Инь и Ян: Слёзы на белых ресницах

      – Отец! – глаза Лю Вэя заблестели искренней радостью.       Тэй Шу скрылся за зарослями садовых растений, а Тай Вэй все свое внимание предоставил единственному сыну. Лю Вэй вытянул к нему руки, но отец так и не утратил своей строгости, что пристыдило Лю Вэя и заставило замереть в позе человека, докладывающегося о положении дел – строгой, воинственной и скованной.       – Что это было? Мне показалось или ты любезничал с ним? – придирчиво спросил Тай Вэй.       Учитывая древнюю вражду между кланами, Лю Вэй не удивился такой реакции. Он знал, что однажды ему придется объясняться за произошедшее с отцом, и уже давно подобрал слова.       – Вовсе нет, господин Тай Вэй. Мы не любезничали. Учитель очень старается на наших тренировках, и я тоже выкладываюсь на полную. Мы неплохо понимаем друг друга.       – Понимаете? Тебе не надо его понимать, Лю Вэй! – Тай Вэй сразу же повысил голос, не вынеся дружелюбного тона сына. – Клан Шу – наш враг! За ними надо следить, присматривать и быть начеку, а не понимать!       Лю Вэй выдержал гневный взгляд отца с достоинством наследника.       – Господин Тай Вэй, я знаю, что было при прошлом главе клана и многие года прежде. Но сейчас... Сейчас всё немного иначе. Боюсь, господин Тэй Шу один из немногих моих союзников в столице.       Признаваться в этом было непросто, но Лю Вэй был честен с отцом. Он не хотел от него ничего скрывать.       – Союзник?! – Тай Вэй побелел от негодования и шока. – Какой он тебе союзник? Ты видел его скользкой взгляд? Эти хитрые глаза только и ищут, как использовать тебя! Лю Вэй! Нельзя быть таким доверчивым! Я слышал... Слышал о твоей дружбе с кланом Шу, но я подумать не мог, что все так серьёзно! Не смей, слышишь? Даже не думай водить с ним дружбу!       Лю Вэй смотрел на отца с вызовом.       – Неужели лучше воевать? Он мой учитель. Как я могу ругаться с ним?       – Я не прошу тебя ругаться. Используй его! Бери, что тебе нужно, используй это и не принимай близко к сердцу. Лю Вэй, я знаю, каким светлым и мягким является наш край, но то, какие люди в Солнечной Арасии, и то, какие они здесь – небо и земля. Я сотни раз тебе об этом говорил. И что я вижу!       От возмущения губы воителя дрожали. Он явно сдерживался в выражениях из-за любви к сыну. Лю Вэй оставался спокоен и уверен в себе.       – Господин Тэй Шу – достойный человек. Вы просто не знаете его, отец. Он доблестно сражается во благо империи, он победил Илина и защищает императора. По-настоящему защищает. Я не хочу вести войну с кланом Шу из-за того, что делали дядя, дед и прочие родственники господина Тэй Шу. Это всё в прошлом. Здесь и сейчас есть господин Тэй Шу, который пытается сделать империю лучше. И я тоже хочу. Клану Вэй не нужна война с таким могущественным кланом. Я верю, что в моих силах изменить сложившийся порядок и сделать мир светлее.       Тай Вэй разозлился.       – Лю Вэй, клан Шу – последние, кому можно верить! Триста лет назад они точно также доблестно сражались с нами плечом к плечу, и знаешь, что случилось потом?       – Они нас предали, – мрачно произнес Лю Вэй, зная, что отец хочет услышать ответ из его уст.       – Верно! Они нас предали. Они заявили, что мы не способны защитить юг, а потом методично уничтожали драконов, топча нашу репутацию и убивая наших людей. Я не удивлюсь, если этот скользкий Тэй Шу убил Джаня!       Крик вырвался из горла Тай Вэя с неизмеримой болью. Скорбь не оставила главу клана. Он тяжело горевал из-за смерти сына.       