Инь и Ян: Слёзы на белых ресницах

      Семейный ужин продлился до самого вечера. За уютными разговорами, весёлыми шутками и бережной заботой время пролетело незаметно. Лю Вэй продолжал расспрашивать учителя о новостях и узнал несколько интересных деталей. Ответа от данийцев на «послание мира» всё ещё не было. Демонопоклонники притихли и не тревожили покой столицы, а Лэй Линь с достоинством провел религиозный праздник и хорошо справлялся с ролью настоятеля. Про Шэна Бэй Сён ничего не знал, зато обвинял Нан Линя в том, что тот слишком много пьёт в его доме, так ещё и вино принёс слишком крепкое!        «Нашел, из-за чего ворчать! – рассмеялся Лю Вэй. – Самому ведь нравится, но для виду ведь надо на что-то поворчать. Всё никак не хочет признавать, что у них завязалась дружба.»       А вот про генерала Бэй Сён рассказывал вещи не самые приятные: Тэй Шу, как вернулся в Хэкин, всё время был не в духе, стал ещё более нелюдимым и занимается чем-то в тайне от всех. Кланы про него разное болтали – в основном недоброе. Лю Вэя огорчало, что за то время, что Тэй Шу занимал пост генерала, к нему так и не прониклись уважением жители столицы, которых он так доблестно, самозабвенно и старательно защищал.        «Господин Тэй Шу подвергал себя опасности, сражаясь с врагами в одиночку, а ему в спину снова говорят гадости. Он делает добрые дела, рискует собой, день и ночь беспокоится о защите империи, но его все равно считают героем единицы. Как же Хэкин несправедлив! Может, поэтому снег всё никак не тает? Боги ждут, пока потеплеют сердца людей?»       Во время их разговора Су Юн сидел тихо. Мысли лекаря путались из-за лёгкого опьянения, но ему было достаточно чувствовать тепло любимого мужчины и обнимать его. Не хотелось слишком резко разрывать связь с ним, не хотелось отпускать. После того, как долго он провел в его объятьях, как узнал их уют и защиту, Су Юн желал всегда быть рядом с другом. Он оставался честен во всем: словах, прикосновениях, чувствах. Пусть голова кружилась от вина и любви, он неизменно чувствовал себя уютно с Лю Вэем, оставался робок, спокоен и тих. Ему нравилось просто слушать голос любимого мужчины, уютно обнимать его и сжимать в крепких объятьях. Он держался за него, словно за основы вселенной, корни мироздания, величайший оплот спокойствия... И пусть дедушка Сонши смотрел на их милование вопросительно и предосудительно, а Бэй Сён взглядом был готов прибить Серебряного Дракона, Су Юн ни за что бы не отпустил Лю Вэя. Не хотел. Вот таким капризным и непокорным сделала его капля вина. Таким верным и ласковым Су Юн оставался, вне зависимости от обстоятельств и самочувствия.       Лю Вэй поглаживал его по голове, помогая прогнать головокружение, а Су Юн ласково потирался щекой о его плечо, жмурясь от удовольствия.        «Поразительно ласковый.~»       Лю Вэй был им очарован. Грезил о нем, наслаждался его обществом и чувствовал, что пока Су Юн рядом с ним – всё будет хорошо. Знал, что защитит и убережёт его.       Лю Вэй оживлённо беседовал с домашними, попутно подкармливая Су Юна вкусняшками с палочек. Юноша не смел отказываться и пробовал все угощения, но по чуть-чуть. Порой он лишь слегка надкусывал, а Лю Вэй доедал оставшееся. Бэй Сён краснел от негодования, придавая этому жесту слишком много внимания, краснел и пыжился, ища, что бы запульнуть в нахального дракона, смевшего любовно заигрывать с его сыном, так смело вести себя с ним, словно они уже были мужем и женой, но у Су Юна был такой довольный и умиротворённый вид, что Бэй Сён просто не посмел вмешиваться в их идиллию... И так довольно накричался, потрепав сыну нервы при встрече. Однако когда на улице стемнело, а все были сыты и изрядно пьяны, Бэй Сён вдруг вспомнил то, что помогло ему наконец-то освободить Су Юна из драконьих лап:       – Кстати о новостях. Забыл сказать самое главное.       – Самое главное? – оживился Лю Вэй. – Что-то случилось?       – Сегодня приходил твой друг. Тот, что таскает тебе письма из Солнечной Арасии. На самом деле, не только сегодня, он уже пару недель торчит в городе, но сегодня он услышал о твоём возвращении и первым делом пришел сюда. Прямо незадолго до вашего прихода. Вы, должно быть, совсем немного разминулись. Я хотел первым делом сказать, но потом пришел Тэй Шу, и у меня из головы вылетело... Но то и не удивительно!!!       Бэй Сён, казалось, всё ещё дулся и никак не собирался отпускать ситуацию. Он пламенно вознамерился вновь и вновь напоминать об этом дракону, стыдить его и воспитывать, чтобы больше не смел учить его сына ничему непристойному.       – Са Цзя? – Лю Вэй изумлённо раскрыл глаза. Мысль о том, что отец наконец-то прислал вести, грела ему сердце и толкала к действию. Душа дракона затрепетала в смеси беспокойства и радости. Он наконец-то узнает, как дела у его семьи! – Неужели? А где...       Лю Вэй был готов завалить Бэй Сёна вопросами, но мужчина прервал его на корню, повысив голос:       – Я предложил ему остаться и подождать тебя, но он, кажется, мне не доверяет. Письмо для тебя он, конечно же, тоже оставлять не стал. Сказал, что это личный разговор и чужим к нему причастными быть нельзя.       – Это похоже на него, – улыбнулся Лю Вэй. – Он осторожен.       – Тебе стоило бы поучиться у своих друзей, – проворчал Бэй Сён, а затем снова стал серьёзен. – Он был очень встревожен, Лю Вэй. Тебе лучше поскорее его отыскать.       Тревога опустилась на душу вместе с дурным предчувствием.        «Са Цзя? Встревожен?.. На него это не похоже… Он ведь жизнерадостный парень. Неужели дома беда?..»       – Должно быть, он тоже слышал слухи о моей смерти... Да и две недели... Са Цзя ненавидит Хэкин, неудивительно, что он не в лучшем расположении духа.       Лю Вэй решил не делать поспешных выводов, тем более что в его руках беспокойно заворочался Су Юн. Не хотел огорчать любимого прежде чем узнает наверняка.       – Вам стоит пойти, – прошептал Су Юн, томно заглядывая в глаза любимого.       Лекарь приподнял голову, вытянул шею... Всё это было так притягательно, что хотелось губами прильнуть к коже и остаться во власти чар любви до рассвета... А лучше и вовсе на всю жизнь. Но Лю Вэй не мог себе позволить вести себя так вольно. Тем более на людях.       – Не стоит заставлять господина Са Цзя и Вашего отца беспокоиться и ждать.       – Вы правы, – Лю Вэй поборол искушение остаться. Да и даже под лаской Су Юна едва ли смог бы усидеть на месте, когда столь долгожданные вести наконец добрались до столицы. Он предполагал, что Са Цзя ждёт его либо в его покоях, либо возле дворца. Соблюдает осторожность, но внимательно наблюдает.        «Что же ответил отец?»       Сердце Лю Вэя застучало учащенно. Он больше не мог усидеть на месте, и Су Юн, верно чувствуя его желания, отстранился, не сводя с друга томного взора.       – Ступайте. А мы всегда будем ждать Вас в гости.       – Говори за себя! – проворчал Бэй Сён.       Все дружно рассмеялись.       Лю Вэю не хотелось так резко покидать семейное торжество. Воссоединение было очень важной частью возвращения в Хэкин. Это мгновение хотелось растянуть подольше, поэтому он чувствовал стыд, что захотел уйти так скоро. А ведь они могли бы посидеть ещё несколько часов… У Лю Вэя ещё были истории в запасе.       – Не волнуйтесь, – прошептал Су Юн с теплой улыбкой, зная, что Лю Вэй крайне болезненно переносит расставания. – Со мной всё будет хорошо. Теперь я в надёжных руках. Смело передавайте меня учителю и ни о чем не беспокойтесь. С моей семьёй мы уже встретились и узнали, что всё хорошо. Теперь нужно убедиться, что и у Ваших близких дела идут замечательно.       Добрые слова Су Юна согрели сердце Лю Вэя и отогнали прочь зловещее предчувствие. В народе ходило поверье, что слова имеют силу, и сказанное вслух всегда может сбыться, потому мудрецы призывали всегда говорить о важном и волнительном с надеждой на лучшее и верой в хорошее. Южный народ всегда верил в доброе, и Лю Вэй не хотел потерять этого качества.       «Хэкину меня не сломать!»       – Уверен, отец расскажет в письме о сыне Джаня. Он уже должен был родиться.       – Добрые вести! – Су Юн тепло улыбнулся и ласково нажал на кончик носа дракона. – Так что не сомневайтесь. Завтра у Вас очень важный день. Вы снова вернётесь к тренировкам, к Вашей обычной жизни в Хэкине. Я знаю, что теперь, когда Вы обрели здоровое ядро и прошли третье прозрение, Вы будете тренироваться ещё усерднее, что сердце Ваше будет тянуться ко мне, но Вы всё равно будете усердно заниматься. И так правильно. Я желаю, чтобы так и было. Не думайте обо мне слишком много, ни в чём не сомневайтесь и сосредоточьтесь на Ваших тренировках, а когда у Вас найдется свободная минутка – я всегда буду рад Вас видеть. И… Если позволите, я хотел бы узнать... – Су Юн слегка смутился и зажался, словно хотел попросить о чём-то невозможном. – Как дела в Солнечной Арасии. Я переживаю за Ваш родной дом. Если, конечно, мне можно знать о таком…       Лю Вэй нежно улыбнулся. Лукаво посмотрел на Бэй Сёна, а затем наклонился к самому уху Су Юна и прошептал:       – Ты уже часть моей семьи, Искорка. Я обязательно тебе расскажу.       Горячее дыхание обожгло ухо жаром. Су Юн раскраснелся, но слова мужчины определенно согрели его сердце.       – Амммхх... Спасибо за доверие, господин Лю Вэй. Я это очень ценю. Правда.       – Знаю. У меня от Вас нет секретов.       Лю Вэй нежно нажал на кончик носа Су Юна, возвращая его жест. Лекарь счастливо улыбнулся ему.       – Чего Вы там шепчетесь? – проворчал Бэй Сён. – Ступай уже, дракон! Вести из дома тебя уже заждались!       Лю Вэй добродушно улыбнулся и поднялся, поклонился хозяевам дома.       – Спасибо клану Сён за гостеприимство! Был очень рад повидать вас всех и счастлив знать, что у вас все хорошо. Дедушка Сонши, я принесу Вам вести по поводу возвращения на север, как только смогу.       Старик уже мало что понимал, но пьяно кивнул, смежив веки. Его впору было уложить на циновку и дать хорошенько проспаться.       – А Вы, непоседы, чтобы даже не думали задирать Су Юна! – строго рыкнул на братьев Лю Вэй, пригрозив им пальцем.       – Мы с ним друзья! – смело заверил Хай Сён.       Су Юн был тронут до глубины души.       – Друзья... – трепетно повторил он.       – Будьте с ним бережны. Ему нужен отдых после долгого путешествия.       Лю Вэй посмотрел на Бэй Сёна, давая ему понять, что эти слова обращались к нему, ведь глава рода решал, какую и кому задачу определить на день.       – Иди уже, – фыркнул Бэй Сён. – Бедняжка Са Цзя тебя заждался. Су Юн здесь в безопасности. Я, как лекарь и его опекун, присмотрю за ним.       – Беру с Вас такое же обещание, как Вы с меня! Если с его головы хоть волосок упадет!..       Бэй Сён пригрозил ему кулаком.       – Ишь, осмелел! Иди уже, пока в тебя чего не полетело!       