Инь и Ян: Слёзы на белых ресницах

      – Как красиво, – завороженно прошептал Су Юн, подняв взор.       Он любил рассматривать пейзажи и всегда восторгался красотой вселенной, а когда перед глазами раскрывался такой живописный вид, не мог сдержать восхищения. Су Юн никогда не встречал кристальных деревьев и нашёл их самыми прекрасными из тех, что когда-либо видел. Красота розовых полупрозрачных лепестков заворожила его.       Льдины медленно сплавлялись по склону, вливаясь в общее течение реки. Друзей медленно несло к сиянию пещеры, ради которой они проделали такой непростой путь. «Заглянуть по дороге» оказалось не так уж и просто, но тем этот подвиг был ценен вдвойне и поднимал боевой дух Серебряного Дракона.       Приступ боли в ядре стих благодаря рукам возлюбленного. Осталась лишь лёгкая, ноющая мука, доставляющая скорее лёгкий дискомфорт, чем существенную неприязнь. Впрочем, из объятий любимого юношу Лю Вэй так и не выпустил. Он сжимал его, словно любимую плюшевую игрушку, и потирался носом о шею, греясь о тепло души заклинателя. В руках Су Юна было спокойно, тепло и легко. Как тут отпустить? После пережитого даже Бай-Бай не проказничал, позволяя двоим наслаждаться теплом чувств друг к другу.       – И правда, – заворожено прошептал Лю Вэй. – В Солнечной Арасии таких не растет. Да и для севера это небось большая редкость – сколько ехали, да ни разу не видели.       Су Юн завороженно смотрел на пейзаж, чутко сжимая ткань на груди своего мужчины.       – Как думаете, если я возьму несколько веточек, чтобы посадить в саду в господина Бэй Сёна, он не будет против?       Лю Вэй улыбнулся.       – Эти деревья бы прекрасно смотрелись перед входом в резиденцию, – мечтательно протянул он. – Или возле нашей снежной крепости. ~       – Пока нас нет, господин Бэй Сён наверняка ее разобрал, – прошептал Су Юн тоскливо. Он скучал по учителю и обретенному дому. Ему действительно не хватало добродушного ворчания наставника и его каждодневных поучений.       – Он бы не посмел! – рьяно задрал голову Лю Вэй.       – Он грозился! – тая улыбку, заверил лекарь. Угроза ведь и правда была крайне серьёзной.       – Это совсем не значит, что он собирался это делать! – хмыкнул Лю Вэй и бережно погладил возлюбленного по волосам. – На переживайте. Если не будет оттепели, крепость нас дождется. А если нет, построим новую.       Су Юн нежно улыбнулся, утопая в доброте заботливых рук.       – Вы такой мудрый, господин Лю Вэй.       – Разве же это мудрость?       Су Юн убеждённо кивнул и осторожно поинтересовался:       – Вам лучше?       – Конечно да! Ваши объятья меня вытащат из любой передряги.~       Су Юн смутился.       – Я серьёзно, господин Лю Вэй...       – Я тоже.~       Су Юн застенчиво заводил носиком по ветру. Совсем не хотелось выбираться из родных рук, но Лю Вэй был не единственным, кто нуждался в помощи.       – Раз так… Я хочу погреть Хью. Бедняга искупалась в ледяной воде. Если не помочь, она может заболеть.       – Конечно.       Лю Вэй тут же убрал руки, вернув их отношениям должное приличие. Лекарь подошёл к Хью и приласкал её.       – Ты такая храбрая девочка. Молодец, что через всё прошла. Сейчас я тебя погрею, и ты будешь здоровой сильной лошадкой, да? И без седла тебе будет даже легче в пути.       Лю Вэй с умилением наблюдал за тем, как Су Юн сюсюкался с животными. Бай-Бай вился хвостом за хозяином, желая тоже получить немного тепла. Мо нервно ходил по льдине. Лю Вэй придержал его за поводья и вгляделся в горизонт. Перед глазами представала могучая стена, вдоль которой водопадом ниспадало божественное неистовство. Поток воды утекал в развилку, не тревожа основную реку.       – Мы немного сбились с пути, – задумчиво произнёс Лю Вэй.       – Как окажемся в безопасности, посмотрим карту и обязательно найдёмся, – мягко произнес Су Юн. Он не верил, что в мире кто-то может потеряться. Рано или поздно они бы встретили людей, которые могли бы им подсказать, но здесь, на глубине ущелья, не было никого, кого можно было спросить. Никого, кроме призрака, заточённого в кристальном древе.       