Инь и Ян: Слёзы на белых ресницах

      Когда боли становится слишком много, от неё хочется спрятаться. Огненный волк прикрыл глаза. Он доверился волнам и надеялся немного отдохнуть. Не медитировать – желания видеть свой истерзанный внутренний мир он не испытывал. Ещё не был готов созерцать разрушение дворца и увядание и без того разоренного сада. Его внутренний мир уменьшился, обрушился, и волк чувствовал это даже без погружения в глубины разума. Мог нырнуть в уютную комнатку Су Юна, спрятаться там, но разум нуждался не в концентрации, а спокойствии. Илин уверял его, что после атаки на разум спать безопасно. Юный волк всё ещё не до конца доверял этому суждению и крайне бдительно и недоверчиво относился ко сну. Он не планировал засыпать – хотел просто закрыть глаза и полежать на волнах, ни о чём не думая, но его разум похитило море, волны укачали уставшее тело, и он, сам того не осознавая, уснул.       Демону не снились сны. Разум поглощала беспощадная, пустая чернота. Он всё ещё видел беспроглядный мрак, в котором чувствовал себя песчинкой. Пылинкой. Он искал искорку света, но мрак был настолько глубоким и всеобъемлющим, что даже без видимых преград сияние не достигало души.       Демон тихо звал Су Юна, как потерявшийся щенок, но он не мог пробраться сквозь мрак, и его мучило, что он застревал в этой черноте – и проснуться не мог, и забыться. Разум не отдыхал, а метался в ловушке. Из-за этого кошмарного чувства демон никогда больше не хотел спать. Он опасался, что может навеки застрять в черноте и никогда не выбраться из царства разбитого сердца, построенного на бессвязных, искаженных энергией инь осколках. Порой ему казалось, что это всё – и есть сон, его новый кошмар, ведь что может быть ужасней, чем застрять в абсолютной пустоте? Но осознанность пребывания в небытие обращала состояние души в жуткое отчаяние. Словно удушье, она стягивала шею и не давала шевельнуться, сопротивляться, вырваться. Он просто был здесь. Существовал внутри мрака, представляющегося ему самой энергией инь. Пока его душа не восстановится, этот кошмар будет тянуться часами, днями, неделями… Годами.       «И зачем я только закрыл глаза?..»       Хотелось обвинить себя, но волк и без того устал от бесконечной борьбы с собой. После нескольких неудачных попыток спастись из мрака, он расслабился и просто позволил этому происходить. Усыпил свой разум, провалился глубже в глубины рассудка и забылся в темноте.       Сон перешёл в глубокую, бессознательную стадию без сновидений. Он был сладким и желанным, восполнял силы и восстанавливал тело. Демон креп и почувствовал необъяснимое спокойствие, неуместное для шаткого, неустойчивого и неконтролируемого путешествия в объятьях морских волн. Пусть не было никакой опоры, волк смог расслабиться и просто отдохнуть – таким потерянным он чувствовал себя последние месяцы, что парить в неизвестности, падать, барахтаться и полагаться на дуновение ветра стало для него привычным. Он знал, что не пропадет, даже если судьба вновь швырнет его куда-нибудь. Он все равно найдет выход. Найдет дорогу даже в самом глубоком мраке, даже на другом континенте или краю вселенной... Но на этот раз судьба сжалилась над ним, а море вынесло его на песок. Волны бережно уложили его, повернув на бок, и старались не тревожить, лишь изредка касаясь его ног.       Демон свернулся калачиком, поджав к себе колени и хвост. Пусть рыжий отросток здорово подвёл его, демон не мог на него злиться. Это был подарок Бай-Бая, и относиться к нему стоило почтительно, приняв вместе с хвостом и часть звериных повадок четвероногого друга. Белый волчонок был очень своенравным, вот и его хвостик тоже – такой же непокорный, озорной и вредный. Демон сам виноват, что не смог сдержать себя в руках. Хвост тут совершенно ни при чём.       Песок был горячим и жёг щеку. Колючие ракушки впились в плечо и ягодицы, но демон не реагировал на боль. Внутри её было гораздо больше, чем снаружи, и демон давно перестал обращать внимание на физический дискомфорт. Накатывающие вновь и вновь волны щекотали пятки и щиколотки. Солнце пригревало щеки и ступни, но кожа южанина не загорала, стойко противясь свету. Когда-то он слышал присказки, что демоны боятся солнца, и как низшие создания существуют только во тьме, но оказалось, что солнце дарит демонам столько же сил и бодрости, как и людям.       