От болезненного рёва папы у Лю Вэя разболелось сердце. Ему нельзя было нервничать, но он не мог просто заткнуть отца. Оставалось только храбро принять этот разговор. Он набрался сил и поведал:       – Джаня убил Жун Фэйцвэй, отец. Я убил дядю и отомстил брата. Господин Тэй Шу помогал мне отыскать преступника и спас меня, когда я истекал кровью. Он с первого дня моего пребывания здесь знал, что у меня ранено ядро, но он не сказал ни одному человеку, верно храня мою тайну. Он не пропустил ни одного занятия и всегда учил меня серьезно. Поверьте, отец, я могу отличить искренность от необходимости. Господину Тэй Шу нравится учить меня. Он искренне помогает мне, защищал меня от императора, и я ему тоже помог. Это крепкий союз ученика и учителя. И, прошу Вас, не оскорбляйте его, не зная, каков он. Это причиняет мне боль.       Тай Вэй немного остыл. Он увидел, что рука сына болезненно легла на ядро и прикрывает его. Он всегда делал так, когда ему было больно. Отец смягчился, но его принципиальность никуда не делась.       – Лю Вэй, не верь никому в Хэкине. Никому.       Заглянув в решительные янтарные глаза, Тай Вэй понял, что сын не отступится. Он мог обругать сына ещё несколько раз, но Лю Вэй бы до победного защищал то, во что верил. Его верность всегда была грозным оружием клана Вэй. Тай Вэй уважал характер своего младшего наследника, но слишком уж боялся, что его принципиальность и мягкость могут сыграть против него.       – Отец, прошу... Я знаю, что делаю, – произнес Лю Вэй, прося довериться ему.       – Ты мой сын, Лю Вэй. Единственный сын, – голос господина Тай Вэя дрогнул и зазвучал с мягкой хрипотцой. – Я желаю тебе только добра. Ты знаешь. Если я что-то говорю, это не просто звук. Это правда.       – Вы ведь знаете, отец, я никогда не лгу. Особенно в таких вещах. Я чувствую сердца людей, и Тэй Шу – какой угодно: злой, холодный, измученный, но только не враг мне. Представьте себе, как будет хорошо, если долгая вражда между нашими кланами закончится!       – Я все равно не смогу ему доверять.       Лю Вэй кивнул. Он знал и понимал это.       – Вам вовсе не нужно общаться. Однажды я уеду из столицы, вернусь домой и оставлю здесь светлый след. И когда юные драконы вслед за мной приедут учиться в столице, их встретят не как врагов, а как верных друзей – вот к чему я стремлюсь. Вот что я хочу построить в столице.       Тай Вэй видел решимость в глазах сына.       – Ты вырос, сынок, – трогательно произнес Тай Вэй. – Я чувствую, что ты осознаешь ответственность, возложенную на твои плечи. Теперь ты – наследник клана. Следующий глава на смену мне. Всё, что ты делаешь, становстановится будущим нашего рода.       – Я знаю, отец. Как знаю, как жестока столица и подлы люди. Но я не могу быть кем-то другим. Я – это я. Мои чувства, мое сердце, мое предчувствие... Чему верить, если не самому себе? Я был здесь один – без слуг и союзников. Я отыскал их сам. Кто-то из них тебе не понравится, кто-то – придется по вкусу, но они все – мои друзья и помощники здесь. Они все – будущее клана Вэй, ведь всеми силами помогают мне стать сильнее. А если этого недостаточно, помимо чувств, есть ещё кое-что.       – Да?       Тай Вэй внимательно слушал пылкую речь сына. Он давно уже научился не вестись на его эмоции. Лю Вэй был слишком эмоциональным и чувствительным с детства, и именно отцовская строгость закалила в нем необходимый стержень, тогда как материнская любовь сделала его характер мягким и нежным.       – Господин Тэй Шу – правитель империи Хао. Сейчас на троне сидит Ланг Бао, что мало что может решить сам. Тэй Шу решает большинство вопросов за него. Ланг Бао говорит его словами. Разве же нужен клану Вэй гнев союзника императора?       Тай Вэй задумался об этом.       – Если ты смотришь на это так – в таком случае я не против. Но! Это не должно быть личным. Будь начеку, Лю Вэй.       