Инь и Ян: Слёзы на белых ресницах

      Комната была погружена в таинственную темноту. Лю Вэй увидел фигуру, притаившуюся у окна и ждавшую, сложив руки на груди. Серебряный Дракон впустил в комнату свет из коридора и сжал гуань дао покрепче.       Как только отодвинулась дверь, Бай-Бай тут же сорвался с места и бросился на незваного гостя с яростью хозяина, защищающего свою территорию.       В тот же миг раздался пронзительный писк, от которого закладывало уши:       – ААААААА! Нет! Фу! Уйди! Прочь! Не смей! Плохая шавка! Очень плохая!       За ним последовали умоляющие вопли, отчаянно пытавшиеся изобразить из себя приказ:       – Уберите его! Уберите немедленно!       Лю Вэй застыл, поражённо пялясь на то, как Цуньцуань неуклюже забирается на шкаф, а Бай-Бай лает и тянет его за ботинок, всеми силами стараясь стащить с мебели.       – Спасите-помогите! Убииииваааююют!!! – захныкал мужчина. – СРЕДЬ БЕЛОЙ НОЧИ УБИВАЮТ!!!       Лю Вэй изумлённо посмотрел на слугу императора и, нахмурившись, сложил руки на груди, всем видом показывая, что не собирается приходить на помощь невоспитанному мальчишке, что без спроса залезает в чужие комнаты. Это Цуньцуаню еще повезло, что Лю Вэй осмотрителен и не бросается слепо на всё, что вызывает у него тревогу! А так Цуньцуань уже мог лежать в луже крови, пронзенный лезвием гуань дао насквозь.       – Что ты тут делаешь? – холодно спросил Лю Вэя, сверля слугу недовольным взглядом.       – А Вы как думаете?! – взвизгнул юноша. – Уберите его! Всем богам молюсь, уберите!       С полминуты драматической паузы Лю Вэй решил сжалиться над названным гостем, пусть и был ужасно недоволен его выходной. Дракон расследовал серьёзное происшествие. Он всерьез опасался, что внутри мог поджидать убийца.       «Нашёл время… Тоже мне.»       Он убрал оружие, подошёл к Бай-Баю и потянул его за ошейник. Волк не разжал челюсти и стянул со слуги ботинок, прокусанный в шести местах. Лишь каким-то чудом клыки волка не разорвали Цуньцуаню сухожилия и не повредили его ухоженную кожу.       Цуньцуань испуганно взвизгнул и забрался на вершину шкафа, поджав к себе ноги и с ужасом глядя, как волк мотает головой из стороны в сторону и рвет сапог.       – Я потратил на них все деньги!.. Мой месячный заработок! Кто мне их вернёт?!       Ботинки и правда выглядели дорогими, но Лю Вэй не считал Бай-Бая виноватым.       – Эта комната – его территория, – строго сказал Лю Вэй, интонацией показывая, насколько он недоволен поступком слуги. – Нечего вламываться в чужие дома.       Цуньцуань оскорбился.       – Будто мне заняться больше нечем! Это приказ Его Величества!       Всё сразу стало понятно.        «Можно было догадаться…Только Лангу Бао могло прийти в голову посылать слугу ждать в комнате нужного ему человека.»       – Прежде чем исполнять приказ, нужно хотя бы немного думать головой, – хмыкнул Лю Вэй. – Это мой дом. И здесь не должно быть посторонних.       – При всём уважении! – возразил Цуньцуань, бережливо поглаживая босую ногу и осознавая, что мог её лишиться. – Эти палаты принадлежат императору, как и весь дворец! Вы здесь просто гость, которому императорским указом дозволено здесь ночевать!       Лю Вэй нахмурил брови. Цуньцуань снова дерзил ему, но Лю Вэй был слишком уставшим, чтобы спорить.        «Не комната, а проходной двор...»       Пришлось проглотить это и смириться.       – Так ты здесь, чтобы поиграть с Бай-Баем, или что-то случилось?       Лю Вэй подумал, что Цуньцуань просто так к нему не приходит, а значит, с императором что-то стряслось – соскучился или до смерти напуган... Вариантов было немало, но главное, что он был жив, раз способен раздавать вздорные приказы. Цуньцуань явно слишком прямо принял слова императора.        «Сегодня безопасности и покоя не будет. Только добрался до своих покоев, как сон снова откладывается... Господин Нан Линь будет недоволен. И Тэй Шу отругает… Но император превыше всего.»       Лю Вэй искренне так считал. В его глазах блестело живое беспокойство, а сердце ныло от тревоги. Он бы просто не пережил ещё одно плохое происшествие.       – Его Величество Ланг Бао ждёт отчёт, – важно произнес Цуньцуань, насколько вообще мог гордо выглядеть человек, разговаривающий со шкафа и с ужасом наблюдающий, как его сапог рвут на части. Он представлял себя на месте ботинка и ужасался. Всего за полминуты от обуви остались только беспорядочно разбросанные по комнате лоскуты изглоданной обслюнявленной кожи.       – Вот как.       Лю Вэй воспринял новость спокойно.       – Что ж. Я доложу ему. Ступай. И не смей больше заходить в мои покои.       Лю Вэй упрямо настаивал на том, что комната принадлежит ему, и посторонних здесь быть не должно. В покоях Лю Вэя взять было нечего, кроме денег, но и те не были для Лю Вэя большой проблемой. Он почти ни в чем не нуждался – ел он за счёт императорской короны, а одежду шил ему Су Юн. Дорогих вещей он не хранил, письма отца предусмотрительно сжигал. Серебряный Дракон не боялся за свои пожитки. Его раздражал сам факт наглого и беспринципного нарушения его личных границ. Сюда приходили все, кому не лень!       Цуньцуаня это мало волновало. Пусть он сидел на шкафу, высокомерие его лишь подскочило. Так и хотелось спросить, не давит ли ему корона.       – Я действую согласно приказу императора, и мне приказано проводить Вас, так что, хотите Вы того или нет, но вы должны идти со мной! – пробубнил Цуньцуань и наконец нашел в себе смелость спрыгнуть вниз, после чего бегом выбежать из комнаты, прихрамывая из-за разницы высоты ног.        Бай-Бай наблюдал за ним с равнодушием победителя.        «Что за наказание? – обречённо подумал Лю Вэй и поплёлся за Цуньцуанем следом. – Его я видеть хотел меньше всего!»       Мысли Лю Вэя и так были тяжёлыми, а теперь юному дознавателю приходилось думать ещё о том, что он должен сказать императору. Лю Вэй хотел быть честен с Лангом Бао, но решил, что пока не будет говорить о возможности своей ошибки и объединении расследований убийств Джаня и Ля Хоу. Всё, что не подтверждено, лишь наслало бы на императора ненужные страхи. Затем Лю Вэй задумался о том, что Тэй Шу должен был получить ту же информацию от Бэй Сёна, что и ученик, но так и не сказал дракону, что он ошибся. Конечно, это пока что были только неподтверждённые догадки, так что генерал мог счесть ненужным волновать ученика перед тренировкой и теребить старые раны, но всё же Лю Вэя это насторожило. Учитель даже не показал сомнений. Волновался за ученика, не пускал его помогать... Это могло значить, что Тэй Шу допускал, что ученик ошибся, и хотел уберечь его от потрясения. Либо же он настолько был уверен в прошлых решениях, что предпочел не верить теориям Бэй Сёна. Ведь это было недоказуемо. Но почему тогда Тэй Шу был таким сентиментальным?.. Что он узнал?..       Внезапно на ум пришла гениальная идея. Генерал наверняка уже отчитался императору, а это значило, что, пусть Лю Вэй не мог выпытать информацию у учителя лично, мог задать свои вопросы Лангу Бао, делая скидку на то, что Тэй Шу не доверяет императору все подробности и сообщает лишь основное. Имена первых подозреваемых или хотя бы кланы могли бы многое сказать Лю Вэю и дать толчок в нужном направлении, послужив предостережением об ошибке или подтверждением верного вектора расследования.        «Его Величество использует меня. Я тоже получу немного пользы от нашего сотрудничества. Так и работают взаимовыгодные отношения.»       Цуньцуань, слава небесам, пошел до тронного зала молча. Лю Вэй был рад, что император ждал его на троне, а не в своей постели. Впрочем, время было позднее, так что стража всё равно смотрела на него с интересом и осуждением, словно подозревая в чем-то непристойном и грязном. Всё, что Лю Вэй мог сделать, это гордо поднять голову и изображать невозмутимость, чтобы никто не смел говорить о нём гадости в его присутствии.       Лю Вэю удавалось этого добиться. Из последних сил он держал свою гордость, впившись в нее пальцами крепче, чем в оружие. Ещё немного нужно было быть сильным – последний рывок перед сном. Лю Вэй нёс эту силу в себе всем врагам назло.       Стоило пройти в тронный зал, как Ланг Бао, вульгарно устроившийся на троне, встретил Серебряного Дракона с привычной ему эмоциональностью.       – Дракооон!       Император широко улыбнулся, озаряя верного воина неподдельной радостью. Несмотря на улыбку, Ланг Бао пребывал в не лучшем расположении духа. Конечно, с прошлой ночью его состояние не сравнить – он взял себя в руки, перестал дрожать, но на его лицо опустилась тяжесть долга и ответственность. Было видно, что император собирается серьезно поговорить, но в то же время искренне рад приходу верного воина.       Лю Вэй почтительно поклонился ему, придерживая Бай-Бая за ошейник.       – Ваше Величество, по Вашему указанию Серебряный Дракон клана Вэй прибыл!       – Ты как всегда серьёзен, – улыбнулся Ланг Бао и взмахнул рукой слугам. – Оставьте нас. Все.       Стража, дежурившая серьёзным составом, выглядела удивленной. Император не отпускал их с поста целый день, не позволяя отдохнуть, а тут вдруг прогонял прочь. Увидев их замешательство, Ланг Бао топнул ногой, придавая своему приказу силы.       – Оставьте!       Чародеи и воины суетливо направились к выходу. Ланг Бао откинулся на спинку трона и, дождавшись, пока все, включая Цуньцуаня, уйдут, снова улыбнулся другу       – Я рад тебя видеть, Лю Вэй! Как твои дела?       Юноша на мгновение потерял маску силы и явил свою разбитость.       – Я занимаюсь Вашим поручением, господин Ланг Бао, – уважительно ответил он.       – Подожди немного! – отмахнулся Ланг Бао, боясь говорить о деле так прямо. Боялся услышать плохие вести. – Я спрашиваю про твоё состояние. Выглядишь бледным... Ты ведь ни с кем не дрался? Правда? А то Тэй Шу меня побьёт, если дрался!       – Только с господином Тэем Шу, – успокоил императора дракон. – Тренировки непросты, но я становлюсь сильнее.       Это было совсем неважно в этот миг, но добавило рассказу столь необходимую прелюдию. Ланг Бао сложил ладони в жест молитвы.       – Я молился за тебя. Надеюсь, это помогло! Ты ведь помнишь, что должен быть осторожен?       – Да, – опустив голову, прошептал Лю Вэй.       – Тэй Шу спрашивал меня про тебя, – нахмурившись, пожаловался Ланг Бао. – Я сказал ему, что приказал тебе не вмешиваться.        «Какой же учитель недоверчивый!»       – Я сказал ему то же.       Ланг Бао ему верил, но на всякий случай нахмурился.       – Помни, что от этой тайны зависят мои с ним отношения! Я верю, что мы рискуем не зря. Расскажи мне, как твой первый день расследования. Что ты узнал?       