Инь и Ян: Слёзы на белых ресницах

      Врата в город отворились, и Лю Вэй впервые порадовался, что они встретили на дороге Цуньцуаня: ему не пришлось объясняться со стражей. Бодрый юнец справился с этой задачей сам, громко заверещав:       – Дорогу! Дорогу! Мы идём к императору!       Кто это «мы» пояснять он не стал, но, видимо, стража была в курсе приказа императора, потому что вслед за телегой начали раздаваться оживленные голоса:       – Надо же, Цуньцуань вернулся!       – Значит, отыскал-таки Серебряного Дракона?       – А чего в телеге? Труп, что ли, везут?       Останавливать и проверять же телегу никто не стал.       Лю Вэй накрутил локон на палец и задумчиво произнес:       – Столица никогда не изменится. Только пересекли порог, а за нами уже шлейф слухов.       Су Юн прижал ладони к груди. Давненько Лю Вэй не видел этот жест... Жест, что защищал Су Юна от всех тревог и печали.       – Не хотелось бы, конечно, чтобы болтали, – робко прошептал он. – Но Вы, господин Лю Вэй, очень известный человек. Подумайте: даже на дальнем севере, такой человек, как Цао Ланьянг, знал о Вас. Вы творили настоящие чудеса, побеждали в невозможных битвах, помогали императору в расследованиях и зарекомендовали себя, как защитник империи. Нет ничего удивительного в том, что в столице про Вас говорят так громко. Чем выше взлетает Серебряный Дракон, тем ярче сияет в глазах людей. Вы становитесь путеводной звездой для нуждающихся, защитой и надеждой Хэкина. Вы и без того привлекали внимание как наследник юга, но теперь... Вы очень много значите для империи.       Лю Вэй улыбнулся, слушая трогательную, полную уважения и восхищения речь лекаря.       – Спасибо, Искорка. И всё же… Стоит быть осторожней. Я не хочу, чтобы внимание ко мне навредило Вам.       – Разве есть что-то такое, что может повредить мне? – добродушно улыбнулся Су Юн, крепче надавив на свои пальцы.       – Вы ведь помните, в какие передряги я Вас втягивал, – не согласился Лю Вэй, зная, что в самом деле близость с ним может навредить другу. – Не хочу, чтобы Вы пострадали. Сейчас нужно сосредоточиться на том, чтобы вернуться к обычной жизни. Надеюсь, опека господина Бэй Сёна убережёт Вас от проблем и лишних сплетен. Сначала будет немного шумно, но постепенно всё вернется на крути своя. Снова будете лечить людей, учиться, узнавать больше и заниматься любимым делом. Помогать другим – действительно Ваше призвание.       Су Юн смущённо заправил прядь за ухо.       – Я буду очень стараться...       – Вы справитесь. И… Лучше держитесь руками, – посоветовал Лю Вэй, неизменно переживая за друга. Было бы странно, если бы он продолжал держать Су Юна на руках. Цуньцуань этого бы не понял, наверняка распустил бы непристойные слухи. Лю Вэй не был уверен, что может доверять человеку, что не следит за своим языком.        «Надеюсь, это проявляется только в его скверном характере.»       Су Юн послушно опустил руки и вцепился в сиденье. Бай-Бай, узрев, что колени Су Юна наконец-то свободны, нагло на нем разлёгся, заменяя поддержку Лю Вэя.       – До самого дворца проедем в телеге. Будет лучше пока не показываться на людях.       Су Юн опустил взгляд на корзинку.       – Скоро мы доставим послание господина Цао Ланьянга. Он так долго этого ждал.       – Нам повезло с извозчиком. Доехали быстро, без особых проблем. Жаль только в Бэй Йэн не попали.       Су Юн скромно опустил взгляд вниз и погладил волчонка.       – Мы всё равно неплохо провели ту ночь.       У Лю Вэя по телу пробежали мурашки. Затем его щеки покраснели.       – Су Юн...       Хотелось попросить его не говорить так, особенно когда Цуньцуань продолжал на них пялиться, но у Лю Вэя язык не повернулся. Чувствуя непомерное смущение от фразы «провели ночь вместе», вспоминая, как говорили о любви мира, как едва не поцеловались, как танцевали под журчание реки и пение ночных птиц, Лю Вэй испытывал гораздо больше чувств от этой двусмысленной фразы, чем должен был себе позволить.       