Good Intentions (Благие намерения)

Несмотря на то, что они оставили след своей аппарации настолько очевидным и не скрытым, я мысленно отдал им должное за то, что они всё же установили вокруг здания, куда он меня привёл, антиаппарационные чары. Я лопнул их, как гребанный мыльный пузырь, но попытка была неплохая. Я не боялся умереть. Никогда по-настоящему не боялся - ещё после той попытки в двенадцать лет. В конце концов, пять лет спустя я своими ногами шёл навстречу смерти. Но если с Драко случилось хоть что-нибудь… хоть что-нибудь… я не знал, что тогда я сделаю. Я был так чертовски напуган и так погружен в эту невероятную ярость, что, парадоксально ситуации, был абсолютно спокоен, пока шёл по тускло освещённому коридору к двери, которая, казалось, тихо пела моё имя. Гарри… Гарри, я здесь… Не было никого, кто мог бы меня остановить. Никого, кто вообще был бы способен это сделать, когда я подошёл вплотную к обшарпанной металлической раме двери и неосознанно напрягся. Если на Драко окажется хоть одна царапина, нам придётся снова скрываться, потому что я убью каждого, кто окажется в этом месте. Дверь с грохотом распахнулась, и я окинул взглядом комнату за ней. Освещение было скудным, но я увидел все, что мне было нужно. В комнате находилась небольшая толпа людей, которые молча смотрели на меня, замерев от появления нежданного гостя. Но мое внимание сосредоточилось на том, кто находился в центре всего этого балагана. Он повернулся на табурете и встал, чтобы рассмотреть меня. - Какого чёрта…? Когда он поднялся, его движение открыло мне последнее, что я когда-либо хотел увидеть - и единственное, ради чего я сюда пришёл. Склонившийся блондин, привязанный к стулу и залитый красным. Мне понадобилось всего две секунды, чтобы моя магия разрослась до невозможных размеров и вырвалась наружу. Не мёртв. Он не мёртв. Он не может быть мёртв. Все лампы на потолке взорвались, каждая вещь в комнате полетела к стенам, и мы все погрузились во тьму. Началась суета, беготня, послышалась громкая ругань, но я был необычайно спокоен и сосредоточен, сливаясь с наступившей темнотой. Кто-то, возможно, попытался броситься на меня, но я был, чёрт возьми, недосягаем, пока шёл к сгорбленной фигуре в центре комнаты. И когда я рассеянно пнул табурет перед ним в сторону, я осознал, что именно вижу перед собой. Но не стал тратить силы на размышления - как и почему. Моя нога наткнулась на… что-то, когда я подошёл ближе. Я остановился и посмотрел вниз, отведя ногу в сторону. На полу лежали две половины палочки. Позади меня хлопнула единственная дверь. На затылке Драко было ужасное красное пятно. Кровь стекала по его шее, пропитывая свитер, и когда я опустился на одно колено, увидел, что и лоб его так же весь залит красным. - Д.... Я попытался произнести его имя, но оно словно застряло в горле. За моей спиной царил хаос, но я не мог уделить ему ни мгновения внимания. Моя неуверенная рука потянулась вперед и коснулась плеча Драко, осторожно прижимая его к спинке стула, пока ледяной ужас растекался по моим венам. Он медленно откинулся назад. Его джемпер был разорван на груди, пальто нигде не было видно. Тонкая линия крови тянулась по центру груди рядом с более густой дорожкой, стекавшей с рассечённого лба. Голова безвольно склонилась набок, и я отметил разбитую губу, багровеющую сторону челюсти, едва заметное движение груди. Он дышит. Он жив. Ослепительный свет внезапно вырвался из меня, когда я поднялся на ноги. Я осторожно обхватил голову Драко в ладони и зажмурился. Если был хоть какой-то способ исцелить его прямо здесь и сейчас - я это сделаю. Но ему нужна кровь. Я должен сделать это быстро. Я чувствовал, как магия толчками вырывается из моей груди с каждым ударом сердца, как она течёт по рукам в ладони. И на короткое мгновение из моего сердца ушла все ненависть и жажда убийства. Была лишь чистая, ослепительная любовь. Ослепительная, как свет, сиявший сквозь мои закрытые веки. Но когда я, прищурившись, снова посмотрел на Драко, то увидел, что его раны медленно затягиваются. Контраст его бледной кожи с блестящими красными пятнами снова вызвал у меня желание убивать. И я нежно отпустил его. Все так же спокойно, но наполненный ужасной яростью, я повернулся к затихшей публике. Они все столпились у двери. Все, кроме одного, стоявшего впереди остальных и тяжело дышавшего. - Ты… ты всё испортил, - сказал он, но его голос дрожал. Ему страшно. Хорошо. Я направился к ним, лениво размышляя, сколько убийств мне вообще может сойти с рук. - М-мы… Он...! Тишина. Короткое мгновение возникшей мысли и он замолчал. Схватился за горло, задыхаясь, и рухнул на колени. Именно тогда мое внимание привлекло знакомое лицо, и, не замедляя шага, я подошёл прямо к Тео. Остальные разбежались по краям комнаты, как мухи, пока он судорожно хватал воздух. - Оно того стоило? - спросил я, когда мужчина, стоявший на коленях, рухнул на пол. Тео плакал. Его глаза, широко распахнутые, были полны ужаса, когда он опустился на колени. - О-он стоит всего… - выдохнул он сквозь рыдание. Стоит того, чтобы проявлять жестокость? Стоит того, чтобы его пытать? Из носа Тео потекла кровь, и его лицо исказилось от боли. Он потянулся в мою сторону, но невидимая граница не позволила ему коснуться даже моей одежды, и вскоре он рухнул так же, как тот первый. Двое готовы.

