Инь и Ян: Слёзы на белых ресницах

      – Мой отец – владыка Энлэй, – вдумчиво произнес Илин, печальным взглядом смотря сквозь завесу времен – в прошлое. – Первый демонический правитель. Триста лет назад случилась великая трагедия – Мутьин, царица богов, обманула моего отца. Она одурманила его, завлекла на Небеса, где отца толпой растерзали боги. После этого они напали на наш мир, воспользовавшись похищенной у отца энергией, чтобы открыть врата.       Илин впился когтями в хвост. Прошло уже триста лет, а он все ещё с болью и ненавистью вспоминал то время.       – Всё началось ещё раньше, сын мой. Раньше, чем люди привыкли думать. Демоны и боги воевали столько, сколько существуют. Мне всего триста тридцать два года. Я молод, но знаю – прежде тянулась целая череда событий, которые привели мир к тому, каким он стал сейчас. И виной тому – честолюбие и лживая сущность богов.       Илин оскалился, но сдержал ярость и продолжил рассказ спокойно и рассудительно.       – Между богами и демонами всегда шла война. Она началась без поводов и предрассудков, мы просто ненавидели друг друга, как кошки и собаки. Порой мы могли держаться в стороне, но в большинстве своём мы набрасывались друг на друга и… Не могли контролировать это. Нас словно... Тянуло убивать друг друга. Против этой силы невозможно устоять, она обрекает нас бороться. Она внутри нас... Часть существования, с которой мы рождены. Только вот… Боги оказались хитрее. Коварнее. При том, что сами злы не меньше, они решили выгородить себя в глазах людей и обратили человеческие сердца против нас. Напустили мерзкие, вздорные слухи, распространили лживые россказни и нарекли нас злом! И люди поверили им. Поверили, потому что мы выглядим иначе. Потому что мы темны. Боги нас оболгали! Но демоны никогда не трогали людей. Наша ярость, наша злоба была обращена лишь против богов, ведь... Мы верим, что они прокляли нас. Так же, как тебя, но не на несчастье, а на... На злобу. На ярость. Это боги сделали нас монстрами. Сделали, чтобы обелить себя в глазах людей, и через них получить больше силы и власти.       Лю Вэй не был готов услышать такое откровение. Он удивлённо посмотрел на Илина.       – Что?.. Разве вы...       – Дослушай, – строго приказал Илин. Лицо его оставалось холодным и сердитым.       Лю Вэй поджал уши, взволнованно завиляв хвостом. Он не мог поверить в то, что только что услышал. Злоба демонов – божественное проклятье? Разве это возможно? Это боги заставляют демонов нападать на людей?.. Лю Вэй не был к этому готов.       – Это неправда... – поражённо вымолвил он.       – Я знаю, как это звучит. Но это так. И всегда было так. Боги хотят казаться в глазах людей святыми, светлыми созданиями, но они втрое опасней нас, ведь, улыбаясь людям, прячась за благостными ликами и прекрасными лицами, они творят настоящее зло. Они лгут каждым своим словом и используют людей, чтобы обрести власть. Ты, как один из проклятых богами, уже должен был понять, что на самом деле это они настоящие чудовища.       Лю Вэй сжал пальцы в кулаки. Он действительно потерял веру в богов, но не был готов к тому, чтобы считать их главными виновниками всех бед... Абсолютно всех.       – Но...       – Слушай.       Илин стал настойчивее и подвинулся ближе к сыну.       – Демоны долгие годы не осознавали суть своего проклятья. Мы жили, как наивные глупцы, считая, что это с нами что-то не так. Пытались бороться с яростью, заперли себя в демоническом мире, но всё равно раз за разом отправлялись на битвы с богами... А Небесные Владыки тянулись сражаться с нами. Мы бессчётное количество раз бились в Междумирье, потому что такова была общая воля. Такова была суть вещей, в том заключена закономерность вселенной. Эту мысль, как главное утешение, мы вкладывали в наши умы, не задумываясь о том, что происходящее может быть искусно выстроенной врагами ловушкой. Мы редко приходили в мир людей. Лишь некоторые из нас из любопытства стремились его познать, перенять, научиться новому, свершить открытия и обрести нечто более ценное – дружбу с вашим народом... Мы наблюдали, мы тянулись, учились, но так и не коснулись – уже тогда боги, являющие миру людей Чудеса, вещали о том, что они – великие создатели, благодетели и спасители, а мы – враги, сама суть зла, злобные чудовища, заслуживающие только смерть, и, наслушавшись мрачных сказок, мир людей стал несправедливо враждебен к моему народу. Он отверг нас лишь потому, что мы опоздали. Боги уверяли, что творят благо, предупреждая о «нависшей угрозе». Они настроили людей против нас, а мы стали злом, ничего не сделав людскому роду. Нас оболгали, но мы не восстали против предубеждений. Чтобы не навредить миру людей, владыка Энлэй запретил нам посещать людские земли. Мы воевали с богами честно. Своими силами. Но боги воспользовались людьми, чтобы увеличить своё могущество. Они навязали им такую хитрость, как ВЕРУ. Своими Чудесами заставили людей верить в сказки и получили молитвы, что дарят им энергию ян – чистый свет, из которого созданы боги. Чистейшие создания, так сладко почитаемые людьми, на самом деле падшие и лживые монстры. Боги настроили людей против моего народа, а после этого они уничтожили наш дом. Пожертвовали большей частью своих воинов, но разрушили священные источники, что удерживали демонический мир в равновесии, и вынудили нас бежать. Мы не смогли попасть в божественный мир – пытались, но не успели последовать вслед за этим трусом Чжёнгью, убегавшем первым, сверкая пятками. Именно поэтому нам пришлось спуститься в мир людей. Остаться жить здесь, чтобы обрести хоть какой-то приют, зализать раны и восстановиться.       – И первое, что вы сделали, это напали на мой дом! – прорычал Лю Вэй.       Серебряный Дракон не спешил верить словам Илина, потому что они звучали так, словно демоны были жертвами чужой игры. А ведь демоны – могущественная раса, ничуть не менее хитрая и коварная, чем боги. Неужели их так легко могли обмануть? Проклясть? Натравить на людей, чтобы усилить страх и укрепить власть богов? Только вот если всё было так, и демоны – безобидные добряки, то зачем им крушить Солнечную Арасию? Ради земель? Даже не пытаясь договориться, взять силой? Просто потому, что их оболгали? Раненные, потерявшие дом, лишившиеся полководца, отца и родного мира... Они, строящие из себя благородных созданий, решили напасть и отвоевать себе землю силой? Тем самым они только подтверждали слова богов о том, что их суть – разрушение.       – Это вина божественного проклятья, – хмуро произнес Илин.       – Очень удобная позиция, – рыкнул Лю Вэй. – Как совершаете злодеяния – так это не вы, это всё боги! Обвиняете других вместо того, чтобы самим отвечать за свои поступки. Вы ничуть не лучше богов. Вы – жестокие чудовища!       Илин оскалился. Затем погасил свою злобу и потер переносицу.       – Я говорил, что правда может быть непонятной тебе. Но она не перестает быть правдой от того, что она тебе не нравится. Это боги виноваты в том, что земли твоей семьи были атакованы. Боги разрушили наш мир. После этого они спустили нас на людей. Причина этого проста – чем больше угроз, там больше молитв. Боги просто используют вас. Они обрекают людей жить в отчаянии, чтобы молитвы не смолкали. Они потворствуют грехам, чтобы заставить за них отвечать. Они вынуждают вас страдать, чтобы получить своё. Энергия ян, полученная из молитв, делает их сильнее.       – То есть, ты хочешь сказать, что ты не желал разрушать Арасию? – прямо спросил Лю Вэй, сохраняя скепсис.       – Я... Я не знаю. Я не могу быть уверен. Никогда не могу. Есть очень тонкая грань между нашими собственными желаниями и тем, что проклятье заставляет нас делать. Мы не всегда можем различить…       Лю Вэй не верил.       – У вас есть разум и воля. Если бы вы не желали навредить людям, вы бы не позволили себе сделать то, что идёт против вашей сути! Если вы поддаетесь ярости и вспыльчивости, это говорит о вашей слабости и истинном желании разрушать. О вашей истиной сути.       Илин был расстроен тем, что сын ему не верит.       – Ты не понимаешь... – сокрушенно прошептал он, мотнув головой. – Сынок, всё гораздо серьезнее.       – Нет. Нет. Нет! – упёрто рыкнул Лю Вэй, не позволяя запудрить ему мозги. – Ты сказал, что снял с меня божественное проклятье. Так?       – Я сделал это перед тем, как воскресить тебя, – с серьёзным взглядом подтвердил Илин.       – Раз ты умеешь снимать божественное проклятье, отчего не освободишь от него свой народ?       Глаза Илина заблестели. Он явно испытывал сложные чувства от этого разговора и наполнялся решимостью, глядя на сына.       – Я каждый день на шаг ближе к своей цели. Это заклятье не развеять так просто. Оно... Оно гораздо сильнее. Возможно, они отравили саму энергию инь. Я не могу нащупать следов проклятья, но я точно знаю, что это их вина! И скоро я освобожу наш народ!       Лю Вэю не понравился взгляд «отца». Такой, будто он станет оружием в этой борьбе.       – Ты просто прикрываешься тем, что тебе удобно, – недоверчиво хмыкнул волк. – Используешь любые поводы, чтобы не признавать свою вину. Но ты – демонический повелитель. Как ты можешь подчиняться проклятью богов? Не можешь противиться их словам? Я не верю в это. Ты сам не уверен, что проклятье существует!       – Именно поэтому я и говорил... – разочарованно вздохнул Илин. – Что ты не поверишь, пока не прочувствуешь на себе...       Лю Вэй захлопал ресницами и запоздало осознал…       – Раз во мне энергия инь... Хочешь сказать... Я теперь тоже?..       Илин кивнул.       – Я освободил тебя от одного проклятья, но невольно обрёк на иное. Я не хотел этого, но это неизбежное зло. Проклятье перешло к тебе вместе с моей кровью. Вместе с жизнью. Сейчас ты можешь мне не верить. Считать слабым и обвинять, что я противостоял недостаточно упрямо, но когда столкнешься сам, поймёшь, что это за нестерпимая мука и какой силы та цепь, что хлещет нас по спине и обращает в безумие. Поэтому… Если вдруг... Начнёшь чувствовать, что меняешься – сразу же зови меня!       Илин сжал плечи Лю Вэя и серьезно посмотрел на него. В лазурных глазах колыхалось переживание, блестел страх за жизнь сына.       Лю Вэй уязвимо свёл брови. Он почувствовал, что Илин говорит ему правду.       – Это… Это какая-то бессмыслица, – растерянно пробормотал волк. – Что это за проклятье?.. Я не чувствую ничего отягощающего...       – Ярость, – прошептал Илин. – Все демоны неконтролируемо яростны. И это не наша суть. То безумие, которое толкает нас на разрушение – вот суть того проклятья. Да, мы поддаёмся порокам. Это правда. Мы любим наслаждение. Любим ощущение вкуса. Мы полигамны, агрессивны, но при том открыты и честны. Когда нужно – хитры и лживы, но мы не врем друг другу, ведь видим насквозь. Ты уже почувствовал это.       – Так ярко...       Лю Вэй сжался, вспоминая, какую тяжесть ему принесли эмоции Белио.       – Обычно мы ограничиваем то, что ощущаем, но если пожелаем... Мы можем чувствовать гораздо больше. Как в отношениях, так и в наслаждении. Мы можем получать больше. Видя искренность, растворяться в ней. Наслаждения – большая часть нашей жизни. Мы стремимся жить свободно, не оборачиваясь на божественное проклятье. Мы боремся с ним. С каждый день боремся, не давая похитить у нас то, чем являемся мы сами.       – Но разве это не странно? Если боги прокляли вас, то почему вы нападаете на них? И на людей...       Лю Вэю тяжело было понять.       – Богам выгодно, чтобы жертв было много. Они встали в позицию жертвы. Обратили нас в великое зло в глазах вашего и своего народа. Но мы не такие. Мы – не те злодеи, которых ты постоянно пытаешься себе представить. Мы не едим человеческую плоть. Только в помешательстве, и то – самые слабые. Помешательство... Божественное проклятье... Безумие. Как бы мы не звали это, это меняет нас – тех нас, кого мы любим, кого ценим, чья душа добра и непорочна. Когда проклятье охватывает нас, мы становимся бессильны ему противиться. Тогда мы не различаем лиц друг друга, не осознаем происходящего, всё, что окружает нас – враждебно, и мы стремимся сломать и разрушить… Нападаем на близких, на богов, людей… И когда мы оказались в мире людей, лишенные силы своей земли, лишенные возможности открыто биться с богами, действие проклятья усугубилось. На людской земле мы сходим с ума. В каждом из нас есть мы и не мы. Не мы – это семя, посеянное богами, которое мы пытаемся выкорчевать из себя. И ты, сын мой, поможешь мне в этом.       – Как?..       – Ты будешь сражаться вместе со мной против богов, – рьяно произнес Илин. – И ты принесешь мне победу.       Лю Вэй опешил, не ожидая такого предложения. Он знал, что Илин хочет его для чего-то использовать, но чтобы так...       – Почему ты думаешь, что я стану твоим ключом к победе? – серьёзно спросил Лю Вэй.       – Потому что ты – это ты.       Лю Вэй ощетинился и разозлился.       – Это не аргумент! Я был обычным человеком. Как я могу быть твоим ключом к победе?       – Ты вырвался из проклятья богов, но сохранил в себе кое-что большее. Ты чище всех людей, которых я встречал. Ты хороший воин, что сможет тренировать моих бойцов. У меня много планов на тебя.       – Я не давал своего согласия! – прорычал Лю Вэй в ярости, слыша, что Илин уже всё решил.       – Неужели ты не хочешь отомстить богам? – прищурившись, спросил демонический владыка.       Лю Вэй хотел. Представляя лживую рожу Сяолуна, яростный Серебряный Дракон горел внутри, желая уничтожить гнусного, лживого бога. Сяолун стал врагом номер один. Чудовищем, что посмел лишить Лю Вэя жизни, подаренной жертвой любимого человека. Огненный волк никогда не простит его. Лю Вэй желал обвинить Сяолуна в ответ, устроить честный суд и казнить его. Но... Как безумно звучало всё, что говорил Илин! Неправдоподобно, злобно, обманчиво… Неужели боги действительно могли направлять демонов? Приказать им атаковать Солнечную Арасию? Было слишком много не состыковок.       – С богами я разберусь сам, – непокорно прорычал Лю Вэй. – Моя месть не имеет ничего общего с вашими разборками.       – Ошибаешься, – мотнул головой Илин. – Ты стал моим сыном. Теперь это наша общая боль.       Илин уложил ладонь ему на колено.       Лю Вэй отполз, дико рыкнув.       – Не трогай!       Илин послушно убрал ладонь.       – Я знал, что для этого разговора ещё слишком рано... Но так или иначе, ты теперь с нами в одной лодке. И чтобы освободить себя, тебе придется пойти со мной в эту битву.       Лю Вэй продолжал замышлять о том, что только что услышал.       – Так ты не спас меня, а отравил божественным проклятьем?! Чтобы я плясал под твою дудку и делал, что ты от меня захочешь?!       Илин нахмурился.       – Прекрати. Ты знаешь, что это не так.       – Нет, не знаю! Ты только что сказал, что заразил меня каким-то проклятием!       – Энергия инь поражена. Мы ничего не можем с этим сделать, пока боги прячутся на Небесах. Я спас тебе жизнь. Принял тебя в семью. Но у каждой семьи есть своя боль. Это – наша. Энергия инь даёт нам силу и жизнь, но вместе с тем она похищает наш разум и порой лишает воли. Однако я верю, что есть способ развеять проклятье, и для этого нужно уничтожить всех богов до единого.       Лю Вэй не мог в это поверить. Он злился на весь мир, осознавая, насколько он тёмен, как ловко его волчье сердце угодило в сети интриг врагов.       – Так когда мой разум во тьме... Это была тьма энергии инь?.. Того проклятья?.. – растерянно спросил Лю Вэй, не понимая, что происходит. Он запутался в понимании мира, границ тьмы, проклятий и собственной роли в этом всём. Хотелось прежде всего понять, что происходит с ним и что за гадость отныне осела в его ядре. Руки тряслись от ярости, связанные за спиной.       – Нет, это другое, – спокойно ответил Илин. – Сейчас ты разделен. Был разделен. Энергия инь захватывала власть над твоим телом. В нем не было тебя. Поэтому я и связал тебя – она заставляла твоё тело действовать непредсказуемо и нападать на всё, что находится вокруг тебя. Но сейчас ты обретаешь гармонию. Когда в следующий раз проклятье сработает, ты будешь в сознании. И ты не сможешь сбежать. Ты будешь видеть, если не повезет – помнить.       Лю Вэй растерянно поджал уши.       – То есть я больше не буду... Исчезать?..       – Нет. Но и с проклятьем ты столкнешься лицом к лицу. Это страшная вещь, сын мой. Но демоны помогают друг другу бороться со тьмой. Если тебе начнёт казаться, что твои эмоции больше не твои, сразу же зови.       Лю Вэй гордо насупился.       – Я не позволю ничему управлять мной! – яростно зарычал Лю Вэй, намереваясь собственноручно разрушить проклятье.       – Твоя вера в себя похвальна, сын мой, но это не то, с чем ты сможешь бороться один. Даже Белио на может противиться. Особенно если эмоционально нестабилен. Это сложный бой... Самое страшное, что происходит с нами.       – МНЕ ПЛЕВАТЬ, КАК СЛОЖНО ЭТО БУДЕТ! – непримиримо закричал Лю Вэй. – Я НЕ ПОЗВОЛЮ ТЬМЕ ПОРАБОТИТЬ СЕБЯ!       – Ты отважен и упорен, – одобрительно кивнул Илин. – Я буду горд тобой, если у тебя получится.       – ГОРД? ЧТО ТЫ НЕСЁШЬ?! ЭТО ТЫ МЕНЯ ОБРЁК НА ЭТО!       – Иначе быть не могло. Пойми, сынок. Если бы я мог сохранить тебе жизнь иначе, я бы сделал это. Если бы мог воскресить, не передав проклятья, я бы сделал это. Я отдал тебе всё, что мог. И сейчас я хочу лишь, чтобы ты услышал меня: демоны – не чудовища. Мы не упиваемся страданиями невинных – только наших врагов. Ярость толкает нас стать теми, кого в ваших головах изобразили боги. Это они создали тех монстров, которых ты боишься и ненавидишь, но настоящие демоны совсем другие, и скоро ты в этом убедишься.       – Я не верю! – прорычал Лю Вэй. – Вы создали целый культ демонопоклонников! От него страдают люди!       Илин терпеливо выдохнул.       – Нет... Мы не создавали культ. Мы не хотели, чтобы нам молились, как богам. Это нам ничем не помогает.       Лю Вэй уже ничего не понимал.       – Что?.. Почему?..       – Потому что людские молитвы порождают энергию ян, а мы с тобой воплощены энергией инь.       Лю Вэй непонимающе свёл брови, искренне пытаясь понять.       – Так если демонам молятся, им больно?..       – Нет. Это довольно приятно, но совершенно бесполезно.       – Зачем тогда культ?..       – Культ создали люди. Мы не просили об этом, не склоняли людей к молитвам. Все началось... С первых контрактов.       Лю Вэй заинтересованно приподнял хвост и насторожился, показав клыки.       – Зачем вам люди?! Что вы с ними делаете?!       – Происходит равноценный обмен, – спокойно ответил Илин. – Им нужна сила. Нам нужно кое-что, что есть в них. Мы обмениваемся и получаем желанное. Все в выигрыше. Именно для этого демоны заключают контракты. Это не кровавые ритуалы, как принято думать. Это взаимовыгодная помощь.       – И чем же люди могут помочь демонам?       – Они питают нашу энергию инь спокойствием. Когда мы рядом с людьми, мы более... Спокойные. И чем глубже эмоциональная связь, тем лучше нам становится. Люди – как временное противоядие от проклятья. Мы вкушаем вкус их губ, разделяем с ними постель, поглощаем их эмоции... И долгое время после этого можем удерживать свой разум в полном контроле. В связи с демонами такого не происходит. Покой нам дарят только люди. Поэтому... Мы берём у них помощь, заключая контракты. Они нам – свою силу, а мы им – свою. Помогаем побороть врагов, участвуем в людских интригах, защищаем своих кормильцев. Эти контракты необходимы для нашего выживания. Для выживания людского народа.       Лю Вэй не мог в это поверить.       – Ты снова мне лжешь! Ты использовал культ, чтобы нападать на храм!       – Верно, – ответил Илин совершенно честно. – Моё терпение начало лопаться. Боги ведут себя все более нагло. Я решил сделать свой ход. Навредить всем, до кого смогу дотянуться, ослабить их. Конечно я использую связи, что обрёл. Но не я строил их. Люди сами обращаются ко мне. Я даю им силу. Они распоряжаются ею, как хотят. Порой они выполняют наши просьбы, но мы нечасто прибегаем к их помощи. Они живут свободно. Делают, что хотят. Мы исполняем их желания. Это и развлечение, и альтруизм. В конце концов, мы привязываемся у некоторым людям, а некоторые нам совершенно равнодушны. У нас нет цели порабощать людей или причинять им вред. Люди платят нам услугой за услугу, и они сами согласны на это. Ты не можешь меня в этом упрекать.       – Я не могу в это верить! – непокорно прорычал Лю Вэй.       – Но это правда. Культ занят своими делами. Есть особенно рьяные особи – они распространяют знания о нас. Они приоткрывают завесу тайн. Они хотят, чтобы люди нас услышали, и мы защищаем таких людей. Но боги влезли в головы всем людям. Они получили безграничную власть. Каждый человек рождается с верой, с детства им вкладывают в головы благость богов... И они продолжают делать сильнее этих тварей, служа рабами, из которых высасывают всю благость...       Илин до боли сжал ладонь в кулак на живой руке.       – Я ненавижу богов, сын мой. И я уничтожу их. Сделаю всё, чтобы оба народа оказались свободны. Ты поймёшь это чувство. Со временем поймёшь. А на сегодня хватит с тебя откровений.       Илин поднялся. Вид у него был не лучший – демонический владыка растеребил свои раны, и ему становилось тяжело продолжать разговор. Особенно когда сын смотрел на него с осуждением и недоверием, злобой и ненавистью.       – Постой! – прокричал Лю Вэй, желая получить все ответы. – Я спросил не обо всем!       – Оставь вопросы для следующего разговора. Мне пора.       И, не слушая крики сына, раздающиеся ему вслед, Илин просто ушёл, не заперев дверь. Он давал Лю Вэю время подумать, зная, что однажды юный волк даст своё согласие. После сотни отказов непременно придёт к нему. Нужно было только дать ему достаточно времени.       Демонический владыка был терпелив.