Инь и Ян: Слёзы на белых ресницах

      На этот раз Лю Вэй пришел к генералу вовремя. Нан Линь ушёл после непродолжительного занятия, поручив ученику читать книги самостоятельно, и, изучив ещё несколько глав из рукописи Вэев, Серебряный Дракон пришел на тренировочную площадку с мыслями о том, что не стоит огорчать учителя очередным опозданием, хотя так хотелось почитать ещё!        Лю Вэй оказался на тренировке первым, но не дал себе заскучать и быстро нашел занятие. Он хорошенько размялся, пробежал лёгкий кросс, а затем, внимательно следя за тем, чтобы учитель не появился на горизонте, наконец опробовал семейные приемы и восхитился тем, насколько они прекрасны. Новые комбинации атак вызывали у любителя гуань дао щенячий восторг. Они были смертоносными, стремительными, мощными – воплощением всех идеальных представлений юноши о битве фамильным оружием. Лю Вэй мечтательно парил в воздухе, совершал пируэты, рассекал пространство быстрыми взмахами и выпадами и радовался, как ребенок. Всё же, он любил тренироваться и находил боевые приемы такими же прекрасными, как и танцы.        «С этими приемами я точно смогу победить господина Тэя Шу!»       Воодушевившись, Лю Вэй радостно подпрыгнул на месте в ликовании, а затем блаженно потянулся, перекинув гуань дао через шею. Именно в этот момент Тэй Шу, хрустя снегом, приблизился к тренировочной площадке. Увидев непосредственную радость ученика, Тэй Шу не понял его и вместо приветствия сказал:       – Прекращай витать в облаках во время тренировки. К бою нужно относиться серьезно. Держа оружие в руке, ты можешь умереть в любой момент.       Лю Вэй почтительно поклонился учителю и гордо ответил:       – Я серьёзно отношусь к занятиям, мастер. Это радость освоения нового приема.       – Мне казалось, ты не из тех, кто просто использует чужие приемы, – хмыкнул Тэй Шу, не понимая его радости. – Ты всегда меняешь их под себя.       – Да, но выучить что-то новое всегда приятно.       Лю Вэй добродушно улыбался. Это явно заставило генерала немного расслабиться и вести себя более открыто.       Оглядев учителя, Серебряный Дракон отметил, что ему стало лучше. Холод, конечно же, остался, но он умудрялся говорить по несколько предложений подряд, а лицо его разгладилось в спокойствии.        «Не только у меня хорошие день, да?»       – Учитель, я рад Вас видеть!       – К концу тренировки вряд ли ты будешь испытывать такие чувства.       Лю Вэй неловко почесал затылок. Когда Тэй Шу так говорил, к концу тренировки он оказывался неспособным подняться от боли, усталости или давления учителя, что поставил на его спину ногу.       – Я выстою! – гордо воскликнул Лю Вэй. Если он хотел преодолеть свои пределы, то должен был выдерживать любую нагрузку, чтобы учитель для него не придумал.       Тэй Шу прищурился, всматриваясь в его решительные глаза.       – Слова, – хмыкнул он и, вытащив цзянь, указал клинком подле себя.       Лю Вэй слегка удивился, но подошёл к учителю с честным, доверчивым взглядом. Тэй Шу продолжал на него смотреть, накаляя атмосферу между ними. Лю Вэй не понимал, что происходит, но учитель испытывал его, и он храбро отвечал на вызов.       – Ты знаешь, где лежит твой предел? – строго спросил учитель.        «И снова эта тема…»       Лю Вэй прижал ладонь к животу.       – У меня нет предела. Люди совершенствуются вечность. Есть лишь... Временные ограничения.       – Я хочу, чтобы ты страдал.       Это заявление прозвучало холодно и спокойно. Лю Вэй вопросительно посмотрел на учителя.       – Страдал?.. Я Вас чем-то обидел?.. Это из-за того, что утром...       Тэй Шу нахмурился.       – Даже не вспоминай об этом позорище. Когда ты поступаешь так безрассудно, ты подставляешь не только себя, но и своих учителей, семью и друзей. Прежде ты не казался мне эгоистом.       – Я сделал это не из-за эгоизма, а из-за желания помочь друзьям! Госпожа Шангсин несчастна...       – Поэтому ты решил, что будет лучше, если о ней начнут болтать непристойную мерзость? Решил, что для нее будет лучше спутаться со слугой, так ещё и с данийцем? Репутация и статус принцессы пошатнулись и грозятся рухнуть. Сестры издеваются над ней за спиной. Этого ты хотел?       – Но она была счастлива. Тогда, вместе с Ли. Это гораздо важнее. Ради любви преодолеваются многие испытания, и я знаю, что поступил правильно. Люди в Хэкине всегда ворчат. Они всегда недовольны, всегда ищут повод почесать языками и оскорбить ближнего. Хэкину не хватает понимания, но когда Вы сказали про свадьбу, госпожа Шангсин Бао была счастлива. Ради этой улыбки... Ради улыбки Ли я был готов рискнуть. Неужели Вам это не знакомо, господин Тэй Шу?       – Нет, – резко ответил генерал, не взяв даже паузы, чтобы подумать.       – Но это ведь не так. Вы ведь всегда стараетесь, чтобы господин Ланг Бао был в порядке. Заботитесь о нём, дарите ему улыбку...       Тэй Шу хмыкнул, сложив руки на груди.       – Я – генерал империи и служу нашему императору. Как и ты.       Тэй Шу сказал это с таким холодом, словно мысль об отношениях с Тигрёнком была ему противна. Подумав об этом, Лю Вэй осознал:       – Выходит, император – это не тот человек, что может позаботиться о Вас?.. Вы тогда говорили... Я подумал, что это Его Величество, но если нет… Выходит, это Ваш учитель, да?       В тот момент, когда Лю Вэя озарила эта мысль, он понял, что всё сходится. Прежде Лю Вэй не мог предположить, что у хмурого, нелюдимого генерала в кругу близких людей существует кто-то ещё, но теперь ясно понимал это и смутился от мысли, что Тэй Шу полюбил своего учителя.       Генерал нахмурился, но Лю Вэй почувствовал, как ему неловко от этого вопроса. Даже не так... Этот вопрос причинил ему боль. Тэй Шу на миг утратил холод, а затем потер серёжку и сложил руки за спиной.       – Нет. Не говори, о чем не знаешь.       – Но ведь он единственный помогал Вам, когда было сложно, да? – не сдавался Лю Вэй. – Он помог Вам стать сильнее. Должно быть, это человек большой души, что смог принять Вас, когда другие отталкивали. Так сильно помог Вам, когда Вы нуждались хоть в ком-то рядом… Он ведь как минимум Ваш друг, да?       – Друг... – тихо повторил Тэй Шу, словно пробуя это слово на вкус. – Нет. Мы не друзья. Мы просто пользуемся друг другом, потому что нам это выгодно. Это договор, ничего боле.       – Но тогда... Вы сказали... – озадаченно произнес Лю Вэй.       – Тогда всё было иначе. Или мне казалось, что было.       Глаза Тэя Шу погрустнели, заблестев болью. Лю Вэй вывел его на очень интимную тему.        «Так вот в чём дело. Они поссорились! Вот почему у господина Тэй Шу такое плохое настроение последние дни. Он переживает и не может справиться с этим чувством… Всё навалилось в одно мгновение. Ему больно настолько, что он даже рассказал мне об этом, хотя обычно предпочитает молчать...»       Тэй Шу выглядел задумчивым и немного потерянным. Он впервые сказал кому-то о своих переживаниях, но его лицо быстро заволокло дымкой холода.       – Но к тренировке это не имеет никакого отношения.       Лю Вэй почувствовал, что он должен что-то сделать, чтобы ободрить учителя. Просто не мог допустить, чтобы тот страдал.       – Может быть, Вы неверно друг друга поняли? Хотите поговорить об этом? Может, нам вместе удастся лучше понять его слова и действия? А с хорошим разговором уходит боль. Правда-правда. Вы переполнены ей, но я бы хотел освободить Вас...       – Тренировка, – строго напомнил Тэй Шу, теряя терпение.       – Мастер!.. Как я могу тренироваться, когда Вам плохо? Я хочу помочь...       – Ты не можешь, – грубо, но правдиво произнес Тэй Шу. Он посмотрел на ученика каким-то странным, теплым взглядом, совершенно необычным для генерала. – Слушайся меня, Лю Вэй. Слушайся и делай, что я говорю, иначе ты только сделаешь хуже. Если хочешь помочь – не лезь туда, куда не следует. Это единственное, что ты можешь для меня сделать.        «Я доставляю ему только беспокойства, да? Лезу во всё подряд, а он переживает за меня… Наверняка из-за моего ядра. Просит остановиться, просит не лезть, но я… Я не могу его подвести и оставить в беде. Я – воин, и я буду сражаться. Буду искать правду и стану настолько сильным, что никто и никогда не коснётся меня. Совсем скоро я больше не буду доставлять господину проблем. Я буду защищать его, как он всегда защищает меня.»       Лю Вэй плотно сомкнул губы. Когда учитель говорил так отчаянно, не хотелось огорчать его своим поведением.       – Но Вам ведь больно… Я хочу Вам помочь.       – Я знаю, – мягко сказал Тэй Шу. Он позволил себе быть таким, чтобы Лю Вэй понял, что он не нуждается в помощи. Затем генерал снова стал строже. – Но ты не можешь.       Лю Вэй не верил в это. Он порывисто шагнул вперёд и крепко обнял учителя, крепко сжав его и уложив руки на лопатки.       – Всё будет хорошо, мастер. Вы обязательно справитесь с этим и найдете нужные слова. Быть может, Вы просто неправильно друг друга поняли. Попробуйте поговорить с учителем. Откройте ему свое сердце и, я уверен, он ответит Вам добром и любовью. Все будет хорошо, правда. Я чувствую это. Чувствую, что этот человек любит Вас. Ради договора… Никто бы не стал столь близким Вам. Вы бы это почувствовали, а Вы поверили, потому что в одном нём Вы узрели искренность. Как во мне.       Тэй Шу оторопел от наглости ученика. Такой нахальный, смелый, горячий... В его руках даже в крепкий мороз было совсем не холодно, а внутри теплело.       Тэй Шу застыл. Лю Вэй чувствовал его желание прильнуть и погреться, но учитель был слишком гордым, чтобы позволять себе подобное, потому Лю Вэй сам сжал его покрепче. Грел теплом своего большого, горячего сердца.       – Вы справитесь, учитель. Обязательно.       Тэй Шу прикрыл глаза, а уже через мгновение начал ерзать. Ученик понял, что пересек черту терпения и стоит отступить, только вот Тэй Шу его не пустил. Учитель обхватил ученика в ответ, и в этот самый миг Лю Вэй почувствовал тревогу. Это были совсем не дружеские объятья. Учитель удерживал его с не дюжей силой, крепко впившись пальцами в тело. Не благодарность. Не тепло. Не злоба. Лю Вэй не мог осознать чувства учителя и озадаченно заглянул в его глаза, но увидел в них только привычный холод.       – Учитель...       Лю Вэй позвал его, пытаясь понять, но услышал лишь тихое шипение, после которого учитель с огромной силой повернул ученика спиной и прижал к себе.       Чувство тревоги нарастало.       Лю Вэй заерзал, пытаясь выбраться, а Тэй Шу начал с ним бороться.       – Учитель? Что Вы делаете? Господин Тэй Шу?.. Ммххх...       Лю Вэй сопротивлялся рукам учителя, но Тэй Шу был гораздо сильнее. Он удерживал мужчину одной рукой, применяя ци, а второй развязал пояс и сбросил его в снег.       