. Надо действовать сейчас. — но, несмотря на свои слова, омега всё же сбавил скорость шага. — Ши Мэй, откуда ты вообще знаешь, когда у меня гон?.. Вчера ты о таком не спрашивал. — Мо Жань, даже неожиданно для самого себя, покраснел до кончиков ушей. Оказалось очень неловко, когда кто-то симпатичный сердцу знает, в какой именно день ты будешь хотеть завалить на кровать почти всё, что пахнет омегой. — Это не так сложно высчитать, А-Жань. — примирительно улыбнулся Ши Мэй, поняв, что опять немного перегнул палку в откровенности. — Просто гон и течка обычно раз в месяц-полтора, так что, зная, когда ты в прошлый раз брал освобождения от уроков, можно примерно прикинуть, когда у тебя следующий гон. О, а ты вообще умеешь высчитывать свой цикл? Я даже не подумал спросить об этом! — встрепенулся Ши Мэй, вдруг осознав, что вряд ли друга кто-то этому обучал. — Ну… — замялся Мо Жань, думая, как лучше выразиться. — Я немного знаю, как омеги в публичном доме высчитывают цикл. Но мне это не очень помогло, у меня не получилось правильно посчитать… Поэтому, я полагаюсь только на ощущения. Ши Мэй обречённо вздохнул: — Будь ты омегой, А-Жань, уже нажил бы приключений на пятую точку. — Да я и так наживаю, только в другом смысле. — улыбнулся альфа, пытаясь приободрить друга и немного сменить тему разговора, потому что слушать лекцию о циклах не очень хотел. — Тяньвэнь Учителя не в счёт, А-Жань. — немного укоризненно произнёс Ши Мэй, недовольный таким беспечным отношением к циклам со стороны друга, но не стал продолжать тему. Парни не стеснялись переговариваться достаточно громко, пока шли к выходу с Пика, поскольку многие ученики были на утренних занятиях и не могли их слышать. Однако, Мо Жань и Ши Мэй немного не учли, что услышит их кое-кто другой, утренними занятиями не занятый. Альфа понял, кто именно к ним направляется, ещё до того, как за спиной раздался строгий голос, но предупредить Ши Мэя или предпринять что-то другое не успел. Даже в кусты уже было поздно прятаться. — Куда вы направляетесь? Чу Ваньнин, ожидаемо, не дал просто спокойно уйти. — Учитель! Доброе утро. — улыбнулся Ши Мэй, быстро отпустив руку Мо Жаня, которого всё это время вёл за собой от самых корпусов. Юноша просто интуитивно чувствовал, что альфа не слишком хочет идти сейчас в город, потому для надёжности держал его за руку, зная, что уж из его ладони Мо Вэйюй свою руку не выдернет. — Доброе утро, Учитель! — Мо Жань вежливо поклонился, надеясь, что это сменит гнев Чу Ваньнина на милость, и он перестанет так угрожающе смотреть. Но шансы на такую удачу были невелики. — Мы с А-Жанем идём в город. Оба проспали завтрак, поэтому хотим перекусить там, да и в целом планировали прогуляться. — ответил Ши Мэй на вопрос Учителя, решив, что Мо Жань может опять попасть “в немилость”. Гамма смерил их оценивающим взглядом, чуть прищурив глаза феникса. — Мо Вэйюй, перед тем, как спускаться с горы, приведи себя в более опрятный вид. Не позорь орден. — строго наказал Чу Ваньнин. — Как скажете, Учитель! — тут же закивал альфа, пытаясь пригладить одежды и волосы, явно не желая опять возвращаться к корпусам из-за такой ерунды. Ши Мэй украдкой протянул альфе гребень для волос, которым тот сразу воспользовался, распустив хвост и пытаясь распутать лёгкие колтуны. Было достаточно неловко, потому что Чу Ваньнин продолжал наблюдать, похоже, даже