Инь и Ян: Слёзы на белых ресницах

      Слова госпожи Шангсин Бао посеяли семена тревоги. Лю Вэй не выпускал из рук гуань дао, пока шел по дворцу, и лишь неизменно добрая и нежная улыбка Су Юна развеяла все страхи и печали. Шангсин не сказала ничего, чего бы не знал Лю Вэй, так что он не стал нагружать друга своими проблемами, а просто приятно провел вечер, общаясь с Су Юном и Ли Ланьшэнем, бодро шедшим на поправку.       Следующий день прошел гораздо спокойней. Лю Вэй потренировался на построении, почитал книги (на этот раз в основном сам, нежели под руководством Нан Линя) и вечером решил первым делом вернуться к Су Юну, а уже потом потренироваться самостоятельно. Хотел увидеть его и обсудить пару учебных вопросов. Однако, оказавшись в резиденции клана Сён, Лю Вэй не нашел Су Юна дома.       – Господин Лю Вэй?       Юношу окликнул знакомый голос. Серебряный Дракон обернулся и увидел Ан Сёна – спокойного, но неизмеримо уставшего. Был вечер, но, казалось, дело совсем не в этом. Его обычно плещущая энергия ци теперь казалась ничтожной – сравнимой с обычным человеком. Он был иссушен, постоянно используя заклинания. В таком же состоянии последние дни находился и Су Юн, только юный лекарь мастерски прикрывал свою слабость и позволял Лю Вэю заботиться о нём. Стоило Серебряному Дракону сказать ему пару слов, как Су Юн уже расцветал, расправлял плечи и казался сильнее. Порой южанину казалось, что вера Лю Вэя действительно ему помогает. Не только как моральная поддержка. Она будто и правда наполняла Су Юна какой-то особой энергией. Рядом с ним Лю Вэй чувствовал себя так же. Он становился сильнее, стоило только увидеть друга, а силы возвращались, как бы слаб он ни был. Они вдохновляли друг друга, лечили и оберегали. У Ан Сёна такого человека не было. Суровый наследник клана пока ещё не остепенился, всё свободное время проводя с больными или книгами. Средний возраст женитьбы в Хэкине был около тридцати лет, потому Ан Сён не спешил. Лю Вэй мало что знал об этом человеке – он представлялся ему неким призраком, что всегда витает где-то неподалеку и стережет резиденцию, блюдя порядок в клановых землях. Ан Сён несомненно был профессионалом своего дела, достойным человеком и приятным собеседником, но им редко удавалось поговорить. Судьба почти не сталкивала их, а когда встречи случались, они были короткими и сугубо деловыми. Как сейчас. Лю Вэй едва успел поклониться и поприветствовать наследника клана Сён, как мужчина уже спросил метко и прямо:       – Ищите Су Юна?       – Да. Что-то его нигде нет, – Лю Вэй оглянулся по сторонам и испытал наваждение. Что-то похоже уже случалось. Возможно, будет случаться и вновь. У Лю Вэя сердце было не на месте, когда он не мог найти своего любимого.       – Он отправился в город. Там серьезный пациент. Травма позвоночника, переносить раненого нельзя. А ещё множество ран у других жертв. Су Юн отправился с отцом. Не волнуйтесь за него.       Ан Сён совершенно невозмутимо сказал о жуткой трагедии в городе и так же спокойно попросил не волновался. У Лю Вэя же сердце забилось чаще.       – Что произошло? – взволнованно спросил Серебряный Дракон.       – Толком не знаю. Днём пришли люди из квартала Монов. Наперебой кричали и просили о помощи. Вроде как, обрушился жилой дом. Пострадали дети, мужчина...       Лю Вэй сочувственно свёл брови.       – Это ужасно. Прошу, скажите мне, где это произошло? Я отправлюсь и помогу.       Ан Сён мягко удержал его пылкую душу за руку.       – Успокойтесь. Думаете, Вы можете помочь всем и всегда? Господин Бэй Сён и Су Юн вместе отправились на помощь раненым. Что Вы сможете там сделать? Только зря будете волновать Су Юна. Позвольте ему делать свою работу и верьте в него.       – Я верю! – пылко произнес Лю Вэй. – Но ведь… Этот дом едва ли разрушился сам по себе. Что-то случилось. Может, бандиты снова атаковали город... А тогда Су Юн в опасности!       – Даже если случилось что-то серьезное, люди Тэй Шу уже дежурят там.       Лю Вэй понимал, что доводы Ан Сёна убедительны, но ему было тяжело спокойно реагировать на новости об угрозе жизни Су Юну. В нем вскипела такая злоба, что он бы готов расправиться с любым врагом, лишь бы уберечь дорогого сердцу лекаря.       – Такой настрой хорош для тренировки. Идите. Выпустите пар и приходите позже. Уверен, Су Юн будет рад видеть Вас после тяжёлого дня.       Лю Вэй хотел возразить, хотел дождаться, но понял, что его присутствие неудобно Ан Сёну. Мужчине и без того приходилось присматривать за неугомонным братьями и ранеными подопечными. Лю Вэй решил не доставлять наследнику проблем.       – Прошу меня простить, – он уважительно поклонился.       – Ничего. Вы для Су Юна как член семьи, господин Лю Вэй. Для моего отца – ученик. Мы рады Вам в любое время, но времени у Вас не так много. Я просто хочу, чтобы Вы тратили его с пользой.       Лю Вэй почувствовал искреннюю заботу от Ан Сёна. Спокойный, рассудительный, он всегда мыслил рационально. Лю Вэй уважал его.       – Как Вы? – дружески спросил Лю Вэй перед тем, как покинуть дом. – Может, нужна помощь? Вижу, как непросто...       – Не нужно, – Ан Сён улыбнулся ему, но оставался зажат. Он был из тех людей, что сами решали свои проблемы. – У клана Сён всё в порядке.       Ан Сён ответил довольно исчерпывающе. Он давал понять, что Лю Вэю не стоит тратить время на него. Серебряный Дракон решил не испытывать терпения хозяина дома.       – Тогда я загляну позже.       Ан Сён почтительно кивнул и пошел по своим делам. Как всегда, он не стал провожать гостя. Лю Вэй и без того знал дорогу к выходу.       Лю Вэй вышел во двор с тяжёлым сердцем. Бэй Сён предупреждал его, что Су Юн будет помогать лечить подопечных в городе, но Лю Вэй не ожидал, что так скоро. Пока что учитель сопровождал его, но ведь однажды Су Юн будет выполнять эту работу один. А время тяжёлое... Лю Вэй не верил, что дом рухнул сам собой. Движение в городе продолжалось, едва заметное с высот дворца Хэкина. Лишь присмотревшись, можно было увидеть истинную картину. И она отнюдь не радовала взор. Что-то готовилось. Что-то намечалось. Никто не свернул с намеченного плана. Тэй Шу отпустил сыновей Дау Мона, потому что это ничего не меняло. Зло происходило за пределами земель клана Шу. Оно уже знало, что должно делать. Бесконтрольное, всеобъемлющее, рушащее все на своем пути. Убивающее невинных.       Живое воображение Лю Вэя нарисовало абсолютный хаос. Он увидел пожары, услышал крики людей, лязг оружия и взрывы, кожей почувствовал всплески ци и энергии инь. Вероятное будущее беспокоило его. Лю Вэй запрыгнул на крышу резиденции клана Сён и взглянул на город с высоты тысячи ступеней. Он не увидел ни разрушений, ни пожаров, ни оживления. Город жил спокойной жизнью. Стража плотно патрулировала жилые районы.        «Тэй Шу прекрасно обеспечил оборону, но враги находят бреши. Даже когда кажется, что защита абсолютна, они находят время, находят место. Господину Тэй Шу должно быть сейчас очень тяжело.»       Лю Вэй обернулся на тренировочную площадку, что было видно с высоты крыш, и невольно сглотнул. Он увидел фигуру, ждавшую в центре со сложенными за спиной руками. Властный жест сопровождал холодный взгляд серых глаз, впившийся в ученика. Он кричал своим выразительным вопрошанием: «Ты что делаешь? Как смеешь заставлять меня ждать?!».       Лю Вэй сглотнул и быстрыми прыжками, вкладывая ци в ноги, рассек пространство. Через мгновение он оказался перед Тэй Шу. Серебряный Дракон поклонился учителю, глядя на его высокие сапоги с озадаченностью и смятением. Учитель не предупреждал, что сегодня будет тренировка. Город выглядел тихо, но ведь что-то происходило... Неужели, Тэй Шу хочет дать ему задание? Попросить о помощи? Рассказать о том, что случилось в городе? И почему он не разыскал его иным способом? Не предупредил? Почему просто ждал? Лю Вэй ведь мог и не прийти на тренировочную площадку. У ученика было больше вопросов, чем ответов, а над ним возвышалась неприступная льдина с невозмутимым выражением лица, еле сдерживающая недовольство.       – Ты опоздал, – констатировал Тэй Шу холодно и сухо.       Лю Вэй выпрямил спину и скрыл свои эмоции перед ответом.       – Вы не предупреждали, что сегодня будет занятие.       – Разве ты не должен заниматься самостоятельно? Я говорил тебе сосредоточится на тренировках. Думаешь, сможешь пройти испытание, если будешь целыми днями вальяжно прогуливаться по крышам?       