Инь и Ян: Слёзы на белых ресницах

      Мастер Нан Линь уже ждал Лю Вэя, но, в отличие от генерала, не думал вредничать по поводу опоздания ученика. Он встретил Лю Вэя в библиотеке, на лестнице ко второму этажу и радостно махнул рукой.       – Лю Вэй! Вот и ты! Должно быть, тренировал новые приёмы и никак не мог оторваться?       Было бы здорово оправдать себя так, но Лю Вэй не собирался обманывать учителя.       – Я повышал боевой дух, – неловко почесав затылок, ответил ученик. Ему было стыдно опаздывать на занятия, но он ни о чём не жалел.       – Ах, встреча с Су Юном теперь так называется?       Лю Вэй смутился, не понимая, как господин Нан Линь угадал, но кивнул.       – Он придаёт мне сил.       – Ну что ж! Пойдем посмотрим, как много у тебя сил, чтобы грызть гранит науки.       – Очень много! – воинственно воскликнул Серебряный Дракон.       Он хотел продолжить обучение ничуть не меньше, чем побыть с Су Юном. Лю Вэй был жаден до знаний и едва мог заставить себя идти за наставником медленно, чтобы не нарушать порядки библиотеки – так сильно хотел познакомиться с новыми книгами и их тайнами.       Они поднялись на второй этаж, и Лю Вэй увидел, что учитель уже всё подготовил – Нан Линь перенес в зону цилиней высокоранговые книги, что прежде Лю Вэю рекомендовали учителя и друзья. Свитки образовали манящую пирамиду высотой в три ладони. Сколько же внутри было сокрыто знаний! И все ждали его.       – А тут тише, чем снизу, – отметил Лю Вэй с удивлением, оглядываясь, но не находя и души.       – Конечно. Знаешь, сколько всего воинов в столице допущены до третьего ранга?       – Хм.... Двести?       – Мимо.       – Триста?..       – Ну нет же!       Нан Линь стал строже, поэтому Лю Вэй понял, что считает не в ту сторону.       – Сотня?       – Сорок восемь, – решив не пытать ученика, ответил Нан Линь. – Включая нас с тобой!       Лю Вэй изумлённо распахнул глаза.       – Всего сорок восемь? Почему так мало?..       – А ты бы хотел доверять тайны империи кому попало?       – Но тут ведь множество книг, которые могли бы изучать воины своих кланов, – растерянно произнес Лю Вэй.       – Думаешь, в родовых библиотеках нет всех этих знаний? Для императорской библиотеки делали копии книг, оригиналы которых хранятся у семей под надежной защитой. Некоторые, конечно, сохранились только здесь, но если столь сокровенные знания вдруг оказываются нужны, фолианты берут главы кланов и самые верные заклинатели. Те, в ком уверена империя. А вот чтобы обучать кого-то секретам и тайным техникам других кланов, нужно заслужить доверие.       – Знания в этих залах не так уж и секретны, да? – вдумчиво спросил Лю Вэй.       – Как посмотреть. У Ванхэ нет допуска сюда, но он наверняка знает содержимое всех книг из секции Монов. В то же время он может не знать того, что написано в общих книгах – тех, кто рекомендованы для изучения всем воинам и заклинателям империи, избранных короной.       – И такие есть! – поразился Лю Вэй.       – Это книги, написанные по заказу прежних императоров. Они пронизаны любовью к империи и понятию долга... Ты можешь уверенно пролистывать половину страниц и не беспокоиться, что что-то упустишь.       – Звучит не очень полезно, но вдохновляюще, – рассмеялся ученик.       – Да уж! Несколько отважных добровольцев сделали в них закладки. Им, конечно, досталось, но отклеивать их не стали, так что что-то полезное уже отмечено. Я обязательно познакомлю тебя с этими трудами, но сначала...       Нан Линь кивнул на стол, где собрал книги. Он был круглым, высоким, а вокруг стояли три мягкие софы, на которые можно было сесть для изучения книг. Учитывая, что посетителей на втором этаже было мало, уединенных зон здесь было меньше, а открытых – больше, но в то же время никто не забирал у Лю Вэя уже прогретое гнёздышко на первом этаже. Строго говоря, таскать книги вниз не приветствовалось, но и не запрещалось, если обращаться с ними согласно правилам.       – Спасибо, мастер! А сегодня...       – Сегодня я хочу показать тебе одну очень важную книгу.       – Всего одну? А эти?       