Инь и Ян: Слёзы на белых ресницах

      Выполнив тысячу триста сорок пять наказаний, Лю Вэй думал, что сейчас распрощается с жизнью. Он лежал в снегу и не мог отдышаться. В голове звучал заботливый голос Су Юна, нежно призывающего его поскорее подняться, пока он не заболел. Мысленно Лю Вэй умолял его немного подождать и подарить ещё хоть несколько мгновений отдыха.        «Сейчас, родной, дай немного отдышаться... Хотя бы чуть-чуть...»       Лю Вэй просто не знал, с чем сравнить это состояние. Ему казалось, что даже после битвы с дядей он чувствовал себя лучше. Он устал, обессилил и чувствовал боль в каждой клеточке тела. Нагрузка была пиковой, учитывая грузы на руках, и, хотя тело его физически было готово к чему угодно, оказалось, что на самом деле совсем не ко всему. Или Серебряный Дракон просто снова требовал от себя чего-то невозможного?.. Лю Вэй совершенствовал свои движения с каждым разом, а Тэй Шу упрямо показывал ему, что он ещё недостаточно гибкий, быстрый, ловкий, и вообще – в сравнении с учителем ещё жалкий змеёныш, которому не суждено летать в небесах.        «Меня снова сразили...»       Лю Вэй ненавидел глотать поражения. Но одно дело проиграть учителю, что опережал его на пути совершенствования более чем на шесть лет жизни, а другое – проиграть возможностям своего тела. Дракон скрипел, как несказанные петли, был бездвижен, как дворец императора на площади, и измотан, как пожилой крестьянин, пахавший в поле от рассвета до заката в знойный, безоблачный день. Он устал и чувствовал себя побежденным, ведь хотел, чтобы даже столь весомые нагрузки оказались ему по плечу без сложностей... Но всё же был горд собой, ведь смог освоить тайный приём, а также выполнить все упражнения в качестве наказаний, не показав слабости. Оптимизма в нём было гораздо больше, чем негатива.        «Сегодня я молодец, Су Юн...» – отдышавшись, Лю Вэй смог улыбнуться голосу в своей голове. Хотелось увидеть и его владельца, но Су Юн должен был уже отдыхать в такое время, а Лю Вэю предстояло ещё помедитировать, так что он решил, что поделится успехами утром, ведь теперь он собирался каждый день приходить к возлюбленному, чтобы тренироваться под его присмотром.        «Мой график тренировок стал ещё жёстче… Но как же здорово!»       Лю Вэй улыбнулся звёздам. Он вспомнил скептическое выражение лица учителя, что спрашивал его с огромной долей сомнения: «Нравится?..», а потом кривился, будто утвердительный ответ ученика считает неприкрытой лестью и легко оспариваемой ложью. Но Лю Вэй правда был счастлив. Он хорошо позанимался и чувствовал, что всё сделал правильно. Стал сильнее. Не зря прожил этот день. Бай-Бай вернулся домой и теперь всегда будет с ними. Лю Вэй узнал секретный прием клана Шу и получил не только одобрение учителя, но и кусочек его доверия, больше узнал об эмоциях, что можно вложить оружие, и тренировался за пределами своих прежних успехов. Давно его прорыв в тренировках не был настолько насыщенным, и Лю Вэй верил, что завтра он закрепит успех и превзойдет нынешнего себя, что отныне каждый день, посвященный тяжёлым тренировкам, будет приближать его к самому главному ответу: чего же ему на самом деле не хватает? И когда он найдет это нечто, то обязательно восполнит и станет таким воином, которого никто не сможет победить!       ...но для начала надо подняться.       Боль говорила об ограничениях тела. Она заставляла задуматься о том, сколько ещё усилий он должен приложить, чтобы такая нагрузка была для него привычной и лёгкой, как для учителя, и решил, что все время до испытания будет сосредоточен исключительно на тренировках. Каждая его минута пойдет в пользу, и лишь редкие мгновения он позволит себе проводить с Су Юном и Бай-Баем, потому что не мыслил себе жизни без улыбки возлюбленного и его доброты. Мог бы жить без него, но выбирал быть с ним, и это было самое главное в их чувствах – желание, искренность и крепкая, нерушимая связь.       