Лю Вэй почувствовал укол ответственности. Тэй Шу был прав. Со стороны Лю Вэй и правда мог показаться беспечным, однако, он день за днём тренировался до поздней ночи. Он соблюдал рекомендации по питанию, пусть и чувствовал себя постоянно голодным, учился, изучал рекомендованные книги и медитировал. Ему не должно было быть стыдно за себя, но Тэй Шу удалось задеть его, ведь из уст учителя это звучало так, словно он мог и должен был делать гораздо больше.       – Мастер, я только вернулся с обучения господина Нан Линя. Я правда собирался тренироваться.       – Точа лясы с Су Юном? – хмыкнул Тэй Шу.       – Су Юна нет дома, – отвёл взгляд Лю Вэй. Он чувствовал себя ребенком, которого ругают за то, что ослушался родителей. Тэй Шу давил на него и явно был не в лучшем настроении. Невольно он вспомнил слова друзей о том, что Тэй Шу смягчился от общения с ним.        «Им показалось. Совершенно точно показалось!»       – А если бы был?       – Господин Су Юн помогает мне с глубокой медитацией. Я стараюсь очищать разум перед тренировкой элементов, что выучил с учителем Нан Линем. Это помогает лучше сосредоточиться.       Тэй Шу поверил ученику.       – Хорошо, что твой друг понимает важность твоего развития, а не отвлекает тебя от совершенствования. Тебе нельзя сворачивать со своего пути, если хочешь стать сильнее и превзойти великих мастеров ци. На этом пути нет остановок. Остановишься – сгоришь.       – Я стал гораздо сильнее за эти дни, – гордо произнес Лю Вэй. Ему не терпелось показать учителю новые приемы и движения. Он был уверен, что сможет впечатлить Тэя Шу, хотя мастер несомненно заметил изменения ещё во время построения. Лю Вэй стал пластичнее, и движения его приобрели плавность, помогающую действовать точно при высоких скоростях. Он избавился от мешающей приемам резкости, приближая разум к состоянию слияния его дерзкого и спокойного стиля сражения. Он хотел биться исключительно в нападающих позициях. Для этого он должен был отточить свою наблюдательность в ярости и сделал упор на это на последних тренировках.       Тэй Шу прищурился.       – Если ты считаешь, что это – сила, то ты готов принимать даже низкий результат. Чтобы стремиться ввысь, ты должен постоянно считать себя слабым и двигаться вперёд, а не радоваться ничтожному прогрессу. Твои движения стали лучше, это несомненно, но чем это помогло тебе?       Лю Вэй стойко выдержал взгляд учителя.       – Это лишь первый шаг к новому мне.       Распалив огонь в пламенной душе, Тэй Шу остался собой доволен.       – Такой взгляд и должен быть у воина. Воин должен быть уверен в себе и своих действиях, а не извиняться и оправдываться за совершенное.       Лю Вэй понял, что это было очередное испытание от учителя. Он справился с ним лишь на половину, но все равно считал, что сохранил лицо.        «Тэй Шу всё вывернет так, чтобы сделать это уроком. Смотришь на него и не поймёшь, о чём думает. Вот бы мне его самообладание… Эмоции – моя слабость в бою.»       Лю Вэй глядел на учителя со смесью восхищения и непонимания. Тэй Шу, как всегда, являл собой величие и силу, непоколебимость и выдержку. Однако его появление на тренировке так внезапно вызывало у Лю Вэ массу вопросов.       – Мастер, неужели Вы поймали виноватого? – обнадеженно спросил юноша.       – Нет.       Тэй Шу ответил так быстро, словно знал, о чём спросит его ученик. Жёстко и резко, как всегда, когда ученик задавал ненужные и глупые вопросы. Лю Вэй всегда чувствовал себя неловко в такие моменты, но ничего не мог сделать со своим любопытством. Он хотел понимать, что происходит.             – Что-то случилось?..       – Нет.       – А как же ситуация в городе?.. Разве Вы не хотели...       – Нет. Планы изменились.       Тэй Шу взглянул вдаль, словно сквозь постройки мог увидеть город, раскинувшийся под императорским замком.       – Значит, Вы снова будете тренировать меня?       – Я тренировал тебя все эти дни, – заметил Тэй Шу.       Учитель так цеплялся к словам, что Лю Вэй ощущал ценность каждой произнесенной буквы. То тоже был урок. Точность выражения мыслей, контроль над словами – важная часть жизни любого подданного при дворе. Лишнее слово или, напротив, их недостаток мог поставить в неловкое положение. Лю Вэй понимал мотивы учителя, но от этого было не легче.       – Я имел в виду вечером.       – Иначе я бы здесь не стоял.       – Но Вы ведь не сказали...       – Это была проверка твоей добросовестности в обучении.       – Я делаю всё, что Вы сказали мне, – рьяно произнес Лю Вэй, звуча достаточно убедительно, чтобы ему поверить. Затем замялся. – А... Как же ситуация в городе?       Тэй Шу испытывающе посмотрел на ученика. Казалось, он ждал, пока Лю Вэй сам догадается, что происходит.       – Раз Вы не поймали виновного, значит... Вы делаете вид, что ситуация в городе стабилизировалась, показательно ослабили бдительность, чтобы выманить противника?       Тэй Шу кивнул.       – Мои люди дежурят, как прежде. В городе стало спокойнее. Пока я патрулирую улицы, в городе ничего не случится.       – Но Вы ставите людей под удар, – заметил Лю Вэй.       – Больше зла случится, если не поймать злодеев. Я быстро среагирую. Все эти дни велась подготовка крайне мощного заклинания. Теперь я вижу всё, что происходит в городе, и смогу своевременно оказаться на месте, где бы ни случилась трагедия. Вряд ли бандиты способны противостоять такому. Пусть начнется хаос, который они обещали. Я всех гадов переловлю. Мои люди тоже не лыком шиты. Город защищён, как никогда.       В холодном тоне змея слышалась рьяная решимость. Он хотел одержать победу и защитить горожан. Это было видно.       – Я Вам верю, – произнес Лю Вэй решительно. – И в Вас тоже. У Вас обязательно....       – Оставь это для Су Юна и прочих дружков, – сморщился Тэй Шу.       – …Обязательно получится! – настойчиво закончил Лю Вэй.       Тэй Шу недовольно посмотрел на ученика, но лицо его смягчилось. Как бы он ни ворчал, вера приятна всем. Особенно людям, которые никогда не знали тепла со стороны других.       – Но я слышал, сегодня обрушилось здание...       – Это случилось на стройке. Ошибка строителей.       – Но там пострадали дети...       – Дети строителей – вполне взрослые юноши, тебе ровесники. Шумиха быстро разлетается, обрастая ненужным трёпом. Верь сухим фактам.        «Значит, это не вина бандитов. Господин Тэй Шу хорошо защищает город. Делает всё, что возможно. Но и противники хитры.»       – Знаете, где-то в глубине души мне хочется верить, что это всё было пустыми угрозами и ничего не случится.       – Не будь глупцом, – хмыкнул Тэй Шу. – Наивные грёзы никогда не оказываются правдой. Никогда нельзя верить в то, что противники отступят, как никогда нельзя позволять себе верить в счастливое будущее.       – Почему? – удивился Лю Вэй последнему.       – Потому что враги никогда не будут тебя жалеть, а счастье – лишь мимолётное ощущение радости среди океана проблем, которое манит нас обещаниями блага, но на деле оставляет ни с чем. Будущее обязательно разочарует тебя, а счастливые грёзы будут сожалениями терзать твою душу. Это лишнее. Жить надо сегодняшним и завтрашним днём. Счастье – утешение для глупцов и слепцов.       – Вы мечтали о другой жизни в детстве? – осторожно спросил Лю Вэй. Отчего-то ему показалось, что учитель может доверить ему нечто сокровенное и личное.       – Уж точно я не мечтал о том, что буду учить дракона, – ответил Тэй Шу, не подпуская к себе.       Лю Вэй улыбнулся. Учитель ответил ему грубо, но было в этом что-то забавное и даже милое.       – Вам ведь даже немного нравится, – произнес Лю Вэй, зная это.       Тэй Шу невозмутимо отвёл взгляд, сложив руки на груди.       – Не говори глупостей. Как может нравиться тратить время на обучение члена другого клана?       – Но ведь у нас очень хорошие беседы. И у нас есть связь учителя и ученика! Мне вот нравится учиться у Вас. ~ Правда.       Тэй Шу почувствовал, как его щеки обжигает лёгким смущением и прижал ладонь к губам, скрывая то, что не мог контролировать.       – Так займись обучением наконец! Сегодня я буду проверять то, что ты усвоил из книг, что я рекомендовал тебе.       Тэй Шу проглотил свои чувства и вернул образу невозмутимый холод. Лишь тогда он отнял руку от лица, взглянув на довольного ученика так, что он сразу обрёл в лице серьезность.        «Он смутился!» – подумал Лю Вэй. Отчего-то он воспринял это как личную победу. Даже такие крепкие и невозмутимые люди, как Тэй Шу, испытывают эмоции. Или это Лю Вэй научил его открытости и доверию? В любом случае, Тэй Шу показал, что ему нравятся их уроки. И это чувствовалось. Тэй Шу всегда давал ценные знания и не относился к занятиям пренебрежительно. Он внимательно наблюдал за учеником, чувствуя за него ответственность, вставая на его сторону и помогая ему. Лю Вэй отвечал ему верностью учению и усердием, что показывало его уважение к наставнику.       – Я готов!       – Тогда покажи мне прием с трехсотой страницы «Обучения клинком».       Лю Вэй слегка завис, поскольку не обращал внимания на номера страниц. Знания с книг смешались в его голове, но он точно начинал читать этот трактат. Попытавшись систематизировать знания, Лю Вэй вспомнил последний из приемов, что выучил из нее, и изобразил размашистый удар в прыжке, оканчивающийся резкой подсечкой у самой земли и устойчивой стойкой при приземлении, из которой должен был начаться следующий прием. Гибкость боевого стиля Лю Вэя была такой безупречной, что из этого положения он мог сделать что угодно, при том не выдав своего намерения противнику.       Тэй Шу внимательно следил за приёмом. Он оценил его безукоризненное исполнение, но в конце строго констатировал:       – Этот прием записан на триста третьей странице, Лю Вэй.        «Три приема...»       Лю Вэй напряг свою голову и мысленно отсчитал страницы назад. Вспомнил голос Нан Линя, комментировавшего написанное: «После взмаха резкий скачок назад и удар ногой с разворота...».       Лю Вэй ни разу его не исполнял, но помнил, что нужно делать, и выполнил упражнение по памяти. Довольно неплохо, как он себя оценил.       – Ты действительно что-то читал, – отозвался учитель, после чего продолжил экзаменовать ученика, называя книги и страницы. Лю Вэй читал далеко не все. В том, что он не знает, он признавался чисто и открыто. Тэй Шу спокойно реагировал на пробелы в знаниях ученика, а затем попросил рассказать ему о том, что Лю Вэй усвоил из книг и какие приемы понравились ему больше прочих.       На этой тренировке они больше говорили, чем действовали, но это было важно для Лю Вэя – услышать ещё одно мнение, порой разнившееся с комментированием Нан Линя. Лишь ближе к ночи, поняв, что нужно ученику, Тэй Шу дал ему силовые упражнения и помог достигнуть совершенства в тех приемах, в которых Лю Вэю не удавалось отыскать важной детали для безупречного исполнения. Он заставлял ученика повторять приемы вновь и вновь, пока Лю Вэй совсем не выбился из сил. Тэй Шу довел ученика до изнеможения, но вместе с тем разбудил спящего внутри дракона, жадного до результата, и лишь в средине ночи Тэй Шу сжалился над учеником, видя, что он уже едва переставляет ноги. А ведь через несколько часов рассвет и следующая тренировка...       – На этом всё, – объявил Тэй Шу холодно. – Вернёшься домой – медитируй, очищая разум. Позволь телу самостоятельно впитать уроки. Утром не опаздывай. Мы начнем построение раньше.       – Раньше? – удивился Лю Вэй.       – Нан Линь жаловался, что ты не успеваешь приходить вовремя на занятия. Так что теперь построения будут начинаться раньше.        «Из-за меня?..»       Лю Вэю было слегка неловко об этом думать, но он смирил чувства и позволил этому происходить.        «Никто об этом не узнает. И не должен узнать, иначе меня ещё сильнее невзлюбят Моны. А это чревато.»       Лю Вэй никого не боялся, но подбрасывать дров в пламя ненависти тоже не стоило.       – Спасибо за тренировку, учитель! – поклонился Лю Вэй. Его слегка повело, потому что ноги нестерпимо болели и ослабли, но он выстоял и не упал.       Тэй Шу глядел на него сверху вниз.       – Нравится? – недоверчиво спросил он.       – Очень! – энергично отозвался Серебряный Дракон.       – Это была щадящая тренировка, – предупредил Тэй Шу.       Зная учителя, он не шутил.       – Я готов к любым испытаниям!       В самом деле, Лю Вэй совершенно не боялся трудностей. Боль он встречал с улыбкой, а сложности – с пылом и готовностью преодолеть пределы. Самым большим испытанием были вовсе не уроки Тэй Шу, а то, что из-за них юноша так и не смог увидеть Су Юна. Идти к нему поздней ночью Лю Вэй попросту не посмел.