Good Intentions (Благие намерения)

Я то приходил в сознание, то снова проваливался в забытье весь день. Помфри всё время будила меня, чтобы впихнуть очередную дозу отвратительного кроветворного зелья, давала запить водой, а затем снова отправляла спать. Когда сознание наконец окончательно ко мне вернулась, за окном уже была темнота. И чья-то рука была переплетена с моей. К счастью, боли больше не было. Я всё ещё был невыносимо слаб, но когда желудок болезненно скрутило, я решил, что это просто голод. Я ведь ничего не ел со времён завтрака. Я уставился в потолок, и потом заметил яркий свет рядом мной, который привлек мое внимание. Я попытался сфокусироваться, приподняв свою ноющую голову. На моей груди и также частично на коленях свернувшийся калачиком светящийся олень. Мои движения, видимо, пробудили его, потому что он практически сразу повернул голову в мою сторону. И я улыбнулся. Увидев, что я дышу и нахожусь в сознании, он поднялся на ноги, потянулся и отпрыгнул в сторону. Я повернул голову, следя за ним, и увидел, как он растворился в груди Гарри. Поттер крепко спал на придвинутом к кровати кресле. Его шея располагалась под очень неудобным углом, голова склонилась к плечу, а рука лежала на подлокотнике - так, чтобы иметь возможность держать мою. И я улыбнулся шире. Следующее, на что упал мой взгляд, была тарелка на прикроватном столике. Сверху лежала салфетка, так что еда наверняка уже остыла, но мой желудок скрутило от одного ее вида. Я осторожно высвободил свою руку из его ладони и подтянулся выше, опираясь на подушки. "Он убил всех тех людей", - сказала Миона. Я посмотрел на спокойное, расслабленное лицо Гарри, и то, что я принял за лихорадочный сон, внезапно всплыло перед моими глазами с поразительной ясностью. Гарри, с горящими глазами и… И… чёрт возьми… кровь, стекающая с него. Господи Иисусе. Это было не то зрелище, которое можно забыть, даже если видел это всего однажды. Он мог бы убить их быстро, без боли. Но, судя по тому, насколько сильно он был залит кровью… скорее всего, он разорвал их на куски. Я попытался вытеснить этот образ из головы, что, стоит признаться, оказалось безуспешным мероприятием, и потянулся к тарелке, снял салфетку, и рот наполнился слюной. Передо мной на фарофорой тарелке лежал целый набор моих любимых блюд, пусть и уже холодных. Спаржа с миндалём, дважды запеченный картофель (со всеми моими любимыми начинками) и неаккуратный, чёртовски аппетитный сэндвич с грудинкой. А рядом с тарелкой, довольно невинный, лежал… У меня перехватило горло. Черничный маффин. Из которого кто-то тщательно выковырял все ягоды. Я снова посмотрел на лицо Гарри - он всё ещё мирно спал, и настоящая мешанина эмоций внезапно переполнила мою грудь. Я тихо кашлянул и осторожно взял тарелку дрожащими руками, едва не уронив ее, когда выпрямился у изголовья кровати; вилка уже лежала на тарелке, поэтому я молча принялся есть. В горле у меня довольно сильно пересохло, поэтому я с настоящим трудом проглотил первый кусок, но как только организм понял, что его хотят накормить, то дело пошло легче. Я слопал все, что было для меня приготовлено. Желудок болезненно запротестовал против внезапной нагрузки, но это было приятное ощущение. И как только я поставил пустую тарелку обратно на столик, Гарри зашевелился. Он тихо застонал во сне и попытался повернуться. Поза его сидения на кресле явно была неудобной, а потом что он поднял голову, облизнул губы и моргнул. И мои губы сами растянулись в улыбке. Его затуманенные глаза нашли мои и сразу же стали засияли. - Драко, - прохрипел он, затем кашлянул в кулак и снова сосредоточился на моём лице. - Я в порядке, - ответил я таким же хриплым голосом. Он снова потянулся ко мне, и я позволил ему взять мою руку в свою. Сжал её в ответ и улыбнулся шире. - Два из трёх Даров Смерти, похоже, работают. Гарри подавил смешок и наклонился, чтобы поцеловать меня. Я, конечно, ответил ему, но мои движения были слабыми... медленными. Я едва успевал за ним. Когда Гарри наконец отстранился, мне пришлось сосредоточиться, чтобы снова чётко увидеть его лицо. В его ярких зелёных глазах четко читалась боль, когда они остановились на моем лбу. Неуверенными руками он потянулся снять повязку. Я наклонил голову вперёд, насколько мог, чтобы помочь. Когда он наконец сорвал бинт, из него вырвался задушенный, оборванный всхлип. Ткань упала на пол, а чужие дрожащие пальцы потянулись к моему лбу. Он осторожно откинул волосы назад, и на его зеленых глазах выступили слезы. - Чёрт, - выдохнул он. Я сглотнул. Мой лоб уже больше не болел, но видеть Гарри таким разбитым… - Кое кто хотел, чтобы мы были похожи, - тихо сказал я, когда большой палец Гарри коснулся уголка моего лба. Его собственные брови нахмурились, когда он снова погладил мой лоб, и я закрыл глаза от блаженства, вызванного его прикосновениями. - Я... я...