Инь и Ян: Слёзы на белых ресницах

      Дворцовые просторы начали пустеть. Госпожа Льин Хоу увела обезьян в храм. Другие кланы уже покинули площадь, потеряв интерес к произошедшему. Больше ловить здесь было нечего, так что сплетники скрылись в укромных уголках, продолжая перемывать косточки за спинами клана Хоу. Лишь змеи с тиграми сохранили свои позиции, продолжая бдительно охранять площадь, что казалось настоящей глупостью – на церемонии присутствовали десятки могущественных чародеев, но никто не смог остановить одного единственного демонопоклонника. И в чём смысл всей этой оравы, изображающей охрану покоя? Лишь видимость для простых людей.        «Насколько велика сила, что дарует Илин?»       Лю Вэй испытывал тревогу от осознания разницы в могуществе. Господин Тэй Шу легко управился с демонопоклонником, но даже ему не удалось вовремя нейтрализовать демоническое заклинание.       «Настоящий враг в разы опаснее Шинбая. Он умеет подчинять волю столь сильных чародеев... Быть может, за всем и в самом деле стоит Илин?..»       Лю Вэю не давало покоя только одно: Жун Фэйцвэй использовал ледяную магию. Преступник, убивший Джаня и Ля Хоу – тоже, но Шинбай не использовал ледяных чар. Либо у него не было повода, либо это было ещё одним доказательством его невиновности.        «Нужно будет рассказать учителю! Он должен знать!»       Лю Вэй всегда осекал себя от чрезмерной опеки учителя и навязывания своего участия в расследовании, понимая, что генерал – эрудированный и внимательный человек, он бы никогда не пропустил столь очевидную деталь, но Серебряный Дракон всё равно считал необходимым указать на это. Господин Тэй Шу довольно упрям. Он сейчас наверняка душу вытаскивает из пленного и добивается, чтобы тот выдал имена других культистов, свои истинные цели и ужасающие подробности той ночи. Подумав об этом, Лю Вэй невольно вспомнил пытки брата Ванхэ и состояние пленных, подозреваемых в причастности культу...        «Если Шинбай невиновен, он пройдет через нечеловеческие муки и страдания зазря... С другой стороны, он ведь культист. Откуда-то у него взялась демоническая магия. Даже если он не убивал госпожу Ля Хоу, он связался с нашим врагом и виновен в связи с тёмными силами. Ему нет прощения.»       Лю Вэй решил не лезть раньше времени. Останавливать сейчас господина Тэя Шу или переубеждать его было бессмысленно, ведь Шинбай Хоу действительно что-то знал. Лю Вэй не испытывал жалости к демонопоклоннику и предателю. Он просто искал правду, так что то, что Шинбай скажет господину Тэю Шу при допросе, было важной частью расследования.        «Учитель и сам поймет, что Шинбая подставили, а затем возобновит поиски. Мне же нельзя терять время. Нужно идти по следам клана Фэйцвэй и выяснить, что случилось с семьёй Жуна Фэйцвэя. Цуй сегодня делал вид, что он не при делах, и трусливо сбежал, как только начался шум. Ванхэ, у которого репутация ниже верхушки осоки, оказал клану Хоу помощь. Тигры и змеи тоже пытались разрушить барьер и уводили раненных. Все боролись с бедой, и только презренный изумрудный клан трусливо сбежал, будто их это не касается. Обычно Цуй Фэйцвэй всячески красуется, ища шанс проявить себя подвигом. Перед императором красуется, как только может… Он даже гнусно присвоил себе подвиг Су Юна! А сейчас просто сбежал, как презренный трус. Вряд ли он испугался. Враг был всего один и показал он не то чтобы выдающиеся способности – один щит, пара ударов... Демонопоклонники могут гораздо больше. Если бы сюда явился Илин, я бы почувствовал. Напрашивается один вывод: Цуй Фэйцвэй сбежал, чтобы не показаться причастным к произошедшему. Он скрылся, чтобы максимально избежать подозрений... Так же он поступил, когда демоны напали на столицу. Цуй Фэйцвэй не сражался в самом пекле событий. Он якобы «защищал свои территории», но в стенах изумрудного клана бои не велись. Никто этого не видел. Цуй Фэйцвэй просто избегает подозрений и проблем. Трус и предатель!»       Лю Вэй испытывал к Цую Фэйцвэю исключительно презрение. Он чувствовал, что прав, что это не может быть просто совпадением. Только доказательств на руках у него не было. Их придется добывать кропотливым трудом и смекалкой.       