Инь и Ян: Слёзы на белых ресницах

      Они покинули этажи Палат Восстановления и спустились на второй этаж башни.       – Первый этаж ты видел, – начал экскурсию Хаоран, – поэтому спускаться ниже мы не будем. Сегодня привели новеньких, они очень буйные. Лишний раз сталкиваться с ними тебе ни к чему. Запомнишь так. Часть помещений даже видно с лестницы.       Юншэн кивнул. Первый этаж он обошёл несколько раз и хорошо его запомнил.       – Должно быть, ты уже всё видел, когда искал мой кабинет. Вокруг Зала Смирения несколько комнат. В основном это склады. Есть ещё несколько пустых помещений, мы редко используем их. Обычно они служат для того, чтобы разделить демонов после неистовства и поговорить с ними. А ещё кухня. Небольшая, но ты легко найдёшь её по запаху. Готовим мы нечасто, но иногда радуем наших подопечных выпечкой.       – Я мог бы помогать с готовкой, – предложил Юншэн. Повара очень ценились, а у волка был особый талант вкладывать в приготовление еды чувства. Его угощения могли лечить сердца не хуже, чем речи и прикосновения.       Хаоран вспомнил вкус блюд принца и невольно покраснел.       – Твоя еда с любовью пришлась бы кстати. Будешь помогать на кухне в дни, когда у тебя выходной.       – Хорошо!       Юншэн энергично завилял хвостом. Предлагая помощь, он уже невольно ждал, что его обругают, но еда с любовью действительно могла помочь демонам. Повара высоко ценились в демоническом царстве.       – Второй этаж принадлежит Усмирителям.       Они пошли вперёд по коридору. Хаоран указывал на комнаты и рассказывал про каждую.       – Здесь зоны отдыха, комнаты для медитаций, тренировочный зал и учебные помещения.       Юншэн любопытно засовывал нос в каждый угол.       – А когда проходят тренировки?       – Каждое утро.       – Утро...       Юншэн стыдливо опомнился. Он застыл на месте и сплел цветок из ци. Хаоран смотрел на него с жалостью.       – Сейчас закат, волк.       Хаоран уже был наслышан про цветы каждое утро и относился к этому крайне скептически. Для Третьего Владыки это выглядело как шаг в безумие.       – Всё равно! Каждый раз, открывая глаза...       Юншэн прижал ладонь к груди и поднял цветок вверх. Он рассыпался на искры света.       «Я люблю тебя, Су Юн.»       Никогда, ни минуты огненный волк не переставал думать о своём возлюбленном, храня ему верность и телом, и сердцем, и помыслами.       – Каждое утро физические и ментальные тренировки, упражнения на контроль ци, отработка приемов, связанных с духовной цепью. Вечером совестные медитации. Дважды в день ментальный контроль от Цзиньсю.       Юншэн слушал учителя и с воодушевлением осматривал тренировочную площадку, представляя, как будет совершенствоваться здесь. Крупный зал, хранящий в себе память древних мастеров. Юншэн чувствовал зов памяти, но удержал себя от того, чтобы поддаться ему. Ещё будет время.       Хаоран приметил это.       – Ты слышишь зов памяти?       Юншэн кивнул.       – Десятки демонических техник... Такое искусство. Восхищает!       Хаоран гордо вскинул голову.       – Я научу тебя и не такому. Будешь проявлять усердие, сможешь догнать наших мастеров. Но учти, техники непросты. Они потребуют от тебя полной отдачи и самоконтроля.       – Я люблю учиться, – бодро заверил Юншэн и заглянул учителю за спину – там располагался учебный зал.       Хаоран отошёл в сторону, чтобы он мог осмотреться. Несколько столов, доска для рисования мелом, пиалы со сладостями, но ни одной книги.       – Демоны не учатся по учебникам? – удивился Юншэн.       – Читать скучно, – хмыкнул Хаоран. – Мы передаём знания путем рассказа.       – Поразительно. Я думал, у вас тут тоже есть библиотека.       – Библиотека лишь во дворце, – отмахнулся Хаоран, как от ненужного. – В городе есть пара лавок с демоническими книгами, если тебе интересно, но мы редко пишем что-либо. В конце концов, воплощая наших детей, мы вкладываем знания в их разум. Они рождаются с приобретенными знаниями и не нуждаются в долгих однообразных рассказах, как людское потомство. Мы бы с ума сошли от скуки рассказывать каждый раз одно и то же.       – Но не во всех вложено одинаковое, – подметил Юншэн.       – Именно. Поэтому мы обмениваемся знаниями и опытом, общаясь друг с другом. По большей части мы делимся опытом борьбы с безумием, рассказываем об ухищрениях тьмы. Чем больше ловушек ты знаешь, тем легче будешь преодолевать приступы безумия. Если налюбовался, пойдём дальше. Ты сюда ещё не раз вернёшься.       Смотреть в учебном зале было особенно не на что, так что Юншэн охотно потрусил хвостиком за учителем, запоминая устройство залов и комнат. По пути они встречали Усмирителей, и Хаоран вольно представлял им принца. Юншэн был со всеми приветлив и добр. Ему отвечали тем же. Несмотря на опасения волка, его принимали, как члена братства, и выражали восторг и радость тому, что он уступил в ряды Усмирителей. Юншэн открыто улыбался им, отвечая на чувства других искренностью и взаимностью. Хаоран наблюдал за волчонком с улыбкой.       – Видишь? – спросил Третий Владыка, когда они остались наедине и направились на третий этаж башни. – Братство – это семья. Даже если про тебя говорили гадости, когда ты стал частью нашей стаи, ты стал здесь родным. Я говорил о доверии?       Юншэн прижал ладони к груди, как всегда делал Су Юн. Его грели слова учителя.       – Я признателен за то, что Вы тепло принимаете меня, и ценю это.       – Волк!       Хаоран щёлкнул его по лбу, после чего подтолкнул на третий этаж.       – Не отвлекайся.       Юншэн улыбнулся, чувствуя себя гораздо лучше. Терапия добротой была частью лечения душ Усмирителей. Они все были добры друг к другу, иначе это место просто не простояло бы. Усмирители больше других нуждались в тепле и заботе. Именно поэтому Юншэн, готовый отдать всего себя другим, так подходил к этому месту.       – На третьем этаже мы содержим демонов, что впали в слишком глубокую стадию боли. Здесь содержатся самые неконтролируемые и агрессивные демоны. В конце коридора – Падшие, в комнатах ближе – демоны с временным помешательством. Они не в безумии, но их злобу не способы сдержать своды Усмирения первых этажей.       Юншэн поджал уши. Он почувствовал ауру злобы и ненависти. Она отправляла пространство, она болью резала по сердце. Юншэн хотел пойти вперёд и заглянуть в каждую из комнат. Двери были заперты на магические печати, но у каждой было окно с решётками, чтобы демонам можно было давать еду и наблюдать за их состоянием.       – Словно в темнице... – с тоской произнес Юншэн.       Хаоран удержал его за рукав.       – Не сегодня. Ты находишься на восстановлении. Просто так сюда не ходи.       На Юншэна обратили внимания несколько братьев, что присматривали за Падшими. Они подошли познакомиться. Хаоран дал им время пообщаться, скрывая улыбку. Знакомство с новыми Усмирителями всегда было трепетным и добрым. За ним было приятно наблюдать, и оно возвращало Юншэну уверенность в себе. Волк уже всё всем доказал. Теперь он принц... Но ещё и Усмиритель. Брат. Эта роль ему нравилась гораздо больше.       – Верхний этаж, четвертый – Палаты Восстановления. Их ты уже тоже посетил, – продолжил экскурсию Хаоран. – Понимаешь, почему спокойные этажи и смирительные чередуются?       – Чтобы сдерживать ауру зла? – вдумчиво предположил волк.       – Верно, чтобы энергии инь тяжелее было влиять на демонов. На третьем этаже мощные сдерживающие чары. На четвертом – сосредоточение светлой энергии. Мы очищаем это пространство духовной чистотой. На шестом этаже ты уже был. Там зал испытаний.       – А на пятом?       – На пятом наша лаборатория и кабинеты исследований.       – Исследований? – заинтересовался Юншэн.       – Долгие годы мы изучали самих себя. Это довольно сложно объяснить.       Хаоран зашагал верх по лестнице. Тема разговора причиняла ему боль, так что Третий Владыка очень осторожно подбирал слова.       – Мы, демоны, отличаемся от людей. Когда мы только прибыли в людской мир, это не волновало нас. У нашего народа были совсем другие проблемы... Ты знаешь.       Юншэн кивнул с тяжелым сердцем. Он не застал те дни лично, но побывал в прошлом благодаря воспоминаниям, пропитавшим южные земли. Произошедшее было ужасно во всех смыслах.       – Но когда мы устроились в Лунной Арасии, построили Башню Смирения и познакомились с людьми ближе, то стали искать способ сдерживать энергию инь. Мы пытались понять, что она есть на самом деле. Наша тьма всегда была направлена гневом на богов, но срываться на людей... Мы не хотели. Владыка Илин не хотел. Он возглавил исследования и проводил много экспериментов на себе и Белио, чтобы понять природу нашего существа.       – Разве гнев энергии инь – не божественное проклятье? – изумился волк.       – Это стало откровением, что дошло до наших умов лишь спустя две сотни лет исследований и поисков. Три года назад владыка Илин явил нам это знание, и оно стало нашим освобождением. Мы жили с мыслью, что мы чудовища, сотканные из зла... Долгие годы эта мысль терзала нас, пока мы не осознали, что тёмными нас сделали боги. Цвет не имеет значения. Энергия это лишь состояние, и прибегая к ней, управляя ей, мы не становимся добрыми или злыми. Добрыми и злыми нас делают поступки и восприятие наших поступков окружающими. Полагаю, людская философия стала для нас и благом, и погибелью.       Юншэн был поражен.       – Я думал, вы всегда знали...       «Всего лишь три года назад…»       Юншэн был удивлен, что это знание далось демонам настолько недавно. Они столетиями жили, не зная!.. Страдая из-за тёмной энергии, что влекла их уничтожать мир вокруг, не ведая причины своему поведению, не понимая этой ненависти, разъедающей душу. Но Илин отыскал для них ответ. После стольких лет, нашел истину.       – Мы всегда были такими, поэтому не могли знать, – с тяжелым сердцем произнес Хаоран. – Но это знание придало народу сил. Новое поколение демонов гораздо крепче и стабильнее взрослого. Знание, что ты – не тёмный монстр, а всего-навсего проклятый своим врагом, что ты не виноват в своей тьме, помогает жить беззаботнее и спокойней. Я рад за тех, кто рождён в Года Прозрения. Их души чище и спокойней наших.       Юншэн искренне сопереживал Хаорану и всему демоническому роду.       – Правда принесла народу благо.       – Да.       – А боги лишь муку... Чудовища!       Принц со злобой сжал ладонь, до сих пор не понимая, как мог столько лет молиться богам, верить им, доверять свои чувства. Сейчас в нем кипела только ненависть к Небесным Владыкам. Она была так велика, что за мгновение прогревала и ци, и кровь, и даже энергию инь. Сердце Юншэна горело, желая драки с богами.       – Однажды мы убьем их, – решительно произнёс Хаоран. – Их всех. Эта мысль меня успокаивает.       Юншэна это не грело. Он просто хотел всё закончить. Освободить людей и демонов от проклятья.       – Значит, Сьэо держат на пятом этаже?       – Пока что да. Сейчас он в глубоком сне. Владыка Илин приказал ждать. Тебя.       Юншэна грело доверие владыки Илина, и всё же, он не хотел перешагивать через мнение Хаорана.       – Я бы хотел помочь Сьэо, если Вы доверите мне это, Третий Владыка.       Почтение ученика польстило главе братства.       – Глядя на тебя сейчас, я возражаю уже меньше, но тебе всё равно нужно ещё многое узнать. К тому же... Сьэо важен для нашего народа.       – Владыка упоминал, что Вы изучаете его душу, – осторожно припомнил волк. – То, как он живёт… Как она смогла разделиться.       – Да. Это важно. Владыка Илин верит, что существует способ сохранить души после смерти. Людские ведь не погибают, а демонические сгорают и обращаются темной пылью. Почему? Чем мы отличаемся? Почему душа Сьэо смола разделиться, а наши – нет? Это всех интересует.       – Если вам нужна человеческая душа... – осторожно предложил Юншэн.       Хаоран хмыкнул.       – Я даже не сомневался, что в тебе нет ни страха, ни инстинкта самосохранения, и ты предложишь что-то подобное, но пока это того не стоит. Мы знаем, как выглядят людские души.       