Инь и Ян: Слёзы на белых ресницах

      Лю Вэй просидел с Тэй Шу до фазы глубокого сна. Учитель уснул, свернувшись калачиком, но Лю Вэй бережно переложил его на спину, чтобы его раны лучше заживали. Укрыв его покрывалом, Лю Вэй зашёл в зал, где лечили самых тяжёлых пострадавших. Он увидел Бэй Сёна, сквозь молитву выжимавшего из себя магию, и Су Юна, что был ласков и заботлив с каждым человеком. Юный лекарь не жалел сил, не показывал муки, а просто делал свою работу, залечивая крайне тяжёлые ранения. В этот момент он светился и был похож на снизошедшее с небес божество милосердия. Лю Вэй мог часами любоваться им, но не позволял себе подобного поведения в час беды.       Когда Су Юн закончил с очередным больным, Лю Вэй предупредил его, что ненадолго покинет земли клана Сён. Он мог уйти, ничего не сказав, но тогда бы Су Юн волновался ещё сильнее. Юный лекарь был благодарен ему, хотя совсем не хотел, чтобы Лю Вэй ходил в город после смуты. Они оба оставались храбрыми, зная, что помимо их желаний существует и долг.       Нежно улыбнувшись другу, Су Юн пожелал Лю Вэю удачи.       – Вечером... – робко прошептал Су Юн.       – К вечеру я вернусь. Я ведь обещал.       Это успокоило лекаря.       – Я буду Вас ждать, – чутко произнес юноша, но не мог позволить себе говорить с другом слишком долго.        «Столько часов прошло, а раненным конца нет... Это действительно был хаос.»       У Лю Вэя сжалось сердце. Су Юну тоже было непросто. Он очень чутко переносил подобные трагедии, но в такой ситуации никто не мог остаться равнодушным. Даже холодный Тэй Шу и тот переживал за людей – Лю Вэй в этом не сомневался.       – У Вас все получится. Непременно.       Су Юн улыбнулся другу напоследок и вернулся к делам. Лю Вэй взволнованно посмотрел на то, как переменилось лицо друга. Печаль наполнила его яркие глаза, волнение поселилось на лице незваным гостем. Су Юну было очень тяжело.        «Хоть немного отдохнуть согласился, и то благо. Совсем себя не бережет… Но в столь сложное время нам не позволено думать о себе. Держись, искорка.»       Лю Вэй покинул резиденцию клана Сён и вышел на дворцовую площадь. Обычно в это время на построении должны были тренироваться Фэйцвэи, но теперь суетливо бегала стража, переносившая раненых и ведущая к тюрьме бунтовщиков. Город не утих после трагедии, а суеты только прибавилось. Все силы императорской стражи и императорской семьи были сосредоточены на охране дворца. Лю Вэй даже засомневался, что его вообще пустят внутрь, но он носил на груди брошь императорского поверенного, потому его обязаны были пропустить.       Лю Вэй сделал шаг ко дворцу и вдруг почувствовал, что не готов. Излишняя эмоциональность могла повлиять на его речь, а произошедшее нужно было выставить так, чтобы не подвести доверие учителя. Лю Вэй даже не осознал момент, в который его ноги повели его прочь от дворца. Словно он мало навидался за этот день…       Город находился в плачевном состоянии. Смог поднимался над столицей темным полотном. Многие дома были разрушены. То, что случилось с территорией клана Хоу, Лю Вэй видел изнутри: разруха, обледенение и сложенные пополам здания. Дым вился и над землями клана Шу, и над территорией Монов. Квартал фениксов был практически полностью уничтожен. Тела погибших стаскивали в одну кучу. Улицы города были залиты кровью. Лю Вэй увидел тело демона, которое тащили куда-то двое мужчин в одеянии клана Гвэйн. Он даже представить себе не мог, ради каких экспериментов он был им нужен. Лю Вэй топнул ногой и рыкнул. Лекари, почувствовав угрозу, бросили тело и сбежали, но вокруг творилось ещё много преступлений. Воры обносили пустующие дома. Кто-то мародёрствовал. Стража только и успевала, что ловить преступников. В тот миг, стоя посреди разрушений, Лю Вэй почувствовал, что тот предатель, что атаковал его в спину, был не так уж и неправ. Императорская власть дышала на ладан. Империя была в шаге от краха.        «Но зло повержено. Осталось продержаться и отстоять правду, пока враги не сделали свой ход.»       Нужно было возвращаться. Нельзя было терять время. Кто знает, что сейчас шептали императору на уши мелкие пешки большой игры. Когда царил такой хаос, каждый хотел выделить свои заслуги. Любой шрам преподносился бы как свидетельство сражения с Илином, и из лжи родилась бы гора народных героев, на которых в реальном бою нельзя было положиться. Что страшнее, императору могли напеть про генерала что угодно.        «Ланг Бао наверняка уже знает, что господин Тэй Шу жив. Нужно решить, что и как говорить.»       Лю Вэй хотел подготовиться. Он боялся этого разговора и собирался с силами. Кроме того, было ещё кое-что, что беспокоило его. Лянь Шу. Он оставил ее в доме фениксов, но беспокойство грызло совесть. Она, всё же, женщина. Весьма своеобразная, но всё-таки женщина. С её силой и чутьем вряд ли кто-то причинил бы ей зло, но Серебряный Дракон хотел убедиться, что она в порядке.       Лю Вэй пробежался по городу. Движение разрядило его мысли, приводя в порядок. Видеть город таким было невыносимо, но Лю Вэй чувствовал, что это важно для него. В хаосе он находил нужные слова для речи императору и начинал понимать, что должен донести. Его чувства, от которых он хотел сбежать, обострялись, и говорили ему, что Лю Вэй должен сделать: самое главное – остаться самим собой.        «Господин Ланг Бао услышит нас. Я знаю это. Он любит господина Тэй Шу. Он не поверит речам лжецов. Он, быть может, и молод, но совсем не глупец.»       Через несколько минут Лю Вэй стоял у Дома Журавлиной Песни. Здесь все ещё не было ни стражи, ни людей – казалось, город забыл про это место. Лю Вэй осмотрел дворец порока, но так и не нашел Лянь Шу. Софа, на которой Лю Вэй ее оставил, пустовала. Она не оставила ни записки, ни каких-либо знаков – наверняка, даже не думала, что кто-то будет ее искать. Следов борьбы дракон не обнаружил, потому не сомневался, что Лянь Шу ушла сама.        «Значит, с ней все хорошо. Раз так... Откладывать больше нельзя.»       Прогулка помогла Лю Вэю. Он восстановил спокойствие и привел мысли в порядок. Сердце его сжималось от последствий восстания, но город выдержал все беды и выстоял. Лю Вэй считал, что преступники не смогли добиться своего, ведь, как бы они ни пытались сломать Тэя Шу, он останется на своем месте. Верил в это.       Возвращаясь ко дворцу, Лю Вэй обратил внимание, что территории кланов Фэйцвэй и Линь не пострадали. Выдохнув, он понадеялся, что никто из цилиней не погиб, хотя помнил, как гордые Лини сражались с демонами на площади, приходя на выручку другим кланам.        «Нан Линь и Лэй Линь не могли пострадать. Они очень сильные.»       После этой уверенной мысли Лю Вэй вздрогнул. В последнее время уходили и сильные. Его брат был убит. Тэй Шу лишился силы... А ведь тоже легко мог распрощаться с жизнью. Враги подарили Тэй Шу жизнь, жизнь, которая должна пройти в унижении. Только вот Лю Вэй не собирался дать планам врага исполниться. Он был при дворе человеком небольшого веса, но его слово всё-таки что-то значило, и он собирался кричать правду во все горло.        «Я защищу учителя!»       На входе во дворец Лю Вэю пришлось пройти досмотр. Он не возражал, спокойно дозволяя себя осмотреть.        «На постах только императорские стражи, – понял Лю Вэй. Он не видел ни одной змеи среди охраны замка. – Ланг Бао ведь не мог их отослать?..»       