Инь и Ян: Слёзы на белых ресницах

      – Гэгэ!       Дверь, как всегда, распахнулась в самый неподходящий момент. У господина Ан Сёна был талант приходить совсем не вовремя. Лю Вэй инстинктивно прижал Су Юна поближе к себе – пытался защитить, не контролируя своих действий. Он заволновался, что что-то случилось, ещё сильнее испугался, что мог слишком сильно сжать возлюбленного, но Су Юн на удивление и сам прижался к нему. Смущённо опустил взор, заволновался, но не пытался спрятаться от Ан Сёна. Он принимал происходящее храбро и открыто, не желая прятать свои чувства и обманывать кого-либо, как бы неловко себя не чувствовал от чужого взгляда. Он был честен перед всеми и прежде всего перед самим собой. Если ему было хорошо в руках Лю Вэя, он не собирался выбираться из них, даже если кто-то потревожил их. Пригрелся. Знал, что это особенный миг. Он подарил свое прикосновение в благодарность за корзинку и хотел продолжать ее выражать. Прервется это мгновение – оборвётся сентиментальная близость, с которой совсем не хотелось прощаться. Это был дорогой момент в его жизни, сокровенный и настоящий, и Су Юн цеплялся за него, сжав руку друга посильнее. Он имел вполне реальное предположение, почему мужчина был так нетерпелив, и подумал, что, вернув корзинку Ан Сёну, они ещё смогут побыть в тишине друг с другом.       – Дагэ, они только-только заснули, – прошептал Су Юн, не желая разбудить котят.       Ан Сён не показал удивления и интереса к тому, как близко сидели юноши. Он был слишком хорошо воспитан, чтобы лезть в чужие дела.       – Чудесно, – произнес мужчина, расплывшись в улыбке. Поразительно, какими мягкими могли быть мужчины, сталкиваясь с чем-то хрупким и милым. Однако в следующее мгновение взгляд Ан Сёна стал строже. – У нас гости. Отец просил вас собраться в гостевой комнате.       – А кто прибыл? – поинтересовался Лю Вэй, чувствуя, что Су Юн сейчас не способен ничего спросить. Юный лекарь глубоко дышал, взволнованно подрагивая. Прикосновения под чужим взором становились всё сложнее.       – Я не видел гостя, но могу предположить, что кто-то из семьи Линь. Последнее время они часто заглядывают к отцу.       Лю Вэй вспомнил, как увидел Нан Линя в купальнях, и уже ничему не удивлялся.       – Мы сейчас подойдем. Я отнесу еду учителю и приду.       – Господин Тэй Шу тоже приглашен к разговору, – произнес Ан Сён.       – Значит, что-то важное... – хмуро отозвался Лю Вэй.       – Отец был в спокойном настроении. Не думаю, что есть поводы для беспокойства, но стоит поспешить. Котят оставьте здесь, я заберу их после окончания собрания.       – Хорошо, – робко отозвался Су Юн.       Ан Сён уважительно поклонился и вышел из комнаты. Лю Вэй и Су Юн переглянулись. Лекарь утонул во взгляде Серебряного Дракона и опустил голову.       – Знаете? Совсем ведь нельзя быть так близко... А теперь отпустить не могу. Не понимаю себя. Тепло. Всегда так тепло рядом с Вами.       – Мне тоже, искорка, неописуемо хорошо с тобой. Но господин Бэй Сён рассердится, если мы пропустим важную встречу. Он бы не звал нас по пустякам.       – Я знаю. Знаю.       Су Юн привык поступать, как велено. Он был очень покорным, оттого его желание остаться и просто быть в этом чудесном моменте удивляло Лю Вэя, а вместе с тем грело душу верностью возлюбленного. Может, они не могли касаться друг друга как все влюбленные и без конца держаться за ручки, но зато в те немногие мгновения их близости это было чем-то особенным и неповторимым. Эти мгновения совсем не хотелось терять, но момент уже был отравлен вмешательством извне. Они не могли просто перестать думать о таинственном госте и просьбе учителя. Мир звал их выбраться из комфорта, обещая новые впечатления, быть может, даже проблемы. Но как не хочется уходить оттуда, где хорошо. Су Юн мучился от этих мыслей.       – Ночью нас уже никто не потревожит, – прошептал Лю Вэй, глядя на очаровательный румянец на щеках Су Юна. Чувствительный, нежный, он слишком ярко реагировал на прикосновения, никогда не зная их. Такой волнительный и важный момент ничто не могло испортить. Лю Вэй верил, что он просто ненадолго прервался, чтобы позже продолжиться. – Я буду рядом. Согрею Вас, если замёрзнете. Обниму, если позволите. Нас друг у друга никто не заберёт. Мы вместе пойдем на встречу. Вместе с неё вернёмся. Я буду рядом, господин Су Юн.       – И правда, – прошептал юноша, смущённо улыбнулся. – Чего это я? Простите меня. Просто...       – Я все понимаю. Правда.       Су Юну стало спокойней от его слов. Он робко отстранился от друга и прижал ладошки к груди, восстанавливая дыхание. Он снова обрёл свою привычную сдержанность, но не стыдился порыва. Знал, что нарушил правила, воспринимал это болезненно, но без сожалений. Это был его выбор, его решение и... Желание. Перед нежностью Лю Вэя невозможно было устоять. Невозможно было не желать ощутить хоть немного его тепла. Щеки Су Юна очаровательно горели, но он нашел в себе силы подняться и поставить корзинку с котятами возле миски с молоком, чтобы кошечке не пришлось далеко идти.       – Думаю, это действительно что-то очень важное, раз господин Бэй Сён позвал нас, – произнес Су Юн с храбростью. Он поднял голову и, сложив ладони на груди, был готов идти.       Лю Вэй кивнул и присоединился к другу.       – Хоть бы ничего дурного не случилось. На Хэкин и так обрушилось слишком много бед. Вздрагиваю, как слышу об очередном происшествии.       – Не может же всегда случаться только плохое, – прошептал Су Юн с искренней верой.       Лю Вэю хотелось разделить его оптимизм, но, повидав столько зла за короткий промежуток времени, Серебряный Дракон невольно боялся очередных проблем. Они всегда настигали его, как только все налаживалось. Последние дни были благостью, а судьба любила делать жизнь полосатой. Наследник юга был готов ко всему.       – Вы правы, господин Су Юн. Я просто остаюсь настороже.       – А я чувствую, что все хорошо, – решительно произнес Су Юн. Сегодня он был очаровательно смелым. Прикосновения придали ему сил и уверенности.       – Вы такой оптимист, – улыбнулся Лю Вэй.       – Мне очень хочется, чтобы случалось только хорошее. Поэтому я в это и верю. Плохое случится вне зависимости от нашей веры, о плохом ведь никто не мечтает. Но мечтать о хорошем – это очень правильно.       – А мечтать с Вами – так совсем приятно.~       Су Юн смущённо улыбнулся.       – Всё будет хорошо, господин Лю Вэй. Я ведь с Вами. Не позволю ничему дурному случиться.       – Искорка.~ Снова крадёшь мои слова.       – Получается, наши? – робко прошептал Су Юн.       – Наши, – улыбнулся Лю Вэй. – Кстати... Я обещал принести учителю ужин. Пока собрание не началось, думаю, ещё не поздно. Не хочу его обидеть. Учитель весь день тренировал меня, хотя ему даётся тяжело так долго стоять на ногах. Услышал, что с Вами что-то случилось, так обо всем позабыл, но господину Тэй Шу нужны силы...       – Давайте поскорее отнесем господину еду!       – Поспешим! – поддержал Лю Вэй. Он очень надеялся, что они успеют добраться до господина Тэй Шу раньше Ан Сёна и что учитель успеет покушать, но друзья встретили его на полпути к учебному залу. Тэй Шу резко вылетел из-за поворота, и ученик с учителем чуть было не столкнулись.       Тэй Шу нахмурился, увидев в руках ученика тарелку с творогом и стакан. Су Юн шел позади и нес полный кувшин молока.       – Ты опоздал, – хмыкнул Тэй Шу. В его голосе не было обиды, только холодная констатация факта.       – Простите, учитель, – Лю Вэй виновато поклонился. – Просто у Су Юна котята родились, и я немного отвлекся...       У учителя нервно дернулся глаз. Это была самая нелепая отмазка из всех, что он когда-либо слышал. Очевидно, Тэй Шу в это совсем не поверил.       – Какие котята? – он нервно потер виски. В животе еле слышно забурчало от голода.       – Очень милые, – робко произнес Су Юн. – Хотите посмотреть? Чёрненькие, рыженькие и в пятнышко. Целых пять котят. Они спят в корзинке.       Тэй Шу опешил ещё сильнее, когда понял, что это правда.       – Что за ребячество... Оставь еду в комнате и поспеши, – холодно приказал Тэй Шу.       Лю Вэй не хотел заставлять гостя ждать, но учитель тоже был для него важен, именно поэтому он прежде принес еду. Тэй Шу не оценил жеста, но выхватил у ученика стакан молока и с наслаждением выпил его, отвернувшись к стене.       Лю Вэй улыбнулся.       – После собрания я покажу Вам котят.       Тэй Шу хмыкнул и направился в гостевую комнату. Друзья составили еду в комнате учителя и поспешили за ним бегом, чтобы не заставлять гостя ждать их. От всей этой ситуации было неловко и совсем чуть-чуть весело. Су Юн тихонько рассмеялся, вспоминая реакцию господина Тэй Шу на разговор про котят. Рядом с Лю Вэем все казалось лёгким и прекрасным. Су Юн наслаждался жизнью и чувствовал, что впереди только хорошие новости.       В гостевой комнате их ждал Лэй Линь, что стало причиной новостью для друзей – они скучали по Небесному Избраннику.       – Лэй Линь! Прекрасно выглядишь, дружище, – Лю Вэй дружески обнял друга, похлопав по спине. Небесный Избранник выглядел бодро и улыбался после разговора с господином Бэй Сёном. Серебряный Дракон смог расслабиться, поняв, что все хорошо. Когда случались беды, Лэй Линь не позволял себе улыбок. Он был человечком искренних и чистых эмоций, как и Су Юн.       – Господин Лю Вэй. Рад видеть Вас в здравии, – Небесный Избранник похлопал друга по спине и выпустил его из рук.       – Рад Вас видеть, господин Лэй Линь, – Су Юн низко поклонился. Цилинь ответил ему столь же уважительным и низким поклоном.       Бэй Сён посмотрел на ученика неодобрительно, взглядом отчитывая его за опоздание. Су Юн стыдливо опустил взгляд. Он всегда был крайне пунктуальным, потому ему было неловко от того, что он заставил кого-то ждать себя. Тем более – своего друга.       – Как Вы? – ласково спросил Лэй Линь, обращаясь к обоим друзьям.       – Всё в порядке, – заверил Лю Вэй. У него оставались определенные проблемы, но говорить о них не хотелось.       – Всё хорошо, – чутко произнес Су Юн под впечатлением от сегодняшнего дня. В доме было достаточно подопечных, но Су Юн знал, что они идут на поправку. Верил, что вскоре и у них наладится жизнь. В сердце теплом разливалась нежность, и Су Юн просто не мог думать о чем-то плохом. Не хотел. – А Вы как? Хорошо себя чувствуете?       – Сразу видно, что лекарь, – улыбнулся Лэй Линь, согретый заботой Су Юна. – Все хорошо. Я полностью поправился. Мы восстановили земли после нападения, привели в порядок прихрамовые территории и вздохнули спокойно. Многих фениксов арестовали, на главной площади прошли сотни показательных казней. Я никогда не одобрял такие методы... Но, если честно, когда тюрьма Хэкина опустела, стало намного спокойнее.        «Вот так люди, живущие в Хэкине, всегда приходят в дом клана Сён, горя заботами мира за пределами врат. А тут время словно замирает в спокойствии и безмятежности жизни,» – романтично подумал Лю Вэй. Ему стало легче от мысли, что виновные понесли наказание, а город стал чище, избавившись от преступного мира или хотя бы какой-то его части. Он не знал, сдержит ли Ванхэ свои обещания и даст ли клану Мон мирную и честную жизнь, но верил, что Тэй Шу не допустит темных связей и будет пристально следить за судьбой клана Мон. Будущее под взором Тэя Шу казалось гораздо светлее и спокойнее, чем под руководством Монов. Нужно только переждать это тяжёлое время. Пережить перемены и поверить в них.       