Инь и Ян: Слёзы на белых ресницах

      Лапша навевала на приятные мысли. Юншэн вспоминал прошлое... Су Юн любил готовить лапшу. Всегда с улыбкой наблюдал за тем, как возлюбленный кушает, и улыбался, радуясь, что его огоньку вкусно и нравится то, что он приготовил. А как же здорово было проводить время вместе! Готовить, накрывать на стол, кормить друг друга с палочек… Это было чудесное время, в которое Юншэн отчаянно хотел вернуться… Но, к сожалению, не мог.       Волк провалился глубоко внутрь себя, не реагируя на то, что происходит вокруг, думая и о настоящем, и о будущем. Цзиньсю ненадолго оставил его наедине со своими размышлениями и бесстыдно флиртовал с господином Ли. Енот кокетливо хихикал и угостил змея вином за счет заведения. Остальные посетители смотрели на змея завистливо и недовольно. Цзиньсю, в своей коронной манере, просто показал им язык и во всю наслаждался жизнью.       Вкусная еда и укромная атмосфера лапшичной помогли Юншэну встряхнуться и отойти от произошедшего в доме Горана. Он восстановил силы после операции, высушившей его эмоционально и физически, и был готов продолжить путь... Только вот Цзиньсю никуда не торопился. Змей явно считал, что его обход на сегодня окончен и заказывал одну пиалу вина за другой.       – Господин Цзиньсю, нам пора...       Волк доел и видел, что Цзиньсю тоже покончил с угощением. Смысла оставаться здесь и дальше не было, и Юншэн решил дать понять, что он в порядке, что готов продолжать. Змей, в отличие от ученика, совершенно не хотел уходить.       – Куда пора? Ши-ши-ши! Ты куда-то спешишь?       – Нет, но...       Он замялся, чувствуя, что им не стоит задерживаться. Мало того, что на них пялились, так ещё и где-то в городе могли ждать подопечные Цзиньсю.       – Белио сказал тебе провести со мной целый день, – напомнил змей с пьяной улыбкой. – Какая разница, чем ты будешь заниматься?       – Но обход ведь не закончен. Вас ждут подопечные. А ещё Вы обещали научить меня плести нити...       – Ооо. Ши-ши-ши! Какая тяга к знаниям! Брось, тебе это никогда не пригодится.       – Я не могу этого знать. Я бы хотел...       – А я бы хотел от души повеселиться! Юхууу!       Змей ритмичными движениями танца начал заигрывать плечами и пополз к посетительнице, что сидела рядом. Он был не сильно разборчив и клеился ко всем подряд.        «Может, он хочет, чтобы я тоже завел знакомства тут? Расслабься и просто будь своим, Юншэн... Лунная Арасия – твой новый дом.»       – Господин Ли.       Юншэн преодолел внутреннюю тревожность и обратился к хозяину лапшичной. Енот вздрогнул и насторожено сжал кусок ткани, которым намывал прилавок.       – Хотите сделать заказ?       Господин Ли сжался и замер, совершенно не зная, чего ожидать от тёмного принца. В его глазах был ужас. Юншэн улыбнулся, чтобы показать свои светлые намерения, а затем указал на змея.       – Нет-нет. Я сытно поел, спасибо. Просто хотел спросить… Господин Цзиньсю всегда такой?       Хозяин заведения немного успокоился, поняв, что ему не грозит опасность, а от блюда принц в восторге.       – Смотря что Вы имеете под «таким», ваше темнейшество.       Юншэн задумчиво посмотрел на змея, пытаясь понять, как лучше всего назвать то, что он видит.       – Игривый?..       Это было, пожалуй, самое приличное слово, которым можно было описать происходящее.       – Ох, нет. Хотя, может, последнее время это действительно так, – демон задумчиво улыбнулся, глядя на Цзиньсю. – Я знавал его ещё маленьким змеенком. Тогда он был крайне стеснительным малышом. Каждый вечер приходил поесть лапши, потому что это была его единственная радость в жизни.       – Сложно представить, что когда то Цзиньсю был стеснительным, – поразился Юншэн с тёплой улыбкой. Ему нравилось узнавать такие милые факты из жизни своих друзей. Цзиньсю пока не стал его другом, но однажды, быть может, смог бы. По крайней мере, они точно были на одной стороне.       – Великими не становятся сразу, – пожал плечами енот. – Если, конечно, тебя не воплощают ручным клинком или принцем. Там судьба предопределена.       В голосе Ли послышался еле заметный упрёк. Юншэн всем телом ощущал, что он не нравится хозяину заведения, пусть тот и сдерживал себя, ведя крайне почтительно.       – Даже тем, кто воплощён для великого, приходится пройти свой путь. Научиться соответствовать возложенным ожиданиям, справляться с любой трудностью. Чем больше силы, тем больше ответственности.       Господин Ли посмотрел на него как-то иначе, более вдумчиво.       – Так-то оно так, – неохотно признал енот. – Но тем, кому приходится добиваться всего с нуля, всегда тяжелее. Вы не местный, Вам тяжело понять нашу тягу к веселью. Когда живёшь в абсолютном кошмаре, когда не знаешь, настанет ли завтра, проснешься ты или что-то другое в тебе... От этого устаешь. Боли становится слишком много. Кто веселится громче всех, тот сильнее несчастен.       – Вы полагаете, что господин Цзиньсю несчастный? Как по мне, он очень даже бодрый. Ему, несомненно, тяжело, но у него есть любимый муж. Есть на кого опереться. Титул при дворе владыки, дело и цель… Мне кажется, у него достойная жизнь, и в ней он по-настоящему счастлив.       – Лекхо спас его из очень глубокого мрака, – задумчиво произнес господин Ли. – Без него Цзиньсю бы пропал. Сейчас он храбрится, но он тяжело пережил людской отказ. Это почти сломало его. Не всем везёт с внешностью, но с уродством приходится мириться. Тело каждого демона имеет уникальные особенности. Другими мы не будем. Можем только принимать друг друга такими, какие мы есть. Это просто. А вот принять то, что ты уродлив в глазах других… Что тебя считают монстром… Это страшно.       – Господин Цзиньсю совсем не уродлив, – возразил Юншэн. – У него красивое лицо. И чешуя. Может, он не такой, как другие демоны, но в каждом своя красота.       – Говоришь как демон, – задумчиво кивнул господин Ли и налил ему в пиалу вина. Затем поставил рядом ещё одну миску лапши. – Угощаю.       Юншэн тепло улыбнулся. Обычно он бы отказался, ведь вел себя просто невыносимо, когда пьян, но от радушного угощения отказываться не хотел.       – Спасибо, господин Ли. Вы очень добры.       Волк сделал глоток и почувствовал приторную сладость. Обычно демоны отдавали предпочтение острому и кислому, но с вином всё было иначе. Оно оказалось слишком сладким.       – Хорошее, – на выдохе похвалил Юншэн.       – Рад угодить Вам, наследный принц.       Господин Ли произносил это с прежней настороженностью, но по крайней мере не визжал и не отрицал статус принца. Юншэн сделал ещё глоток и почувствовал, что у него кружится голова. Вино оказалось на редкость крепким. «Нет, нет, нет... Держись в сознании. И, Су Юна ради, не делай глупостей!»       – А пьёшь, как человек, – захохотали демоны, сидевшие на краю стола.       – Ой, нет, это только я такой, – рассмеялся Юншэн. Вышло громче, чем он хотел, потому смущённо прикрыл рот рукой. – Есть мастера, которых невозможно перепить.       – Пфф!       – Ерунда!       Юншэна подняли на смех. Демоны восприняли его слова как наивный лепет.       – Правда! – волк позволил себе вести себя более раскрепощенно. Более доверчиво. – У меня был один учитель. Поразительный человек: пил всю ночь, а на утро проводил занятия и даже сражался.       – А мы можем пить пять ночей подряд!       – Да даже двадцать!       Юншэн покраснел, поняв, что демонов не впечатлить.       – Что ж, вы бы точно перепили моего учителя, – с легкой улыбкой признал волк. – Он бы пять ночей никак не выдержал, а уж тем более двадцать.       – То-то же! – восторжествовали демоны быстрой победе.       – Да люди никуда не годятся!       – Да, да! Совсем пить не умеют!       На этом, стукнувшись пиалами, демоны осушили сосуды до дна и попросили у господина Ли добавки.       