не собираясь смилостивиться и уйти. — “Он что, собирается проконтролировать, как я буду выглядеть перед выходом в город?!” — возмутился Мо Жань, исподлобья взглянул на Учителя и понял, что, да, именно это тот и собирается сделать. Чтобы неловкая тишина не тянулась уж слишком долго, Ши Мэй решил попытаться сменить тему. — Учитель, вы уже закончили с барьером? Вчера вы сказали, что будете заняты им всё утро и, может быть, даже вечер. — А что, вы рассчитывали на освобождение от занятий на целый день? — голос прозвучал настолько ледяным, что Мо Жань только усерднее начал расчёсывать волосы, больше дёргая их, чем действительно приводя в порядок. Он просто надеясь, что ему не дадут повод сорваться из-за феромона, который уже начал нервировать. Ши Мэй уже и на себе ощутил давление феромона учителя, отчего в душе даже удивился, поняв, что попал в немилость Чу Ваньнина почти так же, как и соученик рядом. Но этот феромон всё равно был слабее и мягче, чем феромон Мо Жаня вчера во время урока, потому воспринимался омегой достаточно спокойно и плохо не становилось. — Нет. Просто я забеспокоился, что с барьером может быть что-то не так, раз вы тут. — попытался перефразировать свои слова Ши Мэй. — С барьером всё так. Я закончил латать его ещё ночью. Сейчас у вас нет уроков лишь из-за моих вчерашних слов об их отмене. — строго сказал мужчина. — Сюэ Мэн уже передал, что ваши индивидуальные занятия начнутся сегодня днём? — Да, Учитель, он передал. — кивнул Ши Мэй. Спустя ещё несколько минут безуспешных попыток Мо Жаня расчесать колтун и неловкого молчания, Ши Мэй не выдержал и медленно, словно под взглядом хищника, сделал шаг в сторону друга, забрав у того гребень. — А-Жань, давай помогу. Ты так только клок волос себе выдерешь. — Я всегда так расчесываюсь. — пробубнил альфа, чувствуя, что ещё немного и Учитель оторвёт ему голову или отхлестает Тяньвэнь за неподобающий вид и поведение. И просто потому, что Мо Жань попался ему на глаза в неудачное время. — Мо Вэйюй, твоё занятие начнётся в час козы. Если опоздаешь, засчитаю это нарушением дисциплины. И тебя будет ждать наказание. Мо Жань хотел было уже огрызнуться, но в итоге только айкнул от того, что Ши Мэй, словно бы случайно, дёрнул его за волосы. — Прости, А-Жань! Я закончил. — оповестил омега, убрав свой гребень в рукав. Волосы альфы и правда наконец оказались расчёсаны, и он быстро завязал их в высокий хвост. Такая лёгкая боль немного отрезвила Мо Жаня, потому он ответил спокойно и даже достаточно почтительно. — Как скажете, Учитель! Я не опоздаю! — Ши Миндзин, твои занятия начнутся в час обезьяны, тоже следи за временем и не опаздывай. — Да, Учитель. — кивнул омега, надеясь, что их наконец отпускают. Как только Чу Ваньнин, опять строго смерив их взглядом, развернулся, Ши Мэй схватил Мо Жаня за руку и потащил к выходу с Пика. На этот раз альфа уже не возмущался и сам бежал чуть ли не впереди друга, поняв, что времени на то, чтобы опробовать и скорректировать лекарство слишком мало, а Чу Ваньнин сегодня в ужасно плохом настроении. И если ничего не получится предпринять, то занятие вполне может завершиться дракой и последующим выпиныванием Мо Жаня из учеников Достопочтенного Бэйдоу. А может и изгнанием из ордена. Парень не был уверен, как могут наказать за драку с собственным отцом-наставником и проверять этого совсем не хотел.

