Инь и Ян: Слёзы на белых ресницах

      Бай-Бай жалобно заскулил. Увидев лежащего на земле хозяина, он всерьез за него забеспокоился и недобро глянул на генерала. Затем подбежал к Лю Вэю и начал лизать его в щёку, проверяя жив он или нет. Хозяин, к счастью, дышал, но назвать себя живым едва ли мог. У него болело всё тело, а сил встать попросту не было.       Господин Тэй Шу был беспощаден. Он не заставлял ученика использовать ци, но загонял его, заставляя работать на максимум. Даже для выносливого тела Лю Вэя такая нагрузка оказалась чрезмерной. Учитель явно мстил ему за все эти сентиментальные разговоры и ошибки, что заставили его злиться! Однако враждебность в холодном взгляде генерала и требовательном голосе постепенно исчезла. Тэй Шу стал прежним, заметно расслабился и даже позволял себе шутить. С очень строгим, холодным лицом, но все же шутить! Лю Вэй считал это огромным успехом.        «Всё же, всем нужны объятья, – с теплом подумал Лю Вэй. – А учителю больше, чем кому-либо в Хэкине. Господин Тэй Шу через многое прошёл. Многое увидел...»       На самом деле Лю Вэю было любопытно расспросить учителя о произошедшем на севере, о том, почему генерал решил пощадить Чудотворца. Промазал ли он или намеренно ранил не туда? Да и о его планах генерала по восстановлению порядка тоже хотелось узнать побольше, но Тэй Шу явно не желал об этом говорить. Он исчерпал своё дружелюбие, так что для дальнейших разговоров предстояло подождать до следующего раза, когда Тэй Шу восстановит социальную энергию и будет готов отвечать чем-то более определенным, чем ледяным взглядом. Что-то подсказывало Лю Вэю, что это произойдет нескоро.       Под хмурым взглядом генерала, явно недовольным тем, что ученик устал так быстро, Серебряный Дракон был безжалостно облизан неравнодушным волком. Лю Вэй рассмеялся, но даже это простое действие далось ему с огромным трудом. Дышать было тяжело, а когда он смеялся, то чувствовал, что задыхается, но ничего не мог с собой поделать. Бай-Бай был слишком настойчив! Лю Вэй остановил его руками и потрепал по мордочке, прерывисто говоря:       – Не переживай... Дружище... Фууууф. Я в полном... Порядке… Ухх…       Бай-Бай недоверчиво прищурился и ухватил его за рукав, призывая подняться. Раз в порядке, так пусть не разлеживается на земле, словно умирающий! Но у Лю Вэя совершенно не было сил встать.       – Подожди, Бай-Бай... Подожди, а-ха-ха!       Волчонок снова начал вылизывать ему лицо, словно верил, что это придает мужчине целительную силу и снова ухватил за рукав. Послышался хруст ткани...       – Ты опять порвал мне рукав! Негодник!       Лю Вэй возмущался совершенно беззлобно, с каким-то уютом в голосе. У него не было сил даже как следует отчитать волчонка, чтобы он перестал так пакостить.       Тэй Шу наблюдал за его живыми эмоциями молча, а затем... Вытянул руку.       Лю Вэй посмотрел на учителя с немалым удивлением. Обычно учитель так не поступал, но сегодня он потеплел и, кажется, искренне радовался возвращению ученика. Непоседливый, громкий, шумный, со странными идеями в голове, но зато ЕГО ученик, такой, какой он есть. Возможно, его единственный друг.       Лю Вэй крепко ухватился за руку и встал, благодарно поклонившись мастеру за урок.       – Спасибо, учитель!       Тэй Шу одарил его холодным взглядом.       – Завтра тренировка будет раньше. Приходи до рассвета. Ночью медитируй. Работай над собой. Жалеть больше не буду. Опозоришься – будет твоя вина. И постарайся не приводить волка.       – Мне не с кем его оставить, – спокойно произнес Лю Вэй. – Простите за это. Бай-Бай не доставит неприятностей!       Тэй Шу тихо вздохнул. Кажется, его волновал вовсе не волк, а то, что это животное хоронило репутацию ученика на ровном месте.       – Свою голову не приставишь, – разочарованно фыркнул Тэй Шу.       Лю Вэй совершенно на него не обижался. Он чувствовал добродушие учителя в его словах. И даже если они звучали, как недовольное ворчание, сами по себе несли собой желание его уберечь.       – Всё будет хорошо! – с улыбкой заверил он, наконец отдышавшись. – Не переживайте. Господин Су Юн скоро вернётся, и все будет, как прежде. А пока... Что бы ни случилось, я буду присматривать за Бай-Баем. Я не бросаю своих.       Тэй Шу хмыкнул.       – Делай, что хочешь.       Он старался сделать вид, что его совершенно не заботят действия ученика, но прозвучало это совершенно противоположно.       – Я рад, что мы сегодня поговорили, учитель. Спасибо, что открылись мне.       – Прекращай болтать.       Тэй Шу отошёл от него на несколько шагов.       – Но я правда рад! Вам, кажется, стало лучше. Я волновался, но теперь, думаю, я могу быть за Вас спокоен. Буду присматривать!       – Я тебе не животное, чтобы за мной присматривать, – прошипел Тэй Шу. Затем в его глазах что-то блеснуло. Что-то человеческое и очень потаённое. – Тебе стоило вернуться раньше.       Лю Вэй невольно прижал ладонь к груди, чувствуя тепло от его слов.       – Простите, учитель. Я правда старался, но не мог.       – Не позволяй никому себя ранить, – приказал Тэй Шу, читая наставления, как беспокойный родитель. Он даже чем-то походил на господина Бэй Сёна в этот миг. – Если не хочешь, чтобы всё повторилось, стань сильным.       Лю Вэй изумлённо посмотрел на учителя.        «Он говорит о том, что переживал за меня?.. Я ведь правильно понял?»       Услышать от генерала почти прямое признание беспокойства было просто невероятно. Лю Вэй не ожидал такой прямоты и потерял невозмутимость на мгновение.       – Я... Конечно же, больше никому не проиграю! И ранить себя не позволю! Вам не о чем переживать, господин Тэй Шу! Теперь я стану сильнее и, вот увидите, догоню вас!       Тэй Шу самодовольно усмехнулся, глядя на пламенное рвение ученика.       – Даже не мечтай!       – Вы – моя цель, господин Тэй Шу! Я должен достичь тех же вершин!       – У тебя не получится, – сухо сказал генерал и явно утомился от этого разговора. – Иди медитируй.       С этими словами он резко прервал их разговор и просто ушёл, как делал всегда.       – Отдыхайте, господин Тэй Шу! – крикнул Лю Вэй ему вслед. – И спасибо за тренировку!       Генерал не ответил.        «Ну вот, сбежал, как обычно,» – улыбнулся Лю Вэй с теплом на сердце. Этот разговор дал юноше понять, что между ними все в порядке. Тэй Шу поверил в безобидную ложь и теперь перестанет считать Лю Вэя одарованным богами. В некотором роде отверженность их сблизила.        «Жаль, что у них с учителем ничего не вышло.»       Лю Вэй искренне желал господину Тэю Шу счастья. У мужчины и так была тяжёлая судьба, но... Чувствовать, что тебя использует человек, к которому ты испытываешь симпатию...        «Интересно, что учителю нужно от господина Тэя Шу? Неужели он пришел на помощь только ради того, чтобы вызвать у господина Тэя Шу ощущение долга? Или потребовать исполнения обязательств?»       Лю Вэй вспомнил свои ощущения... Нечто неприятное, враждебное, исходившее от тени...        «Так вот, почему тогда мне показалось это странным. Может, я и правда был слишком наивен. Может, человек, что согласился учить отвергнутого богами человека, на самом деле не такой уж и хороший. Он с самого начала планировал использовать господина Тэя Шу в расплату за своё обучение. Тогда... Тогда... Получается, учитель может быть в опасности?.. Если его заставляют делать что-то против его воли... Разве я не должен помочь ему освободиться от власти учителя? Если он его не любит, если... Так обращается... С этим надо что-то делать!»       