В конце концов Лю Вэй всё же собрал себя и, хрустя костяшками, приволок своё тело к замку. Бэй Сён наказал ему медитировать высоко, потому он, вложив ци в ноги, забрался на высшую точку дворца и, сев в позу лотоса, возвысился над миром. Ночь была спокойной и тихой. Снег прекратился. Мир отдыхал от бесконечно прибывающей белизны. Тучи развеялись, позволяя людским глазам увидеть красоту вселенной. Звёзды сияли холодным мерцанием. На высоте было гораздо холоднее, а воздух казался другим: он нёс собой спокойствие, такое непривычное для Хэкина, но естественное, вечное, словно, пройдя через все испытания, Лю Вэй соприкоснулся с истинной сутью вещей.        «Тебе не хватает терпения!» – услышал Лю Вэй в голове голос мастера Бэй Сёна, а затем огляделся на спокойный, чарующий своей красотой мир, с высоты казавшийся невинным, белым и спокойным.        «Может, и правда... Нужно просто успокоиться?»       Лю Вэй позволил себе расслабиться. Он очистил разум от суеты и погрузился в первозданное спокойствие, позволяя телу восстанавливать себя, а разуму – отдыхать. В потоке мыслей он познавал вселенную, но в то же время не думал ни о чем – был лишь поток, в котором Лю Вэй плыл, распластавшись морской звездой. Однажды он уже познал подобное чувство, но тогда Су Юна настигло ненастье. Сейчас же город спал, и Лю Вэй отдыхал вместе с ним, чувствуя, что всё сделал правильно.        «Каждый следующий день я буду стараться ещё больше. И тогда... Всё получится!»       Ядро ответило ему спокойствием, безмолвно соглашаясь с решительным настроем хозяина.       Лю Вэй так и не лег спать. Сегодня, подобно Су Юну, он провел ночь в медитациях, и чувствовал себя гораздо лучше, чем если бы отдохнул в постели. Он был бодр, свеж и готов к новым подвигам, желая поразить своих учителей. Затем, подумав о вечерней тренировке, Лю Вэй осознал, что сегодня ее не будет.        «Точно! Император же звал нас на празднество!»       Серебряный Дракон испытал лёгкое волнение, почувствовав, что вечером может случиться что угодно. С одной стороны, вопрос свадьбы Ли Ланьшэня казался уже решенным. Тэй Шу разработал план «белого листа», Ланг Бао с ним согласился и просто хотел повеселиться, развлекаясь на смотринах. Он наверняка напридумывал для Ли глупых, провокационных вопросов или даже планировал предложить сыграть с ним в какую-нибудь игру. Может, Ланг Бао решит устроить танцы... Это было вполне в его духе! И почему за всё это невероятно было стыдно Лю Вэю, словно он заразился от учителя лёгкой отстранённостью от несерьёзности и легкомыслия? А ведь сам порой устраивал и что похуже! Умел ведь хулиганисто развлечься.~        «Это будет как семейный праздник, – с улыбкой подумал Лю Вэй. – Кто-то сильно выпьет, кто-то начнет возмущаться, кто-то – ворчать, жалуясь, что раньше было лучше, и вспоминать былые времена, а от кого-то будет веять романтичной влюбленностью...»       Лю Вэй представил, что на смотрины он придет не один, а со своим возлюбленным. Лю Вэй ни разу не выходил в свет с Су Юном. Прежде они приходили к императору исключительно по делу, а теперь должны были прийти вместе, как члены семьи. Отчего-то в голове Лю Вэя возник образ молодоженов, и он раскраснелся.        «Рано вам ещё! И думать забудь!»       А ведь Су Юн в прекрасном праздничном наряде со своей кукольной внешностью выглядел бы неописуемо прелестно! Настоящий жених...        «Так! – строго отчитал себя Лю Вэй, пристыдив за смелые мысли. – Чтобы фантазировать о таком, сначала признайся ему! А то ишь, размечтался! Мы ведь даже не пара, пока не перешли от друзей к возлюбленным... То есть, мы уже очень близки и вчера... Этот взгляд Су Юна, когда я касался его груди, эти чувства... Это было по-настоящему, как у влюблённых, но... Я должен устроить нам красивое свидание, чтобы должным образом признаться. Это ведь самый важный момент! И у Су Юна он должен остаться светлым пятном памяти. Я не должен ничего испортить! И Бай-Бай тоже не должен!»       Думая об этом, Серебряный Дракон отправился на утреннюю тренировку с возлюбленным. Оказавшись перед дверями в комнату Су Юна, Лю Вэй застыл, пытаясь унять поток мыслей. Отчего-то его невероятно смущался, представляя Су Юна своей второй половинкой, сидящей подле него на празднике. Он вспоминал, как отец всегда сидел за столом исключительно с матерью. Многие главы кланов предпочитали решать дела клана без жён, прятать их от глаз приезжающих гостей или отводить от них внимание, но Тай Вэй всегда верно держал возлюбленную за руку и всегда был с ней. Если госпоже Сян Вэй становилось плохо, он распускал приём и покидал застолье, ведь для него не было ничего важнее блага своей семьи. Воспоминания об этом породили фантазии: Лю Вэй начал думать о том, как они сядут за столом во время смотрин... Будут ли они держаться за руки? В какой роли представляет их император, как родственников Ли Ланьшэня? Дальняя родня? Братья? Родители?.. Боевой настрой сразу куда-то упал, уступив место романтическим чувствам, а следом на разум Лю Вэя навалился призрачный голос, что громогласно вторил словам Бэй Сёна: «Ты слишком много думаешь о посторонних глупостях!».        «Это не глупости!» – возразил он сам себе и в этот момент осмелился постучаться в комнату Су Юна, но юноши внутри уже не было.        «Странно... Так рано он обычно ещё у себя. Куда же он направился? Заботливо готовит завтрак? А может, у него утренние омовения?..»       Кончики губ Лю Вэя по поднялись вверх, но он тут же смахнул с себя фантазии, запретив себе об этом думать.        «Может, у него срочные подопечные? Или...»       Лю Вэй прислушался и услышал издалека голос любимого. Он раздавался тихо, еле слышно, но разве может любящее сердце не найти дороги к своей заветной Искорке?        «Он на улице... Прибирается?»       Но Лю Вэй снова не угадал. Он обогнул дом и увидел Су Юна с корзинкой, подвешенной через плечо. В ней лежали сухие ветки, бархатный мешочек и кожаный мячик, а перед Су Юном в напряжённой позе сидел Бай-Бай в обновке – императорском ошейнике с деревянным медальоном в виде сердца.       – Господин Су Юн!       – Господин Лю Вэй!       Юноши улыбнулись друг другу. Только Бай-Бай не выразил радости встречи с драконом. Вчера он был ласковым, а сегодня, ощутив себя настоящим хозяином территории, уже важно распушил хвост и оскалился, показывая гостю, что тот должен относиться к хозяину земли почтительно. Лю Вэй воспринял это как просьбу погладить, от чего поглаженный волчонок ощутил себя униженным и расстроился. Он! Великий лесной волк! И на тебе – всякие гости без конца гладят! Это явно надо обдумать!       Бай-Бай залёг в снег, а Су Юн тихонько рассмеялся, глядя на его реакцию.       – Ты чего, Бай-Бай? Стесняешься?       Волчонок тихонько проскулил и зарылся носиком в снег, словно подтвердил слова хозяина. Су Юн добродушно улыбнулся и сел на корточки, нежно погладив по голове.       – Меня тоже волнуют прикосновения господина Лю Вэя, но на самом деле они несут в себе только доброту, тепло и желание уберечь. Не бойся его.       Доброта в голосе Су Юна покорила бы любое сердце. Лю Вэй наслаждался, просто слушая, как Су Юн говорит с домашним волком. Чувствовал себя попавшимся в любовные чары и совершенно против этого не возражал. Доверился этому чувствую, позволяя наполнять сердце теплом и силами совершить ещё сотни великих подвигов.       – Бай-Бай очень гордый. Думаю, ему не нравится, когда я его глажу.       – Нет, что Вы! Он очень любит ласку.       Су Юн присел на корточки и бережно погладил волка по загривку, вызвав бурю восторга. Бай-Бай перевернулся на спину и раскидал снег, активно покачивая лапами в воздухе.       – Видите?       – Это он с Вами любит, – улыбнулся Лю Вэй. – А оставь нас наедине, мы как два самца передерёмся!       Су Юн изумлённо заморгал.       – За что же Вам драться? Мы ведь семья.       Лю Вэя согрели и смутили его честные, правдивые слова.       – Бай-Бай явно не очень доволен, когда я касаюсь Вас.       Лекарь вспомнил, как Бэй Сён громко заявил, что волк счёл его своей «самкой».       – Аммх... Но Вы ведь... Не считаете меня своей...       Су Юн не смог это выговорить, потому что это было слишком постыдно. Щёки его горели от стыда и неловкости. Лю Вэй тоже покраснел, ведь... Он только что представлял их как пару на семейном празднике. Только вот была разница, и Лю Вэй ярко ее чувствовал.       – Я совершенно точно не отношусь к Вам так, господин Су Юн, – серьёзно произнес Лю Вэй. – Вы – мой вечный спутник жизни.       Су Юну полегчало. Он выдохнул и потрепал волчонка по боку.       – Значит, Вам совсем нечего делить, правда ведь?       – К тому же, мы ему практически родители. Можно назвать это подростковым бунтом!       Су Юн тихонько рассмеялся.       – Что Вы такое говорите?       – А разве нет? Бай-Бай у нас сложный подросток, но ничего, мы научим его мыть лапы перед тем, как забираться на кровать!       Су Юну было очень смешно от слов друга. Уютно.       – Вы такой чудесный! – с нежной улыбкой произнес он, трогательно прижав ладони к груди. – Спасибо, что пришли.       – Я в этом крайне заинтересован! Не могу ведь тренироваться без Вас. Да и какое утро без искорки света?       Су Юн совсем расплылся от его добрых слов.       – И без пламени ведь в такой час холодно, – робко ответил он, перебирая пальцы.       – Погреть Вас? – тут же предложил Лю Вэй.       Су Юн мотнул головой.       – Мне тепло и когда Вы просто рядом.       – Что же Вы выбрались в такой ранний час без меня? Нужно было подождать, чтобы не мёрзнуть.~       – Бай-Бай скребся в дверь. Ему нужно было... Погулять. Поэтому мы гуляем. Прежде я держал его в доме и почти не выпускал на улицу – господин Бэй Сён ведь боится, что волчонок кого покусает. Поэтому мы договорились, что пока я его воспитываю и обучаю, он гуляет только ранним утром и поздним вечером, когда на улицах никого нет, кроме охраны.       – Разумно, – кивнул Лю Вэй.       – И вот. Сначала мы потихоньку выбирались, а теперь уже подольше. Я хочу, чтобы Бай-Бай привык к своей территории и хорошо ее изучил, поэтому мы потихоньку знакомимся со всем, что есть во дворе. Он в восторге от кустов и деревьев, но больше всего ему понравился наш снежный домик!       Лю Вэй мечтательно улыбнулся.       – В нём хорошо.~ Я бы хотел снова побыть там с Вами. Разжечь свечи, принести туда теплые пледы и спрятаться от всего мира в тишине снега... Ммм.~       Су Юн мечтательно представил себе это и взглянул на небо, медленно прощающееся со звёздами.       – Звучит очень уютно.       – Вчера я медитировал на вершине замка, – поделился Лю Вэй. – На самой высокой точке Хэкина. От тишины и спокойствия первозданного мира мне было так хорошо на душе.       – Хэкин и правда очень суетной. Но в этой суете тоже есть нечто прекрасное. Мир кажется таким живым, – Су Юн открыто улыбнулся миру, наслаждаясь красотой вселенной. – Я всегда жил в тишине, потому мне было очень непривычно оказаться в вечном водовороте происшествий, но вместе с тем это оказалось очень интересно. Я чувствую, что живу полной жизнью. Со мной такое впервые.       – Понимаю Вас.