Not So Golden \\ Не такой Золотой

Джереми не было на месте, когда подтверждали перевод Жана. Его не было и тогда, когда они обсуждали детали, но он почему-то ожидал звонка Кевина в любом случае. — Джереми. Как дела? — Очень хорошо, Кевин. Волнуюсь перед следующей игрой, — Джереми ответил немного энергичнее, чем следовало бы. Он надел на себя эту маску, потому что быть самим собой, быть честным казалось слишком большим усилием. В этот момент звонки Кевина и даже мысли о Жане заставляли его нервничать и чувствовать себя неважно. — У тебя всё хорошо? Готов к игре с Воронами? Я буду держать кулачки за вас, ребята. — У нас всё хорошо, насколько это возможно. Ты знаешь, как это бывает. По крайней мере, по статистике у вас есть шансы против них, — Кевин надулся. — Статистически мы одинаковы, — Джереми рассмеялся, чтобы скрыть свою нервозность.— Мы побеждали их столько же раз, сколько и вы. Около нуля раз. — Да, точно. Ты же знаешь, математика никогда не была моей сильной стороной. Я слышал, что Реманн прислал контракт по почте, — Кевин не очень плавно перешёл к основной причине своего звонка. — Прислал? Отлично. — Джереми пересел в кресло рядом со своим рабочим столом и сжал деревянную столешницу. Кевин обещал ему кое-что, как только они согласились взять Жана. Недостающие кусочки пазла большой картины, о которой Джереми не имел ни малейшего представления. Обычно он был большим любителем сюрпризов, но в данном случае предпочёл бы узнать всё сразу, а не мучительно медленно. — Да… Я звоню, чтобы поблагодарить тебя, но у меня есть ещё пара вещей, которые я хочу сказать… и о которых хочу попросить, — по крайней мере, Кевину было так же неловко, как и Джереми. — Да, Кевин, дружище, в чём проблема? Чем я могу помочь? — Ты будешь там летом? Чтобы помочь Жану с обустройством? — Ну, частично. Я поеду домой на пару недель. Я давно не видел маму и сестёр. Я очень по ним скучаю. — А будет ли кто-то ещё, где остановится Жан? — спросил Кевин, не дожидаясь ответа, полностью игнорируя любезности, которые мог бы начать любой другой при упоминании Джереми о своей семье. — Не знаю. Реманн должен был найти Жану место на лето. Я не знаю, где, так что… — Должен быть кто-то ещё. Жан не может долго оставаться один, — настойчиво сказал парень. — Что? Ему не пять лет, Кевин. Я думаю, он может… — Вороны никогда не бывают одни, — Кевин объявил это так, словно это была некая прописная истина, и Джереми знал, что лучше не спорить. — Это похоже на природу, где вороны связывают себя узами брака на всю жизнь. В Эверморе Воронов объединяют в пары, которые должны помогать мотивировать тебя и поддерживать дух в сложной обстановке, в Гнезде. Существует система, которой все должны следовать. Тебе назначают партнёра, который обычно является твоим соседом по комнате, и вы двое становитесь неразлучны. — Кевин глубоко вздохнул, словно разглашение этих секретов Гнезда стоило ему многого. Из-за этого Джереми слушал ещё внимательнее. — Так что Жан не справится с одиночеством, понимаешь? — Что за система? — спросил Джереми вместо ответа, и Кевин снова разочарованно вздохнул. — Когда вы хорошо себя ведёте в Гнезде, то получаете вознаграждение, но если один из вас облажается, оба получат наказание. — Наказание? — Джереми переспросил, потому что его руки покрылись мурашками, как будто он ожидал от этого заявления самого худшего. — Да. Я… не хочу рассказывать тебе слишком много подробностей. Если Жан когда-нибудь захочет, то расскажет тебе больше, но наказания переходят грань, ясно? Скоро ты поймёшь, но Жан заслуживает того, чтобы начать с того, чтобы ты не смотрел на него через призму того, что ему пришлось пережить. Хотя бы на крошечный период, — воцарилась тишина, будто Дэй ждал, что Джереми подтвердит его слова, но он не смог. Джереми думал о наказаниях Реманна, которые ограничивались дополнительными кругами, отжиманиями и приседаниями. Если ты сильно облажался, он заставлял тебя собирать мячи. Что Кевин имел в виду, говоря о наказаниях, выходящих за рамки? Из-за которых он бы