Инь и Ян: Слёзы на белых ресницах

      Лю Вэй испытывал сложные чувства, покидая тюрьму: его терзали мысли о сложности ситуации, судьбах Небесных Избранников, дикости совершенных демонопоклонниками преступлений, но когда Серебряный Дракон оказался на улице, то почувствовал облегчение. Свежий воздух ободрял, проветривая голову и сдувая с плеч груз возложенной ответственности, уверяя в её посильности. Крепкий морозец не позволял дурным мыслям взять под контроль разум. Лю Вэй был предельно сосредоточен на возложенной на него миссии и, не желая терять времени, побежал к императорскому замку, вкладывая в ноги ци.        «Господин Ланг Бао не любит ждать. Так не буду его огорчать.»       Лю Вэй понятия не имел, что императору понадобилось от него в очередной раз. Лю Вэй не боялся встречи с правителем, не волновался из-за неё, но недоумевал от самого факта её уместности в такое тяжёлое время. Ситуация в городе была опасной, нервной и страшной. Небесные Избранники отчаянно цеплялись за жизнь, но боролись. Нуждались в лекарстве. Ванхэ скрывался где-то в городе или за его пределами. А ведь возможно готовил новый удар! Возможно, имена врагов ещё были неизвестны. Лю Вэй мог принести много пользы городу, так отчего император решил оторвать его от расследования?        «Раз учитель знает, что император хочет встретиться со мной, значит, он уже сделал доклад. И когда только все успевает?»       Лю Вэй восхищался силой воли и хваткой учителя, а вместе с тем не понимал: если император уже в курсе, что он хочет узнать? Недостающей информации о ходе изготовления лекарства? Этих ответов стоило искать у господина Бэй Сёна.        «Неужели случилось что-то ещё?.. Только этого не хватало!»       Войдя в императорский дворец, Лю Вэй сбавил темп, ведь носиться по коридорам было непристойно, и внимательно осматривался по сторонам. Ему отчётливо казалось, что он вот-вот увидит причину трагедии, ужаснётся и ещё сильней разочаруется в Хэкине. Руки невольно сжимали оружие.        «А что если император заразился?.. Если эпидемия вышла за пределы храма? Если...»       Оптимизма в мыслях дракона не было. Он приготовился к самому худшему и быстрым шагом шел к тронному залу.       Атмосфера во дворце была трагичной. Люди взволнованно перешёптывались, обсуждая новости ареста клана Мон и возможную причастность Ванхэ к делу, боялись болезни и предпочитали не покидать своих комнат. Клан Бао усиленно патрулировал дворец и окрестности, чтобы избежать трагедий. Тронный зал был закрыт для посещений… Для всех, кроме Лю Вэя, которого император ждал с нетерпением.       Когда врата отворились, Лю Вэй облегченно выдохнул. Он увидел, что император в порядке: на щеках Ланга Бао горел здоровый румянец, волосы сохраняли натуральный цвет, и при том, как трагично было время, он выглядел энергичным и полным сил.       – Дракон! Дракооон!       Ланг Бао спрыгнул с трона, запрыгал на месте и замахал Лю Вэю рукой, подманивая к себе. Выглядел император взволнованно и тревожно, но когда появился его друг, то оживился, словно забыв о всех бедах. Его поведение ещё сильнее сбило Лю Вэя с толку.        «Неужели Ланг Бао позвал меня лишь для того, чтобы я развеял его скуку? В такое время?..»       Не то чтобы Лю Вэй эгоистично верил, что в одиночку решит все проблемы империи, но ему казалось, что для него может найтись работа полезнее, чем успокаивать панику и паранойю императора, пока город в опасности. Несомненно, жизнь и здоровье императора были важны, но пока не было оснований переживать за его судьбу. Удар явно был направлен на Небесных Избранников. Болезнь распространялась благодаря заклинанию и печенью из демонической крови. Одним словом – Ланг Бао был вне влияния методов врагов.        «Если всё так, я быстро успокою его и пойду дальше...»       Лю Вэй глубоко выдохнул, набрался терпения и остался спокоен на лицо. Почтенно поклонился.       – Наследник клана Вэй, Серебряный Дракон Лю Вэй прибыл, Ваше Величество. Господин Тэй Шу передал, что Вы искали меня.       