Инь и Ян: Слёзы на белых ресницах

      Заботливые руки Су Юна принесли Лю Вэю покой и избавление от боли, наполнили измученное тело силой, принесли блаженство наслаждения целостностью и заботой. Все раны получили лечение высшего класса: Су Юн исцелил переломы магией, бережно позаботился и о маленьких царапинах, и о внушительных ранениях, нейтрализовал каждый ожог. Он бдительно осмотрел каждый кусочек тела подопечного, чтобы убедиться, что ничего не пропустил. Су Юн использовал все знания, что перенял от господина Бэй Сёна, и Лю Вэй действительно им гордился. Ещё несколько месяцев назад Су Юн волновался и переживал из-за каждого действия, а сейчас действовал столь решительно, что Лю Вэй невольно наслаждался его мужественностью и твердостью, смешанной с истинным блаженством массирующих движений любящего человека. Лекарь был невероятно прекрасен, когда сплетал заклятья, когда обнажал свою безбрежно прекрасную душу, чтобы принести подопечному исцеление, чтобы обогреть и спасти, когда склонялся, чтобы осмотреть, когда зашивал рану с усердием ткача и рисовал магические узоры подобно художнику. Каждое мгновение Су Юн был подобен совершенному божеству, и Лю Вэй восхищался им, не сводя взгляда с сияющего лика ангела-хранителя. Их души соприкасались каждое мгновение, словно любящие волки, которым нужно касаться друг друга носиками, чтобы знать, что они не потерялись: проверяли друг друга и убеждались, что всё хорошо. Пока они вместе – иначе просто не может быть.       Рядом с Су Юном было так спокойно и хорошо, что его голос убаюкивал и разум, и боль в ядре. Юный лекарь не мог исцелить сосуд возлюбленного – эта рана была гораздо сложнее, чем возможности человеческих лекарей. Никому из заклинателей-целителей прежде не удавалось вылечить столь тонкую материю, а в столь плохом состоянии не было ни единого способа заглушить боль. Даже магического. Однако у Су Юна получалось. Когда его нежная ладонь скользила по обнаженной коже с ласковым массажем, Лю Вэй чувствовал наслаждение, а не боль, а ядро, словно уставший рычать на проходящих мимо людей злой пёс, притихло, давая просто подышать и насладиться покоем. Лю Вэй и забыл, каково это: не чувствовать муки каждую секунду, и смотрел на возлюбленного влюбленным очарованным взглядом, благодарным за освобождение.       – Вы настоящий друг, господин Су Юн, – бархатно прошептал он, улыбаясь. – Спасибо за спасение моей жизни и души. Рядом с Вами всегда так тепло и спокойно...       – Заботиться о Вас – мой долг и искреннее желание, – мягко ответил Су Юн. Он сменил бинты и помог другу принять сидячее положение, чтобы одеть его. – Только не делайте резких движений. Я исцелил Вашу плоть, но Ваш организм ещё принимает изменения. Исцеление магией требует время. Вам потребуется ещё несколько дней, чтобы полностью восстановить повреждённые ткани, мышцы и сосуды... Вы знаете.       Су Юн виновато посмотрел на друга, будто виня себя за то, что не может сделать больше и лучше, но Лю Вэй был всем доволен. Он уже не первый раз оправлялся от серьезных травм. В этот раз ему было легче. Если бы ядро не мучило – совсем хорошо, но и то притихло.       – Не беспокойтесь, я буду соблюдать все рекомендации своего дорогого друга. ~       Лю Вэй податливо позволил Су Юну сделать с собой всё, что он пожелает. Медленно поднявшись, Серебряный Дракон вытянул вперёд руки, помогая просунуть их в рукава. Су Юн с изяществом и мастерством накинул на него одеяние. Лю Вэю не нравилось, когда возлюбленный начинал вести себя, как слуга, дотошно заботясь о каждой мелочи, расправляя каждую складку и приглаживая каждую ленточку на благородном наряде, но ему неизменно была приятна забота, с которой лекарь касался его. Лю Вэй всегда чувствовал разницу между долгом лекаря и любовью друга, и сейчас... Сейчас Су Юн ухаживал за ним вовсе не как целитель – как его мужчина. Эта мысль не позволяла Лю Вэю вредничать. Обычно он бы заверил, что уже полон сил и может одеться самостоятельно, но как можно отказаться от помощи, когда Су Юн так притягательно нежен? Его забота – особое таинство. Рядом с любимым каждый миг словно нежный танец любви...       