На время

      Ей открыл дверь улыбающийся Дима, и снова она не знала, что сказать ему при встрече: это так негаданно, когда смотришь в глаза человека, а внутри… Внутри всё разрывается.       — Проходи, мы уже заждались, — Масленников схватил её за руку, нежно заводя внутрь, ладонь в его руках слегка подрагивала, выдавая нервозность хозяйки.       — Пробки у вас тут ужасные, — проходя вглубь квартиры, Лиля заметила Даника и ещё одного незнакомого ей парня, которые играли в приставку, сидя на полу.       — О, Сатана, неужто в аду запара, поэтому ты так долго к нам добиралась? — Тауланов с неизменным насмешливым взглядом подошёл к Новиковой, втягивая её в крепкие объятия.       — Мучила чертей, пришла теперь вас мучить, — Лиля хмыкнула, на наигранно обиженный взгляд Даника.       — Артём, знакомься, это Сатана по кличке Лиля, — пожав руку парню с приятной улыбкой, Лиля неуверенно пошла за Димой в монтажную комнату, где её ждал Лёша.       — Привет, Джеки Чан, я уже заждался, — взгляд Столярова уж больно оживился при виде Лили к недовольству Масленникова, который решил остаться с ними.

***

      Новикова, громко смеясь, косилась на недовольного Диму: уж больно неловко тому было от смеха девушки, которая смотрела ролик Лёхи. Спорт это не его, и это видео доказало этот факт окончательно. С какой-то одержимостью он пытался запомнить эту улыбку, которая будет ещё долго блуждать в его памяти и мыслях, её смех не изменился ни на йоту, будто перезвон колокольчиков.       — Как ты Даника победил с такими-то талантами в спорте? — девушка прыснула, поглядывая на Диму.       — Знаешь что?       — Что?       — Я ещё не придумал, но обязательно потом скажу.       — Главное, не забудь и не плачь по ночам в подушку, придумывая что-то стоящее, — похлопав Масленникова по плечу, Лиля вышла из комнаты.       — Чувак, если бы не жена, то я бежал бы за ней хоть на край света, — Лёша с восхищением хмыкнул, возвращая своё внимание ролику.       — Как хорошо, что ты женат.       Застал девушку, Дима за игрой в приставку вместе с парнями: она с усердием нажимала кнопки джойстика, в моменты проигрыша с обидой смотрела на Чернеца с Даником, а, когда побеждала хотя бы одного, с надменным видом едва ли не в глаза смотрела. В ней пропасть властолюбия, какая-то злая и гордая сила. И в то же время она такая добрая, нежная, женственная, бесконечно милая в своих попытках показать свое безразличие к нему. Точно в ней два человека: один с острым умом, другой – нежным и страстным сердцем.       — Принцесс, мы можем поговорить? — наконец-то решившись, Масленников с затаившимся дыханием ждал её ответа. Но вместо слов Лиля только кивнула, поднимаясь на ноги. Как только они оказались в его комнате, страх охватил всё его естество. Страх отказа – один из самых худших видов страха.       — Перестань меня так называть, — тихий, но властный голос Лили был как глоток воздуха, и наконец-то парень заговорил.       — Я пропал не из-за того, что не хотел с тобой общаться, и тот поцелуй был для меня важным. Я просто испугался. Испугался, что, увидев насколько я тебя не достоин, ты сама уйдешь. Я не смог пойти против чужих желаний, учился не по собственной воле, я жил не ради себя, а именно таких людей ты презирала. Я был глупым наивным идиотом, полагая, что смогу жить без подруги и девушки, которая заняла все мои мысли; ты стала частью меня, тем внутренним голосом, который иногда подбадривает, а иногда высказывает, какой я идиот. Всё, что я имею сейчас, благодаря тебе; это ты дала пинок под зад, назвав трусом, это ты вырывала меня из лап книг, показывая мир без зубрежки. Я… я не имел права появляться в твоей жизни после того, как трусливо бросил, но вот, я делаю попытку снова вернуть любимого человека и почему-то в этот момент я кажусь себе тем трусом, которым был раньше, я… — Дима не заметил как по щекам потекли слёзы. Признания давались ему с трудом, но каждое слово приносило сладкую боль, словно из сердца вынимали занозы.       — Всё было бы по-другому, если бы ты не пропал бесследно. Я думала, что сойду с ума, — её шепот бил по самым оголённым местам души, он слышал, как дрожал её голос, как она сдерживала всхлипы.       — Прости меня. Я правда думал, что поступаю правильно. Считал глупым тот поступок с поцелуем, ведь ты явно не была мной заинтересована.       — Ты не зубрила, ты идиот, Масленников, — всхлипнув, Лиля бросилась к нему в объятия, вдыхая до боли родной запах. Тёплые руки прижали её крепко к телу, зарываясь носом в волосы девушки; Дима никак не мог надышаться: она пахла детством, именно таким, каким он его помнил.       — Называй меня так по чаще, — Масленников едва заставил себя оторваться от подруги, услышав крик Даника.

