Прошлое, настоящее и будущее

— Кстати, — вдруг вспомнил Саске, вырвавшись из круговорота затянувшихся раздумий, — мне недавно сказали, что у меня в детстве был кот. Это правда? Саске уже успел позабыть, где он и что делает, до того долго ему пришлось ждать сотрудника автосалона, оформлявшего документы на его новый автомобиль. В качестве замены погибшего Range Rover он выбрал белый кроссовер Maserati — такой же массивный и тяжёлый, чтобы ездить в комфорте и чувствовать мощь большой машины под руками. Кому вообще нужны эти крохотные спорткары, похожие на игрушечные машинки на пульте управления? Железный конь должен быть таким, чтобы при виде него дух захватывало — как одноместные крохотули могли произвести на кого-то схожее впечатление? Итачи шутил, что таким образом Саске старался компенсировать недостающий размер у себя в штанах, но от предложений проверить всё лично и убедиться в правоте своих предположений каждый раз отказывался. — Ты не помнишь Кураму? — Итачи искренне удивился. Саске редко видел его таким. — Я-то думал, ты молчал, потому что просто ни с кем не хотел о нём говорить. — Какой Курама? О каком коте вы все говорите? — раздражённо спросил Саске, чувствуя себя настоящим психом: даже посторонние люди знали его лучше, чем он сам. — Объясни уже нормально. — В пять лет ты притащил домой котёнка с улицы. Чёрненького такого, симпатичного. Не знаю, где ты его нашёл, но он был весь грязный и вроде даже блохастый. Дедушка разрешил тебе его оставить. — Давай покороче. Где этот кот? — Он прожил у нас почти месяц. Потом отец сильно разозлился, потому что он поточил когти о дверной косяк, и вышвырнул его на улицу, пока тебя не было дома. Ты потом пошёл его искать, когда вернулся со школы, и нашёл… Ну… Тогда зима была, на улице мороз стоял. Он спрятался под забором соседнего дома и там замёрз. Ты нашёл его, когда он был уже окоченевший. Сперва Саске ничего не ответил, только неоднозначно скривился и допил остатки уже холодного кофе из своей чашки. Теперь ему стало понятнее, почему Изуми так рьяно пыталась оставить это в тайне — притом настолько, что была готова врезать Шисуи хоть по ноге, хоть под рёбра, чтобы научить его сначала думать, а потом уже ляпать языком почём зря. — И всё? — фыркнул он, на мгновение отвлёкшись на менеджера автосалона, бегавшего вокруг очередного состоятельного клиента в другом конце зала. — Я ждал какую-то вопиющую историю, скандалы, интриги, расследования, а в итоге не услышал ничего нового. Только почему я сам об этом не помню? Этот вопрос Итачи оставил без ответа. Саске и так слишком сильно ненавидел своего отца, так что не стоило подливать масла в огонь и ещё сильнее провоцировать его на агрессию. Получив наконец документы на машину спустя два часа ожиданий, Саске сразу же сел за руль, чтобы испробовать дорогую покупку на практике. И сиденья, и приборная панель, и даже общая атмосфера в салоне ощущались по-иному — не так, как в прошлом автомобиле, — но это всё лишь дело привычки, и со временем неудобства перестанут таковыми быть. А до тех пор оставалось только не раздражаться из-за «расставленных в неправильном месте» кнопок и не пинать колёса ногами в приступе злости. Тогда Саске ещё не знал, что, когда он распробует эту машину получше, она станет его любимицей, и ему нечасто будет хотеться изменить ей с каким-нибудь скоростным спорткаром, на котором только и можно, что гонять по автобанам и соблазнять падких на деньги глупеньких девиц. Саске подвёз Итачи до дома, не забыв в конце поездки спросить его о ходе расследования недавнего инцидента. Не просто же так кто-то разбил его припаркованную машину. — Я ещё в процессе, — ответил Итачи, отстегнув ремень безопасности и открыв дверь автомобиля. — Никаких интересных новостей у меня нет. — Хочешь сказать, тот придурок просто не справился с управлением своей рухляди и чудом никого не задавил? — зло прошипел Саске. — У меня