Инь и Ян: Слёзы на белых ресницах

      Лю Вэй бережно сжимал баночку с лекарством. Отчего-то, когда он думал о заботе лекаря, улыбка на его губах появлялась сама собой. Серебряный Дракон вернулся в свои покои в хорошем настроении. На столе дожидался нетронутый завтрак. Ужин, который он пропустил, слуги уже унесли, оставив записку с напоминанием про расписание подачи еды.        «Столица такая строгая,» – подумал Лю Вэй. Утром он успел разве что переодеться здесь, было не до еды – нужно было спешить на тренировку клана Шу, а теперь он с удовольствием поел, восстанавливая силы из питательного завтрака. Оглядев комнату, он заметил грязное одеяние. Зашитое Су Юном, оно пережило тренировочный бой, не порвавшись. Швы были очень крепкими – как решимость юного лекаря.       Лю Вэй сентиментально взял одеяние в руки и решил, что будет сам о нем заботиться, хотя мог попросить слуг. Ему казалось, что если он доверит одеяние третьим лицам, они выбросят или испортят его, потому постирал его сам, бережно оттирая пятна грязи. Затем юноша оставил тренировочное облачение сушиться и решил немного вздремнуть. Минувший день сильно вымотал его, и даже медитации не помогали чувствовать себя бодрее. Сон был необходимым лекарством.       Лю Вэй разделся, открыл баночку с мазью и методично намазал синяки, как учил его Су Юн. Мазь приятно пахла и расслабляла. Лю Вэй сам не заметил, как уснул, думая о сказанном юным лекарем. Тепло укутало его, словно покрывало, и пусть он спал лишь в нижнем белье, ему было тепло, словно нежные ладони целителя грели его, заботливо касаясь синяков и втирая мазь. Лю Вэй почти физически ощущал это чувство, и в конце концов все перетекло в глубокий сон, где Су Юн заботился о своем подопечном с живым беспокойством в печальных глазах. Лю Вэй хотел спросить, почему его глаза так тоскливы, что мучает его, но сон разорвал ворвавшийся извне звук. Его разбудил стук в дверь.       Проснувшись, Лю Вэй глянул в окно и понял, что начинало смеркаться.        «Должно быть, слуги принесли еду.»       Лю Вэй встал и бегло накинул на себя клановое одеяние, отметив, что синяки на теле и правда просветлели.        «Су Юн – настоящий чудотворец!»       – Войдите, – приказал он пришедшему.       Когда дверь отодвинулась, Лю Вэй как раз закончил поправлять широкий пояс. Люди высокого статуса всегда должны были соответствовать своему положению и выглядеть хорошо, даже перед слугами, если не хотели, чтобы о них шептались за спиной, распространяя грязные сплетни, потому Лю Вэй выпрямил спину и гордым взглядом встретил гостя… Только вот увидел совсем не того, кого ждал. В его покои заглянул сам господин Тэй Шу.       Не показывая изумления и не теряя самообладания, юноша поклонился.       – Мастер! – Лю Вэй ударил кулаком в ладонь, почтительно склоняясь, поскольку верная гуань дао осталась лежать на кровати – иначе бы он вытягивал оружие в уважительном поклоне, как было принято в клане Вэй.       Лю Вэй не мог даже предположить цели визита учителя. На улице было ещё светло, так что вряд ли он пропустил тренировку. Да и Тэй Шу не был из тех наставников, что бегают за учениками, опоздавшими на занятия. Он скорее бы просто ушел, не дожидаясь прихода Лю Вэя. Так что юноша рассудил, что случилось что-то серьезное.       По лицу Тэй Шу, как всегда, ничего понять было нельзя.       Тэй Шу холодно оглядел ученика. Во взгляде его отразилось мимолётное презрение, словно он был недоволен тем, что увидел.       – Император желает тебя видеть.       Тэй Шу объявил это, как приговор. Лю Вэю стало не по себе. Беспокойство забилось в груди, как перепуганная птаха.        «Император?.. Почему?»       