Простота Севера

Тяжелая металлическая дверь отворилась и громко захлопнулась, пропустив в салон холодный воздух. Малыши встревожились, Нанаба и Хистория принялись их успокаивать, стараясь не показывать свою тревогу. Эрвин глядел в окно, как Захариус переговаривался с водителями других автомобилей, попавших с ними в одну непростую ситуацию. Помимо них, в снежному плену оказались еще три машины — два внедорожника и один седан. Не в силах сидеть без дела, он направился к ним. — Дорогу замело, — сказал один из них, — грузовик мог бы пробить дорогу, наши тачки — нет. Эта новость не радовала. Погода могла улучшиться через час или через неделю. К тому моменту, как ветер стихнет и снег прекратится, от них могут остаться лишь окоченевшие трупы. К тому же здесь, на открытой местности, могут водиться голодные дикие звери, не брезгующие человечиной. «Леви будет зол, — пришло в голову Эрвина, — нельзя здесь умирать». Он стал перебирать знания о влиянии низких температур на организм, симптомах переохлаждения, способах вызова помощи. Вспомнил все буклеты, которые доводилось читать. В сумерках зажглась сигарета, добавляя яркое пятно в синюшный пейзаж. — Какого хуя? — возмутился не успевший закурить мужчина, когда у него из рук вырвали сигарету и потушили ее. Эрвин узнал его. — Из-за курения на морозе конечности становятся более уязвимыми к холоду. Кроме того, никотин способствует расширению сосудов. Все это может привести к обморожению. Никто не знает, сколько нам тут еще сидеть. Нужно беречь тепло. — Черт, ладно, — признал Зик Йегер и натянул свою балаклаву на лицо. Эрвин всем сердцем хотел связаться с Леви, сказать, что любит его, но понимал, что в данное время есть более необходимые вещи. К тому же на экране телефона светилось «нет сети». Сейчас главное — выживание. — У кого-нибудь есть спутниковый телефон? — поинтересовался он. — У меня есть, — ответил темноволосый мужчина с редкой растительностью на лице, — в машине. Он провел их к своему внедорожнику, второму в их небольшой колонне (первой была машина Зика). Внутри находились его жена и трое детей подросткового возраста. — Папка, что случилось? Мы застряли? — старший сын открыл окно и высунул голову. — Дурак, закрой окно, — в один голос велели его родители. Парень молча подчинился. Отец семейства достал из бардачка спутниковый телефон: — Ловит. Все облегченно выдохнули. Мужчина набрал номер экстренных служб. Послышались долгие гудки, после которых усталый голос ответил: — Алло. — Здравствуйте, меня зовут Конрад Спрингер. Мы застряли на маршруте Ютопия-Норда, где-то на сотом километре. Четыре автомобиля. Дорогу замело. Поднимается ветер. С нами дети. Можете выслать кого-нибудь для расчистки пути? После некоторой тишины голос на той стороне ответил: — Вас понял, завтра с утра выедут к вам. — В смысле с утра? Мы за ночь замерзнем. Я повторяю, застряли четыре автомобиля, есть маленькие дети. — Мужчина, вы время видели? — ответили на той стороне раздраженно. — Рабочий день давно закончился, все разошлись по домам. Завтра с утра первым делом выедут к вам. Мужчины от изумления потеряли дар речи. Их в лютый мороз бросили посреди неизвестности. Куда не посмотри, не было ни одного укрытия, указателя или ориентира, лишь белая пустошь. Небо окрасилось в темно-синий цвет. Если недавно еще смеркалось, то теперь уже окончательно стемнело. — Так, — нарушил тишину Эрвин, — Майк у тебя же полный бак? Хватит на ночь? — Бак-то полный, но, если будем колмотить всю ночь, не хватит. Ни у кого. — Тогда ты и Зик, начните освобождать место в фургоне. Мистер Спрингер, пусть ваши жена и дети пересядут туда. В других автомобилях есть женщины и дети? — в ответ директор школы и два молодых парня, примерно одного возраста с Хисторией, помотали головами. — Нам с вами нужно слить бензин с остальных машин. Надеюсь, у кого-то есть канистры. — У нас есть, — ответил молодой парень с веснушками — водитель седана, — и есть еще горячий чай и еда в дорогу. — Отлично, спасибо… — Марко. — Спасибо, Марко. Ты хороший парень. Конрад Спрингер пошел к своему автомобилю: — Эй, Конни, поднимай задницу, будешь любимым делом заниматься — бензин сливать. — Но, папка, ты же запретил, — парень явно недоумевал. — А сейчас разрешаю. Хоть на что-то твоя дурная привычка сгодится. Дорогая, с детьми пересядьте в тот фургон. Возьми еду и теплые вещи. Женщина с двумя младшими побежала к машине Майка. Сын Спрингера вместе с Марко и его другом успешно сливали топливо в канистры. Конрад руководил процессом