Лю Вэй посмотрел на учителя и увидел его отстранённость. Тэй Шу стоял в стороне, прижавшись спиной к стене и сложив руки на животе. С недавних пор он, подобно Лю Вэю, невольно защищал ядро. Холодный взгляд мастера впился в Лэй Линя, терпеливо дожидаясь, пока он перейдет к сути дела. Лю Вэй ощутил на коже покалывание от напряжённости взгляда учителя. Он очень остро реагировал на появление Небесного Избранника.        «Тэй Шу ненавидит богов... Они отвергли его. Но Лэй Линя они приняли и даровали силу. Как и Бэй Сёну... Это обидно и больно. Должно быть, он видит их врагами только из-за этого.»       Лю Вэй мог понять чувства учителя, но он не хотел, чтобы Тэй Шу ненавидел Лэй Линя. Цилинь был славным малым, добрым, понимающим, верным.        «Когда он узнает его поближе, то перестанет так настороженно его воспринимать. К тому же семья Линь поддержала господина Тэй Шу.»       Лю Вэй надеялся, что однажды Тэй Шу смягчится, но сейчас, когда в безопасную резиденцию клана Сён прибыл чужой человек, Тэй Шу показал, насколько он недоверчив. В штыки он воспринимал даже союзников. Рана на его душе оказалась куда глубже, чем Лю Вэй мог представить.        «Я помогу господину Тэй Шу пережить это,» – подумал Лю Вэй и решил, что обязательно поговорит с учителем после встречи с Лэй Линем. Чувствовал, что Тэй Шу нужен этот разговор.       – Мы сегодня ходили на рынок, – произнёс Су Юн добродушно и тепло. – Тот, что на территории Вашего клана. Мне очень понравилось. И людей столько! Совсем не чувствуется, что несколько дней назад была большая трагедия. Территории такие ухоженные, благостные. Вы хорошо постарались, господин Лэй Линь.       – В этом заслуга моих братьев, – скромно ответил цилинь. – Я проводил всё время в храме, пока они восстанавливали дворец и жилые кварталы, и я рад, что удалось так быстро оправиться от трагедии. Люди сплотились, помогая друг другу. Никому не хочется горевать. Горе делает людей слабыми, а в Хэкине важна сила. Сила пережить все невзгоды. Люди устали от боли и тревог, им просто хочется покоя. Мы стараемся дать им то, в чем они нуждаются больше всего – защиту. В других кланах так же. Город затих и потихоньку оживает.       – Это очень приятно видеть, – признал Су Юн.       – Но ещё много усилий нужно приложить, – заметил Бэй Сён.       – Спасибо Вам за сотрудничество, – Лэй Линь поклонился тройке лекарей. – Вы спасли жизни многих наших людей.       – Запомни, Лэй Линь: для меня нет своих и чужих. В боли и болезни все люди – мои подопечные. Я помогу каждому, кто попросит о помощи.       – Вы очень великодушны, – восхитился Лэй Линь. – Я буду молиться за Вас.       – Не стоит, – отвёл взгляд Бэй Сён. – Молитв с моих уст слетает достаточно, чтобы боги не забывали про мое существование.       Слова Бэй Сёна слегка изумили Лэй Линя. Он услышал в них пренебрежение. Сам он искренне верил и не мог понять, почему из уст Небесного Избранника вдруг проскользнули подобные слова... А затем, разглядев боль в глазах Бэй Сёна, догадался.       – Ещё один голос, желающий уберечь Вас, не повредит, – мягко ответил Лэй Линь. – Мой отец также просил выразить признательность клана Линь Вам. У него не получилось прийти лично, но он ценит дружбу между нашими кланами.       Бэй Сён кивнул, принимая благодарность. На его губах застыла лёгкая улыбка. Учитель был в неплохом расположении духа, но слишком устал, чтобы позволить себе улыбнуться пошире.       – Вы пришли по его просьбе?       Тэй Шу заинтересованно приподнял голову, наконец дождавшись начала разговора по сути дела.       – Да. К сожалению, господин Нан Линь сильно занят с приготовлением к церемонии, потому попросил меня передать вам это, – Лэй Линь скользнул рукой под одеяние и вытащил из внутреннего кармана небольшой конверт, украшенный переливающимися на свету нитями. Поверх нитей стояла восковая печать с гербом клана Бао, а ниже – печаткой цилиней. Это было чрезвычайно важное послание, и Лэй Линь передал его в поклоне. – Господин Бэй Сён, господин Ан Сён, господин Су Юн, вы приглашены на торжественное открытие храма.       – Уже? – изумился Лю Вэй. Он совсем не ожидал, что это случится так скоро.       Бэй Сён взял конверт и с интересом покрутил его в руках, прежде чем открыть.       – Вы знаете, Его Величество бывает весьма... Нетерпелив. Он хотел как можно скорее провести празднество для народа, чтобы показать силу империи. Это важное символическое торжество справедливости, и большую роль на нем будет играть господин Тэй Шу, – Лэй Линь обернулся к змею и поклонился ему. – Его Величество Ланг Бао пожелал, чтобы Вы прибыли к нему на разговор, как только получите приглашение, – Лэй Линь передал ещё один конверт, предназначенный для Тэя Шу.       Генерал взял его несколько нетерпеливо и тут же сорвал печать, изучая содержимое. Бэй Сён тоже открыл послание. Су Юн и Ан Сён с любопытством уставились на текст, а Лю Вэю было неудобно пристроиться к ним четвертым. К тому же, это было бы неприлично, ведь он не был частью клана Сён. Тогда Лэй Линь передал ему персональный конверт.       – Вы, конечно же, тоже приглашены, господин Лю Вэй. Его величество хотел отвести Вам важную роль на этом торжестве, но передумал. Однако знайте, что Его Величество высоко ценит Вас и чудеса, что Вы показали перед всеми. Вы – первый человек, что призвал священного зверя за последние триста лет. Это большая честь – просто говорить с Вами.       Лю Вэя смутила похвала. Он с благоговением принял приглашение.       – Я обязательно прибуду.       – Празднество состоится завтра. Будет торжественная церемония открытия храма, первая проповедь, совместная молитва, а после военный парад и вечерняя аллея развлечений. Его величество ценит свой народ, и это праздник посвящен единению веры и братству. Прошу Вас, обязательно приходите. Вы все – очень важные гости на празднестве.       Лю Вэй открыл свое послание бережно, чтобы не повредить печати. Он хотел сохранить красивый конверт на память. Открыв его, Серебряный Дракон увидел официальную бумагу. С большой торжественностью писарь называл его великим героем Хэкина и приглашал посетить празднество в качестве гостя. Лю Вэй был польщён и трогательно прижал приглашение к груди. Он чувствовал, что каждый его подвиг не был забыт, а император действительно ценил его усилия, но вот господин Тэй Шу испытывал совершенно другие эмоции. Украдкой Лю Вэй заметил, что пометка на конверте Тэя Шу была сделана совершенно другим почерком, и понял, что приглашение для него писал император лично. Раз он не доверил писарям сообщение, значит, оно было очень личным. Реакция учителя это подтверждала. Тэй Шу сжал лист в руке так, словно вот-вот разорвет бумагу в клочья, но затем руки его расслабились, а лицу вернулся холод и самообладание. Он сложил лист обратно в конверт.       – Господин Тэй Шу? Все в порядке? – взволнованно спросил Лю Вэй.       – Большие праздники должен кто-то организовывать, – многозначительно произнес Тэй Шу.       Лю Вэй понял, что защиту города и парад предстоит возглавлять генералу, и разозлился на императора, что не мог подождать ещё пару дней, чтобы Тэй Шу пришёл в себя. Лангу Бао не терпелось показать свое могущество, а отвечать за все это должен был раненный генерал. С другой стороны, именно такая спешка могла уверить народ, что Тэй Шу в порядке, а у империи есть могущественный и надежный генерал. После затишья и пропажи Тэя Шу в городе наверняка пошли разговоры о несостоятельности или даже смерти Тэй Шу. Люди всегда болтали, не думая.        «Не знаю, поможет Ланг Бао этим или сделает хуже... Но это в любом случае будет очень непросто.»       – Значит, ты уходишь, – прямо произнёс Бэй Сён и отдал послание Су Юну, обрадовавшемуся событию, как ребенок. Юный лекарь нежно погладил пальцами иероглифы, приглашающие его почтить богов. Это было очень важным событием в его жизни.       – Да, – холодно произнес Тэй Шу.       