Десять Лет Это Долгий Срок

Со своего места на одном из многочисленных балконов замка Дрифтмарк Корлис с интересом наблюдал за общением Рейнис со своими внуками. Она взяла на себя заботу о внучках, как только девочки прибыли из Пентоса, сопровождая гроб своей матери. Это успокоило Корлиса. Но теперь он увидел новую Рейнис, которая общалась с их внуками, сыновьями Лейнора. Казалось, она не замечала их существования почти десять лет, но теперь все утро не могла оторваться от них. Она даже вызвалась проводить детей к дракону и теперь с гордостью демонстрировала им свою Красную королеву, в то время как маленькие детёныши летали вокруг грохочущего красного дракона, щебеча и хлопая крыльями. Корлис не ожидала такого превращения. Он так долго с нетерпением ждал этого момента, что не мог поверить, что он наконец наступил. Действительно ли Рейнис приняла своих внуков? Признала ли она их, наконец, сыновьями своего сына? Неужели после стольких лет, после всех сплетен, которые ходили вокруг рождения мальчиков, она наконец открыла глаза и увидела призрак своего отца в лице своего старшего внука? Отголосок детства Лейнора в лице её второго внука? Он не мог сказать, что был расстроен таким поворотом событий, потому что в течение многих лет Корлис пытался объяснить Рейнис, что дети действительно были от Лейнора, каким бы невероятным это ни казалось и ему самому. Но она не слушала, никогда не спрашивала об их здоровье и открыто ненавидела Рейниру, что только усугубляло слухи о мальчиках. Вместо того чтобы поддержать Рейниру — любимую дочь своей любимой кузины Эйммы, Рейнис отвернулась от семьи своего сына и заперлась на Дрифтмарке в гордом одиночестве. Она дистанцировалась даже от него… После смерти Лейны казалось, что состояние Рейнис только ухудшится, потому что она проклинала всех вокруг. Она тоже обвиняла всех вокруг, особенно его, Корлиса. Возможно, в какой-то степени она была права. Возможно, его амбиции действительно привели к смерти их дочери. Если бы он не настоял на браке Лейны с Деймоном… если бы он не пообещал Деймону, солнце и луну, чтобы принц женится на ней… может быть, тогда Лейна была бы жива? Возможно, она осталась бы на Дрифтмарке и родила бы своих детей здесь, с подходящим Мейстером, который мог бы спасти ей жизнь? А может, и нет. Мейстер из Красного замка помог убить их королеву, вместо того чтобы спасти её во время родов. И Эймма была далеко не единственной женщиной в Вестеросе, которая погибла на родильной койке. Это была неизбежная трагедия, часть жизни, которую невозможно было предсказать или предотвратить. И независимо от того, где бы Лейна ни рожала, результат, скорее всего, был бы тот же. Даже если бы она была замужем за кем-то другим… Корлис знал, что Рейнис винит его не в смерти Лейны, а в последних десяти годах, проведённых без дочери. Тяжесть вины Корлиса была тяжким бременем, которое он нёс, тяжёлым якорем, тянувшим его вниз. Сразу после женитьбы на ней Деймон увёз Лейну в Эссос, и Рейнис, которая много лет не видела свою дочь, встретила только её прах в гробу, наполненном похоронными атрибутами. Раз или два Корлис отправлялся в путешествие, останавливаясь то в одном, то в другом городе, где жили Лейна и Деймон. Когда у него родились внучки, он посетил Пентос, чтобы поздравить свою дочь. Лейна была несчастлива. Заключённая в браке с мужчиной, не обращающим на неё внимания, она стала матерью двух девочек, в любви к которым не была уверена. Иногда Корлис думал, что Лейна родила их, чтобы удержать Деймона рядом с собой. Конечно, принц любил своих дочерей, но его взгляды на Лейну не изменились после их рождения. И, возможно, она много значила для него, кто знает? Тот факт, что Деймон выбрал Лейну себе в жены и почтил этот брак, давая жене уважение, заботу и внимание, которых она заслуживала, уже больше, чем в его первом браке, что уже означало, что он заботился о ней. Но Лейна не нашла в этом союзе той любви, которую искала; это было ясно каждому, кто видел эту пару. Корлис давно знал Деймона и знал, что Деймон не был хорошим человеком. Он тоже не был плохим; он был просто человеком, который делал то, что хотел, не обращая внимания нат других. После смерти его первой жены Лейна стала желанной невестой, и он женился на ней. Но ходили