Инь и Ян: Слёзы на белых ресницах

      Люди начали расходиться. Лю Вэй и моргнуть не успел, как потерял из виду Бэй Сёна – он исчез, словно его и не было на собрании. Лишь клан Шу и императорская стража оставались неподвижны. Тэй Шу с нежностью утешал императора словами, что юноша совсем не ожидал услышать от вечно холодного главы клана: «Все прошло хорошо. Вы были восхитительны, мой император. Больше нечего бояться...». Остальное Лю Вэй не разобрал из-за общего шума. До него донеслись лишь обрывки фраз, вырванные из контекста: «Мы пойдём», «Спокойствие», «Наедине», «Расслабьтесь».       Лю Вэй догадался, что Тэй Шу останется с императором. По тому, как он пристально разглядывал учителя, Тэй Шу безошибочно понял, что волнует ученика и объявил:       – Построения сегодня не будет.       Это было досадной новостью, но Лю Вэй понимал силу обстоятельств. На императора было больно смотреть. Ланг Бао дрожал, как лист на ветру, а после долгого собрания обмяк и едва держал себя. Лю Вэю казалось, что он вот-вот заплачет.       – Я приду вечером, – пообещал Лю Вэй, решительно настроившись не повторять ошибки минувшей ночи.       Тэй Шу равнодушно кивнул, после чего Лю Вэй поклонился императору и направился к выходу из тронного зала. У выхода его поджидал Нан Линь, крепко державший за руку сына. На лице его отражалась безмерная благодарность и счастье. Лэй Линь улыбался с религиозной светлостью. Одно его присутствие умиротворяло, что говорило о том, что он светел и свят. В нём не было места для тьмы.        «Хорошо, что император прислушался. Страх не должен доводить до убийств невинных жертв.»       – Господин Лю Вэй, – Лэй Линь низко поклонился. – Рад Вас видеть!       – Ты украл мои слова, – улыбнулся Лю Вэй. – Ты не представляешь, как я рад, что ты в порядке. Мы все волновались за тебя.       – Со мной все хорошо, – заверил Лэй Линь. – Мне не причинили зла. Меня кормили, приносили лекарства, но от них хотелось спать, и я перестал их пить.       – Тебе стоит пройти осмотр у клана Сён, – посоветовал Лю Вэй.       – Непременно, – жёстко ответил Нан Линь. – Я позабочусь, чтобы мой сын и будущий наследник клана Линь окреп...       Лю Вэй раскрыл рот, желая рассказать об истинных мыслях Лэй Линя, а также напомнить, что императорским решением он должен был до конца своих дней провести в храме, но решил, что члены клана сами разберутся в этом вопросе. Это было не его ума дело.       Они покинули тронный зал, ступая неспешно. Лэй Линь всё ещё был слаб и выглядел озябшим. Должно быть, его содержали в холодном помещении, где сердце грели лишь отчаянные молитвы.       – Отец мне всё рассказал. Вы снова спасли мне жизнь, – прошептал Лэй Линь. – Спасибо, господин Лю Вэй. Век не расплачусь.       – Я не мог позволить невинному погибнуть, – спокойно ответил Лю Вэй, не считая, что сделал что-то великое.       – Вы невероятны, – благодарность в глазах Лэй Линя была неизмерима. – Я помолюсь за Вас богам.       – Я заручусь за тебя, – пообещал Нан Линь.       Лю Вэй безошибочно понял, что Нан Линь имеет в виду решение о судьбе клана Вэй. Это было огромной помощью.       – Это единственное, о чем я смел бы просить. Я сражаюсь за свой клан.       – Также я отправлю благодарственное письмо Вашему отцу. Это начало большой дружбы между нашими кланами.       Лю Вэй улыбнулся. Цилинь был очень предан спасителю своего сына. Лю Вэй вляпался в неприятности, но обрёл себе доброго союзника. Вместе с тем и врага. Когда он проходил мимо Дау Мона, в глазах феникса читалась жгучая ненависть и явная угроза: «Ты слишком много болтаешь!».       Лю Вэй ответил ему спокойным взглядом. Он не выступал против клана Мон, лишь спас жизнь Небесному Избраннику. Лю Вэй не боялся главу династии Мон. Несомненно, Дау Мон был влиятельным человеком, но его положение в одночасье пошатнулось, и Лю Вэй не представлял себе, как Дау Мон будет восстанавливать доверие и репутацию. Император прилюдно вытер об него ноги, что бурно обсуждалось высшими кругами и уже разносилось сплетнями по городу. Несовершенство установления патрулей и надзора было очевидным, так Дау Мон ещё и желал смерти Небесному Избраннику. Кто-то тут же связал его с демонопоклонниками за саму мысль о том, чтобы убить святого, что носил в себе божественную волю, но открыто предположений своих никто не озвучил – это значило навлечь на себя беду и гнев клана Мон. Однако при том, что главным советником императора считался Дау Мон, подле императора всё совещание стоял Тэй Шу, поддерживая юношу ласками. Это давало поводы задуматься.        «Так странно...» – Лю Вэю все происходящее казалось какой-то дикостью. Единственное, чему он обрадовался, это что все культисты в столице были пойманы… Со слов Дау Мона, что открыто пытался солгать императору.       – Клан Вэй выражает искренние намерения и открытость к союзу, – ответил Лю Вэй от лица семьи. – Мы ценим связи и дружбу. Клятвами мы связываем рода между собой, благодаря чему рождаются крепкие союзы. Уверен, отец будет рад столь влиятельным и сильным союзникам в столице.       – Это взаимно. Я слышал, скоро ты будешь проходить первое испытание?       – Да, на свадьбе принцессы Мин Бао я буду сражаться с воинами клана Хэ.       Это не было закрытой информацией. Император сам растрепал об этом своим многочисленным слугам при приготовлении к свадьбе. Грядущее событие было очень важным для семьи Бао и императора лично, потому он взял организацию празднества под строгий контроль.       – Клан Хэ довольно могущественный, – заметил Нан Линь.       – Не переживайте, я собираюсь остаться в столице на все четыре года, предписанные мне для обучения. Я не проиграю.       – Я не сомневаюсь, – улыбнулся Нан Линь.       – Удачи, господин Лю Вэй. – искренне пожелал Лэй Линь.       – Надеюсь, госпожа Мин Бао будет счастлива со своим будущим супругом, – взволнованно обронил Лю Вэй. Он знал, что все принцессы остались в убежище. В замке ещё долго будет сохраняться напряжение.       Нан Линь потемнел в лице. Лю Вэй взволновано посмотрел на цилиня.       – Что-то не так?       – Да нет. Просто... Быть пятой женой крайне унизительно для императорской дочери.       – Это ничуть не убавляет ее достоинств, – ответил Лю Вэй, хотя ему самому это было не по душе. – Свадьбу устраивает император, это не ее выбор.       – Ей с этим жить, – произнес Нан Линь, но затем потеплел во взгляде. – Однако клан Хэ славится своей силой и доблестью. Полагаю, она будет в безопасности в руках своего будущего супруга.       – А Вы знакомы с Чжуном Хэ?       – Встречался единожды, – задумчиво ответил Нан Линь. – Это крайне горделивый человек, непростой. Он закрыт, как Тэй Шу, и воинственен, как Дау Мон. В его черных глазах бездна. Ты почувствуешь это, когда встретишься с ним сам. Однако его верность империи и подвиги неоспоримы и вызывают восхищение.       – Он человек военный, – кивнул Лю Вэй, вспоминая, что знает о роде Хэ. – Клан Хэ ведь специализируется на сражении мечами?       Нан Линь кивнул.       – Но сам глава клана носит при себе три вида оружия. Он настоящий мастер.       Лю Вэй задумался. Нан Линь быстро оценил его шансы на победу.       – Даже не думай о том, чтобы биться с ним. Любым способом избегай его вызова! Сражайся лишь с его сыновьями. Для тебя и они станут большой проблемой.       Лю Вэй слегка поник, слыша, что в него не очень-то и верит его союзник, однако Нан Линь поступал как настоящий друг – он говорил в лицо правду, чтобы Лю Вэй шел вперёд, а не топтался на месте.       – Техники клана Хэ очень сложны. С твоими навыками обороны ты их не отразишь.       Лю Вэй с благодарностью принял информацию.       – Значит, я буду атаковать.       Нан Линь кивнул, одобряя выбор юноши. К тому моменту они добрались до восточного выхода из замка – ближайшего к тронному залу.       – Спасибо за все, Серебряный Дракон, – благодарно произнес Нан Линь. Он хотел провести время наедине с сыном и больше не мог позволить себе тратить время на разговор с союзником. Лю Вэй уважительно поклонился.       – Вам тоже спасибо за информацию и советы.       – Дом клана Линь всегда открыт для тебя и юного лекаря дома Сëн.       – Его зовут Су Юн, – гордо произнес Лю Вэй и почувствовал, как его тянет к другу. Он соскучился.        «Сегодня мы должны продолжить тренировку духовной практики. Надеюсь, обойдётся без массажа.»       Эффект от него был невероятный, но Лю Вэй не выдержал бы ещё раз того стыда, что испытал, изливаясь под ласками нежных рук Су Юна. От мысли о том, что первый, от чьих рук он кончил, был юноша, Лю Вэю становилось ещё труднее. Серебряного Дракона спасало лишь то, что Су Юн назвал это естественным. Его реакция – давление на каналы, а не... Искреннее наслаждение. Лю Вэй запретил себе глубже размышлять на эту тему.       – Су Юн, Ан Сён и Бэй Сён – все они почетные гости моего дома, – гордо произнес Нан Линь.       – Если что-то будет нужно, непременно заходите, – ласково прошептал Лэй Линь.       Лю Вэй улыбнулся.       – Непременно. Берегите себя и будьте бдительны.       – А тебе успехов в тренировках. Осталось не так много времени. Используй его с пользой.       Лю Вэй кивнул. Он пропустил две тренировки от господина Тэй Шу, но то, что дал ему Бэй Сён было бесценно.        «Бэй Сён не верил, что мое ядро способно использовать ци, но я все равно могу делать это. Тэй Шу не верил, что духовные практики могут мне помочь, но они работают. Я такой же, как все заклинатели. Я должен пробовать, сколь бы невозможным это не казалось. Я стану сильнее!»       Боль во всем теле мотивировала Лю Вэя стараться усерднее. Он решил пробежаться, прежде чем отправляться в резиденцию Сён, чтобы размяться и разгрузить мысли. Он думал об услышанном при дворе, и его никак не оставляла в покое мысль, что священные цветы исчезали из храмов, а демонопоклонники крылись среди власти, оказавшись среди видных и уважаемых членов кланов. Лю Вэй злился, что не может сделать больше, чтобы сделать империю светлее. Демонопоклонников поймали, но тучи над Хэкином не разошлись. Юношу мучило дурное предчувствие.       