Лю Вэй не знал, чего ожидать от Тигрёнка. Ланг Бао искренне волновался за Тэй Шу, но он был склонен делать импульсивные поступки и потакать своим капризам.        «Должно быть, он послал всех змей разыскать учителя,» – это казалось самым разумным и безобидным объяснением.       Во дворце, в отличие от улиц, было тихо. Вельможи и важные деятели попрятались по углам, закоулкам и надежным комнатам. Лю Вэй замечал лишь слуг и дежурящих патрульных. Разговоры, что доносились до его ушей, не могли радовать.       – Ну и жуть... Такой бардак на улицах, а генерала и след простыл.       – И как только можно было допустить подобное? Хэкин, конечно, гнилое местечко, но такое здесь происходит впервые!       – Если у власти дураки, иного и не ждать.       Лю Вэй недобро глянул на стражников, напоминая, что они не одни. Те тут же заткнулись – если бы Лю Вэй передал их слова императору, они могли попрощаться с жизнью.       С другой стороны коридора доносились не более лестные разговоры:       – Говорят, Тэй Шу сражался с Илином.       – Ага. И он лишил его силы!       – Он? Я слышал, он уже пришел на бой уже без ци.       – Да какая разница! Понимаешь? Наш генерал теперь...       Увидев приближающегося господина, стражи благоразумно смолкли, но Лю Вэй услышал большую часть их разговора и напрягся.        «Город уже знает. Эти грязные слухи... Чудотворец на месте не сидит.»       То, что Лю Вэй услышал после, и вовсе его шокировало.       – Я слышал, Тэй Шу отдал приказ атаковать мирных людей. С этого начался тот хаос в городе.       – Что? Зачем ему это?       – Дескать хотел подставить фениксов, чтобы добить их и забрать себе власть. Говорят, он многое наговорил против них. Быть такого не может, чтобы столичный клан сговорился с преступниками. Точно тебе говорю, это какой-то план. Тэй Шу просто захотел отобрать себе власть и полностью уничтожить фениксов!        «Дело плохо!»       Дурные слухи распространялись гораздо быстрее, чем Лю Вэй мог ожидать. Народ уже выдумывал небылицы. Лю Вэй невольно ускорил шаг, чтобы поскорее встретиться с императором, однако, совершенно не ожидал, что ему придется стоять в очереди на прием. Честно говоря, Лю Вэй опасался, что в такое время Ланг Бао закроется в своих покоях и никого не захочет видеть, но оказалось, что целых пятнадцать человек ожидает встречи с Сыном Неба. Это были воины из разных кланов, среди которых не было ни одного знакомого лица.        «Значит, Ланг Бао взял себя в руки. Пока рядом нет генерала, он пытается самостоятельно управлять империей и решать сложившуюся ситуацию.»       Это приятно удивило Лю Вэя. Он ощутил гордость за императора, встал в конец очереди, сложил руки на груди и спокойно стал ждать, чувствуя напряжение между собравшимися. Фэйцвэи и Хоу недоверчиво пилили друг друга взглядами. Единственный представитель клана Шу дрожал от страха, словно от его слов зависела судьба всего мира. На него давили взглядом многочисленные представители боковых ветвей императорской семьи, выделявшихся ослепительно прекрасной внешностью и высокомерным отношением к прочим. Разговоров между ждущими не велось. Казалось, они все люто ненавидели друг друга. Лю Вэй стал лишь очередной целью для надменных и недовольных взглядов, а то, что на его груди висел золотой тигр, и вовсе приводило людей в бешенство.        «Так не должно быть! – читалось в их глазах. – Как Серебряный Дракон мог получить такую власть? Чем он это заслужил?!»       