Лю Вэю стало грустно от категоричности в голосе учителя. Он понял, что учитель больше не вернётся в земли клана Сён, что они больше не поедят вместе и не подурачатся в купальнях. Лю Вэй больше никогда не будет сидеть у постели учителя, пока он спит, наблюдать, как он забавно жмурится и кутается в одеяло, приносить ему еду и слушать ворчание на шум за окном. Все это осталось в прошлом, в нескольких днях безопасности, что подарил им клан Сён. Переступив порог, Тэй Шу снова станет генералом, и Лю Вэю оставалось только верить, что учителю хватит сил не сломаться под напором и ненавистью людей, что пытались его потопить. Решение императора не исцелило сердца людей от злобы. Они всё ещё желали Тэй Шу смерти.       – Пять раз в день ты должен приходить ко мне, – напомнил Бэй Сён укоризненным тоном, зная, что Тэй Шу постарается пренебрегать посещением лекаря. – Ещё неделю тебе ежедневно нужен осмотр. Не смей думать, что ты в порядке.       Тэй Шу снова смял бумагу, но сдержал злобу. Ему не в чем было обвинить Бэй Сёна, как сложно было его поблагодарить.       Лекарю не нужна была благодарность. Бэй Сён работал не за спасибо, не искал подарков, признания и любезности со стороны других. Он просто спасал жизни, порой копая гораздо глубже, чем ожидали подопечные. Лекарство – не то, чего ищешь, а то, в чем нуждаешься. Змею тяжело было это признать.       Тэй Шу глубоко вздохнул, восстановив внутреннюю гармонию. Лю Вэй поразился его силой духа – мужчина тут же стал непоколебим и решителен.       – Будь готов меня принять, когда я приду. Ждать я не собираюсь.       Бэй Сён усмехнулся.       – Какая дерзость! Нужно будет – подождёшь.       Тэй Шу хмыкнул и не ответил, ясно давая понять, что даже не намерен спорить. Все будет так, как он хочет. Бэй Сён конечно же не сомневался в том, что Тэй Шу, проворчав, подождёт. Все же это ему нужно лечение.       – Император передал ещё что-то для меня? – спросил Тэй Шу у Лэй Линя.       – Нет, господин.       – Хорошо.       Тэй Шу сложил письмо в несколько раз и отодвинул дверь.       – Уже уходите? – опешил Лю Вэй.       – Император приказал явиться сразу, как получу приказ. Не вижу причин откладывать.       Лю Вэй растерялся, но понял, что учитель прав. Ему просто не хотелось его отпускать. Зная, как он раним сейчас, как уязвим, хотелось ещё немного подержать в тепле.       – Мы Вам ещё котят не показали, – осторожно сказал Су Юн, не поднимая взгляда на Тэй Шу.       – Глупости, – хмыкнул Тэй Шу и вышел из комнаты.       Лю Вэй и Су Юн переглянулись. Ученик хотел последовать за учителем, но Бэй Сён уложил руку ему на плечо.       – Оставь его. Ему нужно пережить эти мысли.       Су Юн надул щеки и прошептал себе под нос:       – Ничего не глупости.       – Не обижайтесь на него, – мягко попросил Лю Вэй.       – Я все понимаю, – ответил Су Юн, но не мог согласиться с мнением Тэя Шу. Лекарь знал, что нет ничего ценнее жизни, даже если это жизни маленьких, беззащитных созданий. – Просто мне не понять, как можно не любить котят.       – Может, он любит, – задумчиво произнес Лю Вэй. – Именно поэтому так реагирует.       – Раз Тэй Шу съезжает, то ты, бездельник, тоже возвращаешься во дворец, – проворчал Бэй Сён и дёрнул Лю Вэя за ухо.       Серебряный Дракон простонал и схватился за ухо.       – Учитель, за чтооо?..       – А нечего Жёнушку от дел отвлекать! Ходит тут!       Бэй Сёну самому было смешно все это говорить, но он сдерживал смех в себе, чтобы не нарушать образа строго учителя и «папаши».       Су Юн взволнованно запрыгал вокруг них.       – Мастер, прошу, отпустите господина Лю Вэя!       – Ни за что!       – Мааастееер!       Лэй Линь улыбнулся, наблюдая за шумной перепалкой.       – Прошу прощения. У них всегда так, – мягко произнес Ан Сён – единственный серьезный человек в компании.       Лэй Линь качнул головой. Ему нравилось то, что он видел.       – Они совсем как семья. Очень теплое чувство.       – У Вас ещё есть какие-то сообщения?       – Нет. Это единственное. В самом деле, мне нужно обойти ещё несколько семей с приглашениями, потому мне я должен идти. Решение о празднестве было принято только сегодня, поэтому такая спешка и суета.       – Такие праздники обычно готовятся несколько недель, – заметил Ан Сён.       – Вы ведь знаете нашего императора, – с лёгкой улыбкой произнес Лэй Линь. – С ним не соскучишься. Однако я даже рад. Храм давно стоило открыть. Людям не хватает веры. И праздников. В Хэкине они так редки, что народ утратил надежду на что-то хорошее. Мы не можем подвести их. Завтра все должны постараться, чтобы город ожил радостным происшествием, а не трагичным.       – Тогда я провожу Вас, – предложил Ан Сён.       – Ещё денечек! – взмолился Лю Вэй, отцепив наконец руку учителя от своего уха.       – А отрабатывать чем будешь? – хмыкнул Бэй Сён.       – Чем угодно могу! И вообще – я защищаю ценного члена клана!       – Это тебе не приют для всех нуждающихся! И даже не думай упоминать котят!       – Господин Бэй Сён, господин Лю Вэй, господин Су Юн, до свидания, – произнес Лэй Линь и поклонился.       Су Юн ощутил себя неловко от того, что не смог оказать должного гостеприимства.       – Уже уходите? Как так? Может, хоть поедите на дорожку? У нас есть творог, молоко, рис с овощами...       – Спасибо, я уже поел.       – Стойте! Мы Вас проводим, – предложил Лю Вэй, потирая больное ухо.       – Спасибо, – ласково отозвался Лэй Линь.       – Су Юн, проводи гостей, – приказал Бэй Сён, кивком благодаря Лэй Линя. – А Вам, Лэй Линь, я желаю доброго пути. Передавайте отцу нашу благодарность, это приглашение много значит для нашей семьи.       – Хорошо.       Ан Сён понял, что в его помощи нет нужды, и покинул комнату вместе с отцом. Лю Вэй ещё раз обнял друга, радуясь возможности поговорить с ним без лишних глаз. Су Юн был посвящен во все тайны, потому при нем можно было говорить свободно.       – Рассказывай, как у тебя дела?       – Я ведь уже сказал, всё хорошо, – мягко произнес Лэй Линь. Он был не из тех, кто жалуется на свои проблемы. – Служение богам – моя судьба. Жизнь проходит в смиренных молитвах и пении.       – Я бы хотел услышать, как Вы поете, – мягко произнес Су Юн. Он любил музыку, пусть был к ней почти непричастен.       – Однажды – непременно.       Лэй Линь загадочно улыбнулся. Лю Вэй начал догадываться, что завтра им предстоит услышать песнь друга.       – А как у тебя с Шэном?       Лэй Линь смутился. Вопрос прозвучал очень смело и задел что-то в Небесном Избраннике.       – Никак, – с болью отозвался он.       – Отец всё так же не разрешает вам видеться?       – Он слышать ничего не хочет о Шэне. Называет его шпионом господина Тэй Шу, хотя сам поддержал генерала на собрании. Мне тяжело понять его. Я соскучился по Шэну. Очень сильно соскучился. Поэтому я надеюсь, что завтра, пока отец будет в центре внимания, нам наконец удастся встретиться на празднестве.       – Обязательно! Я передам ему Ваши намерения, если увижу.       – Спасибо, Лю Вэй. Я знал, что на тебя можно положиться.       Лю Вэй вспомнил, что обещал угостить Нан Линя апельсинами, потому попросил его немного подождать и вернулся с двумя – всем, что осталось. Лэй Линь улыбнулся и пообещал передать учителю фрукты.       Они вышли из дома и дошли до ворот. Почти попрощались, как ощутили на себе холод и обернулись. Тэй Шу быстрым шагом приближался к ним, чтобы покинуть резиденцию. Мастер успел переодеться в одеяние клана, зашитое Су Юном, и привести в порядок свой вид: обновить прическу и умыться. Тэй Шу выглядел строго, собранно и воинственно. При взгляде на него нельзя было сказать, что этот человек недавно потерял силу и был опозорен на всю империю. Он оставался собой, борющимся с любыми обстоятельствами, игравшими против него.       – Господин Тэй Шу! – Лю Вэй обрадовался, что они пересеклись. Он хотел по-человечески с ним попрощаться.       Тэй Шу вопросительно на него глянул, не желая тратить слова на вопросы. И так знал, что ученик спросит всё, что ему захочется.       Су Юн робко понурил голову, перейдя по другое плечо от друга. Ему было неуютно под холодным взглядом Тэя Шу.       – Вы покушали? – спросил Лю Вэй придирчиво.       – Ужин опоздал, – напомнил Тэй Шу.        «Какой же он принципиальный и вредный!»       – Учитель, нельзя же так! Подождите!..       – Я пойду, – мягко произнес Лэй Линь.       – Да, спасибо тебе за все, друг. Ещё увидимся. Завтра!       – Завтра, – с улыбкой поклонился Лэй Линь и вышел за ворота. Тэй Шу хотел последовать за ним, но Лю Вэй замотал головой.       – Стойте! Учитель, я сейчас принесу Ваш ужин. Возьмёте с собой. Я быстро!       – Глупости...       – Господин Су Юн, просмотрите за учителем, пожалуйста. Любой ценой не давайте ему покинуть резиденцию!       Тэй Шу опешил от такой наглости, а Лю Вэй махнул рукой и побежал собирать творог в дорогу. Тэй Шу проводил взглядом ученика и холодно буркнул:       – Уйди.       Су Юн покраснел, но храбро раскинул руки в стороны и закрыл спиной проход.       – Господин Лю Вэй попросил Вас немного подождать. Пожалуйста, будьте так добры, исполните его просьбу, а то господин Лю Вэй расстроится, что не смог позаботиться о Вас. Для него очень важно, чтобы Вы были в порядке. И для господина Бэй Сёна. Для всех.       – Тццц.       Тэй Шу шикнул, прикусил губу, но вынужден был подождать. Драться с Су Юном в его планы точно не входило.       Через пару минут Лю Вэй вернулся с бумажным свёртком и флягой с молоком. Он был рад, что учитель подождал его, и торжественно вручил ужин.       – Держите, господин Тэй Шу. Приятного аппетита и ещё раз простите меня.       – Завтра отдохнёшь, послезавтра продолжим тренировки, – приказал Тэй Шу, не меняясь в лице.       – Хорошо! – бодро отозвался Лю Вэй. Он храбро встречал возвращение к обычному темпу жизни.       – Точно на котят посмотреть не хотите? – робко спросил Су Юн.       Тэй Шу не знал, что на это ответить, потому просто прошел через ворота, обойдя Су Юна.       Лекарь поёрзал, почувствовав от него холод.       – Плохо ему, – прошептал Су Юн. – Совсем нехорошо. На душе страшное. Господин Лю Вэй, приглядите за ним.       – Я постараюсь. Тэй Шу – очень тяжёлый человек. Он и меня не подпускает ближе. Мне бы хотелось отогреть его сердце.       – Вы все делаете правильно. Главное, не сдавайтесь. Хорошо?       – Хорошо, – Лю Вэй вытянул руку. Су Юн вытянул ладонь в ответ и застыл возле. Снова небольшая дистанция, но она уже не пугала их, потому что между душами никаких дистанций не существовало. Сегодняшний день это показал.       – Кажется, пришло и мое время прощаться с Вами. Не хотел уходить так, но господин Бэй Сён устал от моего общества.       Су Юн дружелюбно улыбнулся, не желая, чтобы господин покидал его с печалью во взгляде.       – Ничего! Впереди у нас целая жизнь. Приходите в любой день. Я буду рад Вас видеть.       – Завтра! Загляну на рассвете, обещаю. Будем собирать корзинки для богов и наряжаться к празднику. Сделаю Вам красивую прическу, будете самой красивой искоркой на празднике. Договорились?       Су Юн смутился и кивнул со светлой улыбкой.       – А я сделаю прическу Вам. Можно?       – Вам всё можно, господин Су Юн. Только не забудьте помедитировать. ~       – Обязательно! И Вы. Вам уже можно делать глубокую медитацию одному.       – Ну уж нет. Как это я без вас?       Су Юн покраснел и опустил взгляд, прижав ладошки к груди.       – Действительно, как же? Нам лучше вместе быть.       – Вместе, – кивнул Лю Вэй и подмигнул другу. – Завтра зайду!       – Я буду ждать, – нежно отозвался Су Юн.       Жизнь в Хэкине начинала потихоньку налаживаться.