Голоса пустоты: неспокойная жизнь молодого астрофизика

Страх

Демоны издавна забыли это чувство…

Смерть, Ангелы, Люди, да хоть сам Бог. Страха нет.

ФурФур — хитрейший из демонов.

Демон, нарушивший адский кодекс несочтимое количество раз.

Небеса обратили на него свой взор, но даже они были обмануты им.

Сам Люцифер признал его прозвище, ставшее титулом: «непреклонный»

473 год до рождения Христова

Ад сотрясался от их погони. Каждый круг. Каждый демон. Никто не остался в неведении. Бескрайний океан круга лени бушевал волнами выше любой земной горы, лава гнева раскалена добела, пески алчности взбушевались в бурю, ветра на кругу похоти уносили грешников по адскому небу, словно те были не более пушинок, а земля в Лимбо разошлась по разные стороны. Куда бы он ни пошёл, что бы ни использовал — его преследователь не отставал. Земля, круги ада, да даже чёртов космос — нигде не было спасения. Обессиленный граф, стоявший на краю пропасти соблазна, пытался вспомнить хоть одно заклинание, что могло бы помочь. Черная дымка с алыми нитями образовалась неподалеку и, вальяжно ступая своими паучьими лапами, оттуда вышел он.

Владыка Демонов. Король Ада. Сильнейшее и старейшее из сущностей преисподней. Чистое зло.

Каратель ада и укротитель хаоса.

Баал Трёхликий

Он уже давно мог убить свою цель, но сейчас у него вовсе не было такого умысла. Любое заклинание, магия, хитрость и всё, что мог ФурФур — безоговорочно бесполезно. Тот, что скрылся от Архангелов, тот, что заставил Люцифера говорить с собой на равных, был абсолютно беспомощен против своего Владыки. Это был позор. Вся магия и хитрость, которой он так гордился, которой он был прославлен, разбилась менее, чем за пару минут. И сейчас, не имея более одной руки, с разрезанной пополам оленьей мордой, без рога и с зияющим на груди разрезом, он трясся, моля все адские силы, лишь бы ему кто помог.

Но никто не пришёл

Каратель ада дал ему выбор: пасть на колени и покориться или быть заточённым, а после выставленным напоказ перед всеми обитателями ада, чтобы напомнить, что их бывший король, несмотря на лишение своего престола, всё ещё властен над ними, всё ещё их владыка. Это был первый раз, когда ФурФур ощутил страх. Не страх смерти, а страх позора. То, что именно его некогда великая сущность станет не более чем примером того, как кто-то пошёл против мнения Владыки… И он пал. Его колени с глухим стуком ударились о каменный пол. Вместе с ним пала и его гордость. Именно с тех пор, все демоны до единого стали придавать существованию своему больший смысл, задумываться не только о своей «вечной жизни», но и о её возможном окончании, что оставит после себя лишь тихие роптания и молчаливый стыд

***

Ущелье гудело, а зловеще знакомый дым образовывался перед ним. Он не мог телепортироваться, а само ущелье предполагало движение только в одну из двух сторон. Бежать на врага? Верная смерть. Бежать от него? А что изменится? Огромная, трехметровая фигура вышла из дыма. Ужасающе огромное тело, покрытое черной густой паучьей шерстью. Массивные руки заканчивались острыми когтями, а ноги, ныне всего две и более приближенные к человеческим, оставляли массивные углубления в земле, которые даже и следом не назовёшь. С прошлой их встречи его облик изменился, но в одном он остался прежним: три головы, каждая из которых обладала своим сознанием. По правую сторону располагалась кошачья морда, с полностью желтыми глазами и вертикальными зелёными зрачками. Слева же красовалась огромная жабья, что постоянно шевелила челюстями и будто жевала щёки, изредка причмокивая. По центру же находилась голова, имеющая обезображенный человеческий лик: огромная овальная голова, не имеющая волос, но прикрывающая это роскошной короной. Длинные уши, огромный нос, маленькие глаза и множество морщин. Его дыхание — постоянный хрип, а шаги — грохот. С его плеч свисала ярко красная мантия с меховым воротником и золотистой застёжкой, идущей через все три шеи. Некоторое время всё три головы, прищурившись, смотрели на ФурФура. Скрипучий и шипящий, но при этом громкий голос центральной головы послышался громом: — И снова мы здесь, не так ли? — Все три головы усмехнулись. ФурФур, всё ещё дрожа, отступал назад. В отличие от их прошлой встречи, сейчас позор волновал его, пожалуй, меньше всего. С тех пор, как граф Фон Блюм открыл ему глаза на этот мир, ФурФур действительно начал задумываться не только о возможной смерти, но и об упущенных возможностях непрожитой жизни. — Твой облик… Ты выглядишь иначе… — говорил ФурФур, игнорируя слова Владыки. Каждое слово сейчас было важным, нельзя было допустить ни единого неправильного выражения, ни одной лишней паузы. План ФурФура был прост донельзя, настолько, что от такого хитрого демона не ожидаешь настолько простой уловки, на это он и рассчитывал. Сделав свой взгляд более безразличным, ФурФур поднял взор на владыку: — И помыслить не мог, что фигура вроде тебя решит облик свой менять… — То, как я выгляжу, не важно ни в какой мере. Важно лишь то, что за последние пять лет у тебя более тысячи пятисот выговоров… Если не ошибаюсь, в новейших, столетней давности, законах ада красным по белому написано, что за накопившиеся две с половиной сотни серьёзных провинностей у демона, я имею полное право убить его, в целях достижения спокойствия преисподней. Всё верно? — Прикрывать личные мотивы законом? Жалок ты не только внешне… — В ответ на это Баэль лишь посмеялся. — Отрицать не соизволю, оторвать твою оленью морду и подвесить у себя над камином я желаю и по сей день! — Древнейший рода демонов, молвишь же, как представитель облика божьего… Уподобляться людям? Ещё более отвратно… Хотя учесть стоит, с кем речь я веду… — Владыка раздражённо прищурил глаза. — Ты стал наглее… При условии, что одно из моих недавно созданных заклятий не даёт тебе телепортироваться, странно, что в тебе столько смелости… Хотя я вижу, как трясутся твои колени! — Человеческая голова расхохоталась, пока две другие лишь тихо посмеивались. — После того, что случилось с адом восемьдесят лет назад, мы стали гораздо более ближе к людям, чем ты думаешь… Тысячелетия сменились неделями, неписанные правила чести сменились кодексом и… Стоит ли мне повторять, сколько раз ты этот самый кодекс нарушил? Да и хватит игр, стоит ли говорить об этом всём, коли ты лично ведёшь дружбу с представителем людского молодняка? Не более чем показушник, а по факту — лишь пустое место… - Резко замахнувшись рукой, Баал одним мощным движением, пробивая свою грудь и кости с тошнотворным хрустом, вырвал из своей груди сердце. Рана быстро, с шипением, зажила, а сердце начало застывать. Он сжал всё ещё бьющийся орган в огромной безобразной ладони, заставляя тот исходиться багровым дымом. Сердце чернело, а после, окончательно перестав биться, чёрная плоть начала медленно разрастаться. Удлинившись, черная корнеобразная форма застыла, снизу образуя небольшое относительно Баэля закругление, а сверху обхватывая огромное алое лезвие, образованное из застывшей крови Владыки. Огромная секира отныне покоилась в руке бывшего короля ада. — Какие-нибудь последние слова? - В голосе низвергнутого была насмешка и издёвка. — Как и был, так и остаёшься жалким… Тебе не нужна была честная битва ни в один из мигов твоего существования… Тебе всегда нравилось доказывать своё превосходство лишь посредством грубой силы, а не мастерства… Ты по праву существования сильнее большинства, с чего бы тебе мыслить о честном поединке… — ФурФур скрестил руки на груди и отвернулся. Его силы до сих пор покидали его, лишь чтобы увеличить шанс на свой побег. Он сомневался, что всей той силы, что была получена им с недавнего времени и накоплена вне его тела, хватит для этого трюка, но единственное, что у него было — это надежда. Ему оставалось лишь правильно разыграть свои карты, лишь правильно говорить. А говорить он умел и это уже виднелось на лице Владыки. Тихо прохрипев, Фурфур продолжил: — Коли я и буду обладать большей силой, чем ты, что переменится? Просто из-за того, что ты «Баэль», у тебя есть это — Он указал на лягушачью голову. — Что защитит тебя от большинства атак, какой мощи бы те ни были, и он — Фурфур указал на кошачью голову. — Что позволит раскрошить всякую защиту, коя перед тобой бы ни предстала… А сам из себя, что ты представляешь? Мастерство, магия и все аспекты твоей силы… Немощен и бесполезен, ровным счётом так же, как и я… Баал громко фыркнул, пока его «боковые» головы покосились на него: — Равнять нас? Что ж, раз уж мы второй раз здесь, я позволю тебе узреть МОЮ истинную мощь и мастерство… — Его боковые головы ещё сильнее покосились на среднюю, явно отрицательно оценивая несвойственно неадекватные действия своего хозяина. Обе головы начали что-то тихо шептать Баэлю, пока тот, начав раскручивать свою секиру движениями кисти, двинулся вперёд. Фурфур прекрасно понимал, что будь Баэль даже без двух своих голов, это лишь на несколько секунд затянуло бы битву, прежде чем сама сущность Фурцифера была бы втоптана в каменный полог ущелья. Но причина, по которой ФурФуриос решил встретиться с Гремори именно здесь, заключалась в пространстве. Максимально предсказуемое движение, никаких отклонений, четкая траектория. Единственная и по совместительству узкая тропа в ущелье создавала идеальные условия для атаки. План ФурФура шёл настолько гладко, что демон начинал ждать подвоха от самого себя. Размахнувшись секирой, Баэль одним махом отрубил сначала жабью голову, а после, под шипение и злостные хрипы, снёс с плеч и кошачью. Обе головы с глухим стуком ударились о землю, истекая кровью. — Сами они отрастут через минут эдак десять… Продержишься — убью тебя быстро и безболезненно! — Баал мощными и широкими шагами устремился в сторону ФурФура. Он знал, что этот момент настанет. Все эти дни, силы ФурФура уходили по большей части лишь на одно заклинание, что он готовил для этого момента. Одна из целого вороха причин, по которым адский граф не смог противостоять хилому пареньку, что накинулся на него с огнетушителем где-то в горах Швейцарии. Встав в полуоборот, типичную стойку для «демонов-магов», он напряг руки, притворяясь, что готов атаковать или защищаться. Всё это время далеко в адском небе, скрытое тьмой небесного полога круга похоти, покоилось алое копьё с наконечником в форме четырехконечной звезды, адское копьё ФурФура, что напитывалось его магией уже вторые сутки. Несмотря на то, что в копье силы было уже поболее, чем в «нескольких ФурФурах», сам демон до сих пор сомневался, что этого хватит. Подгадав момент, ФурФур воззвал к копью, заставляя то, одновременно с зарницей в небе, ломануться вниз. Свист воздуха, хлопок, копьё движется быстрее звука, треск костей, брызги крови, разрывающая плоть, и вот, огромная туша Баэля валится на колени — две головы снесены, третья пробита насквозь, его грудная клетка распорота, а из ран валит алый дым. Печать владыки спала. От тела Баэля разошёлся невероятной громкости рёв и уже через долю секунды с резким единичным хрустом и отвратным хлюпающим звуком, тело демона полностью восстановилось, включая боковые головы. Хрипя, он гневно поднялся, осматриваясь по сторонам… Лишь слабые остатки черного дыма телепортации витали в воздухе. Со злостью схватив алое копьё, торчащее теперь из камней, он сжал руку, заставляя его сломаться так легко, словно то было лишь тростинкой, а не огромным, по меркам ФурФура, хранилищем магии. — Я убью тебя, ФурФур…