Другие явно побаивались наследника клана Вэй. Лю Вэй отличил себя в нескольких битвах, впервые за триста лет призвал священного зверя, так ещё и сражался с демонами на площади. Не так долго, как другие, но все же, он впервые пролил демоническую кровь и пах ей... Уже не говоря о том, что все его одеяние было залито кровью.       Лю Вэй стоял, как скала, сохраняя каменное выражение лица. Он был спокоен, собран и нес в себе решительность, что заставляла других опасаться и недоверчиво подглядывать в его сторону. Лю Вэй, напротив, об окружающих не думал. Он продумывал свой доклад.       От Ланг Бао один за другими выходили мужчины. Они выглядели встревоженными и раздраженными.        «Император сегодня не в духе, – понял Лю Вэй. – Ещё бы... После такого наверняка он рвет и мечет. Земля уходит из-под ног, одно происшествие страшнее другого, а люди, которым он доверил защиту земель, подвели его... Только вот враг оказался гораздо хитрее и злее, чем все могли думать.»       Очередь тянулась медленно и напрягала ждущих. За Лю Вэем тоже скопилось приличное количество людей. Все они хотели отчитаться о каких-то поручениях. Масштаб происходящего поражал. Серебряному дракону стало жаль императора. Никому не пожелаешь править в такое время.        «Хорошо, что мой клан держит юг. У нас спокойно. Нет ни волнений, ни споров. Нашу власть признают, за ней следуют. Мы делаем для своих людей все, что можем, и они отвечают нам тем же. Если я не пройду испытание, Солнечная Арасия может погрузиться в такую же смуту. Я ни за что этого не допущу!»       Вдруг Лю Вэй задумался о том, что травма учителя – трагичная и ужасная – может уравнять их шансы в поединке-испытании. Дракону не понравилась эти мысли. Они были гадкими, мерзкими и противными оттого, что в них зрело зерно истины. Тэй Шу понадобятся годы, чтобы вернуть былое могущество. Через год состоится их битва. Лю Вэй сможет приблизиться к нему. Хотя бы на немного. Однако Лю Вэй не считал стечение обстоятельств удачей, как не считал, что Тэй Шу без ци – слабый противник, которого легко одолеть. Учитель уже всё доказал, сразившись с Илином. Даже находясь без сил, он одолел демонического владыку! Лю Вэю в любом случае будет непросто, а если бы ему дали выбор между тем, чтобы победить сильного Тэй Шу или ослабшего, он бы сражался против сильного. Он не хотел, чтобы с учителем случалась эта трагедия, как не хотел видеть в этом выгоду. Ему было неприятно от того, что травма учителя могла послужить форой на состязании. Лю Вэй считал это нечестным и поклялся себе, что будет сражаться на пределе своих способностей, ответственно подойдя ко всем тренировкам. Тэй Шу остаётся Тэй Шу, ранен он или здоров, и он будет относиться к нему почтительно и честно. Для Лю Вэя это было очевидной истиной, но в Хэкине жили крысы, а не люди, что видели в травме генерала счастливый билет. Серебряный Дракон видел, как блестели глаза у Фэйцвэев.        «А ведь они больше всех возмущались, когда Тэй Шу пришёл к власти. Для них это шанс...»       Лю Вэй вспомнил грозное лицо Цуя Фэйцвэя, и ему стало не по себе. Он ничего не мог сделать с неприязнью к этому человеку.       Размышления Лю Вэя резко оборвались, когда его вдруг окликнула стража. Перед Лю Вэем в очереди стоял ещё десяток человек, но после того, как посетитель стрелой вылетел из ворот, едва сдерживая слезы, стража громогласно объявила:       – Господин Лю Вэй, император желает Вас видеть.       В Серебряного Дракона впились раздраженные, недовольные и злые взгляды. Лю Вэй не обратил на них внимания, ведь это не он пошел вперёд очереди из десяти человек, расталкивая кандидатов.        «Должно быть, господин Ланг Бао услышал о моем приходе от предыдущего посетителя... Он ждал меня.»       