Волк почувствовал себя спокойно и даже чуточку уютно, когда после прохладных вод его обогревало солнце, когда что-то вдруг решило его согреть после того, как он оказался отвергнут семьёй и людьми. Словно соединялся с чем-то вечным, словно сама мать природа говорила, что ему ещё есть, за что сражаться, и он прав в том, что не собирается сдаваться. Словно его приютила сама вселенная и в укромном уголке на берегу моря заботилась о том, чтобы он смог выкарабкаться и жить дальше.       Хорошо было бы и дальше вот так лежать на песке, свернувшись в безопасной позе эмбриона... Но вдруг демон почувствовал, как нечто касается его щеки. Сначала он подумал, что это какая-то живность или даже волны, но запоздало осознал, что его царапает что-то жесткое, сухое, плотное.        «Краб?»       Демон поморщился, потер щеку и лениво повернулся на другой бок. Он не хотел вставать. Однако отдохнуть ему не позволили. Нечто вновь коснулось его щеки, настырно нажимая на здоровый румянец.        «Что-то не так...»       Волк начал выбираться из дрёмы и почувствовал сладкий запах. Он перестал воспринимать его враждебно – демоническая деформация восприятия уже началась, и демонические запахи стали скорее «своими», чем «чужими», но всё равно насторожился из-за волчьих инстинктов, не принимающих незнакомцев. Он распахнул глаза и увидел, что над ним нависает демон и бесстыдно тычет его сухой веткой в щеку.       – Что ты делаешь? – прорычал волк, убрав ветку со своего лица и рывком вскочив на ноги. Он не собирался говорить с незнакомцем на коленях или лёжа. Демоны выстраивают иерархию общества согласно их силе – так сказал Илин, так что волк решил, что с ними нужно быть как можно более дерзким, уверенным и стойким, тогда они будут слушать и воспринимать его всерьёз.       Волк выпрямился во весь рост, но, пусть был достаточно высок, незнакомец превосходил его в росте и высокомерно хмыкнул, наслаждаясь своим превосходством в полголовы. Волк почувствовал себя неуютно. Чужак был не просто выше – он был обладателем изогнутых рогов, напоминающих драконьи, за счёт чего он выглядел ещё выше. Волосы демона были рыжими, светлее, чем огненный цвет непокорного бессмертного волка. Коротко стриженные, они аккуратно огибали шею. Косая челка закрывала левый глаз с поликорией – два зрачка срослись в символе бесконечности. Правый глаз с острым зрачком смотрел строго и высокомерно. Тренированное худое тело, налитое атлетичными мышцами, говорило о том, что он в хорошей физической форме и никогда не прочь подраться. Демон выставлял напоказ два шрама, что рассекали его живот крест-накрест. Его пепельная кожа не была тронута чешуей или мехом. Ноги демона были человеческими, но за спиной всё же вился хвост – пушистый, рыжий, вытянутый, он не принадлежал определенному виду живых созданий, а был выдумкой его создателя. Толстый у основания, тонкий у пушистого кончика, имел белые полосы на внутренней стороне. Одет демон был в свободные летние штаны с плотной резинкой, обхватывающей голени. Тонкие лоскуты ткани ниспадали с пояса, добавляя образу элегантности. Такие же воздушные шао украшали руки, заключённые между двумя белыми браслетами. Широкую спину демона покрывала угрожающая татуировка в виде зловещей фигуры в маске, угрожающе потирающей кулаки. На его лопатках красовались чернильные иероглифы: «Сражайся, если не трусишь!», а на плечах не находилось живого места без шрамов. Илин рассказывал сыну, что демоны могут регенерировать так, чтобы следов на коже не оставалось, так что незнакомый демон намеренно не лечил свои раны – желал навсегда оставить на память следы о сражениях и хвастать своими боевыми подвигами, как любили потравить у костра байки людские ветераны. Вид у него был задиристый, дерзкий и воинственный. Встреча с ним не сулила ничего хорошего и вызывала у волка вполне противоречивую и странную реакцию, потому что первое, о чём он подумал, это: «Он тоже рыжий!». В Солнечной Арасии, как и в столице, рыжий цвет волос был такой редкостью, что увидеть рыжего человека было сродни чуду. Ходило поверие, что рыжие отмечены солнцем и пламенем а встреча с таким человеком будет роковой и изменит жизнь навсегда. Про демонов ничего такого не болтали, потому что цвет волос у них был абсолютно разнообразный: от приглушенного пурпурного до неоново-розового. Не скованные природой и генетикой, демоны создавали своим детям любую пришедшую им в голову внешность.       