***

Яркий свет медленно наступающего полудня раскинулся по спальной комнате обсерватории. Лёгкий ветерок бегло пролетал по потолку, принося умиротворяющий запах проснувшейся природы могучего леса. И наш астрофизик тоже начал медленно приходить в себя. Он уже смутно помнил, как поднялся в свою комнату, как сбросил свою одежду, как обработал свои раны, да и были ли эти раны вообще? Что, если всё это было просто страшным сном? И не было никаких мертвецов, никаких инопланетян, никаких ран… — Блять… — Моментально прошипел парень, как только его разум, немногим более чем «частично», вернулся в тело. В тело, что желало лежать неподвижно, в мольбах не вызвать ещё больше боли. Пролежав так некоторое время, проклиная абсолютно весь мир, парень начал пытаться встать. Сжимая зубы, останавливаясь и переводя дыхание на каждом движении, спустя целых пять минут, парень уже сидел на своей кровати. Он не знал, сможет ли он вообще нормально сделать хоть что-то в таком состоянии, но сейчас целью было просто попить, ведь в горле царила настоящая пустыня. Но вселенная сжалилась над ним и через пару минут за дверью его комнаты послышались приближающиеся звуки моноколеса. Дверь открылась и помятый синий цилиндрический робот с выставленной механической клешней-манипулятором въехал внутрь — *мяв* Сэр! Вы проснулись! Как я могу вам помочь? — Робот стоял на месте, изредка теряя баланс на моноколесе, из-за чего туловище начинало падать, заставляя робота слегка двинуться для поддержания равновесия. — Воды… — хрипел доктор. Тут же Керфур подъехал к небольшому чайнику и, налив из него воды в ранее стоявший там стакан, в панике мяукнул, когда вода пролилась по столешнице, вытекая из стакана. — Ох! Какая я глупышка! Кажется, в последнее время у меня было столько задач, что я и совсем забыла! Я же уже оставила для вас воды и обезболивающее… Ну ничего! Я всё вытру потом, а сейчас… — Вытянув свой манипулятор до верхних шкафчиков, Керфур достал тарелку. Аккуратно орудуя своей единственной конечностью, робот расположил и таблетки, и стакан на тарелке, используя её как поднос. Наконец, Керфур, доехав до наблюдающего за этим всем Келлина, поставил тарелку на прикроватную тумбочку, после этого втянув клешню обратно, ожидая действий от своего хозяина. Тяжело вздохнув, Кел дотянулся рукой до стакана, сделал пару глотков, после этого переместив стакан в другую руку. Взяв в этот раз уж таблетки, он закинул их себе в рот, запил остатками воды и поставил стакан обратно на тарелку. Его взгляд переместился на своё раненое плечо, которое было перевязано, но явно очень неумело. — Твоя работа? — Келлин посмотрел на Керфура. — Простите, Сэр! Но у меня всего одна клешня… Я бы обязательно справилась лучше, если бы у меня было две руки! — На дисплее отобразилась виноватая мордочка. — И… Я уронила вас пару раз с кровати, пока перематывала все ваши раны… Простите… Кел, некоторое время просто сверлил Керфура взглядом, после чего тяжело вздохнул и, почувствовав, как обезболивающее постепенно начало приходить в действие, встал. — Ладно, ты пыталась как лучше… Спасибо… — Кел положил ладонь на Керфура, после чего раздался радостный «мяв». — Ты мне лучше скажи, что там с этими двумя? — Ох? Вы про наших инопланетных гостей? Это было… Сложно… Я потратила на это более пяти часов… — На что? — Спросил Кел, попутно подготавливая всё к тому, чтобы «начать утро». Полотенце для душа, зубная щётка и паста, а также прочие необходимые принадлежности. — Их броня обладает самостоятельными системами лечения, но из-за состояния, в котором эти системы сейчас, делают они это очень медленно… Мне пришлось полностью снять их броню, обработать и кое-как перебинтовать раны, а после надеть броню обратно на них. — Слушая этот небольшой рассказ, Кел уже включил чайник, кипятя воду. — Понятненько… Они уже ушли? — Нет, Сэр! Они ещё даже не просыпались… Ох, да! Точно, я совсем забыла! Если что, вчера, ещё до этого всего, дрон принёс небольшую коробочку. Я её заметила как раз тогда, когда ехала искать ваш крестик… — Небольшая коробочка? И где она сейчас? — Келлин опёрся на столешницу, смотря на Керфура. — Там лежала флешка, и я её достала! Вот, держите, мистер Кел! — Клешня-манипулятор задвинулась обратно в туловище Керфура, а после выдвинулась вновь, но уже с флешкой, вытягиваясь в сторону Кела. — Интересно… — Кел отложил полотенце для душа на столешницу и взял флешку, осматривая её со всех сторон. — Что такого важного может быть на этой флешке, что Бао аж только ради неё одной решил дрон использовать… — Всё очень просто! Там новое программное обеспечение для консолей, вашего компьютера и устройства дешифровки от новых спонсоров ASO! Кел, теперь держа флешку немногим более аккуратно, положил её на стол. Взглянув на помятую футболку и лабораторный халат, валявшийся на полу, что был порван на плече и весь в грязи, парень посмотрел на робота. — Можешь прибрать это куда-нибудь? И новую футболку достать… Она должна быть в нижнем шкафчике тумбочки… Под радостный «мяв» Керфура, парень взял щётку, зубную пасту, стакан с водой и шампунь, затем уйдя в санузел, чтобы умыться, принять душ и просто «начать день», хотя, кажется, в его жизни теперь ничего не будет «просто». Если чистка зубов не заняла много времени, то вот поход в душ был затруднён не только обилием ран, что сковывали движение, но и приличным количеством различного рода загрязнения на измученном теле, начиная грязью и ужасным запахом пота, заканчивая кровью. Ситуацию усугубляло ещё то, что напор горячей воды оставлял желать лучшего. Кое-как вымыв себя, Кел с тяжестью вздохнул, вспомнив, что забыл полотенце на столешнице. Но большое белоснежное полотенце, которое он уже почти успел проклясть, висело на крючке рядом с душем. Утеревшись, парень обернул его вокруг пояса и вышел обратно к себе в комнату. — С лёгким паром! — Донёсся хриплый голос со стороны кровати. Подпрыгнув от испуга на месте, Кел посмотрел в сторону своей кровати. На ней лежало до боли знакомое существо, с оленьим черепом вместо головы и кроваво-мясным телом в «соблазнительной» позе. Согнув одну ногу в колене и поставив ступню на кровать, демон, одним из локтей опираясь на кровать, подпирал свою голову кровавой культяпкой, что была у него вместо нормальной ладони. Гневно посмотрев на ФурФура, Кел сжал кулаки и сделал шаг к кровати. — Тебе сразу пизды дать или… Да какое нахуй «или»? — Астрофизик подошёл к кровати сбоку и посмотрел на Фурцифера с чистым гневом в глазах. Демон сел на кровати и, подняв руки в знак капитуляции, заговорил более будничным и человечным тоном: — Спокойно-спокойно! Мы разумные существа, всё можно решить без насилия! Тем более, кто ещё бы тебе полотенце подал? К слову, зачётная валын- Не успел демон договорить, как тут же был скинут с кровати и схвачен за рога. — Не-не-не! Только не за- Ауч! — Демон всячески изворачивался и брыкался, пока его тащили к балкону. — Лежачих не бьют! Тем более, где твоё уважение к старшим? Я тебя в двадцать миллионов раз старше! Дотащив на удивление лёгкую потустороннюю тушку до балкона, Кел было хотел сначала «выкинуть» демона, но, поняв, что силёнок особо не хватает в теле, он ухватился за огнетушитель. Сорвав пломбу, выдернув чеку и освободив шланговую насадку, Кел начал заливать демона пеной. Существо визжало, изворачивалось, но признаков сопротивления не показывало. Когда вся сущность была покрыта пеной с ног до головы, парень отпустил огнетушитель и вернул его на место. Прокашлявшись, демон убрал пену с рта и, смотря на Кела, произнёс: — За что блять? — За всё хорошее… Слегка отряхнувшись, ФурФуриос встал на ноги и посмотрел на парня. — Я, значит, помогаю ему пережить всю эту некро-хренотень, из себя вон лезу, а он меня так благодарит? — Ага, а из-за кого за мной вообще охотилась эта «некро-хренотень»? — Кел обвиняюще посмотрел на ФурФура. — Ну, блять, что имеем! Я тебе помог пережить, ты выжил, с чем я тебя поздравляю… А теперь, если соизволишь, я бы желал потолковать с тобою… — Демон облокотился на перила балкона локтями, устремляя взгляд в лес, что уже проснулся под солнечными лучами позднего утра. Тяжело вздохнув, парень устало провёл ладонью по измученному лицу и тоже облокотился на перила, умерив свой пыл. — Хочешь поговорить? Ладно… Ладно блять! Что это нахуй было? Почему я? Какой ещё пиздец меня ждёт в ближайшем будущем и как мне это, мать твою, пережить? — Поменьше выражайся, Кел… — Фыркнул демон, получив на это лишь злобный взгляд. — Давай по порядку… — Что это было? — Сказал парень, нервно сжимая пальцы. — А хотя нет, сначала другой вопрос… Где моя робо-кошка? Я её не видел, когда вышел из душа! — Ну, это моя, так сказать, демоническая аура… Когда я рядом, вся электроника либо сбоит, либо отключается, если я не сдерживаю это… Она свалилась и я затолкал её под стол, вот ты и не заметил… — Демон втянул воздух ноздрями своего черепа, а после, порывшись где-то у себя между волокон мышц грудной клетки, достал большой косяк. Фурфур щелкнул пальцами рядом с его концом, поджёгши его. Он вставил его кончик в свою пасть и, под удивленный, но усталый взгляд Кела, затянулся. Выпустив целый клубок дыма из себя, демон протянул косяк парню. — Будешь? Слегка помешкав, Келлин взял в руки демонический косяк и спросил: — А это случаем не какая-то адская дурь? Не сдохну от одной затяжки? — Это действительно она самая, «адская дурь»… Но не бойся, не сдохнешь. Вреда организму ноль, но расслабляет будь здоров! Пусть эффект и не долгий, но зато сам косяк бесконечный! — Демон томно усмехнулся, наблюдая, как Кел уже вставил кончик самокрутки между губ и начал втягивать дым. Выдохнув такой же клубень пара, парень передал его обратно ФурФуру. — Неплохо… очень неплохо… Но всё же, отвечай на вопрос! — Ну, в аду у меня есть один достаточно могучий недоброжелатель… Он и так собирался меня убить, но увидев, что я общаюсь с тобой, решил убить тебя, чтобы морально ослабить меня… — Демон усмехнулся, делая ещё одну затяжку, после этого передав косяк обратно Келу. — Будто меня волнует твоя жизнь… — ФурФур закатил глаза. — Ладно, следующий вопрос… Почему я? Почему ты решил начать общаться именно со мной? Ты бы начал общаться с любым смертным? Фурцифер тихо посмеялся. — Опять куча вопросов… И нет, я бы не начал общаться с любым смертным, а просто разорвал бы их… Если ждёшь ответа, что ты типа какой-то «одаренный» или «особенный»… — ФурФур замолчал. Простояв так секунд пять, он продолжил. — То ты ошибаешься… Да, может ты немного не такой, как обычные люди, но всё-таки не кто-то особенный… Просто небольшое отклонение от нормы… А так-то, ты просто приглянулся мне… Не испугался, так ещё и после этого предложил решить всё диалогом… Смотря на историю людей, вы редко что-либо решаете мирно, особенно когда чувствуете, что сила на вашей стороне… — Пф… Говоришь так, будто я какой-то неудавшийся австрийский художник… И что ты имеешь в виду под «немного не такой»? «Отклонение от нормы»? О чём ты? Это ты так намекаешь, что я даун? — Парень посмотрел на демона через агрессивный прищур, но когда тот отвязно махнул рукой, гнев сменился интересом. — Ты не о том случайно, что я окончил универ с отличием? — В ответ на это ФурФур помотал головой в знак отрицания. — Ну конечно, меня же даже в W.I.L не взяли, я уж точно не какой-то «гига-гений»… Демон медленно взял правую руку парня и ткнул пальцем в внутреннюю сторону ладони. — Ни о чём не говорит? Кел взглянул на свою ладонь, а именно на черный след, тянущийся через неё горизонтально. — Неа, не говорит! Это моё родимое пятно… Мама говорила, что у отца такое же было, но мне как-то похеру… Хотя, если сделать вот так — Кел слегка согнул ладонь. — То будет похоже на молнию и можно будет придумать тысячу и одну шутку про Гарри Поттера! — Что ж, «мальчик, который выжил», если не сгинешь, то, думаю, ещё много чего интересного узнаешь о своей родословной… К слову, о том, чтобы не сгинуть! Нас в ближайшее время ждёт тишь да гладь, да божья благодать! Баэлю теперь придётся делать всё на официальном уровне, а это затянется на дней эдак на пять, может на неделю, а то и на две… Я на это очень сильно надеюсь… В любом случае, в этот период можно отдохнуть, какой длины отдых бы ни был! — Тишь да гладь? Отдохнуть? У меня в гараже спят инопланетяне, которые меня обокрали и чуть не убили… — Кел сделал ещё одну затяжку, пока самокрутка продолжала движение из рук в руки. — Говоря о «божьей благодати»… Богу, типа, вообще похуй на то, что происходит здесь, снизу? Ну то есть, почему меня ночью чуть не растащила по частям какая-то демоническая поебень? Где ангелы-хранители с огромными мечами? Демон мрачно усмехнулся: — Бога нет, Кел… А ангелы таким бредом больше не занимаются… Повисла гробовая тишина. Широко раскрыв глаза, парень смотрел на демона. Немного замявшись, парень помотал головой, чтобы прийти в себя, и недоумевающе спросил: — Нет, ну я ожидал услышать это от кого угодно… От священника, от моей матери, да даже от папы римского, но от демона? Как это «Бога нет»? — В самом прямом… Он «был»… Но в один серый непримечательный день, коих было тысячами, летом сорок пятого года, он просто… Исчез… Ни его, ни сына божьего… Примархи умалчивали об этом, пытались держать рай и ад в узде, но по итогу имеем, что имеем… Ад это теперь рай для грешников и настоящая бездна для нас, демонов, ведь мы пашем как не в себя, чтобы всем было хорошо, а рай… Рай это теперь курорт для нас, для элиты мира потустороннего… Кел, смотря куда-то сквозь демона ещё некоторое время перерабатывал информацию. — Так, ладно, допустим… Но на вас же всё ещё работает всякая святая бутафория! Ну, по крайней мере, крестик же сработал на ту тварь… Рай разве не святое место? Как вы можете там находится? — Пф, Кел, ты серьёзно? — Демон посмеялся и ткнул пальцем в католический крестик на груди Кела. — Эта штука, при всей своей святости, лишь ненадолго, буквально менее чем на минуту, единоразово вывело из строя слабейшее адское существо… Вот раньше, ты мог бы серебряным крестиком даже беса изгнать, может и убить! А сейчас что? Без Бога всё это не имеет смысла и лишь слабеет с каждым днём… Говоря о рае… Мы, демоны, при повседневной жизни, обычно отключаем свои тактильные ощущения, но солнце там даёт чувство слабой жары на теле постоянно, словно в жаркий день на пляже, для вас, людей… Лишь иллюзия, по факту оно просто пытается нас убить остатками своей святости, но в его нынешнем состоянии это неожиданно приятно… Позволяет почувствовать… — Демон сделал паузу. — Просто почувствовать… Они оба замолчали, стоя в тишине, слушая щебетание птиц и передавая между собой свёрток адской травы. Первым тишину нарушил демон: — Слушай, Кел… Ты говорил, что тебя не интересует романтика… Ты ни разу не был в отношениях? — Неа, да и не нужно мне это… Это обязанности, забота о чувствах, говорить правильные слова… Неудобно в общем… — Но связь любовная же не должна сковывать тебя… Всегда есть та, с которой ты можешь быть открыт! Да, может поначалу это будет неловко, сначала ты будешь действовать странно даже для настоящего себя, но- — Ты чего? Сватать меня с кем-то собрался? — в ответ на это демон слегка поёжился. — Нет-нет, Кел… Просто было бы интересно увидеть зарождение твоих первых отношений… Наверняка это будет так «невинно» и так неловко, что я буду кататься по полу с смеха! — Адский граф говорил очень натянуто, погруженный в тягостные и явно сильно волновавшие его раздумья. Парень окинул демона слегка раздражённым взглядом: — Так и что дальше? Картина, конечно, абсурдная… Мы стоим на балконе почти полностью заброшенной обсерватории, где-то в Альпах, я почти полностью голый, весь израненный, ты же весь в противопожарной пене, нас обоих хочет убить какой-то сверх важный хер из ада, в моём гараже инопланетяне и при этом всём я всё ещё рассчитываю на возможность спокойно жить после вахты… — Пока что нам всем нужен отдых… Я найду себе пристанище где-нибудь у тебя на территории, в любом случае, в аду меня сразу накроют; может вообще оленем обращусь и буду жить в гармонии с природой… Хотя оленем очевидно, может горным козлом каким-нибудь… Тебе же, желательно, одеться и идти знакомиться с нашими инопланетными гостями… Только не рассказывай им о том, что всё это какие-то происки демонов или про меня, ладно? Ад связан только с людьми и, как мы все в аду и раю думаем, никто из других видов о магии и о потусторонних существах не знает, кроме одного определенного представителя одной конкретной космической расы, кхм… Так вот, не думаю, что начинать знакомство стоит с антинаучного бреда, который явно противоречит их картине мира… — Я сам решу, что и кому говорить… Но, возможно, ты прав… Ну так что? Получается расходимся? — Парень повернул голову в сторону демона. — У тебя остались со вчера креветки? Предвещая твой вопрос — нет, мне они не нужны, а вот тем двум снизу определённо да, они скоро проснутся… Одну миску оставь себе, тебе всё ещё нужно поесть, а вот одну можешь отнести им, а также- — Слушай, я ценю всю эту заботу и советы, но я сам разберусь, ладно? Я в любом случае поделюсь с ними, ведь с ними явно лучше дружить, иначе свернут мне ещё шею… — В ответ на это демон лишь помотал головой. — Ладно, делай как знаешь, не указ я тебе… Но всё-таки, подайся сюда… — ФурФур поднял свою руку, расположив свою уже более схожую с человеческой ладонь на уровне головы Келлина. — Зачем это? — Несмотря на сомнения, Кел подался вперёд. Когда холодная, как смерть, рука легла на его лоб и волосы, он слегка вздрогнул. — Подлечить меня собираешься? — Для демонов лечение существ, имеющих душу, что-то сродни нейрохирургии: невероятно сложно, требует усидчивости и имеет огромное количество нюансов… Хотя само действие происходит быстро, в отличие от нейрохирургии… Кхм, нет, я не собираюсь тебя лечить, лишь заблокировать твой разум, чтобы на него было нельзя воздействовать извне… Знаешь, когда твою память изменяют или искажают, а может и вообще редактируют основные аспекты твоей личности — приятного мало… Заклинание простое, но его не разбить, отныне твой разум защищён от пагубного влияния Баэля… Поморщившись от ощущений, схожих с мигренью, Кел наконец дождался, когда ФурФур убрал руку и отступил от него. — Даже не знаю что сказать… Спасибо, наверное? Все эти демоны, инопланетяне, заклинания… Это всё как-то слишком для меня… И ведь даже на шизофрению не спишешь… — Кел вздохнул, потёр переносицу и, собравшись с силами, протянул руку адскому графу. — Думаю, на сейчас, мы прощаемся? — Навещу тебя через некоторое время… Может дня через два или раньше, если будет повод. А пока нам действительно придётся расстаться. До скорого… — Демон пожал руку парню. Когда рукопожатие закончилось, рогатый медленно зашёл внутрь комнаты Кела, из неё в коридор второго этажа и устремился небыстрым шагом вниз, к выходу. Парень ничего не сказал, заходя обратно в свою комнату через пару минут. Единственное о чём Кел подумал: «почему он просто не телепортировался?» Ещё через пару десятков секунд, из-под металлического стола послышался удар и разочарованный «мявк». Закатив глаза и поправив полотенце на поясе, Кел с трудом вытащил синего цилиндрического робота из-под стола. Это было бы не особо сложно, даже учитывая раны, но система Керфура пыталась автоматически перевести его в вертикальное положение, из-за чего тот бился об стол и падал обратно на пол, ненароком вырываясь из рук своего спасителя. — Простите, мистер Кел! Кажется, у меня случился сбой в программе и я на время отключилась… — На экранчике Керфура появилась грустная мордочка. — От меня больше хлопот, чем толку… Если вы хотите, я могу отключиться, чтобы не доставлять вам проблем… Кел закатил глаза и положил руку сверху экрана робота. — Лучше займись одеждой, которую я просил убрать, а я