Су Юн тоже притих, почувствовал, что сказал что-то смелое, да и город слегка пугал его своей громкостью. За последние недели он успел отвыкнуть от шума и оживления. Ему было любопытно, что происходит на улицах города, но юноша в мгновение закрылся, словно вернулся в печальное прошлое.       Друзья смотрели каждый в свое окно и рассматривали горожан, ища среди сотен людей знакомые лица, но никто так и не встретил их. Должно было пройти время, прежде чем новости расползутся по Хэкину. Тогда увидеть Лю Вэя захотят все.       Телега остановилась на дворцовой площади. Императорская стража осмотрела её трижды, прежде чем Лю Вэю удалось согласовать остановку с тиграми и убедить их, что дедушке Сонши нужна помощь. Чтобы обезопасить старика от нападения предателей, Лю Вэй счел необходимым хорошо о нем позаботиться, но не мог слепо доверять тиграм, особенно когда узнал, что некоторые из них участвуют в заговоре предателей севера, поэтому он просил сопроводить дедушку до земель клана Сён, зная, что Бэй Сён точно о нем позаботится и будет защищать на должном уровне.       Дедушка Сонши мастерски подыграл, угадав задумку Лю Вэя. Он скрючился и начал ныть на больные ноги. В конце концов Лю Вэю удалось разжалобить знакомого стражника, и он остался доволен собой. Шпиона в извозчике никто не различил. С виду дедушка Сонши выглядел диковатым простодушным крестьянином, потому заподозрить его ни в чем не должны были... Но Лю Вэй на всякий случай наложил на него прозрачный барьер из ци, что защитил бы его от любой атаки, и шепотом попросил не подходить к тиграм слишком близко.       Всё это время Цуньцуань сходил с ума и изнывал от нетерпения. Ему хотелось как можно скорее отправиться к императору, и он не понимал, почему они тратят так много времени, чтобы «позаботиться о каком-то старике», а когда его терпение лопнуло, снова начал ныть.       – Да сколько можно! – вопил он. – Я что, не ясно сказал?! Его Величество ждёт! Он сказал сразу же явиться к нему!!!       – Ты человек или нет, Цуньцуань? – оскалился Лю Вэй, не сдержавшись. – Чего ты так боишься? Если император захочет тебя казнить за то, что ты слишком долго искал меня, он это сделает. И забота о старике этому не помешает.       Слуга опешил и возмущённо раскрыл рот, но так и не нашел, что на это возразить. А вот Бай-Бай зло залаял, защищая старика. Цуньцуань так испугался волка, что отпрыгнул назад, упал в сугроб, поднялся, снова упал, а затем отряхнулся от снега и отошёл ещё на несколько шагов, спасаясь от острых клыков зверя. Бай-Бай чуть на него не набросился. Лю Вэй удержал его двумя пальцами за ошейник... При этом не отдал словесных команд.       – Понял я, понял! – плаксиво проскулил слуга.       Лю Вэй надеялся, что Цуньцуань усвоит урок. Он не был сторонником запугивания, но этот человек слов не понимал. Уважение к старшим – это первое, чему учат мужчину. Если Цуньцуань этого не понимал, его душа находилась в потёмках.       – Фу, Бай-Бай, – наконец скомандовал Лю Вэй, увидев в глазах слуги зарождение понимания. – Дедушка Сонши провел в дороге две недели. Для его возраста это очень много. В пути ему несколько раз становилось плохо. Ему нужна помощь, – терпеливо пояснил дракон, чтобы слуга понял свою ошибку.       У Цуньцуаня в глазах появилось сочувствие. Он виновато поклонился, извиняясь перед стариком.       – Простите...       – Ничего, ничего! – добродушно воскликнул старик и похлопал юношу по плечу. – Молодежь всегда так старается, так спешит! Знаю, что ты то не со зла. Что ж, проводите меня к достопочтенному лекарю, пожалуйста!       После этих слов старика увели, а к телеге подбежали молодой конюх и несколько слуг, что учтиво предложили Лю Вэю позаботиться о вещах. Однако, у друзей было всего один мешок – с вещами Лю Вэя, да корзинка, в которую сложили самое ценное и инструменты Су Юна. Он намеревался понести их сам, так что оставил слугам заботу о телеге и дал распоряжения по поводу заботы о лошадях. В этот момент он выглядел очень гордо – как настоящий правитель. Су Юн с улыбкой наблюдал за ним из телеги, восхищаясь тем, какая стальная у мужчины хватка. Казалось, он всегда знал, что должен делать, был таким уверенным и мужественным... Су Юн невольно залюбовался им, провалившись в мечтательные грёзы.       