Обычно в таких делах Лю Вэй решил бы обратиться к Шэну Ву. Парнишка со связями улиц всегда знал, что происходит в городе, но Шэн не пришел вместе с Лэй Линем, а раз так – сегодня он был не на службе. Отсыпался или проводил время с семьёй. Учитывая, в какой обстановке последнее время жил Шэн, Лю Вэй не хотел его беспокоить, зато Ли Бао мог бы ему рассказать о том, что помнит. Конечно, это заденет старые раны и огорчит Ли, но его знания сейчас были необходимы Лю Вэю, как воздух.        «Я должен поговорить с семьёй Жуна. Никто другой из Фэйцвэев говорить со мной точно не станет. Но если так подумать, сейчас, со смертью Жуна, с его близкими наверняка обходятся несладко. Если Юзу сослали в храм искупать грехи отца, к остальным должны относиться не лучше. Они в клане чужаки. Как были, так и остались. Им нет смысла любить Фэйцвэев и покрывать их. Они несчастливы. Мне так кажется. Я могу добиться разговора. Надавить на накипевшее... Спровоцировать?.. Просто поговорить по душам...»       Лю Вэй хотел, чтобы у него получилось. С ним, как с убийцей дяди, едва ли станут говорить. Потому шанс, что ему что-то расскажут, был равен нулю. Тем более доверят тайны семьи, что приютила их, что давала кров, что берегла... Но если Цуй Фэйцвэй творил зло, втянул Жуна в культ и продолжает убивать людей, кровь клана Вэй может вскипеть в жилах при выдавшемся шансе одолеть несправедливость, доказать невиновность своего родственника и остановить новые смерти.        «Пусть они меня ненавидят, пусть набросятся, пусть кричат... Я ищу правду. И мы – одной крови.»       Лю Вэй, к своему стыду, не знал, сколько человек в семье Жуна Фэйцвэя. Он помнил, что у него было две жены и несколько детей, но имён он не знал. Отец неохотно говорил о предателе, предпочитая делать вид, что его не существовало. Ли тоже упоминал свое служение лишь вскользь. Тогда ему больно было об этом говорить, да и расспрашивал Лю Вэй только про Жуна. Юзу тоже семью не вспоминал. Их разговоры были о вере. Он умолял забрать его в клан Вэй...       У Лю Вэя защемило в сердце. Эти воспоминания болезненно ранили. Он тяжело перенес смерть брата, так похожего на маленького Джаня. А ведь, повернись всё иначе, они могли бы быть семьёй. Все вместе вернуться в Солнечную Арасию...        «Тише...»       Лю Вэй погладил себя по груди, успокаивая сердце.        «Ничего уже не изменить, но можно повлиять на настоящее. Я должен найти убийцу. Нельзя терять время.»       Лю Вэй настроился на расследование и, свистнув Бай-Баю, пошел ко дворцу. Стражи посмотрели на него строго, но ничего не сказали и спокойно пропустили внутрь.       Лю Вэй уже виделся с Ли Бао после возвращения в Хэкин, так что знал, где находятся его покои. Ему предстояло подняться на этажи, где жили почетные члены рода Бао: принцессы и их ближайшие родственники, а затем свернуть направо и следовать вперёд по коридору до крайней комнаты. В прошлый раз его проводил сам Ли, поэтому проблем не возникло, но в этот раз он был один, так что добиться прохода могло быть затруднительно даже с знаком императорского доверия, ведь на этажи высших должностных лиц существовали именные списки допущенных, а Лю Вэю было позволено приходить лишь в покои императора.        «Попробую убедить... Всё же, я, как-никак, почти родственник Ли! Не пустят – так пусть передают ему сообщение! Пусть приведут его сами!»       Лю Вэй был настроен крайне решительно. Он собирался до победного добиваться своего, если нужно, простить разрешения на встречу у императора, но решительность не пригодилась дракону, ведь он совершенно неожиданно повстречал своё спасение.       – Лю Вэй!       Мелодичный женский голос окликнул южанина, вырвав из глубокой задумчивости. Лю Вэй притормозил и на всякий случай придержал Бай-Бая за ошейник, но волк умудрился вырваться и, ловко юркнув между ног сопровождающей госпожу стражи, подбежать к девушке, с которой умудрился наладить поразительно близкие отношения.       – Вуф! Вуф-уф!       Волчонок радостно залаял, потираясь мордочкой о руки девушки. Он вился у ног прекрасной дамы и всячески добивался её внимания. Девушка рассмеялась и одарила волка проглаживанием.       – Какой хороший мальчик.~ Совсем как твой хозяин. Ласковый.