Инь и Ян: Слёзы на белых ресницах

      Юншэн никогда не собирался так быстро, как сегодня. Он быстро причесался, умылся, помолился Су Юну, поднес возлюбленному цветы и вышел в коридор, где его терпеливо ждал Белио. Время для разминки и медитаций волк пропустил, потому, поджав хвост, виновато поглядывал на Белио.       – Я сильно опаздываю?..       Белио посмотрел на него снисходительно.       – Если бы так, я разбудил тебя ещё раньше. Работа, к которой ты будешь привлечен, крайне важна, но она тягуча. От неё зависят жизни нашего народа, но всё же не настолько, как от лекарского дела.       – У нас будет время зайти к Горану?       Белио насупился.       – Насколько я знаю, он в полном порядке.       – Но ведь я его лекарь. Я должен проверять его здоровье.       Белый Демон молча кивнул. Он мог легко начать спорить, но, когда видел искреннюю заботу о других, не мог отказать.       – Ладно, только недолго. Сегодня у тебя важный день. Потребуются силы.       Юншэн воодушевился.       – Мы пойдем на охоту?       – Что значит «мы»? – сморщился Белио. – Нет, я с тобой возиться не буду. И без того дел достаточно.       – А кто будет?       Белио раздраженно качнул хвостом.       – Тебе что, обязательно нужно, чтобы за тобой кто-то наблюдал? Ты принц, а не новорожденный котёнок. Сам справишься.       – Разве не в этом суть обучения? Стать ближе к демоническому обществу? Мне нравится учиться у разных мастеров и находить новых демонов. Вы все – замечательные создания, поэтому мне хочется стать частью всего, что происходит вокруг. Одним из вас. И, кажется, уже немного получается, да?       Юншэн улыбнулся, делясь с Белио своим безграничным оптимизмом. Принц понятия не имел, откуда он брался, но внутренне его всегда тянуло к свету и надежде. Он невольно положил ладонь на грудь, обещая Су Юну, что сделает их жизнь лучше. Искорке больше не придется за него волноваться.       – Может быть, – расплывчато ответил Белио.       Юншэн почувствовал, что демон вредничает, но лишь отчасти. Понимал, что ещё оставались проблемы, недоверие и предубеждения. Они стали тише прошлых, но всё ещё гуляли в рядах демонов сомнениями и осторожностью.       – Не всем понравилась моя еда, да?       – Глупый? – хмуро спросил Белио. – Я никогда не видел наш народ настолько сплочённым, нежным и счастливым. Вчера не было ни единого случая вспышки божественного проклятья. Хаоран даже хочет попробовать давать твою еду заключённым в Башне Смирения.       Юншэна тронули эти слова.       – Значит, всё же что-то получается?       Белио не спешил его радовать. Оставался строг, чтобы волк не витал в облаках.       – Нельзя купить любовь вкусной едой. Чтобы стать для народа принцем, нужно много работать.       Юншэн понимал, о чем он говорит.       – Чтобы они почувствовали во мне опору, я должен подставить им спину и позволить опереться. Да. Я стремлюсь к этому. Хочу... Быть настоящим принцем. Но мы ведь работаем над этим, да? Однажды всходы взойдут.       Белио старался не смотреть на его щенячью, добрую улыбку.       – Слишком не радуйся! Хаоран рыдал в три ручья, отведав твою любовь, но он всё ещё насторожен.       – А ты?       Белио вздрогнул, не ожидая такого вопроса.       – Я должен быть осторожен ради блага народа и моего хозяина. Пока ты не представляешь угрозы, но я всегда буду следить за тобой, и, если ты посмеешь навредить... Моя рука не дрогнет.       Юншэн серьезно посмотрел на него.       – Я понимаю твою верность владыке. Я пошел против любимого учителя, защищая свою империю.       Это вызывало у Белио уважение.       – Пока ты не вредишь владыке, мы на одной стороне. У хозяина есть на тебя планы. Я думаю... Владыка Илин не просто так тебя подобрал и знает, что делает. Я верю в выбор владыки. В его чутье. Верю его решениям. Не смей его подвести.       Юншэн кивнул.       – Я тоже верю нашему Владыке. Когда мы встретились с ним впервые, я считал его злейшим врагом, но теперь я знаю, против кого должен обращать свой гнев. Теперь я знаю, кто виноват на самом деле. Так что клянусь тебе, Белио, мы на одной стороне. И я всегда буду доказывать это своими поступками.       Белио прищурился.       – Сладки твои слова, волк… Но это работает лишь до тех пор, пока не встаёт выбор между нами и твоими людьми. А если придется выбирать сторону...       Принц стал строже во взгляде.       – Такой выбор не стоит. Владыка Илин не воюет против рода Вэй и империи Хао. У нас нет причин для конфликтов. И люди, и демоны – мой народ. Если что-то случится, я буду искать мирное решение. Даже не думай, что я предам владыку Илина ради интересов людского рода. Такое просто невозможно. Единственное, что устроит оба наших народа – уничтожение богов, наших общих врагов.       – А после? Что будет после?       Юншэн не хотел об этом думать. Будущее представлялось ему туманным и болезненным, как бы он ни искал в себе оптимизма представлять добрые сцены воссоединения с семьёй... Чем дольше он привязывался к демонам, тем ближе им становился. Однажды и демоны, и клан Вэй одинаково станут для него семьёй. Сможет ли он выбрать? Если отец примет его в семью, сможет ли оставить демонов позади? Хотелось бы вернуться домой, к семье, что любит его. Но что он за принц такой, если откажется от своей роли? Он ведь принял титул в торжественной церемонии и нарёк себя новым именем. После этого он не мог просто уйти, даже если львиная доля демонического общества этого желала. А если откажет отцу, что он будет за сын? Юншэну было больно от этих мыслей, но ещё больнее от глубинного осознания, что отец скорее всего не примет его. Особенно если узнает, что он пообещал Илину убивать богов и стать наследником демонической расы. Со стороны это звучало просто ужасно.       – Я не предам демонический род, – повторил Юншэн. – Не предам и семью. Если мне придется делать выбор, этот выбор никому не причинит вреда.       – Миротворец... Ты же понимаешь, что это невозможно?       – Что-то невозможное существует лишь в разумах тех, кто не видит выхода и не пытается до победного его отыскать. А выбор есть всегда. И решение, которое устроит, тоже. Нужно лишь продолжать искать.       Белио рыкнул, прикусив губу.       – Твоё людское мышление невозможно глупое и легкомысленное. В чем смысл оптимизма, если существует нечто невосполнимое. Например, смерть. Она кончена для нас и нет никакой надежды. Чем дольше мы живём, тем меньше этой самой надежды видим. Ты просто юн и наивен, волк, как и все люди. Ваши мимолётные мгновения оставляют вам надежду, дарят вам впечатления, а в конце концов, когда всем этим насыщаешься... В конце только больше боли.       Юншэн принюхался, пытаясь понять, что на самом деле беспокоит Белио. Слишком уж философским вышел их разговор, а ведь демонам это не было свойственно. Но как только он подумал об этом, Белый Демон тут же закрылся и мотнул головой.       – Не делай так!       – Я не читаю твои чувства без разрешения. Просто показалось, что ты хочешь попросить о помощи.       Белио оскалился.       – Что? Никогда!       – Но тебя что-то беспокоит.       – Я бы не стал с тобой это обсуждать!       Юншэн решил его не трогать.       – Я знаю, что просить верить мне довольно наивно, поэтому не буду. Я попрошу тебя наблюдать и не бояться видеть то, что видишь. Я не враг владыке Илину, и ты это знаешь. Иначе ты бы не заботился обо мне так.       – Я делаю это из-за владыки Илина! – краснея, воскликнул Белио.       – И если ты боишься, что я уйду...       – Не боюсь!       Но он больше не кричал, что без принца было бы лучше.       – Если ты уйдешь, владыка Илин расстроится.       «Может ли он проецировать свои чувства на чувства владыки Илина? В таком случае... Может ли он упоминать Илина каждый раз, когда сам чего-то опасается?.. Считая себя его собственностью, его частью, может ли он вкладывать в такие слова и собственные чувства?..»       