пока пойду знакомиться с нашими гостями… — Робот издал «мяв» и устремился к валяющимся на полу вещам. Сам же Кел подошёл к тумбочке, доставая новую футболку и накидывая её на себя. Под тихое жужжание Керфура, что мучился с грязным халатом, пытаясь красиво сложить его на столе, парень подошёл к двум глубоким мискам с панированными креветками. Закинув одну холодную креветку себе в рот, парень отправил порцию разогреваться в микроволновку. Кел налил себе воды из всё ещё горячего чайника и закинул в кружку чайный пакетик. Налив ещё воды в чайник так, чтобы было чуть меньше половины, Келлин снова поставил его кипятиться. Достав разогревшиеся креветки, Келлин пихнул вторую порцию разогреваться, приступив к завтраку прямо там, неспешно закидывая креветку за креветкой себе в рот и запивая это всё чаем без сахара. К тому моменту, когда чайник уже закончил кипятиться, парень закончил свою короткую, но достаточно сытную трапезу. Пихнув в карман флешку, он открыл электрический чайник, из которого тут же повалил пар, залил туда обычной воды так, чтобы в самом устройстве почти не оставалось свободного места и поднёс его ко рту. Сначала слегка попробовав языком, а потом полноценно хлебнув из чайника, Кел убедился, что вода не горячая, но более чем тёплая. Достав вторую миску с креветками в панировке и взяв её в свободную руку, парень открыл дверь и вышел из комнаты. Немного пройдя по коридору он зашёл в просторную комнату, в которой с недавнего времени покоилась целая груда манекенов. Подойдя к платформе-лифту, что ещё с ночи была запачкана засохшей зловонной жидкостью, на вид схожей с кровью и гноем, парень выбрал местечко почище и встал на него. Нажав на панель локтем, платформа начала спускать парня прямиком в гараж. Конечно, он помнил слова Керфура о том, что от них исходят токсины, но в миг это всё забылось, когда любопытство захлестнуло его ум. Его глаза засветились искренним интересом при виде двух лежащих внизу инопланетянок. Облачённые всё в ту же броню, они лежали на полу, а единственный уцелевший из двух шлемов лежал неподалёку. Их головы лежали на оторванных от кресел из комнаты отдыха сиденьях, словно на подушках. По всей видимости, Керфур посчитал диван недостойным разборки, иначе объяснить выбор более неудобных и пыльных сидений от кресел Кел не мог. Когда платформа опустилась до конца, Кел аккуратно сделал шаг ближе, боясь разбудить двух чудных и одновременно чудесных существ. Парень с интересом рассматривал две похожие на кошачью мордочки. Одна из них имела бирюзовые волосы, округлая форма головы и видимые потемнения под глазами. Вторую он видел уже вчера: рубиново-красные волосы, спутанные от грязи, слегка заострённая мордочка и относительно свежая глубокая рана на щеке. Обойдя их сбоку, он продолжил смотреть на две спящие мордашки, но вот, уже совсем скоро веки сначала одной, а после и второй, слегка задёргались. Он сделал шаг назад, наблюдая как большие тела начали медленно и устало двигаться Ни одна из них пока не открывала глаз. Красноволосая потянулась, широко зевнув, демонстрируя острые зубы и длинный змееподобный язык. Вторая же устало простонала и слегка приподнялась на локте, медленно открывая глаза. Её взгляд медленно блуждал по гаражу, пока не остановился на Келе, сопровождаясь лёгким вздрогом всего её тела. Она медленно толкнула рукой лежащую рядом подругу. Связавшись с помощью «техно-телепатии», Эсранника не отрывала взгляд от парня: — Поднимайся, тут этот… Человек… Аргемия открыла глаза, повернув голову в сторону Кела, что держал в руках чайник с водой и миску креветок. Гляделки продолжались примерно минуту, пока Келлин не решил нарушить тишину: — Здравствуйте? Вы… Кхм… — Он слегка замешкался, просто протянув им чайник с водой. — Вода… Аргемия немного приподнялась, слегка сконфужено посмотрев на Кела. Аккуратно приняв предложенную воду, она неуверенно, но благодарно кивнула и, приложив чайник ко рту, начала жадно пить. Утолив жажду, она протянула чайник Эсраннике, которая тут же осушила его до дна быстрыми и жадными глотками, вовсе не заботясь о том, что капли обильно стекали по её подбородку. Вернув тару в руки Келу, они продолжили молча сидеть в неловкой тишине. Неловкой, да и в целом тишиной, она была лишь для астрофизика, ведь в этот момент между двумя кошками шёл безмолвный диалог: — Ну и, Арго? Что у нас в планах? — Не знаю… Познакомиться? У него ещё в руках что-то… Вроде как еда… Какой же стыд… — Предлагаю въебать ему с ноги, забрать еду и снова два часа сшивать его! — Да иди ты… — Ладно, не парься. Мы помогли ему, пусть перед этим и показали себя не с самой лучшей стороны… Не стал бы он нам еды приносить и укладывать нас на эти херни, если бы был зол на нас… Ну, по крайней мере, сильно… — Я… Блять… Нет, я слишком уставшая, котелок не варит… Язык будто отсох… — Ладно, учись как надо вести межвидовые переговоры, сенаторша! Переведя взгляд на Келлина, Эсранника аккуратно поднялась с пола, морщась от боли в конечностях и сделала большой шаг в сторону парня, перешагнув ноги Аргемии. — Привет! — Она протянула ему руку, слабо улыбнувшись. Кел неуверенно пожал её бронированную руку, с опаской смотря на высокую инопланетную кошку. — Да ладно, не бойся ты так, не собираюсь я тебя убивать! — Она хотела похлопать парня по плечу, но с первого же хлопка тот чуть не свалился на пол. Эсранника быстро подхватила его и помогла встать ровно и широко улыбнулась. — Прости-прости! Нам нужно привыкнуть, что ваш вид более «хрупкий»! Аргемия медленно поднялась, тоже шагнув к человеку. Кел смотрел на них снизу вверх, а рост его был настолько мал, что макушка не достала бы даже до подбородка Аргемии. Он тяжело вздохнул, распрямился и протянул миску с креветками в панировке двум Ариралам. — Вот, вы наверняка проголодались… — Ариралы приняли миску с креветками, поднеся её на уровень лица, обнюхивая. — Хах, ну вроде яда нет! — Эсранника высунула длинный змееподобный язык. Ловкая мышца обвилась вокруг одной из креветок и быстро утянула её в рот. — Хотя, *чавк* сомневаюсь, что *чавк* у вас есть яды достаточной *чавк* силы! Аргемия плавным движением взяла креветку, ещё раз обнюхала и положила её себе в рот. Прожевав, она издала тихий довольный «мур», слегка прикрыв глаза, явно довольная вкусным питательным морепродуктом. — С-спасибо… — Мягко и неуверенно сказала Аргемия. — Так, мы тут можем долго стоять и есть, но у нас там полудохлый корабль на поляне и, как я помню, твоё транспортное средство там же, да? — Эсранника посмотрела на Кела. — Эм ну… Да, вроде как, мой квадрик там… — Кел уже меньше боялся двух огромных антропоморфных кошек, но в воздухе всё ещё витала нотка неловкости. — Тогда пошли, прогуляемся все вместе, заодно познакомимся! К слову, я Эсранника Армунтелла! Она — Кошка кивнула в сторону своей подруги. — Аргемия Армунтелла! — Кхм, я Келлин Эклипсвейн, можно просто Кел, приятно познакомиться! — Он мягко улыбнулся и, кратко взглянув поочередно им обеим в глаза, отвёл взгляд в сторону открытых гаражных ворот. Эсранника пихнула миску с креветками Аргемии в руки и, подобрав свой шлем, направилась в сторону улицы. Аргемия и Кел переглянулись и пошли за ней. Кошки шли небыстро, даже специально замедляя шаг, чтобы парень успевал идти за ними. — Так… Аргемия и Эсранника Армунтелла? Вы получается сестры или что-то типа того? — Спросил Кел, смотря на Эсраннику, что прямо на ходу брала в руки креветку. — Почти… я немного почитала о вас, о людях, ещё вчера вечером, поэтому по вашему устройству семьи, мы с Аргемией скорей сводные сёстры, но у нас это считается вполне себе родством! У нас гораздо меньше значения придаётся кровному родству, чем у вас. — Она закинула креветку в рот. Аргемия, идущая рядом, тоже не медлила с этим, хрустя лакомством в панировке. — А вы… Ну то есть, насколько далеко ваша планета? Как давно вы знаете о людях? С какой целью вы здесь? — Всё стеснение молодого астрофизика уже испарилось, а в глазах появился неподдельный, почти детский интерес. Эсранника слегка хихикнула, смотря на заинтересованность человека, и, вздохнув, начала отвечать: — Примерно шестьдесят тысяч световых лет отсюда! О людях мы узнали, пожалуй, часов сорок назад, а вот говоря о цели с которой мы здесь… Не буду раскрывать всего, но нам просто нужно было место, где мы могли бы временно осесть… — Парень с интересом слушал всю эту информацию и уже было хотел спросить что-то ещё, как Эсранника прервала его. — Подожди, теперь у нас есть вопрос! Кел вздрогнул, опомнившись от своего всепоглощающего интереса. — Ох, да, конечно, спрашивайте! — Ты знаешь что-нибудь о том, что произошло этой ночью? По крайней мере выглядело это так… — А, это? — Келлин отвёл взгляд, явно не готовый к этому вопросу. Он был согласен со своим демоническим другом, что говорить хоть что-то про ад, магию и прочее было бы не совсем разумно, но он как-то не подумал какой вариант ответа у него есть в случае данного вопроса, кроме правды. Подумав пару секунд, Кел попытался дать хоть какой-то ответ. — Да кто его знает, впервые такое вижу… Может мистическая или инопланетная херня какая-то… Мало того, что сам ответ звучал неубедительно, так ещё и тон Кела максимально выдавал его. Кошки тут же переключились на телепатическую связь: — Пиздит, как дышит! — Кинула обвинение Эсранника. — Явно не умеет врать… Вот только почему говорить не хочет? Его тоже хотели убить, мы его спасали, а по итогу он нам всё равно врёт? — Ну, справедливости ради, ты его тоже чуть не ёбнула… Так и что делать будем? — А что мы можем? Я сейчас себя так дерьмово чувствую, что говорить могу еле-еле… — Пусть телепатическая связь не передавала интонаций и эмоций, но даже так в ответе Аргемии Эсранника могла почувствовать усталость. — Это заметно! Тебя обычно хер заткнёшь, а сейчас почти не разговариваешь… Знаешь, предлагаю сделать проще… Погнали ёбнем его? — Что?! — Аргемия, сквозь усталость крайне осудительно посмотрела на свою подругу. — Раньше ты была как-то менее кровожадна… — Ну блять! Я же не про убийство говорю! Вырубим его, подключим к моему шлему, вытащим из его бошки всю нужную нам информацию, сотрём момент, когда мы его вырубили и просто скажем, что он ни с того ни с сего свалился в обморок! Аргемия ещё некоторое время смотрела на Эсраннику, а после они обе покосились на Кела, который непонимающе смотрел на двух инопланетянок. — Он же даже ничего не поймёт! Наша репутация не только будет чиста, но и представь как это будет выглядеть для него! Он упал в обморок, а мы взяли его, принесли к себе, позаботились о нём… Идеально! Эсранника понимала, что в обычной ситуации Аргемия ни за что бы не согласилась, но что в последнее время было «обычным»? На чужой планете, израненные, морально истощенные, уставшие, столкнувшиеся с чем-то неизвестным. Это заставило красноволосую кошку вынести необычайно жестокое для неё решение: — Да… Ты права, делай… Так будет проще для всех… — Ну ты же знаешь, я больше по матчасти! Ручками я, конечно, тоже работать люблю, но мы тут не движок чинить или дрочить собрались! Я его скорей убью, чем вырублю… Поэтому сама давай! — Ты серьёзно? Ты хочешь чтоб я окончательно из ума выжила? Если я его раню, то… Я не знаю… Блять, сделай это сама, прошу… — Если ты его ранишь, то это будет лучше, чем если я ему нахрен бошку оторву! Я достану из своего комплекта брони запасные колбочки тиопентала натрия, на нашу удачу в старых образцах силовой брони их клали более чем достаточно. Вырубить нужно буквально секунд на двадцать, чтобы я могла безнаказанно вколоть ему тиопентал, а там дальше будет спать как убитый! — Аргемия в ответ на это тяжело вздохнула. — «как убитый»? Ты смотри не переборщи, учитывая какой нежный у их вида организм, введёшь на миллилитр… нет, на каплю больше и он умрёт раньше, чем мы успеем вытащить из его головы хоть что-то! Но вырубить его всё ещё слишком опасно… Я могу отвлечь его, ты достанешь ту херню, про которую ты сказала, и просто введёшь как-нибудь… След от укола будет убрать легче, чем дырку в его черепе, если бы я вдруг попала ударом немного не в висок и немного не по касательной… — И то верно, сотрём этот момент из его памяти и дело с концом! Обе кошки посмотрели в сторону недоумевающего Келлина, который всё это время шёл рядом, храня молчание. Эсранника слегка сбавила шаг, после чего Аргемия спокойно перешла на освободившееся рядом с парнем место, всё ещё держа миску с креветками. — Я… Я хотела бы извиниться за то, что… Ну… За то, что мы украли твою еду, а потом, на поляне, я немного не рассчитала силу и… — Она виновато отвела взгляд. — Да ладно, главное, что вы не специально меня угандошить хотели! Я не злюсь! По крайней мере, не сильно… — Ох ну, это хорошо! — Аргемия покосилась на Эсраннику, которая уже сняла одну из наручных внешних пластин брони, доставая от туда небольшие колбочки жидкости. — Если не секрет, а сколько вам лет? Ну, если, конечно, ваше исчисление можно перевести на земные года… Аргемия растерялась, услышав такой вопрос, ведь в отличие от своей подруги, весь вчерашний вечер она посветила не изучению человечества и попыткам уснуть, а пересборке внутренностей Керфура и размышлениям о сложившейся в её жизни ситуации. Но не успела она что-либо сказать, как сзади Кела появилась Эсранника. На небольшой колбочке в её руке была маленькая, почти невидимая на конце игла. Без силы положив руки на плечи парню, она слегка уколола его в шею, от чего тот слегка дёрнулся, обернувшись на неё через плечо. — Прости-прости! — Она хихикнула и широко улыбнулась. — Мне нужно быть поосторожнее, перчатки брони имеют остренькие края, но не беспокойся, я тебя несильно задела, там даже крови нет. — Она встала справа от Келлина. — Мне тридцать девять, ей сорок, если на ваши года переводить, а тебе сколько? — Мне? Мне двадцать пять годиков… Мне стоит перейти на «вы»? — Не парься, физический возраст не имеет особого веса… Да, мы значительно старше, но у нас молодняк сначала в инкубаторах держат, а потом по спец. программе растят роботами! Типа, оттуда выходят очень умными и о жизни осведомлёнными, по крайней мере, с научной стороны… А вот социализация страдает очень сильно! Поэтому, в плане «психологического возраста», можешь просто от нашего вычесть примерно лет четырнадцать! — Инкубаторы? Роботы? Блин, это всё очень интересно! Расскажете? — Хм? Ты всё равно всё забудешь, смысл? — Забуду? В каком план- Не успел Кел договорить, слегка пошатнулся и остановился, тяжело дыша. — Б-блять, что со мной? Всё плывёт… Кела уже начало пошатывать. Эсранника широко улыбнулась и опустилась на колено так, чтобы её лицо было на уровне его. — Мы не любим, когда нам врут~ — Игриво и даже почти ласково промурчала Эсранника. — Не беспокойся, ты ничего не вспомнишь! Тело парня обмякло, а глаза закатились. Хитрая кошка поймала падающую тушу в свои руки, а после взвалила на плечо. — Неправильно всё это… — С тяжёлым вздохом пробурчала себе под нос Аргемия. — Его проблемы! Тем более, можно будет отредактировать ему память о чём-нибудь ещё… Типа, знаешь, заставить его забыть нас или- — Кошка вдохновенно ахнула и посмотрела на свою подругу. — Я придумала! Пусть он думает, что мы Боги! Знаешь, у них, в отличие от нас, религия то есть! Подкрутим ему там что-нибудь и будет добровольно нам тонны креветок приносить! Эсранника, обычным для Ариралов и чрезвычайно быстрым для людей ходом, устремилась в сторону поляны, где осталась их полурабочая варп-стрела. — Эсра, ну это уж совсем пиздец, не? Мы же не узурпаторы! Мы на этой планете вообще, можно сказать, гости, а ты «Богом» для местных уже стать хочешь? — Только для одного! Нам же нужна еда, верно? Вот и будет нам приносить вкусняшек разных! — Эсранника взяла ещё одну креветку из миски в руках Аргемии, смакуя морепродукт. Почти весь путь до поляны, где на земле покоился ныне один инопланетный космолёт, прошёл молча. Аргемия обдумывала предложение Эсранники, пока та что-то напевала себе под нос. Лишь на подходе Аргемия решила спросить: — И так? Каковы версии на данный момент? — Серые, как ты и говорила… Предполагаю, что мы сейчас на их части галактики, а это была какая-то форма регулирования местной фауны. Будь это защита от Ариралов или, точнее, от Розиталов, она была бы более мощной. Думаю, мы попались на какие-то датчики, те ахуели от того, что появился какой-то новый, невозможный для этой планеты организм и решили запустить систему урегулирования! Но это лишь пока теория… — Ну, по крайней мере вожак тех тварей говорил мне, что человек их основная цель… — Вполне возможно из-за того, что если его и нас не устранить, после взаимодействия с нами он станет разносчиком сверх-сильных для этой планеты бактерий, из-за чего всё население планетки может «пуф» и пересдыхать деньков эдак за пятьсот… Вот только в отличие от него, местные власти нас сразу повяжут, а он то вполне может успеть разнести заразу… — Точно! Он же тоже под угрозой! Нам с этим нужно будет что-то сделать! Инъекцию, например… — Я его скорее в биомассу превращу, чем сделаю нормальную инъекцию для его организма… Кхм, ладно, сейчас достанем из его головы нужную информацию и сделаю я ему инъекцию… А пока вернёмся к Серым. — Сказала Эсранника, зайдя пригнувшись в валяющуюся на земле варп-стрелу и положив Кела на пол. — Не думаю, что Диефтинтис настолько был зол на нас, чтобы послать на территорию Серых… — Говорила Аргемия теперь более оптимистичным голосом. — А ты не думала, что он на самом деле не такой уж и добряк? Не считаешь странным, что за почти десять миллионов лет, которые Розиталы и Серые делят космос, до возможности полноценно развиться дожили только мы, Ариралы? Где остальные? Неужели никто? — Говорила уставшая Эсранника, медленно, по частям снимая броню. — Может он специально послал нас сюда, чтобы мы здесь сдохли и по итогу наш вид загнулся? Вдруг это всё план по уничтожению Ариралов? — Что-то ты уж совсем в конспирологию скатилась… — Аргемия тихо усмехнулась, тоже начав снимать свой комплект брони. Наступила тишина. Слышались лишь тихие потрескивания систем брони, стук пластин, пение птиц снаружи и тихий шелест листвы. — Как выдастся моментик, надо будет хоть помыться что-ль… А то все в крови да грязи… — Сказала Эсранника, медленно разбинтовывая рану на ноге, что была неумело перевязана Керфуром. — Хорошо хоть наши халаты целы остались. — Аргемия подняла белый, схожий с «научным» халат, что был в спехе сброшен в угол ещё этой ночью. — Могла бы и не надевать… — Эсранника попыталась игриво ухмыльнуться, но после слегка встряхнула головой, тяжело вздохнув. — Чего одежду пачкать? — Одежду? — Уголки рта Аргемии поднялись в слабой улыбке. — Тебе просто нравится моя грудь! — Ну ладно, и это тоже! Наконец одевшись, кошки кое-как усадили парня в кресле пилота. Эсранника вертела в руках свой шлем, пока Аргемия рылась в системе бортового компьютера. — Удивительно, но стрела в почти полностью рабочем состоянии… Ну, именно что почти… Движки и модули левитации отказали, а также система не видит большую часть устройств, кроме фабрикатора и тех, что мы сами подключаем… В остальном, на ней даже нет повреждений! — Аргемия открыла консольную строку, после чего слегка отошла назад, давая подруге возможность пройти. — Слава физиологии, наши головы не сильно отличаются размером с человеческими… Конечно, его лучше зафиксировать как-то, шлем будет бултыхаться на его голове, но если сделать всё быстро, то должно быть всё в порядке! В ином случае, шлем поджарит ему мозги… Зато будет чем перекусить! — Эсра! — Под смех подруги выпалила Аргемия. Эсранника быстро ввела пару команд в консольную строку, надевая шлем на Кела. Аргемия придерживала его голову, а впоследствии и шлем прижатыми к спинке кресла пилота. — И так, посмотрим, что тут у нас! — Сказала Эсранника, запуская процесс

