Инь и Ян: Слёзы на белых ресницах

      – Хайоши.       Юншэн услышал женский голос. Интонация наполнила сердце волка теплом. Он знал по себе – так зовут люди, которые тебя любят. Так из глубин сердца звучал нежный голосок Су Юна.       Юншэн обернулся. Он был воином, чья посмертная воля застыла в древнем клинке.       – Дорогая.       Голос Хайоши был взрослым, но мягким. Жители Арасии испокон веков были добросердечными, душевными людьми. Хайоши был человеком чести, верным воином при дворе клана Вэй. Не наследник, но один из чистокровных потомков. Настоящий дракон, завоевавший прозвище Обсидиановый Хвост благодаря своей черной гуань дао и тайной технике, создававшей ощущение, что у воителя за спиной и правда появляется хвост. Высшее искусство. Древняя, утерянная техника. Юншэн познал её, едва оказавшись в воспоминании, словно знал всю жизнь. Он перенял и все воспоминания Хайоши. Всего за мгновение Юншэн узнал, что у воителя есть шестеро детей и верная жена, любящая его нежно и трепетно. Госпожа Сана Вэй всегда ждала мужа к ужину и не ложилась спать, пока он не вернётся домой. В браке с ней Хайоши Вэй был счастлив.       Он знал, что те дни были безмятежными и счастливыми, они полнились спокойствием, благодатью и трудом. В то время вера в богов была неоспоримой, демоны считались величайшим злом. И те, и те жили неизмеримо далеко и не мешали людям жить. Мир людей был самым спокойным местом вселенной, а Арасия – центром любви и душевного тепла. То было доброе время, доживавшее последние секунды благодати и спокойствия. Вот-вот оно должно было рухнуть, рассыпаться, сгореть в огне демонического пламени.       Но пока этого не случилось...       – Как тебе спалось?       Хайоши Вэй подошёл к супруге и нежно поцеловал её в щеку. Женщина зажмурилась от удовольствия и прильнула к любимому мужчине.       – Чудесно.~ Мне снился прекрасный сон.       – Правда? И о чём же он был?       – О том, что мы всегда вместе. Из жизни в жизнь.       – Это не сон. Это правда, – улыбнулся мужчина.       Он поцеловал жену вновь, щекоча щетинистым подбородком ее кожу. Сана звонко рассмеялась и расслабленно обмякла в руках супруга.       – Ненавижу утро.       Хайоши удивлённо посмотрел на супругу.       – Почему?       – По утрам ты всегда уходишь на работу.       Мужчина рассмеялся.       – Ладно тебе.~       – Ничего не ладно! – надула щёки Сана. – Ты уходишь, а я всегда тебя жду.       – Дети не дают тебе заскучать, – с улыбкой заверил воин.       – Нет, но я скучаю вместе с ними. Когда вечереет, они без конца спрашивают у меня: «Когда приедет папа? Ну когда? Когда? Уже сейчас?», а затем вырываются с рук и бегут к двери. Знаешь как сложно уверять эти сияющие, добрые, любящие тебя глазки, что нужно подождать ещё немножко? Суна всегда плачет, если ты не возвращаешься до темноты.       Хайоши счастливо улыбнулся и вновь поцеловал супругу в лоб.       – Я понял.~ Сегодня приду пораньше.       – Ты так каждый раз говоришь, – наигранно изображая обиду, пробурчала Сана.       Ещё один поцелуй убедил её в искренности слов супруга.       – Обещаю. В этот раз точно.       – Мы будем тебя ждать, – улыбнулась женщина, получив своё – обещание, которое супруг ни за что не нарушит, и на этот раз поцеловала мужа сама. – Вечером приготовлю утку с лапшой.       – С апельсиновым соком? – мечтательно уточнил Хайоши.       – Да.~ Но учти, я не буду морить детей голодом. Мы приступим к еде сразу, как тарелки будут наполнены ужином.       – Тогда я просто обязан успеть, пока не остыло.~       – Ты должен прийти до того, как я накрою на стол!       Сана Вэй ласково нажала на кончик носа супруга и выпустила его из объятий.       – Иди. Поскорее уйдешь – поскорее вернёшься, да?       – Сегодня правда пораньше.       Произнося это слова, Обсидиановый Хвост не знал, что выполнит это обещание совсем не так, как это было задумано.       