Лю Вэй внимательно осматривал заледеневшую стену – она пестрила ступенчатыми уступами, редкими, рваными краями и острыми ледяными кристаллами. На неровной поверхности чередовались выступы, полости и дыры, напоминавших следы от древних магических залпов, вдоль склона располагались несколько иссушенных и покрытых замерзшими солевыми наростами карстов, но входа в пещеру Лю Вэй не видел. Это слегка тревожило его, ведь, судя по словам Джуна Хэнсина, вход должен был быть где-то рядом со склоном.       – Господин Су Юн, Вы чувствуете приближение энергии?       Лекарь осторожно кивнул и прижал ладонь к груди, сверяясь со своими ощущениями.       – Да, господин Лю Вэй. Мы движемся в верном направлении. Уже очень близко. Лучше сойти на берег, впереди резкий спуск, река ускорится и вновь станет опасно.       Лю Вэй не стал возражать и помог перевести лошадей и капризного волчонка на берег. Честно говоря, на дрейфующей льдине он чувствовал себя висящем на волоске от смерти, пусть беда уже оставила их позади, лишь оказавшись на твёрдой земле Серебряный Дракон смог расслабиться. Лошади тоже оживились и отбежали подальше от реки.       – Господин Лю Вэй, – Су Юн отпустил поводья Хью и подошёл к другу. Он замялся и глядел на него виновато.       – Даже не вздумайте извиняться, – строго произнес Лю Вэй, прочитав в честных глазах намерение.       Глаза юноши наполнились неизмеримой тоской.       – Но я... Болтал всякое, что не должен… И… Это ведь я пошутил, а владыка разозлился на Вас. Совсем нечестно вышло… И с лошадью не справился… Дурак… – он стукнул себя по животу, словно готов был принять удар за друга на себя и горячо сожалел о том, что на ядре Лю Вэя появилась ещё одна трещина.       Лю Вэй не позволил ему себе вредить. Он мягко ухватил его за руки и нежно сложил их у себя на груди, позволяя возлюбленному чувствовать, как пылко бьётся его сердце.       – Прошу Вас, посмотрите мне в глаза. Я был не прав, позволив себе шутить над именем Верховного Владыки Чжёнгью, и я отдал богу своё почтение, чтобы искупить свою вину. Я прошёл испытание за свою оплошность и неосторожность. Вы совсем не виноваты.       – Если бы я только не заговорил об этом... Вы бы не пострадали, – Су Юн сжал ладони в кулаки и опустил взгляд в землю. Глаза его трогательно блестели. – Вы поранились из-за меня... Ваше ядро и так хрупкое, а я не сберёг!.. Должен был, но не смог! Какой из меня защитник?.. Если ещё хоть трещинка появится, тогда…       Он едва держался. Голос юноши дрожал, пряча столь яркую боль, что заставляла его душу истекать слезами. Су Юн чувствовал, что был в шаге от того, чтобы сломать другу жизнь. Он не мог простить себя.       – Моё ядро совсем не хрупкое, – нежно прошептал Лю Вэй.       Он присел на корточки перед возлюбленным, чтобы заглянуть ему в глаза – иначе никак и не мог поймать этот волнительный взор, что так отчаянно и тоскливо разглядывал мыски сапог. Улыбнулся со всей нежностью, не отпуская нежных ладней.       – Оно выдержало вытягивание лошади из воды. Внутри меня чистое серебро, закаленное пламенем.       Лю Вэй нежно поцеловал костяшки пальцев Су Юна.       – Чего раскис и нос повесил, родной? Всё ведь хорошо, Искорка.~ Я прошел испытание владыки Чжёнгью, мы пережили метель, учиненную кланом Хэ, а сейчас освободим душу Кууна Хэнсина из заточения. После этого из подвигов останется справиться только с испытаниями господина Джяйлуна, но я чувствую в себе силы пройти их все! Что бы ни подготовили для меня владыки, я пройду через все с храбростью и решимостью! Не вините себя, прошу. Вы ничего не сделали и предостерегли меня, что я не прав. Я просто искупил свою вину. Это была моя ответственность, и я храбро её принял. Вышел из беды с достоинством и победителем. А эта маааленька трещинка ничего не изменит. Я неизменно преклоняюсь пред Вами. Вы – самый важный человек в моей жизни, и я никогда и ни в чем не виню Вас, ведь всё, что вы приносите мне и миру вокруг себя – это счастье и тепло. Как можно хоть в чём-то винить столь очаровательную искорку?       