Су Юн бережно запахнул одеяние мужчины, завязал сложный пояс, поправил ворот и потянул руки к волосам, чтобы сделать прическу. Всё это сопровождалось влюблёнными, робкими, взволнованными переглядываниями. Лю Вэй наклонил голову, дозволяя возлюбленному позаботиться и о волосах, а затем зарычал от блаженства... Как же приятно было, когда нежные пальцы гладят, словно утешая, когда его несущие свет руки касаются волос и передают свою божественную одухотворенность. В голове сразу проясняется, становится так легко и свободно...        «Я люблю тебя, Су Юн,» – это единственное, о чём мог думать мужчина.       Лекарь зашел другу за спину, чтобы выровнять прическу. Воспользовавшись моментом, Лю Вэй надежно спрятал кольцо во внутренний карман и блаженно пожмурился, подставил голову под ласки, а когда Су Юн расчесал его волосы и собрал в хвост верхнюю часть, то поднял голову, словно маня почесать по шейке. Су Юн изумлённо посмотрел на него, очарованный лаской друга. Не до конца понял... Но когда Лю Вэй начал ластиться, потираясь щекой об руку, нежно погладил его по скулам и даже осмелился немножко почесать по шейке… Но ОЧЕНЬ осторожно. Су Юна всё ещё смущало то невероятное чувство, которые оставил ему в подарок Лю Вэй. Пятнышко не исчезало, не проходило, и, казалось, собиралось остаться с ним на всю жизнь. Вдруг он тоже случайно сделает мужчине такое?.. Нужно быть поосторожнее с шеей! А ведь манит... Ведь просит.       – Совсем скоро суд, – прошептал Су Юн, воспитанно убирая руки от исцеленного подопечного. – Господин Джяйлун повелел мне привести Вас в порядок. Вам дозволено сохранить своё одеяние и прическу, но нужно пройти сквозь обряд одухотворения.       – Что это? – удивился Лю Вэй. Он никогда о таком не слышал.       – Мне нужно намазать Вашу кожу ароматными маслами. Владыка Джяйлун подобрал для Вас особый аромат.       – У Небесных Владык интересные традиции, – прошептал Лю Вэй, совершенно не возражая против. – Я согласен.       Су Юн благодарно улыбнулся.       – Очень важно, чтобы Вы принимали должное смиренно и искренне. Как и всякий дар богов.       Су Юн посмотрел на ленту, что повязал на запястье мужчины. Они уже успели обсудить её появление – Лю Вэй назвал её подарком бога – но из-за слабости не рассказал деталей. Обсуждениям суждено было немного подождать. Су Юн был терпеливым и понимающим, он не спрашивал, зная, что когда придёт час, Лю Вэй сам ему обо всём расскажет.       – Я люблю приятные запахи. Особенно Ваш.~       Влюбленный тон Лю Вэя невольно заставил Су Юна смутиться. Лекарь робко сжал одеяние на груди, не считая, что сейчас удачное время для них любовных заигрываний.       – Господин Лю Вэй, я ведь очень серьёзно...       – Я тоже, – прямо ответил Серебряный Дракон и тут же сменил тему. – А одежда не будет мешать одухотворению?       – Вовсе нет, но Вам нужно сложить ладони в жесте молитвы и прижать к животу... Да, вот так. Закройте глаза и сидите смирно.       Лю Вэй послушно исполнил волю возлюбленного и притих, прислушиваясь к звукам. Что-то заскрипело, зазвенело, стукнуло... Лю Вэй решил, что возлюбленный открыл сундук и достал оттуда компоненты ритуала. Обмакнул кисточку в сосуде с духами. Подошёл к нему... Сделал первый мазок, что коснулся переносицы.       – Каждое движение кисти – божественное одухотворение, – торжественно произнес Су Юн с почтенной важностью в голосе. – В каждом жесте – глубокий символизм. Познайте его, открыв свою душу.       Лю Вэй сосредоточился, победив романтический настрой. В нос ударил приятный запах – смесь полевых цветов, горной свежести и непередаваемой божественной глубины. Так пах Владыка Джяйлун, госпожа Йюнью и даже юный Су Юн. Какая-то необъяснимая пряная нотка, что добавляет запаху ощущения благости, тепла и воздушности. Лю Вэй наслаждался этим запахом словно кот, вьющийся вокруг куста с кошачьей мятой… Но нельзя было дозволять себе расслабляться. Серебряный Дракон собрался с силами и сосредоточился на том, что внутри.       Запах наделял его дух силой. Словно нежные ладони, обхватывающие хрупкий цветок, светлыми чарами из чистой энергии ян он создавал вокруг его души золотистый барьер. Владыка Джяйлун хотел уберечь Серебряного Дракона. В этом запахе было высшее из благословений – почтение бога.       