Второй мыслью после взгляда на демона стало короткое и вполне конкретное заключение: «Плохо».       Волк не планировал ни с кем пересекаться по возвращении в демонические земли. Илин желал представить его народу лично, чтобы соблюсти все формальности, поэтому волк не хотел ничего испортить. То, как его воспримут в демоническом обществе, было очень важно, ведь от этого зависела вся его дальнейшая жизнь... А с другой стороны, он был совершенно самостоятелен, горд и непокорен, и не мог позволять себе прятаться за авторитетом Илина. Он не какой-то там бродяга с улицы! Он знал себе цену, знал, на что способен, и не собирался позволять демонам шептаться и потешаться над ним. Он хотел создать себе репутацию самостоятельно, хотел, чтобы демоны уважали его за то, какой он есть, а не за то, что он – сын Илина. Настоящий мужчина сам заботится о себе и сам отвечает за слова и действия, не прячась ни за чьей спиной. И себя нового волк собирался создать сам.       Рыжий незнакомец принюхался, обходя волка. Он все норовил забраться ему за спину, но волк ловко перебирал ногами по песку и не позволял себя обнюхать под хвостом. Сломанная нога восстановилась, так что движения больше не причиняли боли. Другие раны тоже затянулись, разве что одежда из энергии отца так и осталась рваной и свисала клочьями, слипшись с влажным песком.       – Да вот увидел тебя, – прорычал демон в ответ. – Сотни цветов из ци блестели на солнце, а среди них плыло твое тело. Я решил, это погребальный обряд, и тебя уже похоронили. А потом ты вдруг застонал: «Я люблю тебя!». Такого оскорбления мне ещё никто не наносил!       «Я разговаривал во сне? Ужасно!»       Внутренне волк смутился, но совершенно не показал этого.       – Это было не тебе, – гордо прорычал волк. Он окинул взором море и понял, что цветы, о которых говорил демон, исчезли. Должно быть, погибли, когда их вынесло на берег.       – Это звучит ещё более оскорбительно.       Рыжий демон надул щеки. Затем попытался ухватить волка за запястье, но тот увернулся и шагнул по щиколотки в воду.       – Не трогай меня, – гордо приказал волк.       – Сколько спеси и грубости! – хмыкнул незнакомец. – Какой невоспитанный ребенок. Я думал, чутье меня обмануло, но сейчас вижу. Это правда ты.       – Это я, – сказал волк, что бы это ни значило. Он вложил в эту фразу всю уверенность, как если бы прокричал вселенной, что жив и будет бороться за своё право быть собой.       – А ты дерзкий, – рыжий демон кровожадно усмехнулся, продолжая петлять вокруг волка. Это действовало на нервы. – И что только Илин в тебе нашел? Подумать только! Слухи правдивы! Наш владыка и правда создал чудовище, воспользовавшись человеком!       Волка это оскорбило. Встревожило. А ведь и правда… Сейчас он был не только чужим среди людей – демонам он тоже не был родным и близким. Людское тело все ещё пахло Солнечной Арасией. Настоящие демоны чувствовали его непохожесть за версту. Они могли не принять его. Могли надавить на Илина. Может, его уже никто не ждал в столице... Может, в Лунной Арасии его подстерегала смерть, а братья и друзья убедили демонического владыку, что его сыном и наследником должен быть чистокровный демон...        «Не глупи. Илин сказал, что будет ждать тебя вечность. Ты ему нужен. Иначе он бы не воскрешал тебя.»       Волк воззвал к внутреннему спокойствию, не позволил себя смутить. Сердце всё ещё переживало большие волнения, но если он раскиснет, то похоронит своё будущее. Волк должен был отстаивать себя и своё право зваться демоном, если собирался вернуться к Илину. Эта встреча была лучшим испытанием, чтобы понять, что теперь его общество совершенно иное, а принятие своего существования как демона уже началось. Илин ждал от него кровавого обряда, но для самого волка преображение началось здесь – в разговоре с рыжим демоном, ведь ему предстояло отстоять свою гордость и право находиться в обществе демона.       – Я не чудовище, – заявил огненный волк. – Я такое же создание, как ты или другие демоны.       Волк не позволял себе враждебности. Он говорил спокойно и уверенно. Помня, как люди враждебны к демонам, помня собственные недоверчивые взгляды к жителям города, он подкрепил свою уверенность, что никогда и ни на кого не будет смотреть с предубеждением. Демоны – такие же люди. Такие же души, коим ведомы и свет, и тьма. Значение имеют только поступки, что они совершают.       – Такое же? – оскорбленно оскалился рыжий демон. – Ты, я смотрю, слишком дерзкий и от самомнения не страдаешь! От тебя человечиной за двадцать ли несёт!       Голос демона окрашивался враждебностью.       Волк задумчиво уставился на рыжего собеседника.       – Я понимаю предубеждения людей относительно демонов... – размеренно протянул волк. – Но с чего ради демону так враждебно относиться к человеку?       Рыжий демон совершенно не ожидал такого спокойного и заумного ответа. Он изумлённо заморгал, пытаясь осознать сказанное.       – Ты мне тут давай без вот этого вот! Не понимаешь, что ли? Совсем тупой?       – Илин не желает людям зла, – наполнил волк. – Он пытается их защитить от божественного проклятья. Он не видит в человечности ничего дурного и сам тянется к людям. Как и многие демоны. Так отчего быть наполовину человеком – это плохо?       Долгие разговоры явно не были сильной стороной демона.       – Не прикрывайся именем своего папочки! То, что Илин тебя подобрал, не значит, что демоны тебя примут! Ты урод, к которому нет доверия!       – У меня к тебе тоже нет доверия.       Рыжий демон враждебно зашипел.       – Ах ты!..       Он уже начал разминать кулаки, чтобы полезть в драку.       – ...потому что мы только что встретились. Доверие возникает после поступков и разговоров. Когда люди... И демоны узнают друг друга ближе.       – Я не хочу знакомиться с тобой ближе! – оскорбленно хмыкнул демон.       – А я был бы не против, – дружелюбно спросил волк. – Как тебя зовут?       – Рэнши.       Демон оскалил на волка клыки. Ему претило спокойствие и дружелюбие сына Илина, но на удивление он ответил. Рэнши было важно, чтобы его запомнили. Он был очень гордым и честолюбивым.       – …но твоё имя меня совершенно не интересует! – прошипел он, давая понять, что дружбы заводить с человеком не намерен, а сам разговор ему противен.       – Когда придет время, нас представят, – невозмутимо ответил волк.       – Мне это не нужно! Знай, демоны уже слышали о тебе. Знай, они желают тебе смерти. Мы никогда не примем такого, как ты. Это неестественно, это неправильно, это порочит нашу суть! Ты – ошибка, которой не должно существовать!       Жестокие слова болезненно ранили сердце. Волк сдержался под натиском жестокости демона и невозмутимо ответил, понизив голос:       – Я не выбирал, кем родиться. Как тебя воплотили демоном, так и меня. Но раз так сильно меня ненавидишь, почему не убил, пока я спал? Чего ради тыкал меня палкой?       Рэнши сморщился и сложил руки на груди       – Думал, кто-то другой успешно с этим справился, и мне не придется марать руки.        «Это действительно пренебрежение? Ему было противно ко меня прикоснуться? Нет. Он ведь пытался сразу после этого схватить меня за руку... Значит, прикосновений не боится.»       Волк принюхался.       – Ты… Пытался меня разбудить, – заключил он спокойно, читая намерения демона по запаху.       – Что? Нееееет!       Демоны совершенно не умеют врать, поэтому, когда они это делают, то выглядят крайне неубедительно.       Рэнши покраснел и надулся, пытаясь оправдаться:       – Я...       Он заметил, что волк принюхался, и понял, что в «человеке» гораздо больше демонического, чем ему хотелось бы думать.       – Ладно. Мне действительно было любопытно взглянуть и посмотреть, что это такое. Тебя выбросило из моря. Но тебя явно побили не наши. О тебе весь демонический род говорит, а ты просто лежишь здесь. Прохлаждаешься. А ведь говорили, ты ушел к людям.       – Говорить могут всякое, – дерзко произнес волк. – Я здесь.       Рэнши замялся.       – Ты… Ты просто вернулся! Я всё понял. Они тебя выкинули, да? Точно! Люди тебя побили! Ты так слаб, что приполз обратно, когда понял, что тебе с ними не сравниться, что они тебя не примут. Я же прав? Точно-точно. Ты просто ничтожество! Позор демонического рода, который здесь никому не нужен, так и людям ты оказался без надобности. Был людским принцем, так тебя все любили, а как принял демоническую кровь, так сразу стал отбросом, которого можно побить и выкинуть. Понял, наконец, какие вы глупые?! Спрашивает ещё, что я имею против людей! Да они тупые и нас ненавидят слепой, гнусной ненавистью!       Волк не хотел этого слушать. Слова его ранили, да и Рэнши... Он был простым, как ребенок. Если и даже он понял, что его отвергли люди, эти слухи расползутся по городу.       «Я должен был быть к этому готов. Это придется выдержать. В Хэкине про меня и похуже болтали. Плевать, кто что думает. Я знаю правду о себе. И пусть доверие придется завоёвывать годами, я сделаю это. Как в Хэкине доказал, что я чего-то стою, так и тут. Меня никто не ждёт, и я это знаю. В моих силах стать для них тем, кого они не захотят отпускать.»       – Я перенял с божественным проклятьем всё, что следует за демонами по пятам, – уверенно объявил волк и воинственно расправил плечи. – И ты не прав. Я никому не проигрывал. Я победил и никого не ранил.       Рэнши сразу понял, что имеет в виду сын владыки, и изумленно опешил. Потёр глаза, не веря ему, и присмотрелся к волку ещё раз. Победа над энергией инь – величайший подвиг среди демонов. А для нововоплощенных это и вовсе считается невозможным.       – Врёшь! – яростно прорычал демон.       – Нет. И ты это знаешь.       Рэнши принюхался, раздув ноздри.       – Скажи это ещё раз!       – Я победил энергию инь. Дважды.       Волк не был хвастуном и о своих заслугах предпочитал так открыто не болтать о том, что делал. Он считал, что мужчину украшает должная скромность, а доблестные поступки – естественная необходимость, которой нужно следовать, не считая вопиющим подвигом – ведь именно так и должен поступать и жить каждый; но чтобы заслужить уважение среди демонов, новообращенный должен был показать силу. Лишь тогда отношение к нему изменится.       Рэнши понял, что волк не врёт, и надул щеки.       – Тебе просто повезло! Слышишь?       – Я никогда не проиграю, – решительно произнес волк.       – Пфффф. Глупый человек. Все так говорят! Но все равно или поздно проигрывают этот бой. Тот, кто смеет так высокомерно заявлять о лёгкости победы над проклятьем, быстро ломается. Следующий же раз ты набросишься на кого-нибудь, и тогда под предлогом усмирения тебя безжалостно убьют. Мы не признаем тебя сыном владыки! Ясно тебе?       Волка не трогали его слова. Он сам не признавал себя сыном владыки Илина. Они определенно были близки, но у него был только один отец. И этот отец выгнал его из дома.       – Я не сломаюсь.       Волк задумчиво огляделся в создание, название которому никак не мог придумать. Не дракон, пусть и рогатый... Цилинь? Больше похоже. Не хватало только рога на лбу.       «Интересно, как сейчас Лэй Линь?..»       В голове мелькнула мысль, что до возвращения в демонические земли нужно было разыскать друга и рассказать ему правду, но также он понимал, что если Лэй Линь попытается воспротивиться богам, они его убьют, и это будет жестоко, кроваво и наглядно. Они обвинят его в ереси, найдут способ уничтожить клан Линь, опозорив его гнусными ложными обвинениями, а потом эти лживые боги потребуют, чтобы им поклонялись. Если же этого не случится, Небесные Владыки начнут убивать ни в чём неповинных людей. Лэй Линю нельзя было знать правду. Если бы существовал способ безболезненно отвести людей от веры, Тэй Шу бы плотно этим занялся, а раз даже он со своей находчивостью, изворотливостью и умением добиваться своего обходил веру стороной, то единственным способом остановить порабощение людей оставалось уничтожение богов. Да и... Волк не чувствовал в себе желания возвращаться к людям. Не сейчас, когда его душа была разворочена, изувечена и изрезана. Он не хотел вновь пережить подобный кошмар, хотя понимал, что отныне любая встреча с людьми будет начинаться с животного страха. Волк не был готов вновь столкнуться с воплощением самого страшного кошмара.        «Даже если я попытаюсь, мне никто не поверит.»       – Пустые слова, – высокомерно хмыкнул Рэнши.       – Вовсе нет. Я буду держать себя в руках.       Демонический цилинь принюхался и понял, что тот действительно так считает.       – Ты наивный идиот, раз в это веришь.       – Пусть так, – легко согласился юноша. – Но я готов поспорить.       Волк решил воспользоваться азартом демонов, и это оказалось верным ходом. Рэнши заинтересовался и лихо завилял хвостом.       – О, это будет легкой победой для меня! По рукам. Вот увидишь, ты быстро сломаешься. Такой слабый! Такой хрупкий! Идёт.~       Рэнши вытянул руку. Волк простодушно пожал её, не страшась подвохов.       – Что? Ты даже не спросишь, что я хочу получить, когда ты проиграешь спор? – хмыкнул Рэнши.       – Я не проиграю, – самоуверенно ответил волк.       – А я тебе скажу!.. – Рэнши указал пальцем на ошейник, подумав было, что волк обязательно спросит, как вдруг осознал, что волку даже неинтересно узнать цену их спора. – Что? Ты что, несерьёзно ко мне относишься?!       – Серьёзно. И я готов поспорить с кем угодно, хоть со всем демоническим родом, что сдержу себя в руках и не причиню никому зла.       – Ты бессмертный или как?! – фыркнул Рэнши. – Твоё побитое тело только что выплыло из моря! А ты собрался с демонами спорить на желания? Дурной совсем?        «Бессмертный?..»       Волк глубоко об этом задумался, но тогда ещё не знал, почему именно это слово так сильно зацепило его.       – Ты обо мне заботишься? – удивился волк.       Рэнши покраснел.       – Что? Кто заботится? Я? Да не в жизни! Ты мне противен, как божественное проклятье! Тебя не должно существовать!       Волк очень старался не реагировать на такие заявления, но его всё равно цепляло.       – Я не сделал тебе ничего, чтобы вызывать такую реакцию.       – Ты называешь себя демоном! Этого уже достаточно!       – Не называю, – поправил его волк. – Но я им являюсь. И это решение Илина.       – Рррр.       Рэнши это совершенно не нравилось.       – Но ты дурак! – фыркнул демонический цилинь. – Заключать такие споры. Ты же вечен. Значит и конца этому никогда не будет.       – Я и не желаю ничего у тебя получать.       – Пф! Ты скучный. Раз так уверен, зачем вообще заключать спор?       – Чтобы показать серьёзность своей решимости, – спокойно ответил волк и прищурился. – А ты хотел бы, чтобы я озвучил свои желания?       Рэнши задумчиво почесал щеку.       – Мне очень интересно, чего мог бы желать человек.       – Хм... Пожалуй, я бы попросил больше не будить меня, тыкая в щёку палкой. Это не очень уж и приятно. Или у вас так принято?       – Нет конечно!       Рэнши покраснел от возмущения. Он явно хотел на него разозлиться, и у него явно не получилось. Волк вёл себя слишком спокойно. Белио испытывал те же проблемы – когда он рычал на сына господина, то чувствовал себя плохим, а ведь ничего плохого никто не делал…       – Тогда это было бы моим желанием, – решительно объявил волк. – Просьбой к тебе.       – Не строй из себя добренького! – разозлился Рэнши. – Ты же человек и ненавидишь нас!       – Нет. Во мне нет ненависти к демонам. Когда-то я действительно презирал и убивал вас, но Илин рассказал мне правду. Теперь я отношусь к вам иначе.       – Нельзя так просто взять и перестать ненавидеть!       Волк остался спокоен и красноречиво промолчал, расправив плечи. Он позволил читать себя, что совершенно выводило Рэнши из себя.       – Не веди себя так! Не веди! Ты меня не обманешь, как обманул владыку!       – Я никого не обманывал, – возразил волк.       – Как же! Все говорят, ты его околдовал! И все тебе смерти желают! Любая твоя неудача – и ты не жилец! Тебя растерзают на части!       Почему-то это звучало, как предостережение.       «Рэнши забавный парень. Хочет казаться угрожающим и злым, а на деле выглядит обеспокоенным и заботливым. Предостерёг меня. Я с самого начала знал, что народ Илина будет не в восторге. Должно быть, его подвергли большой критике за то, что он сделал. Но Илин стойко стоит на своём. И я должен вести себя так, будто я на своем месте. Это единственное, за что я сейчас могу зацепиться.»       