Юншэн смотрел на них с улыбкой. Он смог расслабиться – то ли благодаря вину, то ли благодаря лёгкости, которая появилась в разговоре с теми, кто считал его чужаком.       «Пока демоны едят, они не нападают. Это отличная возможность с ними подружиться. Просто говорить...»       Юншэн почувствовал, что он близок к ответу, и выпил ещё глоток вина. Голова закружилась сильнее, но волк позволил себе ненадолго погрузиться в спокойствие, что несло отсутствие мыслей. Энергию инь он держал под контролем, своё поведение – тоже, разве что покраснел и раздобрел, палочками цепляя лапшу и посасывая её. Соус попал на щеку. Волк вытер его запястьем и продолжил потягивать рисовые макароны, виляя хвостом от удовольствия.        «Как же вкусно есть в компании. В компании...»       Юншэн обернулся и обнаружил, что Цзиньсю обнимается с той красоткой, к которой пристал пару минут назад. Он уже полностью пересел на её место, усадил себе на хвост и обвил собой, возбуждённо шишикая. Юншэн отвернулся, не желая нарушать их уединение, и продолжил потягивать лапшу.       – Ваши сыновья очень вкусно готовят, господин Ли, – мягко произнес Юншэн, искренне наслаждаясь едой.       – Мне все это говорят, – гордо произнес енот.       – Вы истинный мастер, раз смогли так хорошо обучить их.       – Похоже на людскую лапшу, а?       Глаза енота заблестели. Он не напрашивался на похвалу, а азартно ждал честного ответа.       – Во многом. Я уже говорил об этом Лекхо – демоны готовят более грубо. Ингредиенты крупно нарезаны, подача блюд несколько... Поспешная. Люди украшают еду и дополнительно приправляют не травами и специями сверху, чтобы добавить необычные нотки вкуса. Например, посыпают кунжутом.       – Ой, да что там этот кунжут! – сморщился енот. В такие моменты господин Ли выглядел таким милым, что Юншэну хотелось его погладить, но волк себя удерживал. – Он и вкуса-то почти не даёт!       – О том и речь. Вроде мелочь, но она незначительно меняет вкус. А когда таких мелочей много, они кардинально влияют на вкус блюда, придают ему изюминку. Когда знаешь, какие нотки вкуса могут раскрыться в лапше, понимаешь, что чего-то не хватает – того самого простого «секретного» ингредиента, что поставит точку во вкусе блюда и заставит мечтать о нём вновь и вновь, вспоминать и возвращаться именно в Вашу лапшичную, ведь нигде в другом месте такого уже не будет.       Господин Ли задумался об этом.       – Мелочи важны... Хм...       – Я бы мог написать вам рецепт, как готовят такое блюдо у меня до... – Юншэн осёк себя, вспомнив лицо разгневанного отца, и поджал хвост. – У меня на родине. Не так остро, но просто иначе. Может, вам пришлось бы по вкусу.       – Ооо, уроки от наследного принца? – захихикал змей, включившись в разговор. – Приберег бы для Лекхо! Было бы тайной техникой дворца владыки!       Пусть Цзиньсю и развлекался по полной, но интересы мужа всегда стояли для него выше игр. Енот стукнул его луком порей.       – Моей лапшичной тоже не помешал бы уникальный рецепт! Пиши!       Господин Ли настроился решительно и сунул волку журнал ведения доходов. Юншэн бегло провел по него взглядом и увидел то, чего не должен был – записи о посетителях, а ещё интересные сплетни, которые господин Ли планировал обменять на деньги. Он записывал все, даже некоторые слова наследного принца! Юншэну, впрочем, стыдиться было нечего. Он взял кисточку, обмакнул ее в тушь и вывел несколько иероглифов, записывая рецепт на чистой странице.       Демоны, обедавшие в лапшичной, неотрывно следили за ним и шушукались:       – А рука-то не дрожит! Хоть и красный весь! Видать, есть какое-то мастерство у нашего принца!       – Да брось, какой из него принц?       – Цыц!       – Да что мне сделается? Я ем!       Демоны чувствовали себя в полной безопасности во время трапезы. Юншэн и правда не обратил на их никакого внимания, сосредоточившись на том, чтобы верно передать все точности фамильного рецепта. Его почерк отличался каллиграфией и аристократическим благородством.       