Инь и Ян: Слёзы на белых ресницах

      Тьма окружила Лю Вэя со всех сторон. Энергия инь – вязкая, подлая, жестокая – пыталась проникнуть внутрь его существа. Она заползла юноше в рот, когда он закричал, и Лю Вэй, сплюнув её, плотно сомкнул рот. Тело отказывалось шевелиться, не испытывая ничего, кроме боли. В ушах стоял звон. Совсем рядом раздавались треск и влажное бульканье. Тьма атаковала разум Серебряного Дракона, желая его сломить. Жуну Фэйцвэю было мало просто убить юношу. Он хотел осквернить его существо, но Лю Вэй отважно боролся с натиском демонической магии. Закрыв глаза, Серебряный Дракон погрузился внутрь себя.       Лю Вэй увидел образ небесных садов. Он мог только предполагать, как они выглядят, но был уверен, что его фантазии близки к истине, ведь видел этот чарующий сад в медитации с Су Юном и не верил, что может существовать что-то более прекрасное, чем светлая душа возлюбленного, озаренная чистым светом. Пейзаж открывался умиротворяющий и живописный: цветы расцвели и радовали многообразием красок, а над ними парили яркие искорки света. Небесный сад защищали врата – то были крепко переплетённые ветви апельсиновых деревьев с созревшими плодами, а в центре высилась уютная и свободная резиденция клана Сён.       Лю Вэю это видение показалось сном. Он чувствовал материнское тепло, нежность возлюбленного и надёжную защиту отца с братом – всё это было внутри стен, обещавших спокойствие и безопасность, но за вратами из апельсиновых ветвей ощущение тревоги было таким мощным и пугающим, что отрезвляло от расслабленного наваждения и напоминало, где он находится – в укромной обители своего сердца.       Энергия инь необратимо и неумолимо подступала к его душе. Она обратилась гигантской волной и с влажным шумом неслась к духовной обители, чтобы накрыть и сломить его. Лю Вэй видел, как тьма разрастается, как несётся ему навстречу, как крушит всё на своем пути, растворяет в своём едком чреве траву, ломает деревья, иссушает озёра, как хочет осквернить апельсиновые деревья и закрыть яркое солнце, чтобы затем безжалостно поглотить весь остальной мир.        «Не позволю!!!»       Пусть ситуация выглядела обречённой, Лю Вэй бросился навстречу темной стихии. Он вытянул из-за спины верную гуань дао и, яростно оскаливаясь, зарычал:       – СТОЯТЬ! К ДУШЕ СВОЕЙ Я ТЕБЯ НЕ ПУЩУ! ПРОЧЬ! ПРОЧЬ!       С непокорным криком Серебряный Дракон безуспешно попытался разрубить темную энергию. Волна не пострадала и не остановилась. Шквалом энергии она отбросила Лю Вэя на несколько метров назад. Казалось, она не хотела поглотить его первым, намереваясь прежде всего пожрать то, что и было им – его душу, разрушая её у нее на глазах медленно и мучительно, обращая последние мгновения жизни наследника клана Вэй в адские муки.       Образы в голове смешивались, подменяя друг друга, но Лю Вэй верил в то, что видел, и понимал, чего никак нельзя допустить:        «Если волна накроет чарующий сад – всему конец. Нужно ее остановить!"       Лю Вэй вспомнил, как его столкнул во тьму Жун Фэйцвэй. Он перевернул гуань дао, сжал ее в вертикальном положении и встретил тьму, пытаясь остановить волну грубым натиском, тормозя её всем телом. Ноги юноши заскользили по земле, чертя полосы, что тут же насмешливо поглощала тьма, обращая песок в ничто.       – Я не пущу тебя! СТОООЙ!       Мышцы напряглись до предела. Лю Вэй рычал на тьму, противясь ей, но смог лишь немного замедлить её.       – СТОЙ ЖЕ! Я не отдамся тебе! Слышишь?! Ни за что!       