нет доказательств того, что это было заказное убийство. Пока всё сводится к тому, что твою машину разбили по чистой случайности. — Ага. Я так и понял. Именно мою, а не любую другую из десятка других тачек на той же парковке. Хорошо. Ты уже идёшь? Иди. — И тебе хорошего дня, — улыбнулся Итачи напоследок. — Вот как мне слезть отсюда и не убиться… Кто вообще покупает такие высокие машины… В этот день со всеми важными и неотложными делами было покончено — пришло время заняться чем-то более приятным и расслабляющим. Саске планировал заехать к Сакуре в гости, хорошо провести с ней время и даже остаться на ночь, если только поздним вечером никто не потревожит его по поводу срочного рабочего вопроса. Они не виделись почти целую неделю, а потому намеревались наверстать упущенное только лишь в компании друг друга. Саске написал Сакуре короткое сообщение с обещанием приехать через полчаса и выдвинулся в путь. По дороге он заскочил в магазин, чтобы прихватить вино для неё и виски для себя, а уже затем отправился дальше к месту назначения, где его порядком заждались. Тем временем пресловутый кот всё никак не выходил у него из головы. — Ужин стынет! — с такими словами встретила его Сакура, держа в руках деревянную лопатку. — Я уже пришёл, — Саске осмотрел её с ног до головы, задержав взгляд на миленьком беленьком фартуке с россыпью розовых цветочков. — Наденешь эту штуку на голое тело? Я бы посмотрел. Сакура густо покраснела от смущения, будто бы Саске только что впервые в жизни попытался склонить её к чему-то подобному, и убежала обратно на кухню — дальше накрывать стол. Стряпня Сакуры разительно отличалась от того, что Саске привык есть у себя дома и во всех престижных ресторанах города. Способностей к готовке у неё явно не было, и при всём желании она не стала бы шеф-поваром даже какого-нибудь простенького местечкового кафе. Каждое её блюдо, за какое ни возьмись, не отличалось ни выразительным вкусом, ни правильно подобранными специями, ни красивой подачей, возбуждающей аппетит… Но, несмотря на это, Саске всегда, что бы и сколько бы ему ни положили в тарелку, доедал всё до последней крошки и никогда ни на что не жаловался. Ему нравилась домашняя еда. Ему было важно есть то, что приготовлено с любовью и вниманием, а не сделано на автомате, как и все сошедшие с конвейера блюда. Невозможно наслаждаться едой, не обладающей приятным привкусом заботы и уюта. За едой, в тишине, наедине и при горящих свечах они обсуждали прошедший день, последние новости и свежие впечатления, скопившиеся за всё то время, что им пришлось провести порознь. Сакура задумчиво вертела в руках бокал с вином, Саске то и дело тянулся к стакану с крепким виски ради очередного глотка. Им не нужно было никуда спешить. Не нужно было думать о постороннем и переживать о трудностях грядущего дня. Такие встречи происходили у них не так часто, как хотелось бы. Сакура, не обременённая ничем, кроме учебы в университете, звала Саске на ужин чуть ли не каждый день, но не всегда он имел возможность отставить в сторону дела и работу, чтобы провести побольше времени с ней. Иногда он приезжал позже, чем обещал, когда ужин был уже холодным. Иногда — совсем поздно, когда Сакура собиралась ложиться спать. А порой — и вовсе без предупреждения, пугая Сакуру внезапным ночным появлением и хмурым, усталым лицом. Она не была в восторге от нарушенных планов, непостоянства и недостатка общения как такового, но предъявить Саске претензии не могла — опасалась, да и не считала нужным. Он столько делал для неё, так старался и с такой вовлечённостью вникал в каждую мелочь её жизни, что было совсем неуместно попрекать его за столь пустяковые недостатки. После ужина они отправлялись в спальню, чтобы отдохнуть и подготовиться ко сну. Пока Сакура заваривала чай и выбирала фильм на вечер, Саске успевал принять душ и переодеться. Они укладывались поудобнее, располагаясь поближе