Инь и Ян: Слёзы на белых ресницах

      С тяжёлым сердцем покидая островок спокойствия, Лю Вэй спешно направился к тренировочной площадке. Он хотел как можно скорее обсудить с Тэй Шу всё, что узнал. Беспокойство пожирало его изнутри. Он опасался, что с императором и Мин Бао могло случиться недоброе, пока он был на тренировке, что Чжун Хэ что-то задумал, а дворец оплел коварный заговор, построенный на энергии похоти. А ещё состояние друга... Су Юн уверял, что он в порядке, но глаза у него были добрые, разделявшие его беспокойство.        «Наверняка будет всю ночь информацию искать... Не отдохнёт опять, хотя обо мне заботится.»       Лю Вэю стоило бы беспокоиться о себе, но накануне самого главного испытания в его жизни Серебряный Наследник беспокоился лишь за других. В этом они с Су Юном были похожи.       Лю Вэй приготовился быстро сразить своего сегодняшнего соперника, лишь бы остаться с Тэй Шу наедине, но учитель удивил его тем, что прибыл один. Они подошли одновременно, и Лю Вэй низко поклонился, приветствуя мастера и намереваясь сразу же все ему выложить.       – Мастер Тэй Шу, я...       Учитель впился в него пристальным взором.       – Видел сегодняшнее представление Чжуна Хэ?       Лю Вэй слегка опешил. Мастер редко начинал тренировку с разговора.       – Да. Это был невероятный прием. Его сила...       Лю Вэй снова хотел перевести разговор на свои мысли, но Тэй Шу бесцеремонно перебивал его.       – Мусор, – хмыкнул Тэй Шу. – Совершенно бездарно. Красиво, эффектно, но он не раскрыл истинную силу своего приема. У слабых людей, вроде тебя, он вызывает восхищение, но он совершенно его не заслуживает. Это несложный прием, даже не секретная техника.       – Он похож на прием моего клана, – отозвался Лю Вэй, не совсем понимая, к чему клонит его учитель. – Но будто измененный.       – Не ты один копируешь и меняешь чужие техники, – холодно заметил Тэй Шу. – Клан Хэ взял этот прием у Вэев и сделал его возможным для применения с катаной, но это не их боевой стиль. Северяне сражаются совершенно иначе.       Лю Вэй понял, что впервые за месяц, который он провел в обучении у наставника, Тэй Шу решил подготовить его именно к испытанию. Прежде учитель подбирал ему соперников, чтобы развить определенные боевые навыки, показать разные боевые стили столицы и оценить его тактику против каждого из видов оружия. Лю Вэй полагал, что Тэй Шу хотел, чтобы, увидев разные боевые стили, Лю Вэй захотел начать учиться сражаться с цзянем, но он был упрям в верности своим клановым принципам. Меч в его руке оказывался только если родное оружие было запрещено.       Тэй Шу также помог ученику достигнуть откровения и вывел его разум на новый уровень, когда как клан Сён позаботился о теле. Теперь, за два дня до испытания, Тэй Шу хотел рассказать Серебряному Дракону что-то, что могло помочь ученику в битве с кланом Хэ. Лю Вэя это удивило. Он полагал, что учитель всегда будет просто обучать его конкретным техникам или помогать оттачивать навыки, но Тэй Шу решил показать ученику нечто большее, чтобы Лю Вэй имел возможность пройти испытание. Он хотел ему помочь. Лю Вэй почувствовал, что это искренний урок от наставника, протянутая ему рука помощи.        «Клан Вэй и клан Шу долго воевали. Но сегодня... Сегодня учитель помогает мне пройти испытание, хотя мог бы просто смолчать и позволить мне биться с кланом Хэ.»       Глаза Лю Вэя засверкали искренней благодарностью. Он был тронут намерением учителя.       Тэй Шу его растроганное настроение не оценил. Он хмуро сдвинул брови.       – Твое лицо расплылось, как мокрая мочалка. Прекрати это.       Лю Вэй смутился, восстановил спокойствие на лице и низко поклонился учителю.       – Я благодарен Вам за урок!       – Мы ещё даже не начали, – Тэй Шу явно не нравились телячьи нежности. – Не трать время и слова.       – Мне нужно вам кое-что сказать, – снова попытался Лю Вэй.       Тэй Шу обнажил катану.       – Тренировка – священное время обретение истинности знания для заклинателя и воина. Лишнее должно остаться в стороне. В битве твой разум не должно занимать ничто прочее.       