Инь и Ян: Слёзы на белых ресницах

      Лю Вэй гордо выпрямил плечи. Он не собирался показывать перед Илином слабость. Пламенный взгляд говорил о том, что он не даст себя в обиду и не позволит навредить себе. Что бы ни значило загадочное «заняться тобой», он готов был бороться за себя. Сил в измученном отравлением теле не было, но непокорная душа даже на пределе возможностей намерена была сражаться за жизнь и свободу. Волчьи уши напряжённо поднялись вверх, хвост угрожающе ощетинился и гонял пыль по полу. Взгляд стал жёстким и колким, вид – непримиримым и воинственным. И пусть бессилие Лю Вэя перед владыкой было очевидно, он не сдался, оставаясь воином. Воином с разбитым сердцем, что продолжает бороться за свою человечность.       Илин смотрел на него с улыбкой. Как и всегда, понять, о чем он думает, было невозможно. Взгляд колкий, холодный, но беззлобный. Лицо – словно искусно вытесанная маска. Лю Вэю было не по себе. Он осознавал, что Илин всем видом демонстрирует своё превосходство.        «Сын... Конечно. Он играет со мной.»       Лю Вэй показал клыки.       – Всё ещё не доверяешь мне? – прищурившись, спросил Илин.       – Никогда не буду!       Лю Вэй ответил ещё прежде, чем подумать. Рявкнул, показывая свой гнев. Забота верховного демона, смешанная с надменным издевательством. Отказ развязать ему руки из прихоти, замаскированной под лживой «необходимостью»... Лю Вэй был в сознании, он не угрожал ни себе, ни демоническому владыке, но Илин просто упивался своей властью над пленником. Будто ему не хватало демонической армии, чтобы самоутверждаться за их счёт! Илин обтачивал свой инструмент властью, но Лю Вэй не подчинялся ничему кроме базовых потребностей. Больше демону нечем его зацепить. И Илин это знал. Поэтому не давал ему и капли самостоятельности. О том, что ему в его состоянии лучше шевелиться как можно меньше, Лю Вэй не думал.       – И что, ты считаешь, я хочу с тобой сделать?       Илин с любопытством наклонил голову на бок. Было интересно, какие фантазии жили в людских головах.       Люди – такие сказочники…       – Я не знаю, – гневно прорычал Лю Вэй. – Ты уже поил меня своей кровью. Ты способен на любую дикость! Упиваешься своей властью, издеваешься надо мной! Тебе это все в утеху!       Илин поднял ногу и поставил ее на грудь волку. Лю Вэй отшатнулся назад и в бок, но владыка ловко повторил его движения и придавил сына к земле, нависая над ним.       – Ооо.~ Я люблю доминировать. Злодеям ведь не писаны правила? Мы можем делать всё, что пожелаем.       Лю Вэй оскалился, ворочаясь и пытаясь выползти из-под власти отца. Сапог владыки приковал его намертво.       – Мерзавец! – зарычал Лю Вэй, тратя последние силы.       Илин прикрыл глаза, с тяжестью принимая ответ сына. Затем убрал ногу.       – Я вынужден разочаровать тебя и твои злодейские фантазии, но я не собираюсь тебя мучить, пытать, изводить и насиловать. Всего лишь отмыть.       Лю Вэй опешил. У него в голове не укладывалось, что демонический владыка имел в виду под «заняться тобой» заботу о нем. Слишком уж дерзко это прозвучало! Он не ждал ничего хорошего от демона, но новый отец ничего не сделал, чтобы Лю Вэй сомневался в его намерении о нём заботиться. Несколько минут назад он кормил его с палочек, несмотря на разницу их положений и сил, перед – переживал, растерянно держа на руках истекающее кровью создание. А ведь он пришел в комнату с бадьёй и водой! Он явно собирался его мыть. Это было очевидно! Но после того, как Лю Вэя десятки минут тошнило кровью, несвязно мыслить ему простительно.       «Я слишком мнителен?.. Илин не стал бы вредить своему инструменту. До... Определенного момента. Пока что ему нужно, чтобы я пошел на поправку. Нужно, чтобы я был здоров и окреп, чтобы выкарабкался.»       