Клан назначил Хайоши патрульным. Каждый день вместе с напарником – своим троюродным братом – он обходил территории по кромке леса. Работа была спокойной и порой даже скучной – в Солнечной Арасии никогда не было происшествий, но территории все равно бдительно охраняли, чтобы хранить покой провинции и дальше. Воины следовали привычному маршруту, но время от времени петляли иными тропами – чтобы разнообразить мелькающие вокруг пейзажи и обследовать разные участки окрестных лесов. Они забрели далеко... Но в тот день демоны напали не с запада, а востока, и весть о нападении донеслась до братьев тревожным магическим выплеском.       Воины переглянулись, услышав зов главы клана, призывающий всех вернуться на защиту города, опешили, не понимая, что могло приключиться, но тут же развернулись и, вложив ци в ноги, помчались в город...       Демоническая угроза охватила Лунную Арасию, как пожар. Город не был готов к тому, что яростная демоническая армия вырвется из глубин демонического мира, что она, охваченная божественным безумием, волной гнева пронесется по мирному городу. Тогда демоны напали впервые. Тогда никто не ведал способов побороть чудовищ. Тогда никто не знал, что такое битва с энергией инь.       Все драконы стянулись на защиту родного края. Они выстроились надёжной стеной, желая уберечь дом, но безумие демонов, их ярость была настолько сильной, что напор армии напоминал лесной пожар, цунами, шторм, извержение вулкана – самые разрушительные стихийные бедствия. За считанные секунды первая выстроившая оборона была прорвана, а в городе начался чёрный пожар.       Дом Хайоши стоял на окраине.       Когда воин добрался до города, демоны уже крушили город. В порту воцарился сущий хаос – дети и взрослые кричали, волны выбрасывали на алый берег трупы. Кровь брызгами залила весь город. Люди продолжали погибать. Стражи сражались доблестно, но демонов было больше. Они впали в безумие. Их было не остановить. Даже самые доблестные заклинатели погибали в резне. Смертоносные заклинания демонов крушили дома, погребая под завалами детей и домашних животных. Злоба демонов влекла их уничтожать всё и всех. Абсолютно всех! И неважно, дети это, взрослые, животные... Демоны изничтожали любую жизнь. В бой их вел нововоцарившийся полководец Илин. Подле хозяина браво сражался Белио. Все остальные воины неслись следом, безумно хохоча, рыча, упиваясь кровью…       Это была ужасная битва. Людские заклинатели героически держались, но противник, атаковавший из ниоткуда, многократно превосходящий в силе, мял любую защиту.       Хайоши бегло осмотрел взглядом полыхающий город. Сердце отбило два удара, и он осознал, что район, где живёт его семья, уже объял бой. Где-то вдалеке кричал командир, призывающий всех собраться для защиты главной площади, но Хайоши бросился прямиком к своему дому, по пути вступая в бой со всеми тварями, что попадались ему на пути. Он видел демонов ужасными монстрами и жгуче ненавидел их уродливые лица.       Помогая жителям города, Обсидиановый Хвост без конца торопил себя, пытаясь добраться до семьи, но не мог бросить беззащитных горожан и прикрывал их отступление, прорываясь с боем к отчему дому.       Вскоре он достиг своей цели, и от открывшейся взору картины сердце его упало и разбилось вдребезги. Он увидел жуткий погром. Сад был разорен, деревья повалены, цветы вырваны, слуги – убиты. Дом покосился, в стенах зияли дыры от магических снарядов. Некоторые из них вели в детские комнаты. Прокричав от боли, Хайоши бросился в дом через зияющее отверстие и осмотрел детскую комнату – сыновей внутри не оказалось.       В соседних спальнях тоже было пусто.       Душа дракона вознадеялась, что дети смогли укрыться от монстров, что супруга увела их в погреб и спрятала в тишине земли, но стоило об этом подумать, как он услышал дикий рев и осознал, что чудовища еще в доме.       – Сана! Сана!!! Дорогая!       