Полного одиночества волк бы не вынес. Что люди, что демоны плевали бы ему в спину, но от демонов это воспринималось не так болезненно, как с людьми. Им ещё предстояло стать ему близкими. На эту борьбу он был настроен и понимал её неизбежность, знал, что любому чужаку нужно отстаивать своё право на новое место. А вот крики людей... Боль, что вонзались в спину магическими стрелами и искусными приёмами... Упреки, оскорбления, ругательства... Волк постоянно об этом думал, и ему было больно от осознания, что в тот мир – любимый, привычный, родной, знакомый – он уже не вернётся и к людям больше не подойдёт. Он будет беречь их на расстоянии, став героем, о заслугах которого никто и никогда не узнает. Славы волк не искал, только безопасности для своего народа. А однажды… Как знать, может, этот путь выстроит ему дорогу обратно домой.       – У них не получится навредить мне, – спокойно ответил волк, повиливая кончиком хвоста.       – Бессмертный! Воистину бессмертный! Глупец! Думаешь, Илин сможет тебя везде защитить? Даже несмотря на прямой приказ владыки тебя не трогать, есть способы его обойти. Твоё безумие – один из них. Все будут ждать твоего провала и набросятся, как только увидят возможность!       – В таком случае мне просто нужно не провалиться.       – Что за самоуверенность!       Рэнши возмущался и восхищался одновременно. Второго он, конечно, показывать не хотел. Присматривался, приглядывался и с каждой минутой казался все менее опасным и враждебным. Волк относился к нему как к большому крупному ребёнку. Бывают же такие люди – с виду устрашающие и мрачные, а в душе милые и заботливые. Рэнши явно не был злодеем, пусть и рычал. Если бы хотел убить, убил бы, пока волк был безоружен. Не стал бы с ним церемониться и болтать. Либо его съедало любопытство познакомиться с человеком поближе, либо удерживал приказ Илина запрещающий трогать его сына, а слыть предателем Рэнши не хотел. Либо и то, и другое. В любом случае, угрозу в нем волк видеть перестал, а опыт общения был весьма интересен. Прежде волк обращался только с Илином и мельком познакомился с Цзиньсю, хотя полноценного диалога у них не состоялось. Общение с Белио сложно было назвать общением, ведь Белио просто на него напирал. А тут... Настоящий опыт! Волк почувствовал уверенность, что достойно держится в разговоре. Может, Рэнши не самый могущественный демон, но он силен. И все же, слушает. Прислушивается. Приглядывается. Его ненависть к нему не так слепа, как агрессия людей.       – Я не проиграю, если на меня нападут. И тьме я тоже не дамся.       – Пффф!       Рэнши распушил хвост и гордо вытянулся.       – Не недооценивай демонический род! Думаешь, получил силу энергии инь и всё? Ты теперь такой же сильный, как демоны? Да не мечтай! Надо тренироваться всю жизнь! Вот я – тренируюсь, поэтому мое тело не находят на берегу моря!       – Я смогу победить в бою без энергии инь.       Это взбесило Рэнши ещё сильнее.       – Что? Ты совсем попутал? Ты ещё и смеешь презирать силу, из которой был воплощен? Нет, ну это наглость!       – Вернее служит та сила, которую ты приручил, – невозмутимо произнес волк. – Я тоже тренировался, и именно эти знания выручат меня.       – Да что там людские тренировки! Вот демоны – они тренируются! А люди просто мечами машут понапрасну!       – Я не уступаю демонам, – гордо возразил волк.       – Конечно уступаешь! – Рэнши никак не мог принять, что сын Илина может быть сильнее демона. – Ты же человек. Да я поспорить готов! Ты даже... Ты даже расколоть вон ту скалу не сможешь!       Рэнши указал пальцем на север. Волк проследил за его взглядом. Он увидел каменную гряду, что склонялась к песчаному берегу. Острые скалы высились вдоль кромки воды словно зубы. Они были внушительного размера – в три раза больше человеческого роста, а толщиной – в шесть. Не говоря уже о том, что и глубина камня была впечатляющей! Впечатляющей для Рэнши, но не для волка.       – Я сделаю это.       – Что?       Рэнши был уверен, что волк пойдет на попятную, но тут вдруг он согласился! Да еще и столь решительно! К такому повороту он готов не был.       – Да ты не сможешь!       – Смогу.       – Не сможешь!       – Просто смотри.       