Инь и Ян: Слёзы на белых ресницах

      Занятия с Су Юном были интимными и крайне приятными. Лю Вэй наслаждался каждым уроком... Ведь как может быть иначе, когда твой любимый учитель сидит у тебя на коленях, мурлычет от удовольствия и густо краснеет от приятных слов? Глядя на свое чудо, Лю Вэю хотелось продолжать его смущать. Слишком уж он был очаровательным, когда краснел, жмурился от счастья и тихонько хихикал от неловкости. Видеть его таким было гораздо приятнее, чем обременённым болью и едва справляющимся со страданием. Лю Вэй верил, что помогает ему отвлекаться от боли, что лечит своей любовью, но при том, как старателен был, не пересекал границы и не забывал о сути урока. Нежности были скорее приятным дополнением и ничуть их не отвлекали. Серебряный Дракон серьезно относился к тренировкам и делал всё, что в его силах, и даже больше.       Телепатия давалась ему тяжело. Как и говорил Су Юн, эта магия требовала очень большой концентрации и затраты энергии, но когда у Лю Вэя получилось передать своё первое слово, Су Юн ласково прижался кончиком носа к его лбу и прошептал:       – Вы молодец, господин Лю Вэй. На сегодня давайте прервемся.       – Так быстро? – удивился Лю Вэй. – Что Вы, учитель Су Юн! Я ещё могу...       Он не успел закончить фразу, как боль ударила ему в висок. Мужчина сморщился и потер лоб... Ровно там, где только что ласкался об него любимый. Су Юн знал, где должен утешить, только боль всё равно настигла дракона. Даже руки столь искусного лекаря не были способны от нее уберечь.       – В такой сложной магии нужно делать перерывы, – настойчиво объяснил Су Юн. – Чтобы тренировки несли пользу, а не вред. Я знаю, что вы очень упорный, что никогда не сдаетесь, но это другой случай.       Лю Вэй поморщился. Боль разгоралась, потому он больше не имел намерения спорить. Понял, что Су Юн прав.       – Может, тогда потренируем другие чары?       – Неугомонный, – улыбнулся Су Юн.       В этот момент телега сильно качнулась и резко остановилась. Друзья взволнованно переглянулись и синхронно выглянули в окно.       – Дедушка Сонши? – громко позвал Лю Вэй. – Всё в порядке?       – Да, да, господин! – тут же скрипуче отозвался старик. – Лошади устали. Да и я немного. Не возражаете против привала?       – Конечно нет, – Лю Вэй посмотрел на Су Юна и улыбнулся ему. – Можем потренироваться чему-нибудь боевому.~       Су Юн тихонько рассмеялся в кулачок.       – Ни о чем другом думать не можете, да?       – Хочу стать настолько сильным, чтобы господин Тэй Шу посмотрел на меня серьёзно!       Глаза дракона пылали решимостью.       – Сначала отдохните немного. Пока боль не пройдет.       Лю Вэй хотел бы поспорить и сказать, что всё хорошо, но оставаться невозмутимым было невозможно: по голове словно молотом ударили. Боль не собиралась проходить, и лишь ласковая рука Су Юна немного притупляла её.       – Почему так?.. – удивился Лю Вэй, морщась от боли.       – Ваш разум совсем не привык вырывать из себя мысли. Вы научитесь.       Терпеливый, спокойный тон Су Юна дарил Лю Вэю надежду, что так и будет. Он успокоился и придержал пыл.       – Хорошо. Тогда давайте поможем господину Сонши и разведем костёр.       Бай-Бай радостно залаял, одобряя идею. Он уже давно проснулся и жалобно начал скрестись лапами о стенки телеги, прося выпустить его на волю. Су Юн поднялся с ног возлюбленного и обулся. Бай-Бай начал попрошайничать ласку, прыгая у него в ногах, потому юноша взял волчонка на руки и, открыв дверцу локтем, спрыгнул в белый снег и улыбнулся красотам гор.       Они остановились на обочине горной дороги, проходящей мимо двух скалистых вершин. На спуске была крутая тропа, ведущая к трем озёрам, соединённым разорванными пятнами влаги и льдом. Вдоль берега снег пышно покрывал землю, но белый покров редел на низине, уступая место корке льда. Снежные владения казались девственными, непознанными людьми, мистически тайными, но тропка, ведущая вниз по крутому склону, давала понять, что путники часто останавливаются здесь. Она манила последовать за ней и отыскать секреты гор.       Видя любопытство Су Юна, старик пояснил:       – Это Озёра Трёх Истин. Волшебное место. Воистину, вода здесь никогда не замерзает! Это дар Небесных Владык для всех путников!       – Вы многое знаете, – улыбнулся Су Юн и с теплотой оглядел озеро. – Здесь и правда благое место. Чувствую тепло.       