Ланг Бао активно закивал. Он носил роскошное одеяние, что сковывало его движения, но даже так император был очень энергичным и дёрганным, что выдавало его нервозность и волнение.       – Да. Я... Я хотел повидать тебя, – добродушно произнес император. – Как ты? Не пострадал? Тэй Шу сказал, вы поймали подозреваемых.       Лю Вэй понимал, что огорчит государя своим докладом, но не мог лгать императору из жалости, потому был абсолютно честен:       – Расследование идёт полным ходом. Мы выяснили, что заболевание появилось в результате заклинания, наложенного на больных. Это означает, что эпидемии удастся избежать, но в деле замешаны демонопоклонники.       Ланг Бао осел на трон, с которого мгновение назад вскочил, и схватился за голову.       – Опять они? – капризно крикнул Ланг Бао. – Сколько можно?! Я... Я знал, что они тут ходят. Эти демоны. Всё скребутся и скребутся... Каждую ночь…       Руки императора задрожали. Он панически обхватил себя и низко склонил голову. Кошмары разума снова атаковали его, и Лю Вэй осмелился подойти к императору. Чувствовал, что юноше необходимо человеческое тепло. Обычно, когда Ланг Бао был расстроен, он обнимал Тэя или плакал ему в плечо. Иногда успокаивать его приступы приходилось Лю Вэю. Обычно спокойного голоса были достаточно, но порой императору требовалось немного человеческого тепла, чтобы прийти в себя. Пережив столько бед, Ланг Бао так и не смог преодолеть свои страхи до конца.        «Как же хитёр и опасен наш враг! Он ударил сразу по слабости двух правящих сил – Небесным Избранникам, неравнодушным господину Тэй Шу, и взял в напарники демонов, коих до панических атак боится император. Так против кого на самом деле этот удар? Веры? Империи? Всех сразу?..»       Ланг Бао не ухватился за верного воителя. Он старался справляться с приступом паники самостоятельно.       – Каждую ночь он скребётся... – дрожа, шептал Ланг Бао. – Я знаю, однажды он придет забрать мою жизнь. Он меня ненавидит...       – Может, Вам стоит усилить охрану, Ваше Величество?       Лю Вэя всерьез беспокоило сказанное Лангом Бао. Если звуки и ощущения императора – не плоды его паранойи, то каждый день Илин приходил во дворец и пугал властителя Хэкина. Страшно было даже вообразить такое. И куда смотрела охрана?       – От них нет толку, – вымолвил Ланг Бао, опустив взгляд. – Если... Если Илин захочет мою жизнь, он возьмёт ее. Иногда... Тэй остаётся со мной. Я ему очень благодарен. Когда он рядом, я ничего не слышу. Мне не страшно. С тобой тоже не страшно, но... Ты не согласишься спать со мной.       Лю Вэй посмотрел на императора сочувствующие, но принципиально.       – Я не в праве, Ваше Величество.       – Я так устал, дракон… Я... Я не выдерживаю этого. Почему Хэкин просто не может жить мирно? Что я делаю не так? Я снизил налоги, я поддерживаю бедные семьи, я дал людям работу. Мы с тобой и Тэем столько злодеев переловили и наказали. Но этому всему нет конца... И с каждым разом всё становится только хуже.       Лю Вэй задумался об этом. Политика Ланга Бао относительно простого народа действительно была лояльной. Только вот проблема заключалась не в простом народе, а в правящих кланах.        «Может, зря он пожалел фениксов? Если бы сразу отправил на границу, сейчас бы этого могло и не случиться…»       Лю Вэй долго думал, прежде чем ответить вопрошающему, подавленному взгляду императора.       – Ваше Величество, полагаю, то, что разъедает Хэкин, началось задолго до Вашего рождения. У нас в Солнечной Арасии все кланы живут мирно. Мы объединены идеей братства, дружбы, доверия. Мы живём, зная, что можем опереться на близких, что в тяжёлое время мы сплотимся и поможем друг другу, что в бедности разделим хлеб, в радости улыбнёмся друг другу, в печали – утешим. Хэкин живёт по волчьему закону: каждый сам за себя. Только волки всё равно двигаются стаями, они берегут своих, а Хэкин словно соткан из волков-одиночек, которые пытаются решить, кто их них главный самец. Грызут друг другу глотки, делят территорию… Этот город слишком тесен для амбиций всех кланов. Этот город утратил нравственность. Он забыл, что такое братство. Когда люди смотрят друг на друга и боятся – это ненормально. Когда люди не способны ответить за свои грехи – это ненормально. В Хэкине... Слишком суровые законы. Законы, данные не властью, но установившиеся между людьми. Люди разучились вести себя по-человечески. Одно существование Небесных Избранников – показатель болезни общества. Пока её не вылечить, лучше жизнь в Хэкине не станет. Пока не истребить саму идею культа демонопоклонников – лучше не станет. Пока люди не перестанут бояться – лучше не станет. Я... Не знаю, как помочь всем. У меня нет ответа, что за мгновение по щелчку пальца сделал бы Хэкин безопасным и светлым местом. Но одно я знаю точно: вера – это то, с чего начинается человек. Не так важно, боги это или глупости вроде космической пыли. Вера должна обучать нравственности и даровать человеку законы сердца, которым он будет следовать. Но люди перестали верить. Они начали скидывать свои грехи на других. Они начали чувствовать, что могут оставаться безнаказанными, какую бы подлость не совершили. Именно это ведёт к росту преступности. Так не должно быть. Каждый должен отвечать за самого себя. Каждый должен молиться за себя. А дети... Дети не должны страдать за других. Сегодня, когда я был в храме... Я увидел несчастных малышей, что страдают. Страдают во имя кого-то, кто бросил и оставил их. Эта картина не выходит у меня их головы. Мир Небесных Избранников изнутри – жесток и печален.       – Ты порой так похож на Тэя, дракон, – задумчиво прошептал Ланг Бао. – Он говорит похожие вещи. Я понимаю, что этих детей жаль, но… На то была воля богов. Они отвернутся от нас, если мы перестанем делать то, чего они желают. А лишить свой народ богов... Я не могу. Если от нас уйдут ещё и Небесные Владыки, что станет с империей? Она погрузится в абсолютный хаос. Людей больше ничто не будет сдерживать. Они будут в ярости... Как сегодня утром. Я видел, как... К дворцу приходили верующие. Они возмущенно кричали, жалуясь, что генерал запретил им молиться. Было очень шумно и нервно. Стража разогнала их, и всё же... Я не могу представить себе жизнь без молитв, без Небесных Владык и их поддержки. В страшное время безверия не происходит ничего хорошего.       Лю Вэй вдумчиво кивнул. Он думал об этом прежде.       – Я не говорю менять всё сразу. Но маленькие шаги... Они неизбежны. Если бы всё было в порядке, господин Ланг Бао, сейчас бы этого разговора не произошло, и происшествия в храме тоже бы не случилось. Кем бы ни был враг, он показал болезнь общества. Не будь тут замешан культ, я бы даже осмелился подумать, что они намеренно вытащили эту боль на поверхность, чтобы явить ее миру. Но я уверен, есть способы помочь Небесным Избранникам, есть способ сделать веру иной: настоящей. Той, что приносит надежду. У меня много мыслей об этом. И, уверен, Лэй Линь меня поддержит. Ему тяжело жить в созданных прошлым рамках, но он знает, куда вести людей и как поддержать их. Именно потому он и вернулся в храм: чтобы помочь таким же, как он сам.       Лю Вэй сжал пальцы в кулаки. Мышцы напряглись, являя выразительные изгибы. Ланг Бао устало опустил взор и закинул ноги на трон, поглаживая колени.       – Я бы выслушал их. Когда всё закончится, я бы выслушал твои мысли, дракон. Но не сейчас. Сейчас... Всё равно не до новых законов и правил. Сначала нужно вылечить людей.       Лю Вэй почувствовал надежду в том, что император готов попытаться изменить застоявшиеся устои. Может, у них действительно получится сделать Хэкин светлее, когда они преодолеют кризис?       – Господин Бэй Сён обязательно справится. Он уже работает над созданием лекарства. Теперь у него есть яд. Он всё ближе к разгадке тайны болезни, я уверен.       Ланг Бао кивнул.       – Я не сомневаюсь в нём. Всё же, он Небесный Избранник, благословленный Лэангом. Он может всё.       Лю Вэй кивнул.        «Вместе с Су Юном – точно.»       Император поерзал, но дрожь его рук поутихла. Он немного успокоился. Не от темы разговоров: она была ужасной и вызывала тревогу, но от самого присутствия друга и возможности поговорить с ним. Взгляд императора окрасился тёплыми штрихами благодарности. Хорошо знать, что в беде ты не один и тебе есть, на кого положиться.       – Все будет хорошо, – прошептал Лю Вэй.       Его бархатный голос прогнал последние страхи от души императора.       – Да, знаю. Мы столько пережили... Меня пытались убить. Тебя пытались убить. Тэя пытались убить. Но в конце все злодеи были наказаны. Думая об этом, я уверен, что справедливость на нашей стороне. Она обязательно восторжествует. Вы обязательно найдете врагов и исцелите раненных. Я... Я верю в вас. Мне стыдно за то, что я позволяю себе бояться. Хороший император был бы уверен непоколебимо. А я... Я боюсь следующего шага врага. Чувствую, что это не всё. А, может, просто жду подвоха от жизни? Ужас кажется нескончаемым. Без конца думаю: случится что-то ещё. И ещё. И ещё...       – Лучше не расслабляться, – поддержал его Лю Вэй. – Конца пока не видно. Ванхэ в бегах. Неизвестно, что он вытворит.       Император сжался, услышав его имя.       – Ты был прав, Лю Вэй. Не стоило отдавать Мьёль замуж за него. Ванхэ подвёл меня. Предал. Причём так быстро...        «Зачем же нужна была эта свадьба? – задумался Лю Вэй. – Я думал, Ванхэ хотел удержать свой клан в столице. Но если сразу после решил разрушить столицу и устроить тут переполох, то это кажется таким неуместным. Бессмысленным. Или он хотел причинить большую боль императору, вовлекая в это его сестру? Отвести от себя подозрения близостью к императорской семье? Или они сообщники?..»       Мысль одна мрачнее другой гуляли в голове. Но, как ни посмотри, свадьба казалась странным решением для такого времени. Всё выглядело так, что клан Мон готовился жить в столице долго и счастливо. Но в итоге...       – Ваше величество, а Вы не замечали перемены в поведении Ванхэ или Яо? Если они задумали такое злодейство... Может, они вели себя как-то подозрительно или говорили что-то странное?       Ланг Бао глубоко задумался.       – С Яо я не общаюсь. Я видел его только на свадьбе. Он был весел, много пил и смеялся, искренне радовался возвращению Мьёль в семью. Не было ничего, что я мог бы назвать необычным. Он просто веселился. Я особо не обращал на него внимания, лишь иногда поглядывал, поскольку он кричал громче всех и несдержанно смеялся. Невоспитанно, словно ржущий конь.       Лю Вэй вспомнил тот день и понял, что иначе поведение Яо Мона назвать было нельзя. Он сильно выпил и выглядел счастливым в кругу своей семьи. Он просто был счастлив за брата.        «Разве могло за таким искренним счастьем таиться такая дикость? Или клан Мон праздновал, готовясь совершить преступление?.. Ванхэ мог не знать о происходящем, ведь в храм приходил Яо... Или, наоборот, Яо был не в курсе, а Ванхэ вёл теневую игру, а теперь подставил брата...»       Лю Вэй так глубоко задумался, что едва включился в разговор, когда император начал рассказывать про главу клана Мон.       – Ванхэ... Он был взволнован последние дни. Я думал это из-за свадьбы. Было в его глазах какое-то оживление. Обычно он более спокоен. Мы с ним дружны... Настолько, насколько я мог доверять фениксам. Теперь я думаю, что должен был сидеть на свадьбе ещё дальше.       – Он рассказывал что-то? – пользуясь случаем, продолжил допрос Лю Вэй. – Может о демонах или вере?       – Нет. Мы с ним говорили только про Мьёль. Хотя... Он упоминал, что скоро сделает в храм очередное пожертвование. Ванхэ чувствовал вину за то, что его род не уберёг храм. По крайней мере, он так говорил мне. Тэй не допустил его людей к строительству, поэтому Ванхэ начал помогать дарами. В храме было очень много его людей... Насколько я слышал, он не навещает их.       – Он далек от веры?       – Он почитает богов. Это я знаю точно.       Лю Вэй задумался.       – Он правда не выглядит, как демонопоклонник.       – Когда случилась трагедия в храме, это тоже было неожиданностью, – напомнил император. – Демонопоклонников ведь нельзя определить, пока они не используют силу.       – Да...       Лю Вэй печально вздохнул.       – Мне всё страшнее верить кому-то, – прошептал Ланг Бао. – Хорошо, что у меня есть ты и Тэй. Я вас очень ценю.       Император произнес это искренне и взял Лю Вэя за руку.       – Иногда... Я вспоминаю, как обходился с тобой в первые дни. Мне бывает очень стыдно за это.       – Я не держу на Вас зла, – мотнул головой Лю Вэй. – Всё в прошлом.       – Мне снятся кошмары о том, как ты... Как ты умираешь, Лю Вэй, – прошептал Ланг Бао. – Тогда, когда ты схватился за сердце, когда... Ты чуть не умер из-за моих слов и действий. Я боюсь, что ты умрёшь. Поэтому... Я не хотел, чтобы ты расследовал это происшествие, чтобы ходил в храм и говорил с больными детьми. Не хотел бы, чтобы во всём этом копался Тэй. Чтобы я дрожал от страха за вас обоих, сидя в стороне... Хороший друг не позволил бы своим близким идти туда, куда опасно. Я постоянно об этом думаю. Но, как император, кому я ещё могу довериться, как не своим лучшим людям?       Ланг Бао заглянул в глаза дракону и бережно погладил его по груди. Лю Вэй хотел было отступить – он не терпел, когда кто-то кроме Су Юна проявлял нежность к его телу – но тонкие пальцы Ланга Бао, украшенные кольцами с блестящими камнями, коснулись броши и бережно погладили гордого тигра на символе доверия.       – Хороший император знает, что верные люди никогда не подведут его. Я знаю, что могу тебе довериться. Знаю, что даже если мне страшно за твою жизнь, ты вернёшься. И... Я хочу сказать, что я благодарен тебе. Ты всегда помогаешь, когда я прошу. Всегда на стороне Тэя. Всегда ищешь ответы и правду. Ты доблестный воин и прекрасный мужчина. В такое время это не очень уместно, но я упустил очень важный день. Я упустил это важное мгновение из-за брака сестры... Теперь мне совестно ещё сильнее. Ты ведь действительно стал мужчиной, Лю Вэй. Я поздравляю тебя.       Ланг Бао говорил тихо и нежно. В его жестах, прикосновениях не было ни пошлости, ни потайных мотивов. Он добросердечно поздравлял Лю Вэя, видя в нем взрослого мужчину, на которого может опереться империя.       Лю Вэй слегка растерялся. Он не ожидал поздравлений от императора, тем более в такой час, но с признательностью принял его чистые намерения.       – Господин Ланг Бао, для меня честь услышать такие слова из ваших уст. С доблестью и чистым сердцем я продолжу сражаться на стороне добра и справедливости. Я сделаю всё, чтобы империя была безопасной. Я буду сражаться, не зная страха, и однажды я стану таким сильным, что смогу остановить любого врага. Я не подведу Вас, Ваше Величество.       Лю Вэй почтительно поклонился. Ланг Бао улыбнулся ему.       – Твоим словам я верю.       Это была высшая похвала, согревшая сердце Лю Вэя. В тяжёлое время доброта и искренность значили очень многое. За время, проведенное с императором, Лю Вэй смог научить Ланга Бао этой сокровенной истине. Улыбка Лю Вэя отогревала все заблудшие сердца Хэкина. Как жаль, что согреть весь мир было невозможно.       – Я не подведу, – пообещал Лю Вэй и выпрямился в спине, – но для того я должен вернуться к расследованию. Ситуация в городе тяжёлая. Сложно ничего не делать, когда...       Ланг Бао ухватил его за запястье. Тигрёнок так перепугался, словно Лю Вэй сейчас развернется и уйдет, но затем осекся, выпрямил спину и вернул себе царственность.       – Постой. Куда же ты без подарка?       Лю Вэй изумлённо приподнял брови и скромно мотнул головой.       – Ваше Величество, не стоит....       – Я сам решу, что стоит, а что нет. Кроме того, один из подарков – от твоего отца.       – Отец... – завороженно прошептал Лю Вэй.       