Зовя жену и надеясь, что она подаст ему знак, мужчина отправился на рык и обнаружил первого демона, разгуливающего по его дому. Сжав крепче гуань дао, он бросился в бой на тварь, но в узком пространстве драться с любимым оружием было неудобно, и мобильностью воина сильно страдала. Он положился на чары и вступил в ожесточенную схватку с чудовищем, из которой вышел победителем, но получил серьезное ранение в плечо.       – Сана!       Надежда смешивалась с отчаянием. Никто не отзывался, а впереди снова раздался рык.        «Сколько их здесь?!»       Хайоши пробежал по коридору и ворвался в комнату, из которой доносились демонические звуки. Внутри его жало две жуткие твари, что пожирали плоть его конюха. Несчастный мужчина был разорван на части, и его внутренности растянулись на кровати. Демоны пировали, объятые безумием, а стоило увидеть хозяина дома, как они кинулись на него, как на свежую закуску.       Хайоши закричал от боли, не в силах вынести жуткого зрелища, сокрушающего его разум, и бросился на врагов. Он убил их, с ужасом представляя то, что стало с его семьёй.       Мир в одночасье разделился на «до» и «после». В висках стучала кровь. Сердце билось как бешеное, а лёгкие отказывались дышать. Он поймал паническую атаку и, запыхаясь, бросился искать семью.       – Сана!!!! Ответь, Сана! СААААНААА!       Ответа не было       В коридоре застыл запах крови.       Хайоши со зверством раскрывал одну дверь за другой, крича и зовя по именам своих детей. У него было пять мальчишек и одна красавица дочка. Все младше десяти. Ещё совсем крохи. Малыши...       – Сана!..       Кровавый след.       «Не может быть... Нет!»       Кровь вывела воина к входу в погреб. Жена пыталась увести детей.       Пыталась уберечь их...       Защитить.       Спасти.       Кровавый след вел в распахнутый погреб. Висевшую на одной петле дверцу заливала кровь.       Запрещая себе думать о плохом, Хайоши спрыгнул в погреб и ему в нос ударил отвратительный запах смерти. Он ничего не видел в темноте и разжег огонь с помощью ци.       Завыл.       Ци померкла, чтобы скрыть ужасное зрелище, но глаза продолжали видеть трупы. Его дети... Невозможно было понять, где и кто. Разорванные маленькие тела, и Сана... Поразительно целая, лежащая сверху груды изуродованных тел. Ее светло-фиолетовое платье насквозь пропитала кровь. Она раскинула руки в стороны и лежала.       Мёртвая.       – Неееет! НЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕТ!       Хайоши в ужасе кричал, сходя с ума. Его взгляд бешено дрожал.       – Только не это... Сана... Дорогая... Я ведь... Я вернулся домой... Пораньше... Я ещё до ужина, я...       Заикаясь и дрожа, он подошёл к телам любимых. Едва различая пространство из-за влажных от слёз глаз, он нежно вытер кровь с лица супруги и обнял её мертвое тело. С болью, содрогаясь, посмотрел на изувеченные тела детей. Он не мог представить, что за монстры способны на такое. Он люто их ненавидел и сгорал от боли.       Невозможно описать муку человека, потерявшего в одночасье всю семью, но Юншэн сопереживал ему, проживал его боль, как свою, и разделял его страдание немым пониманием. Он тоже потерял тех, кого любил, а теперь потерял вновь – пережив это вместе с Хайоши. Это как... Умереть ещё раз. Только гораздо, гораздо больнее.       Они вместе горько плакали, вместе ненавидели демонов, вместе горевали по потере любимых и вместе горели в праведной злобе, чтобы вскочить и безумно ринуться на улицу, желая уничтожить всех захватчиков в безумной ярости. Измазанные кровью, ослепленные слезами, они бросились в самую гущу боя, сражаясь отчаяннее всех.       Хайоши забрал жизни больше пятидесяти демонов, прежде чем толпа демонов завалила его.       Те, кто говорили, что клан Вэй слаб, ничего не знали о той войне. На ней погибали герои, что бились за любимых до конца. На ней, вместе с Хайоши, погиб и Юншэн, пронзенный ледяными когтями демонического владыки. После нескольких часов ожесточённой схватки его убил сам владыка Илин.