Старик энергично закивал и важно поднял палец вверх.       – Такие места напоминают, как заботливы боги и как важны самые обычные вещи! Ведь казалось бы... Вода! Она же везде! Но когда уставший путник долго рассекает горные тропы, озеро – услада для глаз и блаженство для сухих губ.       Су Юн улыбался, слушая о доброй воле владык. Он всегда с теплом встречал истории о божественной милости.       Лю Вэй взволнованно посмотрел на юного лекаря, но понял, что юношу больше не беспокоит то, что случилось в храме. Должно быть, с мыслью о том, что он помог своему другу, его доброе сердце успокоилось и не таило никаких обид на владык. Су Юн снова восхищался ими и неустанно любил с чистотой невинного сердца.        «Искорка...»       – Владыки так милостивы, – восторженно произнес Су Юн с религиозным трепетом. – Это прекрасный дар всем путникам.       Юноша сложил ладони вместе и помолился, благодаря их за возможность видеть красоту природы и отдохнуть у озера.       Старик улыбнулся.       – Более чем! Под уступом есть пещера. Оставим коней на водопое, там отдохнем в тепле.       – Я отвяжу лошадей, – вызвался Лю Вэй.       Старик благодарно поклонился. Пусть он был стар и спина его с трудом сгибалась, он не собирался изменять традициям и проявлять к господам неуважение.       – Вы так добры, господин дракон. Я бы и сам...       – Все в порядке, – улыбнулся Лю Вэй, успокаивая старика. – Мне в радость поухаживать за лошадьми.       – Тогда мы обустроим пещеру, – бодро вызвался Су Юн.       Лю Вэй улыбнулся. После неприятного инцидента с браслетами дракон окружил любимого таким количеством нежности, что все раны на душе Су Юна затянулись. Он выглядел счастливым... И всё ещё держал на руках волчонка.       – Только немедленно отпустите Бай-Бая! Он же тяжёлый!       Волк оскорбленно оскалился, как могла бы оскорбиться знатная дама на подобное невежество.       Старик громко расхохотался, а Су Юн все же последовал совету друга. Ему действительно ещё рано было поднимать тяжёлое, пусть он был готов терпеть боль и чувствовал себя лучше последние часы.       – Как так вышло, что вы приручили волка? – поразился извозчик. Он совершенно не боялся зверя и относился к нему спокойно. Желания погладить Бай-Бай у него не вызывал, но и страха не было.       – Он сам нашёл нас, – тепло произнес Су Юн, а затем охотно принялся рассказывать удивительную историю о том, как они приручали волчонка, не вдаваясь в трагичные детали. Воспоминания о том, как они тренировали Бай-Бая, выбрали ему имя и заботливо оберегали от учителя, были наполнены теплом и тоской по дому. Друзьям нестерпимо хотелось вновь увидеть своих наставников и вернуться к привычной рутине. Дом ждал их, но путь вынуждал терпеть и предаваться приятным воспоминаниям.       Су Юн закончил рассказ уже в пещере. Он постелил ткани, чтобы было теплее сидеть на земле, разжёг магическое пламя. Оно было золотистым и за несколько минут согрело пространство. Лю Вэй пытался повторить, но у него форма огня выходила совершенно непохоже. Контролировать движущие объекты со столь необычным поведением было не так уж и просто.       Бай-Бай резвился на улице. После пути в заточении ему хотелось размять лапы и поохотиться на горных зайцев и рыбу, так что он весело лаял и не отвлекал юношей от уроков.        «Наконец-то!»       Бай-Бай довольно отвлекал их в дороге, потому Лю Вэю хотелось тепла и спокойствия.       Старик блаженно устроился у огня и молча наблюдал за попытками дракона создать движущееся пламя. Только ведь решили, что он не будет ничему учиться, как всего через пару мгновений Лю Вэй уже искал знаний. Су Юн пошел на уступки, хотя гораздо сильнее хотел, чтобы друг просто отдохнул.       – Чтобы пламя получилось живым, форма должна быть гибкой, – добродушно объяснял лекарь. – Обычно Вы создаёте объекты с определенным свойством, например, твердостью. Но пламя движется стихийно. Оно не твердое, не мягкое, оно не имеет материи. Его движения подобны дыханию...       Лю Вэй постарался скорректировать свое воплощение.       – Уже лучше!       Старик улыбался.       – Какой Вы прилежный ученик, молодой господин.       В этот момент Лю Вэю стало немного неловко.       – Простите, увлёкся, – потирая затылок, произнес он. – Невежливо с моей стороны практиковаться, когда Вы скучаете.       – Что Вы, что Вы, господин! Сделайте вид, что меня нет, так не обращайте внимания. Я ведь Вам покорный слуга, а не принц, требующий ежеминутного увеселения.       – Я не могу так относиться. Вы ведь знаете.       Дедушку Сонши покоряла честность и порядочность Серебряного Дракона.       – Ну уж на Ваши занятия серчать я не буду. Это хорошо, когда молодые воины горят желанием и познанием. У Вас большой потенциал, нужна лишь практика.       – Вы тоже это видите, дедушка Сонши? – обрадовался Су Юн.       – Конечно! У Бессмертного Дракона пылкое сердце.       – Вы – заклинатель? – любопытно поинтересовался Лю Вэй. Он не чувствовал в старике мощного запаса ци, но это могло свидетельствовать как о его неспособностях, так и сокрытии великой силы.       – Что Вы! – рассмеялся старик. Ему явно польстило такое предположение. – Я лишь скромный извозчик. Мечом владел. Да. Но магия – эт не ко мне. Никогда не было моим. Но вот мой сын – заклинатель. Он сейчас на службе у Ланьянгов. Гордость! Так что талант отличить я могу. Его и видно невооружённым глазом. И многих заклинателей я знавал, так господин Лю Вэй среди них особенный.       Лю Вэя смутило, что дедушка Сонши так сильно выделает его. Видно было: это не пустая лесть, а искреннее мнение.       Серебряный Дракон робко почесал затылок, неловко рассмеялся, а затем вольно вытянул ноги и уложил на них руки, скрестив кисти. Су Юн сидел неизменно робко, поджав ноги под себя.       – Я только учусь, – скромно произнес дракон. – Честно говоря... Я совсем недавно начал изучать использование магии. Прежде я был болен, но теперь у меня развязаны руки.       – То, что Вы так свободно говорите об этом, господин, и есть истинное исцеление. Истинная честь человека. Люди чести не боятся признавать своих слабостей. Это уж точно! Вот, например, Вы не боитесь, что я разболтаю, так и правильно. Мне это ни к чему.       Лю Вэй улыбнулся, чувствуя себя свободно.       – Эта болезнь большую часть жизни обременяла меня. Не то чтобы я стыдился того, какой я есть, просто это доставило бы народу беспокойства. Я не хотел, чтобы кланы, связанные с моей семьёй, думали об этом или глядели с жалостью. Я всегда ровнялся на здоровых и сильных и тренировался, чтобы стать таким же. В Хэкине... Люди узнали. Сначала это казалось мне трагедией, но затем... Господин Су Юн и мои друзья помогли мне понять, что я был, есть и останусь собой. Я перестал бояться осуждения, перестал... Стыдиться своей слабости, а потом владыка Джяйлун сказал мне, что это вовсе не слабость, а моя сила. Что лишь благодаря этому... Я и стал собой. Так что я не вижу смысла скрывать то, что осталось в прошлом, было побеждено и перестало быть проблемой. Я победил. И теперь я должен победить себя вновь, чтобы стать сильнее, пройти третье прозрение и взойти на вершину.       Лю Вэй вытянул руку к Су Юну и благодарно сжал его за запястье. Разговор о границах помог понять ему, что так касаться Су Юна ему можно. Лекарь бережно сжал его руку в ответ, но совсем скоро расцепил пальцы, робко прижав ладошку к груди – не то, потому что болело, не то из-за робости, ведь старик Сонши внезапно захлопал в ладоши. Из искреннего уважения к воину.       – Вы, господин, не ведаете преград. Если с такой бедой совладали, если подобное преодолели, раз даже боги восхищались Вами, то уж точно всему научитесь. И учитель у Вас хороший.       Су Юн смутился.       – Спасибо. Я... Стараюсь. В самом деле, господин Лю Вэй стал первым человеком, которого я учил. Мне очень повезло с учеником, потому что господин Лю Вэй обладает просто поразительным пониманием и чуткостью к словам и необходимости. Он очень внимателен и старателен. Рассказывать ему что-то – одно удовольствие.       Лю Вэй довольно вытянул шею, наслаждаясь похвалой, и с нежностью ответил на ласковые речи любимого учителя:       – Нет, это мой учитель настолько замечательный, что объясняет так, что даже такому наивному южанину, как я, сразу становится все понятно, – Серебряный Дракон игриво подмигнул возлюбленному. После интимного уединения в телеге у него было весьма романтичное и нежное настроение... Разве что боль мешала наслаждаться отдыхом.       – Вы действительно друг друга стоите! – рассмеялся старик. – Такие трепетные друзья. Узы товарищества и братства связывают разную кровь.       – Это правда, – улыбнулся Лю Вэй. – У нас очень крепкая связь. И кровь одна.       