В нос Лю Вэю ударил запах мяты. По телу пробежала дрожь. Серебряный Дракон почувствовал, как властная рука учителя норовит забраться ему под одежду, и это оскорбило ученика. Он не считал, что Тэй Шу из тех людей, что будут домогаться до учеников, но движения его были крайне непристойны. Генерал удерживал его, сжимая ладонь на груди. Непослушные руки ученика он связал магией за спиной, лишая возможности сопротивляться. Горячее дыхание касалось шеи, вызывая горячую, неприятную дрожь, а вторая рука учителя разворотила верхнее и нижнее одеяние и прикоснулась к обнаженной коже.       Лю Вэя раздражало собственное бессилие. Он рычал и боролся, но не мог высвободиться из хватки учителя. Тэй Шу обвил его, словно змей, удушающий свою жертву.       Дыхание спёрло.       Серебряный Дракон не мог толком сделать вдох – так крепко держал его учитель.       – Мастер, прекратите... Что Вы...       Властная рука генерала коснулась его живота. Слабого места. Лю Вэй затаился, но снова был скован магией – теперь учитель держал ещё и его ноги, превратив в беспомощного страдальца. Холодная рука касалась его таза, ощупывала кожу. Лю Вэй чувствовал, как его переполняет отвращение от этих прикосновений. Ногти генерала оставляли царапины, впиваясь в кожу. Больше всего Лю Вэй не хотел, чтобы Су Юн увидел их позже.       – Прекратите сейчас же! Я против, учитель!       Лю Вэй раскачивался и пытался вырваться, плечами отталкивая руки учителя.       Безуспешно.        «Надеюсь, Су Юн не чувствует себя так же гадко, когда я касаюсь его... Я всегда только с любовью...»       Когда Тэй Шу гладил его живот, Лю Вэй чувствовал себя осквернённым. Он никому не позволял так над собой издеваться и разозлился.       – Учитель, прекратите немедленно!       Возмущение, злоба, стеснение, стыд перемешались в голове Лю Вэя. Он не позволял никому гладить себя в интимных зонах, храня верность Су Юну. Учитель не лез ему в бельё, но кто знает, что он собирался делать дальше. Лю Вэю было больно от каждого его прикосновения, обжигающего холодом.       – Ты ведь говоришь, что доверяешь мне, – хмыкнул Тэй Шу после затяжного молчания. Его ладонь легла точно поверх ядра, нащупав его неровные, поломанные грани.       Лю Вэй сглотнул.       – Да, но... Я не позволю играться с собой... Я не... Не тот, кто будет...       От удушья у Лю Вэя кружилась голова. Он с трудом произносил слова, но даже если бы мог говорить свободно, едва ли смог бы озвучить свои мысли. Не хотелось обвинять учителя в домогательстве, но Тэю Шу словно крышу сорвало! И ведь Серебряный Дракон сам это начал... Коснулся, когда Тэй Шу всегда просил его не трогать. Обнял, чтобы утешить. Разбудил что-то в генерале...       Тэй Шу вжал ладонь в его живот. Лю Вэй испытал животный страх и ужас, но после слов о доверии заставил себя подавить это чувство. Мастер никогда не причинял ему зла. Лю Вэй верил, что происходит что-то большее, иначе он бы просто разочаровался в учителе.        «Он не такой. Тэй Шу не стал бы портить свою репутацию, приставая к ученикам, да и близость ему не свойственна. Он... Изучает мое тело.»       Отринув страхи и доверившись учителю, Лю Вэю стало стыдно за свои мысли. Учитель просто не мог к нему приставать.       Тэй Шу почувствовал, что ученик перестал сопротивляться, и ослабил хватку. Лю Вэй наконец смог вдохнуть полной грудью.       – Мастер, простите... Мммххх...       Лю Вэй хотел извиниться за недоверие, но его тут же заставило сжаться неведомое чувство. Тэй Шу проник в него магией и холодной чужеродной энергией объял его ядро. Лю Вэй застыл, боясь пошевелиться и помешать. Боясь даже дышать. Происходящее делало его таким уязвимым, что Лю Вэй утратил все чувства и прислушивался к биению энергии в теле, стуку сердца и собственному сбивчивому дыханию.       