Простота Севера

— Не налегай, — ругался Леви, — еду нужно тщательно пережевывать. — Не могу, очень вкусно. Леви, как и обещал, стал готовить обед и на него. Эрвин, как и обещал, купил контейнер. Теперь они обедали вместе, попутно обсуждая работу. За несколько недель общения Эрвину удалось узнать Леви получше. Он пил только чай, но не кофе и все, что с ним связано. По чистоплотности превосходил всех его знакомых, даже клинеров, которые убирались в его квартире. Грязь и мусор были его злейшими врагами. Рабочее пространство Аккермана отличалось идеальным порядком. Ни одна лишняя бумага не валялась на столе, на каждый документ выделена своя папка. Хоть Леви и говорил, что не следит за модой, но одевался очень изысканно. Его костюмы были всегда выглажены, галстуки никогда не выбивались из общего стиля, обувь подходила к ремню. Кроме того, мужчина очень ответственно подходил к работе. Знал имена почти всех детей, инвалидов и пенсионеров Норды, на свои деньги покупал еду малоимущим, обходил неблагополучные семьи в свободное от работы время, читал лекции в школе, сам разрабатывал и печатал буклеты и брошюры. — Это впечатляюще, Леви, — похвалил его однажды Эрвин. — Пустяки, — тот лишь отмахнулся. Иногда за обедом к ним присоединялись Майк и Ханджи, правда Леви не спускал с них глаз и заставлял убирать за собой. Особенно Ханджи. Он шипел на нее, словно кот, что Эрвин находил очень даже милым. — Не хочешь пойти со мной в клуб? — в один из обедов спросил Леви и тут же добавил. — В эту пятницу там дискотека. Детям туда вход запрещен, но они все норовят пройти. Нужны наблюдатели, чтобы следить за порядком. — Конечно, — Эрвин уже некоторое время наблюдал, как его новый друг работает, — за тобой хоть на край света. Леви цокнул: — Скажешь тоже. И вообще, обед уже закончился. Иди работать. — Как прикажешь, — подмигнул Эрвин и вышел из кабинета. Пятничная дискотека начиналась в одиннадцать. В зале убрали все столы и стулья, на которых днем занимались дети, поставили несколько колонок и включили музыку. Собрались все возраста — от восемнадцати до восьмидесяти. В месте, где почти ничего нет, люди радовались любому досугу. Алкоголь по правилам был запрещен, но посетители все равно проносили то фляжки, то небольшие банки и бутылки. Наблюдатели должны были пресекать подобные факты, но смотрели сквозь пальцы, если пьющие не создавали проблем. Хоть Эрвин шел не веселиться, но все равно привел себя в порядок. Надел брюки и рубашку, верхние пуговицы которой оставил расстегнутыми. У входа ему выдали бейджик наблюдателя, который он прикрепил нагрудному карману. Леви же был в просторных брюках и водолазке. Плотно обтягивающая ткань подчеркивала его мышцы. Он сканировал зал в поисках несовершеннолетних и не сразу заметил машущего ему с другого конца зала Эрвина. — Я смотрю, ты очень ответственно относишься к этому, — пришлось подойти, чтобы сказать это. — Конечно, это же работа, — Леви пожал плечами, — ты к своей тоже ответственно относишься. Это и выделяет тебя среди многих. Твой начальник вообще хуйней страдает. — Он старается, — Эрвин попытался защитить его. Мистер Шадис приходит к одиннадцати, а в двенадцать собирается на обед. Иногда он возвращается, иногда нет. Эрвину, как его заместителю, приходится делать большую часть работы. В том числе и подписывать множество документов. В чем он старается быть осторожным. Неверный росчерк может стоить работы и не только. В дверях клуба Эрвин увидел знакомую пару — женщину, с которой познакомился в аэропорту, и ее мужа-ветеринара. Они тоже заметили его. Мужчина кивнул и отошел к своим друзьям, а его жена подошла к ним с Леви. — Здравствуйте, — ее щеки порозовели с холода, — не ожидала вас здесь увидеть, — при виде Леви тоненькая ручка спряталась за спиной, — добрый вечер, мистер Аккерман, — она выпрямилась, словно стояла в строю. — Хистория, — глаза Леви сощурились, — что ты там прячешь? Женщина покорно показала бутылку дешевого фруктового пива. — Оно слабоалкогольное, клянусь, — оправдываясь, она походила на нашкодившего ребенка перед строгим родителем, — а грудью уже кормить перестала. Мира у меня на питании. Том самом, которое вы посоветовали. Не ругайтесь сильно. Можно я к мужу пойду? — Иди, только сильно не напивайся. Иначе я к вам с проверкой с утра нагряну. Хистория убежала к мужу. Шепнула что-то ему на ухо. Он посмотрел в их сторону, также испуганно сглотнул и выпрямился. — Ты их вымуштровал, — прокомментировал Эрвин, улыбаясь и глядя на Леви, — твои подопечные? — Были ими, — он задумался, стоит ли делиться информацией о жизни чужих им людей, — к тому же молодые родители. — Молодые? — Да, Хистория с мужем лишь в этом году закончили школу. Ей в январе девятнадцать исполнится. — Неужели, — проговорил Эрвин. Ему казалось, что им давно минуло двадцать. Оказывается, они были совсем еще детьми. — Думал, они старше? — Леви глянул на него исподлобья. — Есть такое. Остаток дискотеки прошел почти без происшествий. Леви нашел в толпе парочку подростков и вывел их. Несколько женщин подходили к Эрвину, приглашали его на танец. Он вежливо отказывался, показывая