Су Юн смутился, но не стал отрицать. Он гордился этим, и уж точно не стыдился.       – Знавал я одного заклинателя, – припомнил старик. – Очень мудрый человек. Он говорил, что самое главное в заклинаниях – совсем не запас ци или форма их использования. Это чувства. Знаете наверняка ведь и без такого невежды как я, но истинный заклинатель всегда оставляет свой след в заклятье. И это вовсе не нечто подобное крови на земле, что оставит меч. Кровь она ведь вся одинакова. А заклинания – это намерения. Как воин издает клич, так заклинатель всегда использует в заклинаниях силу своей решимости. Вечно памятует о том, за что он сражается. Коль у каждого волшебного слова есть душа, так есть особое слово, что обозначает душу заклинателя. Особое слово, что завершает заклинание.       – Это правда, – нежно улыбнулся Су Юн. – Я всегда добавляю в конце заклинания тихое «ми». Оно означает: «желаю уберечь».       Лю Вэй был им очарован.       – В таком случае я тоже буду заканчивать заклинания так же. Пусть у нас с Вами разный стиль заклинаний: Вы лечите, а я – сражаюсь, мы делаем одно.       Лю Вэй и правда никогда не поднимал гуань дао без причины. Он всегда сражался, чтобы защитить то, что ему дорого.       – И правда.~       – Значит, будет у нас с Вами сплошное ми-ми-ми друг друга.       Су Юн смущённо рассмеялся.       Они выглядели такими счастливыми.~       – Спасибо Вам, дедушка Сонши. Это очень полезное замечание. Я и забыл совсем об этом сказать.       – Ну уж, всего не упомнишь! Хотел бы больше рассказать, но увы, увы.       – Кстати... Вы упоминали, что мы отправимся по сокращённой дороге?       – Верно, господин.       Лю Вэй выудил карту из корзинки и раскрыл ее на земле перед стариком.       – Можете показать дорогу, которой поедем?       – Опасаетесь нападений, господин?       Честно говоря, так и было. Лю Вэя тревожила мысль о том, что всех посыльных клана Ланьянг убивали. Это значило, что и они в опасности. Учитывая, что Су Юну нужны были регулярные медитации, а Лю Вэй занимался тренировками, стоило хотя бы прикинуть, где и с кем они могли столкнуться, ведь теперь он смотрел на карту иначе. Он видел не просто безликие территории. В его голове всё разделилось на красные зоны – земли предателей – и зелёные – те, в которых можно было чуть ослабить бдительность... Хотя и готовым нужно было быть ко всему и везде.       Старик взглянул на карту и заворочал.       – Что ж такое? И кто это рисовал? Сплошная ложь! Есть чем пометить?       Су Юн протянул мужчине уголёк. Старик тут же начал править, а заодно делить карту на зоны. Они не говорили об этом вслух, но все понимали, зачем он это делает.       Карта севера быстро стала похожа на разбитую на десятки осколков тарелку.        «Су Юн всегда склеивает посуду, если она побилась... Интересно, возможно ли склеить север?..»       – Мы шли вот этим путем, – сказал Лю Вэй, проведя пальцем по карте, когда старик полностью закончил рисунок. – Вот тут сократили через горы.       Дедушка Сонши вдумчиво кивнул.       – Мы пойдем иначе. Вот тут. И... Тут.       – Тут была дорога? – удивился Лю Вэй. На их карте, конечно же, этого пути нарисовано не было, но если путь существовал, это и правда значительно облегчало передвижения, ведь они могли сократить время и пропустить смертоносный подъём в горы по высокому склону.       – Это скрытые тропы. О них знают те, кто живёт на севере. На картах их не рисуют. Зачем?       Старик отметил крестиками ещё несколько скрытых дорог и соединил линиями с основными.       – Карта севера на самом деле выглядит вот так. Мы поедем вот здесь.       Лю Вэй отметил, что большую часть пути они двигались по зелёным зонам. Су Юн смотрел на карту с беспокойством, но довольно безучастно. Он покорно принимал судьбу.       – А вот тут...       Лю Вэй увидел владения клана Хэнсин и заволновался.       – Можно объехать?       Однако, взглянув на карту, он понял, что вокруг и дальше... К самым границам столицы всё было красным, кроме узкой полосы, что очерчивала пограничье. Бэй Йэн был в числе благих городов, но дальше – мрак. Словно впереди и не было воинов императора.       – Только по морскому берегу, – задумчиво сказал извозчик. – Но на это, достопочтенный, уйдет неделя, если не больше.       – Мы не можем терять столько времени...       