***

      Пока Лиля снова смотрела уже готовый к выкладыванию ролик и смеялась с Лёшей на некоторых моментах, то не заметила, как пролетело время; устало потянувшись, она застыла на месте, заметив, как заснул Дима. С упрямостью он доказывал им двоим, что ни капельку не хочет спать, хоть и казалось, что он вот-вот вырубится. Так и случилось, вот только уснул он на столе, а ноги положил на кресло.       — Ты смотри, и подушечку себе подложил, — Столяров, тихо хихикая вышел из комнаты, оставив девушку со «спящей красавицей» наедине. Дима лежит с расслабленным лицом, одна нога свисает с кресла. Он слегка похрапывает, отчего Лиле становится смешно. Слегка погладив его по щеке, она как бы извинилась за следующие свои действия. Ещё с детства Новикова знала, насколько Дима боялся щекотки, даже страх высоты не настолько был сильным, как этот.       — Спящая красавица, подъём, — в какой-то момент она даже испугалась, что Масленников свалится со стола, настолько он пытался уклониться от её рук.       — Твою мать. Лиля!       — Это не я, — она пожала плечами, вальяжно отходя от красного Димы, который еле отдышался из-за смеха.       — Не первый раз в жизни встречаю такую лгунью! — признается Масленников, сонно потирая глаза.       — Я обиделась, — снова соврала Новикова, даже не смотря на мужчину, прекрасно зная, что он следует за ней.       — На лгунью?       — На не первую, — Лиля села на диван, подогнув под себя ноги. В гостиной никого не оказалась. Девушка вытянула из кармана телефон, чтобы вызвать такси, но тут же лишилась его.       — Я сам тебя отвезу, — тяжело шевеля языком, сказал Масленников, положив свою голову на её бедро, тихо посапывая. Впервые за долгое время она чувствовала себя спокойно, эта боль и обида, оказывается, все эти годы душила её. Ведь он единственный, кому она была готова сдаться. Гордая и сильная, Лиля первый раз за всё своё существование чувствовала нелепую уязвимость перед человеком. И это странное чувство, будто ты теряешь контроль на огромной скорости и при этом безмерно радуешься, что скоро разобьёшься. Он её слабость. То, от чего она не могла отказаться. Он единственное, что она хотела оставить себе, отнять у всего мира, единственный, к кому она хотела уйти, оставив весь мир за спиной. И вот он мирно спит, уткнувшись в её бедро, доверительно прижимаясь.       — Тебе какой-то Псих звонит, — Масленников протянул её телефон, как-то странно смотря, принимая сидящее положение.       — Да?       — Лили, выручай. Твоего бедного и несчастного, с разбитым сердцем друга выселяют с квартиры.       — Псих, ближе к делу? — Новикова закатила глаза, поправляя волосы.       — Можно у тебя пожить, пока не найду себе новый дом? — жалобный тон Влада заставил девушку широко улыбнуться на ребячество со стороны взрослого мужчины, который прекрасно знал, что она не откажет в помощи, но не решился лишать себя удовольствия.       — Умка, ключи ты мои имеешь, но если моя квартира превратится в бордель или свалку, я тебя живьём сожгу!       — Ты знала, что я люблю тебя больше всех, я… — но Лиля так и не дослушала, сбросив вызов, тихо хмыкнув, возвращая своё внимание Диме.       — Кто это был? — тоном Димы можно было заморозить полмира, а взгляд прожигал насквозь.       — Психчинский, — пожав плечами, Новикова поднялась с дивана.       — Влад Психчинский?