Лю Вэй сидел смирно, пока Су Юн помазывал его. Щеки, веки, лоб, шея, тыльная сторона ладоней и щиколотки... Лю Вэю казалось, что оттенки запаха менялись, смешивались, перетекали из одного в другой и обращались смесью невообразимого блаженства. Аромат вводил мужчину в религиозный экстаз, опьянял, но Лю Вэй был стоек, не позволяя поддаться внеземному наслаждению, оставаясь собранным и открытым. Последнее испытание бога он прошёл с честью воина, не поддавшись искушению божественных удовольствий. Тогда этот запах проник в его суть, окружил его душу, словно сверкающие светлячки. Лю Вэй приподнял голову и принял последний дар – прикосновение ко лбу. Это было так нежно, как если бы лекарь поцеловал его в лоб. Или Су Юн действительно?..       Лю Вэй открыл томные глаза в надежде обмануться, но у него лица застыла одна только кисточка.        «Конечно, он не мог...»       Но намерение...       Лю Вэй, не контролируя своих чувств, ухватился за запястье Су Юна, глядя в яркие, неземные глаза возлюбленного. Какой же он был прекрасный... Сколько глубины таил в своём взгляде... Словно в бездонное озеро, хотелось окунуться в него без остатка и познать всё, что было внутри, слиться с глубинными водами и стать единым, раствориться в тепле и свете его безгранично нежных объятий...       Лю Вэй ощутил трепетную дрожь. Касаясь Су Юна, он словно соприкасался с божественным и в этот миг особенно ярко это ощущал. И всё же... Не мог отпустить.       Не хотел.       – Я нуждаюсь в Вас, господин Су Юн... – глубоко, чувственно прошептал Лю Вэй, вызывая смущенную дрожь одной только своей интонацией.       – Я рядом. Это непривычное ощущение, но оно не обидит Вас.       Лекарь ощутил отеческое желание погладить друга по волосам. Не смог противиться ему и бережно погладил за ухом, заправляя нежные пряди.       Лю Вэй подался вперёд, ластясь к его нежной руке. Утонул носом в ткани одеяния мужчины, застыв меж животом и грудью, в особенном месте, что всегда было таким теплым...       Су Юн вобрал в себя живот, затаил дыхание, но позволил волнующему чувству соединить их сердца. Приласкал, бережно прижав к себе.       – Всё хорошо, господин Лю Вэй... Я с Вами. Рядышком. Осталось совсем чуть-чуть. Скоро будете здоровым и сильным драконом, как прежде.       Лю Вэй взволнованно уткнулся носом в его горячее тело, затем прижался щекой, наслаждаясь теплом, выражая нежные чувства, изливая всю свою любовь, передавая её каждым прикосновением. Су Юн бережно придерживал его за затылок, прижимал к себе и поглаживал кончиками пальцев: нежно, едва ощутимо, успокаивающе… Его руки несли уставшему разуму просветление. Лю Вэй ластился и о грудь, и о живот, и об руки, наполняя свое сердце столь не хватающим ему теплом. Су Юн волнительно подрагивал, но в его робости была лишь чистота. Он чувствовал, насколько искренен и открыт дорогой друг, как он ему нужен... И как Лю Вэй нужен ему. Они наконец были вместе, и больше никакие трудности не лишат их права вот так нежно обнять друг друга. Просто быть...       Руки Лю Вэя сомкнулись на пояснице возлюбленного. Он поскреб пальцами ткань его одежд, растворяясь в мгновении близости. Долгожданное единение, наполняющее душу спокойствие, притяжение, которому невозможно противиться, тепло, которого жаждет душа, чувства, связавшие их – в этом мгновении застыло всё сокровенное, все настоящее, искренне, нежное.        «Я нуждаюсь в тебе.»        «Я люблю тебя.»        «Я наконец-то с тобой.»        «Всё плохое позади.»        «С тобой – лишь светлое.»        «Навсегда... Вместе.»       Эти мысли жили в их прикосновениях, исходили из тоскующих по любви душ. Су Юн никогда ещё не обнимал так крепко. Он прижимал Лю Вэя к себе словно отец, что бережет свое чадо, словно влюбленный, что защищает самое дорогое – сердце своего возлюбленного. Берег ладонями горячее пламя его души, помогал измученному огоньку разгореться. Он был таким нежным и трогательным... Лю Вэй не сводил с него взгляда. Янтарные глаза нуждались в отдыхе, но непокорно следили за своим возлюбленным, наслаждались им, тонули в нежности. Печаль, тяжесть, нежность, любовь – всё смешалось в выразительном взгляде ярких двухцветных глаз. Су Юн отдавал Лю Вэю свои силы, но он все ещё был так слаб...       – Вам нужно отдохнуть, – прошептал Су Юн, всем сердцем желая позаботиться о родной душе. – До суда ещё есть время. Помедитируйте или поспите. Отдых придаст Вам сил и поможет сгладить это волнующее, непривычное чувство...       