Инь и Ян: Слёзы на белых ресницах

      Белио был безжалостен. Он предупреждал об этом Юншэна, но волк и предположить себе не мог, что Белый Демон обернется белой погибелью. Глаза волка едва улавливали молниеносные движения Белио. Его удары были такой силы, что легко ломали энергетическую броню и даже кости. Белио не жалел своего ученика.       Юншэн вынужденно брал перерывы, чтобы восстановить раненные конечности концентрированной демонической регенерацией, после чего учитель и ученик продолжали безжалостную схватку. Волк не боялся боли. Каждый полученный удар он принимал, как урок, и, обостряя все инстинкты, впитывая ауру древних знаний предков, вновь и вновь бесстрашно пытался заблокировать удары, которые с трудом можно было увидеть, а выстоять против которых казалось невозможным испытанием… Но Юншэн не знал слово «невозможно». Непокорный, упрямый, пламенный сердцем, он вновь и вновь вставал в боевые позы и искал свой ответ, чувствовал на себе смертоносность демонических атак, привыкал к поведению демонической энергии, дикости и скорости, к собственному телу, улучшенному обострению реакции и восприятию пространства, а также мокрому хвосту, что постепенно обретал баланс с остальным телом и становился более понятным в выявляемых закономерностях.       Несмотря на уверенность Белого Демона в том, что принц абсолютно бесполезен и ни на что не годен, Юншэн вставал всякий раз, когда получал ранение, и даже пропускал стадии лечения, чувствуя, что он близок к ответу. Белио был изумлен тому, какой отпор давал ему сын владыки. Честно говоря, он думал, что Юншэн не сможет даже увидеть атаки, не то, чтобы так храбро бросаться под них с чудными защитными приёмами, но с первых минут тренировки Юншэн верно подставлял руки для блока, просто не мог подчинить себе силу демона. Он пробовал разные комбинации защитных техник, стремительно уклонялся от атак, которые не мог заблокировать и выдерживал темп Белио. Это поразило Белого Защитника, ведь он и правда не сдерживался. А Юншэн... Он сопротивлялся. Сквозь кровь и боль, он каждый раз придумывал что-то новое и удивлял Белого Демона очередными рискованными попытками. Принц не просто так получил своё место при дворе владыки – теперь Белио это осознал. Юншэн имел огромный потенциал, но пока ещё не свыкся жить в новом теле и использовать новые способности. Чтобы познать себя заново волку нужны были годы практики, но то, что он уже умел, позволяло ему стоять в бою против Белого Демона – Первого Клинка Илина. Одного из сильнейших созданий вселенной.       Незаметно для обоих тренировка затянулась до поздней ночи. Белио через боль преподавал Юншэну то, чего ему не хватало, и всего за один день волк сделал огромные успехи, а к концу тренировки и вовсе двигался с Белио на равных. Казалось, должен был устать, но, упрямый, он корректировал движения, старался, учился и становился сильнее, пока наконец не заблокировал атаку демона совершенно безумным способом – он просто перехватил лезвия клинков руками и, укрепив руки энергией инь, подавил выплеск силы Белого Демона. В устойчивой стойке он не сдвинулся, как это бывало во время предыдущих ударов. Он надежно стоял на ногах и, напрягая все мышцы тела, силой держал Белого Демона так, словно это он поймал противника в ловушку и это была ЕГО атака. Белио не отбросил принца, даже на цунь его не сдвинул! Юншэн застыл, как статуя, удерживая оружие и воинственно рыча. Его одичавший взгляд говорил о том, что он готов продолжать, наброситься и растерзать на части, но доброе сердце Юншэна погасило эту ярость, и на смену дикости вернулся щенячий восторг, являвший искреннюю радость светлой души.       – У меня получилось! Получилось!       Он запрыгал на месте, как дитя, не обращая внимания на то, что с рук у него течет кровь.       Белио смотрел на него вопросительно и недоуменно.       – Ты... – бровь его нервно задергалась, а затем демон обреченно выдохнул. – Рычащим и серьёзным ты мне нравился куда больше.       