Юншэну было бы приятно узнать, что Белио боится его потерять, но было бы слишком смело об этом думать. Белио всё же не настолько доверчивый. Он определенно чувствовал себя рядом с принцем гораздо лучше и грелся его теплом, начинал привыкать к роли волчьей няньки и везде таскался с юным принцем, но внутренне всё ещё сопротивлялся тому, что это нормально. Принц же свободно мог бы сказать, что уже привязался к Белому Демону. Белио был славным. Юншэн сказал бы ему это прямо, но не хотел смущать слугу отца, потому проявлял своё отношение через действия. Белио чувствовал его тепло и зажато стеснялся этих чувств, не позволяя им проникать в себя и влиять на свои суждения. Он полагал, что принц просто к нему подмазывается.       – Я не собираюсь огорчать его. Не переживай.       – Я-то что? – хмыкнул Белио. – Я переживаю только за Владыку Илина. Чем более хорошим ты окажешься, тем больнее ты сделаешь владыке. Так что даже не думай быть слишком хорошим!       Юншэн добродушно рассмеялся.       – Не переживай. Всё будет хорошо. Или это как-то относится к сегодняшнему испытанию?       Белио ощетинился и зашипел на него. В образовательных целях.       – Причём тут?! Нет. Я...       Он хотел что-то сказать, но отошёл от волка, держа дистанцию, словно ему было слишком горячо держаться рядом. Важно задрал нос.       С ним явно что-то происходило... Но волк не мог понять, что именно. Пахло, как благодарность, но это было так странно...       «Может, он пытается выразить признательность за то, что я утешил его на званом завтраке, но не знает, как? Вот и задаёт странные вопросы. Подыграю ему немного.»       – Конечно.~ Такой доблестный воин никак не может испытывать привязанность к каким-то там людям.       – Точно-точно! – закивал Белио, удовлетворённый тем, что принц его понимает.       Юншэн улыбнулся, глядя на надувшиеся щеки и серьезный вид Белого Демона.       «Всё же он поразительно очаровательное создание.»       Они покинули Летний Дворец и направились к жилому кварталу.       – Так у меня серьёзно не будет наставника сегодня?       – Наставника – нет. Но будет напарник.       – Ооо, напарник! – Юншэн с теплом встретил эту новость. – Кто же?       – Увидишь.       Юншэн улыбнулся.       – Если ты скажешь, я перестану доставать тебя вопросами.~       Белио приструнил его строгим взглядом.       – Я работаю над твоей дисциплиной.       Волк мечтательно улыбался миру, приветствуя жителей города, что кланялись Белио и, возможно, и ему тоже.       – Моя дисциплина на высоте. Я просто любопытный.       – Знаешь, что демоны делают с любопытными носиками?       – Что же?~       – Позволяют идти вслед за своим любопытством, а это самый главный жизненный урок. Набитые жизненным опытом шишки – самые памятные.       Юншэн рассмеялся, словно это было шуткой, хотя Белио говорил крайне серьёзно.       – И правда. Ладно. Хоть скажи, что нужно будет делать.       Белио посмотрел на него недовольно, словно осуждая за то, что тот только что пропустил его урок мимо ушей.       – Работать.       Юншэн неловко улыбнулся. Порой вредное поведение Белио напоминало ему господина Тэя Шу. Неудивительно, что Илина потянуло к генералу!       – Это-то понятно.       – Тебе нужно что-то ещё?       – Нет… Но это же никакая не тайна, расскажи.       – А что ты чувствуешь?       Юншэн прислушался к своим ощущениям и осознал, что впереди пульсируют мощные выплески энергии инь.       – Тут что-то случилось? Демоны подрались?..       – Верно.       – Демоническое проклятье?..       – Да.       На сердце волка похолодело. Он поджал хвост, чувствуя тяжесть от остаточной энергии боли. Она была колкой, злой, враждебной, взывала к его энергии инь. Пыталась зацепить за живое, но Юншэн ей не позволял.       – Есть пострадавшие?.. – опасливо спросил он.       – К счастью, нет. Хотя... Как посмотреть.       Они свернули за поворотом и Юншэн увидел место сражения. Отпечаток злобы плотно осел в воздухе, пульсируя и резонируя с энергией других демонов. Горожане морщились, проходя мимо, а Усмирители, окружив разрушенные участки города, присматривали, чтобы никого больше не задело. На посте дежурили трое сыновей Хаорана.       – Я буду помогать Усмирителям? – инициативно спросил Юншэн. Эти мысли его вдохновляли.       Белио не знал, что с ним делать.       – Тебя туда так и тянет... Нет.       – А что тогда?.. Развеивать остаточную энергию инь?       Белио подтолкнул его в спину.       – Иди, сам увидишь.       Усмирители недоверчиво посмотрели на принца – видимо, их сдерживали строгие наказы отца – но поклонились, выражая положенное по статусу уважение и пропустили их к источнику пульсирующей энергии.       Белио провел Юншэна во внутренний двор и кивнул головой. В тот момент всё стало понятно само собой. Юншэн увидел жуткие разрушения. Несколько домов были разрушены магией до основания. Стены уцелевших разрывали царапины от когтей. Уличные скульптуры и низкие сельские заборы, разделяющие двухэтажные дома, были снесены. Бочки, ящики, деревья – всё разнесено в щепки. Выглядело так, будто по жилому кварталу пронесся ураган. Разрушения затронули больше двадцати домов.       Юншэн невольно поджал уши.       – Сколько?..       Он не мог поверить, что один демон способен учинить так много разрушений.       – Ты должен сам чувствовать такие вещи.       Белио не любил давать лёгкие ответы. Юншэн не любил их получать. Он вымолвил скорее от потрясения, а затем принюхался и различил грани энергий.       – Их было двое... Нет, сначала был один... А потом энергия заразила болью других... Я вижу троих...       Белио резко дёрнул его за ухо.       – Не погружайся. Ты здесь не за тем. Почувствовал – глубже не утопай. Иначе тебе будет плохо.       – Я держу себя в руках, – мужественно произнес Юншэн и потёр ухо, что теперь болело. – И не трогай меня. Не за уши.       Они были болезненным местом. Юншэн очень чутко к ним относится.       – Я учу, – хмыкнул Белио, раздраженный тем, что Юншэн строит из себя недотрогу.       Принц понимал, что его нежелание чужих прикосновений могло быть воспринято как враждебность и недоверчивость, но он перенял черту Су Юна – желание, чтобы его касался только любимый человек. Он ничего не мог с этим поделать. Его былая тактильность исчезла вместе с оторванными кусками души. Он менялся с течением жизни, обретая опыт и переживая чудовищные потери, как и все люди.       Юншэн подавил в себе желание изучить, что случилось с пораженными божественным проклятьем демонами, и помочь им. Он напомнил себе, что в Башню Усмирителей ему нельзя, так что заботу о пострадавших пришлось оставить Хаорану.       Успокоившись и придя в себя после мерцавших перед глазами видений, Юншэн отметил, что на месте уже трудилась группа демонов. Они несли стройматериалы: мотки паучьего скотча, деревяшки, солому, стебли бамбука, бочки с краской, а также рабочие инструменты. Несколько демонов пытались залатать раны на домах. Даже со спины Юншэн узнал хвост одного из демонов и обрадовался ему.       – Это же... Рэнши!       Белио улыбнулся. Ему было приятно видеть, что принц радуется другим демонам. Это в какой-то мере убеждало его, что мотивы принца действительно чисты.       – Он твой напарник на сегодня, – строго произнес Белый Демон, не позволяя улыбке на лице сиять слишком долго. – Слушайся его. Вечером приду и проверю. Здесь все должно быть, как новенькое.       Юншэн инициативно завилял хвостом и пообещал:       – Сделаем!       Эта задача была ему по силам, и он с улыбкой встречал её, как и своего напарника. Который, в прочем, был не настолько рад видеть юного принца и объединяться с ним.