Лю Вэй собственнически обнял возлюбленного крепче и упрямо прижался щекой к его животу.       – Я отдыхаю. С Вами, сейчас... Мне хорошо, как никогда.       Су Юн понимал его. Он и сам не хотел разрывать это таинство, поэтому подавил в себе беспокойство. Лишь отдал Лю Вэю больше собственных сил, слабея и нуждаясь в друге так же сильно, как Лю Вэй нуждался в возлюбленном.       – Тогда давайте отдохнем вот так. Хотите помедитировать вместе?        «Он хочет медитировать стоя?.. Из-за меня?..»       Лю Вэй по себе знал, как это неудобно. Мотнул головой, зарывшись носом в ткань одеяния.       – Не хочу пропустить ни единого Вашего вздоха... Ни единого биения сердца... Я не желаю забытья или сна, я желаю быть с Вами. Пожалуйста...       Су Юн трогательно улыбнулся, чувствуя, как на глазах выступают сентиментальные слезы.       – Вы такой чудесный. Правда. Такой храбрый и нежный. Столько пережили и продолжаете сражаться. Даже сейчас. Боретесь со своей слабостью, чтобы побыть со мной. Через столько испытаний прошли... Я Вами очень горжусь! Вы – настоящий герой. Я жду суда без всякого страха и тревоги. Я никогда не сомневался в Вас. С того самого мига, как увидел книгу, я знал, что Вы справитесь, что боги будут добры и примут Вас. У Вас поразительно яркая и теплая душа, несгибаемая воля и восхищающее мужество. Однажды Вы станете несравненным, я знаю это.       – Хвалите,~ – смущённо протянул Лю Вэй. Вера возлюбленного приятно грела сердце. – Спасибо за эти слова, Искорка. Я... В самом деле, когда прошел последнее испытание, у меня появилось чувство, что... Всё закончилось. Что я в шаге от цели. Мне показалось, господин Джяйлун очень доволен тем, как я прошел испытание мудрости.       Су Юн нежно улыбнулся, поглаживая его по макушке большими пальцами.       – Вы правда очень мудрый человек. Говорите такие вещи, каких я никогда не слышал. Всегда находите слова, что найдут отклик в сердце, что помогут поверить, что согреют. С Вами можно слушать тишину, обсуждать вечность, мечтать о звёздах и познавать тайну бытия. Вы очень интересный, всесторонне развитый человек, и мудрость – одна из самых прекрасных черт в Вас.       Лю Вэй смутился ещё сильнее. На его щеках выступил счастливый румянец.       – Вы сегодня упражняетесь в красноречии, господин Су Юн? Так и осыпаете комплиментами.~       – Вовсе нет! – робко возразил юноша. – Я ведь говорю чистую правду. Знаю, что Вы очень-очень мудрый. Даже владыку Джяйлуна поразили! Сложно было?       Лю Вэй задумался и мотнул головой.       – Честно говоря, я едва бы назвал это испытанием. В сравнении с тем, как я стоял под водопадом, это было просто приятной беседой. Сложно было разве что собрать свои мысли. Состояние немного подводило... Невольно думал о боли, это отвлекало. Но я собрался и ответил на все-все вопросы.       – Говорят, что когда люди слабы и усталы, они наиболее откровенны. Должно быть, господин Джяйлун истощил Вас, чтобы увидеть, что скрывается внутри. Это большое испытание – сохранять достоинство на грани смерти, проявлять силу и волю, сохранять мудрость и оставаться истинно открытым.       Было видно, что Су Юну интересно, о чём спрашивал бог, но он знал о том, что владыки любят сохранять уединенные беседы в тайне. Если бы Джяйлун желал, чтобы услышанное достигло ушей лекаря, он бы не разделил их, однако, Лю Вэй решил сам рассказать возлюбленному обо всем.       – Не волнуйтесь, испытание не требовало от меня физической силы. Я просто разговаривал с владыкой. Владыка Джяйлун задавал мне вопросы. Он создал несколько фигурок и спрашивал, что я вижу, а потом спросил, какой из своих принципов я готов мог бы оставить.       – И Вы сказали ему, что не отступились бы? – догадался Су Юн.       Лю Вэй нежно улыбнулся.       – Как же Вы хорошо меня знаете.~ Именно так я и сказал. Но мне все же пришлось сделать выбор. Он был совсем не трудным. В сравнении с прошлым, меньшее из зол, в чем бы я никогда не потерял себя. Владыка был очень мною доволен. Он улыбался. Поэтому... В тот момент я почувствовал, что действительно сделал всё правильно. Я был честен.       – Иное богам и не нужно, – уверенно заявил Су Юн.       – Так спокойно на душе, – прошептал Лю Вэй. – Вроде важное впереди, а я... Чувствую себя так, будто уже совсем всё закончилось. Странное чувство. Наконец добрался до Вас и понял, что ничего больше и не нужно, чтобы быть счастливым – только Ваша улыбка. Улыбки всех, кто мне дорог.       