Ошибка: процесс невозможен

Возможная причина возникновения ошибки: 𒅒🜏𒈔⛧⸸𒄆⛧𒈞

Код ошибки: 00666×443556

Возможное решение: T͑e̍ ̍i̓p̔s̿u͝m͒ ͒ȉǹt̑e̍ŗf̾i̎c̊e͒

Пялясь на экран в полнейшем недоумении и растерянно моргая, кошки попытались переподключить шлем и произвести процесс сканирования памяти снова.

Ошибка: запрос отклонён

Возможная причина возникновения ошибки: 𒅒⁶█⁶⛦𓁹𒀱

Код ошибки: 443666×666556

Возможное решение: Ṅͅe audéã̙ş͠ ţanḡ͢eŗ͘e

— Знаешь, что во всём этом меня смущает… — Смотря на экран через прищур наполненный подозрением, говорила Эсранника. — Эти цифры и символы не на ариральском, как видишь… Я бы списала это на сбой, но вот только нужные библиотеки с людскими языками и символами не скачаны в системе… И ладно бы это ещё был английский, может установился, когда мы скачали его в головы, но это? — Она многозначительно указала в сторону экрана. Тяжело вздохнув, Эсранника сняла с парня шлем и небрежно скинула прибор на пол. Размяв шею, она продолжила: — Что-то здесь точно не так… Арго, что дум- — Как только она повернулась, она увидела Аргемию, сидящую на полу. Её красноволосая подруга упёрлась ладонями в лицо. — Чтоб я ещё хоть раз тебя послушала… — Хей, давай не надо! Я не знала, что такое в целом возможно, ты, к слову, тоже! Сканировать и редактировать память нельзя только в случае сильного повреждения мозга или его полного отмирания, какого хуя нам выдаёт ошибку сейчас, я не знаю! — Всё же было в порядке… Он даже был дружелюбен… А мы- — А мы пережили за эти несколько дней, вероятно, больше чем он за всю жизнь. Мы на нервах, уставшие, истощённые, цепляемся за жизнь, а он нам ещё и врать вздумал! Так ещё и по такой важной теме! — Конечно он будет, блять, врать! Он нам не доверяет! Мы обокрали его! Мы его чуть не уби- — Мы? Ты его чуть не убила! У меня и в мыслях не было вообще входить с ним в контакт! А потом мне ещё пришлось делать операцию на инопланетный, сука, организм, пока ты, хлопая глазками, единственное что могла делать, так это ныть и подавать то, что я прошу! Не вини «нас» в твоих проёбах! — Моих проёбах? Если уж ты так хочешь, то позволь напомнить: ты украла еду! Я была против этого! Я не знаю, как я позволила тебе это сделать! Я до сих пор не до конца пришла в себя! У меня до сих пор всё не в порядке, но сейчас я мыслю уже более адекватно, ведь- — Ахуеть! «У неё не всё в порядке»! Если ты думаешь, что я в здравом рассудке, то сюрприз-сюрприз, я, конечно, стрессоустойчивая, но не когда мне приходится вытаскивать тебя из полной задницы, а после нас обеих ещё и пытаются убить! Ты вообще- — Не перебивай меня! Это как минимум- — Да иди нахер, это ты меня не перебивай! Ругань переросла в бессмысленные оскорбления и попытку найти «виноватую» в данной ситуации. Казалось, это можно было слышать с другого конца территории.