Лю Вэй воспылал решимостью, но когда поднял взгляд, то генерала уже и след простыл. Замёрзнув, Тэй Шу всегда ходил слишком быстро, а после таких сентиментальных разговоров чуть ли не сбежал от своего неугомонного ученика, пока он не завалил его очередными сентиментальными вопросами.        «Надо поговорить с учителем в следующий раз. Это не дело!»       Лю Вэй жалел, что слова, которые стоило сказать к месту, пришли слишком поздно. Но, в конце концов, это не последняя их встреча и не последний разговор. И не единственная проблема, с которой нужно было разобраться.       Лю Вэй с тревогой думал о том, что происходило в храме. Если тренировка завтра начнется раньше, возможно, и окончится тоже. Это означало, что у Лю Вэя было время наведаться к Лэй Линю и узнать, как дела обстоят в храме. Но ведь и Тэй Шу должен был об этом хоть что-то знать…        «Надо попросить его усилить охрану.»       Когда Лю Вэй столь решительно подумал об этом, он невольно вспомнил и то, как генерал не любит, когда другие вмешиваются в его планы и указывают, что делать. Тэй Шу был свободолюбивым, но мог недооценивать угрозу. Особенно учитывая, как ненавидел богов и Небесных Избранников. Стоило присмотреться к Монам, пока они ещё чего не учудили.        «Может, ещё поговорить с Ванхэ...»       Было бы неплохо, но в прошлый раз они расстались в ссоре, и вряд ли феникс будет слушать Серебряного Наследника клана Вэй. С другой стороны, ведь именно люди Ванхэ поднимают бучу, значит, и отвечать должен он. Пусть Небесные Избранники проживают в храме, ничто не снимало с главы рода ответственность за их судьбы, поведение и поступки. Лю Вэй был уверен, что Ванхэ может повлиять на ситуацию, однако, спешить и сразу же бежать к фениксу прежде времени не стоило. Сначала стоило поговорить с союзниками, а уже потом решать, стоит ли говорить с врагом. Лэй Линь ведь уже побеседовал с Ванхэ, нужно было узнать, чем закончился их разговор.        «Надеюсь, все будет в порядке...»       Лю Вэй ощутил желание помолиться и вознес общую молитву – о спокойном пути для Су Юна, здоровья для матушки и безопасности всех его друзей. После этого он свистнул Бай-Баю, отряхнул его и себя от снега и направился в сторону дворца.       По пути Лю Вэя терзали многие мысли, одна тревожней другой. Доброта учителя ободрила его, и лишь подаренное ему тепло от учителей и госпожи Мин Бао не давало юноше падать духом, тогда как сил быть сильным попросту не было.        «Вот и закончился первый день без Су Юна... Осталось продержаться ещё немного...»       Ночная стража не стала спорить с наследником клана Вэй и спокойно пропустила его с волком. Лю Вэй добрался до своей комнаты, едва перебирая уставшими ногами, и устало сел у стола. Хотелось поскорее лечь спать или хотя бы помедитировать, но ему нужно было зашить рукава, ведь благодаря Бай-Баю у него теперь было две дырки вместо одной. Лю Вэй смиренно принял необходимость и занялся делом. Ручной труд успокоил его тревоги. Потихоньку грустные мысли осели где-то на дне. Он вспомнил, как они с Су Юном вместе вышивали, как весело смеялись и изредка случайно касались друг друга, от чего оба невероятно стеснялись. Эти мысли были светлыми, уютными, невинными и сокровенными. Вспоминая, Лю Вэй чувствовал, что Су Юн всегда рядом с ним – в его мыслях и сердце, и душе, уверял себя, что они обязательно скоро встретятся. Нужно лишь потерпеть ещё несколько вот таких дней.        «Думаю о тебе, Искорка. Люблю. Сильно-сильно. Пожалуйста, будь в порядке.»       Лю Вэй прикрыл глаза и почувствовал, как сердце обволакивает тепло.        «Он тоже думает обо мне. Скучает.