Лю Вэй не позволял чувствам взять верх, а если что-то и зарождалось, оно тут же сгорало в его неконтролируемой ярости. Добродушный Илин, что заботится о нем? Нет. Рядом хитрый манипулятор, что готов делать с ним всё, что пожелает. Если он добр, то только потому, что ему это выгодно.       – Отмыть?..       Юный демон опустил взгляд и осознал, что весь его наряд вымазан в крови. Тут простым омовением не обойтись. Кровь попала и на волосы, и на кожу. Вид у него был действительно жуткий, а от влаги и запаха крови хотелось избавиться. Только вот... Илин пришел с бадьей до того, как Лю Вэй начал истекать кровью. Значит, он мыл его и прежде. Лю Вэй попытался вспомнить и осознал, что каждый раз, просыпаясь, он не чувствовал от себя каких-либо скверных запахов. И это при том, что Лю Вэй питался кровью демона! Его одежда всегда была чистой.        «Он меня... Мыл?.. Регулярно?..»       Лю Вэю одновременно стало стыдно, неловко и противно. Конечно же, Илин видел его обнаженным. Он собирал его по кускам. Сделал операцию по пересадке позвоночника, пришил ему волчье сердце. Но даже так, Лю Вэю всё равно было не по себе от осознания, что Илин ухаживал за его телом, что он гладил его тканью, пока сын был без сознания, что он позволял себе касаться его где и когда захочет, что он делал это, пока его беспомощный сын был без сознания – без разрешения, бессовестно и властно. Илин – не Су Юн, от прикосновений которого Лю Вэй радостно порыкивал и ласки рук которого искал каждое мгновение. Никому, кроме Искорки, нельзя было к нему прикасаться, пока он спит. Лю Вэй хранил ему верность, и когда он узнал, что Илин позволяет себе трогать его, то разозлился пуще прежнего. Бессилие, бесправие, безвластие, полное унижение... Каждый поступок Илина глубоко оскорблял его. Обязывал чувствовать благодарность за заботу, но Лю Вэй не верил в его искренность, из-за чего воспринимал жесты демонического владыки ещё более враждебно. Он не понимал, ради чего Илин возится с ним, зачем он ему нужен и какая в конечном итоге его роль в демоническом замысле. А если... Если он так трепетен и бережен с ним, значит, его роль велика. Главная жертва на алтаре? Приманка? Оружие?       Очередной повод не доверять ни свои чувства, ни свое тело демону.       – Я могу сам. Развяжи мне руки, и я омою себя, – принципиально прорычал Лю Вэй.       Илин сложил руки за спиной.       – Нет.       – Почему?! – оскалился Лю Вэй. – Думаешь, я нападу на тебя, пока буду смывать с рук кровь? Боишься меня?       – Ты ещё дитя. Неразумное, не контролирующее себя дитя. Поверь, так для тебя лучше. Я сам справлюсь.       Илин был настроен серьезно. Он взял тряпку и промокнул её в бадье.       Лю Вэй пришел в ужас и протестующе завилял хвостом.       – Я прекрасно владею собой! Тебе не стоит переживать. Ничего не случится. Развяжи меня и увидишь, что я в состоянии помыться сам!       – Я сказал, нет.       – А я не согласен! – прокричал Лю Вэй, топнув коленом по полу. Глаза его горели протестом.       – В прошлом доме ты так же хамски перечил отцу?       Илин недовольно нахмурился, изображая строгость.       Лю Вэй дрогнул. Тема семьи болезненно ранила его. Илин сцепил его душу заклятьем, запрещающим помышлять о Тэе и обсуждать его, так что все планы Лю Вэя о нападении на генерала растворились, обратившись пылью вселенной. Образовавшуюся пустоту занимала тоска по семье. Так как до богов добраться Лю Вэй был не в силах, а Су Юн умер, Лю Вэй мечтал вернуться домой. Он тосковал по отцу и матушке. Каждый раз, как вспоминал их, тянулся домой сердцем.       – Я был послушным ребенком, – рыкнул Лю Вэй.       