Лю Вэй понял, что учитель не собирается с ним разговаривать ни о чем, кроме сути дела. Значит, сначала тренировка, потом вопросы.       – Простите, мастер. Я готов принять урок и благодарен за него.       Тэй Шу хмыкнул, принимая извинения.       – Вы сказали, что Чжун Хэ показал не истинный стиль клана Хэ. Каков же он?       – А что тебе удалось узнать?       Тэй Шу прищурился. Лю Вэй собрал в голове все, что видел и слышал.       – Чжун Хэ пользуется тремя видами оружия. Его сыновья носят при себе катаны, копья и метательные ножи. Их броня более крепкая, должно быть, пробить её непросто даже гуань дао, но она не стесняет их движений. Они хорошо сложены, тела крепкие, движения уверенные. Каждый из сыновей кажется очень сильным. Ци развита выше моего уровня.       – Это общие наблюдения. Но что насчёт боевого стиля?       Лю Вэй припомнил слова Нан Линя.       – Они специализируются на мощных атаках, которые тяжело заблокировать, а также на быстрых, которые тяжело отследить. Против них лучшей тактикой будет атаковать так, чтобы не позволять совершать удары первыми.       Лю Вэй растерялся, поняв, что и правда мало знает о своих противниках. Его неловкое молчание ознаменовало конец рассказа.       – Не густо, – холодно хмыкнул Тэй Шу. Казалось, его поражала подготовка ученика. – Имея месяц на подготовку, живя в императорском дворце и происходя из именитой семьи, это всё, что тебе удалось узнать?       Испытывающий взгляд унижал своим неприкрытым презрением. Тэй Шу явно был недоволен. Ещё бы: судьба клана Вэй висела на волоске, а ученик бегал с лекарем клана Сён и пытался защищать его репутацию. То, что Су Юн помог Лю Вэю стать сильнее, учителя совершенно не волновало.       – Я готов сразиться с любым противником, каким бы он ни был, – рьяно произнес Лю Вэй. Это было правдой. Он не боялся сильных соперников и в каждом бою учился и находил новые способы побеждать.       – Это в корне неверный подход. На войне тот, кто знает о противнике больше, на половину победил. Умный воин всегда идёт способ разведать обстановку прежде чем лезть в бой.       – Именно поэтому я спросил у Вас, что Вам известно.       Тэй Шу холодно хмыкнул.       – Надеяться вызнать информацию в последние секунды, вероятно, ещё большая глупость, чем вовсе не пытаться этого делать. Когда готовится бой, враг настороже и слышит всё, о чем говорят. К войне готовятся заранее, чтобы узнать все слабости противника и приготовиться сокрушить его, не дав шанса опомниться.       Лю Вэй на мгновение поверил, что Тэй Шу не собирается ничего ему говорить.       – Я хочу победить, учитель, – честно сказал он.       – Почему же ты тогда не пытался помочь себе?       Лю Вэй поднял на учителя честный взор и выпрямил спину, прижав ладони по швам.       – Я полагал, что стать сильным достаточно. Что я смогу подстроиться под любого врага. Я слышал много слухов, но чему из всего этого можно верить на самом деле? Отец учил меня, что север сражается, как волчья стая. Они загоняют своих жертв, а в одиночку они становятся лишь злее. Я представил себе стиль боя, который хотел бы опробовать на них.       Тэй Шу задумчиво присмотрелся к ученику.       – Это то, что ты пытался изобразить вчера?       Лю Вэй кивнул.       – Я хочу сразить клан Хэ неистовым натиском. Я хочу доказать императору, что клан Вэй сильны. Не сидеть в защите, не выжидать, а решительной атакой, одним единственным приемом сразить всех сыновей Чжуна Хэ!       – Это невозможно, – безжалостно констатировал Тэй Шу.       Лю Вэй болезненно потер макушку, будто слова учителя ударили его по затылку.        «Вот это поддержка от учителя!» – проворчал он в голове.       – Это то, к чему я стремлюсь каждый бой, – решительно ответил Лю Вэй.       – Ты можешь сделать это лишь единожды. В первый бой, – глаза Тэй Шу блеснули коварством. – В тот миг, когда клан Хэ высокомерно будет считать тебя ничтожеством и ждать легкой победы. Именно поэтому ты должен изучать противника прежде. Эффектное появление на поле боя либо сломит дух воинов, либо разозлит их. Но ты должен понимать, что, если победишь слишком быстро, ярость клана Хэ будет выше, ведь ты прилюдно унизишь их на собственном празднике.       – Я жажду не унизить их, а возвысить свой клан, – произнес Лю Вэй. Ему не было дела до репутации клана Хэ, и гордость не позволяла изображать из себя слабака ради получения преимущества, но Тэй Шу был прав в том, что тактику прохождения испытания стоило хорошо обдумать. Юноше предстояло провести минимум шесть боёв, если каждый из сыновей Чжуна согласится, а никто иной не захочет бросить ему вызов.       У Лю Вэя уже были кое-какие мысли, как следует провести бои. Тэй Шу видел это в его глазах и остался доволен. Он осознал и то, что ученик не боится столкнуться с противниками в их лучшей форме. Лю Вэй хотел победить в честном бою и пройти испытание, став легендой. Тэй Шу открыто говорил, что это невозможно, но переубеждать ученика не было его работой. Ему было приказано учить.       – Именно поэтому тебе необходимо знание о враге. Знание позволяет воину предупреждать удары и биться более эффективно. Знание даст тебе преимущество и подарит время. Оно приведет тебя к тому стилю боя, который ты видишь, сохранит тебе силы и не позволит показать врагам лишнего. Видя лишь ограниченное количество твоих атак из бурного многообразия стилей, они не будут знать, чего ожидать. Это застанет их врасплох, но ты не должен забывать про свое несовершенное ядро. Ты им не ровня. Твой шанс – запутать врага и атаковать первым. Но для того, чтобы ты мог хотя бы попытаться атаковать, ты должен знать, с чем столкнешься, иначе весь твой бой пройдет в защите. А, как ты уже отметил, защита против клана Хэ – дело более сложное. Особенно с твоей глефой.       Тэй Шу бросил последнюю фразу с таким пренебрежением, словно гуань дао была каким-то недостойным оружием. Лю Вэй нахмурился.       – Я буду сражаться Серебряным Пламенем, – рьяно сказал он.       Тэй Шу не возражал.       – Нет смысла менять оружие на то, что менее выгодно в твоих руках. Выбор за тобой.       Тэй Шу взмахнул катаной по ветру.       – Я покажу тебе, как сражается клан Хэ.       Глаза Лю Вэя наполнились уважением и благодарностью.       – Спасибо, мастер!       – Ты можешь этого не пережить, – предупредил Тэй Шу. Холод его голоса заставил Лю Вэя крайне серьезно отнестись к тренировке. – Потому сначала наблюдай со стороны. Это стиль боя называется «Одинокий в ночи воющий ветер». Клан Хэ использует его, чтобы сражаться на публике и в дуэлях. Он отличается от обычных ударов катаны и всего, что ты видел за время обучения в Хэкине.       – Вам удалось скопировать их технику? – восхитился Лю Вэй.       – Не смотри так. Любой может изобразить ее, если будет желание. Она очень эффективна и смертоносна. Не желать овладеть ею может только кто-то вроде тебя, – Тэй Шу указал на гуань дао.       – Мне тоже любопытно, – честно ответил юноша, все ещё потрясенный тем, как много знает и умеет его наставник. Тэй Шу копировал техники многих кланов, как и Лю Вэй, только Серебряный Наследник прикрывал разнообразием атак и стилей свои недостатки, а Тэй Шу просто мог сражаться любой из техник на выбор в совершенстве. Его мастерство было поистине легендарным.       – Сейчас тебя должно интересовать другое, – хмыкнул Тэй Шу и продолжил: – Эта техника берет за основу быстрые взмахи. Ты будешь слышать их, но не видеть, потому считается, что заблокировать удар этой техники практически невозможно.       С этими словами Тэй Шу встал в боевую стойку и взмахнул клинком. Лю Вэй с изумлением раскрыл рот – в момент удара клинок попросту исчез, но через мгновение оставил после тебя несколько полос из ци что вкладывались в удар. Лезвие замерло над землёй вместе с опущенной вниз рукой.       – Видел? – спросил Тэй Шу.       Лю Вэй потёр глаза.       – Это же как?.. Так быстро...       – Именно поэтому надо знать, с кем имеешь дело, – хмыкнул Тэй Шу и повторил прием. Он намеренно подсветил катану ци, чтобы Лю Вэй увидел, как идёт клинок. Это очень помогло. Лю Вэй успокоил разум и сконцентрировался на движениях, слегка замедляя время своего восприятия, чтобы лучше проследить за движениями.       – Ещё раз, учитель! – попросил Лю Вэй, когда Тэй Шу закончил серию атак.       Мастер повторил удары, однако в этот раз комбинация была другой, хотя стойка Тэй Шу была прежней.       – Учитель, это ведь другой прием, – озадаченно произнес Лю Вэй.       – Ты их различаешь... Значит, не совсем безнадёжен. Эта техника тем и хороша – что бы ты ни делал, противник просто не увидит, потому не поймет, что нужно защищать. В условиях, когда решать нужно мгновенно, атакующий имеет огромное преимущество. Движение в защите – мгновенный удар в другое место.       – Но это ведь не абсолютная техника, – мотнул головой Лю Вэй. – Её можно заблокировать.       – Способов справиться с этой техникой неисчислимое множество.       Какие именно Тэй Шу говорить не собирался. Это было заданием для Лю Вэя – понять, как работает приём, и научиться ему противостоять. Тэй Шу учил ученика, а не слепо говорил, что нужно делать. Лю Вэй был за это благодарен. Он хотел разгадать загадку и развиваться, как воин, ища лазейки, чтобы лучше адаптироваться в битве, а не просто следовать инструкциям, которые могут оказаться не действенными в реальном бою и неожиданных ситуациях.       – Вы не могли бы повторить её, направляя клинок на меня? – попросил Лю Вэй.       Тэй Шу с интересом выгнул брови, но отказывать не стал. Он встал напротив ученика и направил на него катану. Затем сделал шаг назад, чтобы лезвие не касалось юноши и повторил уже использованный им прием. Однако он не окрашивал движения ци. Лю Вэй едва видел движение клинка, но чувствовал волну энергии, что исходила от приема.       – Какая потрясающая техника. Заметить очень тяжело. Но...       Лю Вэй что-то понял. Он сел на корточки и попросил мастера повторить вновь. Тэй Шу терпеливо выполнил просьбу ученика. Когда Лю Вэй лег и наблюдал за приемом снизу-вверх, учитель уже недовольно морщился, не понимая, чем занят ученик. В общей сложности Тэй Шу исполнил несколько комбинаций приемов больше двадцати раз, прежде чем Лю Вэй самоуверенно предложил:       – Нападайте.       Тэй Шу хмыкнул. Он решил наказать ученика за самонадеянность и провел серию из пяти атак, целясь ученику в грудь, но Лю Вэй на удивление заблокировал удар.       Тэй Шу приподнял брови.       – Увидел?       – Это непросто. Сейчас я спокоен, в бою, скорее всего, увидеть будет ещё тяжелее. Но да. Я вижу.       Лю Вэй понимал, что всегда будет проигрывать в скорости, но видеть было очень важно, чтобы иметь шанс защитить себя хоть чем-то. Тэй Шу начал тренировку с верного момента.       Разойдясь, учитель и ученик снова сошлись в схватке. На этот раз Лю Вэй тоже смог заблокировать удар, но Тэй Шу сделал финт и продолжил атаку. В следующее мгновение острие катаны уже замерло у шеи ученика.       Лю Вэй удивился внезапному поражению, но душа его лишь распалилась азартом.       – Ещё!       Тэй Шу спокойно вернулся в атакующую стойку.       Всю ночь напролет Лю Вэй пытался научиться защищать себя. Они бились больше шести часов, повторяя одни и те же движения. Тэй Шу отметил, что Лю Вэй лучше управлял телом – уроки Су Юна незамедлительно принесли плоды. Улучшалась и его концентрация. Даже в яростном состоянии Лю Вэй заставлял себя видеть, и к концу тренировки он уже различал движение меча, хотя от этого ужасно болели глаза. Ему было тяжело, но он терпел, вновь и вновь прося учителя повторить движения. Поначалу он мог отразить только один удар, но за шесть часов ему удалось добиться блокировки десяти ударов подряд, а один раз – финальный в серии – он резко перешёл в контратаку, пусть и безуспешную.       – На этом закончим, – холодно объявил Тэй Шу. Учитель решил оставить ученика с приятным чувством прорыва – оно должно было ободрить его и мотивировать сражаться лучше на следующей тренировке.       