Инь и Ян: Слёзы на белых ресницах

      Лю Вэй вертел в руках Серебряное Пламя и никак не мог ему нарадоваться. Он уже смирился с тем, что навсегда потерял важный кусочек себя – драгоценное оружие, прошедшее с ним через все невзгоды, беды и сражения, и вот Серебряное Пламя снова лежало в его ладонях. Реликвия клана Вэй придала Лю Вэю решимости и спокойствия. Он сделал несколько пробных взмахов оружием, почувствовал знакомый, захватывающий азарт сражения, увлекающий его в боевой танец, изобразил пару любимых приёмов и игрался с оружием с сияющим взглядом, пока не заметил, что Илин на него смотрит. После этого Лю Вэй покраснел и закрепил гуань дао за спиной.       – Я просто...       Илин рассмеялся.       – Все в порядке. Я тоже люблю своё оружие.       Лю Вэй припомнил, что демонический владыка сражался при помощи лука.       – А почему ты выбрал дальний бой? Все демоны сражаются в ближнем.       Сколько бы Лю Вэй ни встречал демонов, ни один из них не стрелял из лука, но демонический владыка выбрал именно это оружие основным и не носил при себе ни мечей, ни клинков на случай, если ему навяжут ближний бой. Серебряного Дракона всегда это изумляло. В его представлении командир должен идти в первых рядах и вести свою армию в бой. С оружием дальнего боя стиль сражения Илина был совершенно другой. Он бился в воздухе, прикрывал своих людей, а магическими стрелами выцеливал самые лакомые цели. Кроме того, ледяные стрелы поражали по площади, вносили в ряды соперника смуту и создавали преграды, которыми умело пользовался демон. Илин создавал моменты и своими руками приводил тактику боя в действие. На самом деле, Лю Вэй восхищался его стилем боя, хотя никогда бы не поменял свою гуань дао на оружие дальнего боя. Он был воином, что встречал угрозу лицом к лицу. Его характер был сплавлен с любимым оружием, а магия приходила ему на помощь благодаря техникам с использованием ци. Его всё устраивало, что, впрочем, совершенно не мешало восхищаться великими мастерами своего дела. Он вспоминал, как изящно Илин летал в небе, как выпускал сразу несколько стрел, пресекая пути к отступлению, метко попадал в цели на огромном расстоянии, при том умело защищаясь в ближнем бою благодаря шипастому хвосту и когтистой ледяной лапе. Лю Вэй не мог вообразить, каким героическим человеком был его предок, сумевший отсечь такому могущественному созданию руку по самое плечо.       – Лук – оружие, требующее сосредоточенности и холодного расчета, – спокойным тоном ответил Илин. – После того, как я... Ранил отца, я хотел научиться контролировать себя. Совсем как ты, упорно занимался, проводя время в медитациях, сажал себя на цепь и искал способ воспитать свою волю. Я был уверен, что оружие, требующее меткости, станет именно той тренировкой, что научит меня держать себя в лапах. Знаешь, почему демоны не сражаются с луком?       Лю Вэй мотнул головой. Мог только предположить:       – У большинства изменённые тела, что дают им больше преимущества в прямой схватке?       – И это тоже. Но по большей части мы просто злимся, когда что-то не получается. Представь себе сотню выстрелов в мишень. Для совершенствования меткости и закрепления устойчивого навыка нужно выпускать стрелы в одну точку – попадать в древко предыдущей стрелы и пронзать её насквозь, каждую новую пуская с большей скоростью и силой. Если получается, в душе ликует маленькая радостная копия тебя, но если летит мимо, то каждый промах будет вызывать раздражение.       – Даже если это просто тренировка?..       – От одной неудачи ничего не случится, но если промазать десять раз? Двадцать? Прежде чем овладеть искусством дальнего боя, нужно много тренироваться. Очень много. Меткость – это не врождённый навык, это работа над собой, способность остаться спокойным в стрессовой ситуации, сосредоточиться в движении, бдительно присматриваться, не отвлекаясь на лишнее… Это большая, ежедневная работа над собой.       – Но разве демоны не могут просто создать идеальных лучников, которые уже умеют метко стрелять?       Илин улыбнулся наивности сына.       – Чтобы что-то вложить в ребенка, нужно самому этим овладеть. Пока родители не доведут навык до совершенства, они не смогут передать знания ребенку.       – Значит, единственный, кто может создать армию безупречных лучников, это ты?       – Я могу научить стрелять из лука тебя, если хочешь.       Лю Вэй смутился. Он не это имел в виду, но понял, что Илин не намерен создавать себе другое потомство. Честно говоря, Лю Вэй все ещё не понимал, почему. Если Лю Вэй уйдет, а его отцовский инстинкт так обострился, он мог бы создать себе своего настоящего ребенка и любить его не меньше смурного волчонка. Затем в голове всплыли свои же слова: «Нельзя заменять любимых», и в сердце болезненно защемило.       – Я ухожу, Илин, – напомнил Лю Вэй.       – Ты ведь вернёшься. После этого у нас будет целая вечность. Я бы мог поучиться у тебя ближнему бою, а сам поднатаскать тебя стрельбе из лука.       Лю Вэй посмотрел на Серебряное Пламя через плечо и крепко сжал древко за спиной.       – Владение гуань дао – тайное искусство моей семьи, – гордо произнес Лю Вэй. Обучать воинов чужого клана, а уж тем более демонов было запрещено. Только если ученики приходили на обучение с согласия главы клана или по императорскому приказу.       – Но я – твоя семья.       Лю Вэй завилял хвостом, не зная, что на это ответить, ведь поразительным образом не мог возразить. Да и обучать других он любил… Лю Вэй был прекрасным учителем, любящим делиться своими знаниями и видеть счастливые улыбки учеников. Если Илин серьезно был настроен, он мог дать ему несколько уроков... Если он, конечно, вернётся.       Лю Вэй хотел ответить, что не против, как вдруг они свернули за угол и повстречали незнакомого демона. Им оказалось существо, представляющее из себя смесь змеи и человека. Чёрно-желтая чешуя покрывала нижнюю часть тела создания, блестя и переливаясь в пленительно-угрожающем узоре. Ноги демону заменял длинный змеиный хвост, не меньше одного чжана длиной, тогда как верхняя часть тела выглядела вполне человеческой. Накачанный мужской пресс покрывала полупрозрачная ткань, которая скорее усиливала эффект наготы и пошлости, нежели пыталась сокрыть хоть что-то. Демон украшал свое тело браслетами, кольцами и ошейником, а на бедрах висел тканый пояс, подчёркивающий переход человеческой части в змеиную и скрывающей пикантные части тела с помощью узких шао. Черные волосы, чередуясь с яркими желтыми прядями, свободно лежали на плечах и, стриженные стрелой, опускались до ягодиц. Несколько прядей были заплетены в тонкие косы, а пара заколок в виде змей собирала боковые пряди, чтобы они не закрывали торчащие в бок уши. Как и у владыки Илина, они были мягкими, покрыты шерстью и соответствовали основному цвету волос. Должно быть, эта форма ушей была особенностью всех демонических созданий.       Вид у демона был вызывающий, а поведение соответствовало виду – он облизнулся, едва увидев сына демонического владыки и показывая длинный, остроконечный зеленый язык. Золотые глаза со зрачками-щелочками, обведённые черными стрелками, сощурились в заинтересованности и скользили по волку, желая познать его.       – Владыка! Честь и хвала! – шипяще произнес незнакомый демон, поклонившись хозяину и не сводя змеиного взгляда с волка. Его хвост живо завился по земле, оставляя на полу какую-то пряно пахнущую слизь. Должно быть, она выделялась для лучшего скольжения чешуйчатого тела по земле.       Лю Вэй остался спокоен, не показывая, что его волнует присутствие демонов. Он не боялся их, находился под опекой демонического владыки, а после ряда разговоров с Илином уяснил, что демоны – не бездушные монстры. Он решил для себя, что будет относиться к ним так же, как к людям – судить исключительно по поступкам, а не внешности, и пока не поймет их природы, ни к какой дикости или странности не будет относиться пренебрежительно и небрежно... По крайней мере, постарается.       Он посмотрел на демона гордо и спокойно. В драконьей крови взыграло врождённое благородство.       – Какой у Вас обаятельный спутник, – прошипел демон, выписав круг вокруг отца и сына. – Юный демон... Пахнет человеком... Какой аромат! Такая сладость!       Демон застыл за спиной Лю Вэя и наклонился, чтобы его понюхать. Волк сделал шаг вперёд и недоверчиво обернулся. Должно быть, это было грубо, но Лю Вэй не был готов к тому, чтобы его обнюхивали сзади мужчины со змеиными хвостами.       – Застенчивый, хих.       Илин позволил всему этому происходить, с интересом наблюдая за тем, как ведёт себя сын. Убедившись, что Лю Вэй не кидается на его подчинённых с оружием и не проявляет к ним враждебности, воспринял это хорошим знаком и представил их:       – Это мой сын, Цзиньсю.       Илин сказал это строго и решительно. Действительно это сделал! Не стеснялся признать, не отрицал, не юлил, не прятал. Просто заявил об этом на полном серьёзе. Лю Вэя это слегка выбило из равновесия, но затем он вновь перенял серьезность отца и полную невозмутимость. В людском мире, чем более невозмутимо себя ведёшь, тем естественней выглядишь. Лю Вэй решил придерживаться тактики того, что нужно аутентично соответствовать предписанному ему образу. Он по-прежнему считал единственными родителями своих маму и папу, но и Илин не был ему чужим, поэтому Лю Вэй лишь поклонился демону и вежливо произнес:       – Рад знакомству, Цзиньсю.       Змей заинтересованно раскрыл глаза.       – Сын? У нашего владыки воплотился сын? – оживленно прошипел Цзиньсю и облизнулся, сияя от восторга. – Шиииии! Такой прелестный малыш! Можно я его лизну? Хоть немножко?       Змей проплыл вокруг него ещё один круг и явно намеревался стянуть волка своим хвостом. Лю Вэй ловко перепрыгнул через его хвост, давая понять, что он неприкосновенен.       – Не стоит этого делать, – без угрозы в интонации, но крайне однозначно пресёк попытку облапать себя волк.       – Какой строгий.~       Цзиньсю это понравилось. Он облизнулся, а затем пригляделся бдительнее.       – Владыка, я поздравляю Вас! Вы поэтому пропадали? Воспитывали его в уединенном гнёздышке?       – Да.       – Шшшии! Как чудесно! Новая жизнь! Кровь от крови нашего владыки, – Цзиньсю шипел с вожделением и подполз к волку, нагло нарушая его лишние границы, чтобы обнюхать. Это Лю Вэй стерпел, поняв, что змей так и будет за ним виться. – Но от него так пахнет человечиной... Неужто ты водил его к людям, чтобы показать силу проклятья?       – Нет, – спокойно ответил Илин. – Я подобрал его в мире людей.       «Подобрал!» – возмущенно повторил в мыслях гордый огненный волк. Звучало так, будто его, как котёнка, взяли с улицы. Отчасти Лю Вэй именно так это и чувствовал, отчего на душе было скверно.       – Человек… – догадался Цзиньсю. Полное обращение Лю Вэя в демона не смогло сокрыть людского запаха его души и тела.       – Мой сын – демон, – холодно объявил Илин. – Он отправляется в путешествие, но вскоре вернётся, и тогда я представлю его официально. Пока что я попрошу тебя освободить мне путь. Не хочу лишних встреч и вопросов.       Цзиньсю широко улыбнулся. Его веселила тайна демонического владыки. В конце концов, в городе все искали развлечения.       – Ооо. Шшии! Шшшии-шшиии-шшииии! Конечно. Но взамен Вы разрешите мне с ним поиграть, когда он вернётся! Такой хорошенький!       Змей энергично завился вокруг владыки, сложив ладони вместе в жесте попрошайки. Илин отодвинул его рукой, давая понять, что не собирается терпеть подхалимства и идти на сделки со слугами.       – Мой сын волен сам решать, что делать. Если он захочет развлечься с тобой, он тебе об этом сообщит.       «Развлечься?..»       Лю Вэй очень надеялся, что за этим не стояло ничего пошлого.       Змей явно думал о чём-то крайне непристойном, но волк предпочёл этого не замечать.       – Ши-ши-ши! Что ж, сладенький, я надеюсь, ты дашь моё согласие. Моё – потому что для меня. Ши-ши-ши, я буду ждать, ведь отказать мне просто невозможно.~       Цзиньсю подмигнул и, скользнув опасно близко с невообразимой для такого длинного тела скоростью и прытью, попытался лизнуть волка, но Лю Вэй мастерски уклонился. Змей лишь рассмеялся и махнул владыке рукой.       – Можете не переживать, темнейший! Я живо всех разгоню, но в городе сами!       Илин благодарно кивнул, оставаясь абсолютно спокойным.       – Увидимся, лисичка!       Цзиньсю послал ему воздушный поцелуй.       – Я – огненный волк! – гордо поправил его Лю Вэй.       – Волчоонооок.~ Шшшиии-шшиии-шшшиии!       Цзиньсю бодро пополз вперёд по коридору и, свернув на ближайшем повороте, завопил:       – Скорее! Скорее! Все в обеденный зал! Лекхо приготовил перцовый пудинг! Очень острый огромный пудинг!       На удивление, демонов это сманило, и Лю Вэй почувствовал, как вся демоническая энергия сдвинулась в одну сторону – к обеденному залу.       Лю Вэй слегка опешил, переваривая только что увиденное и услышанное и стараясь не наступать на полупрозрачную слизь. Он потер виски, сохраняя самообладание. Эмоции Цзиньсю были агрессивными и игривыми, унять их оказалось непросто. Лю Вэй большую часть разговора боролся с ними, не подпуская к себе. Он пока не был готов погружаться в чувства других существ. Он просто хотел уйти домой, хотя и не мог сказать, что его не заинтересовала эта встреча. Любопытный и любознательный, он хотел знать больше.       – Кто это?       Илин задумчиво посмотрел на сына.       – У тебя была прекрасная возможность познакомиться и спросить самому. Ты слишком застенчив. Будь приветлив, тогда ты завоюешь большее расположение.       Лю Вэй насупился. Ему не нравилось, что Илин учил его, как вести себя.       – Я ещё не так хорошо справляюсь с эмоциями.       – Не обманывай. Ты прекрасно научился с ними совладать. Ты просто стесняешься. Что, понравился Цзиньсю?       Лю Вэй опешил и поджал уши, раскрыв рот.       – Что? Нет!       – Ты так оробел и поутих, – с прищуром подметил Илин. – Сразу видно первые признаки влюбленности: начинаешь вести себя глупо, затихать, краснеть...       – Замолчи! – рыкнул Лю Вэй. – Моё сердце верно моему любимому, я не посмотрю ни на кого другого.       – Не стоит стесняться своих желаний, – искушающее прошипел демонический владыка. – Цзиньсю крайне привлекателен. Под его чарами невозможно устоять. А ещё он очень хорош в любовных делах. Знает, как доставить удовольствие. Если тебе нужна ласка мужских рук, то он – первый, к кому можно обратиться.       Лю Вэй был настолько оскорблен, что покраснел от злобы, а не от смущения.       – Я сказал нет!       Недовольный взгляд однозначно подчеркивал его волю.       – Какой грозный волчонок.~       Илин улыбнулся, явно наслаждаясь его реакциями. Слегка подтрунивать над сыном, чтобы ободрить его, стало его привычкой.       – Не зови меня так.       Лю Вэй недовольно завилял хвостом. Он не хотел думать о том, что Илин говорил так, будто сам пробовал, насколько Цзиньсю хорош. Несомненно, как мужчина он был прекрасен, но в Лю Вэе ничего не дрогнуло. Даже на миг. Для него это был просто чудной, забавный демон. Ни одно создание не было способно очаровать его, тогда как Серебряный Дракон любил свою нежную искорку, душа которого сияла ярче всех солнц, а руки которого были нежнее всех матерей и отцов. От этих разговоров у волка на сердце разрасталась тоска по любимому, и Илин понял, что переборщил.       – Вообще говоря, я не советую тебе связываться с Цзиньсю, – серьёзно произнес Илин. – Он не тот, кто мог бы исцелить твои раны, но с ним всегда весело. Он главный по развлечениям на любом празднестве, очень яркая личность, но в низах города его прозвали «главной прошмандовкой демонического рода». Он был в близости почти с каждым взрослым демоном. Это поразительно. И никто не жалел. Но такие связи не для тебя. Ты, я думаю, ищешь серьезных отношений.       – Я не ищу отношений, – принципиально ответил Лю Вэй.       – Конечно.       Илин успокоил свой нрав и вернул царское спокойствие. Лю Вэй припомнил, что с Цзиньсю Илин вёл себя строго и холодно, совсем не как с сыном. Его властность ощущалась каждой клеточкой тела. А Лю Вэй уже так привык к доброму, безобидному демону. Илин был таким лишь с ним. Может, ещё с Белио и Тэем... но их отношения были слишком сложными, чтобы понять, что там происходит.       – Так кто он? – осторожно спросил Лю Вэй. – Ты говорил, у каждого демона своя роль. Вряд ли демоническому народу нужны шуюй, тогда как в вас приняты вольные связи.       – Он определенно исполняет эту роль по своему желанию, – улыбнулся глазами Илин. Лицо его приняло игриво-кошачье выражение, затем разгладилось и вновь стало серьезней. – Но ты прав. При моём дворе он лекарь.       – Лекарь? – опешил Лю Вэй. – Зачем демонам лекарь? Вы не болеете, а ваши тела способны к быстрой регенерации.       – Ты не можешь себе вообразить, до чего порой доходит желание демонов развлечься, – совершенно невозмутимо ответил Илин.       Лю Вэй и правда не хотел знать, какие последствия демонических увеселений решал Цзиньсю.       – Кроме того, он помогает демонам, у которых нарушается обращение энергии инь.       – Оно может нарушиться?       – Конечно. После выплеска ярости энергия инь, сломив волю, может причинить серьезный вред телу. Цзиньсю едва ли не единственный демон, что способен восстанавливать разрушенные меридианы, восстанавливать ядра и безопасно извлекать энергию инь, угодившую в сердце и разум. Он помогает усмирителям, а также учит молодых демонов контролировать энергию. К нему всегда можно обратиться, если твое Пересыщение приняло ненормальную форму. Большую часть дня он развлекается, но мудрости нашему змею не занимать. Он надёжный лекарь, которому можно доверить себя. И, кто бы что ни говорил, он не болтает про проблемы своих подопечных.       Лю Вэй задумался об этом и принял ответ Илина философски.       – У всех свои проблемы, да? Интересно, есть ли у богов лекари...       – Нет, – уверенно сказал Илин, и секунды не подумав.       Лю Вэй решил, что он прав. Зачем им лекари, если они не прокляты? Наверняка, у них есть божественная регенерация и никаких зловещих последствий.       