Су Юн сжал его ладонь крепче. Щеки его зажглись смущением, а губы дрогнули, тронутые нежностью и любовью друга.       – Господин Лю Вэй...       – Давайте лучше нарвем веточек для сада, – добродушно предложил Лю Вэй. – Немного передохнем и переведем дух перед великим геройством, да?       Су Юн нежно сжал руку друга, бережно поглаживая ладонь большим пальцем. Он был благодарен за этот разговор и посчитал, что будет лучше оставить дурную тему позади. В его ярких добрых глазах читалась клятва в следующий раз непременно уберечь родного человечка.       – Тогда нам нужно будет набрать воды в одну из фляг и держать их в ней, чтобы веточки дали ростки, – нежно прошептал Су Юн. – Я буду беречь их и по возвращению подарю господину Бэй Сёну в благодарность за то, что он позволил нам совершить это путешествие. Оно непростое и опасное, но я... Господин Лю Вэй, я счастлив разделить его с Вами. Путешествовать вместе – так здорово.       Серебряный Дракон нежно улыбнулся и поцеловал его запястье.       – Когда всё уляжется, а мы вернёмся в Солнечную Арасию, я устрою Вам большое-большое путешествие по южным землям. Побываем там, где даже я не бывал.~       – А отец Вас отпустит? – волнительно спросил Су Юн. – Вам ведь наверняка нужно будет исполнять обязанности наследника рода…       Лю Вэй хулиганисто улыбнулся.       – Мы что-нибудь придумаем. ~ Ну так что? Вы согласны?       Су Юн с улыбкой кивнул.       – Мне нравится путешествовать с Вами. На одной лошади или с двумя… Или даже пешком. Просто нравится быть рядом.       – С одной было бы куда меньше мороки, – проворчал Лю Вэй. – Но теперь у нас и выбора нет. Седло одно, так что будем ютиться, прижимаясь друг к дружке. Только вещи Ваши жаль.       Су Юн улыбнулся ему, благодаря за нежность. Смущённо покраснел.       – Всё самое нужное осталось со мной, – нежно произнес он, не сводя взгляда с любящих глаз. – Спасибо Вам, что Вы со мной.       – Если продолжите быть таким милым, я не сдержусь и каааак обниму Вас.~ До самой пещеры, не выпуская, буду тискать!       Су Юн прижал ладони к груди и зажёгся, как звёздочка на небесах.       – Я... Аааммххх…       Су Юн замялся и отступил на шажочек – Лю Вэй слишком сильно его смутил. Глядя на его поведение, Лю Вэй невольно улыбался.       – Я возьму веточки... – собравшись с мыслями, произнес юный лекарь. – А Вы, пожалуйста, наберите воды.       Друзья ненадолго разделились. Лю Вэй попил из реки и набрал воды в флягу. Северная вода бодрила и наполняла силой, приятно освежая и прогоняя все тревоги, унося с собой вниз по крутому спуску так далеко, что было уже не дотянуться.       Когда дракон поднял взгляд на возлюбленного, то увидел, что Су Юн сложил ладони вместе и тихо шепчет молитву. Он просил дозволения у Владыки Зирана – покровителя мира и порядка, природы и плодородия. Без разрешения богов Су Юн не осмелился бы срезать ветви с деревьев северной земли.       Небесный Владыка ответил на его зов благословением – ледяное древо склонилось к лекарю и маняще качнуло ветвями, предлагая срезать несколько в путь.       – Господин Лю Вэй, достопочтенный Владыка Зиран дал нам своё разрешение!       Лю Вэй низко поклонился и вознёс благодарную мольбу Небесному Владыке. Су Юн был благодарен за почтение к богам и бережно срезал восемь ветвей – это число означало счастье, потому Су Юн хотел привезти в дом восемь ростков. Он не знал, приживутся ли деревья, но хотел выходить их. Лю Вэй даже не сомневался, что у него это получится.       Су Юн вставил веточки в флягу. Они идеально уместились в широком горлышке и радовали глаз красотой. Переливаясь на солнце, кристальные листья благородно сияли, радуясь обретению хозяина, а на ощупь были бархатными, как лепестки роз. Поразительное сочетание! Су Юн никак не мог налюбоваться их красотой.       Лю Вэй решил промолчать по поводу того, что им придется ещё около недели везти ростки в горы, а потом проделать обратный путь, и всё это время с ветками придется нянчиться, оберегая от непогоды и качки, но, видя счастливое выражение лица юноши, безмерно любившего цветы, был готов принести флягу в руках через весь мир, а пока вручил её возлюбленному – пусть порадуется обретённому счастью.       – Они так приятно пахнут, – промурлыкал Су Юн.       Лю Вэй улыбнулся, принюхавшись. Их носы волнительно соприкоснулись, после чего друзья ненадолго застенчиво замерли, наслаждаясь легким ароматом.       – Господину Тэю Шу бы понравилось. Они пахнут горной свежестью, почти как мята.       – Господин Бэй Сён тоже любит такие запахи.~       – Главное, чтобы запах нравился Вам. Пока Вы счастливы, у нас всё хорошо.~       Су Юн смущенно прижал флягу к груди. Выглядел он безмерно счастливым и пару раз поклонился владыке Зирану, благодаря за дозволение. Лишь после этого они отправились в путь – отдохнув, эмоционально разгрузившись и придя в себя после смертельной опасности. Владыку Чжёнгью они уважили, теперь дело оставалось за малым – обрести знание и помочь духу, заточенному в древе. Звучало безмерно просто, но, наученный горьким опытом, Лю Вэй не верил, что всё пройдет гладко. У них на пути вечно вставали какие-то проблемы.       – Пещера совсем близко, – прошептал Су Юн, чутко прижимая флягу к груди. Лицо его умещалось меж прекрасных ветвей.       Лю Вэй присмотрелся к стене и вытянул руку.       – Там!       Впереди показалось широкое углубление. Внутрь не падал снег и не прорастал лёд. Черные стены пещеры покрывал тёмно-зеленый мох, а из глубин выбивалось слабое голубое сияние.       Су Юн взволнованно оживился.       – Она!.. Это она!       – Оставим лошадей снаружи. Здесь им точно ничего не грозит.       Лю Вэй сохранял собранность и спокойствие – он был готов столкнуться с чем угодно. Подвязав поводья к кристальному древу недалеко от входа, Лю Вэй подхватил Бай-Бая на руки, потому что заставить волчонка ждать снаружи было практически невозможно, и шагнул в пещеру первым, чтобы, если внутри есть ловушки, уберечь Су Юна от них. Лекарь пытался с ним поравняться, но Лю Вэй упрямо перегородил ему путь.       – Держитесь сзади, господин Су Юн. Вдруг что. Я защищу Вас.       Друзей встретила спокойная тишина. Внутри пещеры не ощущалось угрозы, только священная благость, манящая ослабить бдительность. Серебряный Дракон не обнажил оружия, считая обитель Кууна Хэнсина святыней, но оставался предельно внимателен, вглядываясь в каждую трещину на стене. Слабое, голубое свечение вело их по небольшому коридору.       Су Юн держался точно за другом, хотя очень хотелось ухватить его за руку и идти плечом к плечу. Он волнительно прижимал флягу к груди, выглядывая из-за плеча мужчины.       – Это святое место, – прошептал Су Юн, словно нарушать покой тишины было запретно.       Лю Вэй и сам это чувствовал. Впереди была мощная светлая аура, что усыпляла его мысли о трагичной составляющей заключения души. Сложно было поверить, что в таком месте проводились кровавые ритуалы. Лю Вэй долго думал над словами Су Юна. Мысли об использовании крови казались ему всё более дикими. Он легко отмахнулся от слов, что клан Хэнсин мог быть демонопоклонниками, но ведь враги заползали очень глубоко – их влияние распространялось даже на глав правящих кланов... Вдруг они всё же были замешаны в трагедиях столицы и вступили в загадочный демонический культ? Нельзя быть слепо лояльными к ним из-за союза семей. Использование крови в ритуалах обязано было насторожить, ведь и пленение души было запретным и не одобрялось богами, но здесь... На удивление здесь царила какая-то благость. Душа Лю Вэя наполнялась светом, уставшее тело отдыхало, а в воздухе пахло горной свежестью и морозным утром. Невозможно было даже представить, чтобы здесь происходило что-то запретное и злое. Если бы господин Тэй Шу не отвёл ученика в горы, Лю Вэй бы точно прошёл первое прозрение, едва ступив на эту землю.       Ноги утопали во мхе по щиколотку. Ступать было мягко, приятно, как в детстве, когда всякая мелочь доставляла неподдельное удовольствие. Лю Вэю захотелось снять сапоги, обнажиться перед силой, что манила его к себе. Он практически слышал её пьянящий зов, но осознав, как уязвимо себя ощущает, как непривычны желания, что лезли ему в голову, сбросил с себя оцепенение и не позволил себя убаюкать. Святилище не стало противиться его воле и ослабило свое влияние, показывая добродушие к зашедшим путникам. В тот момент Лю Вэй понял, что это сам Куун Хэнсин прощупывал тех, кто наведался к нему без приглашения.       