Нан Линь широко улыбнулся.       – Есть одна традиция. Это что-то вроде посвящения в поверенные императора. Ученику приносят книги, а он выбирает из них две и открывает на странице и строчке, которую загадал. Первая фраза будет ему советом, вторая – предостережением. Я подумал, что традиции не стоит нарушать, потому собрал лучшие книги во воинскому искусству, чтобы ты мог получить для себя наилучший совет согласно новому рангу.       Лю Вэй вдохновился этой мыслью. Он не очень любил гадания, но подумал, что в любом случае узнает что-то полезное, ведь даже случайно вырванная из учебных текстов фраза может стать полезной и даже спасти в бою жизнь.       – Я хочу попробовать!       – Я даже не сомневался. Выбирай книгу.       Лю Вэй подошёл к столу и вытянул руку, «колдуя» над древними текстами. Пальцы сами потянулись к трактату в темно-зеленой обложке. Названий на книгах видно не было, они все лежали стороной без названия вверх, так что Лю Вэй выбирал по наитию.       Учитель взял выбранную книгу в руки и закрыл ладонью название, чтобы ученик заранее ничего себе не надумал.       – Страница? – строго, словно во время какого-то великого ритуала, спросил Нан Линь.       – Хм... Пусть будет сорок восемь.       – Выбрал своё число, да? – подметил учитель.       – Что-то же оно должно означать, – решительно ответил ученик.       – А строка?       – Вторая.       – Хммм… Интересный выбор. А почему не первая?       – Я ведь Серебряный Дракон, а не золотой, – простодушно ответил Лю Вэй.       Нан Линь изумился, не ожидая такого ответа.       – Твоя верность брату восхищает.       – Трагедия, произошедшая с ним, часть моей судьбы, – произнес Лю Вэй от всего сердца. – Я любил его и никогда не забуду.       – Что ж. Тогда послушай совет, – Нан Линь открыл книгу на верной страницу и прочёл: – «Порой нужно оглянуться назад, чтобы увидеть то, что находится перед тобой».       Прочитав строку, Нан Линь замолчал. Лю Вэй заинтересованно выждал, но продолжения так и не последовало.       – А о чем это? – нетерпеливо поинтересовался ученик. – Что дальше?       Нан Линь рассмеялся и легонько щёлкнул его по носу.       – В том ведь и интерес гадания. Ты должен понять сам, когда и зачем тебе пригодится этот совет. Но на мой взгляд, он красноречиво говорит о том, что надо прикрывать свою спину.       – Или о том, что я в чём-то ошибся...       Эта мысль родилась в голове Лю Вэя сама собой, и от нее стало немного не по себе. Он не мог ошибиться. Да и в чем? Он всё делал правильно.       – Кто знает, кто знает, – Нан Линь пожал плечами и вернул книгу на стол. – Что ж. Выбирай вторую.       От слов учителя Лю Вэй почувствовал ещё большее волнение. Вторая цитата должна была стать предупреждением, и Лю Вэй чувствовал судьбоносную ответственность за свой выбор. Нан Линь молча ждал, давая ученику возможность собраться с мыслями и сделать выбор осознанно. В конце концов Лю Вэй указал пальцем на фиолетовую книгу и назвал те же самые страницы и строку.       – А ты не хочешь проявлять оригинальность, да? – поддел его учитель.       – Судьба любит постоянство, – спокойно ответил Лю Вэй. В его голове происходящее оживало таинственной магией, творимой руками богов, и юноше казалось, что любая выбранная строка или страница, да даже книга не имели абсолютно никакого значения. Он всё равно услышит одно и то же – то, что предначертано ему устами Небесных Владык.       Нан Линь пробежался по странице глазами и потемнел в лице.       – Давай-ка выбери что-нибудь другое.       Лю Вэй изумлённо заморгал.       – Учитель? Что-то не так? На странице нет текста? Там рисунок?       – Нет, просто глупость написана. Давай лучше посмотрим в другой книге.       Лю Вэй почувствовал тревогу в словах учителя, и это вынудило его стать настойчивее.       – Что бы там ни было, я должен знать. Судьбу не изменить. Это ведь серьезно, да?       – Лю Вэй...       – Я могу сам прочесть, если Вы не в силах.       – Если ты так хочешь, – Нан Линь потёр глаза и смиренно прочёл: – «Лишь тот, кто верит, погибает в слезах разочарования и предательства. Именно поэтому вера – это слабость».       