слухи, что до Лейны Деймон пробовал свои силы с принцессой Рейнирой. И все в Королевстве слышали рассказы о том, как принцесса была близка с принцем, как он любил проводить с ней время, как он потчевал её историями и осыпал подарками, привезёнными из своих многочисленных поездок в Эссос… И все Королевство знало, что король отказал принцу Деймону в руке своей дочери и изгнал его из Королевства под угрозой смерти. Дрифтмарк встретил принца-изгнанника с распростёртыми объятиями и отдал ему Лейну в жены. Но с самых первых дней брака принц Деймон не скрывал, что их союз был заключён не по любви, а из жадности. Все вокруг, за исключением Лейны, видели это. Жена Корлиса льстила себя надеждой, что её прекрасная дочь смогла привлечь внимание принца Деймона, добившись успеха там, где проиграла Жемчужина Королевства, отказываясь понимать, что именно король положил конец отношениям между своим братом и дочерью, а вовсе не красота Лейны. Рейнис не хотела выдавать Лейну замуж за сына Морского владыки Браавоса. Она считала этот брак ниже достоинства Лейны и считала, что если Лейне не суждено носить корону, то она заслуживает мужа с драконом. И поскольку принцесса уже была замужем за Лейнором, почему бы Лейне не выйти замуж за овдовевшего принца? Деймон всегда мечтал о жене-Валирийке, поэтому, когда он прибыл в Дрифтмарк, Корлис начал переговоры о браке между Лейной и Деймоном, и Рейнис не возражала против этого. Теперь, конечно, она винила во всем Корлис, забыв о своей роли во всем этом. Но тогда, десять лет назад, она не возражала. Напротив, Рейнис гордилась тем, что её дочь понравилась принцу и вышла за него замуж, наслаждаясь всеми песнями, которые барды слагали о пленительной красоте Лейны и великой любви принца к ней. Первый звонок должен был прозвучать для Корлис, когда принцесса не явилась на свадьбу. Лейнор явился и объяснил, что принцесса беременна, и Мейстеры не советовали ей путешествовать. Тем не менее принцесса не отказалась от своих полётов на Сиракс, и теперь, став свидетелем трех её беременностей, Корлис знал, что именно Рейнира не захотела присутствовать на свадьбе, а беременность была использована в качестве предлога. Её отсутствие на свадьбе было знаменательным событием, свидетельствующим о чувствах принцессы к этому союзу. После свадьбы принцесса ни разу не упоминала о своём дяде или кузине. Казалось, что они оба перестали существовать в мире Рейниры Таргариен. Тогда Корлис уже должен был это заметить. Но Корлис проигнорировал это, слишком гордый тем, что его дочь выходит замуж за принца, что его внуки будут всадниками на драконах и что не имеет значения, кто из них двоих взойдёт на трон — кровь Корлиса Велариона будет течь в обеих ветвях. Рейнис тоже светилась от гордости, не обращая внимания на то, что принцесса не появилась на их свадьбе. О нет, Рейнис не игнорировала этот факт. Она просто думала, что Рейнира делает это из-за мелкой ревности. А потом Деймон забрал Лейну. И мелочная ревность принцессы обрела смысл. Принцесса Рейнира отвергла брак Деймона и Лейны, а Деймон не мог оставаться в Вестеросе, зная, что его любимая племянница проклинает его. В течение долгих десяти лет Деймон и Лейна держались подальше от Вестероса, как бы Рейнис ни призывала свою дочь вернуться, что бы ни обещали Деймону, он держался подальше от Вестероса. Накануне, во время похорон, Корлис заметил, как принц и принцесса старательно избегали друг друга, даже не глядя друг на друга. Теперь он был уверен, что принцесса была причиной того, что Деймон не вернулся раньше и почему он так долго не отпускал Лейну. Если бы он придерживался иллюзии, что принц влюбился в его дочь, Корлис объяснил бы это попыткой Деймона уберечь Лейну от гнева принцессы, но он знал, что причина была в другом — Деймон сам прятался от принцессы. Он всегда подозревал, что Деймон может попытаться жениться на принцессе, чтобы вернуть то, что у него отняли — трон и корону. Ему и в голову не приходило, что Деймон может искренне любить принцессу. Мысль о Деймоне и любви казалась несовместимой! Выдавая Лейну за него замуж, Корлис даже не думал о любви. Он знал, что Деймон женится на ней ради собственной выгоды. Любовь Деймона к своей семье и Рейнире, как к своей племяннице, была неоспорима. Теперь Корлис