Одно заветное желание

Бездна не прощала беспечности, которую было легко попутать с благодушным настроением, но обмануть по этой части Озен с её колоссальным опытом было не так-то просто. Вот, например, сейчас, после падения чаши гиганта на четвёртом уровне, она именно что чуяла: прихвостнем Бондрюда, имени которого она не желала запоминать, овладела именно беспечность. И ладно бы один ею заразился, так надо же было возникнуть и во время завтрака, когда Белый свисток только-только раздуплилась после кофе. – Поляна вечной удачи восстановилась, – вдруг заговорил он, и Недвижимый лорд вперила в дурака взгляд бездонных чёрных глаз: – И что? – Да подумал, вдруг Вы захотите сходить, в конце концов, там могила... – он осёкся, но, начисто игнорируя природную осторожность, равно как и деликатность, всё же договорил, – Вашей ученицы. – Та самая могила, в которой никого нет? – уточнила Озен, краем глаза увидев, как напрягся Марулк. – Но всё равно, наверняка это то ещё сакральное место, воспоминания и прочее, – как ни странно, продолжил гнуть свою линию Молящаяся рука. – Я чего-то не знаю? – решила всё уточнить Сяо Дяо, но как можно тише, наклонившись к Джубили. – Белый свисток Лайзы-разрушительницы был поднят на поверхность, однако та могила, что нашла мама, оказалась пустой. И да, мама её раскопала, – несколько удивившись тому, что в беседах они ещё ни разу не коснулись этой темы, ответила ей хозяйка Дьявольского Манка. Гораздо более чуткая к внешним изменениям – сказывалась жизнь, в ранние годы проведённая на улице, – Сяо Дяо лишь кивнула, обратив внимание на глупость Чёрного свистка, который решил, что лучше продолжать диалог: – Есть там кто или нет, свисток был поднят на поверхность, а значит... – Мы спустились сюда вовсе не для праздной прогулки, – тон Озен мимолётно изменился, – Так что на экскурсию даже ради поляны вечной удачи, которую так любила моя ученица, мы не пойдём. – Наверное, там красиво, – совершенно не желая зла, произнёс Федерико, и Белый свисток, переключившись на сына, взъерошила его волнистые волосы: – Очень красиво, и признаться, я рада, что это место снова прекрасно. Словом, я и не сомневалась, что оно восстановится, в конце концов, вечная удача гораздо более устойчива, чем наши, человеческие тела. – Как по мне, так оно разрослось ещё пышнее, – заговорил Дрейк, – Пепел только кажется безжизненным, а на самом деле, это хорошая подкормка для растений. – Твоя правда, – враждебности Озен к нему не испытывала, а потому, затушив костёр одним уверенным движением сапога, поднялась, – Собирайте пожитки, нам уже пора идти. Второй раз свою дурость безымянный прихвостень Бондрюда продемонстрировал, едва они подошли к спуску, миновав слой реголита, так и норовившего если не прорвать ткань, то хотя бы изувечить походные ботинки: – Тупые животные. – Напротив, весьма умные, – заметив мелькающие в пролеске белые тела, даже с некоторым восхищением хмыкнула Белый свисток, – Довольствуются малым, зато своим. Если бы они покинули территорию и побежали смотреть, что там придавлено старой чашей, глядишь, упустили бы нас. А так вот они мы, с пылу с жару. – Это кудара? – Дзинши узрел их лишь мельком, но впечатление животные производили самое что ни на есть зловещее. Ни дать ни взять, волки Поднебесной, достаточно умные для того, чтобы прятаться, и достаточно неутомимые, чтобы преследовать добычу столько, сколько необходимо. Помнится, Марулк рассказывал, что они, ко всему прочему, ещё и ядовиты – то ещё сочетание. И умеют производить световые вспышки, дабы дезориентировать потенциальный обед окончательно. – Они самые, – присев на корточки, Озен, понимая, что рисковать нечем, ведь они всё равно замечены, швырнула вниз камушек, которые тут же был встречен возбуждённым звериным ворчанием. – Ненавижу этот спуск, – поделился мыслями Лероро, – Раньше тут шарокол был, теперь вот, обосновались кудара… Что будем делать? – Я бы посмотрел на выступление молодых, – голос прихвостня в который раз изменился, показав, что его тело захвачено Бондрюдом. Неизвестно, каким было выражение лица под маской, но что-то подсказывало Сяо Дяо, что оттуда