Инь и Ян: Слёзы на белых ресницах

      Лю Вэй застыл, запутавшись в словах генерала. В мгновение в его сознании смешалось всё: обвинение, мысли о спасении, о безграничной властности генерала, смевшего приказывать что-то Илину, словно дворовой собаке, и этот грубый и жестокий вопрос:        «И что теперь?..»       – Теперь я знаю, что стал учеником чудовища, – прошептал Лю Вэй, тяжело дыша. Его ладонь легла на ноющее от боли сердце. – Илину приказывали... Не трогать меня?.. Защитник… Как же. Если бы Вы не тронули моего брата, Илин бы и не знал о моём существовании!       – Я не хотел убивать твоего брата, – сухо признался Тэй Шу. – Я пришёл стереть ему память, пока он не разболтал лишнего. Но не вышло.       – Вы даже не раскаиваетесь! – оскорбленно закричал Лю Вэй, терзаясь болью.       – Почему я должен?       – Что значит «почему»?!       – Тебе было бы легче, если бы тогда умер я?       Прямой вопрос заставил Лю Вэя разозлиться ещё сильнее. Ему было больно от мысли, что кто-то вообще должен был умереть, но теперь это было вопросом чести и принципов.       – Вы – не мой брат! Если бы Вы умерли за свои преступления, это было бы справедливо!       Тут разозлился уже Тэй Шу.       – Какие ещё преступления? Меня не в чем было обвинить. Я никогда не вредил империи.       – Вы связались с демонами! Разве это не достаточно?       – Ты ничего не знаешь, – презренно оскалился Тэй Шу. – Так же могу обвинить тебя в связи с богами. Это лишь вопрос веры, не больше.       Лю Вэя затрясло от злобы.       – Не смейте сравнивать демонов с богами! Демоны – это зло, с которым грешно связываться!       Тэй Шу посмотрел на него, как на идиота.       – Демоны – такой же источник силы, как божественное благословение. Это боги провозгласили демонов злом, а не люди. Ты ничего не знаешь, Лю Вэй, так что не говори ерунды. Не цвет магии определяет намерения, с которыми её используешь. Я никогда не обращал свои силы во зло. Всё, что я делал, это желал удержать нашу империю от полного краха в руках несмышлёного ребёнка и лидеров кланов, что грызли друг другу глотки вместо охраны империи.       Упоминание Ланга Бао лишь подбросило дров в пламя злобы.       – Вы травите императора демонической манией! Ранили его разум! Ввергли на грань безумия! И после этого говорите, что делали для империи благо?!       Тэй Шу цыкнул, раздраженный тем, что ученик его не слышит. Больше нет.       – Ты видел нашего императора. Если бы не я, он бы уже развалил империю.       – Вы должны были его учить, а не манипулировать им, словно куклой, и вредить его здоровью! Он Вас любит! А Вы обошлись с ним так!       Тэй Шу остался холоден и невозмутим.       – Нет.       – Да!       Глаза Лю Вэя сияли праведной яростью. Тэй Шу отвечал ему холодом истины.       – Ланг Бао – эгоист, который относится ко всем, как к игрушкам для развлечения. Он любит только себя.       – Это не так! Он изменился! Стоило показать ему иной путь, и он потянулся к нему. Ланг Бао вырастет хорошим императором, если не ломать его, а направить!       Тэй Шу прищурился.       – Я не хочу говорить о нём.       – У ВАС НЕТ ПРАВА РЕШАТЬ! – закричал Лю Вэй.       – У тебя нет власти меня заставить.       Тэй Шу оставался непреклонен.       Лю Вэй отдышался, переводя дух. Янтарные глаза горели.       – Как и у Вас... Вы... Вы разрушили всё вокруг себя, господин Тэй Шу. И ради чего?.. Чтобы прийти к этому?       – Я пытаюсь уберечь империю, Лю Вэй, – терпеливо произнес генерал. Он звучал мужественно и искренне. – В этом я не лгу. Хэкин нельзя спасти другими методами. Я не знаю иных. Боги больны, безумны и жестоки...       – Не кляните во всём богов! Это люди больны и не слышат! Пока люди в Хэкине идут такими дорогами, как Вы, здесь никогда не будет ни мира, ни света! Вы убили Джаня! А потом убили госпожу Ля Хоу!..       – Она узнала правду у своего бога пыли, – болезненно признал Тэй Шу. – Это была крайняя мера. Только вот без неё Хэкин выстоит. Но не без меня.       Лю Вэй скривился в отвращении. Высокомерие генерала ему претило.       – Что за чушь Вы несёте?!       – Оглянись вокруг, Лю Вэй! – прикрикнул Тэй Шу. – Империя на грани войны! Ты думаешь, это время, чтобы терять генерала? Человека, что контролирует ситуацию и удерживает данийских псов на границах? Я знаю, что делаю! Я приструнил север и дальше...       – Империя – не Ваша собственность! Кто дал Вам право жертвовать людьми по своему вразумлению?!       Тэй Шу устало потёр виски.       – Ты снова меня не слышишь.       – Я не хочу слышать об этом! НЕ-ХО-ЧУ! Потому что это чушь, господин Тэй Шу! Вы преступили закон. Я молчу про себя, про разбитое сердце и растерзанное в клочья доверие. Сейчас – молчу. Я хочу, чтобы Вы только подумали о том, что натворили. Вы лишили клан Вэй наследника рода, а двух девочек – матери. Целого клана – героини и любимой защитницы. А госпожа Ля Хоу, между прочим, сражалась с Вами против Илина! Она чуть не умерла! Потеряла там людей! В той битве с демонами погибли десятки людей, а Вы игрались! Устроили представление, якобы бьетесь с Илином! Такой героический, едва стоя на ногах, вдруг явились спасать город!       Лю Вэй дрожал от ярости. В глазах стояли слёзы.       – Я был готов умереть, защищая Вас! Сражаясь с Вами плечом к плечу против Илина! А это всё оказалось спектаклем! Люди погибли, господин Тэй Шу! Невинные! А Вы говорите – это всё ради империи?! Я долго думал о том, что произошло, связывал теории, объединял факты... И тогда я кое-что понял. Понял и взвыл от боли. Тот сигнал, что Вы послали перед тем, как Вас похитила Чудотворец… Вы позвали на помощь демонов! Это Вы натравили демоническую армию на Хэкин ради своего спасения! – голос Серебряного Дракона дрожал от эмоций. – А я Вас искал! Я за Вас переживал! Я... Я... Я Вам верил!.. Утешал Вас, раненного и бессильного. Я открыл Вам душу, чтобы Вы за моей спиной творили всё это?.. Как Вы могли?!..       Тэй Шу сцепил зубы. Эта тема была болезненной для него.       – Научил на свою голову думать, – цыкнул он, а затем поднял на ученика честный взгляд. Сегодня они говорили начистоту. – Я правда позвал Илина. Он... Я думал, что он – единственное создание, что способно меня спасти. Но меня нашел ты, а не он.       Тэй Шу выдержал долгий, красноречивый взгляд, наполненный признательностью и привязанностью.       Лю Вэй не ответил, отведя взгляд в сторону.       Тэю Шу пришлось продолжать рассказ:       – Я думал, он отыщет меня, но Илин впал в ярость и притащил с собой армию. Я не хотел этого. И он не должен был сходить с ума. Он просто... Поддался Тьме, что сильнее его. Не проходит дня, чтобы я не винил себя в той трагедии.       Лю Вэя трясло от ярости. От этих «случайностей», которыми Тэй Шу пытался оправдаться.       – Из-за Вас полгорода было уничтожено! Пострадали сыновья Нан Линя! Десятки мирных жителей погибли!       – Эти смерти на совести Чудотворца! – рявкнул Тэй Шу.       – Нет. Неееет. Это расплата за то, что Вы связались с демонами! Им нельзя верить! Нельзя было! Кто вернёт погибших их семьям?!       – Я не хотел этого, – повторил Тэй Шу, чувствуя себя унизительно от того, что оправдывался перед учеником, но лишь одному Лю Вэю он и мог об этом рассказать. Лишь Лю Вэй был человеком, что всегда его слышал… Но больше не мог. Лю Вэй был слишком зол. Его переполняла ненависть к правде. Ему было мерзко и больно слышать ответы бывшего учителя. – Если бы я знал, я бы позвал тебя, Лю Вэй.       Эта фраза добила Лю Вэя. Он прижал ладонь к груди, боясь, что его сердце сейчас остановится.       – Меня и звать не нужно было. Я шёл сам. На зов сердца. Я Вас... Я хотел Вас спасти, господин Тэй Шу. А Вы... Вы действительно связались с Илином?.. Действительно?.. Это ведь он Ваш учитель?       – Сколько вопросов...       Тэй Шу предосудительно мотнул головой. Лю Вэй оскалился.       – Да, я шумный! Но я должен знать ответы!       – Тебе это уже ни к чему, Лю Вэй.       – Я ДОЛЖЕН ЗНАТЬ!       Тэй Шу тяжело вздохнул. Затем нехотя признал:       – Да. Илин – мой учитель.       Лю Вэй прикусил губу. Он вспомнил все те советы, что давал учителю, как советовал сблизиться и желал помирить их.       – Так Вы действительно?.. Полюбили демонического владыку?..       Тэй Шу не стал отвечать. Взгляд его обратился тоской. Эта любовь была печальной, безответной и сложной. Лю Вэй вообще не мог себе вообразить и пожалел, что задал этот вопрос. Он не хотел знать.       – Вы так много всего от меня скрывали... – сжался Лю Вэй. – Всё это время...       – Именно поэтому, – прошептал Тэй Шу. – Как ты понял? Из-за слов Ванхэ?       – Нет. Я не поверил Ванхэ. Я... Увидел следы прошлого через магическое восприятие. Души погибших воинов брата показали мне. Они не запомнили лица убийцы, но запомнили запах. Запах мяты.       Тэй Шу сжал ладонь в кулак, борясь с болью внутри.       – Научил на свою голову... – цыкнул Тэй Шу. – Угодил в собственный овод. Да уж... Судьба не щадит меня до самого конца. Тццц. Проклятье.       – О чём Вы?..       