Инь и Ян: Слёзы на белых ресницах

      Братья провели вместе несколько часов. Они сильно соскучились друг по другу и делились впечатлениями и историями за прошедшие дни. По большей части, конечно же, говорил Лю Вэй, но и Джань рассказывал о местах, в которых бывал. Не о деле, но о людях, которых встретил, красотах, которые повидал. Это был хороший разговор. Теплый и добрый. Лю Вэю не хотелось, чтобы он заканчивался, но когда время начало клониться к закату, он осторожно сказал:       – Скоро тренировка с Тэй Шу.       Джань кивнул, сразу же став серьезнее.       – Осторожно с ним. Сейчас, когда он так близок к власти... Может случиться что угодно. Будь бдителен.       – Я постараюсь. Но… Я не так сильно опасаюсь Тэй Шу, как удара со стороны клана Хэ или Монов.       – Ожидай не вероятного. Ожидай всякого.       Джань был непреклонен. Он и слышать ничего не хотел о том, что глава клана змей может быть достойным человеком. Ненависть между кланами была слишком сильной.       – Хорошо, - покорно кивнул Лю Вэй, не желая спорить с братом.       – И все же, ты сверг два Клыка, гэгэ... Это невероятно, – Джань нервно потер виски. – Все станет сложнее. Моны этого не простят. Ни тебе, ни ему. Спи с зажжёнными свечами.       – Я буду бдителен.       Джань похлопал брата по спине напоследок.       – Иди.       Лю Вэй крепко обнял брата на прощание и покинул его комнату. В душе у него царил хаос из эмоций. Множество ярких, добрых событий смешались с осознанием причины его слабости. Для Лю Вэя было сильным шоком узнать, что родной дядя чуть было не убил его, искалечил тело и лишил части воспоминаний. Он в одночасье записал Жуна Фэйцвэя во враги. Было тяжело не думать об этом, когда израненный сосуд тревожно ныл, побаливая от мыслей об этом, однако, Лю Вэй старался сосредоточиться на хорошем. Он был счастлив повидать брата и узнать, что Джань в порядке. Пусть получил шрам, но был жив и здоров, а также полон сил и желания нести справедливость в империи.        «Скоро брат вернётся в Солнечную Арасию, – нежно подумал Лю Вэй. – Я тоже скоро вернусь к нему. Вместе с Су Юном...»       Подумав о возлюбленном, Лю Вэй испытывал тепло и нежность. Он соскучился по своей искорке и хотел как можно скорее оказаться рядом. И без того задержался по пути. Лю Вэй разошелся с братом несколько раньше необходимого времени – на улице потемнело, но вовсе не от заката. От туч. Потому у Серебряного Дракона было немного времени заглянуть к Су Юну и убедиться, что он в порядке.        «Снова будет дождь? – подумал Лю Вэй, рассматривая небо. Ему стало неуютно от этой мысли, особенно после недавнего разговора. – Попрошу Су Юна посидеть в доме. А то этот затейник вечно чем-то занимается! Не хочу, чтобы он промок.»       Как только мысли Лю Вэя касались возлюбленного, его разум охватывала нежность, и он уже не мог думать ни о чем другом. Хотелось окружить Су Юна такой заботой, чтобы обнять, не касаясь, отогреть душу тёплыми словами и действиями, зажечь пламенем добрых эмоций взволнованные печальные глаза.       Лю Вэй никогда не сомневался, перепрыгивая через забор. Он сердцем чувствовал, что Су Юн его ждёт.       Юный лекарь продолжал заниматься уборкой. Моны разнесли дом за несколько часов, а восстанавливать приходилось долго и тщательно. Когда Лю Вэй оказался в саду, он увидел Су Юна, стоящим на коленях перед дверцей в одну из палат подопечных. Он заклеивал перегородки новой бумагой, поскольку старую разорвали бездушные варвары. Узоры в виде цветов несомненно были нарисованы самим Су Юном. Так прекрасно рисовать цветы мог только он.       – Су Юн.~       Лю Вэй позвал друга с нежностью, как только юноша закончил с листом бумаги. Не хотел отвлекать его прежде, а наблюдать за сосредоточенным видом любимого человека было отдельным удовольствием. Лекарь был прекрасен в усердии и труде.       