Су Юн смутился, но от умиления прижал его посильнее к себе.       – Как только владыка Джяйлун исцелит вас, я научу Вас летать. Я думаю... Думаю это отличный способ отпраздновать конец испытаний.~ Долгожданный первый полет!       Лю Вэй блаженно заурчал, представляя себе это. Он прикрыл глаза, видя яркие картинки счастливых мгновений: они с Су Юном парят рядом. Су Юн летит на волшебном цзяне, а он впервые поднял в воздух Серебряное Пламя. Они парят над горами, держась за руки, улыбаясь красоте вселенной, пролетают рад водопадом, несутся ввысь, к самым звёздам, чтобы узнать их тайны...       От мыслей об этом в голове Лю Вэя ожило ещё одно драгоценное воспоминание о том времени, что он провел на испытании мудрости.       – Я кое-что увидел, – прошептал он вдруг, подняв взгляд на Су Юна. – Владыка Джяйлун не очень хотел, чтобы я обсуждал это с Вами, но я не могу ничего скрывать от Вас. Не хочу.       Лю Вэй словно просил разрешения у богопослушного мужчины разрешения на то, чтобы поделиться откровением. Су Юн заглянул в его янтарные глаза и просто не смог отказать. Ему совсем не хотелось идти против воли владыки Джяйлуна, но он видел, как тяжело Лю Вэю он мыслей, что осели на душе. Скажи бог строго: «Нельзя!», Лю Вэй бы и не подумал об этом заговаривать. Су Юн хорошо знал нрав своего друга. Знал, что он верный, что не стал бы. Ещё и паузу сделал, давая ему выбор... Как тут не поддержать друга?       – Вас что-то обеспокоило?.. – осторожно спросил Су Юн.       Рука лекаря легла на щеку Лю Вэя – слишком уж открыто она просила, чтобы её приласкали.       – Я проходил испытание в Источнике Мудрости. Вы слышали об Источниках Равновесия?       Лю Вэй был уверен, что да, но всё же решил подобраться к теме осторожно. Не хотел вываливать сразу все на своего возлюбленного. Несколько боялся своих чувств и ощущений и нуждался в том, чтобы собрать их в единое.       – Да, – поражённо произнёс Су Юн. – Господин Джяйлун отвёл Вас так далеко?..       Лю Вэй кивнул.       – Источник Мудрости – лучшее место для прохождения испытания мудрости. Думаю, он решил так, раз уж он его хранитель.       – А ещё это очень далеко... За тканью людского мироздания… Неужто, господин Джяйлун боялся, что я буду мешать Вам?..       Лю Вэй мотнул головой. Как только он вернулся в мир людей, на него снова уставились все боги. Действие откровенной медитации начало таять, Лю Вэй был уже не так восприимчив к божественному, сосредоточившись на себе, но все ещё ощущал, как едко прикованы к нему взгляды небесных владык.        «Или хотел сделать испытание таинством лишь между нами двумя,» – эта мысль изрядно его удивила, ведь чего ради одному богу бежать от других?       – Должно быть, Вы правы, – прошептал Лю Вэй задумчиво. – Владыка хотел честности. Я не возражал против небольшого путешествия. Мы поговорили о многих вещах. Владыка Джяйлун рассказал мне о войне с демонами и Источниках Равновесия, но... Я увидел кое-что большее во время путешествия между мирами.       – Тропы? – осторожно спросил Су Юн. Он говорил так, словно сам бывал там – так много понимания было в его голосе. Лю Вэй бы не удивился, окажись это так, и ему стало заметно легче, как только он осознал, что они с Су Юном говорят на одном языке. Он охотно закивал.       – Да. В сияюще-белом измерении – таком светлом и чистом, словно свежее молоко, я увидел звёзды. Они сияли, а потом краски начали смешиваться, и моих рук вдруг коснулась поразительная пыль. Соприкоснувшись с ней, я увидел вспышки видений. Я никогда не видел ничего похожего! Но теперь я знаю точно: они существуют! Другие миры действительно существуют!       Глаза Лю Вэя влажно блестели. Страх и воодушевление смешались в пламенном взгляде. Увиденное поразило его в самое сердце, и молчать о таком он просто не мог. Сердце все ещё бешено стучало от мысли, что за пределами что-то есть, что существуют настолько счастливые и настолько несчастные миры, столь нереальные, что их не способны были бы создать даже самые искусные стихотворцы. И эти странные существа, названия которым он не знал... Лю Вэй ощутил себя рыбой, что бессильно хлопает ртом и не может ничего сказать, лишь булькать в воде в надежде, что Су Юн сможет понять его без слов.       