Лю Вэй притих, пытаясь переварить услышанное. Откровения слишком шокировали его.       – Я начал есть мяту после того, как ты сказал, что от демонопоклонников пахло сладостью. Отбивал запах, чтобы ты не заподозрил. А в итоге... Именно запах меня и подвёл.       Тэй Шу иронично улыбнулся.       Лю Вэй посмотрел на него, не понимая только одного:       – Почему Вы признались мне? Вы могли солгать мне. Переубедить. Сказать, что я не прав. Но Вы сразу признали вину.       Тэй Шу заглянул в пламенные глаза и ответил честно:       – Ты бы не поверил в ложь. В ней нет смысла, когда вера уже утрачена. Ты… Попрощался со мной. Тогда я всё понял. Не хочется прощаться в ответ, но ты не оставил мне выбора.       Рука Тэя Шу легла на рукоять цзяня. В тот момент Лю Вэй понял, что сдаваться с повинной Тэй Шу не собирался и совесть у него не болела. Он чувствовал себя правым в свершённом.       – Значит, так всё и закончится? – с болью прошептал Лю Вэй. – Нашей битвой за безопасность Хэкина?       – Я не могу умереть, – строго произнес Тэй Шу. – Я должен защищать империю.       – Вы твердите о верности, но предаете императора! Это не верность! Не защита!       – Ты тоже кричал о верности, но сколько правил ты нарушил? Истинная верность во спасении.       – Демонопоклонник не может привести империю к возвышению! – вспылил Лю Вэй. – Вы укрываете главу культа! Прикрываете его темные делишки. Небось, ещё и склонили пред ним колени!       Тэй Шу сморщился от отвращения.       – Кланяться Цую Фэйцвэю? Никогда. Он отброс. Жалкий, пугливый человек, не способный править. Он – бельмо на глазу, позор демонопоклонников. Но в то же время удобный инструмент. Пока он в моих руках, он послушен. А раз он слушается, больше ни один культист не навредит Хэкину.       – Так я должен поверить, что Вы не в культе?       – Ты и так это знаешь. Я сам по себе. Мне не нужны люди.       – Это не так. Вы лишь обманываете, себя, господин Тэй Шу. На самом деле Вы одиноки и несчастны.       Тэй Шу тихо цыкнул.       – Единственный человек, в котором я нуждался, избрал справедливость. Отныне больше никаких людей.       Лю Вэй сжал гуань дао. Он осознавал, что всё идёт к бою. Тэй Шу не сдастся. Он вбил в себе, что действует ради блага империи и был готов убивать ради своей правды. Лю Вэй воспринял эту мысль удивительно спокойно и приберёг свои чувства для страстного боя, который дастся ему ничуть не легче этого мучительного разговора.       – Ради чего это всё, учитель? – прошептал Лю Вэй, заглянув в серые глаза.       – Я – генерал империи. Я должен продолжать своё дело, – холодно произнес Тэй Шу, обнажив клинок. – Без меня империя Хао падёт. Я не хочу позволить этому случиться.       Лезвие смертоносно блеснуло от попадания последнего луча солнца. Оно скрылось, но небеса так и остались зловеще-кровавыми.       – Но ведь с чего-то всё началось? Вы ведь не ради верности империи пришли к Илину.       Тэй Шу кивнул.       – Я должен был отомстить дяде за то, что он сделал с моей жизнью. После этого...       Тэй Шу с тоской посмотрел на любимый клинок.       – После этого я просто хотел установить мир в Хэкине. Вернуть империи величие. Стать главой клана и возвысить его.       – Но на пути к власти и спасению Вы нарушали законы и убивали невиновных, связались с демонами и стали причиной массовой резни. Это преступления, которые нельзя простить, господин Тэй Шу.       Лю Вэй с трудом говорил эти слова. Он чувствовал на себе ответственность, словно он был судьей, определенным императором для вынесения важнейшего вердикта. В какой-то мере так и было. Пусть Тэй Шу совершал множество поступков, пусть даже спас его не единожды... Простить ложь, предательство, убийство брата и демонопоклонство Лю Вэй был ему не в силах. Его душа полыхала праведным гневом и болела от сентиментальных чувств.       – Прошу Вас, сдавайтесь. Сдавайтесь добровольно. Вы ведь не хотите со мной сражаться.       – Не хочу, – холодно согласился Тэй Шу и вытянул клинок. – Но у меня нет иного выбора. Ты ведь не будешь молчать.       – Нет. И простить я тоже буду не в силах.       – В таком случае, разговор окончен.       Тэй Шу встал в боевую стойку. Глаза его влажно блеснули под светом алого неба. Он не хотел убивать ученика, но история повторялась по спирали. Он убил Золотого Дракона, а теперь был вынужден сражаться с Серебряным. Судьба снова болезненно ударила его, вынуждая делать выбор: убивать или быть убитым. Только на этот раз на кону жизнь того, кого он искренне любил.