Тёмная энергия с насмешкой продолжала безжалостное наступление. Она уничтожала все на своем пути, необратимо подбираясь всё ближе к вратам. Лю Вэй пытался ее оттолкнуть. Он вложил ци в ноги, чтобы стоять крепче, но, прилагая титанические усилия, он лишь слегка замедлял живую волну.       – Нет! Я не исчезну, слышишь? Я не отдам свою душу тебе! Я свободен! Я ненавижу демонов, и я не умру от их гнусной магии! Я НЕ УМРУ! Ррррраааа!       Отчаянные вопли придавали сил, но не помогали оставить тьму. Ей нельзя было объяснить, с ней нельзя было сразиться, но можно было остановить.        «Драконы не сражаются в одиночку, – подумал он, вспомнив фразу, что в детстве всегда повторял отец. Фразу, что была девизом его жизни. – Будь здесь ещё кто-нибудь, быть может, я бы смог...»       Лю Вэй чувствовал бессилие, противостоя тьме в одиночестве. Было так неуютно... Непривычно. Он никогда в жизни не сражался один. Рядом с ним всегда были друзья, что сражались с ним бок о бок и поддерживали его на тяжёлом и сложном пути. В этот раз он отправился сражаться со своим врагом один. Не по своей воле, но чтобы защитить всех, кто ему дорог.        «Дагэ, я не сдамся. Я буду сражаться, я... Я исполню обещание, я отомщу тебя. Я защищу наш клан, сохраню за Вэями юг, вернусь к родителям...»       Лю Вэй зажмурился и вложил всего себя в отчаянный рывок вперёд. Он приложил все усилия, что мог и не мог, самой своей душой противясь тьме, вложив всё, из чего он существовал, чтобы остановить ужасающий натиск. И вдруг волна энергии замедлилась. Лю Вэй раскрыл глаза и увидел, что тьма несётся вперёд с той же яростью, но сдерживать её стало немного легче.       – Драконы не сражаются в одиночку, – услышал он до боли знакомый голос.       Лю Вэй обернулся и увидел отца. Тай Вэй, молодой и полный энергии, явился ему в образе, каким Лю Вэй помнил его из детства. На лице было меньше морщин, глаза – добрые и взволнованные, всегда безбрежно ласковые к нему. Тай Вэй вонзил в стену Драконью Мощь – легендарный артефакт, передающийся из поколения в поколение главам клана – и одобрительно смотрел на сына, стоя плечом к плечу с воинственным видом.       – Ты никогда не останешься один, – уверенно произнес второй голос. Лю Вэй повернулся в другую сторону и увидел брата. Джань Вэй – величественный и прекрасный, каким Лю Вэй всегда его видел – стоял по другое плечо, сдерживая волну энергии с помощью высвобождения энергии ци. Он глядел решительно и отважно, энергией своей защищая брата. – Даже когда нас нет рядом... Даже когда мы уйдем… Мы всегда сражаемся вместе с тобой, гэгэ.       – Кровь Вэй с тобой! – воинственно проревел отец.       Лю Вэй почувствовал, как на ресницах застыли слезы.       – Отец, брат...       Юноша понимал, что перед ним – лишь образы, жившие в его душе, но в них была сила, что помогала противостоять любому врагу. Даже самому тёмному.        «Это правда. Я слаб один. Но... Я не сражаюсь один! Со мной в сердце все, кто помог мне, все, кто учил меня. Каждое их слово, каждый урок, каждая улыбка... Они создали меня! И я берегу в душе каждое имя. Господин Тэй Шу – мастер, что многому меня научил...»       Лю Вэй почувствовал за спиной холод, а в следующее мгновение за ним проскользнул образ уверенного и хладнокровного учителя боевых искусств.       – Мастер...       – Думай, – хмыкнул Тэй Шу и встал у стены, подперев ее спиной и равнодушно сложив руки на груди.       Лю Вэй благодарно улыбнулся ему.       – Господин Бэй Сён тоже очень помог мне.       – Муженёк! От тебя одни только проблемы! Вот закончится это все – уши тебе надеру! – заворчал образ лекаря, появившегося рядом с Тэй Шу. Учителя обменялись ревнивыми взглядами, словно пытаясь поделить ученика.       