Лю Вэй собрал волю в кулак и призвал себя приготовиться к гневу короны. Ланг Бао ненавидел ждать. Об этом в первый же день в столице ему поведал Тэй Шу. Тогда змей казался Серебряному Наследнику холодным врагом, а теперь был близок, как друг. Как много всего изменилось за два месяца... Даже Ланг Бао.       Лю Вэй ожидал увидеть что угодно: гнев, ярость, истерику, слезы, даже спокойствие, но точно не обиду. Ланг Бао, как всегда царственно одетый в шелка и золото, сложил руки на груди и надул щеки. На скрещенных ногах блестели золотые цепочки, и даже высокие каблуки были сделаны из золота. Лю Вэй поразился, как император вообще может ходить на таком высоком каблуке, но женственность императора всегда выделялась в нем сильнее мужественности. Ему ещё было, чем удивить Серебряного Дракона, но Лю Вэй сам отказался это увидеть.       – Почему так долго?! – воскликнул Ланг Бао, пропуская фамильярное приветствие и обыденную нудную часть официальных встреч.       Лю Вэй не успел даже дойти до середины дорожки, где положено было поклониться. Он застыл на месте, едва услышав голос императора, и изобразил поклон, но Ланг Бао и тем остался недоволен.       – Прекращай это, дракон!       Ланг Бао был так нетерпелив, что вскочил с трона и сам пошел на встречу подданному, громко цокая каблуками. Ланг Бао двигался поразительно грациозно и быстро.       – Прошу меня простить за то, что задержал отчёт...       – Задержал?! Я слышал о том, что ты отыскал Тэй Шу, ещё четыре часа назад! Четыре!!! Где тебя носило?! Ты должен был доложить мне! И всех Небесных Владык ради, почему ты не привел Тэй Шу? Я же сказал, что хочу его видеть!       Голос Ланг Бао звучал капризно и взволнованно, а когда он приблизился к Лю Вэю, то едва сдерживал чувства. Щеки его покраснели, но он героически сдерживал слёзы.       – Почему этот дурак не пришел?! Я же приказал! Приказал! Мне сказали, ты унес его! Куда?! Тэй Шу жив? Он упал! Он...       – Ваше величество, господин Тэй Шу жив, – поспешил сказать Лю Вэй самое главное, забыв все слова, что поэтично собирал в голове. В эмоциональных разговорах эмоции были самым главным. Лю Вэй позволил себе говорить сердцем.       Ланг Бао облегчённо выдохнул и согнулся в три погибели.       – И где ты был?! Чем ты был так занят, что не мог сказать об этом?! Ты же знал, что я волнуюсь! Унес его, а потом ни одна живая душа тебя не видела! Что я должен был делать?! Я даже послал за тобой, опасаясь, что что-то случилось, но тебя найти никто не смог!       – Простите, – прошептал Лю Вэй с искренним сожалением. Он почувствовал, что его прогулка по городу была не к месту, но она не отняла много времени. В самом деле, Лю Вэю следовало сразу же отчитаться, но прежде он хотел поговорить с Тэй Шу, потому так и вышло. – Я отвёл господина Тэй Шу в земли клана Сён. Ему нужна была помощь. Я остался с ним, пока он не очнулся. Не хотел, чтобы когда он откроет глаза, рядом никого не оказалось. У него нет близких людей, поэтому рядом должен был быть я. Это важно, господин Ланг Бао.       Император задрал нос, желая возмутиться, но вспомнил, как Тэй Шу сидел рядом с ним во время его болезней, как укачивал на руках, когда Гвэйны отравили его. Когда тебе плохо, рядом должен быть кто-то, кому ты доверяешь. В этот миг Ланг Бао зауважал решение Серебряного Дракона и отпустил все обиды.       – Хотел бы я быть с ним, – прошептал император и принюхался к Лю Вэю. Серебряному Дракону стало неловко от того, что сегодня его весь день кто-то обнюхивает. – Пахнешь им... Мята. Тэй любит мяту. Не знаю, за что. Когда я попробовал, мне совершенно не понравилось. Он начал её есть только когда ты появился. Ты его приучил?       