Еще один день

Впервые за долгое время Джонни не думал о смерти. Весь день его мысли крутились вокруг крылатого. Что это было за выражение лица? Он что, серьезно трахался с ангелом? И сможет это сделать снова? Или не сможет? Что, если после такого пернатый больше не появится? Джонни не помнил, когда в последний раз спешил уйти с работы или не мог дождаться вечера. Когда беспокоился, как выглядит и чем от него пахнет. Когда выносил из квартиры мусор, в конце концов. И тем не менее, сейчас все это вдруг стало важным. Он задумчиво тер тряпкой поцарапанный стол, когда услышал сзади шелест перьев. Губы растянулись в предвкушающей ухмылке, которая быстро поблекла, стоило Джонни обернуться. — Ты еще кто? — уставился он на новое небесное творение. У пацана перед ним были рыжие кудри, большие зеленые глаза, по-детски круглое лицо и струящаяся белая накидка, как на храмовых фресках. Ничего общего с Арахом. — Я Сайил, — ответил сопляк таким мягким голосом, что у Джонни задергался глаз. — Ничего не бойся, отныне… — Арах где? — перебил Джонни. Его вдруг охватила злость. — О, — Сайил сложил ладони и снисходительно улыбнулся. — Брат Арах больше тебя не побеспокоит, не нужно о нем переживать. Теперь твоей жизни ничто не угрожает. Ты об этом не вспомнишь, но я буду присматривать за тобой и отведу любое зло. Пацан потянулся ко лбу Джонни, но тот ударил по его руке тряпкой и гневно прошагал мимо в соседнюю комнату. — Не вспомню, ха? Он, значит, сбежал? Гнида. Попляшете вы еще у меня. — Джонни распахнул окно и уперся ногой в подоконник. — Что ты делаешь? — пискнул сзади молокосос. — То, что уже давно бы сделал, если бы не этот сукин сын. Джонни схватился за раму и почти оттолкнулся от пола, когда Сайил обхватил его со спины и преградил крыльями путь. Воздух наполнился запахом луговой травы, тело отяжелело от нарастающего тепла. Джонни тряхнул головой и как сквозь воду услышал голос: — Все хорошо. Сейчас ты уснешь, а утром будет новый день, и все твои проблемы покажутся сном… Ему что, промывают мозги? Собрав остатки воли, Джонни развернулся, схватил голубка за горло и, не рассчитав силу, впечатал спиной в платяной шкаф так, что посыпались вешалки. — Слушай сюда, — прошипел он в лицо опешившему ангелу, — я вам не какая-то блядская игрушка. Вы мне нахуй не сдались, но вот я, похоже, почему-то вам покоя не даю. У нас с Арахом была сделка, и раз он решил забить на нее, то почему я должен соблюдать свою часть? Либо ты сейчас же притащишь мне его сюда, либо я вскрываюсь. Мы поняли друг друга? Сайил быстро закивал, и Джонни отдернул от него руку, как от раскаленного чайника. — Даю тебе пять минут, птенчик. — Он сумасшедший! — Сайил отчаянно оправдывался перед верховным смотрителем. — С ним что-то не так! Я хотел усыпить его, он это не подействовало, он схватил меня! Люди так не делают! Смотритель ударил кулаком по столу, отчего хранитель нервно икнул. — Этого еще не хватало! Сначала Арах, а теперь ты?! Один забыл историю с девой Марией, другой трясется перед человеком, которого должен оберегать? Боже мой, во что вы нас превратили, — смотритель закрыл лицо рукой и горько покачал головой. — Н-но, шеф, с этим человеком правда что-то не так, я не понимаю… — А кто понимает?! — рявкнул смотритель. Сайил втянул голову в плечи. — Чего он хочет? — О-он просил привести Араха… — Что?! — Ара- — Я слышал! Уволю всех к чертовой матери! Арах! Второй ангел появился во вспышке света и не успел открыть рот, как получил бумагами по лицу. — Иди и разгребай все то, что после себя оставил! Показатели уже пробили дно, мы не можем больше терять людей! Восстанавливаю тебя хранителем! Иди и заставь его жить, черт бы вас всех побрал! Пошли вон! Бездари! Дармоеды! Бесстыжие- Смотритель схватился за канцелярскую утварь, и хранители поспешили исчезнуть за дверью. — Что ты ему сказал? — покосился на коллегу Арах. — Это все твой человек, — ответил сквозь зубы Сайил. — Такой же ненормальный, как и ты… он тебя ждет. Иди. Не хочу больше в это ввязываться. Джонни мерил комнату шагами. Он злился. Его кинули. Но больше всего его бесило то, что он не прыгнул в окно сразу же, как исчез сопляк. Как будто правда надеется, что пернатый вернется. Да он что, ждет его? Какой берд. С чего вдруг… Джонни