Казалось, Лю Вэй позвал самых сильных помощников, но стена из тьмы все ещё двигалась, противясь мощи сильнейших. Лю Вэй поднажал.       – Лэй Линь – Небесный Избранник и друг, что всегда приходит на помощь.       – Помолимся вместе? – предложил Лэй Линь и сложил ладони вместе, придерживая волну ногой. Образ юноши сохранился со дня их встречи. Лэй Линь стоял в том непристойном одеянии с обряда, отчего Лю Вэй невольно смутился, увидев выглядывающую из-под короткой юбки обнаженное бедро и высокие сапоги. Лэй Линь держал волну из тьмы каблуком!       Лю Вэй надеялся, что его голова не сильно пострадала при падении с крыши... Однако он запомнил своих друзей яркими и полными жизни, и это грело его сердце.       – Шэн Ву, неутомимый друг и отличный и старший брат.       Шэн встал рядом с Лэй Линем и руками упёрся в стену из тьмы.       – Я держу, господин Лю Вэй!       Стена заметно замедлилась. Казалось, не хватало ещё одного человека, чтобы остановить натиск тьмы.       – И... Госпожа Мин Бао. Она стала мне добрым другом, пусть и занимает такой высокий пост. Моя сестрёнка Мин.       Принцесса появилась в образе роковой красавицы: роскошное платье, сложная, высокая прическа, статный и величественный вид. Она прильнула к стене плечом и улыбнулась Лю Вэю.       – Наконец-то ты назвал меня сестрёнкой!       – Хотя бы здесь, – нежно отозвался Лю Вэй.       Мин Бао рассмеялась.       – Ах ты, Дракон! Как обычно!       С её звонкими словами стена тьмы замерла. Лю Вэй облегчённо выдохнул, почувствовав, что справился. Он обернулся на своих друзей, живших в его сердце добротой и поддержкой.       – Спасибо, – трогательно произнес юноша. – Спасибо, вам всем за то, что вы рядом, что помогаете мне.       – Она падает! – вдруг воскликнул Шэн Ву. Его перепуганные глаза распахнулись шире пяти юаней.       Лю Вэй поднял взгляд и осознал, что волна остановилась всего в нескольких метрах от чарующего сада его души. Если она рухнет, обрушившись на стены, все усилия окажутся напрасными – в воздухе остановить лавину они уже не смогут.       Лю Вэй заволновался, но затем почувствовал, как на сердце нежно разгорается тепло. Ещё одно имя, не названное, но неизмеримо дорогое, теплилось на душе и просилось на уста, чтобы поскорее воплотиться чарующим образом. Юноша, что всегда-всегда стремился защищать своего дорогого друга. Лекарь, что всегда пытался его исцелить. Возлюбленный, что стал роднее родных людей…       – Су Юн!.. Моя искорка света.       Лю Вэй позвал его, искренне веря, что только он может развеять тьму, отогнать её от его сердца.       Су Юн возник над резиденцией клана Сён. Он воспарил в небо и разыскал взглядом господина Лю Вэя, державшего остатки тьмы вместе с друзьями.       – Держитесь, господин Лю Вэй. Я защищу Вашу душу! Обязательно!       Лю Вэй с восхищением и благодарностью смотрел на Су Юна. Прекрасный юноша взмыл в небеса. Его одеяние, разукрашенное прекрасными вышивками, пленительно развевалось на ветру вместе с пышными, мягкими, слегка вьющимися волосами. Он был божественно прекрасен и решительно отважен. Отталкиваясь от низко нависших, пушистых облаков, он поднимался к черным каплям тьмы, а когда оказался наедине с разрушающей стихией, оттолкнулся от последнего облака и доверился небу. Выгнувшись в спине, Су Юн воспарил в свободном падении, сложил ладошки вместе, и в тот самый миг на них засияла крупная искорка. Маленький в сравнении с волной тьмы, закрывшей солнце, Су Юн сиял, заменяя миру солнце. Он был тёплым и ярким, и в руках своих держал надежду и спасение. Поднеся ладошки ко рту, он нежно подул на искорку, и из нее, словно мыльные пузыри, вылетели тысячи маленьких звёзд. Они сияли и пульсировали, мигая все более и более ярким светом, пока не столкнулись с плотной пеленой тьмы.       