сквозит холодной жадностью до впечатлений, так присущей учёным. – Наши дети – это тебе не бродячий цирк. Хочешь смотреть на что-то такое – вылезай на поверхность, – осадила его Озен, – Прибегнем к помощи Хранителя, если не останется вообще никакого выхода… Сяо Дяо, всё нормально? – Да, – дочь бывшего главного евнуха два заметно отвела глаза в сторону, поскольку пред её очи тут же явился Хранитель в образе хитро улыбающегося Лакана. Чуждый нормам морали и нравственности, капризный и непонятный, он был бы не против расправиться с кудара, но давать ему волю означало подставить под удар любые другие отряды, идущие этой дорогой. Будь они бандой вроде той, что была под руководством Сладжо, пожалуй, и не поступились бы на расправу, но если ты отвечаешь за кого-то, кто регулярно спускается и возвращается, делать так – глупо. – Интересно, – несколько отстранившаяся от остальных Маомао кинула вниз ещё один камушек. Один выпесок покрупнее покинул заросли, выскакивая за мнимой добычей, а затем, глухо ворча, снова рванул к остальной стае. – Кидаются, как собаки на дерьмо, – прицокнул языком Дзинши, и его жена, вздрогнув, вдруг обратила на него взгляд: – Да ты гений. – Серьёзно? – поначалу думая, что ему сделают замечание за проявленную грубость, искренне удивился Дзинши, – А что... Что я такого сказал? – Погоди, я кое-что проверю, – отойдя чуть дальше, Маомао отыскала немного уже подсушенного помёта Неритантан и бросила тот вниз. Выпесок и его собрат постарше выбежали снова, мигом открывая пасти. Всё правильно, они действительно были неравнодушны к такому странному лакомству. Сожрали, даже толком не понюхав. Просто принимали то, что сыпалось с условного неба, словно пищу богов. – Что тебе нужно? – поняв, что у лекарки возникла идея, спросила Озен, пока та принялась копаться в сумке, отодвинув с траектории недовольно заворчавшего Бейлуна, который, и не думая о проблемах спуска, безмятежно дремал среди трав. – Собрать помёта, желательно, посвежее, я сделаю им такие пилюли, от которых будет икаться ещё пару недель, – пообещала Маомао, доставая конвертик, которым она не пользовалась ни разу с момента своего появление в Орте. – Это то, о чём я думаю? – не без опаски поинтересовалась Сяо Дяо, и на лице её приёмной матери заиграла улыбка: – Оно самое. Мой фирменный слабительный сбор с ревенем, дудником и нотоптеригиумом. В отличие от дворцовых чиновников, вы здесь питаетесь сбалансированно, и кое-какие проблемы обходят вас стороной, так что моего запаса хватит на всю эту шайку-лейку. – Оно точно подействует? – засомневался Дрейк, глядя на измолотые в порошок травы. – А вот это было обидно, – даже нахмурился Дзинши, – Эта женщина, между прочим, тебя с того света вытащила. – Да я не о том, – потёр костяшки пальцев Чёрный свисток, – Просто вдруг эти травы не действуют на животных. – До тех пор, пока животные умею испражняться, эти травы будут действовать. Или ты будешь убеждать меня в том, что кудара не умеют этого, совсем как крылатые львы из нашей мифологии? – настроение у Маомао улучшилось, казалось, эта выходка даже придётся ей по душе. – Гаошунь, помнится, перестал сомневаться в твоих способностях, когда ты однажды подсыпала эту штуку ему в чай, – вспомнив минувшие деньки, даже заулыбался Дзинши. – А вот нечего было меня на твою милость оставлять, когда тебя бесы попутали угощать меня мёдом, – тоже припомнив былое, тряхнула завязанными в хвост волосами лекарка. – Не хочется вас прерывать, но стая большая, нам понадобится помощь со сбором, – Озен протянула бывшему главному евнуху небольшой холщовый мешок, – Уж не побрезгуйте, всё же для общего дела стараемся. – Я не брезгливый, точнее, не полностью. В далёком детстве мы собирали похожие отходы, дабы удобрять поля, не во всех горах встречается плодородная почва, – поняв, что с ними собирается идти Маомао, Дзинши поднял ладонь на уровень плеч, мол, ты готовься. – Можно вмешать туда остатки нашего завтрака, чтобы выглядело ещё аппетитнее, – предложил Марулк, когда весь отряд, вдоволь порыскав по коридорам, набрал помёта животных. – Можно, пожалуй, из-за того, что они травоядные, оно