***

Чу Ваньнин был взволнован. Действительно взволнован. И было очень сложно подавлять свой феромон и возмущение. И возможно, капельку, ну или совсем не капельку, ревность. Конечно, Ши Мэй ведь такой нежный и красивый омега, цветок, на который едва ли кто-то не обратит внимания и сможет пройти мимо. Гамма уже привык, что к Ши Мэю Мо Жань испытывает особое расположение, потому, стесняясь сам проявить симпатию и чрезмерное внимание, иногда просил своего ученика о помощи Мо Жаню. Даже если просто отнести пельмешки, которые готовил Чу Ваньнин, или сказать пару ободряющих слов. Конечно, Ши Миндзин при этом ничего не знал о чувствах и симпатии учителя, всё это преподносилось как простая забота. Даже была причина не проявлять заботу открыто: Мо Жань, как это казалось со стороны, недолюбливал Чу Ваньнина и ничего не принял бы из его рук. Учителю было только неясно, почему сначала Мо Вэйюй так рьяно пытался завоевать его внимание и доверие… но это уже и не имело особого значения для мужчины. Несмотря на все сложности с подростком и собственные резкие слова, отказываться от Мо Жаня учитель не хотел. В конце концов, если даже отбросить его “подростковый бунт” и не самый покладистый характер, парень был очень перспективным. В будущем, Чу Ваньнин был уверен, из него получится хороший заклинатель. А сейчас надо просто потерпеть и направить его энтузиазм в нужное русло. Да, Мо Вэйюй провёл детство и начало подростковых лет на улице и в публичном доме, но Старейшина Юйхэн уже видел его доброту и открытость миру, вопреки всему. Потому действительно намеревался вырастить из своего ученика достойного человека. Однако, увидев сегодня Мо Жаня и Ши Мэя вместе, Чу Ваньнин ревностно подумал: “А действительно ли я поступал правильно, прося Ши Мэя проявлять так открыто заботу о Мо Жане?”. Возможно, самому Юйхэну Ночного Неба не помешало бы поучиться быть достойным человеком, раз он думает о подобных вещах?.. Конечно, к своему ученику Чу Ваньини приставать не собирался, понимая, как это неправильно! Однако игнорировать омежьи инстинкты, так и просящие внимания Мо Жаня, было уже сложновато. Мягко говоря. Но недавние события совсем выбили мужчину из колеи. К тому, что Мо Жань последнее время постоянно конфликтует, обороняется от самого Чу Ваньнина феромоном альфы и находится рядом с Ши Мэем, гамма привык и, более менее, смирился с этим. Но события вчерашнего вечера и сегодняшнего утра заставили Ваньнина не на шутку напрячься. И поводы для беспокойства были не такие уж маленькие. Во-первых, пельмешки. Мо Жань всегда съедал всё до последней капли, чудом что миска оставалась цела и не надкусана. А тут он отвлёкся на что-то так сильно, что даже не доел сразу пельмешки и позволил им остыть. Это слишком отличалось от его обычного поведения! Во-вторых, пусть и не по значимости, Ши Мэй не пришёл к Чу Ваньнину после того, как отнёс пельмешки. Обычно омега всегда возвращался к Учителю и рассказывал, как всё прошло. Гамме так было спокойнее, а со стороны всё ещё выглядело, будто это просто волнение за ученика. За всё время, Ши Миндзин ещё ни разу не пропустил такой “отчёт”, пусть Чу Ваньнин никогда и не просил что-то докладывать. Омега просто пришёл рассказать “как всё прошло” после первого поручения с пельмешками, в итоге так и продолжил приходить и сообщать о самочувствии Мо Жаня. В-третьих, Чу Ваньнин очень хорошо знал спокойный феромон Ши Мэя. Но, помимо этого, он знал и его возбуждённо-взволнованный феромон. В конце концов, времени с учеником он провёл достаточно. Поскольку у Сюэ Мэна вторичный пол ещё не проявился, на уроках, когда учеников ещё было всего двое, Чу Ваньнин постоянно ощущал феромон Ши Мэя и довольно хорошо научился по нему ориентироваться. Когда Чу Ваньнин принял Мо Жаня в свои ученики, то Ши Миндзин стал сильнее скрывать собственный феромон. Однако, вчера вечером в комнате Мо Жаня, несмотря на явную попытку проветрить помещение, Чу Ваньнин ощутил довольно откровенный запах Ши Мэя. Тот явно