По большей части он не солгал. Они с братом порой хулиганили, но Лю Вэй никогда не ослушивался отца назло и уж тем более не смел спорить с тем на повышенных тонах. Они говорили мягко, убеждая друг друга, и единственный спор, который мог у них возникнуть, касался бы женитьбы Лю Вэя на Су Юне. Увы, этот разговор пришлось отложить, а теперь он никогда больше не состоится. В такие моменты Лю Вэй жалел, что был слишком робок, что не успел признаться любимому, вручить кольцо, сделать предложение, попросить благословение отца на их отношения и устроить любимому пышную свадебную церемонию.       Лю Вэй даже не знал, как его родители относятся к Су Юну. Они ведь познакомились... Наверняка матушка сразу полюбила Су Юна. Это сокровенное солнышко ведь невозможно не любить! Отец бы строго посмотрел на него, но в конце концов смягчился бы к избраннику сына. Они наверняка поладили. Это же Су Юн! Он мил и очарователен. Когда Лю Вэй вернётся к семье, он прослушает десятки хвалебных од и будет плакать под сентиментальные рассказы о том, как милосерден и добр его возлюбленный, какой он чудесный человек, как спас матушку и как приготовил ей целебный суп. Наверняка ведь кулинарил! Наверняка согрел своим уютом всех домашних, очаровал слуг, влюбил всех арасийских девушек, покорил сердце матери...       Думая о матушке, Лю Вэй отчаянно хотел обнять её. Хотел повиниться перед отцом за то, что не справился. За то, что умер и больше не сможет продолжать род. Хотел увидеть племянницу, на плечи которой теперь легла ответственность за его семью. Хотел погладить дворовых котов. Поесть мандарины. Раскинуть руки и глубоко вдохнуть воздух свободы, почувствовать ароматы родины. Но он не мог оказаться дома. Его держали демонические чары, а вместо свободы ждало насильное омовение, с которым Лю Вэй сделать ничего не мог. Илин либо помоет его сам, либо бросит его грязным. Может, и вовсе откажется его мыть. Лю Вэй много не потеряет, он был не настолько чистюлей, как Су Юн... Но если превращение займет ещё несколько месяцев? Все это время он будет ходить в измазанной кровью одежде?       – Не похоже, – хмыкнул Илин.       – Ты мне не отец, чтобы я тебя слушался! – огрызнулся Лю Вэй.       Илин цокнул языком.       – Ты не хочешь, чтобы я заново тебя воспитывал, но ты вынуждаешь меня.       – Я требую не столь многое! Просто развяжи меня и позволь самому омыть себя! Это же просто!       – Купать детей – задача родителей, – равнодушно сказал Илин. Он не придавал происходящему совершенно никакого значения. – Или ты стесняешься меня?       – Так просто не должно быть! – зарычал Лю Вэй.       – Ты не ответил на вопрос, – строго произнес демонический владыка и вытянул к сыну влажную ткань.       Лю Вэй отшатнулся.       – То, что ты делаешь со мной – унизительно.       Илин вопросительно наклонил голову на бок.       – Разве у людей такое не считается заботой?       Не связывай Лю Вэя запрет, он бы дерзко спросил, купал ли Илин Тэя в знак «заботы», но его мысли подавлялись. От этого Лю Вэй сбивался с толку и впадал в кратковременное состояние дезориентации.       – Да... Но от близких людей. Не от демонов.       – Я твой отец. Отныне самое близкое тебе существо.       – Прекрати! – яростно оскалился Лю Вэй.       – Я буду повторять это, пока ты не запомнишь. А пока сиди ровно.       Илин ухватил непослушного сына за ухо. Лю Вэй рыкнул, впервые познав, насколько волчьи уши чувствительны. От не очень уж и грубого прикосновения стало так больно, что Лю Вэй оцепенел, будто его парализовало. Сработал странный рефлекс, совершенно отличный от того, что происходило с ним, когда Бэй Сён дёргал его за уши. С учителем он боролся, но тут застыл и не мог себя заставить шевельнуться. Тело враждебно реагировало на новые чувства, а Илин явно исследовал его тело и знал его слабости. Кто бы мог подумать, что прикосновение к ушам настолько уязвляет...       