Инь и Ян: Слёзы на белых ресницах

      Сердце Лю Вэя дрогнуло и сжалось от боли. Серебряный Дракон устремил взгляд на лезвие цзяня, направленного в его сторону.        «Неужто учитель действительно собирается...»       Не хотелось в это верить.       Рука генерала держала оружие крепко и решительно, без дрожи и сомнений. Тэй Шу действительно был готов сделать то, что Лю Вэй всеми силами отрицал – убить ученика, чтобы сокрыть правду о кровавых преступлениях.       Лю Вэй не хотел смотреть учителю в глаза. Запретил себе. Дракону казалось, что они ему лгали – так же сладко и жестоко, как уста, прикосновения и забота. Лю Вэй уверял себя во лжи показанных ему чувств, боли, сочившейся с острыми словами, хотя сердце знало – Тэй Шу не лгал ему сегодня. Учитель действительно его любил. Только господин Тэй Шу ошибся, свернув на тёмную дорогу, выбрав месть, а затем – благо Хэкина, путь к которому прокладывал жестокими методами, жертвами и ложью.       Лю Вэй не верил, что что-то хорошее может вырасти на почве лжи и предательств, что через манипуляции людьми можно изменить падший город. Лю Вэй не мог простить генералу убийство брата, посягательство на императора и иные преступления. Просто не мог.       Любовь ученика и учителя стала величайшей трагедией и тяжелейшим бременем, от которого было не избавиться. Ответственность, которую необходимо было взять сквозь муку, боль и разбитое сердце.       Сердце стучало, как бешенное. За границей барьера бушевала метель. В сердце Лю Вэя разразился целый шторм. А Тэй Шу... Он был рассчётливо спокоен, привычно холоден и решительно настроен убить своего ученика. Убить, потому что он знает правду. Потому что боится её. Потому что хочет жить и продолжать исполнять свой долг перед империей. Пусть и кровавым путём.       Лю Вэй запрещал себе смотреть генералу в глаза. Запрещал. Но, случайно зацепившись, уже не смог отвести взгляда. Зрачки мужчины дрожали, а сжимающая оружие ладонь вдруг обрела иной смысл. Тэй Шу боролся. Боролся со своей любовью так же, как и Лю Вэй, но никто из них не мог победить эти чувства.       «Вот он, твой монстр,» – услышал дракон в голове голос, шипящий с болезненно-ледяной, надломлено-истошной интонацией учителя.       Лю Вэй сглотнул и принял боевую стойку. Он не хотел верить влажным глазам, лгавшим ему всё это время. Не хотел верить в их искренность. Это было вопиющим лицемерием – думать о любви, но направлять на ученика клинок! Разве что Тэй Шу собирался позволить убить себя во время их поединка... Но это не могло быть правдой. Тэй Шу хотел жить и продолжал своё дело. Лю Вэй отрицал смерть. Они были заперты в жестоких обстоятельствах, пойманы в клети судьбы и обречены сражаться друг с другом в ожесточенной схватке за жизнь, справедливость и будущее империи.       – Значит, так? – с болью прохрипел Лю Вэй. – Просто убьёте меня, потому что я стал мешать Вам?       Тэй Шу старался смотреть на ученика холодно, но зрачки невольно подрагивали, выдавая истинные чувства. Лю Вэй пробирался сквозь ледяной барьер и давил генералу на больное.       Недостаточно.       – Монстр пришел за тобой, – безэмоционально, пугающе процедил Тэй Шу, сопротивляясь сентиментальным чувствам. – Я предупреждал тебя не раз. Ты должен был меня послушать.       Лю Вэй до боли сжал древко гуань дао.       – Я бы никогда не остановился, когда на кону жизни моих близких! Я думал, Вы в опасности!       Тэй Шу прикрыл глаза. Он не выдержал щенячьего взгляда ученика, всё ещё блестевшего прежней верностью и смевшего говорить о заботе.       – Это ты пришел убить меня, Лю Вэй. Ты.       Тэй Шу озвучил жестокую правду. Сдав генерала суду, Лю Вэй объявлял ему смертный приговор. Другого наказания за совершенные преступления закон вынести не мог. С рассветом генерала империи Хао казнили бы, а его клан навсегда потерял бы звание Клыка и лояльность императора. Всё, что он с таким трудом выстраивал, в одночасье бы рухнуло, а жизнь бесславно оборвалась.       