уже не пытался сдерживать себя рядом с соучеником. Кроме того, сегодня утром Ши Миндзин вёл себя очень открыто перед Мо Жанем, и вообще юноши держались за руки… Это наталкивало на определённые мысли. И заставляло думать, что Бессмертный Бэйдоу упустил одну очень важную вещь в обучении своих учеников… А ещё, как подсказывала сущность омеги, упустил возможность на своё собственное счастье в личной жизни. Эту мысль он, конечно, сразу попытался отбросить. В конце то концов, как связаны Мо Жань и личная жизнь Учителя?! Чу Ваньнин очень надеялся, что никак, пусть желания и инстинкты говорили об обратном. Было ещё и “в-четвёртых”: гамму беспокоило, чем двое его учеников могли заняться в городе после такого очевидного сближения. Когда Ши Мэй и Мо Жань уже со всех ног убегали от него в сторону города, Чу Ваньнин обернулся, метнув взглядом молнии в эту “счастливую парочку”. Следить было выше его достоинства и возможностей: он был уверен, что выдаст себя сразу же. Но решил внимательно наблюдать за их поведением после возвращения и внутри ордена, мысленно убеждая себя, что это всё ради спокойствия на Пике. Просто чтобы тут не прибавилось внеплановых адептов, рождённых другими молодыми адептами.

***

— Оно даже сквозь пробку пахнет ужасно! — пожаловался Мо Жань, отстранив от носа колбочку с лекарством и остервенело заматывая верёвочку, лишь бы больше не ощутить случайно этой вони. — Я предупреждал, что оно не особо приятно пахнет. — пожал плечами Ши Мэй. Парни уже успели позавтракать и сейчас сидели на скамейке в небольшой городской рощице, где людей было меньше всего. — Ну что, А-Жань? Есть какие-то изменения? Когда альфа наконец перестал ощущать запах самого лекарства в носу, то принюхался, даже немного наклонившись ближе к Ши Мэю, как уже делал это раньше на Пике. — Вроде бы твой феромон ощущаю. Свой пока что непонятно. Я обычно его не замечаю и без всяких лекарств. — Ну, тогда пойдём проверим на запахах окружающих людей. Пройдёмся по главной улице, посмотрим, что продают в ларьках. Ещё мне надо пополнить запас трав. — предложил Ши Мэй, поднявшись со скамейки и в ожидании взглянул на Мо Жаня, чуть улыбнувшись и наклонив голову в бок. — Ты же составишь мне компанию, А-Жань? — Ты просто хотел, чтобы я нёс твои покупки из города, да, Ши Мэй? Знаешь, можно было и проще способ придумать, чтобы попросить об этом. Омега тихо засмеялся, прикрыв рот рукавом ханьфу. — Конечно не из-за этого. Я сам могу понести свои покупки, А-Жань. Тебе просто нужно принюхиваться к запахам окружающих. Но постарайся вести себя естественно. — Хорошо, Ши Мэй. — кивнул альфа, поднявшись со скамьи вслед за другом. На главной улице было довольно много людей. Все стремились купить продукты посвежее, товары поуникальнее и, главное, опередить “конкурентов”. Мо Жань старался держаться рядом с Ши Мэем, но тот, спустя чуть больше часа гуляния по рядам с товарами и общения с продавцами, сам ему в итоге сказал походить по прилавкам одному: чтобы рядом не было знакомых запахов и можно было определить более точно, насколько сильно действует лекарство. Эта идея не сказать, что очень нравилась Мо Жаню, но он понимал, что никак иначе эффект не проверить. Да и находиться одному в незнакомой толпе ему было не впервой. В основном на главной улице были омеги, вышедшие за покупками для семьи. Альф Мо Жаню стало определить довольно трудно, видимо, лекарство у Ши Мэя и правда получилось отличным. Было немного некомфортно из-за такого незнания: бета перед ним или альфа. Но зато уже и запах не раздражал. Правда всё равно оставался шанс, что Чу Ваньнин в гневе источал такой сильный и враждебный феромон, что ни одно лекарство не поможет. Желая проверить, насколько сильный должен быть феромон, чтобы повлиять на Мо Жаня под эффектом от лекарства, тот решил пойти в часть города, в которой уже бывал пару раз, ещё до гона: так сказать, полноценного становления альфой. Ведь в любом городе должно быть место для людей, не скованных нормами приличия.