Цзиньсю выполнил поручение демонического владыки на ура. Лю Вэй не знал, действительно ли Лекхо приготовил острый пудинг или сейчас демоны ворчат и кидаются в змея оскорблениями за обман, но дорога оказалась свободна, и они могли смело ступать по величественным, богатым залам, не опасаясь нежеланных встреч. Лю Вэй с интересом разглядывал древние статуи предков, картины, колонны, тряпичные ветхие стяги драконьего клана, узоры на окнах и следы разрушений. Демоны не тронули ничего, что касалось людского прошлого, поэтому Лю Вэй чувствовал, что путешествует во времени и окунается в историю своей семьи. Его связь с этим местом крепла, а от количества статуй со связанными защитниками Йюньлогом и Йиньлгом душу переполнял трепет. Однажды священный защитник помог ему. Серебряный Дракон всё ещё был с кланом Вэй, пусть и не пришёл на помощь наследнику в час, когда предатели учинили вопиющую жестокость и убили ни в чём неповинного защитника рода.       – Вы не стали ничего тут менять, – пораженно произнес Лю Вэй, узнавая семейные орнаменты и знакомые черты лица на древних выцветших портретах.       Илин кивнул. Он наслаждался видом величественного замка вместе с сыном.       – Ломать – не строить. Созидание – не самая сильная сторона моего народа. Нам не хватает терпения на кропотливый труд, поэтому возвести такой величественный дворец для нас невозможно. К тому же, мы слишком ленивы для того, чтобы заново строить то, что уже построено.       Лю Вэй невольно улыбнулся.       – Зато честно!       Илин пропустил его слова мимо ушей.       – Мы разрушили лишь статуи богов.       – А священные звери?.. Ты говорил, они сражались против демонов...       – Они лишь игрушки в руках богов, – отмахнулся Илин, глядя на драконов с недовольством, но без той ненависти, что вызывали у него боги. – Ты бы стал уничтожать все цзяни людского мира только из-за того, что цзянем закололи твоего друга?       Лю Вэй мотнул головой, поджав уши.       – Оружие останется оружием. Всегда, – Илин терпеливо и спокойно поучал сына. – Священные защитники, как называют их люди, сдвинули баланс сил в войне. Во многом благодаря их участию в битве мы потерпели поражение, но едва ли это была их идея. В бой их вели боги, и они ответственны за всё, – Илин говорил об этом возвышенно и умно, а затем простодушно добавил: – К тому же, чтобы избавиться дворец от драконов, пришлось бы снести все колонны. Он бы просто рухнул.       Лю Вэй отметил, что драконы изображались на стенах, колоннах, барельефах, факелах, даже на мраморных и нефритовых плитах. Чтобы уничтожить все следы ненавистных врагов, пришлось ты разрушить половину города. Клан Вэй глубоко почитал своих защитников, особенно в то время, когда они регулярно помогали воинам клана. Отдавать им почести было принято во всех сферах деятельности, а лики драконов должны были виднеться, куда не бросишь взгляд – такой сильной была признательность клана Вэй своим защитникам и покровителям, таков был закон верности. Как же давно это было!       Лю Вэй решил сменить тему.       – Ты сказал, что расскажешь своему народу после моего возвращения...       – Да. Пока что им хватит новости о том, что ты – мой сын.       – Ты так открыто об этом сказал...       – А что не так? – недоумевающе поинтересовался Илин. Он действительно не понимал.       Лю Вэй мотнул головой.       – Просто подумал, что это будет как-то… Иначе.       – Мне не нужно ничего говорить, чтобы они почувствовали. Но когда я увидел реакцию Цзиньсю, я понял, что не стоит показывать тебя сразу всем. Твоё отсутствие может послужить благом. Пока ты решаешь свои дела в Солнечной Арасии, я поговорю со своими. К твоему возвращению они должны будут готовы принять тебя. По крайней мере, переборют самые яркие эмоции.       – А что не так с его реакцией?.. Он был довольно дружелюбен. И в его чувствах тоже не было ничего злого. Это из-за его «Шшии»? Что это значит?       – Он видит в тебе человека, – недовольно прорычал Илин. – А ты демон. Настоящий демон.       – А шипение?..       – Это смех. Его это забавляет. Он не считает тебя чем-то серьёзным. Цзиньсю – самый мягкий и лояльный ко всему демон. Если даже он не поверил, что ты мой сын, то с другими будет куда сложнее.       – Тебя не волновало их мнение прежде, – заметил Лю Вэй.       – Оно не волнует меня и сейчас. Я подумал, что тебе не стоит слышать всего того, что демоны могут сказать о тебе. С этим я разберусь сам.       – Может, просто не стоит рассказывать им, ведь я не...       Илин резко схватил его за подбородок и решительно прорычал в губы:       – Ты – мой сын! Это есть и это будет! И все будут об этом знать!       Он показал кратковременную вспышку ярости, а затем убрал руку и отвернулся.       – Не противься тому, что изменить невозможно.       Лю Вэй поджал уши, но не изменил своего мнения. А ещё… Он переживал за то, что его существование могло навлечь на демонического владыку.       – Если я не вернусь, ты просто зря ополчишь против себя народ.       – Переживут. Ты – важнее их одобрения.       Илин был непреклонен. Лю Вэй решил с ним не спорить. Демонический владыка уже все решил, и даже если бы Лю Вэй всеми силами сопротивлялся, он вряд ли мог бы на что-то повлиять.       Они начали подниматься по лестнице на верхние этажи. Лю Вэй понял, что их путь перестроен, и теперь они собирались проскочить город с крыши дворца. Лю Вэй был даже рад такому решению. Во-первых, он смог бы осмотреть панораму города, во-вторых, понаблюдать за жизнью демонов с высоты полета, а в-третьих, избежать лишних знакомств. Лю Вэй был готов к встрече с ними немного больше, чем сами демоны, но даже ему нужно было время, чтобы принять, что демоны больше не враги ему, а… Родственники? Сердце неизменно принимало за семью лишь своих родных и близких, а не каких-то Цзиньсю с хвостами и желаниями облизывать первого сына демонического владыки!       Пока они поднимались, Лю Вэй отметил:       – В твоём дворце нет стражи?..       – Зачем она мне? – также удивлённо спросил Илин. – Люди трясутся за свои жизни, боясь удара в спину среди ночи. Демоны дерутся друг с другом открыто. Боги прячутся на Небесах и не вылезают оттуда. Люди едва ли решатся штурмом брать Дворец Драконов. Многое демоны умеют летать. Если хоть один корабль подплывет к нашим землям, мы его потопим, не дав подойти ко дворцу. Если они выйдут со стороны леса, их встретит армия, сторожащая границы. Такие слухи мы распространили, чтобы устрашить и отпугнуть их, разуверив в желании тягаться с нами в силе. Столица наших земель в полной безопасности, а друг другу мы не враги. Единственные, кто патрулируют улицы, это смотрители из Башни Смирения. Они бдительно наблюдают за тем, чтобы никого не охватило проклятье, но кроме них этим занимается каждый, так что мы все друг к другу присматриваемся и принюхиваемся. Между прочим, не позволять себя понюхать – плохие манеры.       – Не учи меня такому, – хмыкнул Лю Вэй. – Под хвостом обнюхивают друг друга только собаки. Со спины – не позволю. Если хотят, пусть нюхают на расстоянии. С лица.       – Всё же ты ещё ребенок, – улыбнулся Илин. Его это забавляло, а Лю Вэй был совершенно серьёзен. Некоторые вещи понять было невозможно в силу своего воспитания. Даже демонические инстинкты не могли заставить Лю Вэя покориться чуждым ему традициям.