Юношу безжалостно ужалили эти слова. Они прозвучали, словно болезненный упрёк – будто это дракон здесь предатель, а Тэй Шу просто защищает себя. Так же генерал говорил и про смерть Джаня – он лишь защищался, когда Золотой Дракон раскрыл его. Но это не так. Всё это произошло по вине господина Тэя Шу. Если бы он только не связался с демонами, никто бы не погиб. Он должен был ответить за свершённое.       «Не жалей!»       Лю Вэй осознавал, что собирался сделать. Он осознавал, что если Тэй Шу сдастся, то генерал умрёт. Он был готов взять на себя груз ответственности, жить с этой болью, но уберечь других людей от трагедий, которые могла бы повлечь запретная любовь генерала к Илину. Тэй Шу стал чудовищем и водился с чудовищем – чудовищем, действия которого нельзя было контролировать. Лю Вэй поступил правильно, придя сюда, пусть это и означало, что он должен был сопроводить учителя к смерти. Существовала разница между кровавой жаждой смерти и жаждой правосудия. Лю Вэй не хотел, чтобы Тэй Шу умирал, но пламенно желал, чтобы он ответил за то, что сотворил. Даже если воздаяние за его грехи будет жестоким и лишит Лю Вэя части души.       – Вас погубят собственные грехи, господин Тэй Шу. Не я.       – Тебе и не под силу, – холодно процедил генерал.       – Я не проиграю! – горделиво прорычал Лю Вэй. – Долгий год я готовился к тому, чтобы сразиться с Вами. И я не уступлю!       Тэй Шу прищурился и тихо хмыкнул.       – Так вот каким было второе испытание императора... Очень похоже на Ланга Бао – заставить близких людей драться себе на потеху. Вот какого императора ты жалеешь. Что ж. Я приму у тебя экзамен.       – Не говорите со мной, как учитель! – разозлился Лю Вэй.       Змея ранили слова ученика. Он посмотрел с болью, заострив взор.       – Что? Стыдно быть учеником монстра? Думаешь, что измазался в грязи?       – Я не стыжусь того, что учился у Вас, – прорычал Лю Вэй. – Вы были достойным учителем, но отныне это в прошлом.       Каждое слово ранило все сильнее. Казалось, ещё до боя они изрезали друг друга и превратили сердца в решето. Сложно было даже представить, кто ранен сильнее... Странная решимость, искрившая между ними, серьёзность в готовности сразиться вводили судьбы несчастных душ в полное безумие.       – Господин Тэй Шу, ещё не поздно сдаться! – в сердцах прокричал Лю Вэй. – Пока не случилось ещё больших трагедий! Покайтесь в том, что совершили, и опустите оружие! Сдайтесь суду империи и признайте свою вину!       – Если хочешь, чтобы я ответил за смерть твоего брата, сверши правосудие своей рукой. Это – истинная справедливость, – прошипел змей. – Я никогда ни перед кем не кланялся и не собираюсь. В выборе между смертью и смертью я выбираю жизнь. И ты тоже. В самом деле... Ты такой же, как я, Лю Вэй.       Серебряному Дракону поплохело. Он протестующее рыкнул и вновь встал в атакующую стойку, направив лезвие гуань дао на генерала. За такие слова он всерьёз был готов броситься на учителя с боем.       – Не говорите глупостей! – прокричал Лю Вэй. – Мы с Вами разные, как инь и ян, как день и ночь, как лёд и пламя!       Тэй Шу посмотрел на Лю Вэя каким-то исключительным, уникальным взором. В нём таились тайна прошлого, боль, признание, нереализованные желания и отчаяние.       – Ты – это то, кем я всегда хотел быть. Кем я должен был стать, сложись всё иначе. Мы похожи гораздо сильнее, чем ты можешь себе представить. Даже в том, как ты держишь оружие и стоишь сейчас... В каждом твоём движении мелькает моё отражение.       Лю Вэй оскалился. Ему было больно слышать это. Он не считал себя похожим на предателя-генерала и считал подобное сравнение оскорблением.       – ЭТО НЕ ТАК! – рявкнул Лю Вэй. – Я – не Ваше отражение! Я – это я, Серебряный Дракон и пламя юга! Воин, верный империи! Я никогда не стану таким, как Вы!       – ХВАТИТ СЛОВ!       Лю Вэй задел генерала за живое.       – Нападай и покажи, чему ты научился.       Лю Вэй завёл гуань дао за спину, готовясь к удару. Мгновение он ещё колебался. Видел, что Тэй Шу не нападает первым, но следующие слова не оставили ему выбора:       – В конце концов, ты сам пришёл, чтобы убить меня. Драконы никогда не отступают.       – Я желаю не Вашей смерти, а справедливости! – прокричал Лю Вэй.       – Одно без другого невозможно, – иронично заметил Тэй Шу и опустил взор на клинок, от которого пал Золотой Дракон. – Джань мертв.       Тэй Шу провоцировал ученика. Лю Вэй осознавал это, но всё равно повелся на уловку, потому что не выносил хладнокровия, с которым Тэй Шу говорил о смерти Золотого Дракона. Он закричал, а в следующее мгновение, разделив ярость хозяина, вперёд вырвался Бай-Бай. Он бешено зарычал и был готов впиться генералу в ногу.       Лю Вэй опустил оружие и потянул к волку руку, но всего мгновение не успел зацепиться за его ошейник – лишь коснулся кончиками пальцев. Разъярённый зверь в мгновение ока оказался у ног генерала. Лю Вэй бросился следом, чтобы защитить волка. Он понимал, что генерал не будет церемониться... Не хотел потерять друга.       Лю Вэй возник перед Бай-Баем, преградив ему дорогу к генералу, но Тэй Шу оказался проворнее. Один внушительный заряд магии обогнул защитника, отбросил волка назад и выбил из зверя дух. Лю Вэй развернулся и поймал пушистого друга в полете, не позволив ему упасть в покрытый ледяной коркой снег, но Бай-Бай обмяк в его руках и не шевелился.       Глаза Лю Вэя округлились, испугавшись самого страшного.       – Вы!..       Ноздри раздулись от гнева. Дракон дрожал от ярости, тяжело дыша, но исключительно бережно держа на руках пушистого друга. Не мог поверить, что генерал мог… Что Бай-Бай…       Лю Вэй всё ещё отчаянно пытался его растолкать, но Бай-Бай не реагировал.       – Волк жив, – холодно сообщил генерал. – Я всего лишь оглушил его. Не нужно, чтобы он мешался под ногами и случайно погиб.       Тэй Шу не хотел вредить животным. Он не трогал живых созданий, если у него была такая возможность.       Лю Вэй с болью посмотрел на пушистого друга. Затем бережно уложил Бай-Бая в снег под липой и вернулся к учителю, угрожающе направив на него лезвие.       – Последний раз предлагаю сдаться, – зло прорычал Лю Вэй.       Тэй Шу распалил ярость на его душе. Выглядя решительно, Серебряный Дракон являл собой образ истинного защитника империи. Он сожалел, что Тэй Шу так и не смог стать таким же. Что пошел по тёмному пути и выбрал предательство.       Тэй Шу не дрогнул под взором ученика. Не ответил. Он никогда не тратил слов попусту, а то, что мог, уже сказал. Остальное казалось бессмысленным. Генерал старался оставаться невозмутимым, но лёд тронулся на душе, и осознание того, что сейчас происходит, начало болезненно терзать заледеневшую душу.       Вот он – монстр. Храбрится, глядит с холодом, а внутри борется с собой. Лю Вэй хотел видеть чудовище, что хладнокровно готово разорвать его на части, но по-прежнему видел человека, что, пусть и говорил ужасные вещи, не хотел делать того, о чём заявлял так решительно. Не нападал сам. Тэй Шу встал в защитную позу, словно и правда собирался провести урок.       Лю Вэя выводило это из духовного равновесия. Он не понимал, как и почему до этого дошло, не понимал, издевается ли над ним учитель или правда не хочет его смерти. Не знал, чему верить, и был в ужасе от того, что Тэй Шу так легко говорил о совершенных преступлениях. Об убийстве ученика.       «Господин Тэй Шу не отпустит меня. Всю свою жизнь я тренировался ради этого момента – чтобы побеждать врагов империи. И сейчас... Я исполню свой долг.»       