Лю Вэй рассмеялся и помахал всем рукой. Он уже хотел уйти, но Су Юн слабо поднялся на ноги.       – Я провожу?..       Он слегка качнулся, чувствуя себя очень слабым.        «Это алкоголь?.. Или рана даёт о себе знать?..»       Лю Вэй бережно усадил его за плечи обратно.       – Побудьте с семьёй, – добродушно попросил Лю Вэй. – Я найду дорогу.       – Но Вы тоже... Моя семья, – трепетно прошептал Су Юн.       Лю Вэй не сдержался и ласково обнял его за плечи. Затем погладил по ним и улыбнулся.       – Мы с Вами разделили замечательное путешествие, а семья по Вам очень соскучилась. Невежественно с моей стороны Вас похищать хоть на сколечко. Обещаю, я загляну завтра и расскажу, как всё прошло.       Су Юн не хотел его отпускать. Что-то в нём вдруг воспротивилось разлуке, но он не мог быть таким жадным и не позволил собственным желаниям царствовать над ситуацией. Лишь тепло, с любовью улыбнулся другу.       – Я буду Вас ждать. Всегда.       Лю Вэй ответил ему теплой улыбкой.       – Я обязательно вернусь.       – Ну что за сопливые сцены! – проскулил Бэй Сён пьяно.       Влюбленные юноши покраснели. Лю Вэй подскочил и предпочел наконец покинуть обеденный зал, а то Бэй Сён уже искал, чем в него запульнуть. В спину ему раздался взрывной смех братьев, громко захохотавших из-за смущенного поведения парочки, и робкий голосок Су Юна, что пытался как-то замять ситуацию.       На душе дракона смешались тепло семейного уюта и нотки беззаботного веселья. Тревога пропала с любящей улыбкой возлюбленного. Лю Вэй позволил себе верить, что всё будет хорошо, и радостно предвкушал новости из письма отца: гадал, как назвали сына Джаня, а также ждал добрые вести о здоровье матушки. С каждым письмом он мечтал о том, чтобы отец написал, что ей наконец-то стало лучше.        «Дома сейчас потеплело. По весне матушка всегда встречала рассветы с улыбкой и играла на флейте, вторя пению птиц. С весной людские души расцветают – так она всегда говорила.»       Лю Вэй прижал ладонь к груди, чувствуя, как бьётся его влюбленное сердце.        «Матушка всегда была права. Моё расцвело… Ещё прошлой весной.»       В хорошем настроении Лю Вэй покинул резиденцию клана Сён и направился ко дворцу. Он предвкушал встречу с Са Цзя, представляя, как крепко обнимет старого друга и будет расспрашивать его обо всем. Пошёл снег, но Лю Вэй не чувствовал холода – на сердце было слишком тепло от доброго предвкушения встречи и сладкого послевкусия уютного ужина.       – Господин Лю Вэй!       Са Цзя сам нашел своего господина. Он поджидал у дворца, но сторонился стражи, стараясь не привлекать к себе лишнего внимания. Тигры оказались не так бдительны, как следовало, и не обращали внимания на одетого в белое южанина, несколько часов подозрительно отирающегося в окрестностях.       – Са Цзя!       Лю Вэй радостно махнул ему рукой и подбежал к другу. Тепло улыбнувшись ему, он раскрыл руки и по-медвежьи обнял товарища с родины.       – Я так скучал! Ты ничуть не изменился!       – А Вы окрепли, молодой господин, – почтенно произнес Са Цзя, похлопав Серебряного Дракона по спине. В его речи звучало бескрайнее уважение и радость встречи, хотя глаза оставались важными, печальными, встревоженными, и он никак не мог изменить этому образу. – Плечи стали шире и... Ваша сила...       Са Цзя широко распахнул глаза, изумляясь тому, что почувствовал.       – Чувства тебя не обманывают, мой дорогой друг, – гордо произнес Лю Вэй. – Моё ядро наконец-то здорово.       – Здорово? – изумился Са Цзя.       