Лю Вэй осёкся, не понимая, за что боги выдали ему такое предостережение, но принял слова мужественно.       – Нужно быть осторожней. Оба предсказания... Они почти об одном и том же.       Нан Линь нервно потер переносицу и взволнованно посмотрел на ученика.       – Похоже на то. Но... Я хочу напомнить, что это просто суеверия. Будь осторожен и бдителен всегда, но это не значит, что твоя смерть будет такой. Это лишь совет, ничего более.       – Я не умру, – гордо произнес Лю Вэй, даже не сомневаясь в этом. – И меня некому предавать. Все люди, что собрались вокруг меня, истинно мне верны, и я не сомневаюсь ни в ком.       – И все же, будь осторожен, – Нан Линь побелел, что красноречиво говорило о том, что он переживает за ученика. – Я слышал, ты мило беседовал с Ванхэ...        «Как же быстро расходятся слухи!»       – Это не было милой беседой. Он просто поблагодарил меня за помощь. Вот и всё.       – Будь с ним осторожен. Ванхэ – темная лошадка. Он казался непричастен к делу культа, но это не значит, что он чист.       – Да. Я понимаю.       – Хорошо, – Нан Линь немного успокоился. Казалось, он отреагировал более драматично, чем Лю Вэй, хотя именно ему адресовано было злое предостережение. – Кстати, я ведь не спросил о самом главном! Как вчера? Понравилось заниматься в таинственной библиотеке?       Лю Вэй охотно закивал.       – Я не заметил, как пролетело время! – восторженно воскликнул юноша. – Показалось, что его было слишком мало.       – Сегодня я предоставлю тебе возможность позаниматься самостоятельно вновь, но уже после наших занятий. Скоро у меня встреча.       – Встреча? Должно быть, кто-то важный?       Нан Линь никогда не переносит тренировки из-за встреч или пустяков.       – Да. Один из моих учителей приехал в столицу. Я хотел выпить с ним. Если ты, конечно, не против и не расскажешь о моей маленькой слабости императору.       – Конечно идите, мастер! Связь учителя и учителя священна. Я буду молчать! Хорошо отдохните, Вам это действительно нужно.       – Лю Вэй, ты просто прелесть, – улыбнулся Нан Линь. – Спасибо. Могу я тебя попросить? Чтобы надежно сохранить мою тайну, посиди здесь до конца учебного времени, хорошо?       – Конечно.       Лю Вэй не собирался подставлять учителя. Он любил Нан Линя и не желал ему проблем. От этого разговора Серебряный Дракон вспомнил вчерашнюю тренировку и не удержался.       – Кстати, мастер, а Вы не знаете, кто был учителем господина Тэя Шу?       – У Тэй Шу был учитель? – поразился Нан Линь. Для него это тоже стало шокирующей новостью.       – Значит, Вы тоже не знали? – задумчиво спросил Лю Вэй.       – Тэй Шу долгие годы один и живёт сам по себе, – пожал плечами Нан Линь. – Это видно по нему. Он совершенно не умеет общаться, а если и делает это, то так неохотно и показательно, что сразу понимаешь – он из тех, кто верит, что человек человеку волк, а не друг.       – Я тоже раньше думал, что учитель познал все истины самостоятельно. Но когда мы говорили про прозрение, он сказал, что для меня это практически невозможно...       Нан Линь опустил взгляд, словно невольно признавал правоту генерала, хотя был любителем оспорить его слова за спиной.       – ...но сказал, что мы попробуем. Что он будет учить меня, как его учитель.       Нан Линь глубоко задумался об этом.       – И что он с тобой сделал? После этих слов?       – Показал разницу между нами, – неохотно признал Лю Вэй. – Выходит, господина Тэя Шу учил кто-то, гораздо могущественнее него? Сложно представить такого человека…       Нан Линь смягчился в лице.       – Ты юн, Лю Вэй, оттого Тэй Шу кажется тебе непобедимым воином. Но Тэй Шу молод, не стоит об этом забывать. Ещё вчера он был на твоём месте – такой же наследник рода на обучении во вражеской обстановке, где все и каждый желают ему падения.       Лю Вэй опустил взгляд, чувствуя себя дурно из-за мыслей об этом. Он сочувствовал судьбе учителя.       – Господина Тэя Шу ненавидели гораздо сильнее меня… Я слышал, что из-за его отца... Его не признавали в клане, а когда отвергли боги, он стал изгоем. Я не знаю ни одного человека, что мог бы учить его, потому я так удивился, когда услышал об этом...       – Почему бы тебе самому его не спросить?       – Вы ведь знаете генерала, – грустно улыбнулся Лю Вэй. В самом деле, ему стало неловко оттого, что он спрашивал про учителя у него за спиной, но любопытство оказалось сильнее.       – Я думал, что тебе подвластно разговорить его.       Лю Вэй смутился. Ему не очень нравилось, что о нем ходила такая слава, потому что он боялся, что кто-то может попытаться использовать это.       – Некоторые вещи господин Тэй Шу и правда может мне доверить, но в большинстве своем учитель закрыт от меня. Я могу только догадываться по его ответам, прав я или нет. Он не любит вопросы.       – С точки зрения эффективности обучения, лучше и правда говорить о деле, – заметил Нан Линь. Уж что-что, а учитель из генерала был, что надо – строгий, справедливый и мудрый.       Лю Вэй неловко почесал затылок.       – Простите, господин Нан Линь. Зря я спросил.       – У меня нет ответа на твой вопрос, – спокойно произнес цилинь. – Признаться честно, никто не думал, что Тэй Шу станет генералом. Он был предметом грязных слухов всю его жизнь. Неплохо показывал себя, как воин и заклинатель, но ничего выдающегося в его фигуре не было. Я никогда не следил за его судьбой и не верил, что он выбьется в люди. Все изменил тот день, когда погиб император, а Тэй Шу спас юного принца. Тогда, отступая, люди восприняли геройский жест Тэя Шу как самоубийство, но он вернулся, одолев владыку демонов. Тогда он не был так силен, как сейчас. И это поразительно. Конечно, Тэй Шу бился не один. С ним остались такие же храбрые герои, кто прикрывал отступление, и все поначалу думали, что именно они внесли основной вклад. Но затем, после возвращения из той кровавой резни, Тэй Шу целый год наращивал силу, пока не стал одним из сильнейших воинов и заклинателей. Он прошел через третье прозрение уже после победы над Илином.       Для Лю Вэя это стало большим сюрпризом.       – То есть, если я смогу преодолеть стену и снова расширить свой разум, я достигну уровня господина Тэя Шу?       – Ну... Грубо говоря – да. Но Вас разделяют годы боевого опыта и возможности твоего ядра. Будь ты обычным заклинателем, ты уже сейчас мог бы пытаться составить ему конкуренцию. Ты сильный, Лю Вэй, и ты должен осознавать это.       – Но я неизмеримо далеко от учителя!       – Такова разница, – строго констатировал Нан Линь. – Именно поэтому третье прозрение – самое сложное. После него есть и другие. Кто-то принимает их, кто-то нет, но эта грань – та черта, через которую обязаны пройти все великие мастера. Чтобы пересечь её, уходят годы. Тебе нужно быть терпеливым.       – Но мне нужно достичь третье прозрение менее, чем за полгода – до испытания императора, – мотнул головой Лю Вэй, не согласный ждать годами. – Иначе я могу потерять положение моей семьи. Я должен понять, что должен сделать, сейчас.       Нан Линь понимал его рвение и даже восхищался решимостью ученика.       – Это короткий срок для подобного рывка. Некоторые стремятся обрести это знание всю жизнь. Не будь так строг к себе. К тому же, чем отчаяннее желаешь результата, тем острее срезается твой взор, порождая слепые зоны. Паника, страхи, страсть, нетерпение – все это мешает, когда идёшь по пути совершенствования. Ты должен быть абсолютно спокоен , чтобы отыскать ответ в себе.       Лю Вэй задумался о его словах.       – Что, даже не станешь спрашивать, что такое третье прозрение на самом деле? – удивился Нан Линь.       – Это ни к чему, – мотнул головой Лю Вэй. – Вы уже сказали главное – это значит сломать самого себя. Думаю, для этого нужно перестроить разум и тело под новое знание, что будет обретено в осознании своего главного недостатка или в борьбе со своей слабостью. В моем случае – это ядро. Я должен выйти за пределы своих возможностей, вот что значит третье прозрение, а как его достичь Вы уже сказали – ответ где-то внутри меня.       Нан Линь гордо улыбнулся.       – Не зря я с тобой книжки читаю. Ты исключительно мудрый ученик.       