Мысли о смерти брата придавали Лю Вэю решимости. Он сжал гуань дао и яростно набросился на учителя. Тело его находилось в хорошей физической форме и успело восстановиться за длительную медитацию, поэтому Лю Вэй легко управлял своими движениями и не чувствовал боли. Ци горела, многократно усиливая его движения. Тело отзывалось на ярость и двигалось стремительно, быстро и ловко. Лю Вэй свято верил, что сегодня ему всё под силу, что он способен победить. Оставив сомнения позади, он полностью переключил свое внимание на бой. С таким противником, как Тэй Шу, думать о постороннем было непозволительно.       Бой начался с клановых техник. В идеалистическом представлении Серебряного Дракона судьбоносные битвы и решающие удары должны были сопровождаться исключительно гордыми приёмами клана Вэй – величественными и смертоносными, но с первого ответа генерала стало понятно, что легко победить Лю Вэю не удастся.       Серебряный Дракон объял оружие энергией, напоминающей видом пламя, и в выпаде совершил несколько силовых ударов, целясь в ноги. Лю Вэй не пытался хитрить. Его движения, как и его нрав, были прямолинейны и сильны, но для победы над генералом этого было мало. Тэй Шу легко заблокировал его удары, а следом с легкостью выбил ученика из равновесия. Казалось, сейчас генерал может легко перейти в удачную контратаку, в пух и прах разбив защиту ученика. Всего одно движение, и открывшееся сердце дракона пронзил бы клинок... Но Тэй Шу не стал пользоваться возможностью. Лишь вернулся в защитную стойку.       Это разозлило Лю Вэя ещё сильнее.       – Вы несерьёзно относитесь к бою!       Тэй Шу не ответил.       Серебряный Дракон оскалился и продолжил натиск. Он не стал отступать и изменять привычной тактике боя, а направил все усилия на попытку пробиться сквозь защиту учителя, комбинируя сложнейшие приёмы и добавляя движениям хитрости. Тэй Шу без труда читал их все. Он вовремя защищал себя оружием, магией и своевременными уклонениями, не позволяя ученику дотронуться до себя. Его защита была пугающе абсолютной. Непробиваемой. Лю Вэю и на тренировках приходилось с ней сталкиваться, но теперь, когда на кону стояла жизнь, Тэй Шу показывал истинное мастерство. И он был гораздо, гораздо сильнее обычного.       – РРРАААА!       Удар за ударом не приносил никакой пользы. Лю Вэй распалялся, но ни один из его приемов не приносил нужного результата. Он тратил немало сил, но Тэй Шу показывал себя исключительным мастером боевого искусства, которого невозможно победить, не позволяя к себе даже приблизиться.       Каждое мгновение раздавался лязг оружия. Темп сражения достиг неистовой скорости. Лю Вэй выдумывал приёмы на ходу, совмещая разные техники, пытаясь подловить учителя и вплести в бой смертоносную магию. Он перестал жалеть, сожалеть и хоть сколько думать об их взаимной связи. Из движений исчезла осторожность и страх убить. Каждый взмах гуань дао становился все ожесточеннее, а клинок возжелал крови, мучаясь от жажды справедливости. Только вот Тэй Шу не собирался его поить. Острый взгляд учителя легко различал движения. Даже самые быстрые и хитрые приёмы он был способен отследить и предугадать. Его восприятие находилось на ином уровне. Лю Вэй чувствовал, что бьётся с генералом – человеком неописуемой силы, возможно, самым могущественным человеком в мире.       «Его величие поражает...»       Лю Вэй невольно восхищался генералом. Абсолютная защита, сквозь которую не пробиться. Сила, позволяющая без лишних усилий отбросить ученика на другой конец поля боя и втоптать в снег. Грация и красота отточенных движений. Боевой стиль клана Шу восхищал точностью, хладнокровием и выверенным совершенством. К Тэю Шу было не подступиться.        «Но у меня тоже есть козырь.»       Лю Вэй понимал, что знакомыми движениями учителя не победить, поэтому решил использовать тайные техники, которые Тэй Шу точно не должен был видеть, прочитать и отразить которые было гораздо сложнее.       