Су Юн обернулся и тут же лучезарно улыбнулся другу.       – Господин Лю Вэй! Вы пришли!       – Как мог не прийти? Обещал ведь.       – У вас был важный разговор, поэтому... – Су Юн взволнованно опустил взор.       – Что бы ни случилось, если я говорю, что приду к вам, я обязательно приду. Вырвусь из любых обстоятельств, только бы увидеть Вас, мой дорогой друг.       Су Юн смутился, робко прижав ладонь к груди.       – Спасибо вам.       – Нашли, за что благодарить!       – Мне очень приятно, что, несмотря ни на что, Вы приходите ко мне.       – Вы очень многое значите в моей жизни, господин Су Юн. Не видеть Вас просто мука.       Судя по робкому и смущённому виду юноши, Су Юн думал о том же. Лю Вэй решил его не смущать (хотя очень хотелось продолжать ласкать его уши нежными речами!) и взглянул на стопку листов с рисунками.       – Вы тут такой красотой занимаетесь! Неужели Вы успели все это нарисовать, пока я был во дворце?       Су Юн смущённо кивнул.       – Это довольно простые рисунки. На них не ушло много времени.       – Простые??? Су Юн, это произведение искусства, достойное того, чтобы висеть на стенах императорского ложа! Только посмотрите на эти изгибы и линии! А какой нежный покрас! Тушь и акварель выглядят вместе просто изумительно.       Су Юн оробел, но невольно подался грудью вперёд... Горделиво выгнулся, хотя ручки очень скромно переминали друг друга в живом волнении.       – Я хотел более детально, но господин Бэй Сён сказал: «Не придумывай! Наклей бумагу, как есть, и возвращайся к учебе!». Но ведь с рисунками дом выглядит уютнее, поэтому я решил все же нарисовать хоть что-нибудь простое. Непослушный я ученик...       Су Юн всерьез за это переживал. Лю Вэй сел перед ним на колени и заглянул в глаза.       – Вы рисуете настоящие шедевры, господин Су Юн. И я уверен, что Бэй Сён очень обрадуется, когда увидит, как преобразились двери. В конечном итоге, Вы заботитесь о статусности дома. Когда сюда снова начнут приходить подопечные, они непременно оценят Ваш труд. Я уже оценил. И Вы делаете именно то, о чём Вас попросили. Только гораздо-гораздо лучше, потому что Вы – ответственный умничка.       – Ааамф...       Су Юн не сдержал смущенного стона. Прятать взгляд было некуда, хотя юноша и постарался скрыться от всеобъемлющего, любовного взгляда друга, качая головой туда-сюда. В итоге он прикрыл глаза, прижимая ладошки к груди.       – Вы так добры ко мне. Это всегда... Так греет. Я волновался за Вас. И из-за того, что немного ослушался... Учитель ругался, когда я делал что-то по-своему. Но я слишком глупый и упрямый и всё равно продолжал, потому что так казалось... Правильно и хорошо.       – Вот и верьте своему сердцу, – решительно произнес Лю Вэй. – Никто другой не может знать, как лучше для Вас. После того, что Вы пережили, порисовать для души – самое то. Посмотрите на это, – Лю Вэй взял верхний рисунок. – Ну какая красота! Цветочки. Знаете, почему? Ваша душа – небесный сад, и в ней цветут самые светлые эмоции. Вы делитесь своим сердцем с миром каждым своим словом и действием. А это – то, что живёт в Вас. Самое прекрасное. Самое нежное.       – Я думал о Вас, когда рисовал их, – робко произнес Су Юн. – Как думаю, так... Хочется рисовать что-нибудь очень-очень красивое. Потому...       – Рисуйте всё, что Вам нравится. И не думайте, что Вы должны перед кем-то за это оправдываться! Если Бэй Сёну не понравятся эти рисунки, я ему уши надеру. Как он мне! Вот увидите!       Су Юн тихонько рассмеялся и заметно расслабился.       – Вы такой замечательный, господин Лю Вэй. Спасибо, что пришли. Я правда-правда очень рад видеть Вас.       – Как Вы? – бархатно спросил Лю Вэй, разглядывая очаровательный румянец на щеках друга. От его пристального, заинтересованного взгляда Су Юн робел лишь сильнее, сдерживая свои чувства, заставляя себя следовать нормам поведения, навязанным с детства. Лю Вэю он открыл свое сердце, но одновременно давящие воспитанная сдержанность и интимное доверие создавали странное чувство зажатости между двумя огромными силами. Но Лю Вэй был чуточку сильнее. – Я видел Ваш взгляд на заседании суда. Прошу Вас, господин Су Юн, если Вам нужно об этом поговорить...       – Я думал это будет иначе, – признался юноша. – Я слышал о грехах Дау Мона, видел его совершенно нераскаивающимся, и мне было так неприятно... Словно душу обваляли в грязи. Как же можно делать такое? Как можно?..       – Дау Мон - плохой человек. Но его больше нет.       – Даже на это... Было больно... – Су Юн мотнул головой. – Всё не должно быть так. Я не понимаю этого. Правильно это... Как у нас с Вами. Как с господином Бэй Сеном... Но вся эта тьма... Откуда она взялась в людских сердцах? Как тяжела была жизнь Дау Мона, что он решился стать таким чудовищем?       У Лю Вэя не было ответов. Лишь понимание.       – Мне только это непонятно, господин Су Юн. Но он больше никому не причинит зла. Это самое главное.       – Я хочу сделать этот мир светлее. Я хочу помочь очень многим людям. Ведь я вижу это, и... Я хочу быть тем, кто исцеляет души людей. Мне кажется, что такой путь...       – Очень подходит Вам, – закончил за него друг и нежно улыбнулся. – Мою душу Вы уже исцелили. Вашей доброты и милости хватит на всех-всех-всех людей, потому что у вас воооооот такое огромное сердце, – Лю Вэй разве руки в стороны. – И оно способно согреть каждого.       – Я бы хотел... Правда. Но я пока ещё очень многого не знаю. Вы мне очень помогаете, господин Лю Вэй. Правда. Понимать, что такое чувства, как они важны и как... Чувствуют люди. Это удивительное знание. Чувствовать то же, что и Вы, разделять тепло драгоценной дружбы. Я так рад!        «Чувствовать то же, что и я?..»       – Су Юн, я открыт для Вас и сердцем, и душой. И если Вы хотите больше знать о чувствах, Вы можете к ним прикоснуться, ничего не боясь. Я каждый день готов показывать Вам настоящие заботу, тепло, доброту, нежность, искренность. Но, знаете, Вы и сами всё это несёте в себе. Потому что, как только я открыл глаза, тогда, в нашу первую встречу... Я увидел перед собой полное теплых чувств совершенное создание. Вы... Вы чувствуете мир гораздо более чутко, чем я. В самом деле, то, как Вы заботитесь и общаетесь... Это поразительно. Вам просто нужно чуточку уверенности в себе. И над этим я буду работать каждый день! Вселять в Вас уверенность и храбрость, ведь то, что Вы делаете, стоит очень дорого. Ваше внимание ценно. Каждое Ваше слово – важно.       Су Юн придвинулся к другу, словно замёрзший человек к огоньку. Вытянул обе ручки к его груди и застыл, не касаясь.       – Каждое Ваше слово такое доброе... – признательно прошептал Су Юн.       Ему хотелось прикоснуться к этим словам. И правда, словно чувства были чем-то осязаемым, он тянулся к его сердцу и душе. Лю Вэй позволял своей нежности обволакивать его чуткие пальцы. Он слегка придвинулся к другу, нависнув грудью над его ладонью, провел рукой возле его щеки.       – Каждое свое слово, сказанное Вам - истинная правда, в которую Вы со временем обязательно поверите. Вы – исключительный человек, господин Су Юн.       Юноша покраснел, все ещё пытаясь отыскать что-то.       – Когда говорите такие слова, Ваше сердце так выразительно бьётся. Громче и энергичнее... И смотрите когда... Тогда же моё сердце тоже... Так странно ведёт себя. Шепчет, чтобы был с Вами. Хочет к Вам. Радуется, когда Вы здесь, тоскует, когда же не находит. Что это, господин Лю Вэй? Я никогда ничего такого не знал...        «Искорка...» – Лю Вэй совсем не был готов к такому разговору. Только не сейчас. Не так. Он волновался, боясь признаться в своих чувствах. Только обретя, боялся испугать это хрупкое, невинное создание.       – Вы боитесь этого? – осторожно поинтересовался Серебряный Дракон.       – Нет, мне... Мне очень радостно. Вы живёте во мне таким светлым, ярким пламенем. Хочется всегда быть с Вами. Я говорю себе: «Нельзя быть таким нетерпеливым!», и всё равно... Когда делаю что-то, поглядываю в окошко. Вдруг Вы прямо сейчас через забор прыгнете, а я пропущу?        «Ждет меня, нежный. Всегда ждёт.»       – Это оттого, что мы отлично ладим и очень близки. Это значит, что мы по-настоящему принимаем и ценим друг друга. И не важно, как это называется, раз это взаимно и тепло нам обоим. Только, прошу Вас, не тревожьтесь, пока меня нет. Не бойтесь, что я не вернусь, потому что я всегда вернусь к Вам. Я не оставлю. Ни за что и никогда.       – Я знаю. И все же... Всегда так приятно видеть Вас снова. Но как же Ваша тренировка?       – Я ненадолго. Просто не мог не проведать Вас. Теперь вижу, что не зря.       – Вы как солнышко, господин Лю Вэй. Выглянули из-за туч, чтобы подарить немного тепла, – довольно улыбнулся Су Юн. Если что его и тревожило, то теперь всё дурное исчезло. Он полностью отдавался чувствам, связавшим их.       – Вы украли мои слова, адресованные Вам! – рассмеялся Лю Вэй. Затем обернулся на небо. – Кстати о солнышке. Собирается дождь.       – Дождь?..       Су Юн заработался и даже не заметил, как потемнело небо. Тучу несло с севера, и потому ему совсем было не видно её. Но, выглянув вместе с другом, Су Юн наконец заметил, как вдалеке потемнело небо.       – И правда. Тогда стоит на сегодня закончить с поклейкой. А то влага повредит бумагу... – задумчиво произнес лекарь себе под нос.       – Я больше волновался о Вас, чтобы Вы не намокли и не простудились. Ветер поднимается нехороший.       Су Юну было несказанно приятно от заботы друга.       – Я никогда не болею, господин Лю Вэй! – бодро заверил лекарь.       – И не надо начинать. Вам помочь перенести вещи?       Хоть Лю Вэй спросил, но уже взял охапку рисунков. Су Юн нежно, счастливо улыбнулся ему.       – Спасибо Вам.       Они немного прибрались в тишине, обмениваясь переглядываниями и взаимными любезностями.       – А как Вы? – наконец-то спросил Су Юн о том, что волновало его гораздо сильнее собственного состояния. – Раны? Разговор с госпожой Мин Бао?..       – Раны благодаря Вам почти не болят. Немного саднит плечо, но меня это совсем не беспокоит. С принцессой мы очень тепло поговорили. Как... Друзья.       Су Юн явно хотел потрогать плечо друга, но заставил свои руки лежать у груди. Унимая свою тревожность и не желая досаждать другу очередным осмотром, ведь перевязывал его буквально этим утром, юноша облегченно выдохнул, поняв, что разговор с высшей властью не обернулся ничем дурным. Во дворце, полном интриг, нельзя было быть ни в чем уверенным. Порой плохое случалось просто на пустом месте.       – Как же хорошо! – облегченно выдохнул Су Юн, искренне довольный тем, что у друга все хорошо. - Будет здорово, если у вас получится подружиться. Госпожа Мин Бао кажется такой одинокой, хоть ее окружает множество людей.       Су Юн и сам был таким, пока не встретил Лю Вэя, потому чутко прочувствовал её эмоциональное состояние.       – И правда. Я хочу быть ей другом, если она позволит. Но это ещё не все новости! После разговора с госпожой я виделся с императором.       – Как он? – забеспокоился Су Юн.       – Справляется. Тэй Шу очень его поддерживает и... Меня поблагодарили! Это так приятно. Господин Ланг Бао высоко оценил нашу помощь. Он разрешил мне посещать библиотеку, но только в сопровождении Нан Линя.       – Как здорово! – обрадовался Су Юн, хлопнув в ладоши. Так искренне улыбался... Гордился своим Пламенем. – Вы заслужили это. Вы так рисковали и старались! Я рад, что господин Ланг Бао ценит Вас.       – Но теперь у нас будет меньше времени, чтобы побыть вместе, – тоскливо произнес Лю Вэй.       – Но ведь оно будет, – позитивно ответил Су Юн. – А даже если Вам будет тягостно приходить, ничего страшного. Вы ведь прибыли сюда учиться. Я тоже буду стараться изо всех сил, чтобы стать хорошим лекарем. И в любой из дней, в любой час буду ждать Вас. А потом у нас ещё впереди вся Ваша жизнь! Я подожду, сколько нужно. Пусть год, пусть столетие.       – Ну уж нет! Я не смею так долго заставлять Вашу душу ждать себя. Я постараюсь приходить во всякую свободную минутку.       – Но, господин...       – Я не вынесу разлуки с Вами, – честно произнес Серебряный Дракон. – Я могу жить без Вас, но я хочу быть с Вами. С Вашей улыбкой любой день светлее.       – Мы обязательно с этим справимся, – нежно улыбнулся Су Юн. Он не сомневался, что они найдут время друг на друга. – Хочу ещё раз поздравить Вас. У меня правда нет никаких подарков... И вкусностей… Но я приготовил карри! Господину Бэй Сёну очень понравилось...       Лю Вэй широко улыбнулся.       – Все в порядке. Лучшая награда – это Ваша улыбка и душевное спокойствие. Ваше здоровье и безопасность.       Су Юн тут же порадовал друга ещё одной теплой улыбкой.       – Сколько угодно, господин Лю Вэй. Я как Вас вижу, так губы сами...       – У меня так же, – тепло признался Лю Вэй.       – Сегодня у Вас такой хороший день. Я очень рад.       – И это тоже ещё не всё! Джань вернулся! Представляете? Живой и невредимый! Я так рад его видеть!       – Точно-точно хороший день. Как у него дела?       – Он весь в делах, смурной и задумчивый. Отругал меня, ахах.       – За что же?.. Вы ведь такой замечательный и совершили так много подвигов!       – За то, что вляпался во все на свете.       – Ничего Вы не вляпались. Вы помогали людям. Это очень ценно.       – В конце он тоже это признал. А ещё, представляете? Он сказал, что эту брошь, - Лю Вэй ткнул на неё пальцем. – Действительно послал он! Видимо, посланника перехватили. Я… Я был так рад, когда он рассказал об этом. Не зря сохранил.       - Ваш брат – чудесный человек, - нежно прошептал Су Юн, искренне счастливый за друга.       - Да. Мы прекрасно провели время, и это был очень теплый разговор, разве что... Джань совсем не обрадовался, услышав, как я тепло отзываюсь о Тэй Шу.       – Ваши семьи ведь давно враждуют. Полагаю, что господин Джань Вэй просто волнуется о Вас. Мне... Тоже немного нервно рядом с господином Тэй Шу. Он добр ко мне и очень нас выручил, но что-то сидит внутри... – Су Юн мотнул головой. – Глупые мысли. Правда ведь? Господин Тэй Шу так помог Вам и императора уберёг. Он столько сделал для Вас. Я его уважаю, пусть и мне неуютно рядом с ним. Совсем не как с Вами. Как с Вами... Мне ни с кем так не бывает.       Лю Вэй понимающе кивнул.       – Я поначалу тоже его опасался. У него аура, от которой не по себе. Он такой холодный, словно его чары какие таким сделали. Но я научился немного понимать его чувства. И чем ближе приглядываюсь, тем больше вижу в нем большое сердце. Порой Тэй Шу говорит жуткие вещи... Но они правдивы и неприкрыты. А порой он заботится обо мне. Просто так. И сейчас он как выручил! А ведь мог закрыть глаза и просто позволить меня казнить на рассвете, как «любовника предателя». Поэтому... Я хотел попросить у Вас о помощи.       – Конечно. Что я могу для Вас сделать?       Су Юн был весь во внимании. Его добрые, яркие глаза искреннее желали помочь.       – Я подумал, что хочу отблагодарить учителя. Он столько сделал для меня. Весь этот месяц он учил меня, а сейчас помог с расследованием. Я подумал, что мы могли бы сделать ему браслет вроде такого, что сделали мне Вы. Как Вы на это смотрите?       