Энергия инь яростно зашипела, но искры издавали мелодичное звучание флейты, и вскоре это чистый и прекрасный звук наполнил пространство, заглушая злобное шипение зла. Сталкиваясь с темной энергией, они развеивали её, и небо постепенно светлело, разожжённое переливистым сиянием тысячи звёзд.       – У меня получилось, господин Лю Вэй! – радостно воскликнул Су Юн.       Лю Вэй улыбнулся.       – Я не сомневался в тебе, искорка.       Су Юн продолжал падать. Его одеяние трепетало на ветру, и он казался таким счастливым, защитив своего друга...        «Он сейчас упадет!» – в ужасе осознал Серебряный Дракон.       Лю Вэй сорвался с места и в мгновение ока оказался рядом. Вовремя. Он подхватил возлюбленного в полете всего в нескольких метрах от земли и крепко прижал к груди.       – Не пугай меня так, – прошептал Лю Вэй, всерьез испугавшийся за жизнь возлюбленного. Он не забыл, что в его руках всего лишь образ Су Юна, но всё равно трепетно относился к нему, оберегая даже в глубинах своей души. – Разбился бы, хрупкий, что бы без тебя делал?       Су Юн покраснел и прижался щекой к его плечу. Он выглядел очень нежно, любовно глядя на близкого друга.       – Вы бы обязательно собрали меня по кусочкам. Склеили бы осколки добротой и нежностью, крупными ладонями, что столь крепко держат теперь.       – Не говори такого. Я совсем не хочу, чтобы с тобой что-то случилось. Я тебя сильно-сильно люблю, искорка.       Лю Вэй прижал к себе образ из памяти, утопая в любви настоящему, живому Су Юну. Ему просто хотелось сказать эти важные, искренние слова. В миг, когда он мог умереть, Су Юн снова спас его. Любовь переполняла душу Лю Вэя, и цветы в чарующем саду ярко запахли приторной сладостью пылких чувств.       Лю Вэй не ждал ответа, но вдруг юный лекарь обнял его за шею и нежно прошептал на ухо:       – Я знаю, господин Лю Вэй. Чувствую в каждом слове и действии. Но, знаете? Я очень-очень Вас жду. Пожалуйста... Откройте глаза. Это очень-очень важно. Ваш враг силен, но Вы – гораздо сильнее. Ведь Вы – очень-очень сильный! У Вас обязательно всё получится.       – Су Юн!       Лю Вэй не хотел его отпускать, но понимал, что возлюбленный прав. Тьма развеяна, и он должен вернуться, чтобы исполнить свой долг. Лю Вэй уткнулся носом ему в щечку и прошептал:       – Я скоро вернусь к тебе с победой. Ещё немножко... Пожалуйста, подожди меня.       – Я готов ждать Вас вечность, моё пламя. Вы ведь знаете.       – Искорка...       – Вперёд, вперёд, господин Лю Вэй!       Они крепко-крепко обняли друг друга. Лю Вэй забрал последние искорки тепла от рук своего любимого и закрыл глаза, а когда открыл, вокруг него снова была тьма – ослабшая, утратившая хватку и цепкую вязкость.       Лю Вэй на ощупь отыскал гуань дао и поднял руку. Затем вынырнул из плотной жижи тьмы и зажмурился, привыкая к мраку дождливого дня. Он увидел обломки, по которым скатился – гора в пять метров высотой, а выше – дыру с пробитой черепицей, через которую текли капли дождя.       Словно дикий зверь, Жун Фэйцвэй заглядывал в нору к своей умирающей добыче, затащенной в тёмную берлогу. Изумрудный дракон ждал слома души юноши, но этого не произошло. Лю Вэй поднялся, гордо выпрямился и поднял над собой гуань дао, глубоко дыша.       – Если ты хочешь убить меня, тебе придется задушить меня собственными руками. Твоей тьмы я не боюсь!       