Глаза лекаря сияли мудростью. Он нежно погладил друга по щеке. Снова уложил ладонь на голову, бережно переплетая меж пальцев черные пряди: шелковистые и прямые       – Вы говорили с Серыми Звёздами, господин Лю Вэй. Говорят, они кроются среди небес и несут в себе высшее откровение, но они молчат и разглядеть их в тени небес невозможно. Это большая удача, что Вы смогли прикоснуться к ним. Вы действительно удивительны. Так чисты, что даже звёзды выбирают Вас.       Лю Вэй смущенно уткнулся носом в ямочку между грудью и животом мужчины. Су Юн действительно умел делать красивые комплименты.       Лекарь вжал в себя живот и волнительно вытянулся.       – Господин Лю Вэй… Аамммххх...       Серебряный Дракон понял, что задел какую-то очень чувствительную зону, и тут же сместился, прижавшись ухом к сердцу возлюбленного. Интимное чувство доверия помогло обоим прийти в себя и восстановить дыхание.        «Так ровно и мирно бьётся... Словно песня о любви...»       – Я... Честно говоря, совершенно не ожидал такого. Я увидел ужасный мир, в котором не было ни света, ни любви. Небеса покрывают оранжевая пелена, но они кажутся мертвыми, как картинка, что нарисована на стене – что-то незначимое, статичное и холодное. Совсем без чувств... И солнца там не было. Не было ни звезд, ни улыбок – только каменная пустота. А ещё я видел мир огромных крылатых созданий! Их покрывала чешуя, а на головах были гигантские рога! Такие огромные! И морды вытянутые, как у ящеров! А ещё там были разные люди... И похожие на людей создания! Все смешалось в кучу, но... Я точно помню, что видел. Это настоящее! Оно действительно существует!       Лю Вэй словно оправдывался, но Су Юн успокоил его нежным прикосновением ладони к макушке. Ласково почесал его за ушком, возвращая чувство спокойствия и умиротворения.       – Я Вам верю и никогда бы не поставил под сомнения Ваши видения, господин Лю Вэй. Сердцем Вас слышу, слушаю, доверяю. Знаю, что видели. Мне никогда не являлись подобные откровения, но я слышал, что они могут сильно впечатлить. Первый Небесный Владыка, которому пришло подобное откровение, звался Звездочётом и стал основоположником небесных чтецов, но с его смертью на войне исследования Серых Звёзд встали на месте.       – Так боги тоже видели подобное?..       Су Юн кивнул.       – Серые Звёзды – самое таинственное явление вселенной. Их знания бесценны. Ходят легенды, там таится история зарождения вселенной и кроется истинный смысл жизни и существования измерений. Большое знание о всём сущем.       – Я бы не хотел знать таких откровений, – признался Лю Вэй. – Мне было интересно посмотреть на другие миры, но я бы не хотел узнавать о том, зачем боги создали людей или откуда взялись сами боги... Мне кажется, в некотором роде, человечество может утратить смысл познания, если дойдет до этого вопроса, если он окажется каким-то бессмысленным или однобоким, лишающим всякой надежды.       Су Юн нежно улыбнулся, глядя на друга.       – Вовсе нет. Истинный смысл жизни... Думаю, я постиг его. С Вами. Когда оказался рядом с Вами, узнал, каково это: наслаждаться жизнью. С Вами я живу по-настоящему, свободно и счастливо. Думаю, жить свою жизнь и есть величайший смысл. А какой она будет – мы вольны определить сами, делая выборы и заводя друзей.       Лю Вэй нежно улыбнулся.       – Если бы владыка Джяйлун устроил испытание мудрости для Вас, Вы бы с блеском прошли его.       Су Юн робко улыбнулся.       – Вовсе нет.       – Даже не спорьте!       – Но...       – Вы очень мудрый, господин Су Юн. Я знаю это, как никто другой.       Лекарь пунцово покраснел. Хотел прижать руки к гуди, но в своем положении прижать к груди мог только Лю Вэя. Мужчина был совсем не против. Он крепко сжал возлюбленного, чувствуя его волнение.       – Я от чистого сердца. Как и Вы.       – Моими же словами, – робко прошептал Су Юн.       Лю Вэй хитро улыбнулся.       – А как Вы хотели? Всё сказанное остается в сердце.~ Так и говорю Вашими словами, что в миг становятся нашими.~       У Су Юна не нашлось слов для возражений, зато отыскалось просто изумительное оправдание:       – Это потому, что я много общаюсь с Вами!       Лю Вэй тихонько рассмеялся.       – Нет, это я стал мудрее, оказавшись рядом с Вами. Вы очень начитанный и грамотный молодой человек. Столько книг читаете! Словно совсем не глядя.       