~       Бай-Бай ревниво заскулил, явно недовольный сравнением, но облизал девушке руки и продолжил выпрашивать ласку. От Лю Вэя он добивался её крайне редко, да и не просил никогда. В отсутствии Су Юна ему очень не хватало внимания.       – Госпожа Мин Бао!       Лю Вэй низко поклонился, встречая подругу с большой радостью. Их встреча была настоящим чудом, ведь в сопровождении принцессы Лю Вэй мог пройти куда угодно, не нарушая при этом законов.       – Рада, что ты цел! – воскликнула она энергично, поправив прическу. Как настоящая леди, Мин Бао каждое мгновение следила за собой, а перед Лю Вэем невольно расцветала и кокетничала, хотя сердцем хранила верность далёкой, недостижимой любви. – На площади такая шумиха! Слышала, есть жертвы...       – Удивлен, что Его Величество не запер Вас где-нибудь…       Мин Бао показательно вздохнула. Шутка Лю Вэя была очень недалеко от истины.       – Брат невыносим! Когда что-то случается... – она хотела вывалить на друга все свои эмоции, но при страже, что таскалась за ней хвостом, не могла себе этого позволить. Лишь подавленно опустила плечи и сложила руки на груди, вынуждая себя подбирать осторожные слова: – Его Величество становится очень... Беспокойным. Ему нужно сопровождение и окружение, которому он может верить. На этот раз я побыла с ним, пока в тронный зал не прибыл генерал. Как только Тэй приходит, я сразу становлюсь ему не нужна! Я, конечно, привыкла к этому, пусть и немного обидно.       Мин Бао надула щёчки, чтобы показать свою обиду. Выглядела она крайне очаровательно.       – Господин Тэй Шу сейчас с императором? – удивился Лю Вэй.       – Да. Говорят, убийцу госпожи Ля Хоу поймали. Брат тут же захотел знать, в чём дело. Думаю, ты понимаешь.       – Да... Пока мало что ясно.       – Это правда? – изумленно полюбопытствовала принцесса. – Это сделал Шинбай Хоу?       Мин Бао выглядела встревоженной, пусть и пыталась спрятать волнение. От таких новостей и правда было не по себе.       – Вы с ним знакомы?       – Конечно! Он главный гость на многих приёмах! Брат хорошо к нему относится, госпожа Ля Хоу водила его с собой, едва ли не как телохранителя. Они были близкими друзьями, на торжественных мероприятиях всегда держались вместе. Между ними не было отношений, но дружба точно была. Ля Хоу обходилась с ним уважительно и прислушивалась к его мнению, советовалась, прежде чем принимать решения. Поверить не могу, что такой близкий человек оказался не только демонопоклонником, но ещё и убийцей!       – Он правда напал на госпожу Бэньшинь Хоу и кричал, что убил госпожу Ля Хоу, – признал Лю Вэй.       – Боги!       Мин Бао жалобно проскулила и опустила взгляд, сжав ладони в жесте молитвы.       – Мы живём в ужасное время, где никому нельзя верить. Это невыносимо.       – Всё может быть гораздо сложнее, госпожа.       Мин Бао уловила его намек и пригляделась к другу. Ей тут же стало любопытно.       – Говоришь, что хочешь обсудить что-то наедине?       Если бы Лю Вэй мог озвучить свои домыслы при всех, он бы сделал это, но пока ничего не было подтверждено, порождать лишние слухи он не хотел. В отличие от хэкинских бездельников, что только и делали, что поливали кого-то грязью, Лю Вэй предпочитал говорить только если знал точно. К тому же, сестры Хоу уже дали ему понять, что никто не поверит в его сомнения, когда есть признание от вполне определенного подозреваемого, так что, чтобы кому-то что-то доказать, нужны доказательства. С близкими другая история – они знали, что у Лю Вэя острый нюх на врагов, обострённое чувство справедливости и пророческая интуиция.       – Не совсем. Я хотел увидеться с Ли Ланьшэнем...       – Ли Бао, – поправила его принцесса с явным удовольствием. – Напоминаю, что он теперь наш родственник. Любимый родственник!       – Вы действительно хорошо ладите с ним, – улыбнулся Лю Вэй.       – Как иначе? Ли просто душка! Он заботится о моей сестре, о всех, кого встретит. Он очень светлый человек... Никак не может избавиться от своей привычки прислуживать, но это делает его только более милым. Так он проявляет заботу.       – Ли правда чудесный. Поэтому я хотел, чтобы он поехал в Солнечную Арасию вместе со мной. Но теперь у него есть свой дом…       – Я не прощу тебе, если ты заберёшь его! – хмыкнула Мин Бао, притопнув каблучком. – У меня не так много друзей. Я не хочу с ними расставаться. А так как ты уедешь, я совсем тут затоскую без него.       – Я не настаиваю на этом. Наоборот. Думаю, Ли нашел своё место. Просто переживаю, что ему может быть тяжело здесь. Я хочу сделать Хэкин лучше до того, как оставлю его. Это место не должно поглощать других, не должно сломать его. Ли сильный, но у него достаточно боли внутри. Он заслужил просто быть счастливым.       – Как и все мы, – прошептала Мин Бао с тяжестью на сердце.       Лю Вэй решительно кивнул.       – Именно поэтому я переловлю всех негодяев и помогу императору окрепнуть! Я чувствую это своим долгом. И всё, что в моих силах, для Хэкина я сделаю. Ещё три года.       Если для дракона этот срок казался огромной малостью, то принцесса затосковала, услышав, что время наисходе.       – Время так быстро летит... Мне всё кажется, что мы только встретились. Буквально вчера… А уже год. Год!       – И правда... Этот бешеный год пролетел, как одно мгновение, но оставил много воспоминаний. Хорошие перевешивают плохие, так что я верю, что в Хэкине достижимо счастье.       – Это всё Су Юн, – игриво хихикнула Мин Бао.       Лю Вэй пунцово покраснел.       – Что Вы так сразу!       – Разве я не права? Смотрю на тебя сейчас, и ты словно иной человек. Сосредоточенный, храбрый, решительный, серьезный... Я даже скучаю по мечтательному и радостному дракону, что от романтических мыслей не слушает и половины сказанного.       – Сейчас не то время, чтобы радоваться, – серьёзно напомнил Лю Вэй. – Госпожа Ля Хоу погибла. Я... Я просто не могу относиться к этому легкомысленно.       – Я тоже. Вот так Хэкин и ломает. Медленно, косточку за косточкой. Сначала одна беда, затем – другая. Кто-то говорит, что такова жизнь, но я считаю, что таков этот город. Есть ведь места, где всё по-другому. Есть места, полные понимания и любви. А тут только горе. Мы потеряли госпожу Ля Хоу. Теперь мы потеряли Шинбая. И кто знает, кого он потянет за собой после допроса генерала. Хэкин содрогнётся в агонии, затем затихнет и будет ждать пока появится новый злодей, чтобы порадовать скучающие умы сплетников. И так день за днём, что-то происходит. Убийства во славу скуки, жадности и положения. Думаешь, тут когда-то будет счастье?       – Однажды – непременно. Я хочу верить, что череда боли закончится. Что на смену лжи и предательству, придут честность и верность.       – А пока, чем больше мы доверяем, тем больше обманываемся... Шинбай...       Мин Бао всё ещё тосковала от новости про его предательство, однако, недосказанность давала ей призрачную надежду, что что-то может быть иначе. В отличие от сестер Хоу, она хотела, чтобы Шинбай оказался ни в чем виноват, однако, его в любом случае ждёт смерть. Всех демонопоклонников безжалостно казнили, чтобы зараза и угроза не расползалась по городу. Их идеи и вера были гнилыми и угрожали безопасности империи. Максимум, что могло с ним случиться до казни, это использование его как приманки для выманивая других членов культа или демонов.       – Гниль сгнивает и исчезает в почве, чтобы дать росток новому прекрасному цветку. Когда свергаются предатели, расцветает надежда, что росток зла больше не прорастет на благой земле. Я не хочу, чтобы люди теряли веру в порядочность других. Иначе... Какой будет эта жизнь? В ней совсем не останется места для тепла и понимания, радости и любви.       – Романтик, – улыбнулась Мин Бао. – Я хочу послушать о нюансах, о которых ты говорил. Пойдем, отведу тебя к Ли. Удачно же мы повстречались, тебя ведь так просто не пустят.       – Я хотел добиваться! – гордо заявил Лю Вэй.       Мин Бао рассмеялась.       – Жаль свою помощь предложила! Хотела бы я посмотреть на эти ничтожные попытки.       Лю Вэй смутился ещё сильнее.       – Я бы не сдался...       – В этом весь ты!       Мин Бао подстегнула и бодро зашагала вперёд, не забывая играться с волчонком. Сопровождающие их стражи настороженно приглядывали то за Лю Вэем, то за волком, но покорно следовали за принцессой, не проявляя враждебности к её спутникам. Друзья потеряли нить разговора, чувствуя, что об остальном они могут говорить только за закрытыми стенами и наедине, взяв Ли в свой маленький кружок тайн. Лю Вэй надеялся, что этот разговор подарит ему ответы на вопросы, что он так отчаянно искал.