Юншэн глубоко задумался об этом.       – Может, дело в том, что нас создали боги?       – Может, – задумчиво сказал Хаоран. – Но никто не знает, откуда пришли души. Как они зарождаются. Даже когда мы создаем жизнь, мы вкладываем чувства, но не воплощаем душу. Она рождается сама. Мы можем их видеть, чувствовать, даже оказался внутри этого пространства, но нам не постигнуть, как создаются души. Мы ищем ответы, но они кажутся вечными и недостижимыми. Полагаю, мы никогда не узнаем этого.       Юншэн задумчиво сжал одеяние возле груди. Он вспомнил видения, что видел в воспоминаниях живой пыли. Пространства, измерения, гигантские боги...       – Я думаю, есть высшая сила, – прошептал Юншэн. – Что-то большее, чем то, что мы можем познать. И законов этого мира гораздо больше, но главный из них – это закон любви. Это чувство, что ведёт нас к жизни. Я думаю, что любовь создаёт души. Как высшая сила... Как главный закон.       Хаоран улыбнулся.       – Ты романтик, Юншэн.       – Мне часто это говорили, – неловко почесал затылок волк, – но... Раз ответа нет, почему бы не выбрать для себя такой? По крайней мере, он звучит красиво и даёт надежду. Может, поэтому все мы и можем любить, потому что созданы из этого чувства. И даже Белио, не наученный любить, знает, что испытывал её в руках своего отца.       – Ты знаешь? – удивился Хаоран.       Юншэна больше удивило, что знал Хаоран.       «Наверное, эти эксперименты многое рассказали о Белио Хаорану и Цзиньсю. Должно быть, многие и уже давно знали это. Может, даже все, кроме Белио. Бедный...»       Юншэну захотелось его увидеть. А ещё Сьэо...       Хаоран приказал Юншэну пятый этаж довольно бегло. Исследования были приостановлены, так что никого, кроме одного демона, присматривающего за Сьэо, здесь никого не было. Зато Юншэн с интересом осмотрел научные лаборатории демонов. Они были синтезом из людских приспособлений и демонических. Печати, камни, какие-то обереги из нитей... Все это было очень любопытно, но Юншэн полагал, что едва ли его судьба связана с исследованиями вечного и сущего. Он хотел помогать тем, кто попал в тяжёлое положение, а не проводить над несчастными эксперименты, потому не стал расспрашивать Хаорана подробнее, полагая, что, если ему положено, однажды ему расскажут.       – Можно я взгляну на Сьэо? Пожалуйста.       Хаоран мотнул головой.       – Не сегодня. Я же сказал, у тебя выходной. Или не доверяешь мне и надеешься увидеть истерзанное тело своего друга?       – Что? Нет!       – Вот и нечего тут! Если все запомнил, пойдём, выйдем. Тебе нужно подышать свежим воздухом.       – Ладно...       Юншэн не стал противиться, понимая, что в общении с Хаораном стоит довериться. Хотелось возразить, что ему и так хорошо, но, задумавшись, волк понял, что не отказался бы вдохнуть свежего воздуха. Пространство сдавливало его разум. Воздуха не хватало. Пусть даже в Башне Смирения существовали и светлые «легкие» этажи, энергии инь здесь было очень много.       – Чувствуешь?       Юншэн кивнул.       – Тяжело дышать, – признал принц.       – Именно поэтому Усмирители проводят в Башне лишь часть дня. Не вздумай задерживаться здесь надолго. Только по необходимости.       – Понял.       Юншэн сказал очень серьёзно, но Хаоран даже не сомневался, что волк всё равно будет пренебрегать своим здоровьем.       В тишине они спустились на первый этаж. Хаоран зажал волку глаза и провел его через Залы Смирения. Юншэн вздрогнул, но не стал сопротивляться, понимая, что учитель хочет его уберечь. Он чувствовал злобу, ярость, боль, агрессию… Шесть, семь… Девять демонов одновременно. Душу сдавливало чувством вины, энергия инь отзывалась на безумные вопли. Хотелось остаться, чтобы помочь, но Хаоран провел его мимо, практически насильно выводя на свежий воздух.       