Юншэн в голос рассмеялся, после чего на губах застыла добрая улыбка.       – Прости-прости! Я просто искренне счастлив. Ты достойный соперник. И когда у меня что-то получается, я… Я правда счастлив.       Белио обречено вздохнул. Снова.       – Ты неисправим, – пробурчал он и указал на окровавленные ладони волка. – Зализывай скорей рану.       – И потренируемся ещё?       Рыжий хвост вился за его спиной, как языки пламени. Окрылённый радостью, Юншэн хотел продолжать. Ему было мало, и он готовился сражаться.       – Нет. Достаточно с тебя. Цель тренировки ты выполнил.       Юншэн поджал уши и непокорно замотал головой. Он не готов был прерываться так скоро! Ему ещё так много всего хотелось попробовать! Душа его ярко горела, видя надежду, чувствуя силу. Демоническое тело не знало преград. Юншэн хотел вновь окунуться в море возможностей и биться, чувствуя свободу и азарт боя.       – Но я хочу отработать этот прием! Попробовать новые! Давай ещё разок? Парочку? Мне кажется, я наконец понял!..       – Завтра, – равнодушно произнес Белио, остужая его пыл. – Твоему телу нужно отдохнуть. Демоническая регенерация – естественная способность нашего тела, но если прибегать к ней слишком часто, возникнут последствия. Я не хочу тебя сломать.       – Конечно... Я понимаю это, но я ещё могу!.. Я больше не пропущу ударов! Давай хотя бы до первой крови! Еще немного…       Юншэн никак не сдавался и вился вокруг Белио, виляя хвостом. Он уже высох, но того времени, что он провёл с мокрым, хватило, чтобы начать лучше его понимать. Его движения стали гораздо гармоничнее, хотя волку еще было, над чем работать.       Белио героически терпел энергичное поведение волка, не понимая, откуда у принца столько сил после того, как он гонял его весь день, вечер и половину ночи.       – Раз понимаешь, прекращай сопротивляться, – строго приказал Белый Демон.       Юншэн поджал уши и понял, что Белио прав.       – Я просто азартен в битве, – виновато признал волк, осознав, что вёл себя слишком вольно. – Люблю тренироваться. Скучал по этому чувству… Оно окрыляет.       – Это делает тебя хоть чуточку демоном, – одобрительно произнес Белио. – Тренировка окончена. Возвращайся к себе. Завтра приходи ко мне с оружием. Сегодня тебе его не хватало.       – Я создавал его из ци, – возразил волк.       – Это другое. По тебе видно.       Юншэн смутился. Он действительно видел большую разницу между магическим гуань дао и настоящим. Держать реальное оружие гораздо приятней.       – Ты действительно хорошо чувствуешь меня, – смущенно прошептал принц.       – Ты полыхаешь эмоциями, – хмыкнул Белио. Он по праву считался самым чутким и эмоциональным демоном, так что определить эмоции Юншэна и понять его оказалось проще простого. Особенно после того, как они провели вместе так много времени. – Сложно этого не понять. Тебе нужно настоящее оружие, чтобы показать себя лучше. Но, вынужден признать, для человека ты сражался очень даже неплохо.       Юншэн энергично завилял хвостом. Он не ожидал, что Белио его похвалит, но это было невероятно приятно.       – Завтра я буду стараться ещё усерднее! – энергично воскликнул волк.       – Так сегодня ты сдерживался? – возмущенно нахмурился Белио.       – Нет, но... С гуань дао в руках и правда будет совсем по-другому.       Белио сделал вид, что поверил.       – Утром первым делом сходи к Цзиньсю. Пусть проверит твоё состояние. Наедине оно стабилизировалось, но лучше убедиться, что ты в порядке. И раздобудь себе оружие. Как закончишь свои дела, приходи сюда.       – Ты не пойдешь на завтрак? – удивился Юншэн.       – У меня есть дела завтра утром.       Юншэн хотел об этом спросить, но понял, что Белио не намерен делиться откровениями.       – Хорошо.       «Интересно, как это будет. Демоны вели себя смирно из-за взглядов Белио. Завтра все будет иначе, но я не позволю съесть себя на завтрак.»       – Мне лучше медитировать или спать?       Белио вопросительно выгнул брови, недоуменно уставившись на принца и уже жалея, что решил его похвалить.       – Ты настолько несамостоятельный, что не можешь решить, как провести время в постели?       Юншэну было неловко о таком спрашивать, но он учился быть демоном, поэтому не видел ничего постыдного в том, чтобы спрашивать некоторые вещи. Раз отца поблизости не было, Белио был ему самым близким созданием здесь. Практически… Дядей?       – Моё тело изменилось. Я хочу хорошо о нём позаботиться.       – Хочешь о себе позаботиться – расчеши хвост.       Юншэн вопросительно уставился на Белио, но белый демон не стал ничего пояснять. Он был уверен, что ответил весьма исчерпывающе, после чего спешно простился с принцем и убрал клинки в ножны.       – Дорогу найдешь.       – Да. Спасибо, мастер.       Юншэн низко поклонился и не разгибал спины, пока демон не покинул тренировочный зал. После этого Юншэн свалился на землю от усталости и задышал, как загнанный волк, хрипло порыкивая. Он был рад, что удалось сохранить лицо, но даже для него, способного выдерживать огромные нагрузки, тренировка оказалась слишком тяжелой. С Сьэо легче не будет. Юншэн понимал это.       «Сам на это подписался, так что давай, не рассиживайся,» – строго отчитал он самого себя.       Юншэн заставил себя встать. У него было хорошее настроение после тренировки и, пусть он был вымотан, чувствовал себя уставшим и побитым, он смог насладиться очередным превозмоганием себя.       «Я смог остановить удар Первого Клинка демонической армии! Сильнейшего демона в услужении Илина!»       Юншэн удовлетворённо пожмурился и уже без сомнений лизнул рассеченную ладонь, чтобы ускорить заживление раны. К хорошему быстро привыкаешь. Как бы Юншэн не упрямился, он принимал свою демоническую сущность и уже более уверенно пользовался её особенностями. Всё же, если тело может исцелить себя за мгновения, этим нужно пользоваться.       Белио сказал ложиться отдыхать, но Юншэн не мог унять эмоций. Он радостно размялся перед сном и ещё немного щадяще поупражнялся, выполнив несколько любимых приёмов из клановых техник. Он получал огромное удовольствия, двигаясь в движениях клана Вэй, чувствуя единство со временем и наслаждаясь эстетическим зрелищем убранства Летнего Дворца Драконов. Затем вспомнил, как отец прогнал его прочь, запретив использовать имя клана, и растерянно подумал о том, что ему не следует использовать техники клана, раз он больше... Не Вэй. Эта мысль ударила его под дых, огорчила, но наконец выгнала из тренировочного зала – всякий настрой продолжать безвозвратно развеялся.       «Я вернусь завтра,» – решительно произнес он, оглянувшись на статуи первых Вэев. В сердце защемило от скорби по брату, и он пошел к своим покоям, не встретив на пути слуг.       Тренировка закончилась среди ночи, поэтому Юншэн сразу же лег отдыхать, как только представилась возможность. Перед сном он, следуя совету Белио, вычесал свой хвост и почувствовал, как тело расслабляется.       «Как это работает?»       Юншэн понятия не имел почему, но расчесывание хвоста принесло ему умиротворение и спокойствие. Хорошенько вычесав его, принц свернулся в постели калачиком и решил дать телу полный отдых – поспать. После тяжелого дня уставший, измотанный физически и морально принц заслуживал хороший, крепкий сон. Безопасный покой.       Слова Белио, сказанные с вызовом, подарили волку свободу отпускать энергию инь. Ему стало гораздо легче, когда он перестал постоянно себя контролировать, но это никак не помогло его снам стать хоть чуточку светлее. Юншэн по-прежнему видел только черноту и увязал в ней, ворочаясь в тревоге. Как принц не мог найти себе места среди демонов, так же неуютно ему было в кровати.       Ближе к утру волк обессилено выбрался из сна, словно ползком пережив крупное сражение. За ночь его разум совершенно не отдохнул. Тело – тоже.       «Нужно было медитировать,» – обреченно подумал Юншэн, но было уже поздно.       