Увидев, как ровно пишет принц, господин Ли воодушевленно завилял хвостом, жадно облизнулся и подсунул ему стопку чистых листов.       – Пиши тут!       Юншэн вопросительно посмотрел на хозяина лавки.       – Переписать рецепт?       – Нет. Меню. Пиши.       Енот будто командовал, но в его нежном голоске сквозила просьба. Юншэн улыбнулся и не стал отказывать.       – Хорошо. Сделать оформление?       – А ты сможешь? – ахнул енот.       – Простенькое. Рисую я хуже, чем пишу, но кое-чему научился. У меня был прекрасный учитель рисования.       Юншэн с любовью вспоминал о Су Юне. Как же тесно были переплетены их судьбы! В каждом знаке, каждом дне, каждом деянии юный лекарь оставил свой след. Когда он делал что-то, что прежде они делали вместе, он чувствовал, что вновь разделяет мгновение со своей искоркой. Что всё это... Это было не зря и всё ещё происходит между ними, пусть его больше нет. Их связь все ещё была крепкой. Пусть все нити судьбы оборваны, пусть от Су Юна не осталось ничего, кроме искры, они все равно были вместе и продолжали всё делать вместе.        «Давай нарисуем красивые цветы? Ты любил их. А ещё ты рисовал везде котиков. С тех пор, как мы приютили ту очаровательную малышку, что разродилась в нашей корзинке. Даже Тэй взял себе котенка. Мы так трепетно раздавали их, а ты рисовал портреты котиков, чтобы мы быстрее нашли им дом. Так и удалось пристроить всех-всех. Благодаря тебе. Ты так много сделал...»       С кончика кисти капнула тушь, оставив кляксу на бумаге. Юншэн опомнился от давящего чувства скорби и ловко превратил пятно в одуванчик.       «Сосредоточься! Ты здесь не для себя. Ты – принц, что помогает своему народу.»       Юншэн взялся за дело серьёзно. Он начал переписывать меню, выводя иероглифы ровно и опрятно. Демоны никогда не видели таких красивых символов и старались не дышать на Юншэна, чтобы он продолжал творить чудеса на бумаге. Они были уверены, что это не иначе, как магия, ведь не может существовать ничего настолько прекрасного без неё. А это они ещё почерк Су Юна не видели!       Юншэну хватало упорства и концентрации на то, чтобы щепетильно работать над текстом. Демоны поражались его терпению: любой бы уже плюнул, но Юншэн писал страницу за страницей с вдумчивой концентрацией, не прерываясь и не отвлекаясь. А ведь он выпил! Такой серьёзный поступок действительно вызывал уважение у демонов. Волк это почувствовал.       «Вот так. Спас сосуд уважаемого воина – ты мерзавец и подлец. Нарисовал пару страниц с меню для уличной лапшичной – ты герой. Главное в простом, да?..»       Господин Ли ахал и охал каждый раз, когда брал новый лист в руки. Его пальцы дрожали так, словно ему доверили величайшую ценность, и он с трепетом чах над ней.       – Я поставлю это в рамку! Буду передавать из поколения в поколение! Пусть все знают, что сам наследный принц написал это для нас!       Неожиданно в голосе енота зазвучала гордость. Юншэн смутился и подумал, что обычным демонам совсем не нужна сверхгеройская помощь. Они рады и мелочам, ведь именно из мелочей и состоит жизнь. Это было мудростью этого вечера: что в кулинарии, что в общении.        «Всё в сущности так же, как с людьми. Я и правда был слишком напряжен.»       – Пусть новое меню служит вам долго, а если с ним что-то приключится, вы всегда можете попросить меня о помощи, – с мягкой улыбкой произнес Юншэн, протягивая последний лист.       – Спасибо! – радостно воскликнул хозяин лавки и подполз ближе. – Но Вы, Ваше Прямолапие, лучше на всякий случай напишите ещё одно!       Господин Ли подсунул ему ещё несколько листов бумаги. Юншэн искренне удивлялся, откуда енот её берет. Вот же фокусник!       Волк не отказал в просьбе и терпеливо продолжил писать.       