Юншэн услышал, как отворились врата. Третий владыка вывел его на улицу, помог спуститься со ступеней и даже тогда Хаоран не убирал руки от глаз Юншэна, сохраняя молчание. Волку становилось всё более некомфортно, но он терпел до последнего, пока его любопытная натура не дала о себе знать.       – Третий Владыка? Куда Вы меня ведете?       Хаоран убрал руку. Они оказались на развилке, что вела к городу. Влияние Башни здесь практически не ощущалось. Третий Владыка указал ему на грудь.       – Глубокий вдох.       Юншэн покорно вздохнул. Третий владыка делал дыхательное упражнение вместе с ним. Волк покорно повторял. Глубокий вдох. Пауза. Выдох. Снова вдох. Свежий лесной воздух очищал легкие от тяжести. Дышать стало легче. Тревога прошла, а с плеч спала тяжесть. Юншэн посмотрел на учителя с благодарностью.       – А теперь иди.       Юншэн поджал уши. Он мотнул головой, споря с тьмой и не позволяя ей нашёптывать, что его прогоняют прочь, что он никому не нужен. Это было не так. Усмирители показали ему, что рады пополнению. Даже Хаоран… Сегодня он был совсем другим. Возился с волчонком, показывая и объясняя всё. Стоило доказать, что он чего-то стоит, и отношение к нему в корне переменилось.       – Госпожа Шишу сказала, что Усмирители ночуют дома.       – Да, если не дежурят в ночную смену. Иди, – Хаоран мягко подтолкнул его в спину хвостом. – Твой отец наверняка переживает. Покажись ему на глаза, он будет рад с тобой повидаться. Тебе и самому это нужно. Гораздо сильнее, чем ты можешь осознать. Ничто не даёт демонам больше силы, чем семья. Чем самые близкие.       Юншэн улыбнулся.       – У людей также.       – Наши народы всё же чем-то похожи, – неохотно признал Хаоран. – Ступай. Приходи, когда будешь готов служить. Если нужно время залечить раны – лучше займись ими. Ты сдал экзамен, но это не значит, что ты должен с головой нырять в безумие с первого дня.       – Я приду завтра утром. Мне интересно, как прошла встреча Синсина с его подругой.       Хаоран хмыкнул.       – Говоришь уже совсем как свой! Не задирай хвост! Узнать всё можно и позже.       – Можно, но… Ему нужен друг. К тому же, я чувствую в себе силы.       – Ты неисправим, – выдохнул Третий Владыка. – Вот скажи, если бы я не вёл тебя за руку, ты бы прошёл сквозь Залы Смирения?       Юншэн не был уверен. Он бы точно остановился, чтобы попытаться чем-нибудь помочь несчастным.       – Может, потому мы и есть друг у друга? – осторожно произнес Юншэн. – Чтобы прикрывать там, где видна слабость? Ваша забота придерживает меня, как смирительное заклятье. Но, полагаю, она оберегает и спасает меня от саморазрушения.       Юншэн низко поклонился.       – Я покорен Вашей воле и благодарен за трепетную заботу.       – Не забочусь я о тебе, – смущенно фыркнул Хаоран. – Прекращай и иди уже.       Юншэн низко поклонился вновь.       – Я приду завтра! – оптимистично пообещал волк. – И я буду учиться у Вас, Третий Владыка!       – Ближайшие дни ты будешь учиться у Шишу.       – Я принимаю и это.       Хаоран остался доволен его ответом и выжидающе застыл, пока волк уйдет. Принц расправил плечи и гордо отправился в сторону города. Его не прогоняли, нет, но кроме работы у него были обязанности принца, а также обязательства сына. Юншэн подумал о том, как много тревог принёс владыке Илину, и решил последовать совету Хаорана и навестить отца, чтобы узнать, как его дела и успокоить его тревоги. Ведь семья… Она же всегда собирается по вечерам после работы, чтобы обменяться впечатлениями, верно?       «Расскажу ему новости. Уверен, владыка будет рад за меня.»       Мысли об этом рисовали на устах улыбку. Постепенно Юншэн привыкал к тому, кем он стал. Потихоньку он находил в Демоническом Царстве своё место, и тревога отступала от сердца. Пока он любил, ему не были страшны никакие голоса тьмы. Юншэн верил, что, куда бы он ни пошёл, он ни за что не собьётся с пути, а когда будет трудно, ему окажут поддержку. Улыбаясь миру, он чувствовал, что мир улыбался ему в ответ.       «Мы справимся, искорка. Непременно справимся.»