Лю Вэй собрался с мыслями и последовательно поведал:       – Госпожа Ля Хоу – большая тайна. Она предпочла молчать о своих бедах с родственниками, близкими и друзьями, но последние дни была сильно напугана. Я полагаю, что Вы правы, и её убили либо демонопоклонники, либо демоны. Вопрос только в том, за что. Основная версия, что она узнала имя главы культа из знаний, что получила от серых звёзд. Свидетели ничего не видели. Госпожа Ля Хоу погибла одна, во время молитвы... Она приняла расслабляющие травы, из-за чего её реакция стала хуже. Это могло сыграть на руку убийце. Можно было бы предположить, что убийцей из-за этого мог стать любой, но это не так. Все следы магического воздействия и память молитвенной башни были стёрты. Это невероятно сильная магия, простой человек на такое не способен. У меня есть несколько ниточек, за которые я тяну в поисках ответов, но пока что я считаю, что во всем виноват глава демонического культа. Он подчищает за собой следы. Это моя главная версия. Есть ещё несколько побочных. Среди них оскорбленность Цуя Фэйцвэя отказом из-за расторжения брака с наследницей, ссора с кланом Мон и устранение госпожи, чтобы она не раскрыла грязные тайны фениксов, ведь Вы пообещали Ванхэ возвращение статуса Клыка, а тайны прошлого могли навредить его репутации. Так же это мог быть кто-то из своих, потому что время убийства слишком тщательно продумано. Я думаю вот так.       Ланг Бао всеми силами старался оставаться императором. Он принял новость спокойно и просто кивнул.       – Ты так много узнал, дракон... Я благодарю тебя. Мне есть, о чем подумать. Но клан Фэйцвэй... Тэй утверждает, что они не причастны к культу.       – Я никогда не был с этим согласен. Жун Фэйцвэй был культистом, и он стал им в рядах изумрудных драконов. Если не глава культа, то точно кто-то из его семьи. Может быть, тот самый оскорбленный жених. Я не знаю, но я докопаюсь до правды.       – Твоё усердие похвально, – спокойно произнес император, нервно потирая руки. – Я тебе верю. Либо ты, либо Тэй – кто-то из вас обязательно найдёт убийцу!       Лю Вэй учтиво поклонился императору.       – Быть может, это огромная дерзость, но могу ли я узнать о результатах расследования господина Тэя Шу? Я не могу спросить напрямую, а ему ведомы многие факты и свидетельские показания половины клана Хоу. Это могло бы помочь мне в расследовании.       – Ты уверен? – осторожно спросил император. – Мне несложно рассказать, но это не собьёт тебя с пути? У тебя есть теории, над которыми ты размышляешь. Не лучше будет, если ты пройдёшь по своему пути и вынюхаешь всё сам? Как верный императорский пёс?       Ланг Бао показательно погладил себя по шее, словно напоминая про ошейник. Лю Вэй покрепче сжал ошейник волка. Он не чувствовал такие шутки уместными во время разговора, от которого зависела судьба империи… Но Ланг Бао не был бы собой, если бы не выкинул что-то подобное.       – А если я заблуждаюсь? – со строгостью к себе спросил Лю Вэй. – Чем больше я знаю, тем лучше.       Ланг Бао нашел это разумным.       – Ты прав... Что ж. Тэй не рассказал мне многого. Он в плохом настроении... Утверждает, что у него есть подозреваемые. Основной мотив – ревность и ярость неразделённой любви. Шинбай Хоу, один из лучших заклинателей клана, давно засматривался на Ля Хоу. Он делал ей подарки и оказывал внимание ещё до её замужества со вторым супругом. Но она отвергла его, после чего пошли слухи о любовнике.       – Месть из-за чувств?..       Сердце Лю Вэя сжалось от боли. Это был худший исход, ведь тогда, узнай правду, Бэй Сён никогда бы себя не простил.       – Похоже на то.       – Но тогда этот Шинбай Хоу должен быть демонопоклонником. На её теле нашли демонические ожоги.       – Ты уже пообщался с Бэй Сёном?       – Да.       – Тэй тоже об этом упоминал. Потому сейчас ищет демонопоклонников среди клана Хоу. Госпожа Ля Хоу подозревала своих людей, чувствовала страх на свой территории. Чувствовала, что за ней наблюдают. Это страшно...       