Жун Фэйцвэй опешил и изумленно раскрыл рот.       – Как?! Не может быть!!! Любого смертного должна сломать энергия инь! Любого! Только если... Тебя благословил бог?!       Изумрудный дракон вспомнил, что юноша молился перед разрушенным алтарем. Лю Вэй прижал ладонь к груди. Он выглядел праведно, стоя в кругу из тьмы, что вилась у его ног, но, словно разбиваясь о какой-то барьер, не смела касаться. Серебряный Дракон выстроил внутри глубокую духовную защиту, что не подпускала к нему демоническую магию.        «Если кто меня благословил, так это Су Юн своей нежностью и мои друзья заботой и помощью. Мои родные... Все, кто любят меня.»       Лю Вэй не чувствовал божественного благословения, только тепло Су Юна, теплившееся в груди, всегда оберегавшее его душу. Он поборол тьму непокорностью своей воли, но говорить об этом своему врагу не собирался. Жун Фэйцвэй не понял бы этого, ему и не нужно было. Демонопоклонники ненавидят богов, так пусть его враг испугается. Пусть ненавидит. Пусть боится.       – Похоже на то, – дерзко ответил Лю Вэй. Мышцы все ещё ныли от боли, но он заставил себя двигаться естественно и выбрался из развалин, подставляя дождю лицо. Острие гуань дао нацелилось на грудь врага. – Сегодня я убью тебя!       По одному взгляду стало понятно: Лю Вэй больше не будет убегать. Теперь он будет атаковать.       Жун Фэйцвэй расхохотался, выйдя из оцепенения.       – Зайчик получил надежду? Ахахах! А что изменилось? Ты боялся пламени, но не можешь угнаться за мной. Магия темного пути – не только чистая энергия инь. Она наполняет меня, усиливая все мои атаки. Оооо, глупыш, ты столь многое не знаешь! Пусть это будет твоим последним уроком!       Жун Фэйцвэй прокрутил гуань дао в круговом движении и в следующий миг расчертил пространство волной энергии. Лю Вэй почувствовал, что характер его атак изменился. Серебряному Дракону тоже предстояло найти ответ, как победить противника, ведь, попытавшись развеять энергию «Трепещущим Ветром», он не смог отразить удар, и его предплечье окрасилось кровью.       – Ничтожные фокусы низших кланов тебе не помогут, – гоготал Жун Фэйцвэй. – Узри настоящего демона!       С Жуном начало происходить что-то неладное. Взгляд его переменился, а вены почернели. Сама его энергия ци сплелась с энергией инь. Жун Фэйцвэй усмехнулся и стал похож на настоящего монстра... В воздухе запахло отвратительной сладостью.       – Пощады не будет!       С этими словами Жун понёсся в неистовую атаку. Лю Вэй среагировал, но недостаточно быстро. Жун Фэйцвэй атаковал так стремительно, что даже Лю Вэй с своим замедляющим зрением и спокойствием не смог разглядеть его движений. Он подставил блок, но было слишком поздно. Золотая гуань дао зацепила его, рассеча бедро.       На фиолетовом одеянии взмах за взмахом появлялись кровавые пятна. Тьма исчезла, но Лю Вэй не мог завоевать преимущества. Жун Фэйцвэй прошел как минимум через два откровения, а запас его ци превышал сто лет. Следуя темному пути, Жун Фэйцвэй усилил свое ядро и изменил ци. Он был монстром.       Лю Вэй блокировал просто невероятные приемы, он подстраивался под дикий, непредсказуемый стиль боя противника и учился с каждой атакой, но его, словно котенка, швыряло из стороны в сторону. Раны появлялись одна за другой.        «Он слишком силен!..»       Лю Вэй не сдавался отчаянным мыслям. Он рассматривал приемы дяди и понимал, что все они – наследие клана Вэй. Серебряный Дракон прекрасно знал эти движения. Нужно только успеть... Только вовремя понять, что за прием использует враг на этот раз...       