Инь и Ян: Слёзы на белых ресницах

      Белио, несмотря на свою вредность, был добротным внимательным рассказчиком. Прежде чем привести принца к дому Цзиньсю, он устроил Юншэну экскурсию по городу. Его целью, конечно же, не были людские достопримечательности. Белио водил воспитанника по основным местам интереса. Рынок волк уже видел, но посмотрел еще раз – с комментариями о том, где и что находится. Белио показал ему ремесленный квартал, главный парк, места, где можно отыскать владык в случае необходимости, а также дома почетных демонов, с которыми Юншэн может пересечься по долгу службы отцу.       Белио, как ответственный слуга Илина, подошёл к делу очень ответственно и вводил волка в курс дела, закладывая ему в голову невообразимое количество информации. Он болтал очень много и вскоре начал беспокоиться, что вертящий во все стороны головой волк его совершенно не слушает, но Юншэн, привыкая к городу и местным обычным, запоминал каждое слово – это нужно было для выживания.       Волк смотрел на мир добрыми, открытыми глазами, но взамен неизменно получал ненависть. Огромных усилий стоило не показывать печали и боли, что причиняли ему злые слова, хвостом сопровождавшие его, куда бы он ни пошёл. Юншэн повторял себе: «Ты ни в чем не виноват. Они просто не знают тебя», но чуткое сердце не могло не болеть. Его оскорбляли. Ему не верили. Прогулка по городу напоминала народное порицание – один из видов унизительного наказания, когда преступника голышом ведут по улицам города, а все жители бранят и швыряются тухлой едой, только в Юншэна летели оскорбления. Может, то было даже больнее.       «Ненавидимый всеми принц... Неужели Ланг Бао чувствовал на себе такое же давление?.. – невольно подумал Юншэн. – Он такой же, как я – правитель, которого никто не любит и не воспринимает всерьёз.»       Мысли стремились сломать его, но Юншэн держал хвост бодрячком.       «Нет. Есть разница.»       Юншэн не подавался тревогам и страхам, как людской император. Он был сильнее этого.       Время от времени храбрые демоны бросали принцу вызов. Отныне такие ситуации должны были стать обыденностью, и волк принимал их смиренно, почтительно относясь к соперникам. Выиграв тройку кулачных боёв, Юншэн на время отвадил от себя внимание, но знал, что вскоре его неминуемо ждут новые драки.       «Они ещё долго будут ставить мою силу и право под сомнение. Пока я не докажу им верность и надёжность, я буду чужим, даже если Илин привел меня в их мир за руку.»       Белио никак не комментировал то, что происходило на улицах. Он молча терпел, что в него тыкают пальцем и называют нянькой. Это унизительное прозвище быстро распространилось и изрядно потешило демонов.       К Белио относились уважительно и скорее жалели помощника владыки, чем насмехались над ним, но находились и те, кто осмелился засомневаться в его верности народу демонов. В нём! В создании, что было создано из верности! То, что Белио возился с человеком, портило его безупречную репутацию, обращало демонов против него. Вредило. Юншэн переживал за него, но Белио был вечным созданием и умел себя вести. Умел выворачиваться из ситуаций и выходить победителем. У Юншэна такой врожденный талант отсутствовал, а природное обаяние на демонов не работало, но он очень старался! Пока что результат выходил с переменным успехом, но демоны больше не звали его слабаком. Они почувствовали, что его могущество возросло, знали, что Илин сказал про него. Шушукались.       «Я поднимаю весь город. Они обращают на меня свои взоры. Уже неплохо.»       – Пришли, – вырвал его из раздумий голос Белого Демона. – Дом Цзиньсю.       