бейджик наблюдателя. Они уходили разочарованные. После дискотеки наблюдателям полагалось убираться. Тогда в Леви проснулся командирский дух. Он стал командовать остальными, торопить их, доходил до ругани. Возмущенным наблюдателям не оставалось ничего, кроме подчинения приказам «маленького вредного чистоплюя». — А ты не сильно популярен, — Эрвин собрал мусор в большой полиэтиленовый мешок и поставил его перед Леви, который с засученными рукавами мыл пол. На него волком смотрело несколько человек средних лет. — Есть такое, — он не отвлекался от швабры и грязного паркета, — Эрвин, не стой на помытом, отойди. А ты, как я видел, сегодня популярен. Будь осторожнее. У Франни с бухгалтерии четверо детей, которым она старательно ищет нового папу, и очень злой бывший муж. Предыдущий хахаль остался с разбитым носом. — Буду иметь в виду. Но, боюсь, у Франни нет шансов. — Ладно, давай собираться, — Леви выглядел удовлетворенным, оглядел чистый зал и собрал наблюдателей, — спасибо, что пришли. И за ваш труд, — обратился он ко всем, — уже довольно поздно. Удачно всем добраться до дома. Кого-то нужно проводить? Почти все отказались, никому не хотелось проводить лишнюю минуту в компании Аккермана. Согласилась лишь невысокая рыжеволосая девушка. Эрвин заметил, что она убиралась усерднее других. — Здравствуйте, мы пока не знакомы, — он протянул ей руку, — я Эрвин Смит, заместитель Кита Шадиса. — А, замена Риты, — девушка осеклась, — простите. Я Петра Рал. Работаю в школе. Втроем они заперли помещение клуба, сдали ключ вахтеру и вынесли мусор. Эрвин настоял на том, чтобы вместе с Леви проводить Петру. Оказалось, что она жила достаточно далеко (по меркам Норды). — Ай, — девушка поскользнулась и упала, — простите, не заметила лед. Леви помог ей подняться, отряхнул от снега заднюю часть куртки и позволил держаться за него, пока они не дойдут. — Спасибо, — пролепетала радостная Петра, беря мужчину под руку. От Эрвина не скрылось то, что она испытывала симпатию к хмурому соцработнику. Идя позади них, он заметил, что они неплохо смотрятся. Оба невысокие, тонкие и изящные. К тому же работают с детьми, наверняка сталкиваются по работе. Идеальная пара. Эта мысль разозлила мужчину, ему не понравилось то, как Петра прижимается к Леви. — Какой предмет вы преподаете, Петра? — как бы малодушно это не было, он решил обратить на себя внимание. — Историю. И кружок рукоделия. — Здорово. Мой отец был учителем истории. Сейчас на пенсии, но иногда подрабатывает частными уроками онлайн. — Как интересно, — ответила Петра скорее из вежливости. — Он тоже в Митре? — спросил Леви. — Не совсем. У него коттедж в пригороде. Он занимается садом. — Его бы с моей мамой познакомить. А то ей не с кем обсуждать свои саженцы. Мы с дядькой в них ничего не смыслим. — Я заметил у тебя дома растения на подоконнике, — Эрвин краем глаза глянул на Петру. — Летом ей вообще крышу сносит на этой теме. Она как-то умудрилась клубнику вырастить. Чудо с нашим коротким летом. — У моей семьи тоже сад, — вставила Петра, — они живут на юге страны, выращивают овощи на продажу. Раньше присылали мне, когда почта работала. — Отсутствие почтальона — это беда, — сказал Эрвин и получил одобрительные кивки. Наконец они дошли до дома Петры — каменной многоэтажки, похожей на все остальные в Норде. Он стоял на самом краю города, уличные фонари рядом с ним не работали. Эрвин понял, почему Петра хотела, чтобы ее проводили. Ему самому было здесь не по себе. — Спасибо, что проводили. Не хотите зайти на чай, мистер Аккерман… и мистер Смит, разумеется, тоже. Предложение Петры явно предназначалось одному Леви, а Эрвину досталось лишь формально. Но он достаточно прожил, чтобы не навязываться и не быть нежеланным гостем. — Спасибо за предложение, Петра, но я, пожалуй, откажусь. И можно просто Эрвин. Девушка с большой надеждой в глазах повернулась к Леви. — Я тоже пойду домой. — Ну ладно, — прозвучало разочарованно, — спокойной ночи. Мужчины попрощались и пошли в обратную сторону. Когда они достаточно отошли, Эрвин не преминул произнести: — Беру свои слова назад. Ты довольно популярен, да? — Что? — Леви вначале не понял, — ты про Петру? Не особо. Мы пересекаемся лишь по работе. — Просто знакомых на чай не зовут. — Чушь какая. Это обычная вежливость. Я тебя тоже в гости звал. — Ну так мы друзья. К тому же ты очень добрый человек, — улыбнулся Эрвин. — Чушь какая, — его собеседник смутился. — Ты готовишь мне обед. — Тц, ты же сам сказал, что мы друзья. «Друзья, значит», — мысленно произнес Эрвин. Когда они подходили к своим домам, Леви сказал: — Не знаю, что ты там подумал, насчет Петры, но у нас с ней ничего никогда не было. У нее нет шансов. Довольная улыбка украсила лицо Эрвина. — А у кого есть, Леви? Как раз пошел снег. Белые хлопья оседали на темных волосах Леви, торчащих из-под шапки, его глаза казались почти черными. Над ними светил одинокий фонарь, вокруг не было ни души. Для романтичной атмосферы не хватало лишь мягкой музыки. Губы Леви обветрились и покраснели. Эрвин было уже собирался согреть их своими, как услышал: — Ни у кого, Эрвин. Спокойной ночи.