Лю Вэй был счастлив. Он смог вырваться из этого бесконечного круга защиты и понял, что допускать ситуации на поле боя, когда клан Хэ теснит его, ни в коем случае нельзя. Он потратил ночь, чтобы научиться хоть как-то себя защищать, но большую часть ударов Лю Вэй все равно пропускал. Тэй Шу жалел его в битве, ученик это чувствовал. Учитель не хотел избить его до полусмерти перед испытанием, потому не давал прочувствовать боль, что должна была наказать на ошибки. Однако юноша испытывал ее внутри себя. Каждая ошибка ранила его гордость, что было вдвойне болезненнее – клан Шу жалел его! Лю Вэй хотел избавиться от этого едкого чувства, потому единственная удачная контратака была так сладка и приятна.       Лю Вэй взвыл, высвобождая чувства, и устало рухнул на землю. После целого дня тренировок тело его ужасно устало. Он не чувствовал в себе сил даже дышать. Хотелось закрыть глаза и уснуть прямо здесь, лёжа так неподвижно и спокойно, что бабочки по утру сели бы на него, как на цветок. Однако Лю Вэй не мог вести себя так вольно, сохраняя остатки самообладания и чести. Он выпрямил спину, сел на колени и поклонился учителю.       – Спасибо за урок, мастер. Это было очень ценно.       – Кроме этого приема клан Хэ использует и другие, – предупредил учитель. – Будь готов ко всему.       Эти слова должны были стать окончанием тренировки, однако Лю Вэй вовремя вспомнил, о чем хотел поговорить с учителем.       – Мастер!       Тэй Шу не очень-то хотел оборачиваться, потому бесстыдно проигнорировал ученика, считая, что тот хочет спросить очередную глупость.       – Постойте!       Лю Вэй, слегка запинаясь об ослабшие ноги, поднялся и преградил учителю путь.       – Нам нужно поговорить.       Тэй Шу всем своим видом показывал недовольство.       – Дело в императоре! Чжун Хэ угрожает ему!       Лю Вэй начал с самого главного, чтобы точно заинтересовать учителя в разговоре, но на улице Тэй Шу не дрогнул и единый мускул.       – Угрожает?       – Да. Он околдовывает своих жен, забирает их энергию, чтобы сделать себя сильнее. И принцессу... И император так восхищён им, это явно не просто симпатия! Я уверен, что Чжун Хэ пытается возвысить свой клан, влияя на разум императора! А, может, и вовсе хочет ему навредить! На клан Мон нельзя положиться, поэтому я подумал, что должен рассказать Вам. Вы, как один из самых близких людей к императору, уж точно сделаете больше Дау Мона! Прошу, мастер, помогите господину Ланг Бао и госпоже Мин, пока не случилось ничего дурного!       Хмурый взгляд Тэй Шу сменился на скучающий.       – Глупости, – холодно бросил он.       Лю Вэй изумлённо на него уставился.       – Глупости?.. Что значит глупости?! Император в опасности!       – Не думаю. И тебе стоит подумать, – Тэй Шу ткнул пальцами в лоб ученику. – К чему вредить человеку на троне, которым можешь управлять? Это совершенно невыгодно. Со смертью Ланг Бао ни при каких условиях клан Хэ на престол не сядет. Остальное – политика. Ты достаточно взрослый мальчик, чтобы понимать, как сейчас работают законы Хэкина и кто управляет империей.       У Лю Вэя по телу пробежал холодок. Он был в шоке от услышанного. Всем было известно, что власть сосредоточилась в руках столичных кланов и других влиятельных чиновников и семей, которым Ланг Бао доверяет. Тигрёнок – лишь фигура, изображающая власть, но не имеющая её. Однако его слова все же чего-то стоят, а именно – двигают фигурки с места на место, размещая по закону личной симпатии.       У Лю Вэя в голове всплыла сцена в тронном зале, когда Тэй Шу шептал императору ответы. Он спас Лэй Линя, казнил десятки людей из клана Мон. Это был Тэй Шу, а не император, как и город защищал Дау Мон, а не имперское величие. Вся страна была предоставлена сама себе, и эта борьба за место под солнцем продолжалась день и ночь. Она была очевидной, и, если бы кто-то хотел навредить Тигрёнку, его бы уже давно не было у власти. Чжун Хэ со своей магией очарования без труда мог убить его, как и любой из доверенных людей. Однако Ланг Бао был всем выгоден. Лю Вэя поразило другое – Тэй Шу даже не пытался скрывать того, что положение дел стоит именно так. Он словно говорил: «Я ведь тоже опасно близко, играю в эту игру». Тэй Шу спас императору жизнь, после чего стал первым человеком в его глазах. Чжун Хэ очаровывал императора магией. Каждый глава клана делал то, что считал лучшим для своего благополучия. Но то, что Тэй Шу позволял другим играть в их жестокие игры и не вмешивался в чужие ходы, говорило не столько о его осторожности, как о том, что он прекрасно обо всем знает – просто не мог не знать! И потворствует этому, позволяя происходить тому, что не рушит его планы.       