Лю Вэй поджал второе ухо и враждебно зарычал, но это был тот максимум, что он смог из себя выдавить. Илин не обращал на его капризы внимания. Второй рукой демонический владыка смочил волосы сына, а затем начал тереть лицо, стирая капли крови. Жёстко – на щеке. Более бережно на губе и подбородке. Лю Вэй пытался огрызаться, но отец просто закрыл ему пасть и продолжил невозмутимо его вытирать.       Лю Вэй задрожал от чувства стыда и унижения, что испытывал, когда демон обращался с ним так. Нежность, причиной которой было его бессилие.       – Почему ты злишься? – спросил Илин. – Нравится быть грязнулей?       Лю Вэй вздыбил хвост и зарычал:       – Мне претит, что ты прикасаешься ко мне, когда я могу сам позаботиться о себе!       – Не можешь, – принципиально ответил Илин и продолжил умывать новообретённого сына.       Лю Вэй зарычал и осмелился дёрнуть головой. Ничего страшного не случилось, но ухо свело болью, от которой он снова оцепенел.       – Могу! Ты просто не позволяешь мне!       – Все гораздо сложнее, – прошептал Илин и ласково потёр шею Лю Вэя. Волк невольно подставился, подняв голову. – Вот, видишь? Тебе приятно. Когда ты не разговариваешь, ты довольно рычишь во время омовений.       Лю Вэю стало ужасно за себя стыдно. Что с ним происходило в те моменты, которые он не помнил? Как могло его тело делать что-то без его сознания? Души? Как его тело могло наслаждаться тем, что демон гладит его тканью по шее?..       «Какой ужас... Нет, нет, этого не может быть! Он просто лжёт, чтобы расслабить тебя!»       Лю Вэй принципиально рычал в гневе, стуча хвостом по земле.       – Быть не может!       – Мне незачем тебе лгать. Все демоны любят, когда их гладят и моют. Это приятно.       – Я не!..       – Тебе никогда не надоест препираться, – улыбнулся Илин и стер каплю крови на кончике носа сына. – Расслабься. Я не причиню тебе зла.       – Я хочу мыться сам!!!       – Какооой самостоятельный мальчик.~       Илин произнес это с каким-то особым упоением.       Лю Вэй взвыл.       – Нет в этом ничего приятного! Ничего! Как часто ты меня мыл?!       – Каждый день.       Илин невозмутимо начал развязывать пояс на одежде сына. Лю Вэй завился плечами и попытался отползти, но демон придвинул его обратно к себе и уже не позволил сбежать от своей ласки.       – К-каждый день?..       Лю Вэй представил себе, как он, нализавшись крови, урчит от наслаждения, когда Илин его моет... Окончательно разочаровался в себе и поджал уши, чувствуя себя ничтожным.       – Люди ведь моются каждый день.       Илин говорил несколько неуверенно, но всё же чувствуя себя правым.       – К тому же, я осматриваю твоё тело. Ты воскрес, но такой симбиоз необычаен. Я проверяю, чтобы всё текло нормально. Я хочу, чтобы ты жил.       Лю Вэй ослабил сопротивление. Он почувствовал, что владыка говорит искренне, да и... Лю Вэй действительно стал необычной смесью. Демон, волк, человек – каша, которой никогда не существовало в природе. Кто знает, как кровавый обряд воскрешения, энергия инь и плоть волка могли повлиять на него. Новообращённому демону стоило быть благодарным да то, что Илин контролирует его восстановление и не бросает на произвол судьбы. Поблагодарить врага Лю Вэй сил не нашел, но заметно притих.       – Я могу и сам себя осмотреть… – тихо прорычал он.       – Ты не знаешь, куда глядеть.       