Для него каждый знак внимания от отца был очень дорогим. Каждый день рождения сына Тай Вэй устраивал крупные гуляния, приглашал друзей семьи и учил сына чему-то новому, а вечером они устраивали конную прогулку и любовались звёздами. В зимнее время они были ярче. Отец говорил, что это от того, что зимой солнце отступает, чтобы показать красоту звёзд. Эти мгновения – проведенные с господином Тай Вэем, как отцом, а не главой клана, были очень ценны. Лю Вэй любил радостную улыбку матери и ее праздничную стряпню. Помнил, как брат трепал его по волосам, когда ещё не уехал в столицу… Это был первый день рождения, проведенный вдали от семьи, но род Вэй о нём не забыл.       – Заинтересовал? – улыбнулся Ланг Бао.       – Да, Ваше Высочество, – нетерпеливо и взволнованно ответил Лю Вэй. – Я давно не получал письма от отца, но каждая весточка от него – большое счастье. Я скучаю по дому.       Ланг Бао понимающе кивнул.       – Я редко покидал столицу, но каждый раз тосковал по этому месту. Хэкин... Я боюсь его, но за пределами столицы чувствую себя не в своей тарелке.       – Вам стоит набраться опыта путешествий. Поначалу мне было тяжело в Хэкине, но со временем я смог привыкнуть к этому месту.       – Боюсь, если я покину столицу, то вернусь в руины, – печально улыбнулся Ланг Бао. – Но не будем о грустном. Твой отец приезжал летом в столицу. Мы говорили с ним о многих вещах. Я убедился, что дела на юге идут хорошо, пусть господин Тай Вэй справляется один.        «Неужто Ланг Бао хочет отменить испытание?» – обнадеженно подумал Лю Вэй.       – На юге всегда будет порядок, – пламенно заверил Лю Вэй.       – Если ты унаследуешь юг, то я в этом не сомневаюсь, – мягко произнес Ланг Бао. – Во время нашей встречи твой отец упомянул, что каждый твой день рождения он дарил тебе по одному секретному приёму клана. Я сразу почувствовал, как сильно он тебя любит. Мой отец смотрел на меня так же нежно и гордо. Тай Вэй не оставил мне свитков, но попросил меня показать тебе те, что хранятся в архивах. Так что... Я решил, что подниму твой ранг допуска в библиотеку. Я хочу, чтобы ты стал сильнее. Возможно, какие-то знания понадобятся тебе для текущего расследования. Я не хочу тебя ни в чем ограничивать, поэтому пользуйся любым сектором библиотеки. Это подарок отца тебе. Но... Есть ещё и мой.       Ланг Бао взмахнул рукой и слуги оживились. Двое крепких юношей вынесли сундук, усыпанный драгоценностями, и поставили у ног Серебряного Дракона.       Лю Вэй смущённо смотрел то на императора, то на таинственный презент.       – Господин Ланг Бао... Это очень щедро с Вашей стороны! Допуска в библиотеку будет достаточно. Это уже большая милость!       Ланг Бао надул щеки.       – Кто учил тебя так принимать подарки? Дают? Благодарно радуйся!       Лю Вэй смущённо почесал нос.       – Я просто растрогался, Достопочтенный Сын Неба. Вы очень добры ко мне.       – Заслуженно, – отмахнулся Тигрёнок. – Ты – верный воин и мой друг. Я хотел тебя порадовать. Открывай же! Мне очень интересно!       Глаза Ланга Бао засияли. Есть что-то прекрасное в чувстве волнительного предвкушения радости близкого человека. Лю Вэй любил дарить подарки больше, чем получать их, потому понимал чувства императора. Он затаил дыхание и медленно открыл сундук.       Первое, что он увидел внутри, это боевая броня. Лю Вэй не взял своей в путешествие в столицу, но учитывая, как часто дракон влипал в неприятности, она была как нельзя кстати. Доспех относился к классу самого высококачественного снаряжения. Глаза Лю Вэя засияли: это был Цзян Цзюнцзя – доспехи генералов. Многослойные металлические пластины надёжно защитили бы от удара даже тяжёлого оружия, а мобильность креплений позволяла доспеху не стеснять движения юноши, а соответствовать гибкости и подвижности его тела. Цвета доспеха сочетали в себе серебряный, золотой и фиолетовый – цвета клана Вэй, а расписаны ткани и металлические пластины были соответственно гербу рода и его основополагающим символам. Узор в виде несущегося ввысь серебряного дракона вился во всю спину доспеха. Яркие алые узелковые обереги украшали широкий пояс...       