Лю Вэй окончательно лишился сил.       – Но это неправильно... Одно дело словами и поступками, но совсем другое дело – магией. Чжун Хэ жестоко избил принцессу! А император отреагировал на это так, словно ничего не случилось!       – Почему его должно это волновать? – хмыкнул Тэй Шу. – И почему это вообще волнует тебя? Займись делом. Это не то, что нужно для выживания клана Вэй.       – Но ведь Мин Бао – его сестра! – не сдавался Лю Вэй.       – Я слышал, у твоего отца тоже есть брат. И что, они в прекрасных отношениях?       От упоминания дяди Лю Вэй вздрогнул и невольно оскалился. Он не знал, что взбесило его больше: упоминание предателя или колкий упрек в логику. Тэй Шу же оставался абсолютно спокоен.       – Это совсем другое!..       – Чем больше семья, тем меньше ценность представляют родственники. Ты вырос в семействе, где вы дрожите от страха о смерти хоть кого-то одного, но увы. Крупные кланы смотрят на мир иначе. Мин Бао уже не принадлежит императорскому дому. Она отдана в руки клана Хэ, а как его будущая супруга, она обязана подчиняться своему мужу.       – То есть красть энергию ци у другого заклинателя – это достойный поступок для главы клана? – не унимался Лю Вэй.       – Силу берут из разных мест, – равнодушно хмыкнул Тэй Шу. – Чжун Хэ выбрал любовь. Это не худший из способов. Меня не волнует, если он решит переехать в столицу или стать одним из Клыков. Или ты предпочтешь терпеть у власти клан Мон?       Холодные глаза змея блеснули злобой. Лю Вэй почувствовал, как глубока была война между кланами. Тэй Шу был готов рисковать императором и его семьёй, лишь бы отлучить их от власти. Понял и другое: клан Шу отныне не заинтересован в войне кланом Вэй. Если бы это было иначе, он бы просто не позволил ученику развиваться. Тэй Шу был очень опасным человеком и вился у власти, из теней управляя империей вместе с десятком других людей.       – А как же воля Ланг Бао? Он не будет ребенком вечно.       – Он уже давно не ребенок, – прошептал Тэй Шу. – Стоит только сравнить вас, и ты поймёшь: он просто слабый человек без воли. Страна будет такой до тех пор, пока трон не займет кто-то иной.       – Я всё же считаю, что император должен быть свободен волей и сам принимать решения, – упрямо стоял на своем Лю Вэй. Он надеялся, что слова Тэй Шу были очередным испытанием, но на деле он говорил абсолютно честно.       Эта честность обжигала.       – Один неверный шаг, и клан Вэй окажется на дне жизни, – напомнил Тэй Шу и дал последний совет: – Думай о том, что говоришь и что делаешь. Даже в детских играх водятся зубастые акулы. Не лезь в то, чего не понимаешь, если хочешь дожить до последнего испытания.       Лю Вэй хмуро кивнул. Он понял, что помощи от Тэй Шу он не дождется. От его слов на душе воцарилась безнадёжность. Человек, что ближе всего к власти императора, считал само собой разумеющимся использование магии для контроля императора и избиение принцессы. Тэй Шу говорил об этом так свободно... Лю Вэю было неприятно и мерзко от этого разговора. Радовало одно – Тэй Шу знал о происходящем и контролировал ситуацию. Император не вызывал у семей уважения, но он был нужен им, чтобы вести свои игры, и Тэй Шу явно был из той команды, кто будет защищать Ланг Бао любой ценой.       В чем-то Тэй Шу лукавил. Лю Вэй почувствовал это, но горечь была слишком глубока, чтобы размышлять об этом дальше. Тэй Шу дал ему совет, но Серебряный Наследник не собирался отступать. Он решил, что во что бы то ни стало добьется открытия правды. Империя Хао не должна жить во лжи.        «Я спасу императора и Мин Бао, даже если Тэй Шу не хочет ему помогать!»