Серебряный Дракон едва сдержал облегченный выдох. Ему не хотелось сдать себя, потому что личного в этом вопросе было гораздо больше, чем выгоды. Если бы Лю Вэй искал выгоды, он бы дружил с Дау Моном, который в то время имел огромную власть при дворе, но он выбрал сторону справедливости и защиту правды. Он не жалел об этом. Отца же надо было убедить доводами, что давали клану Вэй столпы безопасности и надёжности. Одним словом – уверить, что все сделано не сугубо из чувств, а во благо клана.       Тай Вэй кивнул и задумался, переводя дух. Им с сыном нужна была эта пауза, после которой отец заговорил первым:       – Когда я был юным, я был очень похож на тебя. Второй наследник, я был уверен, что мне не светит власть и не искал ее, но со смертью отец оставил клан мне. Мне пришлось взять эту ответственность, и я принял ее с благодарностью и почтением. Мой старший брат не был таким достойным человеком, как Джань. Когда я был ребенком, я верил, что Жун – сильный и надёжный, но стоило отцу умереть, как он показал что-то темное, что подхватил в столице, словно заразу. Он желал власти так, словно это была его любимая женщина. Он был оскорблен выбором отца, а я... Я понимаю, что он всегда чувствовал больше меня. Я уважал его решения.       – А я уважаю Ваши, отец, – произнес Лю Вэй, поклонившись.       – Я знаю. Ты верный воин, Лю Вэй. Я верю, что клан Вэй в надёжных руках. Я растил тебя сильным и сейчас вижу перед собой очень сильного человека. Ты правда убил Жуна?       Лю Вэй кивнул.       – Жун Фэйцвэй в погоне за силой стал демонопоклонником. Джань узнал об этом и преследовал его, но проиграл в схватке.       Тай Вэй с болью слушал об этом.       – Последние драконьи дети убивают друг друга. Так не должно быть. Жун... Он натворил дел и должен был ответить. За смерть Джаня я бы его своими руками удавил! Жаль мертвых нельзя воскресить, чтобы убить ещё раз!       – Он ушел жалко, – произнес Лю Вэй, словно это должно было принести отцу облегчение. – Демонический владыка оставил его, а он рыдал, преданный силами, которым верил. Он получил достойное возмездие и умер в позоре жалким трусом.       Тай Вэй задумчиво поник. Мысли о смерти сына причиняли ему неописуемую боль.       – Я до сих пор не могу поверить, что Джаня нет... Когда пришла повозка с телом... Твоей маме стало плохо. Она плакала три дня, не выходя из комнаты. Мы тяжело пережили перерождение Джаня и волновались за тебя. Сразу после похорон я отправился к тебе. Хотел помочь отомстить, но ты справился и без меня.       Лю Вэю было тяжело об этом слышать.       – Как мама?..       – Безутешна. Я не мог взять ее с собой. Ты понимаешь, хотя бы кто-то их Вэев должен был остаться.       Лю Вэй печально кивнул. Он понимал, но от этого не было легче.       – Бедная мама...       – Ты сам-то как, справился?       Лю Вэй кивнул.       – Меня очень поддержали мои друзья, когда это все случилось. И... – Лю Вэй опустил взгляд. – Простите, что не смог защитить брата. Я должен был, но не смог.       – Жун – его рок, – прошептал Тай Вэй. – Брат хотел убить его ещё в раннем детстве. Ты однажды защитил своего брата. В этот раз он должен был постоять за себя сам. Ты не всесилен, Лю Вэй. И когда станешь главой клана, будет ещё много событий – таких же горестных и тяжёлых, как это. Будешь винить себя за каждую ошибку, будешь желать успеть везде и всюду. Но пока ты будешь решать одни проблемы, где-то очень далеко может умереть твой сын. Даже самые сильные люди не могут защитить и уберечь других...       – Вы не должны винить себя, отец... – прошептал Лю Вэй, почувствовав горечь родного человека. – Вас не было рядом, а я был. И всё равно...       