Немногим ранее

Помятый синий цилиндрический робот складывал не менее помятую одежду в шкафчик прикроватной тумбочки. Это получалось с трудом, ведь одной клешней было чрезвычайно сложно проводить манипуляции с одеждой. Самым сложным по итогу оказалось поднять её с пола в уже сложенном виде и запихать в шкафчик. Казалось бы, задача менее чем на минуту, но Керфур потратил на это уже почти десять. Наконец закончив, Керфур решил свериться со своим внутренним листом задач: — Итак… Разбудить хозяина… Есть… Оказать необходимую помощь… Есть… Починить сервера радиотарелок? — Керфур некоторое время постоял на месте. После улучшения, он моментально позаботился о том, чтобы быть всегда подключенным к общей сети и, когда это необходимо, устраивать калибровку радиотарелок, проверять работоспособность серверов и в целом приносить всевозможную пользу, даже когда об этом не просят. Произведя проверку исправности серверов, Керфур построил маршрут «Sierra-Yankee-Whiskey». Потратив на открытие дверей неприличное количество времени, робот выехал из здания обсерватории. Скатываясь кубарем по склонам, завязая в грязи и еле запрыгивая на ступеньки лестницы, которые были предательски далеко расположены друг от друга, не давая бедному роботу просто проехать по ним вверх, Керфур чинил один сервер за другим. И вот, наконец закончив с последним сервером, робот аккуратно спускался по ступенькам, пытаясь не упасть, чтобы не помять и так измятый нечистью корпус. — Т-а-а-ак… — С электронным треском тихо было слышно из динамиков. — Теперь можно и домой, на подзарядку… Только робот начал разворачиваться, чтобы уехать, как в поле зрение его камеры попало промелькнувшее где-то слева зелёное пятнышко. Заинтересовавшись, моноколесо понесло металлический цилиндр в сторону небольшой полянки, окружённой лавками. Шурша по гальке, он приблизился к медной статуе. Весь металлический козёл покрылся светло-зелёной коркой ржавчины, делая фигуру козла более внушительной в этом бледном, «грязном» цвете. Керфур не мог понять, почему же система приоритетов поставила задачу осмотра данной статуи выше чего-либо. Но чем дольше он смотрел на статую, тем больше она начинала смотреть на него. Взор статуи, казалось, выражая весь свой неживой интерес, пялился прямо в окуляр камеры. Нечто будто пристально смотрело на робота откуда-то из глубины этих медных, затянутых пеленой ржавчины глаз. Счёт времени остановился, а список задач полностью очистился, оставляя Керфура пялится на четырёхрогую статую. Но вот, спустя всего пару минут, робот вышел из стазиса, отворачиваясь от статуи. — Так, что я должна была сделать то…? — Попытка системы восстановить логическую цепочку действий, что привела его к прежнему списку задач, полностью провалилась. Некоторое время подумав, Керфур начала размышлять: — Ариралы… Должно быть, хозяин пошёл с ними… Если они не изменили местоположение своего места обоснования, то… Нужно бы проверить как там дела идут… — Провернувшись вокруг своей оси, робот установил метку на своей внутренней карте рядом с сателлитом «Victor» и поехал туда. Уже на подъезде, из единственной оставшейся на поляне варп-стрелы слышалась ругань и целая гора отборного ариральского мата, который, к сожалению, робот понимал. Подъехав к расположившейся на земле варп-стреле, Керфур аккуратно, но не без труда, заехал внутрь. — Нет-нет, погоди, просто для ясности: ты хочешь сказать, что я виновата в этом всём? А с какого это хера? — Рычала Аргемия, активно жестикулируя. — С «какого хера»? Если я тут буду каждую твою ошибку до мельчайших деталей разбирать, на это уйдёт времени больше, чем живёт эта ебаная вселенная! Но раз уж ты так желаешь, то давай, я готова потратить несколько десятков миллиардов лет на то, чтобы доказать тебе, в чём ты виновата! — Агрессивно сжимая кулаки, выпалила Эсранника. Слушая крики двух озлобленных друг на друга кошек, незамеченный ими робот некоторое время просто наблюдал, не решаясь вмешаться. Но продолжаться вечно это не могло, и Керфура к действию сподвиг Кел, лежащий без сознания в кресле пилота. — Эй! Что у вас тут произошло?! Почему Хозяин Кел находится без сознания? — Услышав неожиданный для них голос, обе кошки вздрогнули, резко повернувшись к Керфуру. — Тьфу ты, не пугай так! Почему же он без сознания? — Эсранника кивнула в сторону Кела. — А это всё потому- — Ох, Керфур, а это всё потому что эта особа захотела, блять, насильно достать информацию из бошки твоего хозяина! Информацию, которую вполне можно было бы добыть мирными путями! — Перебила Аргемия. Эсранника было хотела что-то ответить, но тут Керфур вмешалась своим высоким роботизированным голоском, что звучал обеспокоенно: — Он же у вас тут умрёт сейчас! Большая часть выделений вашего организма, включая пот и всё прочее очень пагубно влияет на человеческий организм! А как же бактерии и различные микроорганизмы? Вы хоть что-нибудь с этим сделали? — Керфур, насколько это возможно для робота, встревоженно, переводил взгляд с одной кошки на другую. — Блять… — С тяжёлым вздохом произнесла Эсранника, закрывая глаза и потирая переносицу. — Честно — мы забыли, а всё из-за того, что одной красноволосой дурочке резко захотелось выяснить отношения! — То есть и в этом я виновата? — Ну а кто же ещ- — ХВАТИТ! — Провизжал Керфур так, что динамики затрещали от перегрузки. Обе кошки повернулись в его сторону, широко раскрыв глаза. — Давайте для начала разберёмся с тем, чтобы помочь доктору, а после можете ругаться сколько хотите! Эсранника взяла Кела под плечи и, одним движением скинув его на Аргемию, что сидела на полу, уселась в кресло пилота. — Разработка инъекции займёт некоторое время… Точнее, очень много времени, так как данных о людях в этой сфере у меня нет, как и у системы, поэтому сейчас придётся всё скачивать и просматривать… Вынесите его пока на свежий воздух что ли… — Пока Эсранника говорила «отвязным» и спокойным тоном, будто всей этой ссоры только что не было, Аргемия была готова зашвырнуть Кела обратно в Эсраннику, не будь тот живым существом. — При сборке, мисс Аргемия установила в меня множество знаний, не только об Ариралах, но и в целом… Большая медицинская база данных уже была установлена во мне изначально, а теперь она ещё шире, поэтому, думаю, я смогу помочь! — Сказал Керфур, подъезжая к бортовому компьютеру сбоку. — Вот и отлично! Это значительно ускорит процесс… Арго, а ты пока, будь добра, вынеси пострадавшего наружу и подумай над тем, как мы будем извинятся за твои проёбы… — В ответ на это, Аргемия злостно фыркнула. — А не хочешь, за такие провокации, получить по еб- — Керфур резко повернулся в сторону Аргемии, пока Эсранника даже не отвлеклась от монитора. Кошка вздохнула, успокаиваясь. — Ладно, вынесу… Уже через пару секунд, уложив парня на траву, Аргемия вернулась в стрелу. — Так и… Как нам перед ним извиниться? — Обратилась девушка к Керфуру, который уже был кабелем подключен к бортовому компьютеру. — Если быть до конца честной, то я не знаю… Чаще всего, в цивилизованной части нашего мира, люди извиняются друг перед другом по разному, в зависимости от характера отношений между конфликтующими сторонами… Но чаще всего это какие-либо материальные блага… — Материальные блага? — Эсранника на секунду кинула взгляд на Керфура, после продолжив говорить, попутно проводя расчёты в компьютере. — Я ему отсосать могу, пойдёт? — Она широко и ехидно улыбнулась. — Эсра! — Да что не так то? Скажи ей, Робот, люди же принимают извинения интимом? — В ответ на это, робот хотел покрутиться вокруг своей оси, но лишь обмотал кабель вокруг себя, привязав себя к бортовому компьютеру. — Ой… Ну, в общем говоря, да, люди вполне себе имеют вариант извинения через интимный контакт, но, учитывая характер доктора Кела и его недоверие к вам, не думаю, что для вас данный вариант возможен… — Говорил робот, медленно проворачиваясь обратно, чтобы распутать кабель. — Эх блин, как жаль! — С некой долей сарказма хихикала Эсранника. — Тебе лишь бы дырки свои заполнить… — Аргемия закатила глаза, подходя ближе к бортовому компьютеру, чтобы рассмотреть происходящее на экранах действо. — Не «дырки», а технические отверстия! — На некоторое время повисло молчание, пока все трое смотрели на дисплеи. — Мда… Пока не выходит… Эм… Как тебя там? Ну, Робот, короче, а если по правде говорить, то как ещё нам перед ним извиняться? — Для разрешения личностных конфликтов, люди предпочитают дарить что-то сладкое, в особенности шоколадные изделия или «красивую растительность»… Говоря проще: конфеты, плитки шоколада, просто что-нибудь сладкое, не связанное с шоколадом, или цветы… — Цветы? — Спросила Аргемия, помогая Керфуру распутаться из кабеля. — Не видела цветов в округе… Да и еда из фабрикатора гораздо менее вкусная… Хотя, создать кучу сахара и сделать что-то наподобие леденцов, звучит как вариант? — Обратилась кошка к своей подруге. — М-м? Леденцы? Раз я не могу отсосать ему, ты решила заставить сосать его? — Блять! Ну можно хоть на секунду побыть адекватной? — Ладно-ладно, если так подумать… — Эсранника одним нажатием запустила начало новых расчётов на компьютере, после развернувшись на стуле. — Что насчёт йогурта? Эй, чудо железное! — Эсранника постучала кончиками пальцев по дисплею Керфура. — Не знаешь случаем, у этого… у Кела нет случаем непереносимости лактозы или прочей херни? Керфур изменил свою цифровую мордочку на задумчивую, а после ответил: — Не должно быть… Думаю, йогурт будет в самый раз! Но, всё-таки, вам стоит ещё и извиниться, объяснить причины такого поведения, а также, думаю, избежать рукоприкладства в дальнейшем… — В ответ на это Эсранника лишь усмехнулась, с издевательским взглядом смотря на робота. — Избежать рукоприкладства? Ну блин! Это же наше любимое дело! — Эсранника перевела взгляд с робота на Аргемию и, будучи полностью проигнорированной, решила немного успокоиться. — Так что? Решили? Йогурт? — Она посмотрела на стоящую рядом подругу. — Ну… Йогурт — это, конечно, здорово, но… Где мы молоко то возьмём? На фабрикаторе оно получиться ужасным, а улететь откуда-то с этой территории мы, очевидно, пока не можем… — Уже через секунду Аргемия могла лицезреть излишне лукавую улыбку Эсранники. — Молока у нас в достатке! — Эсра! Ну ты опять издеваешься?! — Несмотря на возмущение в голосе, уши Аргемии — вытянутые, заострённые, с мягким, словно крыло бабочки, изломом — неловко ушли назад, выдавая её смущение. — Да что ты! — Ехидно лепетала Эсранника, поднимаясь с кресла. — В этот раз я полностью серьёзно! — Она положила руки на плечи Аргемии. — Ну… Я не совсем уверена… Просто… — Аргемия отвела взгляд. — Да ладно тебе! Он же даже не узнает, что молоко для йогурта было… Кхм… Так сказать «собственного разлива» — Лицо Эсранники всё шире расплывалось в улыбке. Аргемия тяжело вздохнула и с неохотой начала расстёгивать халат. — Но учти! Я делаю такое первый и последний раз! Больше ты меня в такую херню не втянешь! — Кошка направилась в заднюю часть варп-стрелы, пока Эсранника подошла к фабрикатору. — Я точно буду иметь это в виду и не забуду через пару минут… Так-с… — Она начала быстро набирать на фабрикаторе нужные им ингредиенты. — Нам понадобиться пластиковая тара, ложка, крахмал, сахар, немножечко пищевой кислоты и… Вроде всё! — Знаешь, мне кажется, что это всё-таки плохая идея! Ну то есть… Стресс там, всё такое… Молоко же горьким будет? — Аргемия жалостливо посмотрела на свою подругу. — Забей! Всё будет зашибись! — Голубоволосая кошка, которой, по всей видимости, излишне сильно нравилась вся эта ситуация, взяла в руки только что распечатанную пластиковую тару. Но что мы всё об Ариралах, да об Ариралах? Давайте поговорим о Керфуре, что на данный момент стоит рядом с бортовым компьютером, с присоединённым к нему кабелем. Керфуру, определённо, было бы любопытно наблюдать процесс «добычи» молока, но интересовало ли его это на самом деле? Нет конечно. Всё это мирское, это всё так чуждо для робота, включая то, что уже началось в задней части варп-стрелы. Внутреннее убранство корабля и фабрикатор, что усердно печатал заказанные продукты, был для робота гораздо интереснее, чем Эсранника, что уже встала за спиной своей подруги и положила руки на верхнюю пару её грудей. Казалось, что на процесс печатанья фабрикатором вещей можно было смотреть вечно. Тихое жужжание доносилось от передового устройства, что перерабатывало металлический дейтерий во что только душе угодно. Умей Керфур испытывать чувства, он бы сказал, что его раздражает то, как похныкивания, пыхтенье и стоны, разносящиеся от красноволосой кошки, заглушают это тихое жужжание, но на данный момент ему было всё равно. Также стоит уделить внимание происходящему на экранах бортового компьютера. Множественные расчёты проводились прямо сейчас, используя всю базу данных о людях из Керфура, чтобы создать для его хозяина инъекцию, что позволит ему спокойно находиться рядом с Ариралами. С теми самыми Ариралами, которые лишь малое время назад ссорились, а теперь так усердно прикладывают совместные усилия для создания йогурта. Внимание привлекла и влетевшая в варп-стрелу бабочка. Керфур сразу её узнал, это же «Pieris brassicae», что сильно распространена по Швейцарии. Её белые, даже кремовые крылья, обладали тем же сливочным оттенком, как и жидкость, что с каждым стоном всё больше наполняла пластиковую миску. Бабочка села прямо на окуляр камеры Керфура, закрывая обзор на Аргемию, что уже еле стояла ровно, явно вымотанная. И вот, фабрикатор издал тихий писк, оповещающий об окончании печати. Бабочка, лёгкими взмахами крыльев, поднялась и улетела, открывая вид на запыхавшуюся Аргемию, что уже застёгивала свой халат обратно, и на Эсраннику, которая несла миску полную молока к фабрикатору. Поправив резинку на волосах, Аргемия подошла к Керфуру. Смотря на результаты работы бортового компьютера, она перевела взгляд на Эсраннику. Всё ещё томно дыша и пытаясь отдышаться, она начала говорить: — Тут кажись… Это… Закончились расчёты… Написано: «шанс успеха восемьдесят девять процентов». — Отлично! — Весело сказала Эсранника, уже мешая молоко с сахаром и крахмалом. — Тщательно перемешать, а после останется только минут семь подержать при восьмидесяти градусах и добавить капельку кислоты! А после можно будет и инъекцию запустить… Всё равно у нас кроме фабрикатора негде это всё дело разогреть… Аргемия прищурилась, смотря на статичную надпись «шанс успеха: 89%», и решила спросить: — Так ты уверена, что нам не стоит её доработать? Мало ли что может случиться… — Да ну, не верю я, что нам может настолько не везти! Но уж если тебя это так волнует, давай я посмотрю, что могу сделать! А ты иди йогурт тогда сама мешай и следи, чтобы молоко не закипело, когда будешь ставить на разогрев! — Эсранника оставила тару с жидкостью в рабочем пространстве фабрикатора, садясь за кресло пилота. Аргемия подошла к фабрикатору, продолжая готовку. Некоторое время посидев в тишине, она с тяжёлым вздохом начала говорить: — И всё-таки… Вряд ли он нас простит, просто за йогурт и слезливую историю о том, как мы чуть не погибли… Керфур, что ещё можно сделать? — Керфур в ответ на это издал «мяв» и слегка повернулся в сторону Аргемии. — Универсального извинения, как такового, нет, поэтому, подозреваю, что вам лучше будет спросить у самого доктора, что ему нужно. — Задумавшись над этими словами, Аргемия кивнула, продолжая размешивать ингредиенты до однородной массы. — Да, думаю это лучший выход сейчас… — С этими словами кошка включила функцию разогрева содержимого рабочей полости фабрикатора, отходя от него. Сев на пол, она обратилась к Эсраннике. — Говоря о «нашей слезливой истории»: как много мы можем рассказать? — Не вижу здесь каких-либо ограничений. Всё расскажем, но вкратце… Всё равно эта информация никаких «тайн мироздания» ему не откроет, а если захочет кому-либо что-либо рассказать… так а кто ему поверит? — Что ж, ладненько, а что там по вакцине? — Какое чудо по твоему я должна совершить за пару минут? Впрочем, я его вправду совершила! Теперь шанс успеха на пять процентов больше! На большее количество поднять не получиться, поэтому сидеть дольше смысла не имеет… — Эсранника некоторое время помолчав, стуча пальцами по бортовому компьютеру, вновь с ехидной ухмылкой обратилась к Аргемии. — И ты снова назвала её «вакциной»! — Блять… Ну, приелось как-то… Вакцина звучит как-то… правильно? — Эх! Поддалась чарам космического шара! — На секунду Эсранника задумалась. — Говоря, кстати, о нём… Что-то эта падла всё-таки скрывает! — Эсра, ну головой то подумай! Ему более пятидесяти миллионов лет, древнейший представитель разумной жизни! Если-б ему нечего было скрывать, это как минимум было бы странно! Эсранника с мечтательным вздохом откинулась на кресле, смотря в потолок. — Вот бы у него на жёстком диске порыться… Он ведь наверняка знает многое: откуда взялось «зло», что за пульсации идут из центра галактики, видел как зарождается жизнь и ещё много чего… — Когда я первый раз его встретила, думала показалось, но вот когда мы были с тобой у них на станции… При виде его появляется какое-то такое странное чувство… — Сказала Аргемия, смотря на густеющую массу в пластиковой таре. — Когда ты мне это впервые описывала, думала ты просто переволновалась, но теперь, когда я лично увидела Диефтинтиса… Не знаю как это описать… Какой-то… Инфразонный ужас что ли? — Эсранника на долю секунды задумалась, прежде чем добавить. — У людей есть отличное слово «хтонический», которое как раз можно было бы использовать… Они некоторое время просто молчали пока Эсранника не потянулась, решив немного изменить тон разговора: — А знаешь, я почти уверена, что Диефтинтис следил и продолжает следить за нами… Ну, то есть, я, конечно же, имею в виду за Ариралами, не за конкретно нами! Может нам стоит расспросить его при следующей встрече? Всё-таки было бы интересно узнать хоть что-то об утерянной истории нашего вида! — Она слегка повеселела, но вот Аргемия, кажется, уже погрузилась глубоко в мысли. — Можно будет, но я вот всё чаще думаю... Серые… Они определённо угроза, но как бы Розиталы не стали главной преградой на пути у нашего вида… Если так подумать, мы ничего о них почти не знаем, лишь то, что они сами нам показывают… — Рассуждение Аргемии прервал писк фабрикатора, что уже закончил с разогревом кремовидной массы, цвет которой был светло-голубым, почти небесным. Эсранника быстро что-то нажала на компьютере и направилась к фабрикатору. — Осталось добавить капельку кислоты, размешать и дать постоять минут двадцать! К слову, эти двадцать минут фабрикатор как раз-таки потратит на создание инъекции. — Эсранника встретила сконфуженный взгляд своей сестры. — А чего так долго? Обычно минуты-двух хватает… — Структура там нехуйная! Собрать такое займёт возможно даже минут тридцать, но… — Девушка начала включать на фабрикаторе печать рецепта, что недавно был отправлен на устройство с компьютера. — Но, я думаю у нас есть чем заняться! — Она перевела ехидный взгляд в сторону Аргемии, на лице которой уже формировалось раздражение. — Нет! Давай хотя бы разберёмся с нынешними проблемами, прежде чем… Ну ты понимаешь о чём я! — Всё более и более раздражаясь, говорила кошка. — Тцк… Как скажешь! — Эсранника закатила глаза, направляясь к креслу пилота. Керфур, смотря на это, решила слегка вмешаться: — Давайте не будем ссориться? Может вам лучше отвлечься на обсуждение какой-нибудь темы, как это было немногим ранее? Обе девушки, несомненно, услышали Керфура, но продолжили сидеть в тишине.