практически не пахнет, разве что травой и фруктами, – щедро высыпав порцию фекалий в центр вырытой неподалёку ямы, Маомао, вооружившись куском реголита, полее похожим на лопатку, действительно вскоре вымесила довольно равномерный брикет. – До сих пор не знаю, зачем они едят что-то подобное, – негромко проговорил Дрейк, стараясь не морщиться от осознания того, что находилось перед ними. – Это как вредная еда, которой можно набить желудок в предвкушении чего-то большего, – пояснила Озен, тоже не отрывая взгляда от сакрального действа, – Наверное, не будем бросать одним комом, не то сожрёт один, а на других не подействует. – Будем их прикармливать, – распределив порции между всем отрядом, Маомао бросила первый кусок вниз. Пованивающее навозом слабительное плюхнулось вниз, оставив еле различимое пятно. Некоторое время ничего не происходило, а затем наперерез выскочил кудара. Снова один из выпесков, можно было подумать, что старшие ориентируются на них чисто на всякий случай, мол, если сдохнет, не жалко. Подношение исчезло с вытоптанного лапами да ногами участка со скоростью света, в отряде даже моргнуть не успели. Огромные глаза жадно взметнулись вверх, и зверь, рыча, снова прыгнул в заросли. – Налетай, – Озен кинула ещё один, подальше, и с удовлетворением заметила, что на этот раз животное было другим, повзрослее. И действовало оно гораздо осмотрительнее: дважды втянуло носом воздух, неспеша принимаясь за неизвестную пищу. – Ну же, жри, – пробормотал Лероро, и отряд испустил пусть и невольный, но вздох облегчения, когда и эта порция исчезла в глотке хищника. Кудара не были ручными собаками, но когда с неба посыпалось неведомое лакомство, даже изменили своей осторожности, став выскакивать на протоптанный участок земли гораздо чаще, порой по двое, порой по трое. Стая оказалась весьма большая, около пятнадцати особей, и Озен искренне порадовало, что они, приняв в расчёт неизвестное количество врагов, набрали побольше материала для своей ловушки. Вот только хватит ли слабительного? – Хватит, – словно прочтя её мысли, произнесла Маомао, отправляю очередную слабительную пилюлю вниз, – И подействует тоже быстро, я обещаю. Смесь только успела закончиться, как снизу раздался явственный скулёж, а следом за ним урчание в животах, настолько громкое, что было слышно даже с их наблюдательного пункта. – На голодный желудок действует лучше всего, – не без удовлетворения кивнула Маомао, будто бы и не замечая запаха, который донёсся от кудара, на некоторое время ставших её своеобразными пациентами, – Зато после они будут чувствовать необычайную лёгкость, ни дать ни взять, облачка с горних высей. – Я бы предпочла, чтобы они поменяли себе охотничий участок, но это слишком самонадеянно, – закрепив верёвку, Озен на правах старшей спустилась вниз. Ей наперерез было кинулся один из кудара, но затормозил, не успев даже расправить воротник в качестве угрозы. С озлобленным поскуливанием, перемежающимся ворчанием, животное скрючилось, снова возвращаясь в кусты, пока по его задним ногам бежали полосы неконтролируемого жидкого поноса. Судя по доносящимся запахам, его сородичам пришлось не лучше, они были совершенно дезориентированы, и охота была явно последним, о чём куда думали. Злорадствовать было некогда, лучше было бы убраться, да поскорее, что отряд и сделал, окунувшись в атмосферу тропического леса. Озен была очень по душе эта спешка, поскольку так она могла не думать, что подъём обратно может быть смертельно опасен не только для детей, но в том числе и для её мужа. Единственное, на кого можно было рассчитывать в этом случае, так это на Хранителя Дьявольского Манка, если ему не приспичит проявить себя как эгоистичной сволочи, но тут уж оставалось бы лишь смириться и принять судьбу, уготованную Бездной. – Мне здесь нравится, – негромко произнёс Федерико над его ухом, когда Недвижимый лорд уверенно вела торопящихся следом за ней в укрытие, уже знакомое по времени их пребывания здесь с Марулком, во время его лечения и в начале их отношений. – Яркое всё, да? – на всякий случай похлопав сына по руке, дабы не высовывался из-за шляпы, спросила Белый