Тэй Шу надавил пальцами сильнее. Лю Вэй сглотнул, прижавшись к нему спиной. Рефлекторно пытался сбежать, но генерал держал крепко. Он явно был хорошо знаком с тем, как обращаться с непокорными учениками, но характер не позволял ему ни объяснить, что он делает, ни утешить напуганного Дракона. Это всё было таинством, в котором Лю Вэй искал ответы сам.       Наконец Тэй Шу убрал руку и брезгливо отошёл от ученика. Лю Вэй хотел схватиться за ядро, но руки всё ещё оставались связанными за спиной, из-за чего Серебряный Дракон чувствовал себя отвратительно и гадко.       – Учитель, что Вы со мной сделали?..       – А ты как думаешь? – холодно спросил Тэй Шу.       – Вы... Сжали моё ядро...       Лю Вэй чувствовал, как оно бьётся, словно раненная птица в клетке. От этого давления было страшно и больно. Ядро стремилось к тому, чтобы вернуть себе привычную форму, а Лю Вэй боялся, что оно треснет под напором магии, от которой внутри было холодно. Чужая энергия тушила его пламя.       Тэй Шу не ответил, что в сущности означало, что ученик угадал. Генерал взмахнул рукой и освободил руки ученика, но не ноги. Затем кивнул на гуань дао.       – Тренировка началась.       Лю Вэй едва отдышался и с трудом стоял на ногах.       – Тренировка?..       Тэй Шу посмотрел на него, как на идиота. Как мог ученик забыть, зачем они здесь собрались? Лю Вэю стало совестно от этого взгляда. Чувства смешались в густую кашу с комочками из возражений.       – Чтобы выйти за предел, ты должен уметь преодолевать его. Бери оружие.       Лю Вэй достал из-за спины гуань дао. Второй рукой он погладил себя по животу, а затем оскалился.       – Я освобожусь от этого чувства!       – Попробуй, – надменно произнес Тэй Шу. Он оставался собой – холодным, строгим и неясным. Разговоры о чувствах остались позади, но Лю Вэй очень хотел верить, что кольцо льда на его ядре – не месть учителя, а действительно урок. Раз так, он обязан его пройти.       Лю Вэй попытался сделать шаг и чуть было не завалился в снег. Лишь вовремя подставив гуань дао, он смог уберечь себя.       – А ноги?.. – осторожно напомнил Лю Вэй, наивно веря, что учитель просто забыл развеять магию.       – Выйди за предел, – приказал Тэй Шу и в тот же миг достал оба клинка. Хэйсэ сегодня не пришла, поэтому у генерала были развязаны руки.       Лю Вэй понял, что ему придется сражаться так и неожиданного для самого себя широко улыбнулся.       – Я покажу Вам, мастер!       – Пффф, слова.       Тэй Шу остался холоден и напал первым. Не используя ци, он сделал рывок и перекрёстным ударом совершил первый манёвр. Лю Вэй решил начать с уклонения, потому что понятия не имел, как сражаться со связанными ногами.        «Мастер постоянно бросает мне вызовы. Первого прозрения я достиг, потому что был готов к нему. Второго – лишившись зрения, слуха и обоняния. Теперь у меня нет ног. Не удивлюсь, если в следующий раз Тэй Шу свяжет мне руки. И всё равно я одолею его! Одолею самого себя. Я должен!»       Лю Вэй сразу понял, что простые прыжки не будут эффективны – сильно далеко он не упрыгает, тогда как не может расставить голени и на пару сантиметров друг от друга. Ему и стоять-то было так неудобно, не то чтобы прыгать. Добиться устойчивости в пылу битвы будет сложно, а снег мог как сыграть на руку, так и помешать. А маневренность – по обыкновению его козырь – стала слабостью.        «Мне нужно найти способ эффективной защиты и уклонения. А также способ атаковать в ответ. Сейчас господин Тэй Шу в более выгодном положении, но и я не слепой волчонок!»       