Белио указал рукой вперед – на одиноко стоящий дом недалеко от причала, всего в паре чжанов от кромки моря. Старая лачуга выглядела ветхо. Морской ветер доносил знакомые запахи лекарственных трав, пробуждающих воспоминания.       – Почему именно Цзиньсю? – спросил Юншэн вдруг. Он не стал сообщать Белио, что змей приглашал его на встречу тет-а-тет, ведь на пиру Цзиньсю заигрывающее просил сохранить это в тайне. Юншэн пока не был уверен, может ли доверять змею.  Сначала хотел узнать, что такого он задумал и почему искал с ним встречи. Приглашал встретиться наедине... И Белио привел его именно сюда. Случайность? Или сговор?       Принюхавшись, Юншэн определил, что Цзиньсю находится дома, один.       – Я хочу, чтобы он тебя осмотрел, – прямо ответил Белио. – Ты принял кровь владыки.  Хозяин прятал тебя от всего мира. Я не допущу, чтобы с тобой что-то случилось, пока ты разгуливаешь по городу.       – Неужели я выгляжу таким нездоровым?  – нахмурился Юншэн.       – Ты принял дар. Я должен быть уверен, что твоё тело его выдерживает. Оно человеческое.       – Моё тело выдержало всё, что с ним происходило и сейчас, и прежде, – гордо напомнил волк. – Я не умру, и сомневаться во мне не нужно.       Белио пропустил его слова мимо ушей.       – Ты можешь верить во что угодно. Но во что верят другие?  Они считают тебя человеком. Цзиньсю – один из Клинков. Он ветреный, но не лжец. Если он подтвердит, что ты демон, это даст тебе силы. Или ты хочешь до скончания веков драться со всеми на улицах, доказывая, что ты имеешь право ходить по ним?       – Не хочу, конечно, но если придётся – буду, – гордо заявил волк. Белио хотел было уже заворчать, как Юншэн добавил: – Но это очень мудро. Спасибо за заботу, Белио. Я вижу, как ты стараешься.       Белио зашипел.       – Не ради тебя! Владыке было бы больно знать, что тебя все ненавидят, тогда как он – любит. Я тебя не признаю, Юншэн. Ни демоном, ни сыном владыки, но если он в тебя верит, я должен защищать его мечты и фантазии.       – Всё равно – спасибо, – признательно прошептал Юншэн и поклонился демону.       Белио это добило.       – Кроме того, сегодня весь день будешь помогать Цзиньсю, понял меня? Все молодые воины обучаются у него – чтобы знать свои и чужие слабости, чтобы знать, как помочь в разных ситуациях.       Юншэн хотел гордо заверить, что многое знает об исцелении людей, но затем понял, что у демонов своя кухня, и в их жизнь надо погружаться с головой – повторить, чтобы увидеть новое. К тому же, Цзиньсю лечил травму демонического сосуда – такое искусство было ему незнакомо, но знания, что вложил в него Су Юн, обязательно ему помогут.       – Хорошо.       Волк покорно и нетерпеливо завилял хвостом. Он был готов приступить к обучению прямо сейчас.       – Таким ты мне нравишься больше, – удовлетворённо кивнул Белио. – Пойдем.       Демон постоянно повторял эту фразу, словно без неё Юншэн стоял бы на месте, зевал и считал чаек.       – Я не отстану, – осторожно произнес он, желая наладить отношения со слугой отца хоть немного.       – Вот именно. Не отстанешь.       Юншэн неловко улыбнулся.       Они подошли к дому Цзиньсю, украшенному рыбацкими сетями и изображением чёрной луны на двери. Белио, не став стучать, вошёл внутрь. Юншэн удивился поведению Первого Клинка – к нему ведь он стучал. Неужто у демонов не принято стучаться, а сделал он это, чтобы разбудить волка? Или всё же звание принца невольно возвысило Юншэна над слугой отца и заставило проявить отношение к его личному пространству? Спрашивать об этом волк не стал и последовал за Белио.       