Лю Вэй смущённо улыбнулся.       – Да ладно Вам. Ничего такого. Но... Выходит, Тэй Шу нашел своего наставника именно после того, как стал главой клана?       – Выходит, что так. Полагаю, он мог приказать кому-то из своих воинов обучать его.       – Или Его Величество Ланг Бао выделил человека, чтобы отблагодарить господина Тэя Шу за спасение жизни.       Ланг Бао обдумал это.       – Мог, конечно... Но Ланг Бао в то время был очень плох. После смерти отца у него была паранойя. С ним было тяжело разговаривать, а чтобы просто отдавать приказы... Об этом не было речи. В то сложное время кланы правили самостоятельно. Только если кто-то из героев клана Бао вдруг сам решил провести для Тэя Шу пару уроков, но я едва ли могу себе это представить. Может, он попросил кого-то. Учитель, учитель, учитель... Мои шпионы ни разу не видели, как он тренируется. Полагаю, все уроки проходили в Чёрном Дворце. Говорят, у нашего генерала целый этаж, на который никого не пускают.       – Так и есть.       – Кто знает, что там происходило. И, честно говоря, я не исключаю возможности, что он тебя просто дурит, а его главный учитель – это он сам.       Это имело смысл. Если преодолеть предел означало осознать свои слабости, то биться с самим с собой очень походило на нрав Тэя. Он представил себе, как учитель сражается сам с собой в комнате из зеркал, реагируя на движение каждого себя, чтобы отразить атаку одновременно всех. Каким это было отчаянием!..       – Возможно, Вы правы, – прошептал Лю Вэй. От этой мысли ему даже стало как-то легче. В любом случае, это было дело любопытства. Даже если бы он знал учителя генерала, вряд ли бы он пошел к нему за советом по поводу совершенствования.        «Однако этот человек – единственный в мире – знает слабости генерала.»       Лёгкий путь искушал, но Лю Вэй решил для себя, что это он выяснит сам, продолжая наблюдать за учителем. Не только ведь Тэй Шу получал знания об ученике, тренируя его день за днём.        «Я Вам покажу, учитель! Покажу, что могу догнать Вас. Бездна между нами на деле всего один шаг. Я смогу!»       В глазах зажглась решимость. Нан Линь широко улыбнулся.       – Уверен, ты будешь в порядке. Но давай всё же поговорим о теме урока.       – Конечно, мастер, – Лю Вэй поклонился, выражая почтение и принося извинения за своё поведение. – Что мы будем изучать сегодня?       – Пределы ядра.       Лю Вэй изумлённо приподнял брови.       – Пределы?..       – Поверь, тебе это пригодится, если ты действительно хочешь пройти через третье прозрение. У большинства заклинателей в этот момент происходит трансформация – ядро становится больше, появляются новые ветви магической энергии, дающие больше ощущений. Как ты понимаешь, не все могут пройти через это, потому что у каждого ядра существуют пределы, за которые оно не способно выйти. Я хочу, чтобы ты умел определять наступление предела, ведь твое ядро склонно к разрушению.       Лю Вэю было тяжело говорить на эту тему, но он нашел в себе силы отвечать откровенно.       – Мастер Бэй Сён говорил, что моё ядро не способно расти. Что оно стало крепче от моей энергии, подобной огню.       Нан Линь задумчиво слушал об этом, а после прижал ладонь к животу ученика. Лю Вэй боязливо вжал живот в себя – рефлекс всё ещё брал своё, пусть уверенности в себе у ученика стало поболее, чем прежде – но терпеливо вытянулся в спине.       – Ты и правда горячий, словно горящий очаг. Снизу твоя энергия очень горячая, а к верху рассеивается, как языки пламени.       Лю Вэй опустил взгляд и посмотрел на свой живот.       – Оно не может вырасти, да?       – Строго говоря, варианта три, – Нан Линь поманил ученика пальцем.       Они вдвоем уместились на софе. Лю Вэю пришлось сидеть на ручке, но он не обращал внимания на неудобства. Цилинь раскрыл книгу с красной обложкой и, пролистав немереное количество текста, открыл картинки. На развороте уместилось четыре рисунка. Первый изображал здоровое ядро – шар энергии золотистого цвета. От него исходило три стрелки, которые изображали изменённое ядро. Первое было здорово и сильным. Оно превышало в размере и имело дополнительные магические вены, уходящие в бесконечность. Второе ядро было треснуто и сломано. При взгляде на него Лю Вэй невольно схватился за живот. Картина находила отклик в его душе. Неприятный отклик. Его ядро было разрушено наполовину, но это... Оно представляло из себя треснутую со всех сторон тонкую скорлупу, пустую внутри. Третье прозрение может сломать даже здоровое ядро, что уж говорить о больном?       