Лю Вэй закончил диалог со слугами и хотел уже открыть телегу и помочь Су Юну спуститься, как почувствовал на себе жгучий, недовольный взгляд. Он обернулся и увидел семейство Фэйцвэй. Цуй Фэйцвэй вел за руку свою супругу. Трое младших жен, склонив головы, семенили за ним маленькими шажками, а по бокам их сопровождали его сыновья при полном боевом облачении. Увидев Лю Вэя издалека, глава изумрудных драконов застыл на расчищенной от снега дороге и заинтересованно приподнял брови. Лю Вэй обернулся на него, но в знак приветствия вместо поклона позволил себе лишь кивок. Вспомнил, как точно так же – решительно и уверенно – вёл себя в столице Джань, и почувствовал, как исцеление помогло ему обрести веру в себя и свои силы. Однако открыто демонстрировать обретённое могущество Серебряный Дракон не стал. Он вёл себя сдержанно и спокойно, не проявляя ни враждебности, ни дружелюбия, словно случайно пересёкся с кем-то знакомым, но совершенно незначимым. Сразу же по возвращению злить злейшего врага было не лучшей идеей.       Лю Вэй ожидал от Цуя Фэйцвэя какой угодно реакции, но только не того, что мужчину вдруг передернет и он смиренно опустит взгляд в пол, как жалкий слуга пред жестоким господином. Приглядевшись, Лю Вэй заметил, что изумрудный дракон стал выглядеть слабым и иссушенным, словно его здоровье подорвала болезнь или какая-то странная трагедия. Видеть одного из своих врагов в таком состоянии было для Лю Вэя непривычно. В голове сразу же завились вопросы: «Что случилось? Что он делал в императорском дворце с семьёй? Чем он так огорчён?». В тот момент Лю Вэй моментально включился в дворцовую игру, которую ненавидел всем сердцем.       Серебряный Дракон проводил взглядом процессию изумрудных. Всё время, что Фэйцвэи размеренно шли вниз по лестнице, делая вид, что их совершенно не волнует возвращение Лю Вэя, которого они всем сердцем ненавидели и которому наверняка мысленно желали смерти, Цуньцуань краснел от бессильной злобы. Его нетерпеливая натура манила поторапливаться, но Бай-Бай всё ещё скалил клыки, а слова Лю Вэя по-прежнему держали слугу в узде. Юноша очень старался не заикаться про спешку, но он хотел как можно скорее сдать задание и убедиться, что император не собирается казнить его за то, что он привел дракона настолько поздно. Судя по его трусливой реакции, Ланг Бао последнее время принимал много спорных решений. Люди его боялись.        «Хорошего правителя не боятся, его уважают.»       С тревогой подумав об этом, Лю Вэй убедился, что Фэйцвэи ушли, и лишь после этого открыл дверь.       – Господин Су Юн, мы тут со всем разобрались, можете выходить.       Взглядом он спрашивал, всё ли хорошо, и прижал ладонь к своей груди, безмолвно интересуясь состоянием раны. Су Юн добродушно улыбнулся, а затем сложил руки на груди и вышел на улицу самостоятельно, без помощи друга. Лицо у него в тот момент было совершенно спокойным, а движения не вызывали даже сомнения в том, что он может быть не здоров. Су Юн прекрасно владел собой. Лю Вэй с печалью подумал, что у юноши огромный опыт в том, чтобы терпеть боль. Учитель издевался над ним. Прожив с ним всю жизнь, Су Юн обрёл огромное самообладание. Даже тогда, когда юноша только вырезал из себя что-то, когда всё его одеяние было залито кровью, а сил стоять на ногах у него не было... Он всеми силами старался не показывать, как ему тяжело. Не хотел обременять дракона, пока не сдался в его руки, пока не почувствовал, что с ним можно стать слабым. Теперь же настало время снова быть сильным, и Су Юн спокойно задавил в себе боль. С божественной статью, с грацией небесного принца, не подавая и признака нездоровья, он уверенно шагнул вперёд, потирая ладонь большим пальцем у груди.        «Какой же ты сильный, Искорка...»       Лю Вэй невольно восторгался им и задавил в себе желание протянуть ему руку.       «Ты справишься.»       