Дом Цзиньсю, несмотря на его вызывающий характер, выглядел на удивление прилично и ничем не отличался от хижин людских лекарей – вдоль стен сушились травы, во многочисленных шкафах стояли склянки с мазями и лекарствами. Юншэн ожидал увидеть что-то более... Вопиющее, подходящее характеру змея, но не заметил ничего лишнего. В доме поддерживался идеальный порядок, а аромат сушёных трав умиротворял. Может, страшные тайны крылись за двумя закрытыми дверями, но знать об этом Юншэн не хотел. К тому же, очевидное он чувствовал и так. Запах подсказывал, что за одной из дверей находится склад со спиртным, а за второй – спальня, причем едкий запах пота и семени был гораздо сильнее аромата вина.       «Всё же, в демонических способностях есть своя прелесть. Узнавать размещение объектов сквозь стены удивительно интересно.»       Не заостряя внимания на своих мимолетных размышлениях, Юншэн продолжил осматривать дом и сразу же увидел Цзиньсю. Змей суетился у стола. Он сидел... А то и лежал – по змею было не понять – и, покачивая кончиком хвоста, раскладывал змей по банкам. Это было дикостью (особенно со стороны демона, напоминающего змею) – заживо топить змей в напитке, но Цзиньсю делал это с особым наслаждением, облизывался и намеренно шипел на рептилий, чтобы разозлить их и смочить их клыки свежим ядом. Лишь после этого он опускал их в разноцветные банки и топил там, скручивая в узлы с помощью магии, а когда змеи утихали, корректировал их позы ветвью ивы, украшал ягодами клюквы, малины и черники и закупоривал банку пробкой.       Услышав шаги, демон обернулся и улыбнулся, облизнувшись.       – Какие гости.~ Ши-ши-ши. Пришшшшел, сладенький.~ Ещё и со своей нянечкой.       – Только ты не начинай, – Белио устало закатил глаза.       – Ши-ши-ши!       Змей явно наслаждался, поддевая Белио. Стоя рядом с этим двумя, Юншэн чувствовал скользящую между ними древнюю неприязнь.       «Наверняка владыки соперничают друг с другом за внимание и любовь Илина. Белио – воплощение верности, а Цзиньсю – вертихвост. Неудивительно, что у них разногласия. Даже понимая Цзиньсю, Белио тяжело с ним говорить. Цзиньсю – провокатор и манипулятор, а Белио исполнительный и простодушный.»       – Здравствуй, Цзиньсю.       Юншэн вежливо поклонился в знак приветствия, желая разорвать воцарившееся напряжение между Клинками отца.       Змей игриво шлёпнул его кончиком хвоста. Хотел по ягодицам, но Юншэн молниеносно среагировал, так что угодил ровно ему в ладонь. Получилось вполне себе дружеское мужское руко… и хвостопожатие.       – Приветики и тебе.~ Рад видеть, что ты пережил первую ночь!       – Не запугивай ребенка, – хмыкнул Белио.       – Говорю же – нянька! Вот умора! Юншэн уже взрослый мужчина по людским меркам, между прочим. Ему аж шестнадцать! Ши-ши-ши!       Змей издевался одновременно над обоими.       – Я не боялся, – гордо произнес Юншэн. – Меня бы никто не убил.       – Ещё бы! Говорят, твой отец поставил защиту к твоим покоям. Какой он бывает беспокойный, а? Совсем с ума сошел, как начал к людям ходить, а?       Змей покосился в сторону Белио. Тот раздражённо сжал пальцы в кулаки, недовольно думая о том, на что намекает змей. Его изводили эти мысли.       – Не смей так отзываться о владыке! – прорычал доблестный защитник.       – Брось. Я не имею в виду ничего дурного. Просто я очень хорошо знаю этот запах. Запах любви. Наш владыка влюбился в смертного.       Белио разозлился. Юншэн поджал губы, стараясь не выдавать чувств, но демоны легко его читали. Змей зашишикал и указал на волка рукой.       – Видишь? Я прав.       Белио посмотрел на Юншэна со смесью вопроса и раздражения. Волк растерялся, не зная, что ответить. Наложенная на его душу сдерживающая печать продолжала действовать, так что он не мог ничего рассказать про Тэя, а вместо ответа он поморщился и потёр висок.       – Ничего подобного, – прорычал Белио, мотая головой. – Владыка не мог... В смертного...       – Не тебе ли знать о его чувствах? – зашишикал демон. – Ты ведь постоянно вьёшься вокруг него.       – Я не для того сюда пришел, чтобы слушать этот вздор! – вспылил Белио. Его задевали за живое эти вопросы.       – А что если волчонок – плод их страстной любви?~       Белио пнул змея под копчик.       – Замолчал. Быстро.       – Ши-ши-ши!       Змей не то смеялся, не то сокрушался от боли, потирая место удара. Белио не щадил, так что удар вышел болезненный.       – Куда же ты так?  Нежнее! Нежнее! Я не какой-то там извращенец! Мне эти ваши боли никогда удовольствия не доставляли! Я за нежность! Ну или только за эротичное, удушающее стягивание.~ Сожмёшь так, что ааааах!~ Нутро сводит, косточки хрустят.~       Белио пнул его ещё раз и отошёл за спину волку, словно не хотел прикасаться к Цзиньсю ещё хоть раз.       – Порой ты так мерзок, – пренебрежительно бросил Белый Демон.       Цзиньсю лишь усмехнулся.       – Да брось.~ Тебе понравилось, когда в тот раз я...       – Ни одному нормальному созданию это не понравится! – хмыкнул Белио.       – Ну почему же? Лекхо в восторге!       Белио нервно потер виски. Юншэн смутно догадывался, о чем речь, но предпочел не размышлять дальше.       – К тому же, разве не для того самого ты привел ко мне волка?       Юншэну не следовало мечтать, что эти разговоры обойдут его стороной.       – Его не жалко, – хмыкнул Белио.       Юншэн очень старался оставаться невозмутимым, но эти разговорчики ему не нравились.  Брови сами по себе нервно задёргались.       – Да не волнуйся! Я буду нежен.~       – Лучше не надо, – не до конца понимая, от чего отказывается, заверил Юншэн, замахав руками перед собой в неловком отрицании.       Цзиньсю рассмеялся.       – О, так вот они те, кто не любят ласки! Если тебе захочется кого-нибудь ударить, вот тебе отличная цель! А к моей чешуе попрошу только ласково! Я только-только полинял, она ещё нежная.~       – Ты... Линяешь?.. – удивился Юншэн. Он знал, что змеи сбрасывают шкуру, просто как-то не ожидал, что демоны тоже этому подвержены.       – Конечно да! Трогают меня тут всякие, – он погладил свои бёдра... Вернее то, что в змеином хвосте их заменяло, и состроил жалостливую мордашку.       – Хуже, чем ты сам себе, тебе никто не сделает. И хватит притворяться жертвой. Тебе это не идёт.       – Ооо, знаешь-таки, кто сверху? Вот о чем надо первым делом рассказать демоническому принцу! Вот это я понимаю!       Юншэн покраснел, сохраняя на лице невинное смущение. Ему отчаянно хотелось поскорее перевести тему, поэтому он зацепился за первое, что бросилось в глаза:       – Тебе разве не жалко змей?.. Они ведь... Твои сородичи?..       – Что? Ши-ши-ши, ты смешной! Разве то, что ты волк, обязывает тебя любить волков?       – Вообще-то я люблю волков, – крайне серьезно ответил Юншэн. От мыслей о Бай-Бае, его сердце ёкало. Он невольно обнял свой хвост и ласково погладил по шёрстке. Обычно злился на него за неприятности, но в такие моменты любил. Бай-Бай отдал свою жизнь, чтобы хозяин продолжал жить, чтобы мог ходить после травмы, уничтожившей его позвоночник. Юншэн ненавидел себя за это, но пушистому другу был неописуемо благодарен.       – Хм... – промычал змей. – Я, конечно, в некотором роде тоже их люблю.       Цзиньсю облизнулся и протянул волку склянку, в котором плавала завязанная узлом змея.       – Попробуй. Тебе тоже понравится. Отменная штука!       – Это что, яд? – оскалился волк.       Цзиньсю зашишикал.       – Почему сразу яд? Ну, то есть да, яд. Деликатес! Змеиное вино со свежим ядом. О, это восторг! Пальчики оближешь как вкусно! Пока свежее – жжет желудок, вызывая сладостное блаженство. А как постоит, напитается, так приобретает кисловатый привкус ягод и крепчает. Лучшая выпивка Лунной Арасии! Попробуй, пока свежее!       Юншэн оскалился.       – Это же яд! Что значит попробуй?       На мгновение он поверил, что Цзиньсю желает его отравить, пряча за игривой улыбкой ненависть. Он ведь все ещё прятал чувства...       Цзиньсю его злоба не испугала.       – Ши-ши-ши. Ты только посмотри на этого!       Юншэн повернул голову и увидел Белио. Белый Демон неотрывно смотрел в одну точку – на змеиное вино. Он сглотнул слюну и облизнулся, явно желая попробовать. Юншэн посмотрел на него вопросительно.       – Что?.. – опешив, недоверчиво изумился Юншэн. – Тебе такое нравится?.. Это же... Яд...       – Опять это твое человеческое мышление, – вздохнул Белио, потерев губы. Он не привык так явно демонстрировать свои желания, просто... Вырвалось. – Демонические тела невосприимчивы к яду. Только твоё – человеческое. Может, тебе такое и нельзя. Именно поэтому я и привел тебя к Цзиньсю – нужно понять, что ты такое на самом деле.       – О дааа... Я уже давно мечтаю тебя потрогать. ~       Змей поманил банкой Белио. Тот не удержался и в два прыжка оказался возле него. Выхватив банку, Белио устроился на подушке в углу комнаты и откупорил банку.       – Волк твой, – равнодушно бросил Первый Клинок. – Делай с ним, что нужно.       – Ооо.~ Ааах. Ши-ши-ши.       Змей потёр ладони друг о друга с какой-то зловещей одержимостью. Выглядел он как злодей из театральной постановки и так же зловеще захихикал.       – Ооо, не бойся. Больно не будет.~ Почти.       Юншэн шагнул ему навстречу.       – Я не боюсь. Я готов доказать, что обратился демоном.  Что для этого нужно?       – Тщательный осмотр.       – Раздевайся, – приказал Белио в отместку за приказ волка в обеденной. Он не успел про это сказать, но совершенно точно запомнил.       «Опять?»       Юншэн испытал неловкость. Такое ощущение, что демонам просто нравилось показывать свою власть. Впрочем, чего стесняться? Таким телом можно и похвастаться.       Преодолев секундную робость, он решительно развеял верхнюю часть одеяния, но Цзиньсю оказалось этого мало и он показал рукой, что ему нужен полный доступ, после чего подполз к волку. Юншэн выпятил грудь вперёд, бесстрашно глядя на змея, однако, напрягся – предчувствовал прикосновения, заранее воспринимая их враждебно.       – Ох, какое тело. Есть, на что посмотреть. Что потрогать.~       Цзиньсю зашипел от восторга. Юншэн продолжал гордо стоять, вытянувшись по струнке.       – Тренировался. Видно. Следишь за собой.       – Ты хотел определить, человек я или демон, – невозмутимо напомнил Юншэн. – Я готов.       Белио тем временем наклонил банку, держа её двумя руками, и высунул язык. Принюхавшись, он довольно заурчал и начал лакать алкоголь, как котенок из миски. Юншэну показалось это милым и помогло немного расслабиться.       «Здесь все свои.»       Цзиньсю взял его за руку и бережно погладил вдоль вен. Юншэн призвал себя расслабиться, хотя тело бдительно напрягалось от прикосновений.       – Как ты хочешь почувствовать, что я стал демоном? Чем мы... Отличаемся?       – В тебе должно быть больше энергии инь, чем крови. Сосуд для энергии инь. Изменения в теле... Определенного характера.       – Какого?..       – Ускоренная регенерация, быстрая сворачиваемость крови, устойчивость к ядам. Некоторые другие тесты. Кроме того, способность сосуда самостоятельно вырабатывать энергию инь.       