***

Снова он здесь. Эта проклятая черно-белая плитка, непонятное окружение, чувство, что его сдавливает со всех сторон. Он стоял на узкой круглой поверхности, едва умещаясь ступнями. Длинный столб, что уходил из-под его ног прямо вниз, в жидкость, что двигалась, будто была живой, переливаясь до боли ярким, почти солнечным светом. В промежутках между ослепительно белым цветом он мог видеть тьму. Тьму непроглядную и всепоглощающую. Создавалось неподдельное ощущение — стоит лишь нырнуть под этот белый саван, что так ярко освещает это кошмарное место, как его поглотит вечная тьма. Кел поднял взгляд. Над ним возвышались колонны подобные той, на коей он стоял. Десятки. Сотни. Разной высоты, неровные, словно обломки чего-то гигантского. Самая высокая терялась где-то во мраке, и именно к ней тянулся взгляд. То что было под ним, внизу, начало подниматься. Колонна на которой он стоял дребезжала, грозя рассыпаться. Он прыгнул. На удивление, тело слушалось. Движения были точными, почти привычными. Руки цеплялись за холодную плитку, пальцы скользили, но удерживали. Каждый следующий столб был выше предыдущего, и каждый прыжок требовал чуть больше силы, чем было нужно. Разум был абсолютно чист, будто не давая ни о чём задуматься. Вода поднималась. Не быстро — неумолимо. Она не гналась, не пыталась догнать. Просто сокращала расстояние. Ошибка здесь означала не падение, а конец. Дыхание сбивалось. Сердце билось тяжело, глухо, будто не в груди, а где-то глубже. Ноги начинали дрожать, но он не останавливался. По мере приближения к самому высокому столбу, расстояние между ними всё росло, а ощущения становились схожими с тем, что он испытывал совсем недавно. Пальцы немеют, ноги слабеют и будто перестают ощущаться. Дыхание спёрло, дышать невозможно, а в голове происходят постоянные взрывы. Перед глазами расплываются белые и чёрные пятна. Но вот, последний прыжок, он карабкается из последних сил, а вода всё поднимается. Он ложиться на холодную плитку и… Мог бы посмотреть на бескрайнюю тьму небесного полога его кошмара, но глаза уже застланы разноцветными пятнами. Казалось, кровь бурлила, глаза сохли, а дыхание так и не нормализовалось. Казалось, прошла вечность, или же мгновение, но вот, кто-то аккуратно дотронулся до его плеча, и всё резко кончилось. Лёгкие наполнились воздухом, кровь снова потекла по венам, а вернувшееся зрение позволило увидеть, как ослепительно-яркая жидкость остановилась, тускнея в серый океан, на котором отныне стоит вечный штиль. Сознание вернулось, разум собрался воедино, давая Келу ясно мыслить: — Блять… Опять эти кошмары… — Он посмотрел на жидкость и начал саркастично говорить. — Вау, в этот раз я даже не сдох… Но тут, откуда-то из-под воды, послышался знакомый демонический голос: — Ну, ты был очень близок! — Из воды вынырнул олений череп, а за ним показались и руки, что удерживали демона на плаву. — Водичка отпад! Смесь агонии, отчаянья и страха! Люблю такое! — ФурФур облизнулся своим длинным языком. — Ох ё-моё… А вроде бы собирались встретиться через несколько дней, не? — Я не виноват, что эти двое чудовищ тебя убили! — Демон разразился хохотом. — Убили? — Повысив тон, с лёгким испугом и неожиданной ноткой злости спросил Кел. — Не беспокойся, именно поэтому я здесь! Они тебе вкололи какую-то жидкость… Даже одна капля такой херни отправила бы тебя в отруб на некоторое время, а они кажется лишнего капнули… Раз так в десять… и в общем то… Если-б я не решил, что стоит проверить как у тебя там идут дела, пока эти твари космические делают что-то в своём космолёте, ты бы уже на том свете откисал! — Демон снова расхохотался. — Блять… Я хоть проснусь? А если и да, то- — Не беспокойся, инвалидом тебя эта хрень не сделает, хотя и благодаря мне! Это было непросто, все твои сосуды имели химические ожоги, а мозг уже начал отмирать, но, слава Сатане, это удалось излечить… — В ответ на это, Кел тяжело вздохнул, садясь на платформе, пока ФурФур явно наслаждался купанием в сероватой жидкости. — Блять… Ну, спасибо что ли? — Кел некоторое время хранил молчание, смотря на демона, что плашмя лежал на водной глади. — И что мне делать? Не думаю, что эти две мне поверят, даже если я расскажу правду, а это грозит, как я понимаю, смертью… — Ну не думай ты о них так категорично! Всё-таки, невзирая на их оплошность… Ладно, оплошности, но они не преследовали цели тебя убить! Да и тем более, они всё ещё хотят, чтобы ты рассказал им о «ночном инциденте», имя которому, к слову, «Шёпот Ада». — Стоп-стоп! А с какого это хуя я вообще должен им что-либо рассказывать? Мы даже не успели толком познакомиться! Чего они от меня ожидали? Что я вывалю им всё, что знаю? А много ли я знаю о них и их планах? А они же, как только не получили желаемого результата, так сразу! — Кел сжал кулаки. — Если им так невмоготу получить эту информацию, пусть делают, что хотят, но добровольно я им хер что расскажу! — Вот он, Кел, которого я знаю! — Фурфуриос опять расхохотался, поднимаясь на платформу. — Именно этот дерзкий юноша схватился за ручку огнетушителя несколько дней назад! — Демон саркастически-уважительно сделал пару хлопков в ладоши. — Ага, всё! Как только проснусь, всё им выскажу! — А если они тебя убьют? — Дразнящим тоном, поинтересовался граф, обходя парня по кругу. — Убьют? — Он упёрся лицом в колени и громко выдохнул. — Мне так не хочется ебать себе мозги с всей этой хренью… Ну и похуй! Заебало меня это всё! — Дорогой мой, ну что же ты в крайность уходишь? Жизнь человека ни в коем разе не разменная монета! Просто соври! — Фурцифер улыбнулся своим оскалом. — Учись врать! Скажи, что если ты кому-то расскажешь, то тебя убьют! А также убьют и того, кто об этом узнал! Вот и всё, они поймут, почему ты не хотел им рассказывать и это даже не будет полностью ложью! — Хм… — Кел задумался. — «Не будет полностью ложью»? — Демон загоготал. — Ох Келлин… Если ты думаешь, что прося тебя «никому ничего не рассказывать», я имел в виду «дружеский совет», то ты ошибаешься! — ФурФур наклонился к Келу, а белые точки в и без того пустых глазницах его черепа пропали, а голос стал ниже. Одна из рук адской твари, на которой уже образовались когти, легла на плечо астрофизика. — Я надеюсь, ты понимаешь о чём я? Как минимум в ближайшее время, ты не должен рассказывать об этом… И я более чем серьёзно… — Когти ещё не впивались в плечо, но уже были близки к этому. Парень нервно сглотнул, а после тяжело вздохнул: — Знать бы ещё, что для тебя «ближайшее время»… Ладно, условились… Но заметь, если вдруг мне предложат космический корабль или типо того за эту информацию — я всё разболтаю и даже не подумаю держать язык за зубами! — Парень нагло ухмыльнулся смотря демону прямо в лицо. — Наглец… — Демон отпустил парня, а его прежний голос вернулся. — Именно за это я тебя и уважаю! — Как только выдастся спокойная ночка, нужно будет выпить… Жаль крепче пива заказать я ничего не могу… — Выпить? Что ж, идея то неплохая! Насчёт того, что мы будем пить: прогуляйся, как будет время, вокруг обсерватории… — Фуртур размял плечи. — Но вот только тебе пора просыпаться, доктор Кел, пора! — Демоническая лапа резко легла на лицо Кела. — Подожди, а как- — В глазах Кела вновь начало мутнеть. Падая на плитку и почти теряя сознание, Келлин фыркнул, смотря на демона. — Ну предупредить т-то, можн- — Не успев договорить, Кел погрузился во тьму.