Лю Вэй резко отпрыгнул от противника... Тэй Шу не последовал за ним. Затем завершил подготовку и снова сделал выпад, перейдя к исполнению приема, что расшифровал в книге Вэев. Этот прием был крайне сложен для исполнения и также непрост для защиты. За мгновение десятки стремительных, непредсказуемых движений, напоминающие изящные мазки кистью по холсту, расчерчивали воздух... Лю Вэй вложил в тайный приём всего себя, усиливая движения с помощью ци. Серебряный Дракон верил, что обязательно сможет пробить защиту учителя сейчас, что хотя бы одна из сотни молниеносных атак обязательно достигнет цели… Но он ошибся. Тэй Шу видел этот приём впервые, но его совершенно не сбили с толку странные атаки. Он отследил все до единой. Отбил каждую с изяществом и лёгкостью, с какой блокировал бы атаки ребенка.       Зрачки дракона дрогнули от осознания превосходства противника.       «Эта сила... Просто невероятна…»       Лю Вэй не мог не признать величие генерала. Каждое его движение, каждый взмах оружием были совершенны. Он находился на пике силы. Его боевой опыт, высеченный на теле сотней шрамов, стал школой выживания и верно сложил генералу.       «Но почему господин Тэй Шу не атакует? – с бессильной болью не понимал Лю Вэй. – Он играется со мной? Показывает разницу в нашей силе? Упивается своим могуществом? Он ведь так уверен в своей победе...»       Лю Вэя это не на шутку разозлило. Он относился к бою серьёзно и отдавал всего себя, но в ответ получал бездушную, глухую оборону. Это было несправедливо.       «Господин Тэй Шу не относится к бою серьёзно!»       Лю Вэй предпочел бы, чтобы учитель использовал возможности, чтобы ранил его, чтобы наказывал за ошибки болью, но он даже не оттеснял противника – почти не двигался и держался одного положения, позволяя Лю Вэю кружить рядом. И это было ещё более унизительно, чем всё, что Лю Вэй испытал за вечер. Кто перед ним?! Что это за монстр, рвущий сердце в клочья, но не способный сражаться? Или это такая тактика – измотать своего врага?       Лю Вэй злился, считая происходящее вопиюще нечестным… И как же было больно от осознания, что целый год тренировок, все его муки, старания, страдания, даже боль Су Юна ради обретения магии дракона – всё оказалось бессильным изменить пропасть на пути совершенствования между ним и учителем. Лю Вэй так и не смог приблизиться к заветной цели, не смог восполнить разницу между ними. Лю Вэй гнался за генералом, но Тэй Шу всегда был на шаг впереди. Он всегда был сильнее, и эту разницу не преодолеть так скоро. Разницу между обычным человеком и демонопоклонником. Теперь пропасть стала ещё шире. Пропасть между их душами.       «Я целый год усердно тренировался... Но господин Тэй Шу ведь тоже неустанно совершенствуется…»       Лю Вэй отогнал от себя мысли про разницу способностей, утягивающие его в омут. Жалостью и сожалениями делу не поможешь. Он не терял веры в победу. Настойчивые, яростные атаки не помогли. Значит, он должен был искать иной способ, продолжая атаковать снова и снова, пока не найдёт уязвимость.       – В чём дело, господин Тэй Шу? – прокричал Лю Вэй на эмоциях, сохраняя дыхание ровным. Мысли о том, что враг поддаётся ему, унижением разъедали душу дракона. Янтарные глаза полыхали пламенем, гуань дао горела вместе с ним. Его ярость выливалась из уст звуками боли. – Я думал, Вы хотите убить меня!       Тэй Шу посмотрел на него холодно и презренно, не двигаясь с места. Они бились друг с другом уже палочку благовония, но их клинки до сих пор оставались сухими.       – Замолчи, – холодно приказал генерал.       Этот разговор болезненно ранил обоих. Тэй Шу не хотел его слышать. Голос ученика пробивался сквозь ледяную броню.       Лю Вэй не жалел его.       – Если хотите, чтобы я замолчал, Вам придется заставить меня! Окружили себя защитой, высокомерно пропускаете удачные возможности… Думаете, я не пробью?       Тэй Шу сохранял неподвижность, одной рукой справляясь с яростными атаками ученика. Ни шага в сторону, словно ледяная скала.       – Ты не сможешь.       Лю Вэй смотрел в серые глаза без страха.       – Когда это случится, Вы будете жалеть, что просто стояли! Или Вам не так уж и дорога Ваша жизнь, ради которой Вы сгубили моего брата? Хотите со мной поиграться?! Умереть? Так прекратите эту бессмысленную фальшь и позвольте мне закончить это, если не готовы сражаться по-настоящему!       Лю Вэй не ждал, что генерал сдастся. Он хотел лишь, чтобы генерал отнёсся к нему серьёзно. От исхода этого боя зависела судьба империи. Он не должен был выглядеть так. Жалости от врага Лю Вэй терпеть уж точно был не намерен.       – Я сегодня не умру, – холодно процедил Тэй Шу.       – Я тоже!       Лю Вэй бросился в новую яростную атаку. Злоба усиливала его способности. Он стал двигаться лучше. Он сражался не просто телом – самой душой, обращаясь яростным огненным штормом.       Тэй Шу так и остался в глухой обороне. Это гневило Лю Вэя.       – Вы – чудовище, господин Тэй Шу! Убивали невиновных! Отняли у меня брата! Связались с Илином! И даже сейчас не можете поступить как мужчина и честно сражаться со мной! Я разочарован в Вас, учитель!       Движения Тэя Шу изменились. Он блокировал очередную атаку и отбросил ученика прочь. Он в первый раз оказал сопротивление. Способности Лю Вэя не могли причинить змею боль. Но слова ранили глубже, чем мог достать клинок.       – Не ты ли сказал, что всё кончено? Так не смей снова звать меня учителем!       – А Вы можете просто так вырвать из сердца всё, что было?!       Лю Вэй снова бросился на учителя, и в этот раз его натиск смог сдвинуть генерала с места.       – Я всегда относился к Вам с уважением! Я берег Вас! Защищал!.. Я хотел быть Вашим другом!.. И даже когда слёзы высохли, а правда открылась, Вы всё ещё ведёте себя высокомерно и глупо! Вам так нравится надо мной издеваться?! Топтать мои чувства в грязь?!       Лю Вэй с яростью выполнил одну из секретных техник клана. Усиленная злобой, она оказалась способна задеть генерала. Тэй Шу заблокировал, но остаточная энергия отсекла ему переднюю прядь волос и рассекла щёку.       Лю Вэй смог его ранить.       Смог пробиться.       И он мог больше.       Гораздо больше.       Тэй Шу держал цзянь, перекрещивая его с гуань дао. Их руки дрожали от напряжения, соревнуясь в силе и давлении.       Никто не уступал.       Холодные серые глаза отражали пламя янтарных.       – ВСЁ БЫЛО БЫ НОРМАЛЬНО, ЕСЛИ БЫ ТЫ ПРОСТО СЛУШАЛ МЕНЯ! – прокричал Тэй Шу. Ледяная защита начала трескаться. Глаза его заблестели злобой. – Я сделал для тебя всё, что мог!       – ВЫ УБИЛИ МОЕГО БРАТА! И это Вы называете «всё, что мог»?!       – Я не хотел этого! И лгать тебе я тоже не хотел! Но всё получилось, как получилось! Ничего уже не изменить! Всё закончится здесь. Правда умрёт здесь. И здесь.       Тэй Шу стукнул себя кулаком по груди.       – Так отчего же Вы просто смотрите? – прорычал Лю Вэй. – Оттягиваете наслаждение от моей гибели?       – НЕ ГНЕВИ МЕНЯ, ЛЮ ВЭЙ! – рявкнул Тэй Шу. – Ты и сам всё понимаешь!       – Я уже давно перестал понимать! – прорычал Лю Вэй, с натугой пытаясь перебороть учителя в жестком противостоянии. Тэй Шу не уступал и на цунь, твёрдо держа цзянь. – С того самого момента, как узнал, что Вы сделали! Я больше не могу верить Вам! Ни в чем!       Клинки звенели. Бывшие друзья смотрели друг на друга со звериным оскалом.       – Я уже всё сказал тебе, – процедил генерал. – Это бессмысленно.       – Бессмысленно здесь лишь то, что Вы желаете мне смерти, но не пытаетесь меня убить!       – Ты тоже сражаешься не в полную силу. Не хочешь мстить за брата?       – А Вы? Не хотите выжить?!       Их мускулы напряглись до предела.       – Какой же ты глупец, Лю Вэй… Шумный, наивный, глупый ученик.       – Быть может, я и не так умён, как Вы, но я хотя бы не обронил свою честь в пути! И я сражаюсь за то, во что верю! А Вы? Вы вообще во что-либо верите?!       – Я верил только в тебя, – с болью прошептал Тэй Шу.       «Меня?..»       Лю Вэй обомлел, пытаясь осознать эти слова. Ему было знакомо это чувство. Вера в кого-то... Одно единственное родное существо.       «Су Юн...»       Лю Вэй невольно размяк. Змею же, напротив, слова придали сил. Генерал сделал выпад, вложив неизмеримую силу в толчок, и оттолкнул Лю Вэя на чжан назад. Серебряный Дракон прочертил сапогами полосу, но лёд усилил его скольжение. Лю Вэй вонзил гуань дао в снег, чтобы замедлить инерцию, и в тот же миг заметил, что блестящая под алым светом корка снега начала блестеть и... Двигаться. Изо льда выползли три королевские змеи. Сотканные из кристальной магии, они выглядели величественно и смертоносно, а в скорости и ловкости им не было равных. Они преследовали Лю Вэя, шипя и скаля гигантские ледяные клыки.       «Вот она... Ледяная магия, что убила Джаня...»       Лю Вэй решил было, что Тэй Шу решил сражаться всерьёз, использовав против него полученные от демона чары, но дракон не чувствовал в магии угрозы. Было что-то другое...       – Шшшшшш!       Две змеи неслись к ногам Лю Вэя. Ещё одна исчезла из вида. Дракон взмахнул гуань дао и рассёк нападавших одним горизонтальным взмахом, но в тот миг лезвие его оружия начало леденеть, а у разрубленных змей отросли головы и хвосты. Вчетвером ледяные чудовища прыгнули на ноги воина, зловеще шипя.       Лю Вэй понял, что рубить их не стоит. Уклоняясь, он отпрыгнул назад и разжёг вокруг себя пламя из ци, держа гуань дао одной рукой, а второй рисуя магические символы. Пламя разгорелось вокруг его тела, отпугивая змей. Те зашипели, скрутились в клубки, словно испугались…       «Сработало! Они боятся огня!»       – Лёд никогда не победит пламя! – проревел Лю Вэй, считая атаку генерала довольно неуклюжей и бессмысленной. Учитель ведь прекрасно знал, что он владеет огненной ци...       Но вдруг последняя змея вынырнула из снега и обвила ногу Лю Вэя, туша огненное заклятье. Лёд, что попал на гуань дао, тоже начал распространятся и в мгновение ледяной коркой обхватил запястье ученика. Остальные змеи зашипели и нагнали врага, обвив ноги Лю Вэя. Юноша попытался их скинуть, но ледяные твари были не просто проворны и обжигали холодом – они оказались тяжелее валуна, что Лю Вэй держал на своих плечах в Долине Мастеров. Оставляя ожоги и сковывая движения, они начали разрастаться, приковывая дракона к земле.       – Ррррррккххха!       Лю Вэй в ярости пытался разбить лёд. Он не давал своему телу стать неподвижным, волоча чудовищ в бессмысленной попытке от них избавиться. Направив ци в оцепеневшие участники тела, Лю Вэй прогревал себя изнутри и высвободил струю огненноподобной магии на ноги.       Змеи зашипели от боли и на миг ослабили хватку. Лю Вэй сделал шаг назад, но не успел ничего сделать, как из снега появились новые змеи. Они прыгнули на его плечи, впились клыками в плечи и, словно когтистые лапы, утянули за собой.       Из снега появлялось всё больше и больше ледяных фамильяров. Лю Вэй отчаянно пытался отбиться от них – отпихивал одних, метал огнем в других, но огненная ци – не настоящий огонь, и она была гораздо слабее истинной огненной магии, недоступной человеку, идущему по пути совершенствования.       Лю Вэй героически отбивался, пока его направляющая магию рука полностью не оказалась в захвате врага. После этого колдовать он уже не мог, а физическое сопротивление быстро погасло под неподъемной силой сковывающей ледяной магии. Всё тело обожгло невыносимым холодом, и даже огненная ци оказалась бессильна против жгучего хлада души генерала.       Лю Вэй чувствовал каждую ледяную чешуйку на шкуре призванных змей. Они царапали его кожу, высасывали силы и лишали воли, но Лю Вэй не поддавался. Он яростно метался, чувствуя, как холод пожирает всё больше плоти, желая поглотить полностью.       Лёд приковал дракона к снежному покрову. Тело примёрзло к земле, а сверху словно возвели целую гору. Дышать стало тяжело. Змея за змеёй оковывали его, поглощая, сдавливая и лишая воли.       Затем раздались неспешные шаги.       