друг к другу, и принимались за просмотр. Правда, смотрели они не очень долго и не особо внимательно. Первые пятнадцать, а иногда и целых двадцать минут Саске держался молодцом и не отрывал взгляд от экрана, но затем его скромный запас терпения подходил к концу. Он аккуратно и почти незаметно подкрадывался к Сакуре ещё ближе, невесомо касался её колена и других открытых частей тела, водил кончиками пальцев по бедру — в общем, не делал ничего страшного и предосудительного. Сакура принимала это за невинные знаки внимания, ведь все нормальные пары так делают, и потому всякий раз пропускала момент, в котором рука Саске оказывалась у неё под пеньюаром. Она наивно пыталась уговорить его отложить свои недвусмысленные намерения хотя бы до конца фильма, но он никогда к ним не прислушивался. — Я всё равно буду смотреть кино! — твёрдо и чётко произносила Сакура, даже когда Саске укладывал её на спину, ещё и показательно скрещивала руки на груди, тем самым подкрепляя своё серьёзное заявление действиями. — Сейчас начнётся самое интересное! Если бы только Саске это волновало. Он не вынуждал Сакуру идти у него на поводу и не настаивал на ответных действиях, потому что был готов сделать всё сам. Уж чего-чего, а упрямства ему было не занимать, особенно после пары бокалов виски, выпитых до последней капли. Сакура подолгу сопротивлялась его чарам и делала вид, что телевизор для неё интереснее, но в итоге всё равно сдавалась, ибо не могла вечно противостоять магии проворных пальцев и умелого языка. Саске оставлял Сакуру в покое под конец фильма, когда на экране вот-вот должны были показать развязку. Он залпом допивал свой остывший чай, чтобы промочить горло, и укладывался спать с чувством выполненного долга. Тогда Сакура наконец возвращалась к просмотру, включая кино с самого начала, но, как правило, после активного времяпрепровождения её тоже начинало клонить в сон. Поутру они нередко продолжали события минувшего вечера и лишь после этого отправлялись завтракать, чтобы затем разойтись по своим делам до следующей встречи, что сразу становилась долгожданной, стоило им только обменяться прощаниями. Саске скучал по Сакуре, когда они были порознь, хоть и не так сильно, как она сама, не представлявшая своей жизни без него. Но ведь всё хорошо в меру. Саске не изнывал от скуки в свободное от Сакуры время и занимался работой, учёбой, своими личными делами, ибо ему, как ни странно, иногда хотелось отдохнуть от приевшегося уклада жизни и получить немного свежих впечатлений. Он ходил по клубам с друзьями, пил алкоголь, веселился и ни в чём себе не отказывал, в том числе и в распущенных девушках, с радостью прыгавших в его тесные объятия. Саске не нуждался в ком-то на стороне — ему с лихвой хватало Сакуры, податливой и послушной, готовой на всё ради его хорошего расположения духа. Дело было совсем не в этом. Саске не собирался отказываться от старых привычек, пусть те и не вязались с его новыми отношениями и обязательствами. Он мог себе это позволить. Ему нравилось быть востребованным, купаться во внимании красивых девушек и самому увиваться за привлекательными шилохвостками, ибо таковыми были его мировоззрение и внутренние потребности. Это как единожды выбрать мильфей вместо любимого эклера, который ешь чуть ли не каждый день, потому что заварной крем хоть и вкусный, но всё равно может надоесть из-за перенасыщения. Вот и Саске время от времени изменял обожаемому пирожному ради разнообразия, чтобы затем с большим удовольствием ощутить его сладость на языке. Тем не менее Сакуре об этом знать не стоило. Саске старательно скрывал от неё свою вторую жизнь, чтобы не провоцировать скандал и не объясняться — лучше предотвратить проблему, чем столкнуться с ней потом. Сакура истеричкой не была, да и ревность свою никогда не показывала, но лишняя неприятная информация могла плохо сказаться на её настроении. Зачем им обоим эти неудобства?