~ Значит, Бай-Бай сегодня побывал в нашей уютной норке?       Су Юн кивнул с улыбкой.       – Он отгрыз кусочек входа, – робко признался он и тут же заверил: – Но я всё залепил обратно, как было!       Лю Вэй тихонько рассмеялся. Он совсем не злился на шалость волчонка.       – Здорово, что наш замок так долго простоял.~       – Всю зиму простоит! Сердцем чую! – эта мысль обоих делала счастливыми. – А потом я подумал, что Вы вскоре придёте, поэтому решил никуда не уходить и подождать Вас на улице. На нашем месте. Но Бай-Бай сегодня очень игривый, поэтому мы чуточку заигрались. Извините...       – За что Вы извиняетесь? Я отыскал Вас без всяких проблем. К тому же, Вы не обязаны сидеть в комнате и каждый день ждать меня. Я рад, что Вы играли с Бай-Баем и получали удовольствие.       – На самом деле, не совсем играл... – робко признался Су Юн, перебирая пальцами друг друга. – Думаю, Бай-Бай именно так это и воспринимает, но я начал его обучать со вчерашнего вечера.       Лю Вэю нравилось, что вместо таких глаголов, как «дрессировать», Су Юн выбирал совершенно человеческое «учить».       – Ооо! Как здорово! И какие команды учите?       Су Юн взволнованно встал на цыпочки, ухватившись за ручку корзинки. Он запустил пальцы в мешочек и достал кубик мяса. Сжал его в руке, волнуясь, как перед исполнением песни. Он всегда очень тяжело переносил необходимость поделиться своими успехами. Если рисунки легко доверял, то с остальным ему было довольно сложно. Всегда вел себя так, словно его могут отругать или наказать, хотя сердцем очень хотел поделиться.        «Как же жесток был с ним учитель?..»       – Не беспокойтесь так. Всё хорошо, – нежно успокоил его возлюбленный.       – За Бай-Бая ещё волнительнее, чем за себя самого. Он порой проказничает, – немного расслабившись, произнес Су Юн. – Но я верю, что у него всё получится.       – Непременно! Вы так близки, что я не удивлюсь, если после Ваших тренировок Бай-Бай ещё и заговорит!       Су Юн тихонько рассмеялся.       – Вы меня переоцениваете, господин Лю Вэй! Но я бы хотел, чтобы Бай-Бай заговорил. Он бы наверняка рассказал много волчьих историй. Поделился бы легендами о волчьих богах.       Лю Вэй представил себе, что каждый раз, видя его, Бай-Бай говорил бы что-то вроде: «Су Юн мой! Кыш отсюда, драконишка! Кыш!», а затем: «Оооо дааа, Су Юнчик, почеши меня ещё! Ах, какое блаженство!», и подумал, что рад, что НЕ слышит волчьи мысли.       – А такие есть? – изумился Лю Вэй.       – Конечно. Просто они живут не на небесах, а в иных мирах. Но должны быть! Иначе же кто придумал волчьи законы и научил их охотиться и выть на луну?       – Действительно.~ Волчьи боги просто обязаны существовать. Они были бы очень пушистыми, мягкими, крупными, воинственными и мудрыми.       – И их уже так просто не почешешь за ушком, – мечтательно фантазировал Су Юн.       – Вам бы на руки дались и боги.~       Лю Вэй слегка переборщил с лестью, поскольку Су Юн замотал головой.       – Что Вы? Боги неприкосновенны, их нельзя касаться!       – Точно, – неловко улыбнулся Лю Вэй. – Всё время забываю, что небесные законы так строги.       – В них – порядок и чистота, – важно произнес Су Юн с необъяснимой тоской в глазах.       – А в прикосновениях – чувства и любовь.       Друзья волнительно переглянулись и оба смущённо отвернулись. В этот момент Бай-Бай выполз из снега, отряхнулся, как мокрый пёс, и унюхал в руках хозяина угощение. Он завился вокруг него и приготовился исполнять команды, чтобы получить свою сладость.       – Да... Верно, Бай-Бай! Ты тоже хочешь похвастаться господину Лю Вэю, какой ты умничка?       – Уф! – высунув язык, ответил волк.       – Конечно, умничка. Покажи свою любимую команду.       Су Юн достал из корзинки ветку и кинул её в снег.       – Принеси, Бай-Бай!       Волчонок сорвался с места с прытью настоящего охотника. Он прыгнул в сугроб, утонув в нём по самую морду, но храбро прорыл носом себе путь, дотянулся до ветки и, схватив ее пастью, радостно помчался обратно. Однако вместо того, чтобы положить ветку у ног хозяина, Бай-Бай решил покрасоваться и почётно прогарцевал вокруг хозяина, невозможно собой довольный. Лишь после этого он, облокотившись лапами о бёдра Су Юна, вложил ветку в руку лекарю и распахнул рот, ожидая, когда ему дадут вкусняшку.       Лю Вэй, не выдержав этого зрелища, рассмеялся.       – Какой он потешный попрошайка! А-ха-ха-ха!       Волчонок почувствовал, что над ним смеются и оскалил пасть, недобро глянув на Лю Вэя.       – Господин Лю Вэя, не смейтесь над ним, он ведь очень старается! – пристыдил его лекарь, а затем угостил волчонка вкусностью и погладил меж ушей. – Бай-Бай учит команды. Это доставляет ему удовольствие.       – Но каков он красавец, а-ха-ха! – Лю Вэй вытер блеснувшие из глаз слёзы смеха и сел на корточки, чтобы приласкать волчонка. – Прости, дружище. Не хотел тебя обидеть.       Бай-Бай отвернулся, показывая всем видом, что не собирается с ним мириться. Лю Вэй пересел с другого вида, но волк снова отвернулся. Тогда Лю Вэй поймал его мордочку и, приподняв, навис над ним сверху и ткнулся носом в волчий носик.       – Не дуйся. Я любя. Ты очень умный и сообразительный волк, но так Су Юна не очаровать!       – Ууууф?       Волк наклонил голову на бок, словно интересуясь тем, что же ему делать.       – А вот выучишь все-все команды, точно поразишь его в самое сердце. Будь послушным.~       Бай-Бай фыркнул и встрепенулся, словно он собирается жить по своим волчьим правилам, только вот уже был всё равно, что ручной.       – Молодец, Бай-Бай, – Су Юн нежно погладил его по голове и улыбнулся. Затем отвёл взгляд и покраснел. – И, между прочим, чтобы меня очаровать, вовсе не нужно быть исключительно послушным.       Лю Вэй хитро улыбнулся.       – Вам нравятся те, кто похулиганистей?       Су Юн зарделся и на мгновение потерял невозмутимость.       – Аммх... – он закрыл лицо руками, собираясь с мыслями. – Мне все одинаково нравятся, господин Лю Вэй. Все создания. И Бай-Бай, и Вы, и господин Бэй Сён.       Лю Вэй тепло улыбнулся. Иначе Су Юн ответить попросту не мог.       – Но давайте не будем об этом говорить Бай-Баю? Иначе он начнет проказничать, – подмигнул Лю Вэй.       Су Юн тихонько рассмеялся.       – Ничего. Даже если будет проказничать, все равно буду его другом. Потихоньку мы научимся понимать друг друга. Ааа… И… – лекарь слегка замялся. – Аамммхх. Хотите ещё кое-что покажу?       Лю Вэй охотно закивал.       – Вы выучили его чему-то ещё?       Су Юн скромно кивнул и достал ещё кусочек мяса.       – Не всегда получается, но мы попробуем.       Лю Вэй замер в предвкушении. Бай-Бай активно завилял хвостом, желая получить ещё кусочек лакомства. Су Юн присел на корточки и вытянул руку.       – Лапу!       После команды Бай-Бай лёг.       Лю Вэй сдерживал смех, чтобы не смущать волка и его «мамочку». Они ведь старались, да и Су Юн сильно огорчился из-за того, что не получилось, ведь перед Лю Вэем хотелось показать успехи. Однако Су Юн оставался спокоен и терпелив.       – Нет-нет, – мягко прошептал Су Юн, мотнул головой и повторил по слогам. – Ла-пу.       Бай-Бай сел.       – Лапу, – мягко попросил Су Юн, протягивая к пушистому другу руку.       – Вуф!       – Ла-Пу.       Бай-Бай лег на спину и подставил пузо.       Су Юн разволновался, огорчившись, что волчонок не слушается, но это была светлая грусть. Лю Вэй улыбнулся, констатируя:       – Ну что ж, у нашего Бай-Бая пока есть пробелы с воспитанием, но это ничего! Вы ведь только начали заниматься, он ещё научится. А какие ещё команды Вы пытались помочь ему запомнить?       – Сидеть, лежать, пузико...       На слове «пузико» лежащий волчонок начал виться всем телом, высунув язык. Су Юн невольно улыбнулся и погладил его, а после дал угощение.       – Эта команда ему нравится больше, – с улыбкой признал Су Юн.       – Мне кажется, стоит учить его постепенного, – задумчиво произнес Лю Вэй. – Слишком много запомнить тяжело даже такому умному волчонку, как Бай-Бай. Пусть сначала выучит что-то одно.       – Да, Вы правы, – согласился Су Юн. – Правда, есть команда, которая Бай-Баю далась очень легко.       – Принести?       – Нет, смотрите!       Су Юн сел поудобнее и бережно нажал на свой кончик носа.       – Буп!       В этот момент Бай-Бай вскочил на лапы и прижался носом к носу... И тут же принялся лизать Су Юну лицо. Юный лекарь расхохотался и под весом полезшего на него пса завалился в снег, а Бай-Бай, воспользовавшись ситуацией, сунул морду в корзину и выхватил мешочек и тут же рванул с ним в ближайшие кусты.       – Бай-Бай, стой!       – Вот же воришка! – рассмеялся Лю Вэй и помог другу встать, отряхивая его от снега. – Вот так! Пообещал ласку, а в итоге украл вкусняшку! Ну ничего! Я сейчас! Мигом его выловлю!       – Ааауууф! – словно насмехаясь рад ним, завыл волчонок, держа в пасти мешочек с угощением.       – Посмотрим, кто будет смеяться последним! – храбро бросил Лю Вэй вызов и, вложив ци в ноги, в несколько движений настиг волчонка.       Бай-Бай умудрился выскользнуть из его рук, но все равно проиграл гонку проворством.       – Хаааа! Попался!       Лю Вэй выхватил у него мешочек и с удивлением обнаружил, что он уже пуст. Обернувшись, Лю Вэй заметил целую дорожку из выпавших из мешка кусочков мяса и Бай-Бая, что поспешно глотает их вместе со снегом.       – Ах ты хитрец! Всех обманул! – расхохотался Лю Вэй.       – Кажется, на сегодня учиться ему надоело, – улыбнулся Су Юн, подходя к другу.       – Но вы все равно сделали большие успехи. С такой скоростью Бай-Бай уже скоро сможет быть законопослушным домашним волчонком. Кстати, я поговорил с господином Тэем Шу, и он сказал, что пока Бай-Бай носит ошейник, никто не будет ему угрожать.       – Как хорошо, что Вы его принесли! – обрадовался Су Юн.       – И правда.~       Они оба уставились на волчонка, доедавшего последний кусочек. После этого он сделал ужасно виновные глаза, словно не сотворил совершенно ничего хулиганистого! Ох уж эти глубокие голубые глазки!       – Иди к нам, господин Бай-Бай! – с улыбкой позвал Су Юн. – Мы не будем тебя ругать.       – Но и поощрять воровство не будем, – строго предупредил Лю Вэй.       Бай-Бай фыркнул и подкрался к Су Юну, прячась за его спиной.       Лю Вэй почувствовал себя каким-то злодеем. Очень старался не попасться в милую ловушку, но как же трудно это было! Не выдержав, он присел и потрепал волка по загривку.       – Ну ладно-ладно, молодец.~ Перехитрил меня, умный волк!       Бай-Бай гордо выпятил вперёд пушистую грудку с пышными воротником и задрал морду, наслаждаясь похвалой.        «Ну вот, даже волку доброе слово приятно!»       Вой и голоса разбудили Бэй Сёна. Учитель накинул на плечи одеяло и высунулся из комнаты.       – Что? Ребёночка нянчите?       Юноши вздрогнули и переглянулись, смутившись.       – Ааммх...       Су Юн смущённо простонал, а Лю Вэй не придумал ничего лучшего, как честно признаться:       – Да!       Какая разница, что он ответит? Всё равно Бэй Сён не уймется и продолжит звать их так. Лю Вэй был совсем не против. ~       – Тренируйтесь давайте! – рявкнул лекарь. – И не забудьте, что сегодня встреча у императора!       – Да, мастер!       Друзья синхронно поклонились и переглянулись, почувствовав, что и правда пора заняться делом.