Инь и Ян: Слёзы на белых ресницах

      – Господин Лю Вэй, я хотел бы начать делать для Вас одеяние, – прошептал Су Юн, как только закончил с утренними осмотром друга. Лю Вэй явно шел на поправку – раны его почти не беспокоили, а заживало всё даже быстрее, чем надо. Су Юн заботливо сменил бинты, омыл друга (что вызывало у Лю Вэя довольное урчание) и, накормив его завтраком, сразу же захотел заняться делом.       Лю Вэй нежно улыбнулся. Он испытывал сентиментальную благодарность за то, что друг решил сделать для него нечто столь важное и значимое.       – Мне очень приятно, господин Су Юн. Чем я могу Вам помочь? Я готов на все.       – Мне понадобятся Ваши советы. Начнем с того, чтобы сделать эскиз...       Су Юн ушел в глубокие размышления и взялся за кисточку и блокнот.       – Я хотел бы в точности воссоздать все узоры на Вашей одежде, ведь это фамильная гордость. Также, если у Вас есть какие-то пожелания, я могу добавить любой рисунок.       Лю Вэй задумался над его предложением.       – Я так по памяти и не вспомню все узоры. Представляю, но, чтобы описать точно... Вы не выбросили мое порванное одеяние? По нему сориентироваться было бы легче.       Су Юн изумлённо заморгал.       – Как можно выкинуть что-то, что принадлежит Вам, господин Лю Вэй? Конечно нет.       Су Юн достал из сундучка одеяние друга. Оно было выстирано, выглажено, но безнадежно разорвано. Лю Вэй видел несколько новых стежков – умелые ручки Су Юна все же пытались его подлатать, но даже такой рукодельник понимал, что нет ничего вечного. Узоры на одеянии хорошо сохранялись, пусть даже на одежде было полно дыр и порезов. Глядя на клановое одеяние, Лю Вэй испытывал сентиментальную гордость и совсем немного – грусть. Он привязался к одежде, как привязывался ко всем вещам.       Су Юну было больно смотреть на одеяние. Он видел на нем следы боли друга и вспоминал, как на его глазах жестоко ранили дорогого ему человека, а он просто стоял в стороне. Невольно юноша прижал ладони к груди, сочувственно сведя брови вместе и выглядя крайне виноватым.       Лю Вэй почувствовал его беспокойство и тревогу. Он нежно прошептал:       – Все в порядке. Не волнуйтесь, пожалуйста. Я жив, цел и почти здоров.       Су Юн смутился от того, что друг смог прочитать его мысли, и качнул головой.       – Я волнуюсь за Вас, господин Лю Вэй.       – Совсем не стоит! – юноша задрал руки и игриво показал мускулы. – Я в полном порядке.       Он разложил одеяние на полу и булавками соединил разорванные кусочки.       – Думаю, одеяние достаточно неплохо сохранилось. Благодаря Вам оно стало гораздо ярче. Эти вышитые спереди драконы просто очаровательны.       – Если хотите, я могу вновь вышить их.       Лю Вэй задумался. Каждый элемент одеяния был пропитан глубоким символизмом. Нечто новое могло вызвать ненужные разговоры... Хотя разговоры и без того ходили, а драконы являлись символом клана. Особенно важно было показать это теперь, когда Йюньлонг пришел лично, чтобы спасти второго наследника клана Вэй.       – А это не трудно? – осторожно спросил Лю Вэй.       – Совсем нет. Я с удовольствием повторю эту вышивку, – искренне ответил Су Юн.       – Тогда это будет моим маленьким пожеланием. Раз священный зверь пришел ко мне на помощь, я хочу отдать ему дань уважения.       – Уверен, ему будет очень приятно, – религиозно произнес Су Юн.       – А ещё... Как насчёт того, чтобы у этого дракона за ухом был бутон пиона?       Су Юн смутился.       – Наш цветок?..       – Наша дружба действительно очень важна для меня. Для остальных это будет просто цветок, а для меня – кусочек Вас рядом.       Су Юн едва сдержал умиленный стон. Лицо его живо менялось в эмоциях. Глаза блестели счастьем.       – Я вышью очень красивый пион, господин Лю Вэй. Он будет радовать Ваш глаз и напоминать о... О нас.       – Я всегда помню о нас, – нежно прошептал Лю Вэй. – И именно поэтому этот символ для меня так важен.       