***

Ши Миндзин понимал, что это его вина. Он слишком увлёкся покупками, ещё и разговорился с лекарем, из-за чего вспомнил о Мо Жане только стоя у ларька и оплачивая купленные травы. В голове всплыла шутка друга “Ты просто хотел, чтобы я нёс твои покупки из города, да, Ши Мэй?”. И тут Ши Мэй понял, что он уже четверть часа не проверял, где находится Мо Жань. Взволнованно окинув толпу взглядом, он не заметил никого знакомого. Да и людей на главной улице прибавилось, а рост Ши Мэя не позволял сразу пробиться взглядом через эту толпу и найти нужного человека. Спешно оплатив травы, которые уже выбрал, и осторожно убрав их в рукав-цянькунь, омега побежал искать Мо Жаня. Кричать и привлекать к себе внимание было неловко, но другого выхода не было. — А-Жань! А-Жань!! — прокричал Ши Мэй достаточно громко. Надежда, что друг просто был где-то рядом улетучилась также быстро, как появилась. Да и по запаху парня нельзя было найти в такой толпе. Взглянув на солнце и прикинув в уме, сколько времени им предстоит возвращаться на Пик, Ши Мэй понял, что неприятности на пятую точку, видимо, заразны и достанется сегодня не только Мо Жаню. В конце концов, отрицать свою вину в опоздании друга, если они всё же не уложатся по времени, Ши Мэй не собирался. Обойдя несколько раз главную улицу и ближайшие переулки, Ши Мэй так никого и не нашёл. Оставался ещё один вариант, но омега надеялся, что Мо Жань не настолько безрассудный, чтобы пойти в квартал публичных домов. Кроме того, и самому Ши Мэю туда ходить было опасно: свой феромон юноша сдерживал, но не скрывал никакими лекарствами или другими запахами, потому было легко понять, что он омега. А нежному цветку в таком квартале и в нынешних обстоятельствах незамеченным не остаться. Но другие варианты, вроде “позвать кого-то из старейшин” использовать не хотелось: ещё был шанс найти не очень умного молодого альфу и вернуться на Пик Сышэн до того, как подойдёт время урока у Чу Ваньнина. Тогда бы никто не узнал о проблеме Мо Жаня, да и в целом о его безрассудстве. Ведь Мо Вэйюя могли наказать просто за факт нахождения в публичном доме. Можно было доказать, что он не спал с омегами оттуда, но опровергнуть факт какого-то подглядывания и самоудовлетворения было бы сложно. А Учитель в гневе что угодно может подумать… или сделать. Надо было хотя бы обойти квартал. Можно же было и в здания сами не заходить. Вдруг, омеге повезёт, никто не решит на него накинуться, он быстро найдёт соученика и вернётся с ним на Пик? Взвесив все “за” и “против”, Ши Мэй обречённо вздохнул и смело пошёл искать Мо Жаня по кварталу разврата в этом милом городе со вкусной едой и приветливыми людьми.