Лю Вэй перевел в ноги ци. Он почувствовал, как ядро заскрипело. Использовать энергию в таком положении было страшно, но Лю Вэй вспомнил слова учителя о том, что выход за предел – это прежде всего испытание ядра, и боль настигнет его в любом случае. Лю Вэй понимал, что это лишь первая из тренировок, но если он будет бояться, то ничего не достигнет и не обретёт.        «Только вперёд!»       Энергия огнем разошлась по нижней половине тела. Лю Вэй облокотился о гуань дао и оттолкнулся ногами, чтобы сделать круговое вращение вокруг тела и обойти учителя со спины. Тэй Шу стремительно обернулся, легко читая движения ученика, и клинки их столкнулись. Лю Вэй вложил ци в ноги, чтобы устоять, но Тэй Шу с лёгкостью завалил его, даже не применяя магической силы.       – Слова, – холодно процедил Тэй Шу, распалив пламя на душе ученика.       – Нет!       Лю Вэй поднялся с помощью Серебряного Пламени и встал в боевую стойку. Тэй Шу снова напал и результат остался прежним – всего за три секунды Лю Вэй снова оказался в снегу. Это по-спортивному разозлило юношу.       Тренировка перешла в стадию плотной борьбы самим с собой. Лю Вэй приноровился двигаться со связанными ногами, хотя ограничил свои передвижения и упорно сосредоточился на защите в одной позе, вставая на носочки, когда Тэй Шу обрушивал на него удары. В какой-то момент у него наконец начало получаться, и Тэй Шу перешёл к новому испытанию для ученика – начал смешивать энергетические атаки с обычными, заставляя ученика двигаться, а не стоять. Тут Дракону стало уже гораздо сложнее, ведь двигаться ему было трудно. Лю Вэй прыгал высоко вверх, чтобы уйти от атак, но новые атаки учителя тут же настигали его. Он развеивал их гуань дао, но когда опускался, снова оказывался в энергичном залпе.        «Оковы сковывают мои ноги. Я должен выйти за предел. Выйти за предел...»       Лю Вэй вошёл в боевой транс. В какой-то момент он перестал думать о битве и позволил себе просто сражаться в ней, доверившись инстинктам и памяти. Обострив восприятие, замедлив время осознания происходящего, Лю Вэй совмещал призрачное и обычное зрение. Ядро его пульсировало в плену, с болью пытаясь вырваться, но Лю Вэй отставил страх того, что может с ним случиться.        «Почему я бегу? Почему уклоняюсь? Ты привык, что ты слабее всех и тебе нужно быть осторожным, но ты не слаб. Ты – совершенствующийся. Ты – смелый воин клана Вэй, а они никогда не бегут.»       Эта мысль билась знанием в глубине души.        «Я полагаюсь на маневренность, но я хорош не только ей. Я всегда шёл только вперёд!»       Лю Вэй опустился на землю и надёжно встал на ноги. Выставил вперёд гуань дао, и взгляд его изменился. Стал увереннее, а страх окончательно сгорел в душе.        «Что такое предел?»       Лю Вэй встал в атакующую стойку. На него полетели магические залпы в виде искрящихся дуг.        «Это страх.»       Лю Вэй разрубил все магические атаки, двигая руками так быстро, что уследить за его движениями было невозможно. Такой скорости могли достичь далеко не все заклинатели, но Лю Вэй развил свое тело так, что мало кто мог сравниться с ним в скорости.        «Но я не боюсь. Я никогда не боялся. У меня нет пределов. Любой вызов я приму с честью!»       