Он настолько привык к мысли, что Лю Вэй ранен, что хорошая новость показалась ему невероятной. Все близкие давно смирились, что эту рану невозможно исцелить, и поддерживали Лю Вэя на тяжелом пути преодоления пределов и нескончаемой боли… Но Лю Вэй был здоров! Стоял перед ним гордый, уверенный и обновленный, пылал силой и широко улыбался, радуясь встрече!       – Это… Это отличная новость! Слава Небесным Владыкам! – юноша облегчённо выдохнул. Ему перехватило дыхание, но то было приятным чувством. – Какая благость! Когда я прибыл в Хэкин, город кипел слухами, что Вы не то сбежали, не то погибли, молодой господин. Мне пришлось обратиться к господину Бэй Сёну, чтобы развеять вздорные сплетни. Я хотел последовать за Вами на север, но не знал, какой дорогой Вы отправились в путь, потому опасался разминуться с Вами. Каждый день я молился, чтобы Ваше ядро выдержало все испытания и верно продолжило служить Вам. Для меня... Как и всего рода Цзя, верно служащего владыкам юга, это прекрасная новость! Я поздравляю Вас, господин!       Са Цзя искренне радовался за друга. Это чувствовалось в его почтенном голосе и оживленном блеске глаз. Казалось, дракон разжёг в его сердце настоящее пламя надежды.       Лю Вэй тепло улыбался, окрылённый мыслью, что у него есть такой замечательный друг – верный и заботливый.       – Это было невероятное путешествие! Я с радостью расскажу тебе обо всем.       – Я с радостью послушаю Ваши истории, господин Лю Вэй! Видит Небо, я скучал по Вам, как и весь юг. Тяжёлой тревогой опустилась на сердце мысль, что Вас может не стать. Вы – надежда всего юга на сохранение порядка.       Са Цзя говорил спешно, но искренне. Лю Вэй был рад его видеть. Как и в доме клана Сён, он испытывал родственное, теплое чувство, общаясь с другом со своей родины. Он скучал по Са Цзя, Солнечной Арасии и дому.       – Ты ведь не послал отцу дурных вестей? – волнительно спросил Лю Вэй. Он представить себе не мог, что бы сталось с родными, если бы они услышали те ужасные сплетни, что гуляли по столице.       – Что Вы, господин! Как бы я мог? Я ведь здесь. Я верно ждал Вас. Я не из тех людей, что будет докладывать неподтверждённые слухи. Я должен был убедиться, что с Вами всё хорошо. Я отказывался верить, что с Вами что-то могло произойти! Каждый день проводил в молитвах, умоляя Небесных Владык помочь Вам поскорее вернуться. У меня очень срочное послание.       С этими словами Са Цзя выудил из поясной сумки письмо, свернутое конвертом и скреплённое восковой печатью клана Вэй. В отличие от предыдущих писем, умещавших на маленьких кусочках бумаги, это содержало несколько листов.       – Отец никогда не писал так много... – прошептал Лю Вэй, прощупывая конверт с трепетом и волнением. Слова про срочность пробудили тревогу со дна сердца. – Что-то случилось?       Са Цзя серьёзно посмотрел на своего господина. Он не смел отводить взгляда, но и сказать не решался.       – Вести очень недобрые. То, о чем говорится в письме... Счёт идёт на минуты. Поэтому... Я был очень огорчен, что не застал вас. Когда понял, что и Вы в угрозе, я молился лишь усерднее. Мой господин, мне очень жаль, что все эти испытания выпали на Вашу долю...       Вид у юноши был таким скорбным, словно в письме говорилось о чьей-то смерти.       – Что-то случилось с ребенком? – волнительно спросил Лю Вэй. Родовые смерти были частым явлением, потому сердце Лю Вэя в страхе замерло. Он бы не пережил, если бы последнее семя Джаня зачахло.       – Нет, с ребенком Вашего брата всё хорошо, – успокоил его Са Цзя, а затем взгляд его вернулся к тому отстраненному состоянию, каким был прежде. – Прошу, не заставляйте меня говорить то, чему Ваш отец предал столь большое значение в письме. Его словами должны быть объявлены эти новости, не моими. Прошу. Прочтите письмо как можно скорее, а с рассветом дайте мне ответ. Я должен вернуть его домой как можно скорее.        «Что же такого случилось?..»       Лю Вэй спрятал письмо во внутреннем кармане рядом с кольцом, предназначенным Су Юну.       – Я прочту его немедленно, – серьёзно пообещал Лю Вэй, не позволяя себе медлить с тем, что требовало срочности. – Прости, Са Цзя. Я не мог вернуться раньше...       – Моё ожидание – ничто, молодой господин. Но ответа жду вовсе не я. Ваше здоровье – важно для юга, кланов Цзя и Вэй. Мне отрадно видеть Вас здоровым, тогда как страшные слухи ходили по Хэкину. Я молился и о том, чтобы они не покинули стен столицы, ведь, просочись они на юг... Вашей семье было бы совсем горестно. Боюсь, это сломило бы Достопочтенную Госпожу.       Лю Вэй опустил взгляд, с болью думая о том, каким тяжёлым ударом для семьи стала смерть Джаня. Отец не писал об этом подробно, но он мог себе представить... Это тяжелое горе. Если бы что-то случилось с ним, его родителей бы это сломало. Даже отца. Нет ничего страшнее, чем умирать раньше своих детей.       – Я никогда не умру, – решительно произнес Лю Вэй. – Увидишь моих родителей – так им и передай. В столице меня прозвали Бессмертным Драконом. Я непокорен смерти, поэтому отцу и матушке совсем не стоит об этом волноваться. Я стал гораздо сильнее сейчас. С новым ядром, с уроками моих учителей... Я стану таким сильным, что превзойду своего отца, что стану защитником, не уступающим генералу в силе! Я буду беречь Солнечную Арасию так же нежно и трепетно, как любимого человека. Передай им эти слова с моей пламенной решимостью!       Са Цзя был восхищён решимостью своего господина, но настроение его ничуть не улучшилось. Он завел руки за спину, потирая кулак.       – Я молюсь всем богам, чтобы Ваше веление было возможно выполнить. Я передам Вашему отцу…       Лю Вэю стало не по себе.       – Са Цзя...       – Прошу, прочтите письмо.       Юноша не мог и не хотел говорить о том, что таил на сердце, сам. Ему было тяжело, и Лю Вэю тоже стало горько. Пошел снег... Белый, словно пепел, укрывающий могильную землю.       Лю Вэй вздрогнул, стряхивая с себя наваждение.        «Что случилось? Что это за чувство?.. Почему?..»       Сердце Лю Вэя сжалось от боли. Он и прежде чувствовал тревогу, но сейчас она обострилась до болезненного чувства страха. Лицо Са Цзя было таким скорбным, потерявшим надежду...       – Я прочту. Истории отложим на потом.       – Полагаю, Вам лучше сделать это вдали от глаз, ветра и снега. Эти строки очень важны, будет дурно, если письмо повредится в самом важном месте. Я буду ждать Вас на рассвете с ответом. На этом же месте.       Лю Вэй кивнул. Он ещё раз обнял Са Цзя, чувствуя, что им обоим это нужно. Затем вспомнил свои недавние мысли, и решительно произнес:       – Я верю, что ещё не поздно. Верю.       Са Цзя улыбнулся, потрепав Лю Вэя по плечу.       – Мой господин никогда не знает падений, страха и отчаяния. Истинная мудрость и сила духа заключается в способности не сдаваться и не терять веры. Я верю вместе с Вами. Я проведу эту ночь в молитвах о Вашей семье, господин Лю Вэй.       Серебряный Дракон не мог больше терпеть. Са Цзя увидел это и, поклонившись, оставил его одного.       – Я буду ждать на рассвете, – повторил он перед уходом.       Лю Вэй опустил взгляд на конверт.        «Отец... Что же за страшные срочные вести ты решил мне сообщить?»