взглянул на все это с новой точки зрения — он увидел сложную паутину эмоций между Деймоном и принцессой. Не было необходимости размышлять о том, что произошло между ними десять лет назад и что привело к тому, что Рейнира все эти годы намеренно игнорировала существование своего дяди, почему она отказывалась от помолвки их детей, когда Корлис и остальная семья рассматривали это как выгодный брак. Почему Деймон предпочёл скрываться в Эссосе в течение долгих десяти лет, несмотря на то, что был женат на дочери Корлиса и уже получил прощение за этот брак от своего брата, Короля… И самые важные мысли в голове Корлиса были о Лейноре… В конце концов, если старые угли не погасли и превратятся в костёр, чего это будет стоить его сыну? Или Корлис все преувеличивал, потому что принц даже словом не обмолвился с принцессой. И все же ужасное предчувствие надвигающейся бури не отпускало его. Наблюдая за своей женой, которая наконец–то начала принимать их внуков, Корлис изо всех сил старался сосредоточиться на позитивном — на будущем своего дома, на тяжёлой ответственности, которая лежала на этих мальчиках. Маленький Джоффри находился в глубине замка со своей няней, мирно посапывая в колыбели. Принцесса, которая теперь управляла замком, дала Рейнис время, необходимое для того, чтобы она могла погоревать. Корлис, однако, был сбит с толку и не мог найти себе места. Он разрывался между своим горем и необходимостью поддержать жену, не в силах выразить боль, которую испытывал из-за смерти дочери. Рейнис, изо всех сил пытавшаяся скрыть своё горе, была глубоко потрясена смертью дочери, и этот факт не ускользнул от внимания Корлиса. Напряженные отношения с Лейнор были дополнительным бременем, но по-настоящему её угнетала потеря дочери. Рейнис была женщиной необыкновенной силы, но даже самые сильные могут дрогнуть. Корлису оставалось только надеяться, что смерть их дочери не сломит его жену и что она найдёт в себе силы выстоять. Он любил Лейну. Она была его лучиком солнца, его маленькой радостью. Корлис баловал её отеческой любовью и дарил подарки и мечтал увидеть её в короне. Когда Визерис отказался жениться на Лейне, выбрав вместо неё Алисенту Хайтауэр, леди менее знатную, Корлис счёл это оскорблением для Лейны, а не только для его Дома. Как посмел Визерис жениться на какой-то второстепенной леди Королевства, которая раньше выносила ночные горшки за его дочерью, а не на прекрасной Лейне? Идеальная невеста из замечательной семьи с хорошей родословной, богатством, флотом и драконами за спиной была объявлена неподходящей для брака с Королём, в то время как служанка считалась достойной! Как посмел этот глупый Король опозорить такое сокровище, как дочь Корлиса? Он годами лелеял эту обиду, и когда Визерис наконец приплыл к берегам Дрифтмарка с предложением выдать его дочь замуж за сына Корлиса, он был в восторге. У Корлиса был шанс отплатить Королю его же монетой — отказать этому глупцу и унизить его дочь, как когда-то унизили Лейну. Но жена успокоила его гнев, и амбиции взяли верх над жаждой мести. Принцесса Рейнира была идеальной невестой для Лейнора. Во всем Королевстве не было другой такой, как она самая красивая девушка королевства, всадница на драконе и будущая королева. Перспектива посадить внука на Железный трон согревала его сердце по ночам. И это было не только потому, что Корлис хотел, чтобы его внук стал королём. Нет, это было ещё и потому, что таким образом Корлис мог наконец добиться справедливости для своей жены, у которой отобрали корону и отдали Визерису. С того дня прошло почти десять лет. Брак его сына был благословлён рождением троих сыновей. Принцесса не унаследовала слабого здоровья своей матери, выносила детей в положенный срок и родила легко, и все малыши были здоровыми. У всех троих яйца вылупились почти сразу же после того, как их положили в колыбель. У всех троих внуков Корлиса Были драконы. Мальчики выросли хорошими, приятными в общении, умными и добрыми детьми. Корлис любил своих внуков, души в них не чаял и был готов на все ради них. Он пытался оградить их от всех слухов и невзгод, которые могли обрушиться на их головы, но Корлис был бессилен защитить их от некоторых вещей. Одной из таких вещей было презрение его жены к ним. Он был зол на Рейнис за