Хотелось задать этот вопрос наставнику, но учитель, сложив руки за спиной, выглядел как строгий надсмотрщик. Он не даст ответов, понял Лю Вэй.       Взяв с собой гуань дао и поправив прическу, юноша выдвинулся за учителем в полной тишине. Они шли по залам, и в этот раз дворец выглядел весьма оживлённо – чиновники и родственники императора возвращались в свои покои для трапезы, а слуги суетились, разнося еду. В широкой зале Лю Вэй встретил трёх девушек в роскошных одеяниях. Тэй Шу поклонился им, и Лю Вэй понял, что перед ним юные принцессы. Одна другой прекраснее, они взволнованно начали перешёптываться, разглядывая Лю Вэя. Младшая из них точно была незамужней и робко опустила взгляд, покраснев. Что бы не сказали ей сестры, они сильно смутили юную дочь покойного императора. Лю Вэй манерно поклонился и последовал за учителем, присматриваясь и прислушиваясь к обитателям замка. В Хэкине нужно было соблюдать осторожность. Острые взгляды резали Лю Вэя в спину. Он не знал всех этих людей, но чувствовал их ненависть к себе. И чем злее были взгляды, тем горделивее юноша держал себя. Он не позволял им увидеть свою слабость и всем видом показывал, что примет их вызов, если они осмелятся напасть на него.       Каждый шаг отдавался гулкими эхом. Казалось, он вторил беспокойному биению сердца. Не прошло и недели, как Лю Вэй начал тренироваться под началом клана Шу. Четыре дня он провел в кровати клана Сён.        «Должно быть, император не доволен мной... Неудивительно.»       Лю Вэй боялся за судьбу своего клана. Одна его ошибка – и он потеряет родовую землю и статус защитника юга. Он был предупреждён, и всё же, тот бой... Он выжил из себя всё.        «Пока что я слишком слаб. Но ведь я и прибыл учиться! Ещё слишком рано, чтобы делать выводы. Только если не...»       Лю Вэй посмотрел на Тэй Шу. Мужчина сохранял хладнокровие, ступая впереди ученика. На его лице явственно читалось равнодушие к судьбе подопечного.        «Что если господин Бэй Сён ошибся, и Тэй Шу рассказал о ядре императору? Если кто-то узнает... Клан Вэй потеряет всё.»       Пока Лю Вэй использовал ци в ногах, никто не мог предположить, как сильно ранено его ядро. Это редкий случай, единственный в империи Хао, поэтому Лю Вэй не сомневался, что никто не догадается о его недуге, глядя на его стиль боя. Однако любой мастер, прикоснувшись к нему, подобно Тэй Шу, мог почувствовать его несовершенство. Лю Вэй вспомнил Дау Мона, что приблизился к нему достаточно близко. Мог ли этот мерзавец что-то почувствовать? Это было возможно. Но к чему строить столь глобальные теории, когда рядом шагал человек, знавший тайну?        «Клан Шу ведь ненавидит Вэев. Мы принесли им славу, но пока живы наши воины, живо и знание о том, что их заслуги преувеличены. Мы угроза для них, способ укрепления власти. Они все ещё паразитируют на нашей семье. – Взгляд Лю Вэя ожесточился. – Это идеальная возможность, чтобы столкнуть нас. У Тэй Шу явно больше забот, и обучать чужака – напрасно тратить время. Джань с ним на ножах, а слабость нашей семьи, словно проклятье, срывается с злых уст. Те, кто не знают Солнечной Арасии, много говорят. Они думают, что мы не удержим юг. Это не так, но...»       Лю Вэй не сводил взгляда с Тэй Шу.        «Он не из тех, кто жалеет, не из тех, кто даёт шансы. Он рассказал...»       Лю Вэй вспомнил, как Шэн Ву упоминал тесную связь Тэя с императором. Учитель – явно доверенное лицо при дворе его величества.        «Дело плохо.»       Тема разговора стала очевидной. Нахмурившись, Лю Вэй представил себе гнев правителя и начал собирать слова, что могли бы отстоять его право остаться в столице и бороться за клан. Он подготовил десятки аргументов, прокрутил в голове сотни сценариев, живо представляя разочарованное лицо императора.        «Всё или ничего. Это бой,» – решительно подумал юноша, ступая по дворцу с храбростью воина, отправляющегося на войну.       Время тянулось бесконечно, нагнетая обстановку. Тэй Шу будто специально вышагивал медленно, с горделивой важностью главы клана.        «Он насмехается надо мной, – чувствовал Лю Вэй. – Испытывает.»       Но Лю Вэй не дал учителю насладиться его страхом. Он был абсолютно невозмутим, сохраняя серьёзность на лице.       Наконец впереди показался тронный зал. Юноша набрал в грудь побольше воздуха, приготовившись встретиться со своей судьбой. У врат, изображавших двух легендарных драконов, замерла фигура принцессы Мин Бао. Её плотно обступали со всех сторон семеро воинов из младших ветвей династии Бао. Они, как и все выходцы из императорской династии, выглядели грациозно, мужественно и величаво, а в их клинках чувствовалась сила.        «Мин Бао в надёжных руках, – подумал Лю Вэй, но когда разглядел ее выражение лица, едва узнал ту веселую, жизнерадостную девушку в холодной, невозмутимой принцессе, безупречно игравшей роль средней сестры. – Она заперта здесь, но совсем скоро получит свободу. И даже этому не может быть рада...»       Их взгляды мимолётно пересеклись, но если Лю Вэй смотрел на принцессу внимательно и выразительно, госпожа лишь скользнула по нему взглядом и сделала вид, что незнакома с Серебряным Драконом. Ее охранники же, увидев интерес младшего Вэя, нервно коснулись рукоятей цзяней, пресекая любое желание глядеть на представителей императорского рода. Это было, как минимум, невежливо, и могло быть расценено самым неподобающим образом. Лю Вэй покорно опустил взор, показывая, что взгляд был случайным, поклонился госпоже вслед за Тэй Шу и сделал шаг вперёд, навстречу своей судьбе.       В тронном зале было оживлённо. Императора развлекали десятки слуг, плясавшие перед владыкой с веерами и цветными лентами в руках. Ланг Бао сидел на троне, обняв колени. Он немного побаивался чужаков и глядел на представление, выглядывая из-за спины верного охранника – своего двоюродного брата Чэна. За его спиной стоял ещё десяток воинов, трое из которых нацелили луки на актеров. Это добавило движениям танцоров осторожности. Они напряжённо взмахивали веерами и игрались с движением лент, но Ланг Бао был настолько недоверчив к актерскому составу, выступавшему перед ним впервые, что приказал им снять цветастые одеяния, чтобы видеть, что они не пронесли с собой ничего незаконного. Юноши плясали в нижнем белье, что заставляло их стыдиться происходящего, но они продолжали танец, потому что отказ императору был равнозначен измене.       Тэй Шу встал у дверей, молча наблюдая за представлением из-за спины. Он сложил ладони в рукавах и не выражал никакого интереса к происходящему.       Лю Вэй озадаченно наблюдал за представлением. Выступление ему понравилось. Динамичная музыка, красивое пение и пластичные движения. Он отметил, что танцоры двигались совсем не так, как воины, и несколько позавидовал грации и пластике юношей. Он задумался над тем, чтобы включить в свой стиль боя танцевальные движения. Эти мысли отвлекали его от тягостного предвкушения тяжёлого разговора.        «Перед смертью не надышишься…»       Танцовщики выступали десять минут, прежде чем стихла музыка и вся труппа, выстроившись в линию, низко поклонилась императору, не поднимая головы. Ланг Бао все ещё нервничал, оцепенев за спиной защитника, но, увидев у дверей Тэй Шу и Лю Вэя, заметно оживился и позволил себе расслабиться.       – Тэй Шу! Как тебе? – спросил император фамильярно, словно обращался к своему другу.        «Они точно близки!» – горько подумал Лю Вэй. Их близость играла против него.       