***

Инъектор издал тихий «щелчок», закончив вводить жидкость в латеральную широкую мышцу бедра. Эсранника отложила инъектор в сторону отключенного, стоящего на зарядке Керфура, после, раздражённо вздохнув, заговорила: — А я говорю, что лучше всё-таки было снять с него штаны! Видишь? Поцарапала штанину, пока заворачивала! — Возмущалась голубоволосая кошка. — Я надеюсь ты ничего не напутала, иначе выносить отсюда мы будем уже труп! — Аргемия была напряжена, и это выдавало не только её нахмуренное лицо, но и хвост, что застыл в напряжённой позе, слегка подёргивая красной «кисточкой» на конце. Её руки аккуратно расправили штанину Кела обратно. — Да расслабься ты, всё будет в порядке! — Эсранника нежно улыбнулась, положив руку на плечо своей подруги. Её хвост сначала заботливо дотронулся до ноги Аргемии, а после, уже мягко и нежно, обвил хвост её подруги. — Я с тобой… Аргемия не ответила, но её тело, пусть и лишь немного, но расслабилось, а лицо сменилось на нетерпеливое ожидание, смешанное с тревогой. И вот, обе кошки вздрогнули, смотря на дёргающиеся веки парня, что уже начал просыпаться. Они слегка отодвинулись, чтобы дать Келу больше пространства, как только он проснётся. — Б-блять… — Он, придерживая голову так, словно та может отвалиться, медленно перешёл в сидячее положение. Аргемия вдохнула полной грудью, тихо спрашивая: — Как ты себя чувствуешь? Проморгавшись и протерев глаза, Келлин потупил взгляд в Ариралов через полуприкрытые глаза, а после его лицо стало агрессивнее и злее. Его ноги всё ещё ощущались ватными, но говорить он уже вполне мог, а большего ему было и не надо. — Ох, как я себя чувствую? Отлично нахуй! И сколько же органов вы из меня достали? — Моментально полетело обвинение в двух девушек. — Органов? — Спросила Аргемия, сделав виноватое выражение лица. — Мы не- — Ответ Аргемии прервала Эсранника, слегка выдвинувшись вперёд к Келу. — Ладно, слушай, мы попытались достать из тебя часть твоей памяти, но у нас… Не получилось, и прежде чем ты что-то скажешь, мы… — Она сделала паузу, тяжело вздохнув. — Ладно, я проебалась, хорошо? Своровать еду, вырубить тебя, попытаться что-то достать из твоего мозга — это всё я… Тот случай на поляне… Аргемия сделала это не намеренно, ясно? И я извиняюсь за всё это, но просто чтобы между нами не было недосказанностей: мне вообще не стыдно… Да, может мне и должно быть, но падать в ноги в слезливых извинениях я не собираюсь, это понятно? — Да, мне абсолютно понятно! Ваши «проёбы», за которые вам даже не стыдно — это почти моя смерть! Хотя нет, подожди-ка, не «почти»! Что и в каком количестве вы мне тогда в шею вкололи? — В ответ Эсранника вопросительно изогнула бровь. — Тиопентал натрия, два миллилитра сорока-процентного раствора, а что? — Кошка усмехнулась. Глаза Кела моментально расширились в шоке: — Сколько нахуй? Это выходит восемьсот миллиграмм тиопентала натрия! Если что, четырёх сотен вполне достаточно, чтобы без мед. приборов человек минут через тридцать уже сдох к херам! — Кел развёл руками. — Перед тем как колоть в меня что-то, вы хоть думаете? — Да ты как будто бы в этом разбираешься! — Предъявила Эсранника. — Да и как ты тогда жив? — Между прочим, я разбираюсь! Я окончил Стэнфордский университет! Все предметы на «идеально»! — Астрофизик гордо распрямил спину. — А о том, как я выжил… А чего вы меня спрашиваете, достаньте и эту информацию из моей головы! Нахера меня вообще о чём-либо спрашивать? — Кел, нам… — Аргемия покосилась в сторону Эсранники. — Мне жаль, что у тебя сложилось не лучшее впечатление о нас… И ещё… — Её уши слегка сдвинулись назад, а вибриссы слегка задрожали, что в этологии Ариралов являлось явным признаком смущения. Девушка молча протянула миску с кремовой небесно-голубой субстанцией и воткнутой в неё пластиковой ложкой. — И чё это? — Спросил парень, аккуратно и с недоверием беря в руки пластиковую тару. — Это йогурт, мы сделали его в знак примирения! — Аргемия держала ладони вместе, изредка сжимая в одной другую, пытаясь успокоиться. — И что в нём? Яд? Какие-нибудь наноботы? Амнезиаки? — Кел внимательно рассматривал кремовую поверхность субстанции. — Крахмал, молоко и сахар, вот и весь секрет! Ни яда, ни чего-либо ещё! — Фыркнула Эсранника. — Хватит выделываться и ешь давай, мы на него, между прочим, драгоценный дейтерий потратили! — Я всё ещё не вижу причин, почему я не должен швырнуть его в вас и не свалить отсюда нахер! Знаете, спасая вас и относясь к вам терпимо, я надеялся что от вас станет хоть немного меньше угрозы, не говоря уже о помощи! А по итогу в меня вкалывают смертельную дозу тиопентала, так ещё и без моего спроса лезут ко мне в мозги! Слушая агрессивную тираду парня, который, по всей видимости, злился уже чисто из принципа, Аргемия лишь продолжала виновато смотреть на него. Как только он договорил, сенаторша снова попыталась перевести диалог в более «мирное» русло: — Кел, давай мы все успокоимся, хорошо? Мы поступили неправильно и мы это понимаем… — Аргемия тяжело вздохнула. — Я и Эсранника обещаем, что мы больше тебе не навредим, по крайней мере умышленно… Мы даже можем объяснить, почему мы так поступили, если тебя, конечно, это интересует… — Говори за себя, Арго! — Кинула Эсранника, после обращаясь уже к парню. — Если будешь много выёбываться, дружочек, то я могу и умышленно тебя пиздануть… Обе кошки замолчали, ожидая ответа от Кела, который, кажется, над чем-то задумался. Ему и вправду бы хотелось позлиться подольше, но сил уже не было ни на злость, ни на что-либо ещё, хотелось просто лечь и уснуть прямо здесь и сейчас. — Ладно, похуй, рассказывайте… — Кел сложил ноги в позу лотоса, держа миску с йогуртом рядом, но не начиная есть. Его лицо расслабилось и превратилось в уставшую гримасу. Эсранника потянулась. В отличие от Аргемии, её халат был лишь запахнут, а не закрыт на застёжки, из-за чего во время потягиваний он слегка распахнулся, обнажив линию меж её грудей и область прямиком до края чёрных облегающих шорт, включая её подтянутый, стройный живот, и она вовсе не стеснялась этого. — Если говорить вкратце, то всё очень просто, мы морально истощенны… А если говорить о причинах этого, то… — Эсранника посмотрела на Аргемию. — То причин для этого много. Мы с Эсранникой занимаем далеко не последнее место по важности у нашего вида… Конкретно я, глава сената Талов. Кто такие «Талы» и «Шорты», если- — Аргемия на секунду прервалась, услышав как Кел сдавленно хихикнул на слове «Шорты». Вздохнув, она продолжила. — Если понадобиться далее, мы расскажем… — Говоря прямо, не «не самые последние по важности», а одни из самых важных Ариралов в целом из всего вида. — Эсранника и Аргемия уселись напротив Кела, принимая как можно более удобную позу. Голубовласая кошка продолжила. — И вот, на нас навалилось огромное количество работы. Проекты, документы, встречи, планирование и ещё куча всего и у меня, и у Аргемии. — Ага… Так ещё и с какого-то хера сенат, который всего десять лет назад был во всём согласен с моим мнением, начал постепенно меняться, и по итогу всё пришло к тому, что на недавний момент почти вся работа сената была парализована. Что бы я ни предложила, более семидесяти процентов сената против меня, и большинством они легко отклоняют мои решения, но при этом я обладаю правом вето, что позволяет мне отклонять их объективно неправильные решения… — Аргемия кинула взгляд на Кела, который уже вовсе не был унылым, а, наклонившись вперёд, внимательно слушал, хотя и пытался делать вид, что всё ещё злиться. — Я лишь выступаю за возобновление международных отношений между Шортами и Талами, создания в обществе более терпимого отношения друг к другу и «духа единого вида»… Услышав ещё один смешок от Кела при слове «Шорты», Эсранника без какой-либо злобы или раздражения закатила глаза и решила разъяснить Келу: — Думаю нам стоит ввести тебя кратко в мироустройство. Раз ты такой «умный», обойдусь уж без совсем примитивных аллегорий. Площадь нашей планеты: семьсот двадцать восемь миллионов квадратных километров, из которых примерно двести девяносто один миллион является сушей. Грубо говоря, планета в полтора раза больше вашей. Кхм… Названия стран пока говорить не буду, ведь будет слишком много информации, всё равно всё не запомнишь. Есть страна Талов, вдоль экватора, а также, с недавнего времени, стран Шортов всего три. Талы — это Ариралы, как раз-таки живущие на экваторе, для нас характерен высокий рост, большая продолжительность жизни, сильный иммунитет, ну и короче всё, что ты видишь перед собой. У нас также более утопичное общество. Вне экватора же, находятся страны Шортов, для которых характерен низкий, как у людей, рост из-за плохих условий жизни: экосистемы, питания, медицины и в целом уровня жизни — плюсом у них плохой иммунитет и меньший уровень научно-технического развития. — Эсранника глянула на Аргемию, которая решила дополнить слова своей подруги. — Несмотря на то, что мы один вид, у нас сформировались абсолютно несовпадающие системы ценностей и норм, а наши моральные ориентиры и социальные приоритет принципиально разные. Мы абсолютно по-разному понимаем жизнь. Но у ме- — Говоря об этом! Обществом и моралью Шорты удивительно похожи на людей! Кхм… Продолжай… — После того как Эсранника перебила Аргемию, та лишь тяжело вздохнула, продолжив. — Я стремлюсь помочь Шортам, чтобы те не жили в грязи и нищете, попутно улучшив их отношение к Талам! По итогу, я хочу объединить весь вид в единый народ! Объединить и наконец начать космическую экспансию, ведь несмотря на наши невероятные технологии, мы всё ещё ютимся все на одной планетке! Даже без космических колоний в нашей же звёздной системе! Но среди Шортов очень много противников помощи сената, а с недавнего момента, конкретно моей… А главный среди этих мудаков — Ксандар Ланкор! — Она фыркнула, пока её лицо стало раздражённым, а глаз слегка дёрнулся. — Я продолжу за тебя… Так вот, Ксандар, коего все, от политиков всего мира до собственного народа, зовут диктатором, является правителем самого большого государства Шортов, что раскинулось на целое полушарие! И именно он всегда выступает против Аргемии… Тот ещё манипулятивный кусок дерьма… — И вот, примерно месяц назад, у нас случились с ним дебаты, по поводу «является ли моё стремление помочь Шортам, попыткой доказать превосходство Талов и указать на плачевное положение всех трёх стран»… И эти дебаты, я, откровенно говоря, въебала всухую… Что-что, а вот оратор он по правде высококлассный… Ну и мои рейтинги среди Талов, логично, пусть и не сильно, но всё-таки упали! Впервые, сука, за двадцать лет моего прибывания на посту в сенате! — Она сжала кулаки, явно злясь. Слегка успокоившись, она добавила. — Я понимаю его точку зрения, она имеет основания, но, учитывая в какой бедности живёт его народ, меня этот ублюдок просто невероятно выбешивает! Кел, слушая внимательно, медленно взял ложку, начав есть йогурт, который, как могли видеть Ариралы по его лицу, ему понравился. — А дальше, одним ужасным утром, я, невыспавшаяся, получаю информацию о том, что на Аргемию готовится покушение. Успеваю в последний момент, мы сваливаем сразу после взрыва, а дальше очень-очень долго скитаемся от планеты к планете, которая помечается системой как «потенциально может быть пригодна для жизни на данный момент». Ссоримся между собой, находим представителей другого инопланетного вида, летим к ним, там показываем себя не в лучшем свете перед двумя главными среди них, но получаем помощь. Дальше мы летим по координатам, что они нам дали, и прилетаем на вашу планетку… Здесь мы приземляемся и находим кости в подвале какого-то странного бетонного здания с кучей освежёванных туш в морозильной камере! Дальше пикник, после которого мы чуть не убиваем представителя местного вида, очень долго делаем ему операцию, а ночью начинается какая-то поебень, от которой мы чуть не сдыхаем! — И понимаешь, Кел… Если бы не ты, мы бы умерли! Ты выглядел как тот, кто явно знает хоть что-то о происходящем. Мы волнуемся, что это может произойти снова, поэтому мы и попытались узнать у тебя что это было, а когда ты нам очевидно соврал, мы… Мы решили достать эту информацию из твоей головы, ведь мы боимся не пережить повторения такого… Да, это абсолютно неправильно, и мы очень сильно извиняемся! Но и ты нас пойми! Мы и так в последнее время были на грани, а тут ещё и это всё… — Обе девушки замолчали, пока Кел, продолжая есть йогурт, задумался, смотря на них. — Мда, дерьма у вас в последнее время случилось много… Но не думайте, что просто поэтому я прощу вас! Йогурт, кстати, действительно вкусный, спасибо, хотя и отдаёт какой-то лёгкой горчинкой, но не критично. — Парень погрузил ещё одну ложку в рот, уже почти полностью опустошив миску. Аргемия, сказав «а я же говорила» через телепатию Эсраннике, обратилась к Келу: — Мы и не рассчитывали, но и извинений никаких придумать не смогли… Поэтому, ты просто скажи, как мы могли бы загладить свою вину, а мы поможем чем сможем! — Она дружелюбно улыбнулась. — Что мне надо? — Кел задумался. — А на сколько широкий у вас диапазон возможностей? — Услышав это, Эсранника моментально слегка наклонилась вперёд. — Ширина диапазона? Чуть больше четырёх сантиметров в диаметре, плюс-минус тринадцать сантиметров в длину или, если тебе так удобнее это называть, «в глубину», всё влажно, узко и тепло! — Эсранника широко улыбнулась. — Не-не-не! — Сразу же возгласил Кел. — Вдруг ещё какой-нибудь космический спид подхвачу или вы со своей силищей мне случайно позвоночник сломаете! К слову, если я правильно помню, мой робот Керфур говорил мне, что вы источаете какие-то токсины, опасные для чел- — Ох да, об этом! — Перебила парня Эсранника. — Уж прости, тебя не спросили, но мы сделали тебе небольшую инъекцию, которая устраняет эту неприятную мелочь. Никакими болезнями, инфекциями, токсинами и прочим ты от нас страдать не будешь! — И меня опять не спросили… Ладно, похуй, проехали всю это поебень… — Кел встал, размяв с хрустом спину, и отложил уже пустую миску. Он уже хотел что-то сказать, но его взгляд зацепился за Керфура, что отключенный стоял рядом с бортовым компьютером. — О, ебать, а он тут чё делает? Вы его перепрошиваете для слежки? Или в бомбу хотите превратить? Аргемия поднялась, подходя к роботу и аккуратно отсоединяя кабель от робота, который сразу начал запускаться. Аргемия повернулась к Келлину. — Нет, в нём просто много данных о людях, особенно медицинских, он помогал с разработкой инъекции… Издав «мяв», робот очнулся ото сна и заморгал своими цифровыми глазками. «Мявкнув» ещё раз при виде доктора Кела, он заговорил: — Вы проснулись, хозяин! И, как я могу судить, конфликт с Ариралами исчерпан? — Ну, почти… Мне ещё придумать надо, как они передо мной извинятся будут… — Он кинул взгляд на двух кошек, что «молча» ожидали завершения разговора. — Ох! Доктор Кел! Я забыла сказать! Доктор Бао, прислав вам вчера флешку с новым ПО, также написал вам письмо! Он разрешил вам не отправлять вчерашнюю квоту, которую вы как раз-таки и не смогли отправить, но вы должны установить на каждой консоли, на вашем рабочем ПК и на прочем оборудовании новое ПО и прислать сегодня уже обработанные диски! К сожалению, на каждую консоль придётся всё устанавливать вручную, на каждой тарелке… — О! Вот об этом и можно попросить! — Кел повернулся к Ариралам. — Поможете с этим? Радиотарелки вы уже наверняка видели, внутри них есть маленькие помещения, там стоит консоль, и вот в каждой такой консоли нужно обновить операционную систему! Сможете? Правда, флешка всего одна… Эсранника усмехнулась, подошла к бортовому компьютеру и быстро что-то напечатала, после чего фабрикатор начал печать: — Сейчас сделаем ещё одну флешечку, как раз под ваши порты, плюсом переходник, чтобы ещё и мою флешку можно было к вашим компам подключать, кинем на них копию файлов с твоей флешки, а после, я думаю, Аргемия и Керфур могут помочь тебе с установкой… — Услышав это, Аргемия возмутилась. — А чего это только я и Керфур? А ты чего делать будешь? — Ты прекрасно знаешь, что я не люблю всю эту «неприятную» физическую активность! Я лучше останусь здесь и отремонтирую Келу его квад… квар… Похер, транспортное средство! Эсранника подошла к парню, что уже достал из кармана флешку и аккуратно протянул ей, будто всё ещё боясь, что его прямо сейчас могут с удара отправить прямиком в адские владения ФурФура. Взяв новоиспечённую флешку вместе с идущей к ней в комплекте переходник, Эсранника начала процесс копирования, попутно обратившись к Келу: — Не против, если я скопирую к нам на комп файлики твоей новой операционки? Создам виртуалку и там запущу её, хочу посмотреть, чё у вас там вообще… Если ты, конечно, вообще понимаешь, о чём я говорю. — Более чем понимаю! Кхм… Ладно, делай если хочешь, мне без разницы… — Парень пожал плечами, с интересом рассматривая фабрикатор. Эсранника, закончив копировать данные на флешку, открыла оставшиеся на бортовом компьютере системные файлы в виртуальной машине, ожидая загрузки человеческого ПО. Краем глаза астрофизик заметил на мониторах то, во что он поверить не мог. Резко повернувшись, он в шоке открыл рот, смотря на то, что запускалось на виртуальном пространстве бортового компьютера. — Ебать того всё… — Парень даже поправил очки, думая, мерещиться ли ему это. Керфур тоже встал ровно, молча смотря на экран. Увидев это, Аргемия тоже обратила внимание на экран. — Чего это вы? — Сказала красноволосая, смотря на три больших буквы «W.I.L». Прокашлявшись, Кел заговорил: — W.I.L — это… Как бы выразиться… — Подумав некоторое время, Кел продолжил. — Это надгосударственная научная мегаструктура, объединяющая умнейших представителей человечества и развивающая все направления человеческой науки без исключений. Я не знаю, с чего это они решили спонсировать компанию, на которую я работаю, но… Кхм… Сказать кратко, я шокирован… В своё время работать в W.I.L хотел… — Ух ты, сборище самых умных людей? Слетать бы туда! — Хихикнула Эсранника. — Сборище? Это организация, которую вся цивилизованная часть мира спонсирует! — Ну тогда они плохо справляются! — Эсранника улыбнулась, указывая взглядом на Керфура. — Уж прости, но это чудо — не самый умный робот! Керфур изобразил расстроенную мордочку, но стоило только Келу слегка погладить его по верху экрана, как тот сразу издал радостный «мяв». — Я понимаю, Керфур тоже у них сделан, но они часто всякий экспериментальный кал, Керфур, это я не про тебя, рассылают по разным компаниям, чтобы те протестировали! Обыденное дело! Понятное дело, что «там», за закрытыми дверями, у них уже гораздо более продвинутые технологии… Но, буду честным, отдел робототехники у них сосёт! Организация серьёзная, а вот именно эта «ветка», по ощущением, для отмыва денег нужна! Но вот что я точно не знал, так это то, что у них какая-то ОС есть! Подожди… — Сказал Кел, смотря на мелкий шрифт снизу от логотипа W.I.L.

Created by: Dr. Adrian Holt, Dr. Marcus Feldman Supported by: Dr. Xerox

Special for:

Alpen Signal Observatorium (ASO)