то, что она поверила слухам и отвернулась от семьи их сына. Он пытался образумить её и поговорить с ней, но она не стала слушать, обвинив Корлиса в том, что он ослеплён своими амбициями. Однако именно Рейнис была ослеплена своей собственной оскорблённой гордостью. Именно она отказывалась видеть правду, которая была настолько очевидна, что её увидели даже сторонники зелёных. Навещая своих внуков в Красном замке так часто, Корлис, он заметил, что даже лорды, одетые в зелёное, испытывали симпатию к принцам Велариона. Да, по всему Королевству ходили слухи об их рождении, но каждый, кто видел их лично, сильно сомневался в правдивости этих слухов. У черноволосых мальчиков были чисто Валирийские черты лица. В них не было даже намёка на Андальскую кровь. Или кровь Первых людей. Их кожа была бледной, как у всех Валирийцев, а глаза голубыми или светло-фиолетовыми и сияли огнём. От Рейнис они унаследовали только цвет волос… Джекейрис уже в возрасте девяти лет превосходно владел мечом. Конечно, ему ещё предстоит тренироваться, чтобы стать лучшим фехтовальщиком в Королевстве, но Корлис был уверен, что его внук уже на правильном пути. Мейстеры всегда с гордостью хвалили его и его учёбу — мальчик был умным, наблюдательным и любознательным. Но, в отличие от своего шумного и жизнерадостного брата Люцериса, Джекейрис был тихим и серьёзным мальчиком. Люку вот-вот должно было исполниться шесть, и Корлис уже готовил подарки для своего любимого внука и наследника. Обычно Король отмечал дни рождения своих внуков с большой помпой, устраивая турниры и пиры в их честь. Однако после отъезда принцессы на Драконий Камень день рождения маленького принца, скорее всего, будет отмечаться именно там. Рейнира по-прежнему часто посещала Королевскую Гавань, потому что была наследницей трона, и, как таковая, обязана была присутствовать на заседаниях Малого Совета, но она не брала с собой своих детей. Должно быть, в Замке произошло что-то, так сильно Напугавшее принцессу, что она захотела уберечь своих детей, держа подальше от Королевской Гавани и яда, который реками тёк по коридорам Красного Замка. Он не мог винить её за это — Корлис прекрасно знала, как одиноко чувствовала себя принцесса в замке, полном врагов. Конечно, у неё были сторонники, но со смертью лорда Стронга все больше и больше лордов, живущих в Замке, стали носить зелёное и все меньше и меньше — черное. И теперь, когда сам Отто Хайтауэр вернулся из Староместа и снова стал Десницей Короля, у Рейниры в Красном замке останется ещё меньше друзей. Корлис не винил её за то, что она пыталась защитить своих детей. Лейнор была на это Неспособен, поэтому принцессе пришлось действовать самостоятельно, так как она считала нужным. Мальчикам также было бы полезнее расти в мире и безопасности, в окружении друзей, а не врагов. Как бы Корлису не было неприятно признавать это, после смерти сира Харвина дети остро нуждались в защите, потеряв свою последнюю опору в Королевской Гавани. Конечно, Корлис знал об отношениях Рейниры с Харвином Стронгом — лордом-командующим городской стражей. Корлис также наблюдал за Лейнором и его Любовниками, прекрасно понимая, в каком положении они оба находятся. Корлис слушала все сплетни, все упрёки и обвинения в адрес Лейнор и Рейниры и видела, как Рейнира пыталась защитить их обеих, но понимал, что у неё ничего не получается. Слухи о предпочтениях Лейнора продолжали распространяться по Блошиному Дну, потому что Лейнор, не думая ни о ком на свете, продолжал посещать бордели и пировать со своими любовниками и друзьями. Рейнира была гораздо более осторожна в этом отношении, и о ней ходило много слухов, но лишь некоторые из них были правдой, а остальные — вымыслом. К великому стыду Корлиса, он был вынужден признать, что у девушки было больше чувства ответственности и долга, чем у его сына. Лейнор наслаждался положением принца-консорта со всеми привилегиями, которые давались ему вместе с титулом, забывая, что как принц-консорт он несёт ответственность перед своей женой и их детьми. Вместо этого он постоянно подвергал их риску. И Королева Хайтауэр никогда не упускала возможности воспользоваться этим, чтобы ударить Рейниру по тому месту, где было больнее всего — по её детям. Внимание Корлиса отвлекла от жены