***

В один момент своей жизни Саске вдруг понял, что ему очень необходим помощник, и желательно в самое ближайшее время. Это должен быть мастер на все руки — буквально человек-оркестр, которому можно доверить любое задание, вплоть до ремонта розетки в доме и замены пробитого колеса посреди безлюдного шоссе. Жадным Саске не был и деньгами всегда делился, особенно с важными и нужными людьми, а потому считал себя в праве требовать от нанятого им же работника всё, что ему захочется. На самом же деле Саске не собирался никого пытать невыполнимыми заданиями, ибо прекрасно понимал, что ему ни за что не отыскать человека, сочетающего в себе задатки гения во всех областях науки, однако он точно знал, какими качествами этот пока ещё мифический помощник обязан обладать. Это должен быть мужчина, и желательно молодой — ровесник Итачи допускался, но так, с натяжкой. Вождение машины стояло в приоритете, ибо что же это за мужчина, который не умеет крутить руль и нажимать на педали? Внимательность, сконцентрированность, отсутствие проблем с памятью также занимали не последнее место в перечне характеристик лучшего на свете помощника. А если он ещё и умеет в правильный момент удержать рот на замке, то вообще цены ему не будет! Только где такого найти? Саске был готов даже взять человека с улицы, чтобы с нуля обучить его главным аспектам такой сложной работы, но он и понятия не имел, как правильно в подобных случаях проводить собеседования. Лучше сразу сунуть кандидату под нос листок с наводящими психологическими вопросами для проверки на адекватность или же простой анкеты с пунктом «психические расстройства» будет достаточно? Тогда придётся нанять ещё одного специалиста, который эти самые анкеты составит. Саске долго ломал голову над тем, как правильно всё организовать, но в итоге решил действовать по ситуации. Если вдруг кандидат начнёт бесить его в первые пять минут разговора, значит, им будет не по пути. Остальное приложится. Саске активно занялся поисками. Он поспрашивал всех доверенных родственников и знакомых на предмет возможных претендентов, соответствовавших его требованиям, но получил всего три контакта, которые в конечном счёте не оправдали ожиданий: один оказался неумехой, а остальные два сами отпали, когда узнали свои будущие должностные обязанности. Таким положением дел Саске остался недоволен. Неужели никто в нынешнее время не хочет работать? Да, придётся попотеть, чтобы начальник-самодур остался доволен, но и оплата была соответствующей! Саске едва не опустился до публикации объявления на специализированном сайте — до того сильно его охватили злость и отчаяние, — но в последний момент он решил не рубить с плеча и сперва обратиться ещё и к своим университетским товарищам: даже среди всего этого снобистского сброда время от времени попадались нормальные люди. Некоторые действительно дали ему пару наводок, остальные же пообещали поспрашивать у друзей, не нуждаются ли они в хорошей работе. Но и в этот раз Саске остался без результата. Один-единственный юноша, понравившийся ему больше всех из-за своего исключительного ума и сообразительности, оказался эпилептиком, на которого в критической ситуации не удастся положиться — за таким самому придётся присматривать, чтобы тот не скопытился от очередного приступа прямо в его присутствии. Саске утратил всякую надежду кого-то отыскать. Он уже почти смирился с тем, что ему и дальше придётся самому платить по счетам, следить за истекающим сроком действия всех своих страховок и даже разговаривать с обслуживающим персоналом по телефону, если вдруг нужно что-то выяснить или куда-то записаться, а ведь это было сущим испытанием для его избегающей общества натуры и интровертной личности, не желавшей никого ни видеть, ни слышать. Но неожиданно новый кандидат на должность замелькал на горизонте. Тогда у Саске не было достаточно много свободного времени для собеседования в этот самый день, но претендент, назвавшийся Суйгецу, настоял на немедленной встрече. Саске предложил