На ученика яростно налетел учитель. Мастер использовал сразу два клинка и соединил атаки в технику "неистовый шквал", в секунду нанося десятки режущих атак. Он бил всерьез, так сильно и яростно, как давно не смел атаковать ученика. Но, взглянув в его пламенные глаза, увидел, что тот уловил суть сегодняшнего урока. Лю Вэй отразил все атаки, но ему было этого мало. Когда он отбил последний залп, Серебряный Дракон перехватил гуань дао и нанес колющий удар. Тэй Шу без труда отбил его, но то, что произошло после, поразило обоих – Лю Вэй продолжил стремительный натиск в комбинациях, которые Тэй Шу не мог прочитать. Это был натиск мастерских техник, что Лю Вэй оттачивал долгие годы, смешанных с новыми приемами, что он узнал от учителей. Внешне в его боевом стиле ничего не изменилось. Лю Вэй все так же храбро и стремительно бился, но то, какие мысли он вкладывал в удары, как относился к бою, как утратил всякий страх, как забыл о том, что его ядро – самое слабое место – в плену у генерала, и о том, что ногам вообще что-то мешает. Он стал един со своей гуань дао, стал драконом, что бьётся отважно, не зная преград, и удары его стали жёсткими, тяжёлыми... Мастерскими.       Тэй Шу стал серьёзен, как если бы бой был настоящим, но даже тогда ему оказалось сложно биться с учеником – Лю Вэй рассекал и магические удары, отражал физические, а вскоре поймал такой боевой настрой, что парировал все удары и даже дважды поцарапал плечи учителя.       Кровь, брызгавшая на снег, его не остановила. Лю Вэй даже не заметил, как сделал такой огромный успех, а увлеченно продолжил натиск. Его ци распалялась до нестерпимой боли. Прежде наблюдательность и страсть в битве никак не могли соединиться, но благодаря долгим медитациям Лю Вэй обрёл целостность и смог вернуться к своему прежнему чувству – битве, сосредоточенной исключительно на безбашенной смелой атаке, а не осторожной защите. Лю Вэй почувствовал, что соскучился по любимой тактике, как осознал, что такое поведение в бою всегда было его боевым стилем. Ему нравилось сражаться, не думая об ограничениях, опасностях и тактике. Стратегия боя рождалась в его голове в мгновение и передавалась мышцам в мастерских движениях. Ему нравилось биться, не думая о бое, а просто позволяя знаниям стать единым с его телом и управлять на уровне рефлексов и мгновенных решений. Лю Вэй достиг своей лучшей формы, и тогда жар растопил оковы на ядре, сделав его ещё более яростным. Ци расколола и путы на ногах. Лю Вэй, словно волк, сорвавшийся с цепи, бросился в яростный натиск, оттесняя учителя.       Тэй Шу изумился, затем позволил себе усмехнуться и продолжил отвечать на атаки, атакуя так, чтобы вновь и вновь заставляя ученика развиваться. Каждый удар в той битве был неизгладимо важен. Лю Вэй бился на пределе своих возможностей, чётко осознавая и видя их грань, а в конце, вкусив сладость настоящего сражения, доставляющего ему удовольствие, познал горечь поражения – Тэй Шу прочитал его движения и с лёгкостью, какой всегда мог остановить ученика, выбил из его рук гуань дао и вытолкнул в снег. Ученик пролетел несколько метров, прочерчивая на снегу полосу, а когда остановился, посмотрел на свое одеяние. Оно распахнулось, демонстрируя миру выразительные кубики. Его пупок был в порядке. Кровь не пошла. Боли в ядре больше не было.        «Я в рамках своего предела, сражаюсь на полную... Но как я должен выйти за его границу?.»       Пытливые глаза продолжали думать.       Поднятая магией генерала гуань дао вонзилась в снег рядом с головой ученика и состригла часть пряди волос.       – Вставай.       Тэй Шу приказал так, словно ученик разленился и лежал в снегу просто потому, что ему нравится. Лю Вэй оскалился и поднялся, встав в боевую позу. Ему не нужно было приказывать. Лю Вэй всегда вставал, как бы тяжело ни было.       – Я не сдамся, учитель!       Тэй Шу издевательски поманил его к себе рукой, и они схлестнулись в битве вновь, под темнотой ночи и белизной осыпающего мир мелкого снега.