стал относиться к Жану по-другому? Мозг Джереми придумывал сценарии и в ту же секунду отказывался от них, потому что ничего подобного быть не могло. Они говорили о команде экси, а не о каком-то трудовом лагере. От всех этих неизвестных и безумных возможностей Джереми снова начал волноваться, дыхание его стало поверхностным и учащённым. — Однако тебе нужно знать, что у Жана не было партнёра. У него должен был быть один, но ничего не вышло, и с тех пор, в качестве наказания за неуместное поведение партнёра, Жан был его лишён. Раньше мы были нерушимым трио, и я старался… быть рядом с Жаном, но с тех пор, как я ушёл, он остался предоставлен самому себе. — А что насчёт Рико? Разве они не друзья? — спросил Джереми, медленно опускаясь на пол и просовывая голову между колен. Его телефон всё ещё плотно прижимался к уху, но он изо всех сил старался дышать глубже. — Не упоминай при нём Рико. Никогда не спрашивай его о Рико, ладно, Джереми? Не надо, если только он не станет инициатором этого разговора. Ты можешь спросить меня, но не Жана. Он не сможет этого вынести. Всё сложно. Рико — это сложная тема. Отношения сложные. Помимо партнёрской системы Воронов, существует иерархия. Рико начал это как шутку, но детская игра очень быстро превратилась во что-то более реальное. Иногда мне кажется, что это вовсе не было шуткой. Нет, серьёзно. Знаешь, номер один всегда возвышается над вторым и третьим. Но дело не только в этом… У родителей Жана были долги перед семьёй Морияма. Долги, которые они не могли выплатить. Жан выплачивает этот долг игрой. В каком-то смысле… Жан принадлежал Рико, ясно? — Что? О чём ты говоришь, Кевин? Ты прикалываешься? — Джереми пытался изобразить веселье, но чувствовал только ужас. — Просто слушай и постарайся сохранять ясность ума, ладно? Жан принадлежит Рико, поэтому, несмотря на всеобщее мнение, на самом деле они не друзья. Не в общепринятом понимании этого слова. Жан этого не понимает. Мне пришлось узнать, какие друзья бывают на самом деле, когда я попал в Пальметто. Я рос вместе с Рико и думал, что то, что он делал — было нормальным, и, поверь мне, я был шокирован, узнав, что это не так. С Жаном будет ещё хуже, ясно? У него нет понятия об обычном человеческом общении, и я не преувеличиваю. Относитесь к Жану так, как будто он провёл своё детство под скалой или в джунглях среди животных, хорошо? — Кевин, дружище, что всё это значит? — Джереми заставил себя глубоко вздохнуть. — Я впервые слышу, как ты обо всём этом говоришь. Как это возможно? Ты рассказываешь мне историю без каких-либо подробностей, но образ, который вырисовывается, откровенно говоря, весьма настораживает. Относиться к Жану так, будто он всю жизнь провёл в дикой природе? Что это вообще значит? И я не хочу быть занудой, но он ходит к психотерапевту? А ты посещаешь терапевта? Это дерьмо подходит для терапии, и я знаю это, потому что сам хожу на неё. Так что, Кевин… — Чёрт возьми… — прервал его парень, ругаясь себе под нос. — Я должен был знать. Ты не поймёшь. Как ты можешь понять? Ты не такой, как мы. Ты не Лис… Прости, Джереми. Думаю, я тебя переоценил, вижу, что ты явно в панике. Я просто подумал, что… Знаешь, когда искал новую команду для Жана, я знал, что есть только одно место, куда он мог бы пойти, кроме как остаться с Лисами. Троянцы. Вы полная противоположность Воронам, и это именно то, что ему нужно. Новая среда, которая будет свободна от… всего этого. Всех триггеров и воспоминаний. Хорошие и правильные люди до мозга костей, которые покажут ему, как жить заново. Которые будут обращаться с ним должным образом, — Кевин вздохнул, и к концу его голос всё сильнее дрожал. — Мне жаль, что я навязал это тебе. Я не должен был так делать. Ты прав, ты не его терапевт. Я поговорю с Жаном, чтобы он позвонил твоему тренеру и сказал, что останется с нами. — Подожди. Нет. Я не об этом… — Джереми запустил пальцы в волосы. Он снова чувствовал, как дрожат ноги. — Это не то, чего я хочу. Я не это имел в виду, Кевин, но ты рассказываешь мне историю о мальчике, о