Утро не было добрым. Принц проснулся с тоскливым, меланхоличным настроением. Мир всё ещё казался враждебным и сложным. Маленькая победа над Белио дарила Юншэну силы, но внутри он был разбит. Не понимал, что происходит с его чутьём, сомневался в своих подозрениях по поводу Сьэо, остро скучал по семье, брату и Су Юну и никак не мог выбросить из головы прошлую жизнь, хотя знал, что прошлого уже никогда не вернуть.       «Я справлюсь, Искорка.»       Все повторялось по кругу. Юншэн молился мёртвому возлюбленному, подносил ему цветы и разжигал в себе пламя, что дарило силы для дальнейшей борьбы. А затем начинался новый день, и нужно было снова брать на себя ответственность принца, пересиливать боль, чужую ненависть и сомнения. Находить в себе силы бороться с волнами, а не тонуть в океане сложностей.       «Я не мог ошибиться, – уверенно подумал Юншэн, приводя в мысли в порядок. – Прямо сейчас пойду к Горану и узнаю.»       Он напомнил себе, что сегодня второй день подготовки к бою с Сьэо и от его успеха зависит репутация другого демона. Ладно собственная! Но и чужая тоже. Это подталкивало принца в спину и придавало мотивации разбираться в сложившейся ситуации.       «Белио говорил, что Сьэо может меняться, показывая разные части себя. Но... Я почувствовал по-другому. Интересно, что скажет об этом Горан? Если они были в конфликте, он мог более явно почувствовать, что с ним происходит. Он может знать гораздо больше, чем сказал мне вчера. Стоит порасспрашивать его получше.»       Юншэн поджал уши. Ему не нравилось то, что он оспаривал чью-то светлость. Ещё пару лет назад он бы вёл себя совершенно иначе – наивно верил, что Сьэо славный парень и, как было с господином Тэем Шу, ни за что не стал бы слушать других. А ведь по поводу генерала Серебряного Дракона предупреждали все, кого он встречал на пути: друзья, знакомые, отец... Даже враги. Ему говорили, что Тэю нельзя доверять, а он говорил всем, что они просто не знают настоящего Тэя. Существовал ли тот Тэй Шу, в которого Лю Вэй верил? Или всё от начало до конца было ложью?       «Я ведь чувствовал… Верил, что всё чувствую верно.»       Мысли об учителе причиняли боль, но он всегда искренне верил, что господин Тэй Шу – хороший человек. Суровый, строптивый, но всё же порядочный и принципиальный, защищающий своих людей и бодрящийся с суровыми обстоятельствами. Как оказалось, он ещё и знал тайну демонов. Единственный хранил её, пытаясь уберечь Илина. Забрал себе культ... Встал в его главе, чтобы убийства тех, кто поддерживает демонов, прекратились, и бесчинства культа – тоже. Юншэн больше не мог его осуждать. Это уже не казалось таким неправильным, как тогда. Он был бы готов признать, что Тэй никакой не злодей... Если бы он не убил его брата. Если бы он не убил его самого, из-за чего Су Юну пришлось пожертвовать собой. Он доверился любимому учителю, как члену семьи, но получил болезненный удар в спину. Больше Юншэн не мог допустить, чтобы невинные создания пострадали из-за его слепой веры. Он повзрослел. Конечно, все ещё вел себя, как наивный простачок – иначе просто не был бы собой, но и не верить чутью просто из надежды в чую-то светлость он не мог. Тем более Белио подтвердил, что Сьэо что-то не так, что он склонен к высокомерию, агрессии, еще и постоянно бывает в Башне Смирения. Вот бы поговорить с Хаораном! Он точно знает больше. Но отец Рэнши настолько его ненавидит, что не скажет ему и слова. Придется разбираться самому.       «Начну с Горана. Он точно даст мне ответы. Белио сегодня не будет на завтраке – это шанс поговорить с Сьэо ещё и раз... Или с другими Клинками.»       Юншэн не боялся встречи с разговоров с ними. Не боялся задавать вопросы, но планировал действовать осторожно. Он не хотел упустить правды. Не хотел жить в иллюзии. Если Сьэо что-то скрывал, он должен был узнать. Волк готов был дать голову на отсечение, доказывая, что рана Горана не была случайностью. Он чувствовал это, как чувствовал, что Сьэо замешен и виновен. Оставалось только доказать.       «Я найду ответ.»       Пламенная решимость придавала принцу силы идти вперёд.