Су Юн живо закивал.       – Это прекрасная идея! Уверен, господин Тэй Шу будет счастлив получить подарок от Вас! Подарки получать очень тепло.       Лю Вэй живо закивал.       – Я тоже подумал! Пусть я не могу сделать многого, но хоть маленькая символическая мелочь, ценная вложенными в нее чувствами.       – Тогда давайте сделаем его прямо сейчас!       – Сейчас? – удивился Лю Вэй. – А мы успеем?       – Конечно! Это совсем недолго. Конечно, все зависит от задумки... Но если сделать из нитей и бусинок, то мы вполне управимся до заката.       – А я не отвлеку Вас? – заволновался Лю Вэй. – А то Вы были заняты. После уборки в доме столько суеты, сам видел ведь...       – Раз на улице собирается дождь, мои дела немного отложились, так что я буду только рад сделать для Вас ещё один браслетик. Хотите научиться их плести?       – Да, очень.       Су Юн воодушевился. Он всегда становился очень активным, когда появлялось дело, в котором он мог себя применить. Глаз его загорался, суета оживляла тело, но он становился таким вовлечённым, что заряжал своей невероятной энергией других.       – Тогда пойдёмте скорее!       Су Юн бережно ухватился за рукав друга и потянул на себя. Затем он взволнованно отдернул руку, испугавшись, что был слишком дерзок, но господин Лю Вэй тут же перехватил его рукав и вытянул к нему руку.       – А ну-ка. Что Вы хотели сделать?       Су Юн смутился.       – Да ничего такого... Простите...       – Искорка.~       От нежности в голосе было не спрятаться. Су Юн робко опустил взгляд на рукав друга.       – Хотел за собой... – робко вымолвил он.       – Давайте хватайтесь. Ну же!       – Просто… Когда тогда под дождем Вы протянули меня за собой, вот и...       – Вы совсем не должны предо мной оправдываться за Ваши желания и объяснять их причины. Думаете, мне жалко для вас рукав одеяния?       – Переживаю, что могу делать что-то непристойное. Рука сама к вам потянулась, вот и...       – Вот и правильно потянулась.~       Лю Вэй бережно поднес рукав к руке друга. Фиолетовая ткань нежно обласкала кончики пальцев чувствительного юноши.       – Давайте-давайте ~       Су Юн робко схватился за рукав и потянул на себя. Щеки его краснели не то от смущения, не то от неловкости.       – Пойдёмте?..       – Да!       Задорный восклик вернул Су Юну уверенность. Словно прежде время стояло на паузе, теперь он вновь ожил и потянул друга за собой, ускорив шаг, что тут же превратился в бодрый бег. Как тогда, когда они неслись по крышам, как когда бежали, чтобы укрыться от дождя… Теперь они неслись в комнату Су Юна, чтобы вместе сделать подарок для своего спасителя.       Лю Вэй отметил, что, пусть совсем недавно Су Юн нарисовал здесь должно быть тридцать рисунков, а то и больше, в комнате сохранялся идеальный порядок. Было так чисто, что невозможно было сказать, чем здесь вообще занимались. Разве что новые сделанные альбомы с рисунками снова появились на столе – прошлые псы Дау Мона безжалостно уничтожили, хотя друзья и смогли спасти несколько рисунков, бережно склеив их. Это было предложением Лю Вэя, который не хотел, чтобы труд друга пропал зря.       Только сейчас Лю Вэй заметил, что кисточка торчала в волосах друга. Она была аккуратно вставлена в бантик, и ее кончик забавно дёргался вместе с каждым движением нежного лекаря. Лишь глядя на друга со спины, он чувствовал, как глубоко влюблен в него – восхищался каждой его волосинкой, каждым изгибом тела и его неповторимой поразительной душой, которую Лю Вэй видел во всем.       – Господин, какие нити Вы хотите использовать?       Нежный голосок друга вырвал Лю Вэя из пышного облака чувств. Он нежно посмотрел на ручку, что всё ещё сжимала его рукав.       – Я думаю, белую и красную, ведь это цвет одеяния Тэй Шу. А ещё... Фиолетовую и серебряную.       – Ваши узы, – прошептал Су Юн с робкой улыбкой. Он стеснялся своего действия, но так крепко вцепился в рукав друга, что не мог отпустить. Не хотел.       – Я бы добавил еще Ваш цвет. Ведь это общий подарок.       – Совсем не стоит! Это ведь Ваш подарок. Господин Тэй Шу совсем меня не знает, да и не стоит ему.       – Я просто не могу забыть о Вас и вот так вот вычеркнуть.       – Фиолетовый, – робко произнес Су Юн. – Наш общий цвет. Мои глаза...       – Ваши прекрасные глазки.~       Су Юн раскраснелся, опуская взор.       – Тоже чуть-чуть фиолетовые.       – Ничего себе чуть-чуть! На целую половину!       Су Юн смущённо потер носик.       – Так что, если Вы ищите смысл, он всегда рядышком. Нам совсем не обязательно иметь два цвета. Он может быть... Общим.       Лю Вэй едва себя сдержал, чтобы не схватиться за сердечко.        «Какой же он...»       Лю Вэй даже не мог подобрать слов, чтобы описать, каким милым он был в тот момент.       – Значит, четыре цвета.       – Да. И бусинки? Хотите? У меня сейчас ничего другого нет, но можно попробовать вытесать из дерева или камня...       – Вы действительно умеете абсолютно все, – улыбнулся Лю Вэй.       – Совсем нет!       – Бусинок вполне хватит, – успокоил он друга.       – Вы умеете высекать иероглифы? Я мог бы пока начать плести, а вы бы составили свое послание.       – Да. Я бы хотел сделать это сам. Но сначала покажите, как плетете. Очень интересно.       Су Юн выпустил рукав друга и подошёл к сундучку с рукодельными принадлежностями. Он отыскал деревянную шкатулку с бусинками, затем достал нити и задумался.       – А каким плетением хотите?       – А есть разные?       – Конечно. Хотите, могу нарисовать узоры.       – А в виде косички?       – Могу!       – Тогда давайте косичку.       – А какого размера у Тэй Шу рука?       Су Юн осыпал друга вопроса и, которые совершенно обескураживали Лю Вэя.       – А... Ну... Думаю, чуть больше моей. А это так важно?       – Чтобы рисунок получился правильного размера и браслетик сидел, как надо – конечно.       – А Вы не носите украшений, пусть так много знаете о них, – заметил Лю Вэй.       – Ношу, – гордо произнес Су Юн, коснувшись ленточки на затылке. – Самое-самое красивое и драгоценное сокровище.       – Су Юнчик,~ – Лю Вэй пожмурился от приятного чувства. – Я ведь не про это.       – А мне ведь ничего больше и не нужно.       – И правда, Вы прекрасны и без всяких там блёсточек.~       – Господин, я ведь совсем не об этом...       Су Юн покраснел, решив, что друг его неправильно понял.       – Спасибо, что носите мой подарок, - тепло поблагодарил Лю Вэй.       – Это Вам спасибо, что подарили! Он такой родной уже. Будто всю жизнь со мной был.       Лекарь робко прижал ладонь к ленте. Улыбнулся, стоило только коснуться ткани.       – Вам очень идёт, господин Су Юн.       – Угум! – довольно пожмурившись, кивнул Су Юн. Ему и самому очень нравилось, как он выглядит с лентой. Улыбался самому себе.       – Вы прекрасны.~       Это было уже лишнее. Су Юн растерялся, оробел и опустил взгляд.       – Точно, плетение!       Он взял нужные нити и опустился на колени возле ножки стола, привязал нити, сделал узелок.       – Вот, следите за моими руками. Тут важно правильно перебирать пальцами, чтобы получился равномерный узор. Косичка – самое простое плетение, оно делается вот так.       Су Юн начал перебирать пальцами. Лю Вэй очарованно следил за ним. Он представлял, как эти ловкие пальцы нежно заплетают ему косу... Захотелось даже попросить, но не перед занятием с Тэй Шу. Может, когда-нибудь в следующий раз...       Лю Вэй замер, наблюдая за движением рук. Он был очарован движением пальцев, сосредоточенным лицом друга...       – Сколько хотите сделать бусинок? – уточнил Су Юн.       – Одну. Крупную.       – Хорошо. Там в сундучке есть нож. Можете выбрать любую бусинку и вырезать на ней иероглифы.       Лю Вэй отвлекся от рук (весьма неохотно) и взял в руки нож. В сундучке Су Юна чего только не было, но все вещи он уже видел – они вместе складывали их после уборки. Су Юн ничего от него не скрывал.       Открыв шкатулку, Лю Вэй выбрал бусину из красного клена и, усевшись поудобнее, вырезал на ней иероглиф: «Лучшему учителю». Хотелось написать больше, но Лю Вэй подумал, что это неуместно.        «Уверен, мастеру будет приятно!»       – Вот бусинка, – Лю Вэй протянул ее другу.       Су Юн обернулся через плечо.       – Давайте, нанизывайте ее. Я поддержу нити.       Лю Вэй прицелился и с первой попытки угодил нитями внутрь отверстия. Он был поразительно метким в работе руками.       – Хотите закончить плетение?       Лю Вэй кивнул. Они поменялись местами, и Су Юн проконтролировал, чтобы друг закончил браслет сам.       – А теперь – узелочек. Вот так! Вы большой молодец, господин Лю Вэй.       – Мы, – возразил друг.       – Мы, – нежно согласился Су Юн.       Лю Вэй срезал лишние нити, рассмотрел получившийся браслет и убрал подарок за пазуху.       – Спасибо Вам большое. Без вас я бы такой красивый подарок ни за что не сделал.       – Не скромничайте. У Вас получаются отличные подарки, - качнул головой Су Юн.       – Надеюсь, ему понравится, - взволнованно произнес Лю Вэй.       – Обязательно! Мы ведь так старались, чтобы его сделать. И в нем Ваши искренние чувства.       Лю Вэй улыбнулся и поцеловал свое запястье.       – Я Ваш подарок ношу с большой любовью.       – Я рад, что угадал, – Су Юн смущённо потер носик.       Лю Вэй глядел на него неотрывно, но взгляд невольно зацепился за темнеющую улицу.       – Боюсь, мне уже пора бежать.       – Конечно, господин Лю Вэй. Хорошей Вам тренировки. Расскажете потом, как прошло?       – Обязательно! Вы ведь мой сообщник.       – Звучит как-то слишком хулиганисто, – мелодично рассмеялся Су Юн.       – Но правдиво! Мы ведь с Вами всё вместе делаем.       – Только Вы не покушали, – взволнованно произнес Су Юн.       – Ничего страшного, я насытился хорошим настроением от Вашей улыбки.~       – Господин Лю Вэй, не говорите глупости, – надул щёчки Су Юн.       – А Вам, значит, можно не есть, а мне нельзя? – подмигнул юноша и подошёл к двери.        «Я насытился любовью к тебе,» – подумал Лю Вэй с теплом.       – Всё совсем не так. Я ведь могу не кушать, а Вам так вредно, и...       – Я загляну завтра, и Вы меня угостите. Договорились? Съем всё-всё-всё~. А сейчас мне правда нужно идти.       – Берегите плечо, пожалуйста, – трепетно произнес Су Юн, сложив руки на груди в жесте молитвы. Вдруг он вспомнил о дожде и отыскал в комнате самодельный зонт. – Вот. Возьмите с собой.       – Су Юн,~ – его забота согревала сердце. – Я верну завтра.       – Приходите, когда у Вас будет время, господин Лю Вэй. Я буду ждать Вас всегда-всегда.       Юный лекарь тепло улыбался, прикрыв глаза. Очаровательный лобик Су Юна так и просился его поцеловать. Лю Вэй едва сдержал себя. Последнее время так сильно хотелось его коснуться и обнять... Лю Вэя смущали собственные чувства. Он благодарно прижал к себе зонт и подмигнул.       – Завтра обязательно Вас чем-нибудь порадую, господин Су Юн!       – Самая большая радость – это Вы, господин Лю Вэй.       Они улыбнулись друг другу любовно и нежно, а затем Су Юн предложил:       – Я Вас провожу?       Лю Вэй никогда не отказывался. Пройтись вместе в тишине после прощания было уже практически традицией – счастливой и очень приятной. «Я вернусь к тебе, моя искорка. Что бы ни происходило, вновь и вновь, я всегда буду возвращаться к тебе,» – нежно улыбаясь другу, Лю Вэй был полон любви к Су Юну.