Актеры вздрогнули, услышав вопрос. Их судьба решалась теперь устами не одного, а двух. Впечатлить Ланг Бао было не так сложно – император, хоть и слыл капризным, вел себя как ребенок, и ему нравились увеселения. А вот непроницаемый Тэй Шу не поддавался эмоциям. Люди не знали, что нужно сделать, чтобы холодная маска невозмутимости треснула, открыв миру истинные эмоции главы клана Шу. Его улыбка представлялась хаонцам таким же чудом света, как возвращение священных зверей.       – Посредственно, – отозвался мужчина, не меняясь в лице. – Даже Лю Вэй может станцевать лучше.       Серебряный Дракон вопросительно изогнул бровь. Он не понял, оскорбили его или, напротив, оценили высоко.        «Что значит даже Лю Вэй?!»       Серебряному Наследнику понравилось выступление актеров. Он бы точно не смог повторить подобного, потому решил, что глава клана Шу над ним издевается.       Ланг Бао задумчиво почесал щеку.       – Да, как-то совсем не то. Всё должно пройти идеально, а передо мной словно кучка трусов выступала. Никуда не годится!        «Ещё бы. Это простые люди. Мало кто сможет сохранять невозмутимость, когда на них направляют оружие,» – подумал Лю Вэй, но перебивать императора и уж тем более перечить ему было запрещено, потому, склонившись в покорном поклоне, Лю Вэй ждал, чем все закончится.       – Прогоните их, – приказал император своим слугам. – Другие пусть приходят завтра. Я сегодня утомился и хочу принять ванну с лепестками абрикоса. Пусть подготовят.       Слуги разделились на две группы. Одни сопроводили актеров на выход, другие отправились готовить императору ванну. Стало очевидно, что разговор будет коротким, и император не собирается тратить много времени на юного дракона.       Лю Вэй с сочувствием провожал артистов. Двое из них еле сдерживали слезы. Они явно хотели закрепиться при императорском дворце, но удача отвернулась от них.        «Я так просто не уйду,» – решительно подумал Лю Вэй. Он собирался бороться за свою судьбу.       Когда актеры покинули центр зала, Тэй Шу и Лю Вэй заняли их место. Они вновь поклонились, соблюдая формальности.       – На колени! – приказал Ланг Бао. Этот приказ касался только Лю Вэя, и юноша покорно исполнил его, склонив голову.       Сердце его забилось громче, чувствуя давление атмосферы.       На этот раз Тэй Шу остался стоять подле своего ученика. Его присутствие нервировало даже больше, чем гигантская статуя священного зверя клана Шу над императорским троном. Казалось, теперь змея нависла над Серебряным Драконом, и в любой момент может впиться клыками в беззащитную шею, прикрытую лишь густой копной черных волос. Лю Вэй чувствовал на себе давящий ледяной взгляд. Кожа его пульсировала, словно над головой нависло острое лезвие цзяня, покрытое изморозью бессердечной души наставника. Холод сковал его тело. Лю Вэй бездвижно застыл, и только учащенное биение сердца кричало о том, что он ещё жив. Никогда прежде Лю Вэй так не волновался во время разговора, даже жестокие слова лекарей, неспособных исцелить его, так не пугали Серебряного Наследника. Даже в жестоких клетях судьбы, сцепивших его ядро терновыми ветвями, он смог пробить себе путь пламенем души. Но этот разговор приблизил не только его судьбу, но и весь клан к бездне, и Лю Вэй не чувствовал опоры. Ему казалось, что он падает, а уцепиться было не за что. Кругом вились змеи, и даже трещины в полу казались юноше затаившимися в засаде гадюками.        «У вас все получится, господин Лю Вэй!» – бодрый голос юного лекаря всплыл в голове и вырвал юношу из капкана страхов.        «Я не сдамся!» – решительно подумал Серебряный Дракон и поднял на императора взгляд, готовый встретить любые упрёки правителя и выдержать удары судьбы.       – Дракончик... Прошла почти неделя, как ты оказался в Хэкине, – начал свою речь Ланг Бао. Когда актеры удалились, он стал вести себя гораздо увереннее. Наклонившись вперёд и оперев руки о колени, он пытливо разглядывал юношу, стоявшего перед ним в унизительной позе. Казалось, он наслаждался тем, что позволяет ему его власть.       Чэн Бао отступил в сторону, и Лю Вэй мог наблюдать шикарный наряд императора, подобранный специально к случаю. Золото, блестевшее на бежевой ткани, шло правителю к лицу. Император был прекрасен в величественном образе, но Лю Вэй не видел его красоты. Он не восхищался идеальной внешностью правителя. Он видел в нем лишь то, что тот являл собой – власть, жестокую и беспощадную, облаченную в сладкую обёртку юношеской непосредственности.       Лю Вэй изобразил на лице спокойствие и невозмутимость.       – ...как тебе город?       – Столица прекрасна, – отчеканил Лю Вэй с должным уважением в тоне. – Город процветает. Отрадно видеть и прекрасные пейзажи, и сильных защитников, что трудятся на благо безопасности Великой Империи Хао.       Его ответ пришелся императору по нраву.       – Хэкин – прекраснейший город. Путеводная звезда империи! Порядок здесь – порядок во всем мире, – император прищурился. – Потому так важно, чтобы клан Вэй обучался именно здесь, когда перед глазами предстают лучшие: лучшие техники, лучшие воины, лучшие кланы.        «Мы не хуже их!» – пылко подумал Лю Вэй.       – Скажи мне, Серебряный Дракон. Как тебе обучение у Тэй Шу?       Лю Вэй перевел взгляд на горделивого змея, стоявшего над ним. Тэй Шу глядел холодно, выжидая ответа. Лю Вэй почувствовал себя мотыльком, запутавшимся в паутине.        «Они играют со мной? Пытаются подавить мою волю?» – не понимал юноша.       – Это ценное время, – вежливо ответил Лю Вэй. – Господин Тэй Шу – прекрасный учитель. И, пусть наши уроки только начались, я уже открыл для себя нечто новое. Я благодарен за возможность учиться у столь великого мастера.       Лю Вэй говорил искренне. Брат бы ударил его за такие слова, но Лю Вэй чувствовал, что ему нужна школа клана Шу. Пройдя через уготованные ему испытания, он станет достаточно силен, чтобы привнести эти знания в свой клан, научив тайным техникам детей своего брата и собственных. Он нуждался в том, что мог дать ему Тэй Шу, и Лю Вэй собирался использовать его на полную, поглощая уроки, как сладкие плоды запретного сада.       Тэй Шу приподнял одну бровь, выдавая изумление. Лю Вэй никак не менялся в лице.       – Тэй Шу великолепен! – воскликнул император с улыбкой. – Именно поэтому я и хотел, чтобы он обучал тебя. Мне интересно, какого воина он может взрастить. Только мне донесли, что ты провел все последние дни в лазарете. Это правда?       – Да, Ваше Императорское Величество.       – Что же случилось?       Лю Вэю спёрло дыхание. Он почувствовал, что следующий ответ крайне важен. Ему нельзя ошибиться с выбором слов.       – Мы бились, Ваше Императорское Величество. Это был настоящий поединок.       – И ты проиграл, – неиронично заметил император. Он стал серьезнее и накрутил прядь волос на палец.       – Да.       – Я бы разочаровался в Тэй Шу, если бы результат был иной, – усмехнулся Ланг Бао. – Однако если постоянно проигрывать, обучение не пройти.       Лю Вэй затих. Исчезло даже его дыхание. Он ждал слов императора, боясь услышать постыдные обвинения в любой момент. Но Ланг Бао не переходил к ним.       – Тягаться с Тэй Шу – непростая задача, – рассудительно произнес император. – Между вами восемь лет боевого опыта, а в запасах ци это разрыв разнится ещё сильнее. Но Тэй Шу не единственный воин империи. Так что я придумал, как испытать тебя, Серебряный Дракон. Твой брат обошёлся оценкой Лэн Шу перед троном моего отца. Однако твой случай отличается. Поскольку твоей судьбой определится будущее клана Вэй, я хочу лично наблюдать за твоим ростом, потому... В моей голове родилась прекрасная идея!       