Цзиньсю начал осматривать его руку.       – Ничего себе энергия инь... – поразился лекарь. – Такая покорная и спокойная. Впервые такое вижу. Течёт по одним венам с ци! Поразительно!       Цзиньсю царапнул его, чтобы проверить регенерацию. Кожа тут же восстановилась.       – Регенерация есть. Видоизменения тела – есть.       Он скользнул за спину волку и коснулся позвоночника. Тело Юншэна покрылось мурашками       – Наблюдается враждебность к прикосновениям, но цельность организма вызывает восхищение.  Тело приняло чужой хвост. Владыка поразителен. Он смог соединить столь разные материи!       Цзиньсю продолжал гладить Юншэна вдоль позвоночника. Волк напрягся. Спина была его больным местом – как-никак, однажды он лишился возможности ходить, но раз это было необходимо, он позволял себя щупать. Прикосновения к копчику воспринимались особенно враждебно. Юншэн невольно зарычал, но Цзиньсю не убрал руки.       – Энергия инь течет вдоль всего тела. Тело осталось человеческим, но переняло демонические способности. Как интересно. Энергия инь гармонирует с ци... Раз течет по одним венам, то нашло свой приют в ядре? Хм...       Хвост змея пополз к животу волка, обхватив его ноги. Он желал стиснуть его, обвив собой, чтобы прочувствовать самой чувствительной частью змеиного тела, но Юншэн вдруг перехватил его хвост, не позволяя заползти выше бёдер.       – Нет.       – Нет? – удивился змей.       – Ядро осматривать не позволю.       Волк принципиально нахмурился. Он знал, что искорка Су Юна живёт и прячется именно там. Её образ – в глубинах души, её физическое воплощение – в центре ядра. Он не хотел, чтобы кто-либо из демонов знал об искре. Илин несколько раз проверял его ядро и не нашел Су Юна, но нельзя было рисковать. Это его тайна. Его последняя искорка. Кто знает, что сделают демоны, если узнают о ней? Нельзя рисковать. Да и само ядро вылечил Су Юн. Это его плоть, его подарок. Он не мог позволить его касаться. Никому.       – Не ты ли говорил, что готов доказать? – поддел его Белио. Он посмотрел на волка враждебно, ведь прежде всего старался именно ради него. Белио был демоном слова и ненавидел, когда чужие слова оказывались просто трёпом. Юншэн был точно таким же, именно поэтому он прекрасно понимал его чувства.       – Я никому не позволяю касаться своего ядра. Это слишком личное.       – Слишком личное... Ты стал демоническим принцем и хочешь народного признания, но не готов переступить через «личное»? – Белио нахмурился. – В таком случае, ты точно не достоин быть сыном владыки.       Цзиньсю зашишикал.       – Успокойся. Все в порядке. Я и так чувствую, что его сосуд энергии инь работает хорошо. У волка отличный самоконтроль.       Юншэн отпустил его руку, поджав уши. Он понимал упрёки Белио и знал, как выглядит в его глазах, но ему было все равно, ведь он защищал Су Юна. Знал, что делает все правильно.       – Сейчас проведу ещё несколько проверок. Стой смирно и отвечай честно.       Следующие две палочки благовония Цзиньсю проверял способности Юншэна – обоняние, зрение, слух, выносливость, силу, способность управлять энергией инь и ци, переваривать еду с помощью магии (что Юншэну удалось впервые) и даже его устойчивость к ядам. Юншэн осмелился выпить яд кобры, но не позволил коснуться своего ядра. Он был абсолютно безрассуден и смог перебороть влияние яда так же, как влияние остроты, хотя чувствовал он себя после этого так, словно из него выжали все соки.       В конце длительного осмотра змей остался крайне доволен тем, как развлёкся.       – Что ж. Ши-ши-ши! Что могу сказать, ты очень интересный экземпляр. Пахнешь чудесно, выглядишь прелестно. Ты не человек – это точно. Ты совершенно определенно демон, причем немалого могущества. Поздравляю! Можешь сказать об этом совету Клинков.       Белио сидел в обнимку с опустевшей банкой. Взгляд его оставался трезв. Видимо, алкоголь на демонов тоже влиял иначе – как и действию яда, они могли сопротивляться опьянению и подавлять симптомы, наслаждаясь лишь лучшей частью удовольствия от выпивки.       – Совету нужно твое слово, Цзиньсю, – холодно заметил Белый Демон. – Если об этом скажу я, они решат, что это ничто иное, кроме как следование воле Илина.       – Они же знают, как пахнет правда. В чем проблема? – прищурился змей. – Или ты не хочешь защищать волчонка сам?       Белио нахмурился.       – Дело не в этом. Совет должен видеть сомнения не только во мне. И... Я презираю существование волка. Если я вдруг начну его защищать, это будет странно, но ты сам тянешься к нему. Отрицать не советую.       – Ши-ши-ши, Шушу снова болтает? Ооо, уверяю, это исключительно научный интерес. ~       – Ты уже показал на пиру, что не против Юншэна. Вы с Лекхо. Мне не нужно говорить с твоей сестрой, чтобы делать выводы.       Цзиньсю невозмутимо развел руками.       – Слово владыки – закон. В том моя верность. Но открыто ссориться с ними... Нет. Я оставлю это при себе.       Белио оскалился и вскочил.       – Ты невыносим!       – Я просто знаю правила игры. Примкнешь к тем, кто в меньшинстве, сам станешь посмешищем.       – Когда тебя это волновало?       – О, изволь! Я знаю, что делаю. Победа нужна с возвращением Илина. Сейчас раскрывать карты – всё равно, что сверкнуть козырем и дать себя обыграть. Илина не будет неделю... Может, месяц. Но когда он вернётся, тут разразится соперничество за его внимание. Вот тогда и нужно применять козыри.       – Так ты хочешь использовать волка, чтобы приблизиться к владыке? – разозлился Белио.       Белио это разозлило гораздо сильнее, чем должно было.       – Ши-ши-ши, твоё стремление сделать лучше – твое проклятье. Хочешь биться с цунами – сражайся с непокорными волнами, а как по мне – слухам надо позволить прижиться и улечься, чтобы нанести упреждающий удар. Волк либо подтолкнет их к ненависти, либо заставит задуматься. Вот тогда на стол кидается козырь.       Белио сморщил нос.       – Зачем тянуть, если можно сразу осадить ненужные слухи?       Юншэн следил за их спором и невольно принял позицию змея.       – Цзиньсю прав. Даже если открыто сказать им правду, скорее всего, они просто исказят её, не услышат, решат, что это какая-то уловка. Когда люди в чем-то уверены, переубедить толпу практически невозможно. Убеждения демонов ещё крепче. Это должно осесть в голове. Даже я сам... Долго принимал то, что со мной случилось. Стать темным принцем – осознанное решение, которое я обрёл, пройдя через сомнения и боль. Иначе быть не может. И ответственность за это должна быть на мне. Было бы здорово просто проснуться любимым всеми, но я понимаю свое положение. И я буду бороться, доказывая, кто я есть всем этим демонам, даже если на это уйдут годы.       Юншэн звучал решительно и уверенно.       Белио обречённо вздохнул.       – Делай, что хочешь. Я умываю лапы.       Белый Демон с грохотом поставил банку на стол.       – Оставляю волка тебе. Вечером заберу. Научи его всему необходимому и постарайся его не убить.       Цзиньсю игриво подмигнул.       – О, ты можешь на меня положиться, не беспокойся. Волк в надёжном хвосте.~       Юншэна невольно передёрнуло от этой фразы, но он был настроен решительно.       – Я хочу помочь демоническому роду!       – Конечно. Сегодня у нас как раз есть очень интересный случай. Ши-ши-ши.~       Звучало… Многообещающе.