Су Юн покраснел и не мог ничего с собой поделать.       – Господин Лю Вэй…       – Правда, выходит немного несправедливо. Я обещал Вам цветы, а в итоге Вы увидите их только через четыре года. А я Ваш цветочек буду так сразу носить у сердца...       – Мы будем выхаживать пионы вместе четыре года, господин Лю Вэй. Что может быть ценнее и прекраснее этого?       Лю Вэй смутился от этого вопроса.       – Ваша правда.       Затем его взгляд упал на отравленную брошь. Красивая безделушка блестела в лучах утреннего солнца и напоминала о случившемся. Су Юн отследил его взгляд.       – Я помыл ее, так что на ней больше нет яда.       Лю Вэй признательно кивнул.       – Эту вещь мне дал клан Мон… Они сказали, что она от брата. Я так глупо поверил в это...       – Вы просто хороший человек, господин Лю Вэй, и скучаете по своему брату. Разлука – это очень непросто. Я ощутил это, когда Вы тренировались весь день... – он взволнованно поправил прядь волос, заправляя ее за ухо. Опустил взгляд, боясь быть неправильно понятным.       Лю Вэй всегда понимал его правильно.       – Я тоже душою тосковал по Вам.       – Мы искали друг друга… – трогательно прошептал юноша.       – И нашли.       Эта мысль согревала их.       Су Юн заглянул в янтарные глаза, но не смог долго выдержать взгляда и тут же робко опустил голову, кашлянув в кулачок. Лю Вэй наклонился и снял брошь.       – Я хочу забрать её.       – Но ведь она не от Вашего брата, – осторожно произнес Су Юн.       – Нет. Но она – боевой трофей. Враги пытались сломать меня, но вместо этого я, ослабший и едва способный биться, победил. Всем врагами на зло.       – Потому что Вы потрясающий! – широко улыбнулся Су Юн.       – Я хочу сохранить ее. Как память о том дне, как трофей за победу и как… Подарок. Всё же, я верил, что эта вещь от брата. Сделаю приятно истинному дарителю. Представляете, как он удивится?       Су Юн понимал его чувства. Он тоже не хотел расставаться с духами, что из злобы подарили ему братья Сён. Он ценил любой подарок.       – Она Вам к лицу, господин Лю Вэй. И она гораздо лучше, чем...       Су Юн обхватил пальцами горло и тревожно потёр кожу. Ему не хотелось говорить другу что-то плохое о его выборе одеяния, но Су Юну казалось неправильным надевать ошейник на кого бы то ни было.       – Мне неловко, что Вы видели меня в таком виде, – признался Лю Вэй. – Ошейник был решением императора.       – Так нельзя! – пылко воскликнул Су Юн.       – Мне тоже это не по нраву, но, если бы я этого не сделал, император мог бы очень разозлиться. Он хотел поиграть со мной, но, не сомневайтесь, я верну ему его и больше не позволю так глумиться над своей гордостью. То, что я служу империи, я докажу поступками.       Су Юн потеплел во взгляде. Его завораживала решимость друга.       – Вы спасли ему жизнь и уберегли госпожу Мин Бао. Это достаточное доказательство.       – Я надеюсь на это. Я ценю свою свободу. И... Искренность, – Лю Вэй нежно провел пальцем по запястью, с нескрываемым наслаждением поглаживая браслет.       Су Юн смутился.       – Я рад, что Вам понравился мой подарок.       – Я одарен Вами.~ Только сам сплоховал и снова без конфет.       Су Юн замотал головой.       – Прошу, господин, хватит терзать себя. Вы сами словно сладкая конфета – тоже делаете мне тепло внутри. Очень... Горячо, – Су Юн прижал ладонь к груди, второй рукой сжал одеяние на животе. В тот миг, глядя чистым и сокровенным взглядом, полным нежности и тепла, он казался самым прекрасным и нежным созданием на земле.       Лю Вэй был очарован им.       – Я обещал Вам, и меня это мучает. Не хочу слыть лжецом и пустословом, оставляя Вас с чувством обманутости несдержанным обещанием.       – Вам не о чем переживать, господин Лю Вэй. Тем слаще они будут в тот день, когда Вы всё же принесёте их. Знаю ведь: не отступитесь. Никогда не отступитесь. Раз слово дали – сдержите. Поэтому я не переживаю. Я просто верю в Вас.       