Тай Вэй погладил его по волосам. Сын не выдержал и крепко обнял отца. В этот момент глаза Тай Вэя дрогнули и наполнились теплом. Его могучие руки обхватили сына, крепко прижав к груди и не желая никуда выпускать свое драгоценное чадо – единственное, что у него осталось.       Объятья уберегли сердце Лю Вэя от боли. Ему в миг стало спокойно и тепло. Он скучал по родным рукам и не желал разжимать своих, чувствуя, как дорог и важен им обоим этот миг.       Тай Вэй погладил сына по спине.       – Всё хорошо, сынок. Единственное, что теперь ты можешь сделать для брата и семьи – это выжить, Лю. Ты нужен клану Вэй.       – Когда Джань умер, я сказал себе то же самое, – прошептал Лю Вэй, стараясь держаться храбро ради отца. – Я стараюсь стать сильнее день ото дня.       – И ты стал. Я вижу это. Ответственный, занятой и дерзкий. Сильный. Что в столице начудил! Первые испытания прошел, Жуна Фэйцвэя убил.       – Много всего было, – признался Лю Вэй. – Дау Мон был казнён. А ещё я победил Чжуна Хэ. Помог вылечить императора от смертельной болезни, помогал остановить восстание, сражался с демонами, виделся с владыкой Илином...       Лю Вэй потихоньку начал пересказывать всё, что произошло за последние недели. Отец слушал вдумчиво и не перебивая, одновременно восхищаясь сыном и морща нос из-за проблем, что он создал. Ему хотелось жёстко отчитать сына, но Лю Вэй все никак не отпускал отца, а в таких теплых объятьях ругаться на него он был попросту не в силах, лишь гладил по волосам, даря сыну тепло любящих рук. Эти объятья говорили гораздо больше слов и возмущений. Даже если Тай Вэй ругал своего сына, он любил его, даже если молчал, поддерживал. Лю Вэю просто нужно было выговориться. Нужно было рассказать отцу обо всем, чтобы он мог знать имена своих врагов. Под конец всех историй Тай Вэй наконец понял, почему Лю Вэй сказал, что Тэй Шу – едва ли не единственный его союзник.       – Да уж, в Хэкине всё как обычно, – подытожил Тай Вэй.       Лю Вэя искренне удивила реакция отца.       – Вам тоже пришлось так несладко, отец?       – Ну... С демонами в столице я не сражался, но тоже победокурил. Помню, мне было стыдно смотреть в глаза отцу после того, как я разругался с кланом Мон, а он сказал: «Так этим ублюдкам и надо!». Я, конечно же, совершенно не раскаивался в поступке. До сих пор с улыбкой вспоминаю, как вылил на Дау Мона бочку с краской. Уже тогда знал, что он подлый мерзавец, и был очень рад, что отец меня поддерждал. Мы – семья. В конце концов мы принимаем реальное положение дел и поддерживаем друг друга, что бы ни случилось. Так делают драконы.       Лю Вэя сильно изумил ответ отца. Честно говоря, он готовился оправдываться за все свои деяния, но отец воспринял их совершенно обыденно. Нет, даже не так. Доверчиво. Он верил сыну жить свою жизнь так, как он считал правильным.       – У меня нет дружбы ни с одним столичным кланом, – продолжил монолог Тай Вэй. – То, что ты поругался с кем-то, ничуть меня не беспокоит. Чжун Хэ – мерзавец. Дау Мон – подлец. Цуй Фэйцвэй – враг номер один, приютивший предателей. Тэй Шу – вековой противник. Лишь клан Линь вызывает в моем сердце хоть какую-то симпатию. Когда мне пришло благодарственное письмо от Нан Линя, я гордо подумал, что ты все делаешь правильно. Но! Это не значит, что ты должен продолжать бездумно ополчать против себя всю столицу. Пока ты удачлив и тебе не нанесли удар в спину. Ты должен быть готов и выжить любой ценой, Лю Вэй. Пройти испытания. Без этой победы дома ты найдешь лишь осуждение и непонимание. Ты должен отстоять честь клана Вэй. И о клане Вэй должны говорить гордо! Тебя должны запомнить сильным, чтобы ни одна собака не смотрела в сторону клана Вэй! Понял меня?       Лю Вэй кивнул.       – Спасибо, отец...       – И ты дурак, что позволил разболтать про своё ядро. Сейчас, когда все знают, ты мишень номер один. Тебя будут пытаться задеть, убить, унизить. Не лезь ни во что, пока шум не утихнет. Лучше вообще ни во что не лезь. Ты меня конечно не послушаешься, но хотя бы задумайся об этом.       – Я постараюсь, отец. Правда.       – Постараешься влипнуть в ещё большее количество неприятностей?       Лю Вэй смутился.       – Всё не настолько плохо!       – Настолько. У меня даже нет сил тебя ругать. Ты сам все понимаешь. Но то, что ты стал советником императора, большая честь. Береги империю и давай Лангу Бао верные советы. Сейчас, слыша тебя, мне не стыдно за то, что ты мой сын. Я горжусь тобой, – Тай Вэй поцеловал сына в лоб и отпустил. – Продолжай сражаться и становиться сильнее. Только так клан Вэй снова станет великим. Не подведи меня. Запомни: больше всего меня разочарует твоя слабость, трусость и смерть. Но если слабость и трусость я способен буду понять и принять, то смерть не оставит тебе шанса искупить свою вину. Лю Вэй... Ты обязан выжить и вернуться из Хэкина. Не рискуй. Не лезь туда, куда не просят. Будь сильным.       Лю Вэй кивнул. Он понимал беспокойство отца, как понимал, что не сможет вести себя иначе – его сердце всегда диктовало собственные правила.       – Отец... Вы говорите так, будто прощаетесь, хотя только прибыли.       – У нас действительно мало времени, – признал Тай Вэй. – Скоро я отбываю.       Это расстроило и изумило сына.       – Но как же?.. Вы не останетесь? Даже ненадолго?       – Твоя мать ждёт меня. Как я могу заставлять ее ждать одну? Мне довольно того, что я увидел тебя здоровым. Хочется конечно отчитать тебя... Но тебе и так несладко пришлось. Твоя совесть уже сделала это за меня, а то, что я не одобряю, ты чувствуешь и так.       Лю Вэй кивнул. Он и правда увидел реакцию отца в его карих глазах.       – Как жаль... Я так соскучился по Вам. Расскажите хотя бы, как дома?       – Всё спокойно. Ты же знаешь Арасию. Там что-то случается раз в год, да и то – событие радостное. Мы с мамой ждём тебя дома, – Тай Вэй вновь поцеловал сына в лоб. Каким бы строгим человеком он ни был, он не мог сдержать отцовской нежности. – Без тебя дома стало непривычно тихо.       – Ничего, я скоро вернусь, и в доме снова будет шум и веселье. Я возьму с собой своего слугу и дорогого друга. С ними точно не соскучитесь!       – Лучше бы невесту с собой взял, – проворчал Тай Вэй. Ему было всё равно, сколько друзей появится в его семейном имении – он всегда спокойно относился к общительности и доброжелательности сына. Все южане были очень гостеприимны. – Что, мне присматривать тебе красотку в Арасии или уже кого сам себе нашел?       Лю Вэй опешил от столь прямого вопроса.       – Я...       – Ооо, чувствую, что-то есть? – глаз мужчины загорелся. Он верно чувствовал такие вещи. Тай Вэй слышал слухи об отношениях сына с Су Юном, но считал их болтовней врагов. К тому же, Лю Вэй вскользь упомянул эту историю, пояснив, как дружба с лекарем стала поводом для «пустых» сплетен.       Серебряный Дракон взволнованно сжал ладонь на груди.       – Я полюбил, – честно признался Лю Вэй. – Один раз и на все свои жизни. Это очень большая и светлая любовь с очень хорошим человеком.       – Кто она? – оживился отец. Тай Вэй хотел увидеть внуков как можно скорее, беспокоясь за бедственное положение семьи. Было видно, он был готов одобрить любой выбор сына и очень вдохновлён его любовью.       Только вот...       Лю Вэй нервно сглотнул. Они с отцом только-только встретились, обсудили смерть Джаня и признаваться в любви к мужчине было бы всё равно, что перечеркнуть этот разговор, оставлявший светлые воспоминания и тёплые чувства. Видя, как отец хочет внуков, Лю Вэй просто не мог огорчить его внезапной новостью.       – Я пока не готов вас познакомить, – покраснев, произнёс Лю Вэй.       – Весь в брата, – улыбнулся Тай Вэй. – Тот тоже свою невесту два года прятал, прежде чем показать. Говорил, что должен убедиться, что у них всё хорошо.       – Я уверен, – решительно произнес Лю Вэй. – У меня с моим человеком очень крепкая любовь, которую ничто не разрушит.       – Красивая?       Лю Вэй покраснел ещё сильнее. Разговаривать об этом с отцом оказалось гораздо сложнее, чем он себе представлял.       – Очень красивый человек. Божественно прекрасный.       Тай Вэй нахмурился.       – Хватит о своей любви говорить, как о мужчине! Будешь себя так вести - девушка от тебя сбежит! И правильно сделает! – Тай Вэй задрал голову, важно сложив руки на груди. – Я тебя иначе воспитывал.       – Я... Просто стесняюсь, – прошептал Лю Вэй, надеясь, что это оправдание его спасет.       Тай Вэй улыбнулся.       – Я буду ждать встречи с твоей прекрасной принцессой.       – Это не принцесса!       Лю Вэй испугался, что отец нафантазировал его отношения с госпожой Мин Бао. Этого только не хватало!       – Если девушка становится счастлива со своим мужчиной, она становится прекраснее любой принцессы, а в браке – императрицы. Так что береги свою принцессу.       Лю Вэй представил Су Юна в платье и его увлекли такие фантазии, что он невольно потёр розовый нос и растерянно раскрыл рот.       – Ты всегда был таким робким? – изумился Тай Вэй.       Лю Вэй собрал всё самообладание для ответа.       – Прежде мне казалось, что я гораздо смелее, но оказалось, что всё совсем не так просто и легко. Прежде никогда не любил. А с этим человеком... Это так проникновенно и по-настоящему. Я счастлив, что встретил его.       Тай Вэй дёрнул его за кончик носа.       – С женщинами надо быть решительными, а не мямлями, как ты сейчас! Дай угадаю, она не дала тебе согласие быть твоей женщиной?       – Пока что мы друзья.       Лю Вэю хотелось получить совет от отца, но он чувствовал себя ужасно от того, что обсуждал отношения с Су Юном с ним, тогда как отец думал, что Су Юн – это девушка. Не хотелось обнадёживать его надеждами на внуков, но Тай Вэй уже нафантазировал себе счастливое будущее семьи...        «Он ведь ещё матушке расскажет. Что я творю?..»       Но эту телегу юный дракон остановить был уже не в силах. Наследник клана Вэй волновал главу рода, потому Тай Вэй был готов давать очень интимные советы.       – Из дружбы не просто выбраться, Лю Вэй. Это самый опасный тип отношений. Любящие друг друга люди начинают бояться, что причинят друг другу боль сменой стадии отношений или разрушат то хорошее, что есть сейчас. А вдруг в отношениях ничего не получится? Тогда рухнет и эта чудесная дружба. Люди боятся изменений, как и всякой неизвестности. Но если ты веришь, что вас связала вечная любовь, ты должен проявить себя, как мужчина. Прежде всего ты должен быть надёжен, решителен и мужественен. Девушка должна увидеть, что ты готов на поступки ради любви.       – Мой человек вроде как всё это уже увидел, – робко произнес Лю Вэй, вдумчиво слушая отца.       – …и брать тактильность в свои руки! Прикосновения – ключ к отношениям. Заворожи ее объятьями, заставь думать о себе и желать большего. Это не должно быть что-то вопиюще пошлое. Случайное касание в интимном месте....       – Отец!..       Лю Вэй покраснел так, что, казалось, вся кровь в его теле прильнула к щекам. Он даже представить не мог, как бы посмел коснуться Су Юна в непристойных местах.       – Ты ещё такой маленький, – рассмеялся Тай Вэй и стал строже. – Сначала перебори свою робость, потом – действуй, иначе девушка до конца твоей жизни будет считать тебя робким или того хуже – ребенком, неспособным на серьезные отношения.       Лю Вэй гордо выпятил вперед грудь и мотнул головой.       – Мой человечек знает, что я храбрый. Но с прикосновениями у нас пока сложные отношения.       – Может, оно и к лучшему. Ты пока не готов к отношениям, Лю Вэй, но ты ещё вырастешь, чтобы очаровать свою любовь. Эта юношеская робость обязательно пройдет, и тогда ты познаешь, что такое на самом деле стать мужчиной своей женщины и взять ответственность за её жизнь, что такое носить её на руках, защищать от всех тревог и вести за собой. И, главное! Первый поцелуй должен быть особенным! Его инициатором непременно должен быть ты!       Лю Вэй закрыл лицо руками, пряча дрожащие губы и смущенные глаза.       – Пап!..       – Не папкай мне тут! На тебе ответственность за возрождение рода. Если нужен совет – не стесняйся, я тебя всему научу.       Лю Вэй кивнул, с благодарностью принимая готовность отца говорить на такие вещи. Он был прав – Лю Вэю не хватало смелости, но Серебряный Дракон лучше всех знал свою искорку. Он верил, что понимает, что нужно его суженному, и решил перевести тему.       – Кстати, а невеста брата...       – Я уже разыскал её. Она согласилась поехать в Солнечную Арасию. Я позабочусь о том, чтобы мой первый внук родился в благом месте и рос счастливо. Мне, конечно, не по нраву то, что ты решил сохранить титул Серебряного Дракона, ведь ты теперь наследник, но то, что ты написал... Ты поступаешь по чести. Я встречался с императором...       – Когда? – ахнул Лю Вэй. Его поражало, что отец сделал все за его спиной и пришел к нему в самом конце – попрощаться.       Тай Вэй решил не отвечать на этот вопрос, а просто продолжил:       – Я рассказал ему, что Джань тайно поженился с Лин Юль в Солнечной Арасии, и этот ребенок зачат в браке. Господин Ланг Бао принял это, так что Лин и её дитя отныне часть нашего рода.       Лю Вэй облегчённо выдохнул. Маленькая ложь во благо. Вэи не исчезнут. Никогда.       – Благая весть! – обрадовался Лю Вэй.       – Но я жду и твоих сыновей! – строго наказал Тай Вэй.       Лю Вэй сдержал чувства, но внутренне он сильно огорчился, понимая, что однажды их ждет очень тяжелый разговор.       – Я...       – Но это ещё успеется. Прежде всего у тебя воинский долг перед кланом. Ты меня понял? Живи и приведи клан Вэй к величию. Здесь, в столице, ты мое лицо и лицо всех южан. Ты должен быть сильным. Должен пройти все испытания!       – Я понял, отец. Я сделаю всё, что в моих силах. Клянусь, я не подведу Вас и смерти меня не поймать. Во мне горит кровь клана Вэй, и я верен нашей семье.       Тай Вэй улыбнулся и крепко обнял сына. Его грозный образ окончательно развеялся перед любовью к сыну.       – Я люблю себя, сынок. Пожалуйста, береги себя.       – И Вы, отец, – трогательно прошептал Лю Вэй, крепко-крепко сжимая отца в объятьях.       – Я буду ждать тебя дома, Лю Вэй.       – И я обязательно вернусь! Клянусь!       Тай Вэй прижался губами к макушке сына и ещё долго не хотел его отпускать.       – Я не переживу, если Хэкин поглотит и тебя. Мой солнечный мальчик...       – Не беспокойтесь, отец. Своим пламенем я освещу Хэкин! Когда Вы в следующий раз посетите столицу, Вы ее просто не узнаете. Здесь... Здесь будет всё равно что вторая Арасия!       Тай Вэй рассмеялся и выпустил сына из объятий.       – Ловлю на слове, Серебряный Дракон.       Лю Вэй так и не разжал рук.       – Вот увидите!       Они улыбнулись друг другу. Сердца их были согреты семейным теплом. Какие бы беды не выпадали на семью, драконы поддерживали друг друга. Лю Вэй почувствовал себя спокойно в объятьях отца. Он волновался в преддверии их встречи, а оказалось, что вовсе не стоило. Тай Вэй даже в Хэкине был собой – любящим отцом и надёжным наставником. Его слова ещё долго будут греть душу единственного сына.