Ланг Бао старался справиться с нервами. Лю Вэй понимал, что этот разговор помогал императору прийти в себя и восстановить спокойствие.       – Нет, это был не я. В Солнечной Арасии мяту используют только лекари.       – Я хотел, чтобы от него пахло цветами, но Тэй Шу не любит цветы. Как можно не любить цветы? – Ланг Бао надул щеки, затем глубоко выдохнул. – Слава Небесам, он жив...       – Да. Он жив, – утешающе прошептал Лю Вэй.       Ланг Бао перевел дух, а затем вцепился одеяние Серебряного Дракона, сжимая фиолетовое ханьфу.       – Что у него болит? Как всё серьёзно? Бэй Сён его вылечил? Если не вылечил, я его!..       – Учителю оказали всю необходимую помощь, – заверил Лю Вэй мягко. – У него были раны по всему телу, о них уже позаботились. Глаз все ещё восстанавливается...       – Какой ужас! Глаз! Он будет видеть?       – Скорее всего да.       – Тэй!       Ланг Бао взволнованно вжал плечи и испуганно посмотрел в глаза Серебряному Дракону.       – Я ужасов всяких уже наслушался… Говорят, что это он бунт устроил…       – Это неправда, – твердо сказал Лю Вэй. – Во всем повинен Чудотворец.       Император опешил.       – Мы же казнили Чудотворца!       – Умер её брат. Он взял вину на себя, чтобы защитить младшую сестру. После этого Чудотворец решила отомстить. Но за ней стоит кто-то ещё.       Император храбро воспринял эту новость.       – А ещё я слышал, что Тэй Шу лишился силы, – промямлил Ланг Бао. Он надеялся, что это тоже окажется ложью сплетников, но на этот раз Лю Вэю нечем было его порадовать.       – Это так, – спокойно произнес Лю Вэй, стараясь говорить обыденным тонном и не сгущать драматических красок. – Его ядро ранено, но господин Бэй Сён восстанавливает его. Господин Тэй Шу сможет восстановить энергию. Со временем.       – Со временем?! А сейчас?       – Нужно время, господин Ланг Бао, – мягко сказал Лю Вэй.       – Без силы... Без силы...       Император задрожал. Он еле держался на ногах от перенесенных потрясений. За последние месяцы произошло слишком много трагедий. Ланг Бао не мог с ними справиться. В его уязвимых глазах заблестела паника.       – Как Тэй мог остаться без силы? Как его могли победить? Такие враги... Такие могущественные враги...       – Ваше величество, – Лю Вэй позвал его, пытаясь отвлечь от начинавшейся истерии. – Ваше Высочество!       – П?..       Ланг Бао заморгал, выбираясь из оков страха и выглядя уязвимым щенком.       – Я не верю, что Тэй Шу проиграл. Он казался таким сильным. Неужели...       – Ваше величество, даже не смейте! – воскликнул Лю Вэй так громко, чтобы голос его точно достиг сердца правителя. – Враги только того и хотят. Они хотят, чтобы все сомневались в Тэй Шу. Но Вы не можете этого делать. Мы не можем. Потому что Тэй Шу – очень сильный воин, и он на Вашей стороне. Враги хотят убрать сильную фигуру, но ее нельзя сдвигать со своего места. Господин Тэй Шу нужен империи. Он нужен Вам. Он обретёт былое величие. Несомненно. И очень скоро. Вы ведь знаете господина Тэй Шу. У него железная воля. Его никто не заменит. Никто.       Ланг Бао задумался, параноидально подрагивая.       – Тэй... Я не смогу без него. Он мне нужен!       – Вот именно. Потому даже не думайте сомневаться в нём. Вы знаете, какой он человек. Его сила воли и духа переборет все. Наш враг хитёр. Наш враг полон ненависти, и он пытается отвернуть союзников друг от друга. Он пытается разбить Вашу дружбу и связь. Но нельзя позволять им этого делать. Нельзя позволять им сеять сомнения. Запомните, господин Тэй Шу – Ваш ближайший союзник. Он верно служит империи. То, что случилось с ним, могло случиться с любым человеком, но сможет найти и наказать виновных – лишь он. Лишь он во всем Хэкине старается бороться с тем, на что веками закрывали глаза. Да, это будет сложно. Да, это будет страшно. Многие погибли из-за этого. Но не из-за него, а из-за зла, что скопилось в чреве Хэкина, словно желчь. А сейчас город начал очищаться. Сегодня поймали многих врагов короны. Больше подобного не свершится.       