***

Я был довольно хорошо знаком с болью. Будь то побои отца, настоящее Пыточное Проклятие или Сектумсемпра Гарри - всё это было мне знакомо. Поэтому, когда я очнулся, пробуждённый прикосновением, и вместо боли почувствовал слабость… я растерялся. - Драко? Драко, любовь моя, ты меня слышишь? Гарри. Улыбка тронула мои губы, когда я моргнул от почти ослепительного света. Детали плыли перед глазами, расплывались, пока я щурился… и наконец нашёл его лицо. Всё ещё размытое, но… Чёрт побери. У меня галлюцинации? Глаза Гарри светились зелёным. Вот что это был за свет. И в этом свете, исходившем от его лица, было видно, что он весь… Залит кровью. - З-знал, что ты меня найдёшь, - прошептал я, не понимая, реальность ли это или образ, который моё умирающее сознание создало на пороге смерти. Чужие губы коснулись моего виска и оставили там легкий поцелуй. - Всё будет хорошо, - сказал он, но его голос звучал странно. Словно он говорил под водой. Он сказал что-то ещё, но я не разобрал слов. Я так устал…

***

Драко снова потерял сознание. Пульс под кожей на его шее был таким слабым, что меня мгновенно охватила паника. Рукой, скользкой от крови, я коснулся его щеки. - Драко? Драко! Он не шевелился. Голова снова безвольно повисла, рот приоткрылся, и теперь те оставшиеся крохи моего спокойствия, которые еще удерживались в моей душе, окончательно испарились. Нет, не может быть. Черт возьми, этого не происходит! Я мог вызвать бурю голыми руками, но не смог спасти его жизнь?? С моих губ срывалось одно и то же тихое "нет", когда я встал рядом с ним. Я нашел наручники на его запястьях - тоже скользких от крови - и быстро освободил их. Обхватил ладонями липкую кожу и вложил в нее всю свою любовь. Любовь. Бесконечную. Бездонную. Невозможную любовь. И именно тогда единственная дверь комнаты снова распахнулась. Я резко вдохнул и отпустил его запястья. Он начал заваливаться вперёд, но я обхватил его руками за грудь, прижимая к себе. Люмос тут же осветил комнату и я облегчённо выдохнул, узнав тех, кто нас нашел. Макгонагалл. А с ней - множество других профессоров Хогвартса, несколько авроров, даже Рон и Гермиона. Но я всё равно не мог, чёрт возьми, отпустить Драко. - Что… во имя Мерлина… Наша директриса осторожно вошла в комнату, переступая через тела, через лужи крови, и подняла на нас свой взгляд. - О, боже.