Лю Вэй пробовал разные защитные тактики. Он каждый раз удивлял противника новыми приемами и попытками хитро контратаковать в комбинации нескольких техник, но натиск Жуна Фэйцвэя было не остановить. Казалось, изумрудный дракон даже не замечал попыток сопротивления, и всё же, Лю Вэй непокорно держался и поднимался всякий раз, уверенно стоя на слабеющих ногах. Тело становилось все больше похоже на решето. Энергетические атаки оставляли глубокие раны. Лю Вэю становилось стыдно перед Су Юном.        «Он расстроится...»       Его раздражало бессилие перед могущественным врагом. Это было унизительно – терпеть усмешки дяди и принимать от его рук боль. Лю Вэй поднимался раз за разом, совершал ответные атаки, но они удавались всё реже. Он неминуемо слабел. Кровь и дождевая вода застилали глаза. Одеяние было изорвано и залито кровью. Стоять на ногах становилось все тяжелее, и Лю Вэй оставил попытки думать. Он позволил своей ярости вырваться и управлять телом. Его маневренность увеличилась, движения стали отчаяннее, отчего менее предсказуемы, спонтанны и неистовы, но даже так, Лю Вэй был пойман в ловушку боли и ранговой несоизмеримости. Враг был в разы сильнее его.       Когда Жун Фэйцвэй впечатал его в стену, Лю Вэй всерьез испугался за свою жизнь. Энергетическая атака выбила из него дух, и Лю Вэй толком не успел среагировать, как следом в него вошла гуань дао, последовавшая за ударом с разбегу. Глефа пронзила левый бок – Лю Вэй лишь слегка отклонился, успев спасти свой живот, однако рана все равно была очень серьёзной. Он попытался оттолкнуть мужчину оружием, но на близком расстоянии гуань дао сложно было ударить, а Жун Фэйцвэй с диким оскалом прильнул к нему. Лю Вэй рывками начал перехватывать рукой древко ближе к лезвию, чтобы всадить оружие в спину врагу, а второй рукой вцепился в его оружие, удерживая на месте и не давая разрезать себя пополам. Жун Фэйцвэй усмехнулся.       – Сила... Власть. Вот что это такое! Видеть своего врага беспомощным, корячащимся от боли, истекающим кровью! Что может быть прекраснее?       Лю Вэй захрипел, морщась от натуги:       – Улыбка... Того... Кого любишь. Вот что самое прекрасное...       – Это совсем другое!       Жун уложил ладонь на грудь соперника. Лю Вэй замахнулся, чтобы всадить лезвие врагу в спину, но в тот самый момент Жун направил энергию в тело противника. Этот удар сотряс тело, напоминая нечто незабываемое – боль в разрушенном ядре. Сила удара была такой, что Лю Вэй невольно выронил оружие – его словно ударило молнией трижды подряд. Сердце забилось, как бешеное, едва выдерживая напряжение. Он лишился всех сил, почувствовав, как тело становится ватным.       – Пора закончить начатое. На этот раз я разорву тебя изнутри.       Рука Жуна Фэйцвэя легла на живот, вибрируя и вбирая в себя энергию инь для нового выплеска энергии. Лю Вэй уязвимо вздрогнул и прохрипел, пытаясь заставить тело шевелиться.       – Не смей!..       – Умри вместе со своим ядром!       Лю Вэй попытался оттолкнуть мужчину. Он вложил в это все силы, но Жун Фэйцвэй стоял, как вкопанный, и злодейски усмехался.       Всё было как тогда, когда дядя разбил на осколки его ядро.        «Прости, Джань. Я не смог отомстить…»       Лю Вэй понял, что проиграл. Он выложился на полную, но понимал, что это был его предел. В сравнении со способностями дяди он был практически обычным человеком, а ведь продержался так долго! До самого конца Лю Вэй толкал от себя дядю, а затем почувствовал всплеск энергии.        «Су Юн... Даже без меня. Пожалуйста... Не теряй надежды, что обрёл. Надежды быть счастливым... Ты ещё обязательно станешь любимым. Искорка, что осветит даже самую темную ночь… Ты будешь счастлив. Обязательно будешь!»       Лю Вэй зажмурился. Он почувствовал боль... Но она не могла сравниться с той, что он испытал в детстве. Она оказалась в разы слабее, как если бы его просто ударили мячом во время детской игры. Лю Вэй распахнул глаза и изумлённо посмотрел на дядю.        «Он меня… Пожалел?..» – это было первой мыслью Серебряного Дракона, но Жун Фэйцвэй был изумлен не меньше Лю Вэя.       – Что случилось?! Моя сила!       Жун Фэйцвэй попытался снова выпустить энергию, но ничего не получилось. Лишь слабые всполохи энергии пробежали по меридианам и стухли. Следом Лю Вэй увидел изменения, происходящие с телом дяди. Тьма из его вен исчезла. Лицо обрело обычное выражение. Подавляющая мощь, что ощущалась в нем, таяла с каждой секундой. Они оба не поняли, что случилось, в затем оба догадались и изумлённо переглянулись.       Жун Фэйцвэй выронил оружие из рук и отступил на шаг, схватившись одной рукой за голову, а другой – за ядро.       – Нет. НЕЕЕЕТ! Не может быть. Владыка!!! Владыка, не забирайте! Не забирайте ее!!! Я готов служить Вам и дальше! Я всё сделаю!!! Я почти убил его!!!       Жун Фэйцвэй смотрел в одну точку. Лю Вэй, справившись с болью, поднял Серебряное Пламя и проследил за взглядом врага. На руинах одного из домов стоял демон – прекрасный юноша с умеренно аспидно-синими волосами, собранными в косу. Его голову украшали ледяные рога, а холодные глаза сияли переливом циана. Покрытый хладными кристаллами хвост покачивался за спиной, задевая раму крупного лука.       Лю Вэй испытал парализующий ужас, столкнувшись с демоническим владыкой. Илин безразлично посмотрел на вопящего Жуна Фэйцвэя, затем – заинтересованно на Серебряного Дракона. Этот взгляд длился лишь мгновение, но Лю Вэя пробрало до костей. Он боялся пошевелиться – так сильно подавляла волю мощь демонического владыки, затем преодолел оцепенение и взглянул на демона с ярким вызовом. Он не был ни покорен, ни благодарен ему. Этот взгляд говорил: «Однажды я тебя убью!». Глядя на него тогда, Лю Вэй даже представить не мог того, как и при каких обстоятельствах они встретятся вновь.       Илин взмахнул покрытым шипами хвостом и равнодушно повернулся, спрыгнув в руины и затерявшись в дожде.       – Куда же Вы?.. ВЕРНИТЕСЬ! Владыка, молю!!! Мне нужна Ваша сила!!! Я сделаю всё! ВСЁ!       Но Илин исчез, оставаясь равнодушным к страхам и боли человека, не объясняя причин, не давая ответов.       Лю Вэй не хотел быть обязанным демону жизнью. Он решил, что Жун Фэйцвэй разочаровал демонического владыку.       – Нееееет!       Жун Фэйцвэй утратил всякую волю к сражению. Из него вырвали кусок существа, все его достижения и могущество, и он осунулся, ослабев. Вместе с энергией инь Илин прихватил с собой и значимый запас ци.       – Жалок тот, кто полагается на руку, тёмную силу дарующую, – мрачно объявил Лю Вэй. – Власть? Ты жалок, Жун Фэйцвэй. Даже твой владыка счёл тебя отвратительным. Даже демоны не уничтожают ядра живых существ.       Жун Фэйцвэй посмотрел на него, как на чудовище. Уязвлённый предательством, он был уже не столь уверен в своей победе. Лю Вэй, раненный и едва стоящий на ногах, напротив, чувствовал свою победу.       – Сражайся, – властно приказал Лю Вэй.       Он мог зарезать дядю, пока тот вопил вслед уходящему демону, но у него была честь. Ударить в спину – это не отмщение любимого брата. Он хотел победить в поединке и встал перед золотой гуань дао, не позволяя дяде ее взять. Он указал остриём на меч дао, которым была сгублена жизнь Джаня.       – Сражайся, – повторил приказ он.       – Сукин ты сын! – выругался Жун Фэйцвэй. К нему начало возвращаться достоинство. – В бездну демонов! Я всего добился сам! Я!.. Убью тебя!.. Потому что Я хочу этого!       Злоба распалила Жуна Фэйцвэя. Он поднялся, глубоко дыша, и обнажил меч. Он всё ещё был полон сил, пусть лишился энергии и был оскорблен. Лю Вэй почувствовал, что теперь они находятся на равных. Почти. Разве что Лю Вэй избит и еле стоит на ногах, но он привык преодолевать боль. Привык биться против противников сильнее его. Он желал победы гораздо сильнее своего оппонента.       – Я сражаюсь за Джаня и клан Вэй, за всех, кого я люблю, а ты – лишь из своей прихоти и жажды слепой власти. Тебе ни за что не победить меня, – процедил Лю Вэй.       – Это мы посмотрим!       Жун Фэйцвэй бросился на Лю Вэя, но сразу же стала заметна разница: он стал двигаться значительно медленней. Лю Вэй тоже замедлился, но на его стороне играла молодость и стойкость, и он с лёгкостью ушел от размашистого удара меча и рассек бедро воителю. Жун Фэйцвэй взревел, ответил ударом, но Лю Вэй заблокировал его, оттолкнул соперника и рассек дяде живот.       Ход боя полностью переменился. Если прежде Жун Фэйцвэй был на высоте и игрался с юношей, то теперь едва за ним поспевал. Изумрудный дракон проворачивал удачные атаки в ответ, но Лю Вэю было уже все равно на боль. Он слился с дождем, доверившись его холоду, и бился за брата, вкладывая в каждый удар ярость из-за смерти Джаня. Прежде Серебряный Дракон только защищался, но теперь настало его время. Жун Фэйцвэй терял силы. Предательство владыки значительно ослабило его. Воля к жизни была железной, но что-то надломило его, и он не успевал думать – возможно, слишком привык к голосам энергии инь в голове.       Лю Вэй танцевал с гуань дао, раскрывая весь свой потенциал. Лишь сейчас, когда Жун Фэйцвэй лишился столь удобной магии, он осознал, каких невероятных успехов достиг племянник. Даже сражаясь всерьез, он ничего не смог ему противопоставить и вскоре был прижат к той же стене, оказавшись на месте юноши. Несколько минут назад здесь должна была оборваться жизнь Лю Вэя, но охотник и добыча поменялись местами.       – Ты... – прохрипел мужчина, впервые за бой показав противнику страх.       – Знаешь, что самое приятное, дядя? – спросил Лю Вэй, возвышаясь над сжавшимся дядей. – Вернуться домой и увидеть, как любимый человек улыбается, радуясь твоему возвращению. Вот ради чего надо жить!       – Я тоже люблю свою семью... – произнес Жун.       Рука Лю Вэя не дрогнула.       – А я любил своего брата.       Лю Вэй занёс гуань дао для удара. Жун Фэйцвэй истерично рассмеялся.       – Любовь ослепляет, Лю Вэй. Твои враги умнее тебя. Берегись... Кха...       Лю Вэй остолбенел от того, что изумрудный дракон произнес то же слово, что и Джань.       – Беречься?.. – опешил Лю Вэй, не понимая, то ли дядя что-то знает, то ли просто лживо сеет сомнения в его душе.       – Кругом ложь, – зловеще прошипел Жун Фэйцвэй.       – Кого я должен беречься?!       Жун Фэйцвэй захохотал.       – Я тебе не друг, чтобы отвечать на такие вопросы.       Лю Вэй попытался спросить вновь, но мужчина всячески отрекался.       – Может, спросишь у Джаня? Ахах! Скоро ведь встретитесь!!!       – Не быстрее тебя, – яростно прошипел Лю Вэй и повторил прием отца, что увидел в детских воспоминаниях. После серии неистовых взмахов он пронзил сердце предателя, отомстив брата. Жун Фэйцвэй вздрогнул последний раз и обмяк навеки.       Дождь, хитрый и нескончаемый, продолжал идти.