Оставив телегу позади, они наконец вошли во дворец. Цуньцуань был этому безмерно рад и шел так быстро, что едва ли не бежал. Лю Вэй же поддерживал спокойный темп, ступая нога в ногу с Су Юном. Даже Бай-Бай шел медленно, потому далеко уйти слуга не мог – с его тревожностью он должен всё контролировать, потому отходил на несколько шагов и нетерпеливо складывал руки на груди, постукивая сапогом по земле, словно поторапливая их. Лю Вэю, конечно же, ужасно хотелось увидеть Ланга Бао как можно скорее и узнать всё, что так сильно его беспокоит, но он не мог позволить себе обращаться так небрежно с Су Юном, которому тоже нужно было бы поспевать за ними. Лю Вэй предпочел идти медленно и безопасно, а заодно научить Цуньцуаня терпению, которого ему не хватало. Слуга в ответ молчаливо ругался и понятия не имел, почему символ клана Вэй – это дракон, а не ленивец или черепаха.       По пути на друзей заглядывались все, кому не лень. И слуги, и обитатели дворца с пытливым интересом разглядывали вернувшегося дракона. За спиной тут же послышались перешёптывания, но ничего конкретного Лю Вэй различить так и не смог. Все эти люди казались просто шумом на фоне, слившимся в монотонный гам, таким же смогом, как витал в небе над столицей.       По обыкновению к господину Лангу Бао на приём стояла огромная очередь, но когда друзья подошли к тронному зал, то не увидели людей. Лю Вэя это удивило, ведь был полдень, а в это время народу собиралось больше всего.       – Что-то случилось? – спросил Лю Вэй с любопытством.       – Понятия не имею! – дерзко воскликнул Цуньцуань. – Меня же здесь не было три недели!       Ответ пришел к ним сам, когда стражи перегородили алебардами проход к залу ожидания приёма.       – Его Сиятельное Величество Ланг Бао сегодня не принимает.       Лю Вэй напрягся.        «Плохо. Император не отменяет приемы просто так. Обычно это происходит, если у него истерики... Но я думал, он уже преодолел этот этап. Неужели моё отсутствие так сильно его подкосило?.. Или что-то случилось?..»       Пока дракон об этом думал, Цуньцуань выпятил грудь вперёд и хмыкнул:       – Разуйте глаза, достопочтенный!       Только Цуньцуань мог совмещать в своих репликах грубое хамство и уважительный тон.       – Я привел Серебряного Дракона! Вы что, уже забыли, как он выглядит?       Стражи изумлённо переглянулись, и лишь затем присмотрелись.       – И правда! Серебряный Дракон! И этот его лекарь...       Лю Вэй оскалился.        «Что это ещё за «и этот его лекарь»?!»       Лю Вэю ужасно не понравилась эта фраза, но после неё стражи клана Бао освободили путь и бдительно вытянулись. Су Юн смущённо прикрыл ладонями покрасневшие щеки. Ему было так неловко, что он не мог вынести взглядов людей.       Несмотря на то, что Ланг Бао никого не принимал, он всё равно проводил время в тронном зале. Лю Вэй успел отвыкнуть от сиятельного блеска колонн и богатства, которым пестрил дворец. На мгновение его ослепила яркость золота, а затем и блеск императора. Ланг Бао, не изменяя себе, носил десятки украшений. На его запястьях висели свободные браслеты-кольца, с ушей свисали серьги-дождики, на шее переливалось перламутром жемчужное колье, а лодыжки обхватывали золотые цепи. Волосы императора были свободно расправлены и ниспадали на трон, но голову неизменно украшала императорская корона. Ланг Бао воистину сиял от многообразия украшений, тогда как наряд его был темным: чёрно-оранжевым, что подчеркивало блеск золота и выделяло жемчужные вышивки на груди. Император лежал на троне, закинув ногу на ногу. На подлокотник он уложил голову, смягчая себе ложе круглой подушкой с золотыми кисточками, а в руках держал книгу. Лю Вэй узнал её по обложке: это был популярный сянься роман про двух бессмертных заклинателей. Он обрёл популярность благодаря крайне подробным описаниям романтических сцен под покровом ночи с участием красивых юношей.        «Он что, прогнал всех людей, чтобы… Почитать?..»       Это было настолько похоже на Ланга Бао, что Лю Вэй не удивлялся.       Не отрываясь от книги, Тигрёнок качнул ногой и недовольно буркнул:       – Ну кто там ещё пришёл? Сказал же меня не тревожить! Тут самое интересное!!! Прочь!       – Ваше Величество...       Тон Цуньцуаня заметно изменился. Юноша сразу стал покорно послушным, как и полагалось говорить слуге. Цуньцуань раскланялся в таких причудливых поклонах, что Лю Вэй не был уверен, что даже с его прошедшим третье прозрение телом он сможет повторить такие движения.       – ...я исполнил Ваш приказ.       – Что?..       Император протянул лениво, словно забыл, что вообще что-то приказывал, а затем всё же неохотно оторвал взгляд от книги.       – Ну что такое?..       – Ваше Величество, я, Серебряный Дракон клана Вэй, Лю Вэй прибыл, чтобы продолжить верную службу своему императору, – почтенно произнес Лю Вэй и поклонился, вытянув вперёд гуань дао.       Су Юн, сцепив зубы, плавно поклонился вслед за ним. Его дрожащие руки бережно придерживали одеяние на груди.       Ланг Бао моргнул раз.       Моргнул два.       Затем на его лице ожило счастье, и он вскочил с трона, рывком ног придав телу ускорение. Швырнув книгу за спину, он запрыгал на месте, радостно вопя, как ребенок:       – Дракоооооооон!!!       А затем сорвался с места и, пролетев лестницу в два прыжка, налетел на Лю Вэя с объятьями и обвил его шею. Лю Вэй вовремя успел выпрямиться и опустить оружие, а Ланг Бао запрыгнул на него с ногами, радостно смеясь.       – Дракоооон! Ты вернулся! Я так скучал! Живоооой!       Лю Вэй невольно улыбнулся. Неформальное обращение императора было ему приятно, хотя, конечно, он внутренне напоминал себе про разницу их статусов и необходимость почтительного обращения. Пусть они поддерживали дружеские отношения, они оставались императором и верным защитником.       – Я ведь обещал Вам, достопочтенный Сын Неба, что вернусь.       – Ура! – простодушно радовался император. Затем он надул щеки и показал обиду. – Я, вообще-то, тебя раньше ждал! Думал, ты сбежал от меня в романтическое приключение со своим Су Юном!       Оба юноши покраснели в этот момент.       – Что Вы! – неловко рассмеялся Лю Вэй, почесывая затылок. – Я ведь сказал, что отправляюсь лечиться. К тому же, Вы сказали, что я могу взять всё время, лишь бы вернулся живым и здоровым. Я выполнил Ваш приказ, достопочтенный Сын Неба. Я... Я здоров.       – О, правда? – Ланг Бао искренне обрадовался и наконец-то отпустил Лю Вэя. Теперь он осматривал его, уложив руки на плечи и слегка потряхивая друга от переизбытка радости. – Это отличные новости! Просто за-ме-ча-тель-ные.~ Но ты должен был вернуться раньше!       – Прошу прощения, достопочтенный, исцеление заняло больше времени, чем я предполагал...       – Ага, я вижу! Вы с Су Юном уже пожениться успели! – Ланг Бао надул губы. – Вот чем ты там занимался! Конечно, я слышал, что такие вещи способны исцелить любые невзгоды, а плоть лекаря наверное обладает и вовсе невероятными свойствами....        «Что он несёт?!»       Лю Вэю стало ужасно стыдно перед невинным Су Юном, уши которого в мгновение покраснели.        «Начитался же своих эротических книжек!»       Су Юн смущённо опустил голову и весь сжался, пряча алое лицо за ладонями.       – Ничего подобного! – с красными щеками возразил Лю Вэй.       Ланга Бао это совсем не беспокоило. Его возмущения были направлены в совсем другое русло:       – Как вы могли не позвать меня на свою свадьбу?! Ты же знаешь, как я люблю гулять на празднованиях!        «Да что с ним?!»       – Не было никакой свадьбы! – возразил Лю Вэй, краснея ещё гуще. Эта тема выбивала его из колеи.       – Конечно, конечно! Су Юнчик ведь просто так ходит в одеждах клана Вэй!       Лю Вэя как стрелой пронзило. Су Юн смущённо пискнул, убрав руки от лица и замотав ими в воздухе.       – Достопочтенный Сын Неба, вы все неверно поняли! – робко попытался оправдаться он надрывистым голоском, но император даже слушать не стал.       – Ничего, ничего. Я прощу вас, молодых. Что уж тут, против любви идти не буду. Я забочусь о своих людях. Я ведь хороший император, – Ланг Бао деловито потёр подбородок. – Главное, чтобы вы были счастливы.       