Инь и Ян: Слёзы на белых ресницах

      Разум Серебряного Дракона заволокло снежной пеленой, а глаза начали слипаться. Лю Вэй сопротивлялся слабости, но змей неотрывно смотрел ему в глаза, словно гипнотизируя.        «Нет... Нет...»       Слабое тело беспомощно трепыхалось, подобно бабочке, угодившей в сети паука. Гордый дракон из последних сил пытался высвободиться, скинуть с себя тело обнаглевшего генерала, посмевшего не только насмехаться над ним, но и оскорбить своим возмутительным действием, но с каждым мгновением сопротивление гасло, как пламя свечи под сквозняком. Холод забрался в самое сердце, а глаза начали стекленеть. Лю Вэй закрыл их, пытаясь уберечь, и в тот самый миг почувствовал, как в его разум протекает тьма.        «Нет!..»       Слабые губы яростно шевелились, но не смогли произнести и слова, а затем связь с реальностью окончательно оборвалась.       Лю Вэй перестал чувствовать своё тело. Его вбросило во мрак пустоты, где не было ничего, кроме его ментального образа. Лю Вэй видел свои руки, ноги, тело и изувеченное одеяние. Казалось, он единственный существовал в этой тьме, но этого не могло быть. Просто не могло! Юноша прекрасно знал, как выглядит его внутренний мир. Он был наполнен образами близких людей, что Серебряный Дракон хранил близко к сердцу. В нём не было места мраку. Не было места холоду. Но сейчас Лю Вэй остро чувствовал враждебный мороз, что болезненно покалывал кожу... А ведь в душе дракона бушевало сразу два пламени – горела его яркая душа и сгорал особняк памяти. С тех пор, как Лю Вэй узнал о предательстве учителя, пожар не прекращался, выжигая болью привязанность к учителю. Огонь истины очищал душу от того, что могло ранить, что могло помешать в бою. Да и солнечная душа всегда была теплой. Сады его души представлялись Лю Вэю такими же жаркими, как солнечная родина. Этот образ умиротворял и грел его, являлся центром его внутреннего мира и излюбленным местом для медитаций. Сейчас же его покрыл мрак.        «Что-то не так.»       Лю Вэй настороженно оглядывался по сторонам.        «Это не сон...»       Прислушался к себе.        «Знакомое чувство...»       Холод сигнализировал о присутствии генерала. Только ледяные руки предателя могли нагнать столько холода в душу юноши... Только он мог так сильно навредить его внутреннему миру. Дело было не только в холоде. Всё происходящее выражало вмешательство генерала в душу ученика: слабость разума, глубокая чернота – плотная, слоистая, как грозовые тучи, и давящая на эмоции. А когда пространство заполнил неестественно сладкий запах, и вовсе не осталось сомнений.       «Тэй Шу... Мерзавец!»       Лю Вэй разозлился, догадавшись, что происходит.       «Он пытается стереть мои воспоминания?..»       От этой мысли Лю Вэю стало противно и тошно. Злость распалилась с новой силой. Если бы учитель стёр ему память, Лю Вэй мог больше никогда вновь не узнать того, что произошло на самом деле. Правда могла умереть навсегда. Ванхэ мог не вернуться с севера. Тэй Шу мог позаботиться о том, чтобы феникс никогда не вернулся. Он уже мог обнаружить записи, спрятанные в комнате дракона, или совсем скоро прочтёт в памяти господина Бэй Сёна, навестив, чтобы стереть все следы своих преступлений. Кроме господина Бэй Сёна никто не знал, где искать ответы. Лю Вэю стоило спрятать их получше… Доверить правду кому-то менее очевидному. Но уже поздно что-то менять. Что сделано, то сделано.        «Нет. Я не позволю! Не позволю!»       Демоническая магия не могла воздействовать на разум Лю Вэя. Он был полностью в этом уверен! Но Тэй Шу умудрился подобрать к его разуму ключ, ослабить его достаточно, чтобы втечь внутрь него отголоском собственной души и попытаться что-то изменить вручную.        «Он не может контролировать меня, как других. Это более искусная магия. Тэй Шу запер мой разум, чтобы я не мешал ему. Но я не пускал его в свою душу! И я не позволю расхаживать здесь тому, кого выгнал из своего сердца!»       Лю Вэй распалился. Его огненный дух охватило пламя, а в руке появилась верная гуань дао. Он яростно набросился на тьму, принявшись рубить её, применяя доведенную до совершенства технику «Трепещущий Ветер», всегда выручавшую его в борьбе против магов. Демоническая энергия сгущалась, боролась, смещаясь к области ударов, чтобы противостоять дракону. Казалось, сражаться с мраком было так же бессмысленно, как драться с воздухом, но Лю Вэй должен был пробиться и вернуться в измерение своей души.        «Я выгоню его из своего сердца! Он не имеет права здесь быть! Никто, кроме Су Юна!»       – Господин Лю Вэй...       Стоило подумать об Искорке, как он услышал голос возлюбленного позади. Лю Вэй тут же обернулся и чуть было не пропустил удар тьмы в щеку. Су Юн защитил его. Начертив в воздухе защитное заклятье, он окружил возлюбленного щитом из света. В это мгновение Лю Вэй поверил в его реальность. Су Юн просто не мог быть иллюзией, посланной демонопоклонником. Человеку с тёмной душой не повторить столь светлых заклятий.       – Искорка!       Лю Вэй бесстрашно опустил оружие. Тьма не нападала на него, пока он не начинал с ней бороться, она вилась клубами и сдавливала пространство, но не вредила. Лю Вэй не обращал на неё внимания. Он подлетел к возлюбленному и нежно обхватил ладонями его щеки, заглядывая в любимые глаза.       – Искорка... Родной мой...       Лю Вэй прильнул к его носику и ласково потерся, чувствуя, как истосковался по любимому. Как ему его не хватало и как он рад его видеть. Его сокровенный, любимый, родной снова рядышком! Хотелось обнять его, прижать к себе и никогда не выпускать, расспросить обо всём и просто любить, осыпая каждый сантиметр тела поцелуями… Но в то же время на смену радости быстро пришел страх.       – Я ведь просил тебя не возвращаться до завтра! Что ты тут делаешь?! Подвергаешь себя опасности!       Су Юн робко прижал ладони к груди, виновато смотря на возлюбленного исподлобья.       – Простите, господин Лю Вэй!.. Моё появление взволновало Вас и вызывало смуту на Вашей душе… Не хотел огорчить. Но… Я всегда с Вами, Вы ведь знаете. Живу... Вот тут.       Су Юн ласково коснулся груди мужчины и погладил его, поразительным образом неся спокойствие и чувство безопасности.       Лю Вэй ощутил, как тяжесть с плеч отступила, а душа стала легче. Он трогательно посмотрел на возлюбленного и крепко сжал его.       Тело Су Юна необычно сияло. Он был светлым духом, теплым воспоминанием, самой сутью света и сиял, светя Лю Вэю во тьме.       – Искорка... Конечно, я ведь никогда не выпускаю тебя из сердца. Ты всегда рядышком. В самый тёмный и отчаянный миг, в самый радостный и счастливый – я всегда думаю о тебе, моём любимом солнышке.       Су Юн смутился. Он не знал, как реагировать на такую яркую похвалу, и никогда бы не научился воспринимать комплименты легкосердечно – каждый раз волновался, краснел и суетился, не зная, куда деться от приятного чувства на душе. А ведь Лю Вэй говорил чистую правду. Он всегда думал о возлюбленном, куда бы не пошел. Даже здесь, во мраке небытия, в темнице холодного генерала и власти демонических чар, Серебряный Дракон не оставлял мыслей о Су Юне – своей светлой искорке и путеводной звёздочке, и вот ему явилась на помощь память о его сокровенной, чистой любви.       – Я тоже всегда о Вас думаю, господин Лю Вэй. Правда-правда, – потерев розовые щечки, прошептал Су Юн и снова прижал ладони к груди, волнительно потирая пальцы. – И я тоже рад Вас видеть! Простите, что не смог присниться Вам вновь. Знаю, Вы очень хотели, но... Другие мысли оказались сильнее. Я пытался их потушить, но...        «Вот же солнышко… Переживает о таком. Серьезно волнуется.»       Душу Лю Вэя наполнило тепло. Взгляд растаял в нежности.       – Всё в порядке, родной. Когда ты вернёшься, мы справимся с этим вместе. Даже не смей себя винить.       Су Юн робко кивнул, хотя было видно, что маленькая частичка света в душе Лю Вэя всё равно переживает.        «Как же он похож на настоящего...»       Хотелось верить в реальность происходящего, но Лю Вэй понимал, что образ Су Юна – ничто иное как часть его души, одухотворенная и созданная стражем и защитником его сердца, драгоценным сокровищем, в котором заключено всё главное и сокровенное.       – Я правда виноват... – прошептал Су Юн, не находя себе места. – Я не смог противиться господину Тэю Шу. Он напал на наш дом. Я пытался Вас уберечь, но он использовал какие-то странные чары. Я никогда таких не видел.       – Демонические... – прорычал Лю Вэй. Его бесконечно злило то, что учитель посмел так обойтись с ним. Пусть воспоминания были болезненными – они были его частью, и он не позволит вырезать из себя хоть кусочек. Тем более осквернять себя демонической магией. Лю Вэй воспринимал это как верх предательства, как осквернение его тела, как гнусную подлость и неспособность генерала принять бой. Он считал подобный поступок трусостью.       – Не только, – возразил Су Юн. – Демоническая магия тоже, но она не так действенна против Вас. Думаю, это одна из техник клана Шу. С демонической магией я бы справился. Но господин Тэй Шу... Он проник в Вашу душу, господин Лю Вэй. Он запер Вас в одной из комнат дворца памяти. Я пытался защитить, но не получилось...       – Не волнуйся, Искорка. Ты сделал всё, что мог, – Лю Вэй ласково поцеловал его в лобик. – Мы обязательно со всем разберемся и прогоним прочь непрошенного гостя. Нужно придумать, как выбираться отсюда. Отогнать тьму не получается.       – Нужно отыскать дверь, и тогда получится снять печать.       – Не похоже на комнату... – заметил Лю Вэй. Он свободно перемещался в пространстве на несколько чжаней вперед, пока размахивал гуань дао, но не видел ни стен, ни потолка, а тьма всё вилась вокруг и полностью ограничивала видимость.       – Господин Тэй Шу искривляет пространство. Влияет на Вашу душу... Полагаю, здесь одно из подавленных воспоминаний детства. Что-то старое и болезненное, что господин Тэй Шу смог сокрушить, чтобы использовать в своих интересах…       Су Юн говорил тихо и беспокойно. Было понятно, что подобное влияние может быть опасно.       Лю Вэй оскалился, но Су Юн вдруг продолжил, не давая выплеснуться ярости:       – Но господин Тэй Шу не желает Вам зла! Я чувствую это. Он отчаян и будто... Пытается защитить Вас. В его душе столько боли…       Лю Вэй понимал его волнение, но не мог позволить сентиментальности помешать решительности. Он накрыл ладони возлюбленного своими.       – Я не позволю ему украсть мои воспоминания, Су Юн! – твёрдо произнес Лю Вэй. – Он убил моего брата, и я не могу об этом забыть. Что бы ни чувствовал, какую бы пустоту в моей душе это ни оставило. Даже если он добр ко мне, даже если любит меня, я не могу позволить так с собой обойтись. Рано или поздно нужно принимать ответственность за совершенные поступки. Тэй Шу не может сбежать. Я ему не позволю. Мы должны решить всё.       Су Юн опустил взгляд, размышляя над словами Лю Вэя.       – Мне кажется, он запутался... Потерялся. В его жизни было так мало света... Когда Вы появились, он действительно начал меняться. Он потянулся к Вам и полюбил. Тот, кто убил Вашего брата, и тот, кто защищал Вас – это разные люди. Быть может, в Вашем сердце отыщется место для прощения?       Лю Вэй не понимал, зачем Искорка об этом говорит. Он заглянул в яркие двухцветные глаза и ласково погладил образ любимого по щеке.       – Родной. Ничто не может изменить прошлого. Я уверен в том, что делаю.       – Я не хочу, чтобы Вы страдали, господин Лю Вэй.       – Считаешь, мне лучше забыть?       – Нет.       Су Юн мотнул головой и растерянно опустил взгляд.       – Просто мне страшно от того, что может случиться. Я волнуюсь за Вас, господин Лю Вэй.       Яркие глаза влажно блестели. Лю Вэй бережно погладил возлюбленного по второй щеке, не позволяя ему заплакать.       – Судьба рассудит, – мягко сказал он, не желая пугать возлюбленного. Пусть перед ним было лишь одушевлённое воспоминание, Лю Вэй обращался с ним исключительно бережно. Он любил Су Юна и ко всему, что связано с возлюбленным, относился крайне заботливо и трепетно. Берег каждое воспоминание, храня их так же бережно, как и Су Юн, пряча в самый уютный уголок сердца и делая частью самого себя. – Давай искать выход, Искорка. У нас мало времени.       Су Юн кивнул. Он понял, что воителя не переубедить, и больше не пытался.       – Я не хочу, чтобы господин Тэй Шу навредил Вам. Сейчас он пытается потушить пламя...       – Если он справится, он сможет добраться до самой сути воспоминаний. Я не могу ему этого позволить!       – Душа связана с каждым воспоминанием, – задумчиво произнес Су Юн. – Если Вы будете думать о том, что хотите сохранить, Ваше пламя может разгореться сильнее. Вы можете сопротивляться учителю! А я в это время разыщу для Вас выход.       – Су Юн...       Лю Вэю не нравился этот план. Он не хотел оставлять Искорку одного, но лекарь был настроен крайне серьёзно.       – Не волнуйтесь за меня, господин Лю Вэй! Я – Ваш свет. Моя задача сиять и прогонять мрак сомнений и страхов прочь. Вы можете довериться мне. Печать я снять не смогу, но отыскать проход мне под силу. Прошу Вас, доверьтесь. Блуждать в искривлённом измерении можно часами. У Вас нет столько времени.       – Я доверяю тебе свою жизнь, Су Юн, – серьезно произнес Лю Вэй.       – Тогда... Прошу Вас, доверьте мне Вашу руку.       Су Юн вытянул ладонь к хозяину. Он смотрел на него честными, верными глазами. Лю Вэй протянул к нему руку. Су Юн не ухватился за нее, но держал ладонь в пленительной близости. Когда-то, когда они не могли позволить себе прикосновений, их души связывались именно так. Этот жест стал глубочайшим символом их связи. Им предстояло пройти через мрак и не потерять себя, ощущая лишь отголоски друг друга, но чувства сильнее не существовало.       – Ничего не бойтесь и боритесь, – храбро произнес Су Юн. – Я прогоню монстров.       – Монстров?..       – Здесь небезопасно, – робко предупредил Су Юн. Слишком честный, он просто не мог смолчать, хотя и болтать про опасности не хотел, ведь господин Лю Вэй тут же бы начал беспокоиться за него. – Господин Тэй Шу оставил стражей. Здесь обитают ледяные змеи и нечто более могущественное… Я слышал оглушительный рёв… Но, прошу Вас, не бойтесь! Я проведу Вас мимо всех опасностей! Просто сосредоточьтесь и оставьте всё на меня!       Лю Вэй нахмурился.       – Су Юн, если тут опасно...       Лю Вэй не собирался бросать его наедине с чудовищами, которых Тэй Шу воплотил в его разуме.       – Я не настоящий! – напомнил Су Юн. – И я не могу умереть, покуда Вы помните меня и... Любите. Со мной всё будет хорошо.       Сердце Лю Вэя сжималось от боли. Он не мог так поступить, даже если Су Юн говорил такие смелые и честные слова.       – Даже если так... Я Вас не брошу! Вы никогда не сражались с чудовищами, это не Ваша судьба. Я не подвергну Вас опасности!       – У нас мало времени! – напомнил Су Юн с отчаянием.       Лю Вэй мог бы придираться и дальше, но он вдруг ощутил боль в сердце и давление на разум. Тэй Шу подобрался опасно близко к сокровенным воспоминаниям и был в считанных шагах от того, чтобы защита Лю Вэя рухнула. Без стража воспоминания в дворце памяти были беззащитны. Сейчас их оберегало только пламя, и, если его не поддерживать, лёд учителя рано или поздно уничтожит каждый язык огня сопротивления.       – Пожалуйста!       Глаза Су Юна умоляли о доверии. Он волновался, видя боль и страх в глазах возлюбленного.       – Хорошо, – Лю Вэй согласился только из-за необходимости. – Но если что-то нападет на нас... Я буду тебя защищать! Позови меня, и я вырвусь, чтобы убить любого, кто приблизится!       Лю Вэй воинственно взмахнул гуань дао.       Су Юн понял, что ему не отвертеться, и робко кивнул. Он явно не собирался подвергать Лю Вэя опасности, так что надеялся, что удастся пройти необнаруженными, но и врага недооценивать не стоило. Тэй Шу был искусным чародеем, обошедшим защиту разума ученика. Он ворвался в него, прорвав ментальную защиту и заперев душу в искривлённом пространстве, после чего наводнил его чудовищами, чтобы удержать ученика в плену. Лю Вэй уже начал слабеть от воздействия демонических чар. Они не могли извратить его, но ослабить, чтобы Тэй Шу выцарапал нужные воспоминания ледяными когтями, были способны.       – Закройте глаза, господин Лю Вэй. Закройте и сосредоточьтесь.       Лю Вэй прислушался к голосу света и смежил веки. Связь с Су Юном оставалась крепкой. Он чувствовал тепло, пульсирующее в кончиках пальцев, энергию, что передавалась между ними. Любовь, что связала их. Он даже жалел, что рядом не настоящий Су Юн... Но был благодарен Искорке за то, что он оставил след в его душе и не оставлял его, даже когда его не было рядом.       Су Юн повел его за собой. Светлый дух слегка прихрамывал, и в тот момент Лю Вэй осознал, что попытки осколка памяти о Су Юне защитить душу хозяина от Тэя Шу были куда яростнее, чем робкий юноша о них говорил. Скромный, просил прощения... А о том, что пострадал, защищая хозяина, сказать забыл. Эти мысли разъярили дракона. От осознания, что Тэй Шу посмел ранить его любовь к Су Юну – самое неприкосновенное в его душе, в юноше разгорелось доселе невиданное пламя, и Лю Вэй с головой окунулся в воспоминания, связывающие его с учителем.       Разум одновременно обожгло пламенем и холодом. Пожар устроил не Лю Вэй – боль сжигала мосты между родными прежде душами сама по себе. Лю Вэй не мог контролировать это пламя, оттого оно вредило ему не меньше, чем вражеская магия.       Лю Вэй не видел образа учителя, лишь чувствовал его присутствие и сопротивление. Вынужден был вступить в борьбу, нырнув разумом в пламя и возникнуть между двух сил. Боль начала рвать на части. Разум страдал от воздействия учителя, от мучительной памяти, от смеси радостных мгновений и омрачённости их тёмными деяниями господина Тэя Шу…       В голове у Лю Вэя начали всплывать сцены с учителем. Их совместные тренировки. Их разговоры. Дурачества дракона, за которые он отхватывал подзатыльники и холодные взгляды. Заливистый смех от неловких ситуаций и самоиронии. Усердные тренировки. Верный взгляд, обращённый на непоколебимый, могущественный образ учителя. Их лёгкие ссоры. Их глубокие конфликты. Их добрые примирения. День, когда они сидели плечом к плечу и впервые выпили вина, а потом вместе очнулись в купальнях господина Бэй Сёна. Забота о маленькой Хэйсэ. Редкая улыбка генерала. Попытки предостеречь. Попытки защитить. Битвы с демонами плечом к плечу…       Через Лю Вэя начали протыкать тысячи воспоминаний, связанных с учителем. За минувший год Лю Вэй провел с ним больше времени, чем с Су Юном, искренне привязался, зауважал и считал своим другом. Даже мечтал, чтобы господин Тэй Шу приехал в гости и посмотрел на Солнечную Арасию. Мечтал, что однажды, когда Лю Вэй перестанет быть его учеником, они станут друзьями и будут ездить друг к другу в гости. Однажды их кланы перестанут враждовать, предрассудки рухнут, а светлое в душах победит. Тогда... Тогда они действительно могли бы быть друзьями. Все эти сентиментальные и добрые воспоминания всегда наполняли душу Лю Вэя теплом и надеждой. Но сейчас причиняли нестерпимую боль.       Чтобы распалить пламя и воспротивиться Тэю Шу, Лю Вэй должен был пройти через всё светлое и окунуться в самое тёмное – на дно чёрного озера боли.       Чем глубже Лю Вэй нырял в собственные воспоминания, тем болезненнее жгло пламя. Боль становилась невыносимой, на глазах выступили слёзы, но верная рука Су Юна придавала сил. Лю Вэй цеплялся за неё ментальным образом и продолжал борьбу. Рвал свою душу на части, прорываясь к таящимся в источнике пламени воспоминаниям. Он пропускал сквозь душу жестокие осознания, связанные с истинной сутью генерала.       