Волк по привычке потянулся за спину, но вдруг болезненно осознал, что Серебряное Пламя осталось дома, у стен родовой резиденции. Сердце мучительно сжалось. Со дня второй смерти он так отчаянно мечтал обрести свое любимое оружие! Так ему радовался, когда Илин вернул родную сердцу гуань дао, а в итоге порывисто решил расстаться с ним навсегда. Оно было символом прошлой жизни, и только сейчас волк смог понять, почему Илин отобрал у него все прочие вещи. Волк не мог сказать, что жалел о сделанном, но ему определенно не хватало любимого оружия – словно из груди вырвали кусок сердца.        «Ничего. Я могу сделать оружие из ци.»       Но, пусть эта мысль пришла ему на ум, делать он этого не стал, а просто ловко прыгнул к одной из скал. Рэнши последовал за ним и возник перед скалой прежде, чем волк успел что-то сделать.       – Стой! Давай я тебе покажу, как надо.       Волк пожал плечами и свободно уступил.       – Пожалуйста.       Рэнши расправил плечи, завилял хвостом, попрыгал на месте, разминаясь и сжав пальцы в кулаки, а затем окружил кулак энергией инь и со всей силы ударил в камень.       Скала раскололась пополам, а земля содрогнулась от силы удара.       – Видал? Вот она – сила демона!       Рэнши широко улыбнулся, красуясь и играя мускулами на плечах. Он не сомневался в том, что у волка ничего не получится, поэтому хотел обозначить разницу между их силами. Хотел показать, что волк стоит гораздо ниже в демонической иерархии, и ему не стоит столь самоуверенно задирать нос.       Волк и правда был впечатлен. Рэнши показал немалое могущество. В момент его удара по пространству разнеслась огромная волна энергии, что обратила вспять морские волны.       – Впечатляюще, – оценил огненный волк.       – Тебе ни за что не повторить! – горделиво воскликнул Рэнши.       – Я всё же попробую.       Волка взял интерес и азарт. Ему самому было интересно, сможет ли он расколоть скалу. Чтобы все было честно, волк встал у соседней, крепкой и неповрежденной скалы и повторил позу демона.       Рэнши следил за ним, опираясь рукой о треснувшую скалу и надменно улыбаясь. Он не верил, что у человека получится. Совершенно не верил. А волк замахнулся, вложил ци в кулак и одним ударом разнёс скалу в мелкие камни, не оставив даже воспоминания о ней.       Осколки полетели в разные стороны. Рэнши воздвиг щит из энергии, чтобы его не задело, а когда поднявшаяся пыль осела, изумлённо распахнул рот. Брови его нервно задергались.       – Что?.. Не может быть! Она рухнула?.. Нет-нет-нет! Невозможно! – Рэнши потрясенно смотрел то на свою скалу, то на обломки скалы волка. – У тебя!.. У тебя была неправильная скала! Это случайность!       – Скала как скала, – пожал плечами волк. Он не стряхнул пыль с рук, отбивая ладони друг о друга. Честно говоря, он и сам от себя не ожидал. Будь он в человеческой форме, снести целую скалу голыми руками ему вряд ли бы удалось. Демоническое обращение усилило его тело и ци. Он остался доволен результатом.       А вот Рэнши... Рэнши покраснел от стыда и унижения. Он совсем такого не ожидал, и теперь чувствовал себя глупо.       – Это всё сила твоего отца! Конечно, магия Илина! Самого демонического владыки! Сам ты на такое не способен!       – Я не использовал энергию инь. Только ци. И ты это чувствовал.       Рэнши прикусил губу. Затем посмотрел на трещину в скале и нервно рассмеялся.       – Да. Конечно. Ци-то у тебя тоже от демонического владыки!       – Илин определенно сделал меня сильнее, – признал волк, – но я прошел через три прозрения ещё когда был человеком.        «Был...»       На губы легла горечь.       – Я много тренировался. Впрочем, ты тоже. Если бы ты относился к состязанию серьёзно, ты бы тоже смог разбить её. Я уверен.       Волк дружелюбно вытянул руку, желая установить примирение и забыть об этом дурацком споре. Он думал, что если он покажет свою силу, то демон его зауважает, а Рэнши... Он просто расстроился.       – Что за глупости? Я был серьёзен! – он отошёл на шаг назад, неверяще покачивая головой. – И ничего не!.. Не... Не думай даже, что ты тут сильнее всех! Других тебе не победить! Тебя убить хотят, а ты руку тянешь! Не будь глупым, ты никогда не найдешь себе дом среди демонов! Лучше уходи!       Прокричав эти слова, Рэнши убежал, как дикий зверь – на четырех лапах, оставив сына владыки в смятении и абсолютном непонимании только что произошедшего.