В Лю Вэе говорил не страх, но осторожность. Хотелось бы, чтобы земель союзников было больше, но по крайней мере он теперь знал расклад сил.       – Всё будет хорошо, – заверил Су Юн. – Мы справимся. Вы ведь очень сильный.       Лю Вэю было приятно, что Су Юн так сильно в него верит.       – Я Вас в обиду не дам. Просто поинтересовался. Мы с Вами провели много времени в храме... Многое могло случиться.       – Лучше бы совсем ничего не случалось, – печально прошептал Су Юн.       – Новостями интересуетесь? – как ни в чем ни бывало, спросил старик. – Могу поведать, что слыхивал.       Лю Вэй заинтересованно кивнул, задумчиво складывая карту, но не откладывая её далеко. Он хотел ещё поразглядывать её перед отправкой в путь.       – Был бы весьма признателен!       Старик устроился поудобнее, приняв позу рассказчика.       – Что последнее время слышно было, так это то, что императорская дочь вышла за данийца!       – Так свадьба все же состоялась, – облегчённо выдохнул Лю Вэй, хотя теперь эта мысль давалась ему сложнее, чем прежде. Он не понимал, почему клан Ланьянг ничего не упоминал об этом, ведь они были столь вовлечены в эту историю. Их точно должно было заинтересовать такое громкое событие.       – О, Вы о ней знали?       Друзья одновременно кивнули.       – И как это... Восприняли?       – Как провокацию, – ответил старик хрипло и закашлялся. – Кому такое понравится? Говорили, что даниец тот засланный и что императора околдовали. Как клан Хэ пытался.       – Это вовсе не так… – прошептал Су Юн, огорченный тем, что люди вечно наговаривают на других.       – Ещё была чистка в северной столице... Но про это Вы наверняка слышали. Громкое событие.       – Да, – пылко отозвался Лю Вэй. Они застали начало этой истории, но ему было очень интересно, чем всё закончилось. – Столичные кланы были уничтожены неким мстителем. Когда мы шли на север, другие боялись, что их может задеть...       – Больше подобного не происходило. Кто бы ни был за это в ответе, он сделал и также притих. Наблюдает, смотрит, что будет дальше. А дальше затишье. И на границах затишье, и везде.       – Значит, последние дни тихо?       – Даже метели закончились. Говорят, это от того, что боги довольны смертями изменников.       Лю Вэй знал, что это не так.        «Нет, Небесные Владыки... Они не участвуют в этих играх. Просто не могут быть довольны тем, что сделал господин Тэй Шу, отвергнутый ими.»       – И хорошо, что тихо, – прошептал Су Юн, религиозно сложив ладони вместе. Тихо помолился.       – Вы правы, господин Су Юн. И так хватает волнений.       – О многом молчат, – сказал старик двусмысленно, а затем зевнул. – Аааааххрр! Простите, достопочтенные. В моём возрасте полагается дневной сон. Я чуток вздремну. Так вы разбудите, если что.       – Конечно, дедушка Сонши. Если нужно, давайте полноценный отдых организуем...       – Нет. Мне хватит. Дальше ехать будем целую ночь.       – Всю ночь? – удивился Су Юн.       – Дорога будет простая, её лучше сразу преодолеть, а дальше свернём на сложные дороги. В сумерках будет не пройти, так и привал безопасный там не устроить. Потеряем время, так застрянем. Лучше, как решил. Если Вы доверяете мне решение, достопочтенный.       Старик говорил достаточно уверенно, чтобы не сомневаться в его словах. Лю Вэй решил, что не стоит с ним спорить.       – Отдыхайте сколько нужно. А мы пока позанимаемся.       Старик приветливо им улыбнулся, а затем лег, вытянувшись у огня.       – Я немножко, – предупредил он и почти сразу захрапел.       – Поразительно, – ахнул Су Юн. – Он так быстро уснул... Пуф, и всё.       Лю Вэй поманил Су Юна рукой, предлагая прогуляться. Оставаться в пещере грозило нарушить чуткий сон, но Су Юн мотнул головой.       – Вам тоже надо отдохнуть, – прошептал он. – Болит ведь голова?       – Да, но...       – Посидите. Давайте я покажу Вам, как регенерировать.       – Но я ведь не ранен... – удивился Лю Вэй.       – Боль тоже можно использовать, как учителя в этом случае.       Су Юн явно хотел соединить одно с другим: и сделать приятно, и вылечить любимого. Зная, как проходят их уроки обычно, Лю Вэй даже не сопротивлялся, веря, что ему будет приятно в любом случае.       – Покажете? – спросил он, облизнувшись.       Су Юн мотнул головой.       – Тут совсем нечего показывать. Садитесь ровненько, и я объясню.        «Ну вот...»       