Глаза Лю Вэя распахнулись.        «Он не сказал о ядре! Неужели... Неужели он не знает? Тэй Шу промолчал?..»       Лю Вэй невольно посмотрел на учителя, но тот невозмутимо стоял с прямой спиной. Лю Вэй тоже не позволил себе лишнего и покорно слушал речь императора, разрешив себе сделать один вздох.       – Тебе предстоит пройти четыре испытания. Они определят, как растут твои навыки и стоит ли тратить на тебя драгоценное время Тэй Шу. Потому... Первое испытание состоится через месяц, – император поднял палец кверху, озарённый своей гениальной идеей. Он находил ее прекрасным решением всех проблем. – Моя дорогая сестрёнка Мин Бао выходит замуж. Это грандиозное событие, и в его честь будет устроен великий пир. В столицу прибудет ее жених, Чжун Хэ.       Лю Вэй узнал фамилию. Клан Хэ был уважаемой семьёй севера. Поговаривали, что они претендуют на звание одного из Клыков. Неудивительно, что Ланг Бао решил скрепить сильные рода кровными узами. Смесь великой крови порождает сильных воинов.        «Ланг Бао нашел для сестры хорошую пассию,» – подумал он.       – Он приедет не один, а со своими сыновьями. Они очень именитые воины.        «Так он стар?» – удивился Лю Вэй. Он ожидал, что Мин Бао может стать второй или третьей женой, но для ее статуса и положения это было довольно унизительной участью – дети императора всегда брали главенство в семьях, поскольку их кровь давала им власть даже вдали от Хэкина.       – Будет пир! Десяток отличных артистов будет петь и танцевать. Но, знаешь, как это быстро наскучит гостям? Чтобы праздник выдался запоминающимися, нам нужны настоящие зрелища! И ты станешь изюминкой вечера. Я хочу, чтобы ты бросил вызов сыновьям Чжуна и всем воинам, что пожелают сразиться с тобой. Победишь – получишь награду. Проиграешь – и твой клан лишится всего. Ты меня понял?        «Сражаться с кланом Хэ? С удовольствием!»       – Это испытание – честь для меня. Я покажу, чего стоит кровь драконов.       Лю Вэй вновь говорил заносчиво и дерзко, но ему ничего не оставалось, кроме как одолеть своих соперников.       – Изумительно. Станцуй для меня, Серебряный Дракон.~ И помни, что ты будешь представлять императорский дом. Если ты покажешь себя недостойно, то не только навлечешь позор на свою семью, но и пустишь тень на своего императора, испортив свадьбу моей ненаглядной сестры.       – Вам не о чем волноваться, Ваше Императорское Величество. Я одолею любого храбреца и докажу, что господин Тэй Шу не зря тратит на меня время.       Лю Вэй глянул на учителя с вызовом, а затем прижал ладонь к груди в низком поклоне, отдавая честь императору. Его сердце трепетало от мысли, что он ещё остаётся в игре. Наставник не предал его, а император подготовил интересное испытание.        «Я сделаю твою свадьбу незабываемой, Мин Бао,» – подумал Лю Вэй, испытывая воодушевление. Он рвался в бой немедля, словно пёс, сидящий на цепи, но жаждущий отправиться на охоту.       Император оценил его запал и произнес:       – Ступай, дракончик. Порадуй меня и обретёшь награду.       – Высшая награда – Ваше счастье, глубокоуважаемый Сын Неба. Я буду сражаться за Вас!       Император улыбнулся.       – Послушный щеночек~ Жду не дождусь. Тэй Шу!       – Да, Сын Неба?       – Не сдерживайся, – особым удовольствием пропел юный император. – Ночь длинная.       Тэй Шу молча поклонился. Он услышал приказ и жестом велел Лю Вэю следовать за ним. Ему ещё многому нужно было научить своего ученика.