пересечься в кафе, в котором он планировал пообедать и затем отправиться по срочному семейному делу. В ожидании своего заказа он пил кофе и оглядывался по сторонам на открытой террасе в ожидании кандидата. Когда он уже было решил, что тот провалил первый тест, не явившись на встречу точно минута в минуту, его внимание вдруг привлёк зашедший с улицы молодой парень в тёмных очках и с повязанной на поясе кожаной курткой. Парень поправил колючие светлые волосы, почесал ногу, голодным взглядом скользнул по симпатичной официантке и ей же шепнул на ухо пару слов — видимо, не очень приличных по содержанию, если судить по тому, как та смущённо улыбнулась и поспешила удалиться восвояси. Саске на мгновение понадеялся, что это не тот самый Суйгецу, которого он ждёт. — Привет, — Саске не успел и глазом моргнуть, как этот парень уже оказался рядом с ним. — Я Суйгецу. Это ты Саске? Саске так и замер с чашкой кофе в руке, лишившись одновременно и дара речи, и всех мыслей. На фоне всех предыдущих хлюпиков, с которыми ему доводилось общаться, этот наглец выглядел весьма претенциозно и незаурядно. — Да, — Саске поставил чашку на стол. — Я уже подумал, что ты не… — Вот и отлично, — Суйгецу плюхнулся на диванчик напротив Саске, по другую сторону столика. — Слушай, мне очень нужна работа. Вот прям кровь из носу. Понимаешь? Я на всё готов. Или почти на всё. До некоторых вещей лучше не опускаться. — Понятно, — изрёк Саске с равнодушным видом, просто чтобы не молчать. Он глянул на наручные часы, чтобы убедиться, что времени у него пока было предостаточно. — Чем живёшь? Чем занимаешься? — Да ничем. Работу никак найти не могу — вот проблема! — Суйгецу снял очки и сунул их в нагрудный карман рубашки. — Везде ищут либо рабов за копейки, либо этих, которые то ли менеджеры, то ли секретарши — короче, с бумагами работают, а мне эта бумажная волокита не сдалась. Я подрабатываю то там, то тут, но на жизнь хватает впритирку, а я вон тоже хочу часы, как у тебя! — Права у тебя есть? — Саске спрятал часы под рукав пиджака. — Обижаешь! — И давно они у тебя есть? — Не так давно, если на то пошло. Пришлось сделать, чтобы курьером устроиться. А так водить я начал, когда ещё сопляком был. У друзей моих тачки имелись — вот на них я и практиковался. Я хорошо вожу. Ни одной аварии у меня не было! Я однажды даже от копов слинял дворами — они тогда меня так и не поймали! — Допустим, — Саске принял такой ответ, хоть и не был уверен в его правдивости. — Что ещё ты умеешь? — Да всё, что угодно! Готовить, стирать, убирать, даже розетку сломанную смогу починить! — Я не ищу домохозяйку. Мне нужно что-то посущественнее. — А что может быть важнее? Ну хорошо! Если тебе так важны машины, то я ещё колесо спущенное могу поменять. Как тебе такое? — Сколько будет шестнадцать процентов от ста? — Что? К чему это? — Отвечай. — Ну… Шестнадцать и будет. Что за странный вопрос? — Представь, что я каждый день буду задавать тебе такие вопросы. Справишься? — За нормальные деньги — конечно. У Саске кончились вопросы. Он мог бы поспрашивать о теории относительности или предложить разобрать и собрать карбюратор его машины, однако впервые за долгое время ему вдруг пришло в голову, что человека, соответствующего всем его требованиям, попросту не существует. — Чем болеешь? — Я здоров, как бык. Если не считать пару дырок в зубах. Надеюсь, это не критично. — Хорошо, — Саске спешно достал из кармана штанов телефон, чтобы ответить на новое сообщение от Итачи. Ему уже скоро придётся уезжать, а его заказ всё ещё не принесли. — Я устрою тебя на испытательный срок. Если всё пройдёт гладко, то тогда поговорим о долгосрочном сотрудничестве. — Ого! Так это я что, уже не безработный? — От трудоустройства до безработицы — один шаг, а я очень требовательный работодатель. Кстати, как ты относишься к алкоголю? — К этой гадости? — Суйгецу скривился так, словно ему на язык только что положили дольку лимона. — Не пью и никогда не пил. Кто вообще может добровольно в себя эту дрянь