Лю Вэй рассматривал детали и восхищался подарком.       – Это же… Это же настоящий доспех Вэев! Точь-в-точь как у отца! – восторженно воскликнул юноша.       Ланг Бао широко улыбнулся.       – Всё ещё хочешь отказаться?       – Ни за что!       Лю Вэй потерял чувство субординации и показал искреннее счастье. Он тут же захотел примерить доспех, и слуги императора помогли ему надеть его правильно. Доспех был не таким тяжёлым как выглядел с виду... Или это Лю Вэй был таким сильным, что не ощущал его веса?       Когда Серебряный Дракон облачился полностью, он стал выглядеть величественно и могуче.       – Какой замечательный! – трепетал Лю Вэй от счастья. – Но, как?..       – Это мы тоже обсудили с твоим отцом, – с улыбкой ответил Ланг Бао. – Он хотел, чтобы у тебя был достойный вид. Проходить следующее испытание ты будешь в нём.       Лю Вэй покорно кивнул. Он не собирался бежать от испытания. Тренироваться, конечно же, он будет в привычной одежде, но теперь он сможет посещать торжественные мероприятия и показывать свою воинственность открыто. Лю Вэй был в восторге.       – Спасибо Вам, господин Ланг Бао! Вам и отцу! Я напишу письмо. И... Я буду сражаться в этом доспехе, защищая империю от зла!       Ланг Бао был очень доволен реакцией друга на подарок.       – Приятно видеть тебя таким счастливым. Обычно ты так серьёзен и напряжен.       – Этот подарок многое для меня значит.       Лю Вэй облачился, пробуя боевые движения. От одного только вида доспеха воображение его оживало. Юноша представлял, как борется с полчищами демонов и демонопоклонниками под могучими стенами Хэкина. Это воодушевило его.       Когда Серебряный Дракон наконец успокоился, то опустил взгляд и с изумлением увидел, что сундук ещё не опустел. То, что лежало в нём под доспехом, искренне поразило юношу: алые веревки с крупными узлами, пара ошейников, чулки, кружевное мужское белье, полупрозрачное одеяние для торса с непристойными вырезами в зоне сосков, стеклянная банка с жидкостью неизвестного происхождения и нечто столь непристойное, название чего Лю Вэй просто не мог знать.       – Нравится? – радостно спросил Ланг Бао.       У Лю Вэя нервно задёргалась бровь, а щеки покраснели. Он подцепил кончиком гуань дао алые веревки и крайне скептически спросил:       – Ч-что это?..       – Верёвки для бандажа! – абсолютно бесстыдно (и даже несколько гордо) воскликнул Ланг Бао. – Это когда красиво завязываешь узелочки на теле возлюбленного, любуешься, а потом развязываешь... Или не развязываешь, ахах! Мы с Тэем вместе собирали эти подарки. Он сказал, что ты стал взрослым и тебе может это пригодиться!       Лю Вэй вспомнил реакцию учителя и ему стало плохо.        «Он что, мне не поверил?! Или он так шутит?!»       Лю Вэй был готов провалиться сквозь землю от стыда.       Ланг Бао весело смеялся.       – Отказы не принимаются! Ты ведь знаешь, какой Тэй у нас ранимый. Он редко делает другим подарки, так что обязательно пользуйся! Ему будет приятно, и тебе тоже! Ну и твоему человеку!       Лю Вэй неловко хватал ртом воздух. Хотелось бы отказаться, но Тэй Шу правда мог обидеться. Как он мог расстроить учителя, тогда как тот постарался?       – Я... Приму эти дары. Спасибо Вам и господину Тэй Шу. Но, прошу, больше не дарите ничего столь... Интимного.       Ланг Бао расхохотался.       – Видел бы ты свое лицо, дракон! Ахаха!       Император поднялся с трона, обнял друга и похлопал его по спине.       – Я немного поднял тебе настроение, да? А теперь иди и занимайся делом. Подарки отнесут в твои покои, а тебе надо продолжать путь.       – Даже в тёмные времена должно быть место свету, – вдохновлено произнес Лю Вэй. – Спасибо Вам, Ваше Высочество. Я непременно покопаюсь до правды.       Ланг Бао похлопал его по спине и улыбнулся из последних сил.       – Иди, дракон. Возвращайся с победой.