— Дважды «ебать»… — Келлин ещё шире раскрыл глаза. — М? — Эсранника посмотрела на впечатлённого Кела. — Доктор Адриан и этот второй какие-то важные люди? — Во-первых, разработана специально для моей компании! Это уже пиздец, с чего это их вдруг так заинтересовала ASO, мне вообще не понятно! А во-вторых, про этих двух… Про них я вообще нихера не знаю! В статьях о самих W.I.L и отчётах о проделанной ими работе редко упоминаются имена, но вот «Доктор Ксерокс», за последние лет пять, упоминается так часто, что, пожалуй, больше всех остальных имён вместе взятых… Какой-то неебически умный чел! — Было бы интересно с ним перетереть! — Повисло молчание, нарушаемое только тихим стуком пальцев Эсранники по бортовому компьютеру. Посмотрев на свою сестру, которая, кажется, ничего не собиралась сказать, Эсранника тяжело вздохнула и начала: — Кел… Знаешь, мы, безусловно, хотим, чтобы ты нас простил, но что насчёт того, чтобы мы могли делать что-то для тебя ещё в будущем за провиант? И нет, в этот раз я имею в виду не интим! — Ну… Я даже не знаю… А что вы могли бы делать? Да и разве вы не можете этим своим чудо-устройством напечатать еду? — На это Эсранника лишь закатила глаза. — Она получается пресной, противной, так ещё и не из воздуха это всё делается, а из металлического дейтерия! И он у нас не бесконечный! А еда требует не так уж и мало для создания… — Пресной и противной? Не знаю, йогурт был вполне вкусным… — Услышав это, Аргемия слегка отвернулась, опять засмущавшись, пока Эсранника улыбнулась во весь рот и, засмеявшись, обратилась к Келлину, который явно теперь что-то заподозрил. — Кел, для йогурта мы действительно некоторые ингредиенты напечатали на фабрикаторе, но… А впрочем, неважно! В общем, йогурт — это немного другое! Мы можем создать ещё такого, но это действительно «истощающе», так ещё и дейтерий тратит! Поэтому это не вариант! Так что насчёт моего предложения? Кел посмотрел на Эсраннику, потом на Аргемию, а уже после на Керфура, будто надеясь, что тот что-то скажет. Тяжело вздохнув, он всё-таки дал ответ: — Ладно, я согласен, будто бы у меня выбор есть… — Вот и славно! А теперь, давайте вернёмся к насущным проблемам! — Девушка потянулась, ещё раз хихикнув. — Так, короче, Арго, тебе я дам свою флешку с переходником… — Эсранника посмотрела на уже запустившуюся операционную систему, свернула вкладку виртуального пространства, проверила, правильно ли скопировались файлы на новую флешку, вставила свою, скопировала туда файлы и отдала Аргемии вместе с переходником. — Вот, держи! Там всё само устанавливается, так что просто нужно будет воткнуть в разъём и подождать! А Керфуру я дам обычную флешечку, так как ему ебаться с переходником долго будет. — Поняла… И ещё, Кел, как нам добраться до всех этих радиотарелок? — Аргемия убрала флешку в карман халата, пока её спутница передавала «новоиспеченную» флешку Керфуру. — Идите по дорожке из гальки, по указателям найдёте! Единственно что, два сателлита находятся на территории за ветряками, но стоит только свернуть с дороги и забраться на холм, так их видно будет! Керфур знает где они, так что можешь не беспокоиться! — Парень слегка улыбнулся. — Ладно! Тогда, когда мы закончим, нам нужно как-то тебя оповестить? — Аргемия уже направилась к выходу из варп-стрелы. — Керфур приедет и всё мне скажет! Не беспокойся! — После этих слов, Аргемия вместе с Керфуром вышли из варп-стрелы. Обождав некоторое время, Эсранника потянулась, не стесняясь того, что краешек халата был всё ближе и ближе к неприкрытой демонстрации одной из её грудей. — Уверен, что хочешь отказаться? Я готова «извиниться» даже сейчас! — Эсранника высунула длинный язык, ловко обвивая «невидимый» стержень. — Бля, ты прости, но я свой член случайным космическим кошкам в рот не пихаю! — Ах, как жаль! — Эсранника хихикнула. — Ну и ладно! Тебе же хуже! Между прочим, я в этом деле невероятно хороша! Такое наслаждение ты вряд-ли когда-либо ещё сможешь испытать! — В ответ на это, Кел лишь тяжело вздохнул. — Ты типа нимфоманка или что? — Да у нас процентов восемьдесят в стране таких! Не понимаю, почему у вас и Шортов такая романтизация секса, это же не более чем нужда! — Она поднялась с кресла. — Ладно, проехали, не хочешь, так не хочешь, тебе же хуже… Дай только возьму инструменты и пойдём чинить твою херобору на колёсах… Кел лишь пожал плечами, выходя из варп-стрелы и взглядом окидывая поляну, на которой ещё недавно, ночью, монстры пытались сожрать ныне союзных Ариралов. Через некоторое время, взяв небольшой набор инструментов, который был включён в базовую комплектацию варп-стрелы, за ним вышла и Эсранника, обнаружив парня уже идущим к помятому квадроциклу, что стоял на краю поляны. — Твари! Ну вот не могли его в покое оставить? — Возмущался Кел, смотря на свой транспорт и черную масляную лужу, растекшуюся под ним. — Его хотя бы не разворотило к херам, как одну из наших стрел! — У вас вторая есть, а квадрик у меня только один! — Парень, не без труда открыв «внутренности» своего железного коня, прищурил глаза, рассматривая повреждения. — Вторая то есть, да вот только и она летать не может! Функционал в виде обогрева и фабрикатора — это ведь нам точно поможет, если нам вдруг резко понадобится свалить! — Эсранника открыла небольшой плоский ящичек с инструментами и, что-то достав, подошла к квадроциклу, слегка подвинув Кела в сторону. — Е-ба! Это что за допотопные технологии? Собрано по курсам «физика для самых маленьких»? — Эй! Пусть и старый, но всё-таки мой квадроцикл! Если бы не эти «допотопные технологии», и я бы вчера скис, и вы! — Кел встал с боку от Эсранники, смотря на пробитую шину. — Ты то хоть сможешь это починить? — Перед тобой главный учёный Талов! — Она усмехнулась и гордо выпрямилась. — Лучший учёный, превосходный инженер и по совместительству отличный механик! На все руки мастер! Хочешь проверить? — Хочу, почини мне квадрик, это вполне всё докажет! В ответ на это, Эсранника раздражённо фыркнула, закатила глаза и, взяв нужные инструменты, встала на колени перед поломанным транспортным средством. — Знаешь, побывать на планете у другого разумного вида и не попробовать потрахаться с ними… Это, мягко говоря, упущение! — Кошка залезла руками внутрь корпуса. — Так вот как вы «показали себя не в лучшем свете» перед теми двумя из вашего рассказа. — Кел усмехнулся, пока Эсранника одним не самым аккуратным движением пихнула ему в руки небольшой светящийся шарик, с одной из сторон которого свет шёл с особой яркостью. — Во-первых, это не так! Во-вторых, свети давай, а то тут темно как… А впрочем неважно… — Когда Кел направил луч света идущий из сферы в нужное место, Эсранника начала чинить пробитые крючковатыми когтями составляющие транспорта. — И нет, мы не предлагали им трахаться! Они вообще роботы! Хотя у них есть некоторые представители с щупальцеобразными конечностями… Блять… А ты подал неплохую идею! Хотя я слабо представляю, чтобы мне позволили это сделать… — А у тебя хоть что-то в мыслях есть помимо секса? — Услышав это, Эсранника лишь больше нагнулась, глубже погрузив руки внутрь, ближе к двигателю. — Не представляешь, как много у меня там… Знаешь, думая обо всём слишком много, появляется желание как-то отстраниться от своих мыслей и волнений… Секс мало того что очень приятен, отлично снимает стресс и повышает выработку дофамина, так ещё и помогает отвлечься от тяжёлых мыслей… А этих мыслей много… Я волнуюсь обо всём… О своём виде, о будущем нашей планеты, о незаконченных проектах, о невыключенной аппаратуре в лаборатории, да и банально даже о том, что мы тебя чуть не убили… Но больше всего я переживаю за Аргемию… Она прекрасная личность: эмпатичная, очень добрая, «мягкая», смышлёная, но… Плохо переносит трудности, особенно, когда они наваливаются беспрерывно… Девушка слегка отодвинулась от квадроцикла, поворачиваясь к ящику с инструментами, чтобы взять некое подобие лазерного резака, попутно бросив тяжёлый и усталый взгляд на чёрные от масла ладони. На несколько секунд она закрыла глаза, тяжело вздохнула, а после вернулась к копошению в квадроцикле, продолжая говорить: — И ей нужна моя помощь… моя поддержка… моя защита… — Она опять «вылезла» из квадроцикла, грустно и устало посмотрев на Кела. — Мне действительно не стыдно за то, что я сделала, но мне искренне не хочется, чтобы ты думал плохо о нас… О Аргемии… Мы ошибаемся, мы совершаем не до конца обдуманные поступки, но мы всё ещё не желаем тебе зла, ладно? Просто… Я сделаю всё, чтобы ей не было плохо… И если одной из причин будешь ты, то уж прости, я без колебания сделаю то, что будет необходимо… Будь это убийство или что-либо ещё… Повисла тишина. Кел молча смотрел в глаза Эсраннике, та молча смотрела в глаза ему. Это продолжалось до тех пор, пока Эсранника не отвела взгляд, шумно выдохнув. Подавленно хихикнув, она попыталась выдавить из себя радостно-дружелюбный тон: — Пф-ф-ф, вот это, конечно, было неловко… Прости, что так это на тебя вывалила… Вот теперь даже стыдно как-то стало… — Да ладно, я понимаю, у всех своя жизнь, свои приоритеты, свои сложности и проблемы… Я вполне понимаю о чём ты… Не беспокойся, Аргемии я вредить не буду, да и даже если захочу, вряд ли смогу, но я тебе гарантирую, я не захочу! Главное, если вам что-то нужно, интересно и далее по списку, то просто говорите прямо, лады? Вырубать и убивать меня больше не надо! Эсранника хихикнула, переходя уже с другим инструментом к шине. — Договорились! Оказывается, решать всё диалогом действительно легко, особенно когда попадается такой понимающий собеседник… Ты это, реально, проси, если что-то надо будет, мы попытаемся помочь! — Серая вязкая жидкость, что выходила и наконечника инструмента, похожего на ручку, быстро застывала, заделывая пробоину в пробитой покрышке. — Угу, если мне вдруг понадобится две инопланетных машины для убийств, я первым делом пойду к вам! — Кел наблюдал, как Эсранника надела небольшой «колпачок» на ниппель уже заделанной шины и внутрь той с тихим характерным шипинем начал закачиваться воздух. — Принимай работу! Вмятины, конечно, я устранить не смогу, по крайней мере пока, но ездить он уже может исправно! Кел подошёл, проверил ключ, что так и остался висеть в замке зажигания, и провернул его, заставляя раненого, но вновь живого металлического зверя зарычать уже ставшим родным шумом двигателя. — И вправду работает! Уж не знаю, ты ли это чудо сотворила, или твои инструменты, но у нас бы в сервисе на устранение такой пробоины ушла бы минимум неделя! — Давай тут не преувеличивай! Я уверена, что и у ваших мастеров это не более часа бы заняло, просто лениться не надо! — Ну ты, конечно, сравнила, час активной работы против пяти минут! — Они вдвоём посмеялись, после чего Кел запрыгнул на квадроцикл. — Ладненько, спасибо тебе за помощь! Вы заходите, как будет время! Придётся, конечно, поработать немного сверхурочно, чтобы прокормить ещё два рта, но я думаю, ничего в этом особо страшного нет. До скорого! — Пока-пока! Аккуратнее едь, я там всё починила, но мало ли… — Она дружелюбно улыбнулась, смотря как Кел, махнув ей рукой в знак прощания, развернулся и уехал.

***

Спальня Паймона: комната, всегда разной формы, всё подчинено ритму его присутствия. Геометрия здесь намеренно неточная: стены едва заметно смещены, линии не сходятся под прямыми углами, и взгляд здесь никогда не находит окончательной точки фиксации. Это не дезориентирует, а наоборот, создаёт ощущение устойчивости, словно сама реальность слегка прогнулась и застыла в удобной для хозяина форме. Потолок бесконечно уходит вверх и растворяется не во тьме, а в густой, вьющейся дымке бархатно-золотого оттенка. Густая дымка медленно движется, закручиваясь мягкими спиралями, будто дышит, и в её глубине иногда вспыхивают и тут же гаснут смутные следы символов — что-то древнее даже по меркам демонов. Свет в комнате не имеет источника: он рождается из самих поверхностей, мягкий и тёплый, подчёркивающий фактуру камня, металла и ткани, заставляющий золото не блестеть, а глубоко светиться, как старый, напитанный веками металл. В одной из стен широкий выход на балкон. Двери высокие, тяжёлые, с тёмными полупрозрачными вставками, а изнутри их дополняют плотные занавеси, способные полностью скрыть происходящее как в спальне от балкона, так и на балконе от комнаты. Ткань занавесей густая, тяжёлая, того же тёплого тёмного спектра, что и остальная обстановка: в закрытом виде они словно отсекают внешний мир, оставляя лишь приглушённое ощущение пространства за ними, а в раскрытом — подчёркивают глубину и высоту, не нарушая интимности покоев. У стен расставлены немногочисленные, но безупречно выверенные детали: пьедесталы из тёмного камня с тонкими золотыми инкрустациями, на которых покоятся артефакты, не требующие пояснений — маски из неизвестных людскому миру металлов, перстни без внутренней стороны, имеющие бесконечное пространство внутри, тома без страниц, но содержащие поболее даже вавилонской библиотеки. Пол гладкий и тёплый, с неглубокой гравировкой кругов подчинения: они не активны, не давят и не угрожают, но присутствуют как возможность, как напоминание о том, что это место создавалось именно для него. Звуков почти нет — лишь едва ощутимый низкий гул, похожий на далёкое дыхание или хор без голосов, эхо древних заклятий и битв, осевшее в камне и воздухе. Рядом с местом, где расположена кровать, стоит единственное зеркало. Оно резко выбивается из общей палитры: в нём нет золота и тёплых тонов, лишь лунные, тёмно-синие и бледно-голубые оттенки, создающие ощущение холодной ночной глубины. Зеркало направлено в сторону входа, а не на ложе, и отражает не столько облик, сколько состояние входящего. На нём с боку красивой гравировкой нанесено «от Гремори», и, по сути, именно она пользуется этим зеркалом чаще всего, когда бывает во владениях Паймона, что происходит нередко. В присутствии Гремори поверхность зеркала становится чуть живее, глубже, словно охотнее откликается на её взгляд, чем на взгляд самого хозяина дворца. В самом центре комнаты, на невысоком подиуме из тёмного камня с золотыми прожилками, расположена кровать — полноценная, широкая, рассчитанная на двоих. Каркас массивный, но лишённый резкости, с плавными, уверенными линиями; высокое изголовье выполнено из тёплого тёмного металла и украшено неглубокой гравировкой сигилл самого Паймона, не активных, а утверждающих статус. Постель глубокого тёмно-бордового цвета, почти чёрного при этом освещении; ткань выглядит тяжёлой и плотной, но кажется живой, тёплой и податливой. Хозяин ложе, Паймон, находился на этой самой кровати. Выглядит демон как высокий, молодой парень, лет двадцати. Мягкие черты лица, фигура с чётко выверенными пропорциями, нежная кожая. Тело лишено массивности, но плечи широкие, а конечности длинные. Кожа ровная, тёплого приглушённого оттенка, лишённая узоров, татуировок или печатей. Волосы тёмные, длинные, распластались по подушке. Лицо вытянутое и симметричное, с выраженными скулами и прямыми линиями. Черты спокойные, почти женственные. Глаза же тёмные, без явно различимого цвета. Ни рогов, ни клыков, ни иных звериных черт в этом облике нет. Одежда — простой черный халат из нежного, бархатного материала, без каких-либо украшений. Он мягко улыбался, нежно ведя ладонью по волосам лежащей на нём девушки. Продолжая нежно поглаживать её, он обратился: — Ты выглядишь подавлено… Что-то случилось? — Его голос переливался в пространстве словно амброзия, а стены, кажется, наклонились ближе, лишь бы уловить эту прекрасную речь. От Гремори, что лежала на нём, последовал лишь тяжёлый вздох и слабое шевеление головой, что ещё больше подставило её под поглаживания. — Ничего серьёзно… Устала просто… Работы навалилось много… Миллитарис бушует… Опять ворвался в какой-то бордель и перерезал всех там… Ну и все конечно же попали в ад… — Услышав это, Паймон, продолжая поглаживания, слегка приподнял голову. — А разве все, кто попадают на круг похоти, убитые Миллитарисом, это не забота ФурФура? Если не ошибаюсь, принимать эти души — его обязанность ещё как тридцать лет… Или этот бездельник настолько обленился, что совет решил без меня взвалить все обязанности на тебя? Как только тон демона начал становиться злее, так Гремори сразу же, напрягшись, воскликнула: — Да что ты! Ничего на меня не взваливали… Просто… — Она тяжело вздохнула, как можно сильнее прижимаясь к груди Паймона. — Там опять тёрки какие-то между Баэлем и ФурФуром… Кажись всё серьёзно… Ну вот ФурФур и попросил меня приглядеть за его владениями… Ты не беспокойся! Я попросила Зепара мне помочь! — Зепар?! — Возмутился архидемон. — А почему не я? Я могу помочь тебе не хуже, чем он! Гремори хихикнула, слегка ёрзая на его груди, чтобы подняться чуть ближе к его лицу и мягко поцеловать в нос. — Не ревнуй, помнишь, о чём мы договаривались? Да и тем более… — Она начала водить пальцем по груди Паймона. — У тебя своих дел полно, разве не так? — На тебя всегда время найдётся, дорогая… — Его рука легка на её талию, когда демонесса вновь легла на него. — Да мне бы с другим помочь… Не уверена, но мне кажется Баэль видел, как я разговаривала с ФурФуром… Добром, я уверена, это не кончится… — Не беспокойся, ничего он тебе не сделает… А если и захочет, то я за тебя вступлюсь! Уж я то с ним найду общий язык! — Ты так думаешь? — Гремори подняла взгляд на Паймона, что смотрел на неё с заботой. — Конечно! Да и вообще, он либо забьёт, либо… Ну не знаю, заявится к тебе как-нибудь между делом, когда ты будешь на рабочем месте… У них же с ФурФуром всегда какие-то там разногласия, не может же в этот раз всё резко быть «так» серьёзно? — Ну не знаю, я его не видела, но слышала, и звучал он очень не по доброму… — Девушка слегка сжалась, боязливо отведя взгляд, на что Паймон лишь закатил глаза, словно родитель, выслушивающий беспочвенные переживания ребёнка. — Этот старый пень всегда звучит «очень не по-доброму», это часть его работы! Я уверен, что ничего плохого он не сделает, ведь если бы всё действительно было серьёзно, он бы уже был зде- Громкий треск, что разнёсся по всему дворцу, прервал Паймона. Стены задрожали, а массивные двери балкона сами распахнулись, раскрывая образующуюся там чёрную дымку и исходящие от неё алые нити. Гремори быстрым движением перелегла с Паймона на кровать, пока сам архидемон вставал с кровати, прямо напротив дымки. Всматриваясь в дымку, Паймон произнёс твёрдо и серьёзно, так, как Гремори уже давно от него не слышала: — Тебе лучше выйти из комнаты… Из дворца не выходи и сиди тихо… В дымке показались три пары глаз, каждая из которых была наполнена гневом и яростью.