Ланг Бао опустил голову, поддаваясь тревогам и страху.       – Мне так её жаль…       Лю Вэй глубоко задумался.        «Может, я гоняюсь за тенями и всё действительно гораздо проще? Я хочу обвинить Цуя Фэйцвэя. Это злоба. Но и предчувствие. Он мерзавец! Тем более у его клана был повод ненавидеть госпожу Ля Хоу. Да и не просто так она расторгла свадьбу. Она чувствовала от их клана зло. И когда умер брат, я подозревал их... Но ведь клан Хоу всегда стоял в стороне. Их вера уже была подорвана чтением пыли. Вполне вероятно, что клан, что утратил близость с богами, мог познакомиться поближе и с демонами. В тихом омуте, как говорится...»       – Это ужасная трагедия, – признал Лю Вэй. – Её дочери тяжело скорбят... Все её близкие в трауре... Белые одежды сливаются со снегом. Я скорблю вместе с кланом Хоу, пусть и не был близок с погибшей.       Ланг Бао потёр руки, борясь с переживаниями. Он храбро держался, пусть было видно, как сильно он напуган.       – Дракон, мы должны во что бы то ни стало найти убийцу. Завтра в полдень состоится церемония наследования власти. Льин Хоу примет обязанности матери. Это будет людным событием. Тебе надо на нем быть.        «Ещё одна наводка для расследования!»       – Я буду, – пообещал Лю Вэй, обрадованный возможностью вынюхать что-то ещё.       – Только осторожно! Тэй не должен тебя заметить! И враги тоже. Я думаю... Убийца будет там. Чтобы понаблюдать за тем, как идёт расследование и о чём говорят обезьяны. Понимаешь?       – Вы правы. Это вероятно. Я буду крайне осмотрителен.       Ланг Бао облегчённо выдохнул.       – Хорошо! Я рад. Здорово, что вы вместе с Тэем расследуете это дело. Всё же, вы смотрите на мир совершенно по-разному. Стольких злодеев вместе поймали! Даже убийцу твоего брата. А это было сложное дело! После такого я в тебе ни капли не сомневаюсь.       Лю Вэй невольно сглотнул.        «Он пока не знает... Тэй ему не сказал... И я утаил. От него, от учителя... Господин Тэй Шу доверяет мне, а я ему лгу и веду расследование за его спиной...»       Лю Вэя терзала совесть.       – Мне не нравится, что я скрываю правду от учителя, – признался Лю Вэй. – Господин Тэй Шу добр ко мне.       – От тебя требуется только собирать улики и приносить свежие идеи. Это нужно империи.       Император был непреклонен. Шпионские игры должны были продолжаться.       – Хорошо, я понял... – обреченно принял приказ Лю Вэй.       – Завтра я снова пошлю за тобой...       – Я сам приду! – пообещал Лю Вэй. – После тренировки с господином Тэем Шу.       Ланга Бао это устроило. Ему было невдомёк, что Лю Вэй на дух не переносит Цуньцуаня. Императору он казался милым и славным парнем.       – Тогда до завтра. И... Лю Вэй.       – Да, Ваше Высочество?       – Если будут сниться кошмары, приходи ко мне. Я рад тебе даже среди ночи.       Лю Вэй низко поклонился.       – Я ценю Ваше доверие.       Серебряный Дракон не стал отказываться от предложения господина Ланга Бао. Он не мог принять его, но отвергнуть было бы жестоко и некрасиво. Вдруг ему однажды и правда потребуется попасть к императору в палаты среди ночи?       – Я надеюсь, нам обоим приснятся хорошие сны, – мечтательно добавил дракон, устав от нескончаемых тревог и боли.       – Я тоже, – прошептал Ланг Бао, хотя они оба понимали, что хорошего от ночи ждать не приходилось. Когда остаёшься один, все страхи вгрызаются в душу, и даже сладостные надежды и самый бодрый оптимизм не способны спасти от боли. Ты просто страдаешь, а душа твоя истекает слезами печали. А во сне все подавленные страхи являются непрошенными гостями, и тормошат то, что осталось от и без того истерзанной души.