спотыкающаяся фигура Лейнора, поднимающегося по лестнице. Скорее всего, его сын снова был пьян. За все время брака Лейнора и Рейниры Корлис ни разу не попытался серьёзно поговорить с сыном о его браке. Лейнор, чувствуя себя загнанным в угол и обиженным, всегда боялся высказать свои истинные чувства. Он знал, что его отец устроил этот брак, обрекая его и Рейниру на жалкое существование. Всякий раз, когда Корлис думал о том, чтобы поговорить с Лейнором о долге и ответственности по отношению к своей семье, он понимал, что Лейнор, скорее всего, ответит, что не хотел этих обязанностей и не хотел иметь семью. Все это было навязано ему родителями, которые даже не считались с его мнением, оставив у него глубокое чувство несправедливости. Возможно, после рождения внуков Корлис немного смягчился в отношении воспитания своих детей, но теперь этому должен был прийти конец! Его сестра обрела вечный покой среди волн. А Лейнор только и делает, что пьёт! Знает ли он вообще, где его сыновья? Или его жена? Корлис не мог не испытывать разочарования из-за поведения сына. — Лейнор! — Корлис позвал своего сына, который остановился как вкопанный и начал озираться по сторонам. — Отец? — слегка удивлённыйь сын, наконец, заметил своего отца, стоящего на балконе. Очевидно, он пытался незаметно прокрасться обратно в свои покои. Так где же, черт возьми, был этот Кварл, когда он был так нужен? Он всегда следовал за Лейнором как тень, а теперь оставил его одного спотыкаться на каменных ступенях! Лейнор мог вот так упасть и сломать себе шею, а Корлис не горел желанием отправлять своего второго ребёнка в море, опасаясь потерять ещё одного любимого человека. — Где ты был весь день? — спросил отец сына, который не спешил присоединиться к нему на балконе. — Просто… гулял тут…- — Хватит валять дурака! Ты хоть знаешь, где твои сыновья проводят свой день? — — Скорее всего, где-нибудь… с Рейнирой, где же ещё им быть? — Лейнор удивлённо моргнула. Бесстрастный ответ Лейнора только увеличил пропасть между ним и его отцом. Возможно, в последний раз он думал о своих сыновьях, когда они приплыли сюда с Драконьего Камня. — Где твоя жена? — Корлис прищурился, пытаясь определить степень опьянения своего сына. — С… нашими сыновьями! — ответил Лейнор. — Дурак! Боги, за что меня так наказывают? — Корлис выругался про себя, а затем махнул рукой сыну и заговорил. — Ну, подойди сюда и посмотри на своих сыновей. Может быть, ты вспомнишь, что помимо «прогулок» у тебя есть ещё и кое-какие обязанности! - Едва волоча ноги в тяжёлых кожаных ботфортах, Лейнор вышел на балкон. Его налитые кровью глаза быстро отыскали мать и сыновей, и он скорчил недовольную мину. — Неужели мать, наконец, вспомнила, что у неё есть ещё и внуки? — Лейнор фыркнул. Корлис знал, что отношения между Лейнором и его матерью Рейнис испортились после рождения Джекейриса. Отказ Рейнис признать своих внуков своими глубоко ранил Лейнора. Он был любимым ребёнком матери, её любимым сыном, золотым мальчиком, и вдруг, в мгновение ока, она отвернулась от него после того, как он выполнил ненавистный долг. Рейнис была среди тех, кто подталкивал его к этому браку, а затем стала первой, кто отвернулся от него. Ее отказ поддерживать Лейнора и его семью стал одной из причин, по которой Лейнор заполнил пустоту внутри себя пьянством и кутежами со своими многочисленными любовницами и друзьями. Однако брак с человеком, которого вы не любите, также мог повлиять на поведение Лейнора. Лейнор оказался слабее, чем Корлис ожидал от своего сына. Во время войны на Ступенях Лейнор проявил себя как храбрый воин и отважный наездник на драконах, новичок в мирной жизни, женатый мужчина и отец; казалось, он не мог найти себе места. Лейнор не знал, куда себя деть и чем занять, чтобы заполнить пустые дни, проведённые в Королевской Гавани. Да, он занимал место Корлиса в Совете, но это не делало его счастливее. И Корлис знала, что Лейнор редко посещал заседания Малого Совета, перекладывая всю ответственность на плечи своей жены. Это была их общая вина, что на маленькие и хрупкие плечи Рейниры легла огромная ноша, но она несла её, не жалуясь и не ища виновных в своей судьбе. Она серьёзно относилась к своему долгу, и даже в той негостеприимной атмосфере, в которой она жила, Рейнира