Илин развязал пояс и распахнул пао. Лю Вэй заинтересованно опустил взгляд. Он знал, что у демонов на животе была демоническая метка и боялся увидеть такую же, но ему повезло. Его живот был в порядке. Лю Вэй заметно потерял в весе, но его тело сохраняло хорошую форму. Он взволнованно искал следы других изменений, но с облегчением не обнаружил ничего необычного. Его тело принадлежало ему, а демон, к счастью, не стал сводить клановую татуировку. Обвивающий могучее тело дракон покраснел, словно раскалённый до предела металл, но неизменно находился на своем месте. Шрама на груди после операции на сердце не осталось. Большинство боевых шрамов, полученных за людскую жизнь, затянулось, кожа разгладилась, стала нежнее и мягче.       Лю Вэй облегчённо выдохнул, потому что ожидал картины похуже – что все его тело теперь покрыто шерстью или демоническими магическими метками, но оно сохраняло первозданную людскую красоту. По крайней мере, внешне.       Илин ласково омывал сына. Он начал с груди и бережно оттирал каплю за каплей. Лю Вэй ерзал, порыкивал и не мог понять, как это могло приносить удовольствие. Он испытывал лишь отвращение. А вот когда его омывал Су Юн... Тогда всё было иначе.       Сердце болезненно сжалось. Хотелось выть, но Лю Вэй сдерживал себя. Замолчал, плотно сомкнул губы и терпел, потому что ничего не мог сделать против.       Илин становился всё смелее. Он омыл шею юноши, а после этого приспустил пао к локтям и скользнул руками за спину волка, наклонившись к нему. Лю Вэй утробно зарычал, напоминая об осторожности. Омовение становилось все более интимным. Прикосновения к спине вызывали смесь боли и жара.       – Болит? – спросил Илин, увидав его реакцию.       – Да, – честно ответил Лю Вэй, решив, что на этот раз нет смысла храбриться и отрицать. Сделает лишь хуже себе.       – Какое-то время так будет. Потерпи.       Движения Илина стали осторожнее.       – Мне нужна чистая одежда... Верни мне моё и клановое одеяние, – требовательно произнес Лю Вэй. Он не стеснялся командовать демоническим владыкой.       Илин совершенно спокойно воспринимал его приказной тон. Он-то знал, что сын получит лишь то, что ОН захочет ему дать.       – Ты будешь носить смирительные одеяния тьмы, – холодно констатировал Илин.       – Смирительные?.. Тьмы?..       До этого момента Лю Вэй был уверен, что на нём простая крестьянская одежда. Сейчас он ярко ощутил, что каждая ниточка на его одеянии соткана из тьмы.       Илин позволил ему это почувствовать.       – Зачем это?!       – Я уже говорил. Я не хочу, чтобы ты навредил себе. Я закончу с омовением и переплету чары. Потерпи.       Лю Вэй нахмурился, но переубедить демонического владыку было непросто. Практически невозможно.       – Ты сдерживаешь мои руки, – яростно прорычал волк. – Моё тело... А я слаб, как рыба, выловленная из проруби! Чего ты так боишься?       – Ты просто не знаешь себя, Лю Вэй, – мотнув головой, прошептал Илин. – Не знаешь нового себя. Скоро раздельные сущности станут единственными. Тогда ты поймёшь.       – Я не стану единым ни с какими сущностями!       – Ты уже стал демоном, сын мой. Ты примешь это. Тогда ты узнаешь, что кроме нового тела и жизни я подарил тебе силу. Рыба, пойманная из проруби, скрывает, что она дремлющий дракон. В тебе моя кровь, сынок. Кровь владыки демонов. Ты не можешь быть слабым, даже если среди людей ты был неудачником.       – Я НЕ БЫЛ! – прорычал Лю Вэй в ужасе от слов демона. Он понимал, что Илин желает, чтобы его дикая бессознательная сторона слилась с человеческой душой. Слилась с тьмой. Внутренним чудовищем. Бороться против этого было бессмысленно.       – Об этом мы поговорим позже. А сейчас ляг. Я сниму с тебя штаны.       – ДАЖЕ НЕ СМЕЙ!!!       