У Су Юна закружилась голова от стыда. Он низко склонился, переминая руки у груди. Потёр безымянный пальчик, подумав о кольце, что случайно выпало из кармашка дракона…       – Н-ничего такого н-не было, господин Ланг Бао... – запинаясь, робко, практически жалостливо прошептал лекарь.       – Одежда Су Юна утонула! – воскликнул Лю Вэй, чтобы наконец вразумить императора. – Лошадь провалилась под лёд во время испытания владыки Чжёнгью, так что нам пришлось действовать по обстоятельствам! Су Юн просто переоделся в чистое, вот и всё!       Лю Вэй только сейчас осознал, какой ошибкой обернулось это для них. Су Юн прошёлся в клановом одеянии Вэев по всему дворцу...        «Вот чего все шушукались! Плохо дело...»       Слухи пойдут из-за их неосторожности. Опьянённые любовью, они совсем забыли о такой малости. Но... Су Юн совсем не сожалел. Он носил фиолетовые одежды с гордостью и благодарностью.       – Как только вернусь домой, обязательно переоденусь, – смущённо пообещал он.       Ланг Бао разочарованно вдохнул.       – Ну что такое, Лю Вэй! Я уж надеялся! Почему ты до сих пор не...       Увидев убийственный взгляд дракона, император понял, что это лучше не обсуждать, и рассмеялся.       – Ну ничего, когда соберётесь обязательно меня позовите!       Су Юн закашлялся, краснея ещё больше.       – Я не...       – Мы сами разберёмся, – грубовато произнес Лю Вэй, нахмурившись. Он не позволил Су Юну отказаться, как не позволил императору лезть в их дела.       Ланг Бао надул щеки.       – Ну что за бука! В такие моменты ты так похож на Тэя!       Услышав имя наставника, дракон поднял голову. Глаза его заблестели.       – Учитель вернулся? – живо спросил Лю Вэй.       – Да, – император сказал об этом как-то отстраненно. Было понятно, что у между ними что-то не так. – Он сам на себя не похож. Без тебя словно на год назад вернулся! Снова весь такой холодный и нелюдимый. Бука-генерал.       Ланг Бао артистично вздохнул, смахнул воображаемые слёзы и, словно наконец вспомнив про существование Цуньцуаня, что всё ещё не выпрямился и продолжал кланяться, поражаясь неформальности общения между императором и драконом, произнес:       – Ты, наверное, по нему сильно соскучился, да и он по тебе! Давай его позовём. Цунечка, разыщи Тэя. Только поскорее!        «Цунечка?»       Лю Вэй едва сдержал смех. Ещё смешнее ему было с реакции слуги, потому тот встрепенулся, вытянулся, а по лбу побежал холодный пот. Он явно очень не любил разыскивать генерала – еще больше, чем дракона.       – Даааа, мой господин.... – нервно отозвался слуга.       Тигрёнок махнул рукой, мол, иди уже, и тут же перевёл взгляд на Лю Вэя.       – Мне не терпится услышать про твое путешествие, дракон! Но, думаю, мы подождем Тэя. Он, конечно, строит из себя неприступного и холодного генерала, но он тоже за тебя очень волновался и очень тебя ждал. Он тебя любит, это точно, и тоже захочет послушать.       Ланг Бао взял его за руки и радостно подпрыгнул. Лю Вэй был рад, что в юноше осталось столько дружелюбия и жизнерадостности. Значит, его состояние было не столь плохим...       – Я правда соскучился по учителю, – мягко признал Лю Вэй, а затем обратил внимание на то, что кисти императора, ладони и пальцы были перебинтованы лентой телесного цвета. Издалека было незаметно, но вблизи они стали слишком явственными.       – Ваши руки...       Император отдернул руки и отмахнулся, убрал их за спину.       – Не переживай, это я просто ночью гонял демонов. Скребутся и скребутся, достали уже!       Лю Вэя это тревожило.       – Неужели господин Тэй Шу не может найти причины?       Ланг Бао понурил голову.       – Это и пугает больше всего. Но ничего! Когда я скребусь в ответ, все демоны уползают прочь!       Лю Вэю это очень не нравилось.       – Может, мне осмотреть Ваши покои? – предложил Су Юн, искренне переживая за императора.       Ланг Бао облизнулся.       – Ну, я никогда не прочь, чтобы такой красивый и свободный юноша заглянул ко мне среди ночи.~       Лю Вэй уставился на императора угрожающе, но Ланг Бао откровенно веселился, провоцируя дракона.       – В качестве помощи, – прорычал Лю Вэй важное уточнение.       – Я об этом подумаю, – хихикнул император. Он явно не рассматривал помощь Су Юна всерьёз, просто игрался с драконом, по которому сильно соскучился. Видимо, не считал, что лекарь может найти то, что неведомо генералу. Тэй Шу был чем-то абсолютным – если не знает он, не знает никто.       – Я бы хотел... – робко прошептал Су Юн, все ещё надеясь помочь Его Величеству, но Ланг Бао вдруг отошёл от них и вернулся на трон, вальяжно сев и закинув ногу на ногу. Затем он почувствовал, что ему неудобно, и вытащил из-под себя томик эротического романа.       – Так вот! – воскликнул он, по обыкновению, не желая никого слушать. – Ты вернулся, дракон, это так чудесно! Без тебя здесь было ужаааасно скучно. Так что я надеюсь, что теперь ты развеешь мою скуку. Скоро пройдет твоё испытание. Я надеюсь, ты достойно себя покажешь. Выглядишь здоровым и посвежевшим, будет интересно посмотреть на твою битву с Тэем!        «Так он не собирается отменять испытание? Конечно, было глупо на это рассчитывать. Я с самого начала знал, что должен пройти через этот рубеж.»       Лю Вэй почтительно поклонился.       – Конечно, достопочтенный Сын Неба. Я порадую Вас грандиозным зрелищем.        «Теперь точно! Я покажу, чему научился! Ещё есть время стать сильнее!»       Ланг Бао остался доволен. Затем с горящим взглядом захлопал в ладоши.       – Славно, славно! А теперь перейдем к самому главному.       – Главному?..       – Да! Вы ведь наверняка привезли мне из путешествия много-много подарков?       Лю Вэй изумлённо приоткрыл рот. Конечно, он знал, что господин Ланг Бао любит подарки, но он как-то не ожидал, что император потребует у него сувениры. Было как-то не до этого, да и в городах они почти не останавливались.       Су Юн взволнованно заморгал, чувствуя неловкость и даже стыд. Он тоже не подумал о подарке для императора и теперь заволновался, что им совсем нечего ему подарить. Руки его взволнованно начали потирать друг друга.       – Ваш лучший подарок – это моё исцеление, господин Ланг Бао, – быстро нашелся с ответом Лю Вэй. – Я обрёл силу и направлю её на защиту империи.       Ланг Бао надул щеки.       – Это ты и так обязан делать. Это не подарок!       Император включил капризного ребенка. Конечно, он соскучился по Лю Вэю и ему хотелось подурачиться, ведь так себя вести Ланг Бао позволял себе только с близкими, но Лю Вэй все равно считал, что это недостойно. Портить настроение императору тоже не хотелось.       Тогда в дело вступила сообразительность Су Юна.       – В пути мы встретили редчайшие кристальные деревья, – произнес он почтенно, но робко. Затем взял в руку флягу с прекрасно сохранившимися северными веточками. Некоторые них уже пустили тонкие корешки. – Мы могли бы посадить несколько в вашем саду, чтобы они радовали Ваш глаз. Например, на той стороне сада, куда выходят окна Ваших покоев. Тогда бы вы могли любоваться ими и вспоминать тот чудесный день, когда господин Лю Вэй вернулся здоровым и порадовал Вас своим присутствием.       Речь Су Юна подкупала. Император улыбнулся, затем отмахнулся рукой.       – Ветки мне не нужны, – отказался он, считая такой дар недостойным, но, немного подумав, всё же добавил: – Хотя деревья всё же посадите. Пусть будут.       – Они будут радовать Вас, достопочтенный господин, – радостно заверил Су Юн. – Настоящая ценность в жизни – это эмоции, что дарят нам близкие люди, а вовсе не украшения или подарки. Эти древа всегда будут напоминать Вам о силе Серебряного Дракона, его доблести и решимости верности служить Вам. Господин Лю Вэй прошел очень тяжёлый путь, чтобы получить исцеление.       Лю Вэй не хотел утруждать императора рассказами о своих героических подвигах. Не стеснялся, просто... Это было для него очень личными воспоминаниями, и он не хотел бы, чтобы все вокруг обсуждали это.       – Я сделал всё, чтобы вернуться, – решительно произнес Лю Вэй. – Как и впредь я буду делать всё, чтобы хранить империю. У меня для Вас очень важные вести...       – Важные вести мы послушаем вместе с Тэем, – сказал император. Его взгляд приковала корзинка, и он не мог перестать думать об одной вещи, которая лежала там. Сначала он решил, что это подарок для него, но Лю Вэй все никак не решал это объявить, поэтому император снова вскочил с трона и подбежал к дракону. Завился возле корзины, словно хитрый лис.       – Но вот эта вещица... Она ведь для меня? Для меня ведь? Такая красивая...~       Лю Вэй проследил за его взглядом и понял, что Ланг Бао положил глаз на снежный шарик Су Юна. Лекарь изумлённо заморгал. Он не был жадным и, в самом деле, никакую вещь бы не пожалел для других, но снежный шарик был для него дорог, ведь его подарил ему Лю Вэй. К тому же, он так ему нравился!       Ланг Бао потянул к нему свои руки, но Су Юн вдруг порывисто ухватил его первым и прижал к груди, зажмурившись. Щеки его загорелись от стыда – никогда ведь так смело себя не вёл, но своё – то, что так дорого душе – хотел уберечь любой ценой!       – Это... Это мой шарик!.. – прошептал он сентиментально, крепко сжимая его в руках и укрывая всем телом.       Ланг Бао изумлённо уставился на лекаря, не ожидая от тихого и покорного юноши такой реакции и ярого сопротивления. Су Юн так сжался, словно у него должны были отнять самое ценное.       Лю Вэй недобро посмотрел на императора и перегородил Су Юна собой.       – Это мой подарок господину Су Юну на Новый Год. Я сожалею, господин Ланг Бао, но я не купил для Вас ничего в дороге. В следующий раз во время проездки я непременно куплю Вам сувенир. Но из-за того, что я был при смерти большую часть пути, я думал о выживании, а не о подарках.       Ланг Бао обиженно надул щёки.       – Но ему подарок ты купил! Раз так, пусть Су Юн развлечёт меня как-нибудь иначе!       Лю Вэй нахмурился.       – Вам недостаточно моего испытания? При всем уважении, господин Ланг Бао, Вы – правитель империи, и не о подарках думать должны!       Ланг Бао возмущённо сжал ладони в кулаки.       – Совсем распустился? Забыл, с кем говоришь?       Он топнул ногой, желая выглядеть угрожающе, но Лю Вэй его не боялся. Он чувствовал, что за ребяческим поведением Тигрёнка стоит что-то большее, чем просто желание развлечься.        «Он ведёт себя как ребенок всякий раз, когда бежит от ответственности. Что-то... Что-то случилось?..»       – Я говорю со своим императором! – твёрдо ответил Лю Вэй. – И прошу своего императора помнить о достойном поведении. Я говорю со своим другом и напоминаю, что никогда не желал Вам ничего дурного, всегда был и буду на вашей стороне. И если что-то случилось...       Ланг Бао зажмурился и отвернулся.       – Я просто хочу, чтобы Су Юн для меня станцевал!       Лю Вэя привело это в бешенство.        «Су Юн тебе кто? Шут? Игрушка?!»       Оскалившись от такого возмутительного заявления, Лю Вэй прокричал:       – Если желаете получить подарок, у меня действительно есть кое-что для Вас! – Лю Вэй выхватил из корзинки альбом с рисунками Су Юна. – Это правда о том, что творится в Вашей империи! То, о чём Вам действительно стоит подумать!       В этот момент в тронный зал вошёл генерал, спасая пару от странного, неудобного разговора. Не говоря и слова, он подошел к императору и, взяв его за руку, потащил к трону. Трижды подпрыгнув, Тигрёнок поравнялся со змеем и влюбленно посмотрел на него.       – Тэй! – радостно воскликнул Ланг Бао, вернувшись в чувства.       – Учитель!       Радостно позвав наставника, Лю Вэй низко поклонился. Су Юн, всё ещё трепетно держа в руках снежный шарик, поклонился следом. Бай-Бай, всё это время сидевший смирно, оскалил на генерала клыки.       Генерал усадил императора на трон, и, сложив руки за спиной, свысока посмотрел на ученика, изучая его взглядом. Цуньцуань, застывший в дверях, решил быстро ретироваться, пока его ещё за кем-нибудь не послали, но никто этого даже не заметил. Мир застыл под ледяным взглядом хладнокровного генерала. В нём и правда пропала и капля тепла.        «Что с ним случилось?.. Это всё... Из-за Чудотворца?..»       Но первым задавать вопросы было суждено не дракону.