Лю Вэй расчувствовался.       – Хочу осыпать Вас дождем из конфет.       Су Юн изумлённо захлопал ресницами, а затем тихо рассмеялся.       – Господин Лю Вэй, не нужно так много! Одной вполне достаточно. Правда.       – Одна не выразит мое желание порадовать Вас, – упрямо произнес Лю Вэй.       – Желание выражают не подарки, господин Лю Вэй, а взгляд и посыл, с которыми они преподносятся. А Вы уже одними только словами меня... – Су Юн не мог подобрать верных слов. Казалось, ни одно из тех, что ему ведомо, не могло выразить то, что он испытывал. – Согрели? Тут и тут, – Су Юн провёл ладонями по груди и животу... Это было слишком интимно и маняще.       Лю Вэй следил взглядом за его ладонями, тонкими пальцами, влекущими движениями... Что-то просыпалось в нем в этот миг. Что-то, что тянуло к Су Юну неведомой силой.       – Вы правы, господин Су Юн.       – Я не многое понимаю в подарках, но... Я почувствовал это. Прямо сейчас и тогда... – Су Юн робко коснулся ленточки. Щёчки его покраснели. – Это было по-особенному.       – Как и это, – Лю Вэй нежно поцеловал браслет на своем запястье.       Су Юн невольно коснулся своих губ и опустил взгляд. Слишком уж взволновал его жест друга, а чем – и понять не мог.       – ...а Ваше одеяние всегда будет беречь мой статус. Вы станете моим защитником, господин Су Юн.       – Я очень этого хочу, – решительно произнес юный лекарь. – Защищать и оберегать Вас всю жизнь.        «Мой защитник,~» – нежно подумал Лю Вэй. Он воспринимал его слова всерьёз. Пусть юноша был совершенно безобиден, он не раз спасал его жизнь, берег его репутацию, заботился о его здоровье, поддерживал и хвостиком вился, помогая Лю Вэю во всем. Су Юн более чем оправдывал нежные мысли друга.       – Тогда снимете мерки? – спросил Лю Вэй, раскинув руки в стороны. Он помнил, как в последний раз слуги суетились вокруг него с веревками и лентами, чтобы сделать одеяние, что будет идеально сидеть в плечах.       Су Юн покачал головой.       – Не нужно. Я хорошо запомнил Ваши пропорции и размер.       – На глазок? – удивился Лю Вэй. Он не сомневался в талантах друга, но это казалось ему фантастичным.       – Можно сказать и так. Я просто помню... – он скользнул рукой по воздуху, словно повторяя изгиб плеча. – К тому же, Вы рядышком, и я вижу Вас. Совсем ни к чему Вас касаться.       – Вы поразительны, господин Су Юн, – искренне восхитился юноша.       – Правда есть кое-что, что нужно сделать, прежде чем я поступлю к пошиву одежды.       – Могу я Вам помочь?       Су Юн задумался.       – А вы не боитесь запачкаться?       – Совсем нет! – бодро ответил Лю Вэй.       – Тогда я был бы благодарен за помощь. Дело в том, что из тканей у нас только белые, поэтому, чтобы сделать фиолетовый цвет, нужно приготовить краску.       – Без проблем! – воодушевился Лю Вэй.       – Основа будет из винограда. Потом немного разбавим водой и толчёными лепестками, чтобы добиться нужного оттенка.       Лю Вэй внимательно его слушал.       – Говорите, чем помочь, господин Су Юн. Я готов.       – Нам понадобится две бадьи, виноград и ведро воды.       – Могу сходить за водой, – вызвался Лю Вэй.       – Вам не стоит поднимать тяжёлое. – взволнованно возразил Су Юн. – Лучше пока возьмите бадьи и принесите их в сад.       – А виноград?       – У нас есть запасы в погребе. Мастер Бэй Сён делает лекарственное вино, поэтому время от времени слуги закупают виноград.       – Лекарственное вино... – Лю Вэй задумался о том, насколько оно ценно в рамках лечения и как много подопечных в стенах резиденции лечатся таким лекарством.       – Хотите попробовать? – спросил Су Юн, увидев необычный интерес друга.       – Не думаю, что хочу трогать вино без разрешения господина Бэй Сёна. К тому же, я довольно быстро пьянею.       – Это плохо?       Су Юн спросил так, будто ни разу не видел пьяных людей и следствия их поступков.        «Он доверяет мне, – понял Лю Вэй. – Знает, что я не причиню никому зла, даже если выпью.»       – Я контролирую себя, но все же не хотел бы, чтобы Вы видели меня в изменённом состоянии. В этом нет ничего красивого. Хотя вкус вина мне нравится.       – Сладкое? – осторожно спросил Су Юн. Он не хотел пробовать вино, просто интересовался.        «Он всю жизнь жил, не представляя себе вкуса продуктов. Как такое вообще возможно?..»       – Смотря как приготовить. Есть более сладкие вина, а есть без сахара. Всё на любителя. И разные сорта винограда тоже дают разный вкус.       Су Юн слушал с искренним интересом. Лю Вэй рассказал ему несколько историй с родины, связанные с вином, и лишь после этого друзья решили приступить к делу. Времени было не так много, поэтому друзьям нужно было как можно скорее начать делать краску. Су Юн сходил за водой, Лю Вэй раздобыл две крупные бадьи. В них они вместе набрали винограда, отделяя ветви от ягод, после чего вернулись в сад и расположились в укромном местечке в окружении кустов – чтобы никто их не заметил.       – Нужно хорошенько растолочь ягоды, – сказал Су Юн. – Для хорошей краски нужно добиться однородной массы, поэтому нужно хорошенько потоптаться ногами.       Лю Вэй снял сапоги и задрал штанины.       – Я готов.       Су Юн робко опустил взгляд на свои ноги. Он заволновался.       – Я могу сделать всё сам, – предложил Лю Вэй.       – Не беспокойтесь. Вместе выйдет быстрее. Вы очень большой, господин Лю Вэй, краски понадобится много, поэтому...       – Мы с Вами почти одного роста, – заметил Лю Вэй.       – Но Вы ведь выше, – робко заметил Су Юн.       Лю Вэй гордо расправил плечи. Ему это нравилось.       – Но не такой уж я и большой. Я быстро управлюсь, а Вам не придется пачкать ножки. Я ведь знаю, Вы у меня чистюля.       Су Юна крайне смутила постановка фразы друга.       – Но это ведь ради Вас. А ради Вас я совсем не боюсь испачкаться. Что угодно сделаю. И краску тоже. Я хочу сделать ее вместе с Вами.       – Только если хотите. Я могу отвернуться...       Су Юн опустил взгляд на ноги.       – Всё в порядке. Я признателен Вам за то, что Вы волнуетесь обо мне.       Он снял сапожки и поставил их рядом с сапогами друга. Затем отвел волосы за спину и, выдохнув, закатал штанину. Лю Вэй снова увидел пленительный браслет на левой ноге Су Юна. Ему поразительно шло, но юноша удержал себя от вопросов о его природе. Он оставался очень тактичным и терпимым к другу.       – Вы уверены? Виноград очень плохо оттирается с кожи. Я правда могу сделать это один.       – Вместе... – робко прошептал Су Юн, потирая большим пальцем ладонь.       Лю Вэй понял, что это дело принципа.       – Тогда смелее! Я первый.       Лю Вэй омыл ноги и бесстрашно прыгнул в бадью с виноградом. Ягоды лопнули под его ногами с хлюпающим звуком. Брызги попали на одежду, после чего он подтянул штанины к коленям. Ступни его тут же окрасились виноградным соком. Чувствуя себя котом, что подминает лапами одеяло, Лю Вэй начал топтаться ногами, испытывая детскую радость. Воздух наполнил пряный запах ягод.       – Это так забавно, господин Су Юн. Ножки щекочет, ахаха!       Су Юн тоже подтянул штанины... И ещё одни, оголяя манящие икры. Затем он обмыл ноги, смело забрался в бадью и поморщился от испуга, когда услышал хлюпающий звук. Он волновался, когда увидел, что его ноги сильно испачкалась, но, как и сказал друг, это было щекотно, отчего Су Юн просто не мог сохранять серьезность на лице.       – И правда. Щекотно... И приятно.       На лице юноши невольно выступила улыбка.       – Будьте осторожны. Может быть скользко.       – Не беспокойтесь, я в порядке!       – Тогда смелее.~ Хотите буду считать? Раз, два, раз, два!       Лю Вэй весело размахивал руками: он искренне веселился и помогал расслабиться Су Юну. Лекарь попривык к чувству, что ноги его мокрые и липкие, и вскоре совсем перестал обращать на это внимание, потому что, пока они топтались, Лю Вэй развлекал его шутками, корчил рожицы и причудливо пританцовывал.       