пыталась найти союзников, которые поддержали бы её притязания на трон после смерти отца. Как и Корлис, принцесса прекрасно понимала, что после смерти короля возможна война, и ей нужны были сильные союзники, которые защитили бы её и её детей и помогли бы ей победить. После всего, что она пережила, она бы не сдалась и не отдала бы свою корону Хайтауэру! Корлис высоко ценила принцессу за её сильный характер и способность противостоять любым испытаниям, совсем как у Рейнис. Это сходство было свидетельством уникальной природы драконов — они никогда не сдавались, независимо от обстоятельств, и всегда стремились вперёд, пока не достигали своих целей. Это был тот же дух, который привёл Эйгона Дракона к завоеванию Семи Королевств… И, конечно, их драконы были значительным преимуществом. — Мальчики предложили дочерям Лейны посмотреть на драконов, — объяснила Корлис. — Твоя мать вызвалась сопровождать их. — — Неужели она так боялась, что мои мальчики скормят своих кузин дракону, если за ними никто не присмотрит? — Язвительно заметил Лейнор, и в его тоне послышалось скрытое напряжение. — Не оскорбляй свою мать, — предупредила Корлис. — Она просто проводит время со своими внуками. — Лейнор молча наблюдал за тем, как его мать общается с его сыновьями, и его мысли путались, прежде чем грустная улыбка тронула его губы. — Лейне пришлось умереть, чтобы она, наконец, увидела их, — сказал Лейнор, и в его голосе прозвучала горькая обида. Корлис не задумывался об этом, но его сын был прав в одном — если бы не смерть Лейны, они бы не собрались все вместе на Дрифтмарке, и у Рейнис не было бы возможности увидеть мальчиков такими, какие они есть. Сколько ещё лет его жена провела бы в отрицании? Боги безжалостны — чтобы открыть его жене глаза на правду, они отняли у неё что-то ценное! — Не смей так говорить! Ни перед своей матерью, ни перед кем-либо ещё, — сказал Корлис, глядя на сына. Он любил Лейнора, но его голубые глаза казались пустыми. Его бледное лицо осунулось, а под глазами залегли тёмные круги. Солнечная улыбка, которая раньше освещала каждый их день, теперь превратилась в горькую усмешку. Последние десять лет Корлис наблюдал, как медленно угасает его сын, и чувствовал себя совершенно беспомощным. Его сердце разрывалось на части, и он постоянно боролся с собой, чтобы не пожалеть о своём договоре с Королём. Он сожалел о женитьбе своего сына, но он также дорожил своими внуками, которые были лучшим, что произошло в его жизни за последние годы. Он никогда не пожалеет об их существовании. Но ему было мучительно видеть своего сына в таком состоянии. -Я больше не могу так жить, отец, — признался Лейнор, и его голос был полон отчаяния. — Никто не предупреждал меня о том, на что будет похожа жизнь в Красной Крепости — за мной постоянно наблюдают. О каждом моем шаге докладывают Королеве, а она только распускает все новые и новые сплетни обо мне, моей жене и моих детях. Каждый день я вижу разочарование на лице моей жены и не могу ничего с этим поделать. Я умираю внутри!.. Я не знаю… Я не могу… Я больше не могу так жить, отец. И Рейнира тоже не может. Она пытается, но…- — Ты должна подумать о своих сыновьях, Лейнор. Мальчикам нужен отец… — Начал Корлис, но Лейнор перебил его: — Что я за отец? Пьяный подонок, ползающий по коридорам Красной Крепости, который даже не может удержать меч в трясущихся руках! — — Ты преувеличиваешь, сынок. В тебе сейчас говорит горе. Останься подольше на Дрифтмарке после похорон, может, тебе станет лучше. Проводи больше времени со своими мальчиками, не пей так много…- — Какое горе, отец? Я уже десять лет живу в кошмаре! — Голос Лейнора был полон отчаяния и безнадёжности, когда он отвернулся от отца, чтобы посмотреть туда, где были его мать и сын. — Ты прав, мальчикам нужен отец, но я не тот отец, который им нужен. Я не тот сын, которым ты гордился десять лет назад, и никогда им не был. — Корлис тяжело вздохнул и встал рядом с сыном. Они вместе наблюдали, как Рейнис улыбается, пока мальчики кружили её в танце. Близнецы Лейны стояли рядом и хлопали в ладоши. Это была сцена чистой радости, как будто время на том пляже застыло, и не было ни горя, ни похорон, ни потерь. В тот момент Рейнис словно снова была той девочкой, которая играла со своими детьми…