заливать? Только какие-нибудь безмозглые идиоты и неудачники! Саске, который этим вечером собирался напиться виски в любимом баре, неопределённо на него посмотрел, но ничего на это не сказал. — Знаешь, я в целом не жадный, только очень требовательный, поэтому каждую копейку тебе придётся отработать. Если мы сойдёмся характерами, то это пойдёт в плюс нам обоим, — Саске написал сумму в долларах в заметках на телефоне и показал Суйгецу экран. — Мы что, супруги, чтобы сходиться… — Суйгецу замолчал, присмотревшись к числу. — Это что, твой номер телефона? — Это твоя зарплата. — За год? — За месяц. Суйгецу переводил недоверчивый взгляд то на Саске, то на экран, будто бы пытаясь понять, затерялся где-то в числе лишний нолик или же нет. — Слушай, а ты кто вообще? — Суйгецу едва не перегнулся через стол, чтобы пристально посмотреть Саске в глаза. — Мне передали, что какому-то важному человеку нужен то ли секретарь, то ли компаньон. Ты насколько важный человек, что такими суммами разбрасываешься? — Очень важный. Для тебя это плюс или минус? — Если ты не какой-нибудь наркобарон и гроза местного криминального мира, то, думаю, ничего страшного в этом нет. Саске не стал расстраивать своего нового помощника, чтобы не отпугнуть его и не вернуться к мучительному поиску очередного кандидата. Довольно с него этой изматывающей беготни. К тому же, вот-вот придёт время зимних праздников и многочисленных семейных мероприятий, а ему очень не хотелось бы планировать и организовывать всё эту скучную дребедень в одиночку. — Идём, поговорим в машине. Мне нужны будут твои документы. Суйгецу был так рад открывшимся возможностям, что без лишних колебаний протянул Саске все оригиналы своих документов, которые имел на тот момент с собой. Самому Саске были нужны только копии для базовой проверки на адекватность в правоохранительных органах, но такой вариант ему тоже подошёл. После обеда он отвёл Суйгецу на стоянку, чтобы они могли поговорить наедине. — Ого! Это твоя тачка? — Суйгецу удивлённо осмотрел автомобиль со всех сторон и погладил трезубец Maserati на решётке радиатора. — А ты случайно не навешал мне лапши на уши? Может, ты сам мальчик на побегушках, который ищет помощника для своего отожравшегося хозяина? — Нет, случайно я бы так точно не сделал. А специально — да, — Саске снял машину с сигнализации. — Ты садиться будешь или нет? Мы можем поговорить и здесь. Мимо парковки без конца сновали прохожие — все центральные улицы города в час пик были особенно оживлёнными и многолюдными. Саске не обращал ни на кого внимания. Будучи полностью погружённым в свои мысли, он наблюдал за Суйгецу и терпеливо ждал, пока тот ею налюбуется, поэтому ничего вокруг себя не слышал и не видел. Он не заметил, как кто-то тихо и аккуратно, как мышь, подкрался к нему со спины. — И что, ты мне даже порулить дашь? — с довольным предвкушением спросил Суйгецу, сделав шаг к нему навстречу. Когда незнакомец уже протянул руки, чтобы схватить Саске за плечи, Суйгецу, отреагировав первым, как следует замахнулся и ударил того кулаком прямо по роже, да так, что под костяшками пальцев что-то хрустнуло. Саске от удивления даже отпрянул в сторону и развернулся, пытаясь понять, что к чему. — Ай! Да за что?! Больно же! — простонал Итачи, закрыв кровоточащий нос ладонями. — Я-то думал, что ты меня хоть немного любишь и не станешь ломать мне нос! — Что? — Суйгецу стушевался, поняв, что сделал что-то не то, и недоуменно посмотрел на Саске. — Мне показалось, что какой-то бродяга хотел на тебя напасть, и… — Бродяга? Я так плохо выгляжу? — Итачи достал из кармана пиджака платок и вытер кровь с лица. — Что ты тут делаешь? — Саске недовольно скривился. — Собирался меня напугать? Поделом тебе. Это мой новый помощник, и он только что исполнил мечту всей моей жизни. — Я мимо шёл, а тут ты. Вот уж не думал, что главная цель твой жизни — покалечить любимого старшего брата. — С любимым ты перегнул. Суйгецу решил больше не задавать вопросов. С таким боссом ему точно скучно не будет.