Су Юну искренне было весело. Он пытался пародировать движения Лю Вэя, но у него выходило что-то своё – неповторимо нелепое и оттого крайне милое.       Лю Вэй весь перепачкался в краске, Су Юн топтался гораздо спокойнее, оттого краска не поднялась выше середины икр. Он хорошенько разминал ягоды, ходя по кругу и иногда спиралью возвращаясь в центр. Лю Вэй предпочитал двигаться энергично и спонтанно ставить ноги в разные места. Методы у них были совсем разные, но одинаково эффективные.       – А как понять, что краска готова? – спросил Лю Вэй, почувствовав, что под ногами образовалась однородная жижа.       – Все ягодки должны лопнуть и выдать сок-пюре, быть хорошенько продавлены и казаться на вид единым целым.       – Мне кажется...       Не успел Лю Вэй договорить, как резко раздался гром и сверкнула молния. Су Юн взволнованно прижал ладони к груди, но, когда полил дождь, улыбнулся ему. Крупные капли сорвались с набежавших туч. Лю Вэй даже не заметил их приближения – так сильно поглотил его разговор. Но на улице действительно сильно потемнело, а ветер дул нехороший: холодный и порывистый.       – Нужно идти в дом, иначе простудитесь, – заботливо произнес Лю Вэй.       Это была фраза Су Юна, потому он слегка опешил, изумившись, что друг его опередил. Лю Вэй подмигнул ему, поняв, что смог прочитать мысли своего друга.       Су Юну явно нравилась поднявшаяся прохлада. Она была спасительной и для Лю Вэя, изрядно уставшего от летней духоты и жары, но дождь полил с такой силой, что уровень воды в бадье стремительно начал подниматься.       Лю Вэй выскочил из бадьи первым. Его ноги заскользили по влажной траве, оставляя за собой фиолетовые полосы, но он смог удержаться и подхватил бадью под мышку. Лю Вэй протянул руку Су Юну, чтобы друг мог за него ухватиться, но Су Юн выбрался сам с поразительной грацией, подхватил свою бочку и склонился над ней, чтобы защитить от воды. Он в мгновение вымок и сжался от этого. Пусть любил дождь, ходить мокрым на людях считал абсолютно неприемлемым       Лю Вэй схватил его за свободный рукав и потянул за собой. Они помчались сквозь сад и быстро добрались до крыльца, оставив сапоги и ведро с водой на улице. Сами же застыли на террасе – ноги юношей оставляли крупные следы.       – Надо же, первый дождь лета, – поразился Лю Вэй. – Такой сильный и так не вовремя.       Су Юн волновался за террасу, желая отмыть её.       Лю Вэй волновался за друга.       – Пройдемте скорее.       – Грязно, – Су Юн мотнул головой. Он просто не мог войти в дом господина Бэй Сёна с грязными ногами.       Лю Вэй озадаченно посмотрел на него. Ветер поднялся штормовой. Деревья качались и трещали, шелестя листвой. Су Юн поставил бадью у стены, а сам подошёл к краю трассы и вытянул ногу, доверяя ее дождю, однако, сок едко въелся в кожу. Крупные капли не могли самостоятельно полностью оттереть пятна. Су Юн чуть было не поскользнулся, но чудом удержал равновесие, осел на ступеньки и вздрогнул от холода, но упрямо продолжил пытаться оттереть ноги. Вытянул руки...       – Стойте!       Лю Вэй вовремя пришел на помощь. Он выбежал в дождь под робкий восклик Су Юна, что пытался остановить его, и через мгновение достиг места, где они развесили белье. Лю Вэй спас штаны, что чуть было не улетели, после этого он схватил одно из полотенец и вернулся к другу, сев перед ним на корточки. Су Юн благодарно посмотрел и вытянул руку.       – Это то, что нужно. Спасибо, господин Лю Вэй.       Однако Лю Вэй явно не хотел оставлять друга наедине с бедой.       – Я помогу.       – Господин, не стоит... – это было слишком неловко. Су Юн активно замотал головой.       – Самому Вам будет неудобно, а я смогу хорошенько промыть Ваши ножки. Вы старались ради меня, поэтому я должен помочь справиться с последствиями.       – Я могу и сам... – проскулил лекарь, не желая отказываться, но и не в праве согласиться.       – Я обещаю не касаться Вас. Только полотенце!       Су Юн невольно обнял колени, смущённо поджав под себя ноги.       – Но, господин...       – Если будете упрямиться, и правда заболеете. Ветер какой поднялся! Вы обо мне всегда заботитесь. Позвольте же немного и мне побыть вашим рыцарем и защитником.       Су Юн прижал запястье к губам, смущённый ситуацией. Он никак не мог позволить Лю Вэю омывать его ноги.       ...или мог?       Лю Вэй искренне предлагаю помощь, и он не врал – ни за что не стал бы касаться друга. Да и полотенце раздобыл сам, перепачкавшись в грязи дождя. Как можно было отказаться?       – Только если после этого Вы позволите мне омыть Ваши ноги, – серьезно произнес Су Юн, сам не веря, что соглашается на такое. Однако он почувствовал, что может доверять Лю Вэю, и это было самое сокровенное знание.       – Договорились, – так же серьезно ответил Лю Вэй. И, не желая тратить время, сразу же приступил к омовению.       Су Юн оказался в такой ситуации впервые и совсем не знал, что делать. Он доверчиво вытянул правую ножку, а левую обнял за колено и застыл в напряжении. Он взволнованно подрагивал и отвёл взгляд.       – Не бойтесь, больно не будет. Только приятно и немножко щекотно. Я нежно. ~        «Нежно...» – отголоском сознания эхом раздалось в голове юного лекаря.       – Я верю Вам, – смущенно прошептал он и доверчиво подставил другу ножку.       Лю Вэй был польщён и серьезно занялся своим делом. Он тщательно тёр полотенцем кожу, чтобы отмыть въевшийся сок. Ступня оттиралась тяжелее всего, а вот сверху отходило легче.       Лю Вэй крайне нежно водил тканью и оттирал пятна. Как он и обещал, он ни разу не коснулся друга. Однако он окружил его нежностью, успокаивая словами в процессе, и будучи бескрайне бережным в прикосновениях.       – Вот так... Вы хорошо держитесь. А сейчас может быть щекотно, осторожно.       Су Юн испытывал неловкость и счастье. Никогда и никто не омывал ему ноги, но Лю Вэй – аристократ высших кровей! – решился на это грязное дело. И как же прилежно он это делал! Су Юн невольно откидывался назад и тихо поскуливая от наслаждения, зажимая рот кулаком. Он покусывал костяшки пальцев, чтобы сдержаться, но звук все равно вырывался.        «Какой же он чувствительный и нежный... – поразился Лю Вэй. – Я же слегка касаясь полотенцем вожу...»       Су Юн совсем не знал прикосновений. Робкий... Должно быть, любое прикосновение он испытывает невероятно ярко, потому что не привык к ним. Ему нравилось, когда гладили тканью щиколотки, икры, стопы... Куда не коснись! И ведь это только одна нога.       Левая, скованная металлическим драконом, оказалась ещё чувствительнее. Лю Вэй напрягся, когда осознал, насколько сильно сжимает металл его кожу – впивается в него жёсткими чешуйками. Когда юноша омывал кожу возле браслета, застежки которой было не видно, Су Юн реагировал особо уязвимо. По его взгляду Лю Вэй понял, что не зря не стал спрашивать – юноше было страшно, что Лю Вэй что-то спросит, но он молчал, не желая ставить друга в неудобное положение и спрашивать о болезненной теме. Он был из того типа людей, что не задавал неудобных вопросов, если чувствовал, что причинит собеседнику боль. Осознав это, Су Юн был очень благодарен другу и податливо подставил ему ножку, чтобы Лю Вэй смог позаботиться о нем.       Серебряный Дракон нежно гладил Су Юна, восхищаясь изяществом его тела, одним только видом прекрасного создание, что оставалось неотразимо даже когда промокло. Су Юн был невероятно красив каждую секунду своей жизни. Прикрывался, сжимался, стыдясь того, каким мокрым стал, но не пытался сбежать, как в первый подобный инцидент, а доверчиво сидел, позволяя другу заботиться. Их отношения крепли в доверии день ото дня.       – Все хорошо, – шептал Лю Вэй, чтобы успокоить друга. Он промывал кожу меж пальчиков, что было очень щекотно и неловко. Су Юн, как мог, растопырил их, но это казалось ему чем-то совершенно интимным. Никому другому он бы себя точно не доверил. – Осталось потерпеть совсем немножечко. Я почти оттер... Ох, ещё вот тут пятнышко. И вот его уже нет.~ Вы молодец, господин Су Юн.       – Вовсе нет, – смущённо протянул юноша, зажав обеими руками рот, чтобы спрятать звук, что исторгать было никак нельзя.       – Молодец-молодец! Даже не сомневайтесь. Бороться с собой тяжелее всего. Я не пытаюсь причинить Вам боль или обидеть Вас.       – Я знаю это, господин Лю Вэй. Чувствую Вашу помощь. Она отбивает благодарный ритм в груди. Я совсем не боюсь. Это... Это что-то другое.       – Вы просто нежный цветочек, господин Су Юн. Но я осторожненько.       Су Юн тихонько пискнул и спрятал лицо. Больше он не говорил и не шевелился до самого конца, пока ножки не стали сверкать от чистоты.       – Готово!       Су Юн посмотрел на идеально чистые ноги и поблагодарил юношу.       – Спасибо Вам. Стало так чисто… – щеки юноши горели ярче звезд в ночи.       – Ничего такого, – отмахнулся Лю Вэй, не придавая моменту большой значимости, чтобы друг немного расслабился.       – Теперь моя очередь.       Лю Вэй даже не пытался отнекиваться. Су Юн делал восхитительные массажи. Только вытянув ноги, Лю Вэй утонул в удовольствии... В прямом смысле утонул! Дождь был такой силы, что, даже забравшись под своды террасы, они промокли до нитки, но Су Юн не спешил. Он очень тщательно омывал каждый пальчик, каждую косточку, каждый участок кожи, даже колени, ведь юноша был безнадежно перепачкан виноградом. Фиолетовые пятна слишком едкие, оно не сойдут с белой одежды, останутся, но Су Юн сейчас волновался не об одеянии, а о Лю Вэе и его чистоте, а это был щепетильный и ответственный вопрос. Су Юн нежно массировал ему стопы, смывая сок. Он очень старался, каждым своим касанием делая ему исключительно приятно. Лю Вэй вытянулся в спине, выпятив грудь вперёд, закусил губу и наслаждаясь прикосновениями. Это был и приятный массаж, и пленительная ласка, и лёгкая щекотка... И, если бы не обстоятельства, весьма горячее действо. Су Юн не трогал меридианы, однако те сами заполыхали от чувств. Особенно тот, что находился под ядром... Щеки юноши вспыхнули жаром, но его остудил холодный ветер.       – Вроде все, – ознаменовал конец Су Юн. К тому времени он уже весь дрожал – оказалось, был крайне мерзлявым, и Лю Вэй увлек его поскорее согреться.       Спрятавшись в комнате от стылого ветра, они оставили бадьи у входа. Лю Вэй выжал свои волосы. Су Юн переживал, что промок, и дрожал у входа, как продрогший зайчик. Лю Вэй отыскал в комнате полотенце и бережно вытер им длинные волосы друга.       – Вы так промокли… Вам нужно срочно переодеться в сухое. И горячий чай, чтобы не простыть.       Су Юн был смущён такой заботой. В Лю Вэе ее было ничуть не меньше, чем в лекаре, но он даже рот открыть не успел, как на него обрушился шквал заботы.       – Это Вам нужно скорее переодеться. Я точно не заболею, а Вы...       – Тогда предлагаю сделать так: переодеваемся и встречаемся на чайной церемонии. А затем продолжаем наши дела. Но обязательно прогреваем организм изнутри! Я не хочу, чтобы Вы заболели.       Су Юн не стал противиться. Он закрывал себя руками, смущённый тем, как мокрая одежда липла к телу. Это было недопустимо в его мире, и он хотел как можно скорее переодеться, чтобы предстать перед другом в приличном виде.       Лю Вэй тоже хотел переодеться.       – Я правда Ваше одеяние испачкал, – виновато произнес Лю Вэй, только сейчас это осознав.       – Ничего страшного, я его отстираю. А пока Вы можете взять чистое в соседней комнате.       – Спасибо, – поблагодарил Лю Вэй.       – Это Вам спасибо!       Слова благодарности звучали между друзьями всё чаще. Искренняя признательность делала их отношения очень трогательными и уважительными.