Су Юн непокорно мотнул головой. Он совсем не умел принимать комплименты и всегда находил способ себя обругать.       – Я трачу достаточно много времени. Учитель всегда ругал меня за то, что я медлительный.       Су Юн совсем не хотел жаловаться. Он сказал это обыденно, укоряя себя.       Лю Вэй ласково погладил его по лопаткам, уверяя в обратном.       – Вовсе нет. Вы читаете очень быстро и схватываете всё на лету! Мне далеко до Вашего гибкого ума. Признаться, я порой не понимаю и половины того, что написано в Ваших лекарских книгах, а-ха-ха! Хорошо, что Вы всегда мне поясняете.       – Зато Вы хорошо сражаетесь! А я совсем не могу. Не способен причинить боль живому существу. И никогда не стану.       – Для этого у Вас есть я. Если кто-то будет угрожать – говорите, всех побью!       – Хулиганистый Вы, – рассмеялся Су Юн.       Лю Вэй гордо вытянул голову.       – Своего мужчину в обиду никому не дам!       После его самоуверенной фразы они оба зарделись. Лю Вэй отвёл взгляд и обругал себя за смелость, но не стал оправдываться: правду ведь сказал.       Су Юн притих, испытывая неописуемое волнение от его громкого заявления. Всё же приятно быть его мужчиной.~ Пусть к такому и нужно привыкнуть, пусть такое и звучит странно. Так непривычно смущающе... Так... Так по-особенному прекрасно.       Лю Вэй почувствовал ответственность за возникшую неловкость и поспешил сменить тему, вернувшись к видениям, что описал не до конца. Решил поделиться всем в подробностях, рассказывая о самых невероятных картинах. На это ушло довольно времени, а рассказ выдался сбивчивым и прерывистым – в памяти образовалось слишком много дыр, но чем больше дракон говорил, тем ближе становился к ощущению наваждения. Серые звёзды... Пыль... Где-то он уже слышал об этом...        «Точно!»       Лю Вэй вспомнил историю, из-за которой когда-то Лю Вэй откровенно смеялся. Теперь-то думал совершенно иначе и осмелился поделиться своими предположениями:       – Господин Су Юн, я тут подумал... Что, если вера клана Хоу в космическую пыль не так уж и дика?..       – Любая вера заслуживает уважения, – почтено произнес Су Юн.       – Я о том, что... Что если это связано? То, что видел клан Хоу, и истина, что открылась мне?.. Если они… Тоже слышали откровения Серых Звёзд?..       Су Юн изумлённо заморгал и, видно, ругал себя за то, что не сообразил прежде.       – Очень может быть, – вдумчиво кивнул он. – Возможно, они знают больше. Как и небесные владыки, однажды столкнулись с откровением и продолжили его изучать…       Лю Вэй почувствовал огромное желание узнать об этом больше. Что, если то, что в столице называли ересью и за что высмеивали клан обезьян, на самом деле истина? Тяжело было поверить, но... Лю Вэй не мог игнорировать такие совпадения. Он не верил в случайности.        «Они точно что-то знают. Но расскажут ли?..»       Это был большой вопрос, ведь связей с воинами клана Хоу у него не было. Он был в неплохих отношениях с госпожой Ля Хоу, но далёких от близких или дружеских. С чего ради ей говорить с чужаком о том, что считается практически отступничеством от главной веры империи?        «Её могут привлечь мои знания. Если она истинно верит в сияние истины Серых Звёзд, то наверняка собирает видения о всяком, что находится за гранью. Мне есть чем поделиться. Это будет честный обмен!»       Бог просил не рассказывать о святилищах, но про видения космический пыли он ничего не сказал. Это было что-то высшее, что пытались постигнуть все создания, соприкоснувшиеся с тайной. Лю Вэя было даже приятно от мысли, что он не одинок с этим внезапным откровением.       – Я постараюсь узнать и обязательно Вам расскажу,~ – пообещал Лю Вэй.       – Вы правда как пёс-ищейка! Даже если нет поручений от императора и расследований, Вы их придумываете! – Су Юн сказал это с улыбкой.       Лю Вэй игриво прищурился.       – Разве же Вам не хочется узнать больше?       Су Юн совершенно честно ответил:       – Мне любопытно, это правда. Мне никогда не отвечали звёзды, пусть я пытался слушать их. Однажды почти коснулся, когда вытянул руку, ничего не произошло.       Лю Вэй ободряюще потерся о него.       – Мы обязательно что-нибудь придумаем, и Вы услышите пение звёзд. Всех разом.       Су Юн робко улыбнулся.       – Это ведь совсем невозможно.       – А я сделаю так, чтобы все чтобы запели! Специально для Вас! Должно быть, это будет прекрасный перезвон.~       Су Юн преодолел смущение и попытался себе представить эту поразительную мелодию.       – И правда! Я бы хотел... Но совсем не нужно так стараться! Знаю ведь, что если пообещаете, непременно исполните…       Су Юн волнительно опустил плечи. Он не хотел, чтобы друг мучился от невыносимых обещаний, ведь всегда был верен своему слову, даже если это было ему неудобно.       – Для Вас мне хочется делать даже невозможное... – прорычал Лю Вэй от удовольствия. Ему было так комфортно в объятиях любимых рук...       – Знаю. Мне для Вас тоже хочется делать чудеса. Очень-очень хочется...       Су Юн звучал слегка виновато.       – Именно поэтому Вы и чудо,~ – промурлыкал Лю Вэй, не уставая восхищаться возлюбленным. – Я и не знал, что Вам ведома резьба по камню. Значит, это Вы вырезали те садовые фигурки в резиденции клана Сён?       Су Юн смущённо кивнул.       – Сад должен быть украшен маленькими хранителями. Мне показалось, так будет уютнее, а господин Бэй Сён не возражал…       – Правильно казалось. ~ Уверен, восстановленная статуя выглядит просто прелестно. Даже лучше, чем было!       Су Юн смутился.       – Лучше совсем никак не может быть. Прошлую ведь возводили столь умелые мастера...       – Зная Вас, Вы просто скромничаете! – уверенно заявил Лю Вэй. – Я видел Ваши рисунки. Вы умеете передавать поистине божественное.       Су Юн смущённо повёл носиком по воздуху. После таких слов спорить совсем не хотелось.       – Мы обязательно сходим отблагодарить господина Джяйлуна. Тогда и посмотрите... – робко прошептал он.       – Даже не сомневайтесь, что мне понравится! Вы очень талантливы и очень усердны. И, надеюсь, обучение резьбе по камню было вашей волей, а не капризом Вашего учителя!       Лю Вэй, словно чувствовал, что к этому делу приложил руку таинственный мастер.       Су Юн не хотел огорчать друга, поэтому решил промолчать. Лю Вэй услышал боль в биении его сердца, во взгляде, наполненным печалью.       – Он Вас заставлял?.. – понял Лю Вэй и стиснул зубы до скрипа.       – Мне нравилось, – тихонько прошептал Су Юн. – Но порой это... Было наказанием. Однажды я сильно разочаровал учителя, и он приказал мне высечь на ступеньках текст... Пальцами... Было непросто, но я приноровился… Со временем.       Су Юн притих и потер давно уже зажившие кончики пальцев, чувствуя, что больше говорить ничего не стоит, но и того, что он рассказал было достаточно, чтобы его защитник праведно разозлился.       – Я бы Вашего учителя... – прорычал Лю Вэй, но злоба быстро погасла в нежности. – Я больше не позволю ему оскорблять и издеваться над Вами!       Су Юн ласково погладил его по волосам.       – Зато благодаря его урокам я восстановил статую господина Джяйлуна. Это никак не может быть плохим. Учение никогда не бывает лёгким, но оно дарует опыт.       – Вы такой сильный, – прошептал Лю Вэй и крепко обнял любимого. Слова закончились, осталась только воля защитить и уберечь. Су Юн впустил его в сердце, позволил жить в нем. Верил, что Лю Вэй защитит его от всего, даже если это невозможно.       – Спасибо, – прошептал он.       Его благодарность прервал громкий скрежет. Песочные часы сделали оборот и начали отсчёт сначала. Песок, как и время, сыпался с неуловимой неотвратимостью. С каждой песчинкой отменялась маленькая, не знающая концов и начал, вечность.       Су Юн обернулся на звук и с религиозной возвышенностью объявил:       – Пора.       Лю Вэй поднялся на ноги. Он справился с этим без помощи друга, впитав из их объятий достаточно сил, чтобы столкнуться с владыкой Джяйлуном последний раз и заслушать его решение.       Лю Вэй решительно расправил плечи.       – Я готов.       Су Юн улыбнулся ему и последним жестом заботы поправил переднюю прядь. Затем подошёл к стене и трепетно, уважительно взял гуань дао, закрепил ее его спиной друга и крепко сжал за руку.       – Всё будет хорошо, господин Лю Вэй. Обязательно.       Лю Вэй в этом даже не сомневался. Он свистнул волчонку, маня последовать за собой, и, крепко сжимая ладонь возлюбленного, решительно шагнул вперёд, в зал суда.       Судьба подчинялась велению песков времён.       Пришел час услышать волю богов.