котором, как я думал, имею некоторое представление, но оказалось, я вообще не знаю, кто он такой. Оказывается, вы с Жаном на самом деле совершенно другие люди, нежели я думал. Ты пытаешься сказать мне, что это Эвермор на самом деле сделал с тобой те вещи? — Ты себе даже не представляешь, Джереми, — тихо сказал Кевин. — Мне жаль, но я не мог сказать тебе раньше. Ты не был причастен. Мо… У Гнезда есть свои люди. Для них очень важен пиар, и никто из нас не хотел попасть в беду. Тот факт, что мы не можем говорить об этом как нормальные люди, является частью промывки мозгов, ясно? Я знаю, что больше не Ворон, но я не мог их предать. Я давно не там, но всё ещё чувствую их силу и влияние. На самом деле это почти смешно, потому что даже сейчас я чувствую себя немного параноиком, рассказывая тебе всё это по телефону. У них есть средства, чтобы покончить с человеком. Если ты решишь перейти дорогу людям, владеющим Воронами, они могут сделать так, что ты никогда больше не будешь играть. Единственная причина, по которой мы сейчас говорим об этом, заключается в том, что тебе очень важно знать эти вещи, чтобы не быть предвзятым в отношении Жана, как только ты его увидишь. Но я понимаю, что это изначально была ужасная идея, так что больше не беспокойтесь об этом. Я скажу ему… — Нет. Кевин. Подожди. Ты сам сказал, мы нужны Жану, но и Жан нам тоже нужен, — Джереми сделал ещё один глубокий вдох. Жан, его прошлое и Гнездо пугали, но он понимал, что так сильно настроился на победу, что отказ от Жана казался ему гарантированным проигрышем. Если Лисы добавят в свой состав защитника, Троянцы, без сомнения, проиграют ещё раз. Джереми не мог этого допустить. Не ради Троянцев и не ради себя. Им нужен был Жан. — Я позабочусь о нём. Я обещаю, хорошо? Что бы это ни было, — глаза Джереми были приклеены к полу, а он боролся за то, чтобы воздух попадал в лёгкие. Он позаботится о Жане. Он может это сделать. Он мог бы стать тем, кто ему нужен, ещё на один год, и если это будет означать завоевание чемпионства, то всё будет стоить того. В следующем году он снова сможет дышать. — Ты уверен? Это будет не очень приятно, — нерешительно спросил Кевин, не веря во внезапную перемену взглядов. — Я уверен. Расскажи мне о Жане. Что ещё мне нужно знать? — Джереми закрыл глаза и начал считать в уме, надеясь, что это поможет ему справиться с панической атакой. — Хорошо… Так, во-первых, не оставляй его одного. Возможно, у него не было партнёра, но он всегда был рядом со мной и Рико. Ему нужен кто-то, на кого он сможет положиться в плане указаний. Кто-то, кто проведёт его по этому пути. Есть большая вероятность, что поначалу он будет относиться к тебе настороженно. Не принимай это на свой счёт. Просто ты — капитан, а это в Гнезде значит больше, чем в других командах. Что ещё?.. О, да. Жан не скажет тебе, когда будет травмирован. Он будет настаивать на игре. Если тебе покажется, что что-то не так, не верь ни единому его слову. Держи его на скамейке запасных столько, сколько потребуется. Спорить на эту тему с Жаном, как правило, довольно бесполезное занятие. Если ты хочешь, чтобы он сотрудничал, сведи всё к экси. Экси всегда являлся хорошей разменной монетой, когда дело становилось серьёзным, но это на тот случай, если тебе это действительно понадобится. Кого я обманываю? — Кевин нервно усмехнулся себе под нос. — Тебе это понадобится. Он упрям, как мул, и ругается, как пират, если ему достаточно комфортно или он попадает под влияние эмоций. И держи его подальше от любых наркотиков. — Эм… наркотики? — Джереми удивлённо вскинул голову. — Да, я не знаю, чем ты там развлекаешься в Калифорнии, но не позволяй ему ничего. Он не умеет принимать наркотики. Доверься мне, хорошо? — Я… ребята, вы принимали наркотики? — Джереми не мог в это поверить. Идеальный корт всегда был идолом всех игроков экси. Идеальные во всех отношениях, с их безупречным распорядком дня. Джереми знал, что Кевин немного выпивал на банкетах, но вечеринка — это не то место, где он мог представить их троих. Ещё труднее было