Ланг Бао был напуган. По-настоящему напуган. Было видно, что он опасался повторения трагедии. Боялся за своих людей. За свою власть. Свою жизнь.       – Город разрушен... Я видел... Видел, что случилось.       – Старые устои ломаются с треском и болью. Это – то, что лежало под ними. То, что прикрывали Моны. Но все те, кто был недоволен Вами, убиты. Враг считает, что провернул очень выгодный ход, но это не так. Они погубили своих же людей. Вам же нужно показать, что для Вас люди ценны. Тогда народ почувствует в Вас силу и опору. Верность людям – это ключ.       – Но как можно верить людям, когда они предают?.. – прошептал Ланг Бао.       – Разве господин Тэй Шу предал Вас?       – Нет...       – Тогда чего Вы боитесь?       Ланг Бао опустил взгляд.       – Что, если Тэй Шу снова проиграет?       В тот момент Лю Вэй осознал, что семя сомнений уже начало прорастать на душе юноши. Серебряный Дракон изумлённо распахнул глаза.       – Ваше Величество, на земле и на небе нет ни единого существа, что никогда не проигрывал. Все могут проиграть, но, веря друг в друга, мы придаем друг другу сил. Я верю, что Тэй Шу больше никому не проиграет. Просто ему нужно время, чтобы поправиться.       Ланг Бао выдохнул.       – Тэй и правда очень сильный. Он всегда спасал меня. Всегда…       – Он вернётся и будет вновь оберегать Вас. Когда я спросил его, что передать Вам, он сказал, что в порядке. Тэй Шу – очень сильный человек, господин Ланг Бао. И он не сдался. Всё, что будут говорить Вам про него – ложь, что направлена, чтобы лишить его власти, дарованной Вами за благие деяния и подвиги во славу империи. Я могу просить Вас лишь об одном – доверьте решение сердцу и не слушайте тех, кто ничего не знает о том, какой господин Тэй Шу на самом деле.       – А ты знаешь, дракон?       Лю Вэй кивнул.       Ланг Бао плотно сжал губы и качнул головой, прогоняя лишние мысли.       – Завтра будет собрание глав кланов, – вдруг сказал император. – Тэй Шу должен на нём быть.       Лю Вэй опешил.       – Ваше императорское величество, господину Тэй Шу нужно время, чтобы восстановиться...       – Он должен быть здесь завтра, если хочет остаться генералом, – властным тоном повторил Ланг Бао.       Это было жестоко, но сказано не из злобы и прихоти. Все эти сплетни нужно было прекращать как можно скорее. Если Тэй Шу проявит силу, другие кланы перестанут кусать его. С другой стороны, если покажет слабость, то окончательно потеряет авторитет. Происшествие было крупное. Император не мог его игнорировать и откладывать разбирательство. Как ни посмотри, Тэй Шу был ответственен за происходящее в городе. Влюбленный Ланг Бао переживал за Тэя и хотел навеки остаться с ним, но Ланг Бао-император должен был наказать виновных и привнести справедливость народу. Лю Вэй впервые испугался, что верность Ланга Тэй Шу, в которой он не сомневался, может подвести. Где возникло сомнение, оно уже не исчезнет. Лю Вэй потерял уверенность, что Тэй Шу может остаться на своем месте. Завтрашний день будет решающим в судьбе Тэя Шу.       – Ты меня понял, дракон? – строго спросил Ланг Бао.       – Да. Завтра господин Тэй Шу предстанет пред судом.       – Иди, – приказал Ланг Бао и, замявшись, добавил: – Иди и скажи ему, что он мне нужен.       Лю Вэй поклонился и покинул тронный зал с тяжёлым от сомнений сердцем.