Спустя семь ли Лю Вэй успокоился. Он принял и все ужасы, что услышал, и хорошие новости – союз с кланом Линь, скреплённый отношением глав кланов, мог быть хорошим подспорьем для создания хорошей репутации. Лю Вэй вспомнил наставление учителя о книгах в библиотеках, и решил, что непременно попросит у Нан Линя помощи с доступом к императорской библиотеке, когда пройдет первое испытание. Пока что у него и без того было много поводов для размышлений. Сначала он должен был полностью освоить духовные практики и усовершенствовать свое тело, чтобы все те приемы, что он мог почерпнуть из учебных трактатов, могли использоваться максимально эффективно.       Лю Вэй проникал на территорию клана Сён с кошачьим интересом: ему было любопытно, чем занимается Су Юн. Каждый раз он удивлял его чем-то новым, и это было приятным сюрпризом: друг раскрывался для него с разных сторон, всякий раз проявляя себя как бесконечно заботливый, хозяйственный и ответственный юноша.       Лю Вэй предположил, что Су Юн мог проводить время с учителем, все же, на собрании императора было сказано многое, но он не посчитал нужным делиться услышанным с учеником. Су Юн проводил время в одиночестве, подметая дорожки. Увидев друга издалека, Лю Вэй сильно замедлил шаг. Хотелось и поскорее окликнуть его, чтобы увидеть всегда встречавшую его солнечную улыбку, и тихонько затаиться, чтобы просто наблюдать за тем, как Су Юн суетится по хозяйству. В каждом действии юный лекарь нес с собой домашний уют.       На этот раз он вооружился метелкой и подметал листья. Заниматься этим совершенно точно было обязанностью слуг, но Су Юн ничего не мог с собой поделать – он не терпел беспорядка и был слишком трудолюбивым, чтобы закрывать на это глаза. Мирно и неспешно он делал небольшие шажки и очищал дорогу от лепестков сакуры и листьев. Руки его умело обращались с метлой, и он выглядел так естественно, словно всю жизнь только и делал, что мел дорожки, являясь самым прекрасным и нежным цветком в садах своего учителя – защитником порядка и гармонии. На каждый шаг он маняще покачивал бёдрами, что вторили ритму тихого шуршания метлы. Эти движения гипнотизировали Лю Вэя. Длинные волосы юноши, пышные и завивающиеся на кончиках, словно игривый хвост, вились, то прикрывая, то открытая вид на прелести лекаря, дразня ещё сильнее. Одеяние юноши было многослойным, но обтекало поразительные изгибы, которые невозможно было скрыть.       Лю Вэй ни о чем не думал, он просто замер, пораженный откровенной красотой, растворяясь в спокойствии прекрасного сада и самого красивого юноши из всех, что Серебряный Дракон когда-либо встречал. В голове прозвучала лишь одна фраза, сентиментальная и согревающе нежная: «Я дома.»       Су Юн потихоньку подметал дорожку. Затем он вдруг замер и, оставив метлу у персикового дерева, поднес к кучкам лепестков три корзинки, сплетённые из бересты и украшенные лентами. После этого юноша присел на корточки и начал разбирать листья – лепестки сакуры он клал в корзинку с розовыми лентами, листья персикового дерева – в бежевую, а прочие в голубую. Он делал это сосредоточенно и бережно, чтобы не повредить листья.       Лю Вэй вышел из оцепенения и подошёл к другу.       – Су Юн, Вы чем тут таким занимаетесь?       – Господин Лю Вэй! – юношу встретила неизменно теплая улыбка. Су Юн одарил нежностью друга, затем вернулся взглядом к корзинкам, и нежность его никуда не пропала. С особой бережностью он продолжил собирать лепестки. – Решил немного прибрать дорожку. Выглянул в окошко, а за ночь все замело лепестками. Был сильный ветер, сакура потеряла последние лепестки. И не только она.       – Но зачем ты разбираешь их? – удивился Лю Вэй. Они в Солнечной Арасии собирали их в мешки, а потом пускали на компост или просто сжигали.       – Часть из них я омою и засушу для лекарств, но большинство я сразу пущу на мази. Их готовят только раз в год во время цветения сакуры, можете себе представить? Они очень ценные и нужно приготовить нужное количество. Сейчас этим занимаются ученики господина Бэй Сёна, но я не хочу оставаться в стороне. Они не очень любят делать лекарства, но работая вместе мы управимся быстрее и сделаем больше.       – А учитель не против? Раз он поручил лекарства им...       – Господин Бэй Сён говорил, что готовить лекарства – долг каждого лекаря. К тому же, мне очень нравится этот процесс. Так успокаивающе.       – Готовить их с Вами было и правда очень приятно, – улыбнулся Лю Вэй.       – Я бы предложил Вам приготовить мази вместе, господин Лю Вэй, но Вам нужно тренироваться. Вернувшись с собрания, господин Бэй Сён поручил мне последить за Вами, чтобы Вы выполняли упражнения правильно. А после этого Вас ждут купальни и специальные упражнения.        «Вас... Не нас,» – мысленно повторил Лю Вэй и испытал облегчение. Он был рад, что юношу больше не заставляли прилюдно оголяться.       – Так Вы сегодня мой учитель, мастер Су Юн? – Лю Вэй находил в этом особое удовольствие.       – Совсем немножко, – робко ответил юноша, не поднимая взгляда. Он хотел как можно скорее разобрать листву, чтобы приступить к обучению друга. – Не хотел его задерживать. Лю Вэй взялся ему помогать, отмечая, как бывает приятен такой простой труд руками. Су Юн приметил это и суетливо прошептал: – Господин, не беспокойтесь, я быстренько...       – Мне нравится проводить с Вами время, господин Су Юн. Я хочу разделить с Вами это мгновение.       Су Юн смутился и благодарно кивнул.       – Ваша помощь будет очень кстати. И... Простите за вчерашнюю медитацию. Из-за меня...       – Господин Су Юн. Вам удалось отдохнуть?       Юноша робко кивнул. Именно за это он и чувствовал стыд. Его благо оказалось выше нужд друга, и он не мог себе этого простить. Лю Вэй уже пытался его успокоить, но решил повторить.       – Большое счастье знать, что вам стало лучше. Я не жалею о том, что произошло. Просто держите это в голове.       – Тэй Шу был очень недоволен? – осторожно спросил Су Юн. Он не осмелился продолжать спорить и прижал одну ладошку к груди, переживая за друга.       – Совсем нет. Он преподал мне один очень важный урок. Он не был боевым, скорее, философским. Потренироваться, правда, так и не удалось, но, может, это и к лучшему. Тэй Шу отпустил меня отдыхать. Я очень крепко поспал всю ночь, и даже смог встать с постели! – Лю Вэй оставался оптимистичен и улыбался, чтобы друг ни о чем не волновался.       – Должно быть, было очень больно? Ваше тело сильно меняется сейчас. Массаж должен был смягчить, но...       – Ваши руки мне очень помогли, – успокоил его Лю Вэй. – Определенный дискомфорт есть, но Бэй Сён угрожал, что я вообще не встану! И вот Вашими усилиями я стою перед Вами.       Лю Вэй изобразил игривый поклон.       – Это всё Ваша заслуга, господин Лю Вэй. Вы очень мужественно переносите все испытания.       – Прекратите переводить стрелки! – нахмурился Лю Вэй. – Вообще-то сейчас моё время нахваливать Вас!       Су Юн изумлённо заморгал и опустил голову. Он затих, явно борясь со смущением, после чего шепотом спросил:       – А когда наступит моё?..       Лю Вэй тихонько рассмеялся.       – В любое другое ~ Прекратите перекладывать все свои достижения на плечи других, господин Су Юн, иначе Вам сядут на шею.       – Но это ведь правда Вы!..       – Как минимум МЫ, – не согласился Лю Вэй. – А без Вас бы моё мужество ничего не стоило. Я всем обязан Вам.       Су Юн смущённо заправил прядь за ушко, пряча взгляд за запястьем.       – Так... Выходит, Вы всё же остались без тренировки?       – Без двух. Утреннюю отменило собрание императора.       – Вы тоже там были? – изумился Су Юн.       – Мастер и правда Вам ничего не рассказывал? – поразился Лю Вэй. Ему казалось это крайне странным, учитывая, как Бэй Сён доверял любимому ученику.       – Он пришел в очень скверном настроении и оставил Вас на меня, – взволновано ответил Су Юн. – Мне не хватило смелости спросить у него...       – Думаю, он понимал, что я и так приду и расскажу Вам обо всем. На нашего учителя возложили много обязанностей, в том числе обучение других кланов противодемоническим заклинаниям, а также восстановление, освящение храма и выбор нового настоятеля.       Су Юн изумлённо заморгал.       – Учителя?       – Я тоже думал, что клан Сён занимается только лечением людей, но император доверил нашему мастеру гораздо больше. Это великая честь, – Лю Вэй произнес это крайне почтенно. Он понимал, как это важно и гордился тем, каким важным человеком был в империи его учитель… Оба его учителя. – Сейчас у мастера будет много забот.       Су Юн погрустнел.       – Учитель не любит учить чужаков. Теперь я понимаю, почему он был так зол.       – Но ведь он взялся обучать Вас и меня, – удивился Лю Вэй.       – Это совсем другое, – мотнул головой юноша.       Лю Вэй задумался, что Бэй Сён и правда избегает других людей. Он их попросту не любит.       – Должно быть, теперь здесь будет оживлённо.       – Учитель ни за что не позовет воинов других кланов на свою территорию. Если он действительно будет кого-то обучать, то скорее пойдет сам или вовсе отправит дагэ.       – Это похоже на него, – согласился Лю Вэй. – Кстати! Я так и не сказал о самом главном. На собрании я видел Лэй Линя. Он наконец воссоединился со своим отцом.       Глаза Су Юна радостно заблестели.       – Как он себя чувствует?       – Немного слабый и вялый, но он много пережил. В кругу семьи ему быстро станет лучше. Нан Линь обещал привести сына на осмотр.       – Я хочу... – живо произнес Су Юн, затем осекся, почувствовав, что ведёт себя слишком вольно. Цепи прошлого все ещё сковывали его шею, мешая выражать себя полностью. Лю Вэй хотел подарить ему свободу, но знал, что в этом деле должен быть очень осторожен и терпелив.       – Господин Нан Линь и Лэй Линь очень тепло о Вас отзывались. Они обязательно придут к Вам.       – Хорошо, – с облегчённым выдохом произнёс юноша и почувствовал себя лучше. – Император, должно быть, Вас очень хвалил. Вы ведь спасли Небесного Избранника.       – Он скорее ругал виноватых, –отмахнулся Лю Вэй и несколько отстраненно улыбнулся. Он подумал, что не стоит посвящать юношу во все подробности жестокого заседания. Хотелось назвать это судом, но на нём не было подсудимых, лишь виноватые. – Но мне уделили внимание. Клану Мон это очень не понравилось, но император отметил мой поступок. Думаю, это хорошо, хотя я помогал Лэй Линю не ради славы.       – Именно это и делает Вас хорошим человеком, господин Лю Вэй. Вы поступаете по воле сердца, потому что это правильно. Я очень рад, что теперь многие люди знают, что Вы – храбрый и сильный воин.       – Слишком много разговоров тоже плохо, – мотнул головой Лю Вэй. – Я бы предпочел просто тренироваться в тишине ото всех.       – Здесь Вас не побеспокоит никто чужой, – заверил юный лекарь.       – Именно поэтому мне так нравится приходить к Вам, господин Су Юн. Вы – словно маленький клочок земель Солнечной Арасии. Здесь спокойно и можно быть собой.       – Мне тоже здесь нравится. Мой дом был совсем не таким, – прошептал Су Юн с улыбкой. Яркие глаза его полнились печалью. – Я любил дом учителя, но...       – Здесь Вы по-настоящему обрели дом, так ведь?       Су Юн застыл, не в силах шевельнуться и подтвердить это. Согласиться значило предать учителя, которого он очень любил, но и опровергнуть слова друга лекарь не мог. Он лишь замер, поникнув головой.       Лю Вэй заботливо поправил бантик на его волосах и нежно улыбнулся.       – Дом – это там, где о Вас заботятся, господин Су Юн. Там, где, Вас ждёт теплая улыбка и вкусная еда. Там, где Ваша душа спокойна, и Вы не боитесь говорить открыто. Там, где есть те, кто могут согреть Ваше сердце и отогнать невзгоды. Там, где Вам помогут с любой бедой, как бы стыдно или страшно ни было признаться в своих тревогах и страхах. Отыскать такое место бывает непросто и не всем оно дано с рождения. Но, знаете? Если Вы отыщите его, Вы почувствуете это сердцем.       – Господин Лю Вэй... – прошептал Су Юн, нерешительно приподнимая голову. Он взволнованно посмотрел на друга, стараясь преодолеть что-то в себе.       – Да? – мягко отозвался Лю Вэй.       – Я сегодня приготовил курицу в кисло-сладком соусе с гречневой лапшой. Хотите попробовать?       Лю Вэй сердцем почувствовал, что хотел сказать ему друг.        «Мой дом там, где ты.»       Им обоим стало тепло.       – Тогда как разберем листья, поедим, потом потренируемся, а затем ванна и...       – И кое-что особенное, – с улыбкой закончил Су Юн.       Лю Вэй уже привык, что клан Сён охраняет свои секреты, потому не стал спрашивать лишнего, лишь кивнул.       – Я соскучился по Вашей еде, господин Су Юн.       – Вы последнее время плохо кушаете. Мне захотелось сделать что-нибудь необычное. Я такое прежде не готовил, но господин Бэй Сён говорит, что это очень вкусно... Он дал мне рецепт, и…       Су Юн так волновался, словно от этого блюда зависела судьба выздоровления Лю Вэя.       – Уверен, блюдо будет прекрасно, – мягко произнес Серебряный Дракон. – У Вас талант к кулинарии!       От комплимента глаза Су Юна зажглись, как звёзды на ночном небе. Он улыбнулся и начал собирать листья быстрее, чтобы поскорее угостить друга кушаньем.       Лю Вэю понравилось угощение. Су Юн предупредил его, что после прозрения и долгого голода стоит быть осторожнее с едой, так что впервые за несколько дней строгой диеты он наконец поел сытной еды. Су Юн охотно положил ему добавки и угостил яблоками из сада. Сам он тоже попробовал, очень скромно отведав угощение, и то лишь потому, что Лю Вэй настаивал. К своей еде он относился очень осторожно, хотя из рук друга охотно ел и печенье, и конфеты.       После обеда они закончили с уборкой двора – Су Юн запретил другу заниматься сразу после еды, а когда пища улеглась, они приступили к тренировке. Вчера Лю Вэй уже уловил, как переходить из одной позы в другую, теперь же он оттачивал скорость и плавность.       Су Юн был очень спокойным и добродушным наставником. Он подбадривал Лю Вэя, когда у него получалось, и очень тактично просил его исправить позу, если ученик допускал ошибки. Показывая на себе, Су Юн учил юношу танцу, а не боевым искусствам.       – Движения одновременно должны идти из сердца и духа, – шептал он, показывая самый сложный переход. – Пусть даже Вы сражаетесь, Вы не должны думать: «Это особое движение для боя!». Всё едино. Ваше тело всегда должно двигаться легко и плавно. Баланс – это не способность для сражения, а общее состояние тела. Вы всегда должны двигаться, думая о ядре. Со временем это станет привычным, и думать об этом Вы уже не будете – движения станут частью Вас. Поэтому сейчас Вы усердно тренируетесь, потихоньку становясь сильнее, даже просто ходя или бегая. Правда здорово? – Су Юн лучезарно улыбнулся.       – Правда, – ответил Лю Вэй, купаясь в нежности друга. Вот бы все наставники учили так, как Су Юн!       – У Вас всё получится, господин Лю Вэй! Давайте повторим движение сначала.       Лю Вэй не замечал, как летело время. Су Юн разрешал делать ему перерывы, чтобы перевести дух, потому тренировка проходила легко, а нагрузка распределялась равномерно. Они провели за упражнениями шесть часов, говоря только о деле. Лю Вэй сделал огромный скачок вперёд – он безошибочно выполнял упражнения, танцуя вместе с другом. Он стремился к его уровню, и был счастлив, когда они добились идеальной синхронности в движениях. Лю Вэй прислушивался к тихому мычанию Су Юна, что напевал какой-то крайне приятный мотив неизвестной песни, но не рискнул просить друга спеть – боялся, что лекарь подавит эту милую непринуждённую привычку. Лю Вэй просто позволял этому происходить, и они танцевали, забыв, что это тяжёлые упражнения, требующие сильной нагрузки тела. Лю Вэй выполнял их с непринужденной лёгкостью.       Су Юн очень гордился Лю Вэем, а после тренировки вручил ему большое полотенце и отправил в купальни. Он не стал заходить с ним в раздевалку, доверив «ученику» самому справиться с медитацией в воде. Су Юн наказал медитировать до сгорания палочки благовоний, как было принято в храмах. Именно так Дракон и поступил. В купальнях Лю Вэй нашел палочки с благовониями и разжёг их, во время медитации отстранившись от всего и обретая абсолютный покой, а когда выбрался из усыпанной пряно пахнущими листьями воды и оделся, сгорал от любопытства, что же за особое упражнение ждёт его после тренировки. До встречи с Тэй Шу оставалось буквально три палочки благовоний, потому Лю Вэй сомневался, что это должна была быть силовая тренировка. Он задумался о массаже и невольно улыбнулся. Он бы хотел, чтобы друг ещё немного помял его плечи или спинку, но у Су Юна на уме было совсем другое. Пока Лю Вэй был в купальнях, юноша расставил во дворе поленья. Они были не очень толстыми, чуть уже ступни человека, разной высоты, но располагались на равном расстоянии друг от друга и замыкались в трёхметровый круг.       Увидев друга, вышедшего во двор, Су Юн улыбнулся, а затем принюхался. От Лю Вэя так сладко пахло, что юноша не сдержался, а когда понял, что всерьез принюхивается к другу, смущённо отвернулся и указал на поленья.       – Это – Ваше последнее упражнение на сегодня, – робко произнес он.       – Что я должен сделать?       – Пройти три круга, не уронив и единого поленья.       Су Юн воздушно подпрыгнул, наступил правой ногой на первое полено и бодро перешагнул на следующее. Его баланс был столь идеальным, а грация и движения – совершенны, что для него не составляло никакого труда просто идти по кругу. Поленья даже не колебались под его ногами. Они были бездвижны, хотя он не вбивал их в землю.       – Легко! – принял вызов Лю Вэй. Он видел лёгкость, с которой испытание проходил Су Юн, и был уверен, что он без труда справится, но первое же полено закачалось под его ногами.       Су Юн обернулся и зашагал спиной, не глядя, куда ступает, чем ещё сильнее удивил друга.       – Не торопитесь. Вспомните учение о балансе, сосредоточьтесь и станьте легким, как пёрышко. Если Вы будете двигаться, веря, что неслышны и невесомы, ничто не способно будет почувствовать и заметить Вас.       Лю Вэй прислушался к уроку друга, и полено под его ногой затихло. Он сделал осторожный шаг вперёд и почувствовал, что полено качается под ним, однако юноша смог шагнуть, не уронив его. Сконцентрировавшись сильнее, Лю Вэй упрямо шел вперёд. С каждым шагом поленья начинали качаться все меньше, но полностью оставить их бездвижными не получалось.       – Когда Вы сможете идти плавно, это будет означать, что Вы обрели баланс с собой, – мягко сказал Су Юн.       – Я думал, у меня с балансом уже все неплохо, – огорчённо проворчал Лю Вэй.       – Всегда есть куда совершенствоваться, господин Лю Вэй. Знаете, даже боги каждый день оттачивают свои приемы. Они становятся сильнее в долгих и упорных тренировках, совсем как люди!       – Вы так думаете? – прищурился юноша. – Или просто хотите меня поддержать?       – Я знаю это, – отозвался Су Юн с непонятной другу печалью.       – Раз даже боги усердно тренируются, то у меня нет выбора,~ – бодро отозвался юноша. – Я не сдамся и уже через несколько дней буду бегать, как Вы!       Почувствовав пыл и азарт, Лю Вэй ускорился, но немного не подрассчитал. Он пошатнулся, попытался вернуть себе баланс, но не смог и крайне нелепо полетел вниз. Су Юн молниеносно успел прийти ему на помощь, схватив за руку, но из-за тяги Лю Вэя деревяшка под ним тоже шатнулась, не выдержав нагрузки, и вместо того, чтобы удержать друга, Су Юн рухнул прямо на него. Лю Вэй тихо ойкнул, а затем задышал глубже, почувствовав Су Юна на себе. Они впервые оказались в столь интимной близости, и против воли сердце Лю Вэя забилось чаще. Он очарованно разглядывал взволнованное лицо друга, что беспокойно осматривал его, прежде всего волнуясь за друга.       – Господин Лю Вэй? Вы не ранены? Не пострадали? Я... Что же я?.. Простите, я сделал все только хуже...       – Не беспокойтесь, – нежно прошептал Лю Вэй. Он был взволнован теплом тела друга, его поразительно грациозной позой и тем изяществом, с которым юный лекарь умудрился улечься на нём в полете. Впрочем, это мгновение длилось всего лишь секунду, потому что, убедившись, что с другом все хорошо, Су Юн пристыженно с него слез.       – Я на Вас... Ааммх, Небеса!.. Господин, простите... Я хотел помочь, и... – кончики ушей его загорелись от стыда. Су Юн осознал, что находился в совершенно непристойной позе. Он не мог себе этого простить.       – Все хорошо, – поспешил успокоить его друг. – Просто я тяжёлый, а Вы – настоящее пёрышко. Такой лёгкий! Куда уж Вам меня удержать? Вы выглядите хрупким, а весу в Вас ещё меньше. Я чувствую, что это мой священный долг – кормить Вас! А у нас все наоборот.       – Вы мне конфетки приносите, – робко прошептал Су Юн, все ещё не отойдя от неловкости ситуации.       – Вчера денек пропустил, но завтра непременно принесу!       Су Юн в конец смутился.       – Вы хотите, чтобы я был толстым?..       – Я хочу, чтобы Вы были здоровым, господин Су Юн.       – Меня ни одна болезнь не берет! – заверил юноша. – Вы можете об этом не волноваться. А медитаций мне вполне хватает, я всю жизнь так живу!       – Вы невероятны, – искренне восхитился юноша и раскинулся звёздочкой, совершенно расслабившись, лёжа на земле.       Воцарилась неловкая тишина. Су Юн боролся со смущением, коря себя за то, что случайно лег на друга. У него был такой трагичный вид, будто он прямо сейчас должен начать самобичевание.       Лю Вэй не мог на это смотреть и мягко похлопал ладонью по земле.       – Господин Су Юн!       Голос юноши вывел друга из потока тревожных мыслей. Лекарь обернулся и вопросительно посмотрел на Серебряного Дракона.       – Да?..       – Хотите посмотреть со мной на облака? Перед закатом они всегда очень красивые.       Су Юн был готов отказаться, ведь боялся испачкать одеяние, что выдал ему господин Бэй Сён. Он обращался с ним крайне бережно. Однако Лю Вэй продолжал постукивать ладонью рядом с собой, и юноша не устоял. Он никогда ни с кем не разглядывал облака, но всегда восхищался их красотой, потому хотел разделить красоту мира с дорогим сердцу человеком.       Крайне нерешительно юноша лег рядом с другом, сложив ладони на груди.       – Сделайте тяжёлый вдох, господин Су Юн, и отдайте сердце невероятной красоте, – прошептал Лю Вэй чарующим голосом.       Су Юн взволнованно свёл бедра вместе, оторвав колени от земли. Он волновался из-за одеяния, своего неловкого проступка и жгучей близости Лю Вэя, чье горячее плечо застыло меньше чем в одном ноготке от него.       Закинув голову и вытянув ножки, Су Юн последовал совету друга, и вдох помог ему отпустить страхи. Он немного расслабился от умиротворяющей картины плывущих по небесному полотну облаков.       – Так красиво, – прошептал юноша с искренним восторгом.       – Я уверен, что Вы никогда ни с кем не играли в «угадай, что за облако», – внезапно произнес Лю Вэй.       – Я совсем не играл в игры, господин Лю Вэй. Первый раз был с Вами, – робко ответил юноша.       – Именно поэтому мы должны наверстать упущенное! Я буду показывать Вам облака, а Вы называть, на что они похожи.       – Хорошо, – согласился Су Юн. Ему было интересно, что из этого может получиться. – С какого начнем?       – Хм... Вот это!       Лю Вэй вытянул руку и указал на облако прямо над ними. Оно было большим и имело неровные края и протяжённую форму. Представить в ней можно было всё, что угодно.       – Это дракон, – сказал Су Юн.       – Где же ж это дракон? – не согласился Лю Вэй. – Больше на кота похоже.       – А коты и драконы вообще очень похожи, – смутился Су Юн. Он решил было, что сказал глупость, но не хотел отступать. Но совершенно точно видел в белом пятне дракона.       – Может быть… Но я чётко вижу тут кота.       – А мне видится дракон, – робко прошептал Су Юн.       – Смотрите же, – Лю Вэй начал обводить пальцем облако. – Вот голова. А вот уши, тельце и длинный-длинный хвост. Тут у него лапки, что прижаты к пузу, а вот тут усики.       Су Юн наблюдал за ладонью друга так, словно Лю Вэй показывал ему фокусы. Когда он нарисовал движениями на небе рисунок, Су Юн внезапно увидел кота, хотя прежде он ему никак не представлялся.       – И правда, – восхищённо прошептал лекарь, словно друг показал ему какую-то магию.       – Теперь Ваша очередь, – мягко прошептал Лю Вэй, не желая разрушать их особое таинство. Он наклонил голову на бок и неотрывно разглядывал эмоциональное, прекрасное лицо своего друга.       – Выбирать облако? – часто заморгав, спросил юноша, с изумлением отмечая, что теперь видит обе картинки в фигуре облака. Они были равноценно прекрасны.       – Нет, показать мне дракона! Прошу, нарисуйте его для меня, чтобы я тоже мог увидеть то, что видят Ваши яркие глаза.       Су Юн смутился. Он никогда прежде не рисовал на небесном полотне, но решил попробовать. Пальчики его засветились искрами ци. На этот раз его энергия была нежно-розового цвета и Лю Вэй подумал, что энергия друга меняет цвет в зависимости от настроения. Это было так же поразительно, как его разноцветные глаза.       – Вот, смотрите... Это голова, – за пальчиками Су Юна тянулся след искр, складывавшихся в рисунок. – А это рожки. Вот тут, как Вы верно сказали, длинное тельце. А вот тут длинный хвостик, вот с таким пушистым начесанным кончиком. У котиков ведь так не бывает, вот я и подумал, что дракон… Вот тут его лапки, а вот тут... Соломинка, которую он жует.       Лю Вэй тихо рассмеялся, услышав про необычную фантазию друга.       – Это же где взять такую соломинку, чтобы ее мог жевать дракон?       – Может, это маленький дракон, – невозмутимо ответил Су Юн. Его рука так и застыла в воздухе, завершив рисунок.       Лю Вэй вытянул руку к нему, желая коснуться чарующей магии. Когда он прикоснулся к застывшему в воздухе рисунку, то почувствовал тепло и покой, что нес в себе юноша. Ничего иного внутри и быть не могло – лишь теплота и лёгкое волнение, что никогда не отпускало чувствительное сердце.       Их ладони замерли рядышком, повиснув в воздухе и тянясь к облакам. Этот интимный момент близости был дорог обоим, но не смущал их. Это было нечто естественное, настоящее и воистину счастливое. Они молчали, глядя на облака. Затем вдруг оба заговорили одновременно:       – Господин Лю Вэй...       – Господин Су Юн...       Оба затихли от неловкости, но рук не убрали, словно между ними блуждала особая магия, погрузившая их в сокровенный момент духовной близости.       – Прошу, говорите, господин Су Юн, – мягко уступил Серебряный Наследник.       – А как же Вы?.. Вы ведь тоже хотели что-то сказать.       – После Вас.       Су Юн, казалось, подрастерял решимость, но после предложения Лю Вэя и его долгого молчания, явно выжидавшего вопроса, прошептал:       – Скажите... – он глядел на облака сквозь распахнутые пальцы и яркие глаза его взволнованно дрожали. – Если бы у Вас появился шанс посетить Небесное Царство, Вы бы согласились?       – Конечно! Мне дико любопытно, что там есть и как оно всё устроено! Повидать богов, поблагодарить их за все, что они делают для людей – это великое благо. К тому же, там ведь очень красиво!       Су Юн задумчиво кивнул.       – А теперь представьте, что Вы оказались на Небесах. Предположим, с какой-то целью. Или даже без цели… Просто оказались. И вот Вы живёте день за днём в совершенно чужом мире. Сначала он чужд Вам и непонятен, даже немного пугает, но чем дольше Вы гуляете по небесным садам, разглядываете дворцы Небесных Владык и сближаетесь с богами, тем более милым сердцу становится. И вот однажды... В случайный день, просто так без повода и цели Вашу голову посещает мысль: «Я хочу остаться здесь навсегда». Вы бы... Смогли оставить прошлое ради того, чтобы остаться там, где Вам хорошо?       – Конечно же нет, – без раздумий ответил Лю Вэй. – Мой дом в Солнечной Арасии. Как бы красиво и благостно не было на Небесах, я буду там лишь гостем и никем больше. Мой дом здесь. Моя семья здесь. Мой долг здесь. А что я буду делать там? Отдыхать и наслаждаться покоем? Это быстро мне надоест.       – Вот как, – Су Юн притих и накрыл ладонью глаза.       Лю Вэй вопросительно посмотрел на него, не понимая. Он вдруг почувствовал навалившееся отчаяние, и мог поклясться, что это были не его чувства, а боль Су Юна.       – Господин Су Юн, если это была аналогия про Вашего учителя...       – Вовсе нет, мне просто было интересно. Я знал, что Вы так ответите. И это совершенно правильный ответ.       – Су Юн...       Лю Вэй хотел сказать что-то ещё, но Су Юн живо поинтересовался:       – А Вы? Что Вы хотели сказать?       Лю Вэй смутился. Су Юна обуяло такое лиричное настроение, а он тут будет говорить о своих глупостях!..       – Да ничего такого...       – Прошу, скажите! – Су Юн повернулся на бок, желая услышать. – Всё, что Вы хотите сказать мне, очень важно и дорого для меня! Прошу.       – Я хотел сказать, что то облако... Оно могло быть кото-оборотнем.       Су Юн часто заморгал, а после заливисто рассмеялся, прикрыв рот рукой.       – Господин Лю Вэй, а-ха-х-ха. Вы такой придумщик. Кото-оборотень!       – Ну а что, – гордо проворчал Лю Вэй. – Очень даже хорошая теория, раз у него два облика!       – Спасибо Вам, – вдруг нежно прошептал Су Юн. – Вы единственный в мире человек, что научил меня смеяться. Но, правда, кото-оборотень!       Лю Вэй засмеялся вместе с ним. Они лежали плечо к плечу, шутили и смотрели на облака. Именно таким Су Юну и представлялся настоящий дом.