Перед глазами встал ужасающий образ того, как Тэй Шу убивает его брата, обрушивая на тело Джаня десятки смертоносных ударов. Как он хладнокровно вырезает его воинов, отпущенных на заслуженный выходной… Как Тэй Шу в ночи приближается к любящему его императору, а затем обуяет тьмой его разум, заставляя подчиняться себе. Как хладнокровно убивает госпожу Ля Хоу, чтобы сокрыть правду. Как заставляет Шинбая Хоу покончить с собой. Как издевается над Монами в темнице. Как целует Илина... Ложится с ним в постель, плавно спуская халат с бледных плеч и позволяя ледяной руке властно гулять по его телу. Как ложится под него, раздвигая ноги…       Один чудовищный образ был ужаснее другого, прогрызая дыры пустоты на душе, но Лю Вэй не давал себе сбежать от этих болезненных мыслей. Он окунал себя в глубь источника боли, ревя, задыхаясь, но терпя муку.        «Он хотел убить меня. Он был готов. А сейчас он... Хочет убить часть меня. Он ранил Су Юна. Он – монстр!..»       Лю Вэй проревел от боли, но зацепился за последний образ – зловещую фигуру, нависающую над ним. Все страшные откровения кружили перед глазами, как осколки зеркал, что резали ментальный образ, но Лю Вэй стойко держался. Из каждого пореза текла кровь, и она, смешиваясь с огненной ци, дарила пламени топливо. Оно разгоралось всё ярче и яростнее, давая отпор ледяной магии генерала.       – Лю Вэй!       Тэй Шу позвал его.       Лю Вэй не хотел его слышать. Он утроил напор пламени, крича от боли.       – Дай мне спасти тебя!       Голос Тэя Шу звучал с примесью отчаяния. Он прорывался сквозь ткань мироздания, раня искренностью помыслов.       – Если меня и нужно спасать, то только от Вас, учитель!       Лю Вэй отбросил разум учителя прочь, не позволяя разжалобить себя.       Пожар разгорелся сильнее, распространяясь на соседние воспоминания. Лю Вэй горел и страдал. Его душа покрывалась ожогами, но он не уступал. Ледяная магия учителя тоже становилась сильнее. Огонь и лёд сталкивались и боролись, не уступая по силе ни мгновения, смешиваясь в разноцветную энергию и взаимно нейтрализуя чары, чтобы вновь и вновь сходиться в вечном противостоянии.       – Не сопротивляйся! Ты делаешь себе лишь больнее! Хочешь душу свою уничтожить?! Дурак!       – Я хочу сохранить себя! Я не позволю Вам…       Лю Вэй прервался на полуслове. Он почувствовал всполохи магии, что находилась в другом месте... Рядом с его ментальным телом.       Су Юн сражался!       – Я всё равно добьюсь своего! – прокричал генерал, решив, что Лю Вэй показал слабость.       Тэй Шу усилил напор. Лю Вэй чувствовал, как ледяные когти, наросшие на руках учителя, замораживали и ломали языки пламени в осколки льда. Разбиваясь о землю, пожар снова разгорался. Он перекинулся на цветущий сад. Загорелись апельсиновые деревья.       – Уйдите! – закричал Лю Вэй, оттесняя врага жесткими словами. Душа Лю Вэя была разорвана в клочья. – Уйдите из моей души! Вам нет здесь места! Я Вас ненавижу! Ненавижу! Убирайтесь!!!       – Лю Вэй!       Тэй Шу застыл, пропустив удар от ученика. Его душу обожгло.       В этот момент Лю Вэй услышал крик Су Юна и прервал свою борьбу с учителем. Тяжело дыша, он раскрыл глаза и увидел, что они окружены. Из тьмы появлялось все больше и больше ледяных змей. Су Юн отбивался от них вспышками света, но мог лишь прогонять. Ненадолго. Его барьер мерцал. Он старался защитить хозяина, но его силы слабели. Покуда Лю Вэй погружался в ненависть и ярость, свет ослабевал, и всё же верно светил и защищал.       Лю Вэй изумлённо распахнул глаза, увидев, что юноша ранен. Змеи покусали Су Юна за ноги и за руки, но Лю Вэй был невредим.       – Искорка!..       – Господин Лю Вэй! – волнительно отозвался Су Юн и виновато посмотрел на хозяина. – Не отвлекайтесь, прошу вас! Боритесь! Я в порядке!       – С ума сошел? – Лю Вэй прижал его к себе, наполняя силами и любовью. – Я же позвал, если будет опасно!       – Ваши воспоминания должны выжить любой ценой! Я могу потерпеть!       Лю Вэй не умел злиться на это чистое создание. Защитил его собой.       – Я выиграл немного времени. Дальше мы пойдем вместе, – решительно произнес Лю Вэй.       Дракон распалил свою гуань дао и рассек пространство перед собой. В несколько могущественных приемов он исполосовал всех змей, с лёгкостью справившись с угрозой. Здесь его пламя было настоящим, и здесь оно способно было выжечь любую угрозу.       Су Юн дрожащей рукой прикоснулся к плечу мужчины.       – Ваша душа... Она покрылась дырами и ожогами...       Брови его жалостливо съехались, а голос подрагивал. Су Юну было больно это видеть.       – Завтра ты вернёшься и вылечишь меня, Искорка.       Лю Вэй поцеловал возлюбленного в лобик и отбился от очередной напавшей на них твари.       – Скоро всё закончится. Не переживай за меня. Я не умру. Я ещё не сказал тебе самые главные слова.       Су Юн потёр глаза, вытирая выступившие слёзы.       – Я их очень-очень жду, господин Лю Вэй, – трогательно прошептал юноша. – Словно цветочек – воду. Вашу любовь... Я принимаю с благодарностью.       Сердце Лю Вэя стучало с болью.       Он прильнул к любимому губами, целуя в ушко.       – Искорка... Ты никогда не будешь знать, что такое засуха. Я всегда буду оберегать тебя. Только потерпи немного. Я у тебя дурак нерешительный, но скоро всё изменится.       – Не говорите так! Вы очень решительный! А ещё такой... Такой хулиганистый!       Лю Вэй рассмеялся со слезами на глазах. Затем поцеловал руку любимого и заглянул в его светлые глаза.       – Пойдем. Разберемся со всем, а утром настанет новый день. Мир забудет страх перед злом, враг будет побежден. Я тебе обещаю, Искорка. Совсем скоро мы снова будем вместе поливать пионы.       – Скоро наше семечко даст плоды, – робко произнес он, смущенно переминая пальцы у груди.       – Оно уже, – мягко произнес Лю Вэй, а затем сморщился от боли.       Тэй Шу восстановился после удара и продолжил пробиваться к источнику воспоминаний и сердцу боли. Лю Вэй надеялся, что огонь ещё немного продержится.       Су Юн потянул друга за руку.       – Мы уже рядом. Я долго искал проход, простите...       – Даже не вздумай извиняться! Это я тебя в это втянул!       – Рррррааааааа!       Спереди раздался ужасающий рев. От него в жилах стыла кровь. Этот звук ни с чем не спутать. Услышав однажды, Лю Вэй уже не мог забыть.       – Этот звук... – ахнул он.       – Я думал, что нам следует избегать ужасающего рёва, – признался Су Юн, – но затем осознал, что это страж врат. Впереди...       Су Юн не успел договорить, как вдруг тьма оживилась. Нечто могущественное неслось из мрака, поднимая ветер, ревя и гоняя тучи демонической магии. Хлёсткие удары били по воздуху, лапы царапали каменную твердь, пасть зловеще щелкала, закрываясь и открываясь, как смертоносный капкан. Могущество чудовища потрясло воображение.       Лю Вэй перехватил оружие двумя руками и заслонил Су Юна телом. В следующее мгновение из мрака вылетела морда чудовища, разглядеть которое из-за плотного мрака воин попросту не успел. Оно раскрыло пасть и желало поглотить, Лю Вэя, но он рассек ему нижнюю губу, а затем вонзил гуань дао в нос.       Энергия оттеснила создание назад. Лю Вэй тормозил ногами. Су Юн создал из света гуань дао и затянул на неё возлюбленного. Они вовремя воспарили – чудовище не остановилось, а пролетело вперёд, руша камни и порождая новое искажение пространства.       Лю Вэю пришлось оставить оружие в теле твари – вытащить его не хватило времени.       Мрак сокрыл монстра. Лишь вопль боли выдавал его местоположение. Однако и это не помогло отследить тварь: она вилась и появлялась, казалось, со всех сторон, чертя новые коридоры реальности и выскакивая из разных точек пространства, пытаясь запутать и напасть из неожиданных мест. Её чешуйчатое тело было огромно, и оно сливалось с мраком, отблескивая зловещими дугами.       Лю Вэя потрясло осознание.       – Это ведь... Дракон!..       Су Юн с грустью кивнул.       – Это Ваша память о достопочтенном Йюньлонге, Святом Защитнике рода Вэй. Господин Тэй Шу обратил его в демоническое порождение и заставил охранять врата, – юноша сжался, не в силах вытерпеть такой дикости. – Это ужасно...       Лю Вэй вытянул руку и приказал гуань дао вернуться. Древко оружия влетело ему в руку, как родное.       – Меня не остановит ни дракон, ни демон, – прорычал Лю Вэй.       – Только не бейте его больше! Он – кусочек Вашего воспоминания! Ему нельзя вредить, иначе Вы уничтожите воспоминание навсегда!       Лю Вэй злился на учителя всё сильнее. Как подло! Использовать его же воспоминания, чтобы запереть его в искаженном измерении!       Дракон снова заревел и показался из тьмы. Разинув пасть, серебряное, прекрасное создание снова попыталось поглотить своего создателя.       Су Юн управлял сияющим оружием и выскользнул из пасти дракона, сложив пальцы в начертание заклинания и размахивая рукой. Лю Вэй крепко держал его за пояс и обернулся на дракона. Тэй Шу и правда обратил его в чудовище. Из серебряной чешуи вытекали сгустки тьмы... Те самые, что заполонили пространство и искривляли его. На лапах выросли дополнительные когти, в пасти было ещё три ряда зубов. Спину покрыли шипы, а хвост раздвоился и сочился демоническим ядом.       Лю Вэй ужаснулся виду твари, а затем заглянул в глаза опороченному Йюньлонгу и осознал:       – Он плачет от боли!       – Ничто в Вашей душе не желает Вам зла! Господин Тэй Шу отчаян. Он пытается удержать Вас любым способом.       Дракон яростно преследовал парочку, потому Лю Вэй покрепче ухватился за пояс Су Юна и посмотрел на монстра, открывшего пасть и готовившего выстрелить залпом темной энергии.       – Его можно очистить?       – Да! Это ведь Ваше воспоминание.       Взгляд Лю Вэя решительно заострился.       – Тогда нам нужно оказаться над ним.       – Что Вы собрались делать?..       – Спрыгну и поговорю с ним!       – Господин Лю Вэй...       Су Юн испугался за него.       – Нет времени! Я должен рискнуть.       – Хорошо, я сделаю это! Держитесь покрепче!       Дракон выплюнул сгусток тьмы. Он взорвался и начал распрыскивать кислоту, разбиваясь на тысячи едких тёмных капель. Су Юн золотой стрелой маневрировал между сгустками зловещей энергии, ловко управляя призванным оружием. Лю Вэй отбивался от всего, что летело в них – совсем как тогда, когда они очищали душу предсказателя. Теперь у них были проблемы посерьёзнее. Дракон использовал высшую магию, пронзал пространство грозами, перемещался между разломами реальности и отравлял пространство тьмой... Не говоря уже о том, что он был огромной махиной, поразительно мобильной для своих размеров, а в пасть к нему поместилась бы тысяча таких, как Лю Вэй!       Лю Вэй взял на себя защиту, тогда как Су Юн пытался догнать дракона. Только вот монстр гнался за ними, и, словно раскусив их план, всячески избегал того, чтобы противники оказались над ним. Стоило приблизиться – Йюньлонг нырял в ткань пространства и исчезал среди пустоты.       Они гонялись друг за другом несколько минут. Лю Вэй не хотел повредить своему воспоминанию, потому не атаковал.       Время играло против них.       Хватка мужчины начала слабеть.       – Господин Лю Вэй?..       Су Юн испугался.       – Держитесь крепче, молю! Сожмите меня, как могут Ваши сильные руки! Не бойтесь, даже если останутся синяки! Молю Вас, держитесь за меня!       – Тэй Шу почти погасил пламя, – сипло прохрипел Лю Вэй с плохо скрываемой болью. Он чувствовал леденящий холод на душе, и держать оружие стало тяжелее. Крики тоже не помогали. Йюньлонг не отзывался на голос. Он плакал и ревел, преследуя своих жертв.       – Я сейчас... Сейчас что-нибудь придумаю!       Су Юн начал паниковать, но затем собрался с мыслями, пытаясь понять, как ему перехитрить дракона.       – Примем прямой удар, – хладнокровно произнес Лю Вэй.       – Что? Нет!       Лю Вэй не спрашивал. Он объявлял план.       Лю Вэй схватил Су Юна за руку и резко развернул гуань дао навстречу морде дракона.       – Господин Лю Вэй! Осторожно!       Им навстречу летели стрелы и пары темной силы. Су Юн возвел второй рукой барьер, дрожа от слабости. Монстры и генерал сильно его потрепали. Всё же, это был не настоящий Су Юн, а всего лишь маленькая частичка света, и до истинного могущества своего хозяина ей было далеко. Но он все равно старался, выжимая из себя всё до последней искорки. Лю Вэй верил в него и крепко сжимал в объятьях.       – Я люблю тебя за то, что ты подхватываешь каждый мой безумный план, – нежно прошептал Лю Вэй на ушко любимому.       – Вообще то я был против, господин Лю Вэй! – покраснев, пискнул Су Юн. Его уши были крайне чувствительным местом, и Лю Вэй знал это. Впрочем… У Су Юна, где не коснись, везде особые ощущения.       – Я не сказал, что одобряешь, – заметил Лю Вэй с хулиганистой улыбкой. – Я сказал: подхватываешь!       Су Юн прижался к нему спиной с томным выражением лица. Они оба потеряли слишком много сил.       – У нас получится! – прокричал Су Юн, вложив последние силы.       Он расчертил заклинание и мерцающий барьер распался на искры, что создали прямой коридор к морде дракона. Осквернённый Йюньлонг продолжал извергать тьму из пасти и не видел этого – они летели в слепой зоне, пока дракон яростно раскачивал головой и пытался слепо попасть неконтролируемыми атаками. Словно комета из света, они пронзали просторы искривлённого космоса мрака, расчертили тьму ярким хвостом из сияющих искр и через пару мгновений оказались возле морды.       – Сейчас!       Лю Вэй взмахнул рукой Су Юна, продолжая управлять его движениями. На мгновение их пальцы любовно переплелись, а затем они взмыли ввысь над раскрытой пастью дракона.       – Прикрой меня!       С этими словами Лю Вэй спрыгнул с сияющей гуань дао. Су Юн не хотел расцеплять их рук и потянулся следом. Но понимал, что было не время для сентиментальной нежности. Он закашлял кровью и выжал из себя последнее заклинание – продолжил сияющий коридор вокруг возлюбленного и уберёг его от всех демонических взрывов.       Оскверненный дракон понял, что его почти настигли и попытался нырнуть в пустоту, но Лю Вэй успел ухватиться за белую гриву. Его тело по инерции упало вниз, и он пронзил бок острыми шипами. Вскрикнул. Освободиться было ещё болезненнее, чем напороться – шипы напоминали зазубренные стрелы и рвали плоть при попытке пошевелиться. На душе мужчины появились новые серьёзные раны, но он не струсил, не сдался, а крепко держался за гриву и одним движением, сцепив зубы, заставил себя подняться. Пролилась кровь. Шипы разодрали его душу в мясо, но Лю Вэй взревел, ликуя от победы над болью. Высвободив тело из власти шипов, он встал на ноги и, держась одной рукой, погладил дракона по чешуе.       – Достопочтенный, это я! Прошу, успокойтесь! Простите, что ранил Вас. Я не должен был! Я не знал, что это Вы. Но... Мы с Вами друзья.       Дракон оглушительно проревел и начал извиваться всем телом, пытаясь сбросить наездника. Лю Вэй упрямо карабкался вверх по шее, не давая себя сбросить и не боясь головокружительных скачков в искривленные пространства.       – Не пытайтесь сбежать! Я знаю, Вам больно. Знаю, господин Тэй Шу ранил Вас и превратил в монстра. Я всё знаю. Но я никогда не считал Вас монстром. Вы для меня – герой и защитник. Всегда были и всегда им останетесь! Прошу, успокойтесь и позвольте Вас спасти!       Йюньлонг не слушал. Он безумно выписывал петли и спирали в воздухе, а из его чешуи начала с новой силой вздыматься темная энергия. Она обжигала ноги и пыталась отравить лёгкие. Лю Вэй задержал дыхание и продолжил восхождение, забравшись на макушку дракона в яростном молчании. Затем он прыгнул ему на ямочку между глазами и побежал вниз по носу. Здесь держаться было не за что, но Лю Вэй создал два кинжала под ногами, что помогали ему пролететь это расстояние, и добрался до раненного кончика носа. Он кровоточил. Лю Вэй опустился на колени и, удерживаясь руками за короткую шерсть, опустился и ласково поцеловал дракона в кончик носа. Проронил чистую слезу раскаяния.       – Простите меня, Достопочтенный Йюньлонг. Простите, что ранил.        Слеза упала на нос дракона и разбилась яркими брызгами. В этот момент пространство озарил свет. Рана на носу дракона затянулась, а тучи тьмы начали светлеть, пока не превратились в небесные облака.       Облик Йюньлонга вернулся в норму, и он встрепенулся, смахнув с себя претившие его божественному облику шипы и когти. Его шерсть вновь стала пушистой и шелковистой. Слезы не иссякли.       – Лю Вэй…       Когда дракон заговорил, юноша облегчённо выдохнул и, потеряв равновесие, чуть не упал с дракона. Йюньлонг подхватил его лапами и бережно держал на нах, глядя на хозяина виновато.       – Прости, что ранил тебя.       – Вы не виноваты. Вас околдовали.       – Тэй Шу обманул меня, – хрипло проревел дракон. – Он сказал, что хочет помочь тебе, и я впустил его.       – Всё хорошо, – повторил Лю Вэй. – Но нам надо спешить. Тэй Шу почти уничтожил воспоминания. Он подобрался запретно близко.       Дракон усадил Лю Вэя меж ушей на загривок.       – Держись крепче, Лю Вэй.       Юноша обернулся, ища Су Юна.       – Искорка?       На мгновение сердце замерло. Лю Вэй испугался, что свет его жизнь исчезнет. Он – лишь воспоминание, но что может быть страшнее утраты воспоминаний о своей любви?       – Су Юн!!!       Лю Вэй прокричал в голос, всерьёз испугавшись.       – Я здесь!       Су Юн медленно спарил на гуань дао. Двигался он медленно и с трудом управлял летающим оружием, а когда оказался близко к дракону, чары развеялись. Лю Вэй вскочил на ноги и подхватил его в воздухе.       – Поймал!       Су Юн виновато покраснел и прижался к нему с болезненной нёгой.       – Простите, господин Лю Вэй…       Он был совсем слаб.       – Ццццц, – Лю Вэй зарылся носиком ему в волосы и спарил на землю. – Родной мой, отдыхай. Ты многое сделал для меня, – Лю Вэй потёр носиком о его носик. – Даже не вздумай больше использовать магию, понял меня? С остальным я справлюсь сам.       – Вы такой молодец!.. – влюбленно восхитился Су Юн. – Я рад, что Вы смогли... Очистить Йюньлонга.       – Это было не сложно, – мягко произнес Лю Вэй. – Не переживай.       – Просто Вы – исключительный...       Су Юн так верил в него! А ведь Лю Вэй проиграл первому же серьезному заклинанию Тэя Шу. От этого было гадко и скверно на душе, но Лю Вэй не собирался сдаваться. Здесь и сейчас он возьмёт реванш.       – Ну что, отправляемся? – спросил Йюньлонг.       Лю Вэй сел на прежнее место, но теперь крепко держал Су Юна на руках. Юноша заворочался, гордо пытаясь сползти на шерсть и не доставлять раненному Лю Вэю беспокойств, но Лю Вэй хотел сжимать в объятьях свою любовь. Он невыносимо скучал по нему. Как увидит живого – расцелует и неделю из объятий не выпустит! Будет лечиться, обнимая его... А пока нужно было победить, и он черпал силы, оберегая память о возлюбленном.       – Я никому не позволю тебя отнять у меня!       Су Юн тихонько проскулил и уткнулся носиком ему в плечо.       – Я всегда буду с Вами, покуда Вы помните меня, – прошептал он вновь.       Лю Вэй прижался губами к его макушке.       – Держись, родной. Скоро станет легче.       Су Юн крепко-крепко обнял его в ответ. Сил в руках не было, но он боролся.       – Мы обязательно будем счастливы, когда я вернусь, – прошептал он, трогательно глядя на любимого мужчину.       – Обязательно, – пообещал Лю Вэй, покрепче прижав его к себе.