Ярость снова начала говорить раньше разума. Он с ненавистью начал пинаться, но Илин скрутил ему ноги заклятьем и, усадив себе на колени, как малого ребенка, рывками начал стягивать с него нижние одеяния.       Ничего более стыдливого и унизительного Лю Вэй в жизни не испытывал и скатился с колен на землю, желая, чтобы это случилось хотя бы на земле. Не в холодных руках демона, от прикосновений которого он ненавидел себя.       – Хороший мальчик. Так бы сразу.       Лю Вэй дрожал от ярости.       – Не говори со мной, как с собакой!       – Это ты считаешь себя собакой. Я считаю тебя своим сыном. Расслабься и раздвинь ноги. Тогда я сниму заклятье на коленях.       – Н-нет!..       Голос Лю Вэя дрогнул. Это было слишком для него, но он боролся за свое достоинство.       Илин увидел, до какого состояния довел сына, и уступил.       – Хорошо. Я омою только твои бедра.       Лю Вэй не сдержал облегчённого выдоха, но всё же не ослаблял бдительности ни на мгновение. Впился взглядом в демонического владыку, следя за ним. Если не сдержит слова, никогда не будет прощен. Думать о том, что «отец» может продолжить, когда он закроет глаза и провалился в бессознательный сон, он не хотел.       Илин бережно смыл кровь с колен и бедер сына. Он не позволил себе лишних движений. Делал лишь то, что обещал. Затем почувствовал беспокойство своего ребенка, неотрывно следящего за нижней половиной своего тела.       – Не беспокойся. С твоим людским хвостом все в порядке.       Лю Вэй зарделся. Он не ожидал, что Илин настолько легко считывает его. У Серебряного Дракона и правда было опасение, что при всех демонических преображениях Илин зайдет ещё дальше и безумнее, но нет. Он не трогал мужское достоинство сына.       Лю Вэй испытал облегчение и свёл ноги вместе.       – Всё. Я чистый. Прекращай!       Илин улыбнулся.       – Почти.       Демонический владыка омыл его стопы, лишь после этого бросил тряпку в покрасневшую воду и выпрямился. Три пасса руками послужили знаком магическим нитям распасться и заново создать смирительное одеяние. Кровь с него исчезла. Лю Вэй снова был чист и свеж.       – Вот теперь ты – завидный жених.       Лю Вэй ощетинился ещё сильнее.       – Даже не мечтай! Моя любовь отдана моему человеку!       Илин задумчиво посмотрел на сына.       – Хочешь, чтобы я привел его к тебе? Я без труда разыщу его. Он в Хэкине?       Лю Вэя это поразило. Он не ожидал, что демон такое предложит.        «Зачем это Илину?.. Хочет получить моё расположение? Или использовать моего возлюбленного, чтобы шантажировать и властвовать? У него не получится. Су Юн… Никогда не дастся ему в руки. Он уже никому и никогда… Даже мне…»       Взгляд Лю Вэя погрустнел. В нём отразилась вся скорбь Вселенной.       – Нет. Мой человек он... Умер.       – Смерть не преграда для вечных созданий. Я найду его душу в ребенке, в теле которого он воплотился. Пройдут годы, и ты сможешь вернуть утерянное счастье.        «Это была наша мечта... Наша мечта, которая рухнула...»       Лю Вэй болезненно свёл брови вместе и сжался. Сердце рвалось от боли, когда он думал о смерти Су Юна.       – Я не собираюсь обсуждать это с тобой.       Илин не стал настаивать. Предпочел сменить тему.       – Так как ты столкнулся с Белио и уже начал познавать свои чары, со следующей встречи я начну учить тебя, как быть демоном. До той поры поспи. Я оставлю тарелку с рисом, если проголодаешься.       Лю Вэй слушал его молча и безучастно, опустив уши. Мыслями он был далеко – вспоминал о Су Юне и тосковал.       Илин сочувственно посмотрел на Лю Вэя и взял в руки окровавленную бадью.       – Отдыхай, – повторил он и покинул комнату.       Лю Вэй так и остался сидеть в сломленной позе, глядя в никуда. Его душа продолжала разрушаться. Не выдержав, он тоскливо завыл от боли.