Если с первыми двумя вариантами всё было понятно, то третье вызывало вопрос. Оно было здоровым, но объято каким-то зелёным сиянием. Оно казалось сильным, здоровым, могучим, но в то же время таило неизвестность.       Нан Линь проследил за взглядом ученика, но не спешил давать сразу то, что его интересует.       – Достигнув предела, ты столкнешься с новым чувством, Лю Вэй. Прежде всего оно тебя напугает – и это нормально. Я бы сравнил это с тем, когда над тобой нависает тень, и ты не знаешь, что стало ее причиной. Затем ты начнёшь чувствовать удушье и в глазах начнет плыть. Лишь после этого твое ядро начнет чувствовать изменения – оно начнет пульсировать изнутри. Как озеро, в которое закинули камень, энергия начнет течь из центра к стенкам сосуда. Это больно. Ничего больнее ты в своей жизни не испытывал, поверь. Хотя... – Нан Линь опустил взгляд на живот ученика. – Возможно, ты единственный, кто познал боль, что сравнима с этим.       Лю Вэй был ребенком, когда его ядро разрушили, и долгие годы он не помнил трагического события, но когда он вспомнил ночь, в которую с ним все случилось, он никак не мог забыть боли, что принесла с собой дождливая ночь и удар молнии. Это было страшнее, чем близость смерти. Казалось, что эта боль стирала само его существование. От мыслей об этом Лю Вэй невольно сглотнул.       – Боль наступает всегда?.. – осторожно спросил он.       – Да. Происходит трансформация твоего сосуда, это не может быть легко. Через это придется перешагнуть.       – Я готов, – решительно произнес Лю Вэй. – Любая боль. Я приму её с достоинством. Вытерплю что угодно, чтобы стать сильнее.       Лю Вэй говорил, ничуть ни кривя душой. Он был очень мужественен в своей решимости. Нан Линь уважал его смелость. Обычно ученики храбрились, недооценивая боль, но Лю Вэй знал, что такое разрушение ядра, и всё равно был настроен решительно. Он действительно хотел стать сильнее.       – Ты молодец. Правда, – Нан Линь растрогался и потрепал ученика по плечу. – Я знаю, что ты не из тех, кто испугается. Именно поэтому я хочу научить тебя отличать то, что может произойти, чтобы ты вовремя смог прервать изменения.       – Прозрение можно обратить? – изумился Лю Вэй.       Нан Линь кивнул.       – Если вовремя понять, то да. Но делать это надо с умом, чтобы не навредить себе. В тот момент... Твоё сознание может не до конца осознавать происходящее. Может, ты будешь даже видеть видения. Но ты не должен заблудиться в них и сдаться им. Прозрение – это борьба с собой. Не только с физическими пределами , но и моральными.       – Я справлюсь с любой бедой! – решительно заявил Лю Вэй.       – Это правда трудно, – осадил его Нан Линь.       – Вы ведь тоже прошли через прозрение.       – Конечно. Мне было тридцать, когда это случилось.       – Тридцать?.. – опешил Лю Вэй.       Нан Линь улыбнулся.       – А ты, небось, думаешь, что медленно развиваешься? Своим упорством ты многого достиг, Лю Вэй. Стремясь пройти через третье прозрение в шестнадцать, ты претендуешь стать одним из сильнейших воинов империи в будущем.       – Было бы здорово, – гордо произнес Серебряный Дракон. Он не позволял себе сомневаться, что может не пройти рубеж. Раз прозрение – чуть ли не единственное, что отделяет его от учителя, он должен был приложить все усилия.       – Я в тебе тоже не сомневаюсь. У тебя есть ещё полгода до следующего испытания, а с твоими темпами ты можешь выйти за грань в любой день. Так что занятие я хочу провести сейчас.       Лю Вэй послушно кивнул.       – Значит, после удушья боль в ядре, а потом галлюцинации…       – Именно. В этот момент случится нечто, что заставит тебя сделать выбор. От этого выбора зависит целостность твоей души. Некоторые не возвращаются после того, что пережили. Их ломает слишком сильно.       – А после?       – После начинается преобразование тела. На него не влияет ни твой выбор, ни твой дух, ни твоя решимость. Только то, способно ли твое тело перейти на шаг выше.       – То есть я не смогу с этим бороться и вынужден буду просто принять результат?       – Да. Но ты можешь прервать процесс, пока твое ядро не будет уничтожено. Только вот повторно достичь состояния прозрения будет уже довольно сложно, да и тело едва ли сможет выдержать преобразования. Ты понимаешь.       Новости были не утешительные, но Лю Вэй не позволял себе поддаться унынию.       – Моё тело выдержит!       – И всё же, послушай. Есть разница между этими тремя состояниями. Первый вариант – у тебя все очень плохо. Главным симптомом этого является кровотечение из пупка, носа и рта. Также боль заставит тебя свернуться в комок, а когда ядро начнет трескаться, ты будешь слышать звук бьющегося стекла.       Лю Вэй накрыл ядро двумя ладонями и жалостливо посмотрел на учителя.       – Мастер... – ему было тяжело слушать о таких подробностях.       – Да, прости. Но я должен был сказать, чтобы ты понимал, где начинается отклонение от нормы. Из рта и носа может и не пойти, но пупок начнет кровоточить сразу, и крови будет столько, будто тебя пырнули ножом. Не ошибёшься.       Лю Вэю все ещё было тяжело этого слышать. Ядро разболелось от одних только мыслей о возможном разрушении.       – Второй случай – это успех. Тогда ты будешь чувствовать, что что-то внутри тебя разрастается. Это будет очень неприятно, словно шевеление неведомой прежде жизни. Что-то подобное испытывают женщины, когда носят ребенка, и он толкается внутри них. Ядро будет менять твоё тело, прокладывать новые пути высвобождения энергии. Может пойти кровь из рта, а также образоваться кровоподтёки на коже. Болезненно, но в конце ты почувствуешь в себе силу.       – А третий вариант?       – Самый лучший для тебя. Известны случаи в истории... Единичные, но всё же известные, что преобразование ядра лечило все болезни, что есть у человека, включая врождённые.       Лю Вэй изумлённо распахнул глаза.       – Хотите сказать, третье прозрение может исцелить моё ядро?       – Не буду утомлять тебя подробностями, но в этом случае организм как бы проверяет своё тело и выстраивает его заново, восполняя утраченное и усиливая имеющееся, так что это возможно. В таком случае будет сначала нестерпимо больно, но ты почувствуешь, как что-то внутри тебя прорастает. Это может оказаться самый болезненный вариант, но самый благоприятный для тебя. Если твое тело с третьим прозрением решит исцелить себя, это будет огромным шагом в твоем совершенствовании. Ты сможешь использовать магию, Лю Вэй! Это огромный шанс для тебя.       – И я воспользуюсь им! – вдохновенно воскликнул Лю Вэй. Он почувствовал, что это единственный способ догнать Тэя Шу и уверовал, что его случай обязательно будет третьим, ведь его сломанное ядро и без того уже натерпелось. Оно обязательно вылечит себя!       Нан Линь посмотрел на ученика с потаенной грустью.       – Ты ведь понимаешь, что шансы этого очень малы? Скорее всего твоё ядро разрушится, и ты можешь никогда не вернуться к своей нынешней форме. Именно поэтому я решил предупредить тебя. Может... – Нан Линь сглотнул и, вспомнив предостережение, волнительно спросил: – Может тебе не стоит гнаться за силой, Лю Вэй?       Серебряный Дракон был крайне серьёзен.       – С самого начала у меня не было шанса выиграть гонку в силе. В конце концов, я проиграю всем, достигнув человеческого предела. У меня нет надежды достичь вершин и стать сильным заклинателем, подобно Вам или господину Тэю Шу. Даже если я лишусь ядра, у меня всё ещё останется верная гуань дао. Она никогда меня не оставит. Но если есть шанс... Хоть крошечный шаг возвыситься над собственным пределом, я должен им воспользоваться.       Нан Линь заглянул в янтарные глаза и всё понял по решительному взору ученика.       – Зря я спросил. Иного ответа быть попросту не могло.