Лю Вэй невольно обернулся на Су Юна и волнительно посмотрел на него.       – Господин Су Юн? Вы в порядке?       Юноша кивнул. Он не поддавался чарам этого места и чувствовал себя спокойно и собранно.       – Держитесь рядом, – попросил Лю Вэй, ухватив его за рукав. Место было священным, потому касаться и держаться за руки казалось неуместным.       Су Юн вспомнил, как в былые времена Лю Вэй пытался приблизиться к нему, как держал за рукав, как волнительно искал прикосновений, но не мог себе позволить. Сейчас они стали гораздо ближе, но не забывали о том, какими невинными были их отношения. Су Юн дорожил этой близостью.       – Я рядом. Всегда.       Эти слова ободрили Лю Вэя. Он повернул вслед за изгибом коридором и приготовился защищать Су Юна от любых угроз, что мог оставить клан Хэ. Однако святилище оставалось святилищем, и всё выглядело так, что любой желающий может прийти и спросить совета у духа Кууна Хэнсина.        «Может, местные жители тоже к нему приходят? Рядом нет поселений, но может есть какая-то легенда об этом месте...»       По следам на мхе Серебряный Дракон безошибочно определил, что люди частенько здесь бывали. Что действительно удивило Лю Вэя, так это то, что на мхе отпечатались маленькие ножки... Сюда приводили детей. Может, клан Хэнсин с помощью дара определял их место в семье или проводил почтительные посвящения в воде святого древа? Лю Вэй мог лишь предполагать, но истинно знал одно: ощущение от святилища были светлыми, и детей здесь в жертву не приносили. Здесь никого не убивали, но боль присутствовала и оседала на стенах пещеры. Лю Вэй увидел перед глазами женщину, что мучительно шла вперёд, придерживаясь за сердце. Услышал крики и плач отчаянных, утративших близких, а ещё – бодрые голоса любопытных зевак, предвкушающие предсказания. Сюда приходили многие, ища ответов, ища помощи. Это было место, где люди принимали ответственные решения, где узнавали о судьбах близких, где крутилась большая политика и где маленькие люди начинали свой большой путь. Если душа Кууна Хэнсина исчезнет, исчезнет и это место. Теплое, по-отечески нежное, приветливое и дающее надежду – место, что воплощало голос души, место, сотканное из намерений и чувств мертвого предсказателя.       – Его душа такая красивая, – прошептал Су Юн, чувствуя то же, что и господин Лю Вэй.       Серебряный Дракон задумчиво кивнул. Его решимость освобождать душу слегка пошатнулась, ведь всё выглядело так, словно дух хорошо чувствовал себя в этом месте, исполняя долг перед семьёй, но не спешил делать выводы.       Повернув ещё раз, они вышли в покрытый кристальной насыпью грот. В центре пещеры высилось прекрасное дерево. Оно было кристальным, как и деревья снаружи, но значительно выше. Верхушка сияющего голубым сиянием древа упиралась в вершину грота, а длинные ветви, что не могли расти выше, ползли по стенам, словно ветви плакучей ивы. Опавшие лепестки прилипли к стенам, но не сгнили, а обратились кристаллами, перенимая и отражая сияние могучего древа. По темному стволу древа текла энергия ци – ее было видно даже тому, кто не имел ядра. Золотистые полосы то и дело мелькали в трещинах коры, являя прекраснейшее зрелище постоянства жизни и спокойствия вечности.       Дерево дышало. Лю Вэй слышал, как оно делало вдох и выдох, но не имело ни рта, ни глаз, ни лёгких – раздавался только звук, словно древо издавало его по привычке, памятуя о своей предыдущий жизни.       Могучие корни древа были свёрнуты в кучный узел и входили в озеро. Небольшой водоем в ширину мог вместить трёх людей, растянувшихся в полный рост. Кристально чистая вода, в которой плавали светящиеся листья, отражала ступенчатое дно. У краев было неглубоко, но под самым деревом дна видно не было, лишь черную дыру, что казалась порталом в другие миры.       