Лю Вэй не показал, что расстроился – слишком уж это было бы нагло – и серьезно настроился на объяснения Су Юна.       – Так, что делать?       Су Юн очаровательно улыбнулся ему и показал позу лотоса. Однако тогда как обычно во время медитации руки клали на колени, Су Юн складывал их ладонями вместе – таким образом, что пальцы смотрели вниз.       – Сложите руки вот так, господин Лю Вэй. Кончики пальцев должны точно соединяться друг с другом. Это, в самом деле, самое главное, особенно для юного заклинателя.       – Так? – уточнил Лю Вэй.       – Очень хорошо! Теперь позвольте энергии течь единым потоком. Вы уже научились делиться энергией со мной. Теперь постарайтесь замкнуть течение энергии ци через кончики пальцев. Создайте непрерывный поток энергии и позвольте себе прислушаться к ней так, чтобы чувствовать её пульсацию.       Лю Вэй точно выполнил указания друга. Су Юн был им очень доволен.       – У Вас отлично получается! Сейчас постарайтесь сосредоточиться на звуке моего голоса. Я буду тихонько Вас убаюкивать, чтобы первый раз погрузить в верное состояние, но дальше Вы будете пробовать самостоятельно. Хорошо?       Лю Вэй лишь кивнул, внимательно прислушиваясь. Голос Су Юна и правда умиротворял.       – Самое главное в регенерации это контроль энергии, но её никогда нельзя начинать во время встревоженного состояния. Даже если больно или случилось что-то очень дурное, Вы всё равно первым делом должны успокоиться. Полагаю, для других заклинателей это не так важно, но у Вас огненная ци. Ци настоящего воина. Она гораздо более агрессивна, чем, например, моя. Я прочувствовал это, когда вы были... Во мне.       – Простите, – виновато прошептал Лю Вэй, сведя брови вместе. – Я действительно горячий... Не хотел Вас обжечь.       Су Юн невольно покраснел.       – Что Вы. Все в порядке. Знаю, что вы не хотели навредить мне. Вы себя очень сильно сдерживали. Да и… Мне тепло от Вашего жара, – он робко заправил выбившуюся из уха прядь и опустил волнительный взор на руки любимого. – Но Ваша энергия настолько дикая, что если Вы будете пытаться восстанавливать раны во время сильного эмоционального потрясения или хотя бы сердечко в возбуждённом состоянии, это может стать похожим на то, что к ране приложили раскалённый прут. С одной стороны, это прижжёт рану, но вызовет такую муку, что Вы можете потерять сознание. Я уже упоминал, что регенерация сама по себе может сопровождаться болью. Но Вы всегда можете укрыться в более глубоком познании. Если всё упрощать до уровня пирожков и пельменей, то регенерация в простейшей интерпретации представляет собой передачу энергии к ране. Вы направляете так много энергии, сколько можете, и приказываете ей лечить Ваше тело. В это время ваш организм начинает сам себя перестраивать, а Вы поддерживаете течение энергии. Очень важно, чтобы циркуляция продолжалась, а не вся энергия стекалась в одну точку. Вы должны удерживать значительный уровень энергии в повреждённых участках, позволяя течь по магическим венам стабильно равному количеству энергии. Если Вы ранены, первым делом нужно позаботиться о самой серьезной ране. Сначала останавливаете кровотечение, потом переходите к более глубокому восстановлению. Чем серьезнее рана, тем больше нужно концентрации и тем глубже нужно погружаться в медитацию. Но слишком глубоко уйти нельзя – Вы должны продолжать чувствовать своё тело и управлять им.       – А как... Заставить тело лечить себя?       – Сейчас объясню.~       Су Юн тепло ему улыбнулся, видя, как вдумчиво и внимательно слушает его Лю Вэй. Под звуком его голоса он расслабился достаточно сильно, чтобы его ци остыла. Су Юн взял его за руки, чтобы это проверить, ощупал магические вены на запястье...       Лю Вэй довольно рыкнул от удовольствия. В этот момент энергия стала теплее, а Су Юн ласково нажал ему на кончик носа.       – Так-так, вот этого делать нельзя. Раз тренируемся, давайте ещё кое-что попробуем.       – Мм? – заинтересовался Лю Вэй.       – Я буду делать Вам массаж. Обещал ведь ваши чудесные руки размять. Не размыкайте пальцы, что бы ни случилось, и храните ци в спокойствии. Не реагируйте на мои прикосновения, а постарайтесь сохранить циркуляцию энергии невозмутимой. Абстрагируйтесь от чувств и переведите энергию вверх, туда, где болит, и постарайтесь удерживать её. Для начала это будет хорошей тренировкой.       – То есть Вы будете делать мне приятный чувственный массаж, а я должен сопротивляться получению удовольствия от него? – надул щеки Лю Вэй.       Су Юн прикрыл запястьем губы, сдерживая лёгкий смех.       – Можно и так сказать. Ваша ци распаляется от любых эмоций и воздействий. Вы неплохо ее контролируете, но в стрессовой ситуации будет тяжелее. Чтобы медитация не обернулась вредом для самого себя, вы должны уметь абстрагироваться от физических ощущений. Приятные прикосновения отзываются в теле так же ярко, как всполохи боли, так что это хорошая тренировка.       Лю Вэй понимал, что идея была практически гениальной. Так они могли ускорить обучение Лю Вэя и научить его противостоять соблазну и отвлечению, но Лю Вэй знал, какими сладкими бывают массажи возлюбленного, и совсем не хотелось их пропускать.       Видя его раздосадованное лицо, Су Юн ласково погладил его по руке.       – Вы не можете сдаться, господин Лю Вэй.       Лю Вэй понимал это и не собирался отказываться от своего намерения. Глаза стали решительней.       – Я сделаю это.       – А я... Я перед сном сделаю вам особый массаж рук. Чтобы Вы хорошо отдыхали. Этот массаж Вы почувствуете и сможете отреагировать, как захотите... Если, конечно, не захотите ещё потренироваться перед сном.~       Лю Вэй улыбнулся. Раз сладкая награда всё же ждала его, упущенная возможность не так уж сильно на него давила. К тому же, Су Юн никогда ему не отказывал, и если бы он просто попросил, лекарь уже давно сделал бы ему массаж. Только вот ненасытность дракона не так-то просто контролировать.~       – Я согласен. Клянусь, я приложу максимум усилий.       – Не сомневаюсь. Вы всегда так стараетесь! Начните с того, чтобы перевести энергию к больному месту. Внутренне несите мысль о том, что желаете исцелить себя. Фокусируйтесь на этой мысли, можете представлять любые образы. Слушая пульсацию ци, поддайтесь ее расслабляющему воздействию и закройте глаза... Погружайтесь в медитацию, продолжая контролировать... У Вас получится...       Голос Су Юна становился всё более таинственным и далёким. Лю Вэй сосредоточился на своей энергии. Теплая, она равномерно текла по его телу. Пусть техника регенерации звучала несложно, на деле сохранять спокойствие и удерживать энергию в одной точке было совсем непросто, ведь нужно было создать пространство для исцеления и оставить место для потока энергии, при том, что разум должен был быть гибко сфокусирован на движении энергии, лечении и спокойствии.        «Я хочу исцелить себя... Хочу избавиться от боли.»       Лю Вэй продолжал думать об этом, и энергия, бережно коснувшись виска, сняла боль и тяжесть. Лю Вэй поразился этому, хотя характер боли и сменился на мгновение. Затем начал угасать, а затем тепло согревать и успокаивать измученную голову. Лю Вэй почувствовал блаженное облегчение после того, как у него несколько минут раскалывалась голова... Но просто расслабиться было непозволительно. Он должен был продолжать исцеление, чтобы достигнуть лучшего результата.       Медленно он вошёл в желанную медитацию и начал понимать основы регенерации... Благодаря прежним урокам у него вышло с первого раза, но стоило рукам Су Юна коснуться, как его вдруг обожгло болью. Прикосновения любимого не могли не вызывать реакции.        «Просить меня не реагировать на такое – настоящая пытка!»       Лю Вэй отбросил всякие мысли. Было очень тяжело справиться... Он чувствовал нежность кончиков пальцев Су Юна. Каждое его старательное, нежное прикосновение, что крайне нежно ласкало руки. Тело хотело отозваться, но Лю Вэю приходилось остужать свою реакцию. Ему не нравилась эта тренировка! Совершенно не нравилась. Он не хотел гасить свои чувства к возлюбленному и, когда его разум полностью пришел в норму, неожиданно расцепил руку и обнял любимого, прижав к груди.       Лекарь изумлённо заморгал и вопросительно посмотрел на друга.       – Господин Лю Вэй? Что такое?.. У Вас ведь хорошо получалось...       – Я могу не обращать внимания... Могу держать концентрацию, – прошептал мужчина ему в ухо, держа так крепко и надёжно, что Су Юн неизменно чувствовал себя с ним дома. Даже не пытался сопротивляться объятьям, хотя хотел продолжить тренировку, ведь обучить Лю Вэя регенерации, учитывая то, как много он попадал в передряги, было крайне важно. – Я могу, но не хочу так поступать с тем, что Вы даёте мне! Мои чувства к Вам... Я никогда не позволю им погаснуть. И сам тушить не хочу. Ваши прикосновения делают меня горячим... И это самое правильное, что может быть. Прошу, не заставляйте меня... Отрекаться от честности и прятаться от Вашей ласки. Я хочу чувствовать, когда Вы касаетесь меня. Хочу реагировать. Наслаждаться. Дать тепло в ответ.       