представить их под кайфом. — Это не главное в нашем разговоре, но всё-таки? — серьёзно спросил Кевин. — Просто травка? Это ведь не совсем наркотик, верно? И ничего в сезонах, я не дурак, — Джереми сказал тише, теперь уже он опасался, что кто-то подслушает их разговор. — Вполне достаточно. Полагаю, с тобой Жан будет в безопасности. Я не прошу тебя контролировать его, но ты должен присматривать за ним, хорошо? Я не знаю, что придёт в его глупую большую голову, когда у него будет время подумать, договорились? — Что ты предлагаешь? — спросил Джереми, хотя у него уже было несколько идей, которые приходили в голову, когда он посещал тёмные места в своём мозгу. — Ничего. Просто будь осторожен. Будь терпелив. Будь добр к нему, хорошо? — Кевин вздохнул через динамик. — Да… Я могу это сделать. — Джереми снова уставился на ковёр. Он мог это сделать. Мог и должен был. — Отлично. Итак, это, пожалуй, самое необходимое. Можешь записать меня на быстрый набор, я постараюсь ответить, когда тебе понадобится, хорошо? И Нокс? Спасибо. Ты оказываешь мне бесконечную услугу. — Тебе, а не Жану? — уточнил Джереми, всё ещё обеспокоенный тем фактом, что так много людей пересекаются. — Мне, но и Жану тоже. Просто я не уверен, что он сейчас это оценит. — А он вообще хочет приехать в Калифорнию? — спросил наконец он. — Сейчас неважно, чего он хочет, Джереми. — Как ты можешь так говорить? — шокировано спросил парень и тут же вспомнил, как Жан равнодушно отнёсся к изменению его стиля игры. Тренер был прав — это было подчинение, и если Кевин его к чему-то принуждал, Джереми этого не допустит. Больше всего на свете он хотел победить, но не в том случае, если он собирается заставить Жана перейти в USC. Он не был таким человеком. Может, он и хотел бы, чтобы тот перевёлся из эгоистических соображений, но не в том случае, если бы это шло вразрез с волей Жана. К чёрту экси. Слова тренера эхом отдавались в его голове, и он не хотел идти против них. Они не были такими людьми. Джереми мог жертвовать собой, сколько потребуется, но не ценой Жана. — Он не знает, что для него хорошо, Джереми. Не сейчас. Он немного растерян, но поймёт, что я был прав, — Кевин говорил совершенно спокойно. — Ты не можешь заставить его, — сердито заметил Джереми. — Могу и буду, потому что он мне дорог. Я уже совершил ошибку с Жаном и до сих пор жалею об этом. Я не сделаю этого снова: не стану больше слушать этого дурака. На этот раз ему придётся подчиниться и сделать то, что для него лучше. Мне всё равно, что ты теперь плохо обо мне думаешь, Джереми. Я бы приковал Жана к твоей или своей ноге, если бы это было необходимо для его безопасности. Ты встретишь его и поймёшь, что я имею в виду. — Мне не нравится такой Кевин. Если он не будет счастлив здесь, тебе придётся забрать его обратно. — Если через полгода он всё ещё захочет вернуться, я лично приеду и заберу его, — пообещал парень. Джереми не совсем верил в это, но спорить не было сил. — Что-нибудь ещё? — спросил он через мгновение. — Думаю, на этом всё. Я позвоню тебе, если что-нибудь вспомню, хорошо? — Конечно. Когда они попрощались, Джереми облокотился на раму кровати и глубоко вздохнул. Всё, чем с ним поделился Кевин, было тайной, и как бы ему ни хотелось рассказать об этом Альварес, он просто не мог. Парень знал, что рано или поздно ему придётся поговорить об этом с кем-нибудь. В какой-то момент ему придётся позвонить своему психотерапевту и договориться о встрече, но у него действительно не было времени. Пока что дыхательные упражнения и травка должны были быть достаточно хороши, чтобы удержать его над водой. Ему хотелось, чтобы кто-нибудь подтвердил, что брать Моро в команду — это ужасная идея, чтобы помог сказать «нет» Кевину и Жану, но это были лишь фантазии, полные тревоги. Он просто заключил сделку. Сказал им всем, что справится с этим. Пообещал всем, что привезёт домой чемпионский титул, а Жан — то, что нужно для победы. Джереми надел свою яркую улыбку и притворился, что всё в порядке, как он всегда это делал. У них всё будет хорошо.