Дорожка из мха устилала путь к озеру и небольшому алтарю. Словно божеству, духу подносили дары, но сейчас алтарь пустовал. На табличке было выгравировано «Вечным знаниям мы преподносим поклон и кровь!». В корнях древа торчала фарфоровая урна. Лю Вэй очень надеялся, что туда не проливали кровь, но пятна на горлышке говорили именно об этом.       Су Юн волнительно прижал ладони к груди.       – Господин Лю Вэй, они... Продлевают жизнь душе, жертвуя ей кровь...       В голосе лекаря был ужас. Он не мог и не собирался принимать таких ритуалов. Для него было дикостью, как если бы кто-то осквернил богов.       – Душа слабеет... – с сопереживанием прошептал Су Юн. – Она едва держится…       – Но это место...       – Души людей очень сильны, господин Лю Вэй. Гораздо сильнее чем то, что чувствуете сейчас Вы. Господин Куун Хэнсин прекрасен и до последнего сохраняет достоинство. В нём нет зла. Чистая, незапятнанная душа... Он держится ради долга перед семьёй.       Печаль в глазах Су Юна смешалась с глубоким уважением. Он вышел вперёд и низко поклонился.       – Здравствуйте, достопочтенный господин Куун Хэнсин.       Лю Вэй поклонился следом, выражая глубокое почтение.       – Мы пришли, чтобы поговорить с Вами, достопочтенный. Пришли, чтобы спросить, и пришли, чтобы помочь.       Друзья застыли, ожидая ответа, но комнату наполняла тишина, лишь вода в озере слегка забурлила.       – Он приглашает вас, – прошептал Су Юн и вытянул руку, чтобы забрать у него Бай-Бая. Волчонок сидел на руках поразительно смирно и заинтересованно разглядывал чарующее место. Он водил взглядом, наблюдая за чем-то незримым, и Су Юн решил, что он видит здесь своих волчьих богов. Кровь, что подносили в дар духу, в том числе принадлежала животным.       Лю Вэй бережно поставил волчонка на землю, и тогда рука Су Юна легла на его ворот.       – Вы должны войти.       Лю Вэй благоговел душой и сохранял молчание. Он разделся с изяществом аристократа – неспешно, благородно, бесстрашно, и вытащил из поясной сумки флягу с кровью. Подошёл к озеру, вытягивая флакон с жидкостью духу.       – Во время путешествия на нас напали. Клан Хэ – бывшие владыки севера, хозяева этого края долгие годы укреплявшие свое влияние на этой земле. Они предали императора, возжелали больше власти, а сейчас начали охоту на меня. Я хочу попросить у Вас дать ответ: сменив власть, они остались предателями империи? Они связаны с Чудотворцем? Они желают смерти Его Величеству?       Лю Вэй задал целых три вопроса, но считал их единым. Затем благоговейно выпятил вперёд грудь, дыша вместе с кристальным древом. Их глубокое дыхание стало единственным звуком, что существовал в чарующем святилище, и Лю Вэй почувствовал, как воля древа влечет его войти в воду, словно ухватив за руку.       Лю Вэй поставил флягу на край рваного берега. Он мысленно объяснил душе предсказателя, почему не пьёт кровь, и воля Кууна Хэнсина ответила на его мысли – повлекла за собой, маня узнать ответ.       Бай-Бай взволнованно взвыл и хотел было рвануть к воителю, но Су Юн, не разгибая спины в почтительном поклоне, удержал его и остановил, приласкав.       – Позволь свершиться откровению. Здесь безопасно.       Бай-Бай жалобно скулил, глядя на то, как Лю Вэй входит в озеро.       Серебряный Дракон не слышал ничего, кроме зова. Его мужественное тело тут же покрылось мурашками от холода, но он не позволил себе показать слабость. Он решительно сделал шаг вперёд, а затем нырнул в озеро с головой. Холодная вода тут же обхватила его, принимая в свои объятья. Лю Вэй прислушался к ее глубинному зову, закрыл глаза и расслабил разум, позволяя чувствовать всем своим телом и ничем одновременно. Он забыл, как дышать, существуя в потоке святых вод, чувствуя наполнявшую душу силу и чистоту, близость откровения...       – Господин Лю Вэй...       Далёкий голос Су Юна, волновавшегося за него, утопал во влажном размытии. Вода забурила, потащила его тело вниз, а Лю Вэй лишь раскрыл руки в стороны, позволяя подводному течению нести его.       И тогда он увидел.