Су Юн поразился серьёзности Лю Вэя, но затем осознал, что на его месте отреагировал бы столь же сентиментально.       – И как только мог такое предложить? – виновато прошептал Су Юн. – Не переживайте, если не подходит такой метод тренировок, попробуем что-нибудь другое.       Лю Вэй нежно поцеловал его в висок, а затем уложил свою руку в растерянно застывшие к груди ладони. Су Юн тихонько рассмеялся, увидев смущённое, но решительное лицо мужчины. Он требовал ласки, в которой мог реагировать честно. Его мужское достоинство просило об этом, задетое самой мыслью, что он должен отрицать то, что дарит ему любимый. Су Юна согрело это чувство. Он чувствовал себя нужным, значимым... Любимым.       – Это всё равно была полезная тренировка, господин Лю Вэй. Вы молодец.       Нежно шепча свои слова, Су Юн начал делать чувствительным ладошкам возлюбленного массаж. Лю Вэя тут же обдало жаром, и он дико, ненасытно зарычал, уткнувшись бугром в ягодицы Су Юна.       Лекарь почувствовал это... Но постарался остаться невозмутимым, нежно разминая пальцы.       – Поразительно! За такой срок Ваша ци развилась так сильно! – восхищенно пролепетал он подрагивающим голосом. – Чувствуется, как Вы стараетесь. Ци течёт очень хорошо...       Бугор стал настойчивее и вжался ещё плотнее, заставляя Су Юна краснеть. Руки заклинателя – очень чувствительное место, но Су Юн не боялся дать другу то, о чем он просил. Это ведь поможет ему стать сильнее. Это ведь... Выражает то, что он чувствует.       Лю Вэй бережно обнимал Су Юна, прижимая к его телу локти, ведь не мог сомкнуть кисти, оказавшиеся в объятьях ласки любимого.       – Никогда и ни за что, господин Су Юн! – клятвенно прорычал Лю Вэй. – Я не откажусь от своих чувств, я не потеряю огня, что горит в моей душе от нашей близости. Даже проживая с Вами сотни жизней, мне всё равно будет горячо от Ваших рук. Будет мало проведенного с Вами времени и хотеться ещё и ещё. Всегда и неизменно, я горю благодаря Вам, и в этом пламени – мои искренние чувства. Я не умею и не хочу по-другому.       Он прижался носом к щеке Су Юна, показывая, что не собирается его покидать, что ни за что не отступится от того, во что верит. Су Юн многое для него значил, и он просто не мог иначе. А Су Юн... Он чувствовал себя счастливым, слыша эти замечательные сентиментальные слова.       – Я тоже никогда не смогу чувствовать Вас иначе. Вы – мое пламя, господин Лю Вэй. И я... Я рад, что Вы горите в моих руках.       – И так будет всегда, – ревниво и гордо произнес Лю Вэй, прогоняя прочь идею о таких тренировках. – Лучше сделайте мне больно, чем просите не реагировать на Вас! Я так... Я так не могу.       – Я никогда не сделаю Вам больно, – прошептал Су Юн нежно и потерся носиком о нос любимого. – Потренируемся как-нибудь иначе. Могу... Могу Вас щекотать!       Это предложение было таким внезапным, что Лю Вэй сначала рассмеялся, а затем испытал такой наплыв нежности, что утянул ладони друга ему на живот и по-медвежьи крепко сжал его в объятьях, перекрестив над его ногами свои. Обнимая всем телом.       – Вот это действительно пытка! – захихикал дракон, а затем тут же прижался губами к щеке Су Юна, целуя с обожанием влюбленного человека. – Какой же Вы чудесный.~       – Вы! – робко прошептал Су Юн, краснея и ютясь в его объятьях.       – Нет, Вы, – настойчиво повторил Лю Вэй.       Су Юн почувствовал влагу его горячих губ и заволновался, утратив силы спорить. Расслабился в его руках, доверчиво оперевшись о могучее тело. И почему их тренировки всегда заканчивались? Не то, чтобы они были против... Совсем не против... И очень уютно.~       Возражений даже не возникало. Так же, как дышать, им было важно донести, что дороги назад уже нет, что их чувства значат очень многое и отказываться от них попросту нельзя. Даже на пару минуток, даже ради тренировки... Ради чего бы то ни было. Лю Вэй любил Су Юна и хотел, чтобы тот об этом знал.       – Мы! – синхронно произнесли они наконец.       Лекарь счастливо улыбался в теплых и надёжных руках своего мужчины.