~»       Лю Вэй знал это. Просто знал, как всякие влюбленные могут чувствовать друг друга даже на большом-большом расстоянии.        «Я в порядке, Искорка. Не волнуйся за меня. Сегодня выдался непростой день, но Хэкин никогда не давал скучать. Будет много сложностей, но я обязательно со всем справлюсь. Ради тебя и всех, кто мне дорог.»       От этих мыслей стало тепло и спокойно. Лю Вэй зашил одеяние: не так аккуратно, как умел Су Юн, но всё же достойно и крепко. Подумав, что завтра на тренировку следует надеть тренировочное одеяние, Лю Вэй отложил одежду и приготовился к отдыху. Устроившись на циновке, он собирался помедитировать, но стоило ему закрыть глаза, как он услышал громкую возню и разражённый скулёж Бай-Бая.       Пришлось устало разлепить веки.       – Что такое, Бай-Бай?       Волчонок, конечно же, отвечать не собирался. Как и отдыхать. Он тёрся боком о шкаф с вещами, а потом завился вокруг себя, куснул за бочок и врезался в стол, начав вытирать бока о ножки и острые углы стола. Тот заходил ходуном, а посуда сверху зазвенела.       Лю Вэй не так часто ночевал с Бай-Баем в одной комнате, но знал, что волчонку такое несвойственно, поэтому невольно забеспокоился.       – Что такое, малыш?       Бай-Бай посмотрел на Лю Вэя оскорбленно, словно понимал, что «малыш» – недостаточно сурово и брутально для такого крепкого и сильного волка, как он. Затем отвернулся и продолжил буянить, как ни в чем ни бывало.       – Бай-Бай, мне завтра рано вставать, нужно отдохнуть... Пожалуйста, веди себя потише.       Но Бай-Баю было всё равно, чем там собирался заниматься человек. Казалось, он хотел перевернуть этот несчастный стол.       – Чего ты? Протестуешь, что ночуешь у меня? Прости уж, придется немного потерпеть, господин Бэй Сён не пустит тебя в дом даже на ночь. Или ты так... Метишь?..       Лю Вэй сначала расслабился, потом вспомнил, что щеками метят только кошки, и насторожился. Если Бай-Бай хотел пометить его территорию, он бы сделал это либо когтями, либо своим запахом. Возле дверей уже были отметины от его царапин, так что едва ли то, что делал Бай-Бай, было похоже на то, что он присваивает себе территорию – разве что просто из вредности мешает Лю Вэю спать.       – Может, у тебя что-то болит? – взволнованно предположил Лю Вэй. Они весь вечер провели на улице, так что Бай-Бай уже должен был достаточно устать, чтобы желать спать. Но он продолжал скакать по комнате и выглядел нервным.        «Ему явно что-то не нравится.»       Понять, что не так, было очень сложно. Лю Вэй не так много знал о животных, в частности о волках. И если в глазах Тэя Шу он мог разглядеть потаённую боль и понять, что с ним что-то не так, то животное разговаривать не умело, пожаловаться на свои невзгоды не могло. В голубых глазах боли заметно не было, Серебряный Дракон знал, что когда звери болеют, они становятся агрессивными, а поведение их меняется, так что Лю Вэй заволновался ещё сильнее. Вдруг Бай-Бай простудился? Вдруг подцепил занозу? Вдруг у него несварение? Или он голодный?       Не выдержав наплыва волнительных мыслей, Лю Вэй поднялся и подошёл к волчонку.       – Ну чего ты? Неужто хочешь, чтобы погладил тебя? Лучше бы на колени забрался...       Лишь когда мужчина погладил волка по спине, то понял, в чём на самом деле была проблема. На его ладони остался клочок волчьей шерсти.       – Так ты линяешь! – с облегчением понял мужчина. Эта беда не казалась ему страшной.       На улице было холодно, так что волк долго не менял шкуру, но весна вскоре должна была настать не только на календаре. Су Юн много читал про волков и рассказывал все удивительные факты. Он упоминал, что по весне Бай-Бай будет линять, и что в такие периоды волки ведут себя более агрессивно, ведь шерсть скатывается и мешает им. Чтобы проверить свои подозрения, Лю Вэй погладил Бай-Бая по бокам и обнаружил крупные комочки.       – Да уж, мы тебя давно не расчёсывали! Прежде Су Юн тебе каждый день пузико чесал! Я тебя в путешествии, конечно, запустил. Прости, малыш. Ну что ж, твоей расчёски у меня тут нет, так что, так и быть, почешу своим гребнем.       Бай-Бай сначала не понял, зачем человек его отвлекает на какие-то глупые разговоры и даже пытался огрызаться, но Лю Вэй взял его на руки и просто потащил за собой. Бай-Бай был оскорблен такой наглостью, чуть не укусил Лю Вэя за плечо, но мужчина чмокнул его в нос, и волчонок застыл с раскрытой пастью, глубоко потрясенный произошедшем. Больше волк не сопротивлялся.       Лю Вэй устроился на полу у окна и, усадив Бай-Бая себе на колени, начал бережно его расчёсывать. Поняв, что человек ему помогает, Бай-Бай счёл своего хозяина полезным слугой и покорно позволил ему вычёсывать себя, закрыв глаза и умиротворённо посапывая.       – Вот так тебе будет полегче, да?       Бай-Бай не ответил, но по его моське было понятно, что он крайне доволен. Лю Вэю ужасно хотелось отдыхать, но он не мог бросить Бай-Бая в беде, поэтому терпеливо его расчёсывал. За несколько минут Лю Вэй вычесал столько шерсти, что из неё можно было свалять маленького Бай-Бая, и начал громко чихать от того, что шерсть витает в воздухе. Под настойчивыми и порой грубоватыми движениями волк заметно уменьшился. Его неопрятная пушистость обращалась в аккуратную гладкую шёрстку.       – Ну вот, теперь будешь настоящим кавалером! Все будут на тебя засматриваются и восхищаться, какой ты красавец.       Лю Вэй всё это время считал их волчонка белым, но вдруг задумался и предположил, что новая шёрстка или подшёрсток волчонка сейчас поменяют цвет, и Бай-Бай станет серее, однако, новая шубка волчонка была такой же бело-белой, как и прошлая. Лю Вэй подумал, что они с Су Юном всё же выбрали очень удачное имя для своего питомца и очень хотел поделиться этими мыслями с Искоркой. Затем с улыбкой вспомнил одну забавную ситуацию из детства. Са Цзя обожал животных, поэтому его семья, поддавшись на уговоры сына, начала разводить кроликов. Лю Вэй часто бывал у них в гостях и обожал возиться с маленькими мягкими малышами. Он обращал внимание, что их шёрстка меняет цвет каждый сезон, и когда пришел домой, рассказал об этом матери. Это было настоящим открытием для него! А госпожа Сян Вэй с улыбкой ответила, что все животные меняют шубку к зиме, что лесные жители не просто так становятся светлее зимой, а в целях обеспечения выживания подстраиваются под особенности погоды и скрываются среди снега. Тогда, задумавшись об этом, Лю Вэй с видом гениального ученого спросил, почему же тогда люди не становятся белыми к весне. Матушка рассмеялась в кулачок, а Лю Вэй смутился, но, честно говоря, и до сих пор не понимал, почему люди, подобно зверям, не линяют по весне. Вспоминая об этом, он испытывал сентиментальную тягу к дому.       Поглаживая волчонка по шёрстке, Лю Вэй чувствовал, что уже близок к завершению своей миссии и долгожданному отдыху, но вместо того, чтобы освободиться, оказался намертво прикован к полу. Бай-Бай умиротворенно задремал на коленях дракона, пока Лю Вэй за ним ухаживал, и тревожить уставшее животное совсем не хотелось.        «Вот и я попался в ловушку, Су Юн. Совсем как ты.~»       Ласково поглаживая гребнем шёрстку, Лю Вэй проводил следом за расчёской ладонью, наслаждаясь мягкостью свежей шерсти волчонка. В тот момент мужчина был благодарен Бай-Баю за компанию. Он чувствовал, что не один, и радовался, что забрал Бай-Бая с собой. С ним рядышком даже одинокими ночами будет кому погреть ему бочок. Пусть ради него он и жертвовал драгоценными секундами отдыха, Лю Вэй ни о чём не жалел.        «Ну всё, малыш, сиди спокойно, а я...»       Только Лю Вэй хотел отложить гребень, как дверь в его покои резко отодвинулась. Лю Вэй раздражённо подумал, что охрана в замке совершенно бесполезна. Зачем в коридорах столько стражи, если к нему в покои постоянно кто-то заглядывает без разрешения? Тем более среди ночи!       Лю Вэй уже было потянулся к оружию, опасаясь нападения и злостных врагов, но к своему изумлению различил в дверях фигуру императора и его легкомысленное выражение лица.       – Дракооон! – бодро воскликнул Ланг Бао. Его голос был таким бодрым, что разбудил бы не только Лю Вэя, но и всех его соседей. Бай-Бай проснулся и спрыгнул с коленей хозяина, словно лежать на нем было ниже его достоинства.       Брови Лю Вэя нервно изогнулись. Честно говоря, он испытывал смешанные чувства от того, что император навестил его среди ночи. Сначала он решил, что что-то случилось, ведь император явился к нему в ночной рубахе, но если бы так, то Достопочтенный Сын Неба послал бы за ним слуг, а не пришел сам, в гордом одиночестве. Тогда Лю Вэй насторожился ещё сильнее, потому что понял, что Ланга Бао привело к нему что-то личное.       Он поспешно поднялся и почтительно поклонился императору.       – Не помешал? – спросил император скорее из вежливости, чем реально переживая об этом.       «Он учится вежливости, это уже хорошо.»       – Ничего такого, Ваше Величество. Я расчёсывал волка и как раз хотел прилечь, так что Вы меня не разбудили.       – Как славно! Мне немного не спалось, так что я решил тебя проведать.       – Снова кто-то скребётся? – забеспокоился Лю Вэй.       – Нет. Сегодня тихо. Просто плохие сны, – Ланг Бао вымученно улыбнулся. – Могу я с тобой немного посидеть?        «Про нас точно пойдут слухи... Сначала я в его покоях, теперь он в моих...»       Впрочем, Лю Вэй почувствовал тепло от императора и понял, что на этот раз за действиями Ланга Бао не было ни корысти, ни озорства. Он просто пришёл навестить друга среди ночи. Лю Вэй не мог отказать ему, чувствуя, что императору нужно немного его тепла. В таком он бы никогда и никому не отказал. Его тёплая душа была подобна приюту для всех заблудших душ.       – Конечно, Ваше Величество.       Лю Вэй потёр сонные глаза и жестом пригласил императора сесть за стол. Они расположились друг напротив друга.       – Как Вы добрались? Одни? – взволнованно спросил Лю Вэй. Он не хотел бы, чтобы император путешествовал по ночам без сопровождения, потому что в условиях войны и возможных волнений могло случиться что угодно. Ланг Бао и так был травмированным человеком. Ещё одного покушения его разум мог не вынести.       – Нет-нет, со мной моя охрана. Она ждёт в коридоре, пока мы поговорим. Не бойся, они никому об этом не расскажут. Просто я подумал... Мы ведь друзья. Так что это нормально, да?       – Конечно, – искренне ответил Лю Вэй. – Я всегда рад Вас видеть, Ваше Высочество.       Ланг Бао опустил взгляд и нервно начал теребить кольца на пальцах. Он не снимал их даже на ночь.       – Я просто... Переживал за тебя. Су Юн ведь уехал. Подумал, тебе может быть грустно одному.       Лю Вэю стало тепло от его заботы.        «Я действительно не один.»       – Я ценю Вашу заботу. Спасибо, что пришли навестить меня, Ваше Величество.       Лю Вэй поклонился ему вновь. Когда он отправлялся в Хэкин, то даже представить себе не мог, что император лично будет приходить к нему в покои ночью, чтобы выведать, как он себя чувствует. В этом было что-то особенное... Результат всех его стараний, вложенных в отношения, чувства и уроки. Его Величество медленно рос над собой и начинал ценить своих близких. Быть может, на него повлияли слова Лю Вэя... А может, время в одиночестве, когда Ланг Бао познал, что такое – лишиться всех, кто ему дорог. Всех, кто заботится о нём и опекает его. Вернувшись в Хэкин, Лю Вэй вновь стал ярким солнцем, что дарило Лангу Бао улыбку, чувство защищённости и надежду. Тигрёнок не хотел его потерять.       – Так как ты? – не сдавался император. Он облокотился локтями о стол и вытянул к Лю Вэю ладони, желая взять его за руки.       Серебряный Дракон немного стеснялся такого открытого дружелюбия императора. Он хотел быть столь тактильным лишь с Су Юном, но с другой стороны не видел ничего плохого в том, чтобы принять поддержку императора. Ланг Бао пришел к нему с добром, и Лю Вэй с благодарностью принимал его дружелюбие. От такого доброго отношения к себе мужчина почувствовал, что на миг вернулся в Солнечную Арасию, где все поддерживали друг друга, какая беда не пришла бы в дом.        «Может, мне и правда удалось принести кусочек дома с собой. Зажечь огонёк в их сердцах.»       – Всё хорошо, – улыбнувшись, заверил Лю Вэй. – Правда. Бай-Бай греет мне бочок по ночам. Госпожа Мин Бао заходила меня проведать сегодня. А ещё господин Нан Линь был очень рад меня видеть. И даже... Даже господин Тэй Шу. Он очень старается прятать свои чувства, но, думаю, он действительно обрадовался, что я жив, здоров, и снова в Хэкине.       – Конечно! – бодро воскликнул Ланг Бао. – Тебя ведь все любят, Лю Вэй! В самом деле, я тебе завидую. Мне до такого далеко!       – Вовсе нет. У Вас тоже есть верные люди рядом, Достопочтенный Сын Неба. К тому же, меня ненавидит половина города, если не больше, да и на севере врагов завести успел. Так что мы с Вами примерно в одном положении!       Ланг Бао попытался улыбнуться, но уголки его губ задрожали, не в силах подняться выше.       – Рад, что ты держишься. Когда умерла моя матушка... Я... Был сильно шокирован. Это надломило меня. Очень сильно.       Лю Вэй крепче сжал его руки.       – Моя матушка не умерла, поэтому я живу надеждой.       Ланг Бао посмотрел куда-то за друга. Кажется, что он глядел внутрь самого себя.       – Наверное, так и поступают сильные люди. Я не настолько силен, поэтому всякий раз поражаюсь, как люди справляются с трудностями. Когда я сталкиваюсь с чем-то сложным, мне всегда хочется просто плакать. Потом я начинаю слышать голоса в голове... Вроде, мой собственный голос, но он искаженный. Он напоминает мне о моей никчёмности, слабости и безнадёжности. Я не могу его заглушить, а когда слышу слишком часто, хочется просто лежать и ничего не делать... Спрятаться от мира, людей, самого себя. Последнее время я пью вино, чтобы прогнать этот голос, но порой от него он становится только громче... Но с тобой он затихает! После наших бесед мне всегда хорошо. Поэтому я и подумал, что могу заглянуть к тебе... Чтобы тебе тоже стало лучше. Особенно перед сном. Чтобы тебе не снились кошмары.       Лю Вэй был тронут его заботой. Он бережно сжимал императора за руки, даря то чувство защищённости, которого он искал в ночи.       – Я собирался помедитировать, Ваше Величество, так что мне не снились бы сны.       – Что? – ахнул Ланг Бао, широко раскрыв рот. – Как? Разве можно медитировать вместо сна?        «Он и правда порой совсем как ребенок.~»       – Конечно можно. Господин Тэй Шу попросил меня медитировать, чтобы восполнить ци.       Ланг Бао раздул ноздри так, словно собирался в смертельный бой.       – Надо с ним поговорить! Это ведь издевательство! Сначала он тебя еды лишал, так ещё и сна!       – Всё хорошо, Ваше Величество, – с улыбкой заверил Лю Вэй. – Я достиг того уровня просветления, что могу обходиться без сна при условии продолжительных медитаций. Даже без еды.       – Но спать-то всё равно приятнее, чем медитировать! Если, конечно, не снятся кошмары...       Лю Вэя тревожило то что император дважды их упомянул.       – А Вам снятся?       Ланг Бао сжался, понурив голову.       – Да... Почти каждую ночь. Сегодня я прикрыл глаза и увидел, что ты умер, Лю Вэй. Я не знаю почему, но я так испугался за тебя! Захотелось поскорее разыскать и убедиться, что ты в порядке. Я видел, как твоя голова катится в черную бездну, с сердце разбито на осколки стекла. Видел тень за твоей спиной... Но не твою, какую-то зловещую и всепоглощающую. Она разрасталась и пыталась поглотить и меня. Это просто ужасно! Незадолго до смерти матушки мне тоже снились кошмары... Хотя... Они снились мне с детства. С самого первого покушения... Ночью я никогда не чувствую себя в безопасности.       – Я не умру, – серьезно пообещал Лю Вэй и сильнее сжал ладони императора. – Я знаю, Вы переживаете за меня, Ваше Величество, но гоните прочь все мысли о том, где со мной происходит что-то насколько трагичное. Этого не случится. Я стал очень сильным и никому не позволю себя победить.       – Правда?       – Я надеюсь на это, – улыбнулся Лю Вэй. – В любом случае, Вам действительно не стоит переживать. Все будет хорошо. Я верю в это.       – С тобой и правда очень спокойно, Лю Вэй. Можно я буду приходить к тебе иногда по ночам?       Лю Вэй немного удивился, что Ланг Бао вообще об этом спрашивает. В его характере было просто делать это, когда он пожелает.       – Боюсь, Ваше Величество, это неуместно, – осторожно ответил Лю Вэй. – Вы всё же император. Пойдут слухи, да и не пристало по Вашему статусу...       Ланг Бао вздохнул.       – Я знал, что ты ответишь как-то так. Ну ничего! Тогда ты ко мне заглядывай.       Лю Вэй попытался себе это представить, и ему стало крайне неудобно.       – Боюсь, это будет ещё более неуместно…       Ланг Бао рассмеялся.       – Зато будет весело!       – Я не могу так, господин Ланг Бао. Но я буду навещать Вас в приемные часы, когда будет время.       Ланга Бао это утешило.       – Всё же ты хороший друг. Я всегда тебя жду, просто знай это.       – Кстати об этом, – вспомнил Лю Вэй. – Я поговорил с господином Тэем Шу по поводу его поведения с Вами.       Ланг Бао ахнул и оживился. Он сел на колени и энергично завилял ягодицами туда-сюда.       – Что? Как? И что он сказал?       Лю Вэй попытался собрать воспоминания о том разговоре и выразить их корректно:       – Сложно передать это... Вы его знаете, он ворчит и крайне враждебно встречает подобные разговоры, но он явно собирается подумать о своем поведении.       Ланг Бао обрадовался ещё сильнее.       – Ты самый-самый лучший друг, Лю Вэй!       Ланг Бао сжал его ладони, а затем вскочил с места.       – Это полностью меняет дело! Завтра позову Тэя к себе! Побегу писать идеи для письма и обращения к северным кланам! Спасибо тебе!       Лю Вэй добродушно улыбнулся.       – Да не за что. Надеюсь, господин Тэй Шу смягчится к Вам. Но на многое не рассчитывайте. Вы ведь знаете, какой у него характер. И, прошу Вас, не переусердствуйте. Вы нужны империи со свежей головой поутру, да и вдохновение придёт, как только отдохнёте.       – Неееет, я сейчас не усну! Ко мне пришла просто гениальная идея!       Император подлетел к дверям и махнул рукой.       – Спасибо, дракон! Увидимся!       С этими словами Ланг Бао вылетел из комнаты так быстро, словно его здесь и не было. Лю Вэй проводил его взглядом и громко, несдержанно зевнул.       «Надеюсь, у них всё получится,» – подумал он и вернулся на циновку. Сил думать о визите императора у Лю Вэя просто не было. Он устроился под боком у Бай-Бая и закрыл глаза. Этот долгий, выматывающий день наконец-то закончился. Первый без Су Юна, но далеко… Далеко не последний.