Путь сквозь пепел.

Дни езды шли туго и монотонно, деревня за деревней. И чтобы скрасить свой путь, Дима продолжал эксперименты с новой переменной. Границы температуры не шибко большие. От -20 до 30 градусов. Вода с температурой -20 почти мгновенно становится льдом. Потихоньку тая от окружающей среды. Прохладный ветерок же освежал, защищая от жары. Огонь, просто не появлялся. Температура слишком низкая, огонь существует только при 300°C. Насколько я помню. По истечению уже третьей недели, на горизонте показался долгожданный город. Снаружи не отличаясь от предыдущего. Не проезжая через ворота, Дима вышел из дилижанса. Поблагодарив кучера, тот ворочая головой и бормоча что-то про себя заехал внутрь. Дима последовал за ним. Солнце всё также беспощадно палило. Гнилость и нищета заполняли улицы города. Трещины на фасадах домов, за себя говорили, что зданиям требуется срочная реставрация, а также вонь нечистот вперемешку с едким дымом дешевого угля, который где-то жгли и жмущиеся оборванцы в скудных тенях. — Не такого я представлял от столицы. Алмер, наверное, не думал, что тут всё так запущено. Дима в надорванной и кровью измазанной рубашке шагал вглубь города, протискиваясь сквозь шумную толпу; на его лице застыли усталость и голод. Её давящий гул размазывал тишину по мощёной камнем тропе. Последние монеты были потрачены на поездку сюда. Вдруг справа, сквозь весь окружающий шум, он мельком услышал обрывки чужого разговора. — Наконец-то можно спокойно ходить, не переживая, что заберут. — Это да! — воодушевленно откликнулся другой мужчина. — Дела снова пойдут в гору! Неужели правда закончилась? Мелькнуло в голове у Димы.Можно выдохнуть... Обрадованный новостью, он не заметил, как прямо на него несется карета. Колесо которой врезалось в лужу, и грязные брызги обильно окатили Диму. — Чертова кобыла! Смотри куда везёшь! — слова вырвались сами, прежде чем он успел одуматься. Но карета, не обратив на него ни малейшего внимания, продолжила свой путь. — Ни во что людей не ставят, — с горькой досадой подумал Дима. — Я ожидал большего от столицы, где, те самые витрины, уставленные товаром? Может, кусты, для озеленения? Огромные фонтаны, статуи? Он побрел дальше по улице, пока не остановился у старого, покосившегося здания. Сверху еле-еле читалась вывеска: «Последний шанс». Сквозь запыленные окна пробивался мрак. Возле входа висела деревянная табличка с криво нацарапанными словами: «Требуется помощник официанта». Пожалуй, тут берут без опыта. Усмехнулся про себя Дима. Зайдя внутрь, его встречает хозяин заведения. На вид, лет пятидесяти, в зелёной запотевшей футболке и шортах. Коренастого телосложения. — Здравствуйте, Вам ещё требуется помощник? Мужчина посмотрел на него, разглядывая. Кровавая и рваная Димина рубашка, сразу взяла на себя основное внимание. — М-м-м, да. Откуда ты такой взялся? — Я из другого города… На счёт одежды, — Дима сжал кулаки, боль от укусов и дрожь в ногах от адреналина вновь всплыли в памяти. — По пути был атакован волками. Мужчина посмотрел на руки, заметив мускулы. — Ну, помощник мне не помешает. — Какова будет оплата? — Дима решил зайти с козырей. — Плачу 4 золотых и комната - больше нигде не получишь, так что соглашайся. — Я согласен. Комнату, что Диме дали в распоряжение – такая же старая, обветшалая, как и всё здание. Пусть она и старая, но никто не мешает мне её обустроить по-своему. Взявшись за дело, и переставив несколько тумбочек, чтобы закрыть некоторые дыры. Комната стала выглядеть хоть чуточку приличнее. На когда-то пустующих полках, теперь красуется часы, что подарил ему Егор. А также, записная книга. Я буду помнить. Солнце заходило в комнату, последними лучами, перед очередной мрачной ночью. Комнатная пыль, подсвечивалась, словно от прожектора. — Я ведь даже не узнал его имени, — тихо произнёс Дима. — Ладно, завтра целый день будет. Перед сном, Дима впервые наполнил кружку водой, созданной магией, не спускаясь на первый этаж. — Я так обленюсь вообще с кровати вставать. На следующее утро, едва начав натирать до блеска старую стойку, Дима решил не медлить. — Знаете, как-то неловко вышло, — начал он, стараясь, чтобы голос звучал непринужденно. — Всю вчерашнюю суету прошел, работу получил, а как хозяина уважительно величать — так и не знаю. Мужчина, пересчитывавший бутылки под стойкой, на мгновение замер. Из-за прилавка послышался глухой вздох. — Ванден. Зови меня Ванден. Ответ был обрывистым, словно отрезанным. Не имя, а отчество, подумал Дима. — Уже прогресс. Но на этом он останавливаться не собирался. — Почтенное отчество. А полностью-то? Ванден медленно поднялся, его взгляд был тяжелым и усталым. — Просто Ванден. Хватит с тебя. Иди полы в зале помой, пока посетители не набежали. И так прошла неделя. Едкий запах плесени и прокисшего пива уже въелся в одежду и сознание, превратившись в неотъемлемый, не замечаемый фон. Потолок в баре местами прогнил насквозь и угрожающе провисал. В дождь с него сочилась вода, совершенно не справляясь со своей главной задачей — защитой от непогоды. Ржавые тазы, расставленные по полу, лишь жалобно звякали под каплями, не спасая от луж. По вечерам в баре изредка появлялись посетители, днем же царствовали пустота и тишина. Так, в один из вечеров, тишину снова нарушал лишь монотонный стук дождя по протекающей крыше. Дима в заляпанном фартуке мыл кружки. Ванден, сидя за стойкой, ворчал, не отрывая глаз от какой-то грязной тряпки:— Шевелись быстрее! Опять потолок течет, бочки могут промокнуть! Дима молча кивнул, устало проводя тыльной стороной ладони по влажному лбу. В очередной раз, замечая портреты каких-то незнакомых ему людей, всегда ухоженные и чистые рамки по сравнению с окружением. На одной из которых, двое людей. Справа, вероятно, молодой Ванден, а слева, его друг? Неодолимое желание узнать о этом месте больше просочилось в его разум. Накрывая бочки куском старого брезента, он осторожно спросил: — А давно вы здесь, в этом баре, хозяйничаете? Мужчина фыркнул, но все же ответил: — От почившего дяди достался. А тебе-то что? — Так, интересно. Место выглядит... с историей. Чувствуется, что оно многое повидало. Ванден на мгновение усмехнулся, в его глазах мелькнула тень былого.— О, да... Многое он повидал. Боль от расставаний и... — Он внезапно замолчал. Улыбка сползла с его лица, словно её и не было. — Смерть. — Простите, не хотел тревожить старые раны... — Да ерунда это всё, — отмахнулся Ванден, тяжело поднимаясь из-за стойки, — Да по сравнению с тобой это место ещё в деды тебе годится. — А кто изображен с вами на этом портрете? — А это уже не твоё дело. — Уходя в подсобные помещения, сказал Ванден. Может догадка, что это его близкий друг, всё же верна? Дима вспомнил свою старую фотографию, где он почти так же, стоит рядом с Колей на выпускном. Трудно вспоминать тяжёлые утраты. Рабочая смена подходила к концу, и Дима решил прогуляться по вечернему городу, оставляя тяжёлые мысли позади. Работа давала надежды на завтрашний день, что он сможет проснуться и жить дальше.