Сохраняя хладнокровие, генерал подошёл к ученику и посмотрел на него сверху вниз.       Лю Вэй оскалился. Его унижала лёгкость, с которой генерал поймал его. Собственная слабость.        «Неужели разница настолько велика?.. И вправду… Пропасть?..»       Тэй Шу навис над Серебряным Драконом, не спеша что-либо делать. Лёд трещал, распространяясь по телу пойманного в оковы юноши, но когда змея сомкнулась на шее, генерал взмахнул рукой и остановил собственные чары. Змеи послушно застыли, но от их недовольного, кровожадного шипения стыло сердце.       Лю Вэй продолжал бороться. Сил не было, но он рычал переводил энергию в пальцы, высвобождая энергию прямым залпом. Даже без заклятий, она была горячей и могла ослабить ледяные чары.       Лю Вэй верил, что могла.       Тэй Шу безмолвно смотрел на безуспешные попытки ученика вырваться. Взгляд его был острым и решительным.       – ЧТО? – прорычал Лю Вэй, скалясь, как яростный дракон. – Решили похоронить меня во льдах? Снова убегаете от сражения?       – Ты проиграл, – холодно констатировал Тэй Шу. – Всего одному приему.       Лю Вэй непокорно дёргался, пытаясь вырваться. Горячая энергия причиняла змеям боль и ослабляла их хват.       – Я проиграю лишь когда умру, – яростно прорычал Лю Вэй. – Но я никогда не умру! Я обещал жить! И я сдержу слово! Я нужен клану Вэй! Нужен своим друзьям! От Ваших рук мне погибнуть не суждено! Не здесь и не сегодня. Вы не сможете меня убить. Я не дамся!       Эти слова звучали наивно из уст того, кто находился в змеиных тисках без малейшей возможности пошевелиться и сил дать отпор, но Лю Вэй искренне верил. Верил и боролся.       Тэй Шу сжал пальцы в кулак, и змеи стиснули дракона крепче, туго оплетая его талию. Лю Вэй глухо вскрикнул от боли. Ледяные чудовища сломали ему несколько ребер, уменьшили температуру в теле. Жар Лю Вэя ощутимо охладел, но дракон вновь и вновь ранил себя мыслями о том, что перед ним убийца брата. Ярость к убийце распаляла жар его души и не давала погаснуть ци. Сердце пламенно стучало, отвечая на храбрую борьбу юноши.       – Вам меня... Не убить... – прорычал Лю Вэй непокорно.       Змея сдавила на шею. Говорить стало трудно. Язык онемел. Взгляд дракона оставался острым и решительным. Он не признавал поражения.       Тэй Шу опустился на колени и вытянул к ученику руку. С необычайно нежностью провел костяшкой указательного пальца по щеке.       Лю Вэй не понял его. Он непокорно отстранился, отдёрнув голову и оскалившись.       – Не прикасайтесь ко мне!       Лю Вэй обжёг сердце господина Тэй Шу в ответ на прикосновение. Его сопротивление стало более яростным, а змеи шипели от боли и трещали ледяными хвостами, сжимая Серебряного Дракона всё крепче и крепче.       – Лю Вэй... Мой любимый ученик...       Тэй Шу вновь коснулся его. На этот раз он обхватил лицо дракона обеими ладонями, не позволяя сбежать, и сжал, не позволяя юноше вырваться.       Они смотрели друг другу в глаза.       Сердце Лю Вэя забилось быстрее. Он понял, что сейчас Тэй Шу может убить его. Действительно может.        «Нет! Я не дамся! Я не умру!»       Лю Вэй безжалостно ранил змей своей энергией, но те никак не хотели растворяться.       Затем к тяжести льда прибавился вес генерала. Тэй Шу сел ученику на пояс и опустился, прижавшись лбом к лбу. Не сводил взгляда.       Лю Вэю стало не по себе. Перед смертью Джань сделал то же самое, но генерал просто не мог этого знать! Не мог!       Прикосновения Тэя Шу обжигали. Он был такой же холодной змеёй, как и призванные его чарами твари. Таким же монстром с ледяным сердцем.       Или нет?..       Лю Вэй на мгновение узрел в глазах генерала мольбу и услышал его ментальный шёпот: «Не умирай!».       – Господин Тэй Шу?..       Лю Вэй перестал понимать, что происходит.       Нежные ладони погладили его по щекам, а затем, вопреки отеческой нежности, разум дракона сотрясла нестерпимая боль, и Лю Вэй лишился сознания.