остановился, увидев на полу тень. Напротив окна стоял крылатый в белом костюме. Как ни в чем не бывало. — Ах ты, святая морда, — ринулся на него Джонни. — Наебать меня вздумал? — Джонни, я не- — Заткнись. Джонни впился в мягкие губы, чтобы заткнуть этот паршивый лживый рот. Крылатый не оттолкнул, и Джонни прижал его задом к подоконнику. Ему хотелось задушить эту сладко пахнущую тварь ее же галстуком, привязать к батарее, срезать ему крылья, лишь бы он больше никогда… никогда не уходил? Джонни отстранился и прожег пернатого взглядом. В прошлые разы ему срывало крышу уже от поцелуя, но сейчас меда и прилива сил он не почувствовал. — Что, еще и жадничаешь? — Джонни сжал одной рукой щеки Араха и только тогда заметил припухшие глаза. — Прости, — улыбнулся Арах. — Меня временно лишили сил, поэтому попроси сегодня что-нибудь другое. Джонни вскинул бровь. — Тебя что? — Я нарушил много правил, поэтому меня лишили ранга хранителя и всего связанного с ним. Ну, пока ты не прогнал Сайила… — Брехня. — Я не вру. — Ага, как же. — Джонни убрал руку. Он вдруг почувствовал себя неловко. — Это, типа, из-за меня? — Нет, конечно. До тебя было еще несколько людей, и… — И с ними ты тоже трахался? — Нет. Джонни насупился. Какое ему вообще было до всего этого дело? — Ты сегодня намного лучше выглядишь, — внезапно выдал пернатый. — Ты молодец. — Заткнись. Мне насрать на твои проблемы, чтоб ты знал. А на лесть твою — еще больше. — Джонни отошел к дивану, упал в него и показательно раздвинул ноги. — Я жду извинений. — Прости. Джонни закатил глаза. — И за что бог послал мне такого тупицу. Отсоси, тогда прощу. Арах молча подошел, опустился на колени и принялся расстегивать штаны. Свежепостиранные, между прочим. Джонни наблюдал за ним, а внутри прогрызал себе путь червячок вины. Да с какой стати Джонни ему что-то должен? Никому он ничего не должен. И вообще, ангелок сам нагрянул к нему, привязался, покоя не давал… — Тебе что, в кайф все это? — хмуро спросил Джонни. — Фетиш у тебя такой? — М? — Арах поднял непонимающий взгляд. Джонни отвернулся. — Забудь. И вообще, — он оттолкнул ангела и поднялся на ноги, — я передумал, нет сегодня настроя. Так что проваливай, живот крутит от твоей кислой рожи. Отшить ангела. Наверное, этим можно гордиться. И Джонни чувствовал себя некоторое время хозяином положения: захотел — позвал, захотел — послал. Но затем наступила ночь. И вместе с ней вернулся настрой. Джонни тихо матерился и крутился с боку на бок, безуспешно пытаясь подавить стояк силой мысли. Чертов пернатый. За какие-то три дня Джонни успел привыкнуть к вниманию, и теперь его тело требовало продолжения праздника. — Сукин сын, — Джонни уперся лбом в диванную спинку и со вздохом запустил руку в трусы. Он чувствовал себя озабоченным подростком, но иначе промается всю ночь. Лучше уж по-быстрому разобраться с проблемой и вырубиться, а с чувством собственного достоинства можно разобраться и завтра. Джонни поймал себя на том, что пытается повторить движения Араха. Из горла вырвался натужный смешок. Проклятье, он бы все сейчас отдал, чтобы ему отдрочил крылатый. — Я здесь, — раздался шепот над ухом. Джонни дернулся, но был прижат к спинке. Тонкие пальцы легли поверх его, скользнули между и деликатно сжали ствол. — Какого хуя, — просипел Джонни, красноречиво закончив мысль стоном. — Расслабься, — шептал Арах, пока его рука хозяйничала на члене, направляя и прижимая руку Джо. Если это был сон, то пусть снится. Джонни закрыл глаза и выкинул все лишнее из головы. Влажные звуки заводили его. Когда Арах сжимал пальцы кольцом вокруг головки и медленно вел вниз, Джонни приходилось стискивать ствол у самых яиц, чтобы не кончить здесь и сейчас. Когда пернатый прижимал член к его животу и водил раскрытой ладонью, перекатывая из стороны в сторону, Джонни кусал губу. Когда пальцы сжимались и грубо и быстро дрочили, сбивалось дыхание. Когда Арах останавливался и собирал подушечкой смазку, чуть надавливая на головку, Джонни стонал. Ему хотелось, чтобы это не кончалось. Но сам он кончился уже на третьем кругу. — Блядь, — выругался Джонни с плохо скрываемой обидой. Арах поцеловал его в висок, убрал руку и, судя по всему, собирался снова свинтить, но Джонни поймал его за запястье. — Стоять.