Прошло уже с три палочки благовония, а работа продолжалась. Цзиньсю собрал вокруг себя гарем из трёх девиц лёгкого поведения, заглянувших в лапшичную, и, кажется, забыл про ученика. Демоны притихли, уделив своё внимание вину и байцзю. Лишь господин Ли, когда у него выдавалась свободная минута, подходил к принцу и любопытно посматривал, как тот работает.       – А как Вы оказались в компании Цзиньсю, Темнейший Принц? – поинтересовался господин Ли.       – Сегодня я учусь у него лекарскому искусству.       – Ах, учитесь.       Енот лукаво улыбнулся. Юншэн осознавал плачевность всей ситуации, украдкой поглядывая на выдающегося учителя.       – А Цзиньсю всегда был лекарем? Я имею в виду... Его создали для этого или он отыскал в себе талант?       – Ох, – господин Ли опустил взгляд. – Насколько я знаю, он был создан минутной слабостью. Родители не стали брать за него ответственность. Его приютила Йинши – наша плотница, но когда с ней случилось несчастье... И никто не смог помочь... Цзиньсю начал изучать способы восстановления сосуда. Когда я познакомился с ним, он уже был сиротой, а Йинши не было вот как несколько зим. В его глазах осела пустота.       Цзиньсю стукнул по столу. Все обернулись на него, почувствовав его недовольство. Должно быть, тема все ещё была болезненной, а воспоминания причиняли боль.       Демоны затихли, ожидая, что Цзиньсю сейчас рявкнет или начнет изливать душу, вспоминая прошлое. Многим было любопытно, что тогда случилось, но Цзиньсю выбрался из любовного плена и подполз к Юншэну.       – Пойдем веселиться! – бодро воскликнул он, поразив всех своей непосредственностью и непредсказуемостью.       Волк изумлённо заморгал, совершенно его не понимания.       – Веселиться?.. Как? Куда?.. Господин Цзиньсю, мы ведь должны делать обход…       – Вот мы и обойдём! Все бордели, ха-ха-ха!       В его веселье впервые чувствовалось что-то неискреннее. Он смеялся, но просто потому что находил свою шутку смешной.       – Мы задели Ваши болезненные воспоминания? – виновато спросил волк. – Простите, мы не хотели...       – Я знаю один замечательный бордель! Тебе понравится!       – Не понравится мне!       – Пошли!!!       Цзиньсю прикрикнул, давая понять, что им немедленно нужно уйти. Бордель – лишь предлог, чтобы поскорее увести Юншэна от болтливого Ли, что беззастенчиво рассказывал о тайнах змея... Ещё и совершенно бесплатно!       Юншэн не дал утянуть себя за руку, нахмурившись. Он не мог уйти так резко и без прощания. Бережно сложил листы и вернул их господину Ли.       – Спасибо за угощение. К сожалению, нам пора идти, но я вернусь, чтобы дописать.       – Вы так добры, наследный принц. Мы рады Вам в любое время! Приходите.       Господин Ли поклонился, и это казалось достаточно искренним. Он смог потеплеть к Юншэну, хотя другие не спешили менять свое мнение. Впрочем, они были слишком заняты едой, чтобы серьёзно размышлять о судьбе принца.       – Берегите себя.       Простившись, Юншэн последовал за Цзиньсю, что уже ждал по другую сторону тканевых занавесов и нервно грыз перчики.       – Учитель...       – Пошли веселиться!       – Учитель.       Юншэн окликнул его, пытаясь привести в чувства.       – Смотри, прямо там!       – Тебе совсем не нужен бордель, чтобы веселиться. Что случилось?       Цзиньсю не смотрел на него. Юншэн не использовал способности, чтобы прочитать его. Он и так догадывался, в чём причина его поведения.       – С Вашим учителем случилось большое горе... Я сочувствую Вам. И если Вы не хотите, чтобы я знал, если Вам тяжело говорить об этом, я больше не буду этим интересоваться и никогда ни у кого не спрошу. Это было… Грубо с моей стороны. Спрашивать о тебе у других. Я не мог подумать, что Ли станет делиться секретами твоего прошлого.       Волк виновато поклонился.       – Её придавило, – сказал Цзиньсю, отведя взгляд. – Здание рухнуло. Когда Йинши раскопали, она была ещё жива, но один из осколков пронзил её сосуд. Обычно демон смог бы восстановиться в такой ситуации, но другие травмы не дали ей шанса. Она умерла в муках. У меня на руках. Я был беспомощен что-то сделать с поэтому... Всё обернулось так, как есть.       – Мне жаль, – скорбно прошептал Юншэн.       – Может, оно и к лучшему. Её смерть подарила жизнь многим. Если бы я не пережил это, то не стал бы лекарем и не помог бы тем, кому помог. Тому же Горану, что без мозгов творит глупости, а потом удивляется, чего это у него в ядре дыра.       – Тебе подходит быть лекарем, – мягко произнес Юншэн. – Ты скрываешь это, но у тебя доброе сердце.       Цзиньсю смутился и гордо задрал голову.       – Конечно подходит! Ведь я великий мастер! Даже боги не знают того, что знаю я! А я знаю все бордели в округе! И мы идём вооон туда!       Змея пьяно качнуло. Он улыбнулся и втянул руку. И вдруг... Из-за спины почувствовалась знакомая аура, а затем и громкий, раздраженный рык:       – Чем вы тут заняты?!       – Белио?       Юншэн обернулся, но не успел он это сделать, как Первый Клинок уже стукнул его по макушке.       – Развлекаетесь?! Я чем сказал заниматься?!       Белый Демон был в гневе.       – Нет-нет, всё не так! – попытался оправдаться Юншэн.       Белио принюхался и учуял запах алкоголя, витавший вокруг обоих.       – Пффф. Так я тебе и поверил. Ещё принц называется. Обманщик и тунеядец.       – Нет, мы…       Цзиньсю не упустил возможности подколоть Белого Демона. Он прервал оправдания Юншэна на полуслове, загородив его собой.       – А ты что тут делаешь? Забываешься с девчонками, пока хозяин далеко?~ Ищешь себе сладкую замену на пару жарких ночей?~       – Я тебя сейчас!!!!       Белио взбесился и был готов наброситься на Цзиньсю. Энергия инь разбушевалась в венах Белого Демона. Его, к счастью, удержал Лю Вэй, обхватив за талию.       – Не надо!       – Ещё как надо!!! – зло рычал Белио, раскачивая ногами и пытаясь дотянуться до змея, что издевательски показывал ему язык.       – Цзиньсю правда учил...       – О, да. Я учил. Как раз показывал малышу самые важные точки обхода.~       Белио с трудом задавил в себе энергию инь.       – Замолчи!       Белио схватил Юншэна за шкирку, чтобы потащить за собой. Когда осознал, что все шуйюй алого квартала на них смотрят, покраснел и отпустил.       – Пошли. У Цзиньсю ты больше учиться не будешь.       – Но...       – Я сказал нет.       Белио был слишком зол, чтобы ему можно было что-то доказать. Цзиньсю фыркнул и пополз к борделю, не изъявив желания попрощаться. Юншэн застыл меж двух огней. Ему казалось совершенно неправильным бросать пьяного Цзиньсю в растрёпанных чувствах, но и против слова Белио идти не хотелось. Цзиньсю шутил, что Белио ему не нянька, чтобы слушаться, но он казался ему самым близким демоном при дворе Илина, так что Юншэн оторопел и не знал, как лучше поступить.       – Спасибо за уроки, учитель!       Он решил хотя бы попрощаться. Цзиньсю обернулся и зашишикал.       – Приходи. Белио скоро смоется к пограничью, я тебя многому научу!~       Белио метнул в него магический импульс. Цзиньсю пьяно расмеялся и увернулся, поползя прочь.       – Хватит с тебя сегодня, – приказным тоном гаркнул Белио. – Домой.       Юншэну не нравилось, как Белио говорил с ним.       – Не приказывай мне.       – Это не приказ. Ты уже довольно натворил, позорище.       – Я ещё не начинал...       – Совсем мозгов нет! – зло прорычал Белио.       Юншэн не знал, из-за чего Белио так злится, но решил последовать за ним без вопросов, чтобы не позорить их ещё больше. Прилюдные разборки повредили его репутации лишь больше.       – Всё не так плохо, – заверил Юншэн.       Белио устало вздохнул.       – Так и знал, что нельзя тебя в город отпускать! Горе илиново. Завтра весь день проведешь со мной! Буду учить тебя уму-разуму.       Это звучало практически как угроза.