свисток. – Тут много жизни, – уклончив ответил мальчик. Белый свисток решила, что будет недурно поговорить с Федерико насчёт доверия между ними, но, пожалуй, такие серьёзные разговоры могли и подождать. Метание разозлённых немощью собственных тел кудара остались далеко позади, и стали видны следы разрушения, вызванного падением одной из чаш гигантов. На освободившейся полянке, озарённой солнечным светом с поверхности, сновали многочисленные хищники и падальщики, причём были даже те, кто, любопытствуя, спустился с третьего уровня. Вот эти коричнево-чёрные крестики с длинными хвостами с кисточкой наверняка сордесы, которые в силу габаритов могли засовывать морду в любую щель, вытаскивая оттуда мясо жертв крушения, слишком медлительных, чтобы избежать бесславной кончины. Вода из чаши пролилась за несколько десятков метров, и лапы страждущих лёгкой наживы постепенно замешивали её в труднопроходимую грязь. Очень скоро там увязнет ещё больше мелочи, и пир горой будет продолжаться несколько дней. – Я некоторых тварей даже и названий не знаю, – приглядевшись, проговорил безымянный Чёрный свисток, на что предводительница отряда лишь указала в нужную сторону: – Учитывая, в каком они сейчас в восторге от милости Бездны, быть может, это и к лучшему. – Но, если ты желаешь, – снова зазвучал голос Бондрюда, – Предлагаю совершить тебе вылазку, посмотреть, есть ли там что полезное для Идофронта. Дурной тон возвращаться домой из долгого путешествия с пустыми руками. Дрейк, ты идёшь вместе с ним… Надеюсь, – легкий актёрский жест в сторону Озен не остался незамеченным, – Доблестная предводительница отряда не против, что наши пути ненадолго разойдутся? – Это твои подчинённые, а не мои, и раз уж мы присутствуем здесь вдвоём, твоё право ими распоряжаться, – тон Недвижимого лорда был максимально равнодушным, – И не надо мне тут раскланиваться, даже если их сожрут, дорогу в твоё убежище я знаю как свои пять пальцев. – Хм. Мне казалось, вы привязались вот к этому парню, – он указал на Дрейка. – Все наши привязанности в руках Бездны, – уклончиво отметила Озен, – Один раз мы уже спасли его от верной смерти, так что если Дрейк будет осторожен, то вернётся к нам целым и невредимым. А того, что ты используешь, словно куклу, можешь скормить любому хищнику на своё усмотрение. – Твоё милосердие ровно такое же, как у самой Бездны, – усмехнулся Бондрюд, и вскоре оба Чёрных свистка, быть может, не особо хотевших соваться в столь опасное место, но свернули на обходной звериной тропки, дабы исполнить желание своего прямого начальства. Остальная часть отряда без приключений достигла укрытия, в котором, несмотря на прошедшие годы, мало что изменилось, разве что от одной из каменных ванночек прыснул прочь плюшевый кривляка – возможно, потомок того, которого однажды увидел Марулка. – Никаких сюрпризов, – рассмотрев и убежище, и окружавшие то скалы, наконец изрекла Озен, – Можно смело располагаться со всеми удобствами, отмывайтесь, отдыхайте, сходим на охоту, если тем твоим олухам не придёт в голову принести что-нибудь съедобное. – Я могла бы... – заикнулась Джубили, но взгляд матери был строгим: – Не раньше, чем я смогу убедиться в твоём знании местности, и только под моим наблюдением. Если вы с Сяо Дяо не устали, предлагаю вам потренироваться. И нечего смотреть на меня с таким осуждением. Подчинившись, девушка отошла в сторону, где уже отмывалась от изготовления «пилюль» дочь бывшего главного евнуха. – Не сердись на неё, она хочет тебе добра, – ласково пронесла черноволосая, и Джубили ткнулась ей головой в плечо, признательная за поддержку. – Ты знаешь, – убедившись, что отряд рассосредоточился кто куда, снова заговорила Сяо Дяо, – У меня появилась идея. – Хорошая? – подняла голову Джубили, закончившая скрести ногти, и вдруг почувствовала, как Хранитель оживлённо шевельнулся в своей обители. – Ещё какая. Быть может, немного рискованная, но всегда можно сослаться на то, что и условия нам под стать, – хитро улыбнулась дочь лекарки, и раньше, чем был задан вопрос, постучала по перебинтованной шее, – Раз уж я твой свисток, то самое время тебе научиться на мне играть.