… Мне так жаль, - хрипло сказал он, шумно сглотнув, когда я заставил себя снова открыть глаза. - Он не болит, - тихо ответил я. Но я понимал, что он имеет в виду. Он сожалел, что это произошло. Что он позволил этому случиться. И внезапно мое любопытство взяло верх. - Что… что ты сделал? Без обвинений. Просто спросил. Глаза Гарри стали пустыми, абсолютно, черт возьми, пустыми, и он вернулся обратно в кресло. - Ты правда хочешь это знать? - спросил он так, будто это был вопрос, который мне не следовало задавать. Но мне не было страшно - в нем не было ничего, чего бы я мог бояться, поэтому я кивнул в ответ на вопрос Гарри и тот нервно сглотнул. - Я… Я последовал за ними. Нашёл тебя, привязанного к стулу и… в крови. - Пустота в его глазах дрогнула, но он продолжил, - один… тип попытался со мной поговорить. Но голос у него был раздражающий, так что я заставил его заткнуться. И он… кажется… з-задохнулся? Я, видимо, на эмоциях, переборщил, заставив его загнуться и он… э-э… упал. Господи Иисусе, я же говорил им, я, черт возьми, говорил им...! - Потом я поговорил с Тео. Его… его последние слова не стоит повторять. Но у него началось… ну… кровотечение из носа. А потом он тоже упал. - И вдруг его пустой взгляд снова впился в меня; настолько ясный, настолько смертельно внимательный, что я замер. - А остальных я просто… возненавидел так сильно, что их головы взорвались. Я моргнул. Моргнул ещё раз, пока Гарри просто молча смотрел на меня. Постепенно его жизнелюбивая наблюдательность сменилась чем-то вроде настороженности, по мере того как я переваривал услышанное. - Ты… возненавидел их так сильно… что их г-головы взорвались? - Он серьёзно кивнул. Я фыркнул. - К-как ты, чёрт возьми, всё ещё здесь сидишь? Уголки его губ приподнялись, и мне стало немного легче дышать, когда я увидел, что он улыбается. - Меня допросили. Чисто формально я не использовал никаких заклинаний. И тем самым не нарушал никаких законов волшебного мира. - Гарри улыбнулся шире и продолжил. - Хотя я почти уверен, что Кингсли слегка подогнул законы в мою пользу. Я откинул голову на спинку кровати. Мир немного поплыл, пока я пытался осознать все услышанное. Мы… в порядке? Не будет никаких последствий? Чужая рука снова потянулась к моему лицу и осторожно убрала волосы со лба. Я перевел свой взгляд на Гарри, который выглядел совершено убийственно. - Хотел бы убить его ещё раз, - прошептал он и я нервно сглотнул. - Я... неужели все так плохо? Зеленые глаза метнулись ко мне, и улыбка, которой он одарил меня, выглядела довольно натянутой. - Я… я не смог это исцелить, - также тихо пробормотал Гарри. Его внимание вернулось к моему лбу, а затем он снова провел по нему большим пальцем. - Рана оказалась слишком глубокая. Я поднял руку и нащупал тонкую полоску шрама. - Покажи мне. Гарри повернулся, схватил ручное зеркало с тумбочки соседней кровати и вложил его мне в руку. И я поднес его к своему лицу. «Не смог исцелить», да к черту все; размышлял я, трогая другой рукой узкую красную линию. По всем правилам рана должна была болеть, но когда мои глаза пробежались по всей ее длине - от левой стороны лба через бровь и вниз по щеке - я… ...почувствовал себя довольным. Мы и теперь и правда похожи. К счастью, глаз не пострадал, и я видел так же хорошо, как и раньше. Но мысль о том, что это останется на моём лице навсегда... Моё тщеславие одновременно рыдало и торжествовало. - Чёрт возьми, - прошептал я, изучая шрам. - Я выгляжу чертовски крутым, не так ли? Мои губы растянулись в улыбке, когда я снова обратил внимание на лицо Гарри. Он всё ещё выглядел серьёзным, но мои слова явно подействовали на Поттера - он ухмыльнулся мне в ответ. - Конечно, - был его тихий ответ. Я осторожно положил зеркальце себе на колени. - Мне нравится, - упрямо сказал я. Если уж мне придётся носить ненависть Тео на своем лице до конца жизни, то стоит получить от такого развития событий хоть какое-то наслаждение. В конце концов, я теперь был похож на Гарри. И его ухмылка стала шире. - Я люблю тебя, Драко. Так просто. Так неоспоримо, особенно, после всего того насилия, которое он устроил ради меня. Моя улыбка смягчилась. - Я знаю.