с мудростью знающего человека. Эрвин предположил, что Конни мог унаследовать свое хобби от отца, но решил не задумываться об этом. — Мистер Спрингер, извините, не дадите мне позвонить? Хочу попробовать еще раз позвонить спасателям. — Да, разумеется, — мужчина протянул телефон, — но в чем толк. Сказали же, что завтра отправят людей. Эрвин, несмотря на свое желание набрать номер Леви, для начала решил дозвониться до экстренных служб. Наконец-то уже знакомый голос поднял трубку. — Я не знаю, кто ты, и чем сейчас занимаешься, — начал он, как только ему ответили. Его голос стал гораздо ниже, интонация — устрашающей, — но поднимай свой зад и отправляй сюда все машины, которые можешь. Учти этот разговор записывается, — слукавил Смит, — так же, как и прошлый. И если из-за твоей халатности умрут тринадцать человек, отвечать будешь ты. Сядешь в тюрьму. У тебя есть жена? Дети? Представь, если бы это они медленно погибали от холода. — Ты что угрожаешь мне? — голос на той стороне возмутился. — Я вообще-то должностное лицо. — А я заместитель начальника «Корпус-олово», — приукрасил Эрвин, — после гражданских исков от тебя ничего не останется. Так что отправляй за нами помощь. — Ладно, — раздраженно ответили ему и бросили трубку. Эрвин обернулся в сторону трудящихся мужчин. Ему следовало помочь им. Однако его эгоизм взял вверх, и пальцы сами набрали номер любимого. — Эрвин? — тревога звучала в голосе Леви. — Я не мог дозвониться до тебя. Кенни сказал, что дорогу замело. Как ты? Успели добраться? — Тебя услышал, и стало лучше. Мы застряли где-то на сотом километре, замело дорогу. Вызвали помощь, ждем спасателей. Сотовой сети нет, я звоню со спутникового. Не переживай, все будет хорошо. — Я… — на той стороне послышались помехи, — я попробую что-нибудь сделать. — Хорошо, люблю тебя, — сказал Эрвин прямо перед тем, как оборвалась связь. Оставалось лишь гадать, услышал Леви его слова, или нет. Молодые парни справлялись, хоть и дрожали от холода. Отец Конни видимо замерз и сел в машину. Майка и Зика на улице тоже не было. — Эй, — окликнул Эрвин Марко, — ты замерз, сядь в машину. Я здесь закончу. И скажи, чтобы кто-то сменил остальных парней. Марко пытался возражать, но быстро сдался. Даже ему хотелось поскорее отогреться. Зик и Майк, не сильно довольные, вышли из фургона. — Дозвонился до спасателей? — Да, надеюсь, достучался, но нужно будет перезвонить им еще раз. Зик Йегер недовольно бурчал: — Как же холодно, с-с-собака, — его зубы стучали друг об друга, — почему мы должны этим з-з-заниматься? Я ни разу в жизни бензин не с-с-сливал. В этом у нас Аккерман гораз-з-зд. — Меньше болтай, больше работай, — не сдержался Эрвин. — С чего ты тут рекомендовался? Мы в армии что ль? Командующим себя возомнил? — Эй, — теперь настала очередь Майка вмешаться, — не хочешь с нами, иди в свою сраную машину и мерзни там. Бензин тебе с радостью вернем. Только заливай сам. Ах да, ты же не умеешь. В темноте под балаклавой никто не видел, как лицо Зика от гнева покрылось красными пятнами. — Мы с вами в одной лодке, — Эрвин остыл, теперь в нем говорил разум, а не тоскующее по хмурому брюнету сердце, — нам жизненно необходимо держаться вместе. Работать сообща. Иначе мы все умрем. — Другими словами, — хмыкнул Зик, — обезьяны по одному слабые, обезьяны вместе сильные. Наконец, все топливо из трех автомобилей оказалось в канистрах, а канистры — в салоне фургона Майка. Люди внутри сидели практически друг на друге, родители взяли детей на руки. Младшие дети Спрингеров, уже достигшие подросткового возраста, поначалу возражали, говоря, что уже взрослые для этого. На переднем сиденье прижались к друг другу Хистория с Мирой, Эрвин и Зик. Невысокая худенькая девушка оказалась между двумя мужчинами, согревавшими их с дочерью своим теплом, но кидавшими друг на друга тяжелые взгляды. Когда бензина становилось меньше, кому-то приходилось подливать еще. Эрвин еще раз позвонил спасателям. Уже взбодрившийся голос сообщил, что машины для их спасения уже готовы, однако из-за поднявшегося ветра в данный момент не могут выдвинуться. Затем, понизив голос, попросил переговорить с «другим парнем», который разрывал его телефон и поднял на уши его начальство и угрожал всеми кругами ада. Эрвин почувствовал гордость за своего мужчину. К счастью, недостатка в еде не было. Нанаба приготовила на целую роту солдат, примерно столько же было и у Марко и его друга Жана. Эрвин вместе со всеми кушал и нахваливал, хоть и скучал по блюдам от Леви (словно не ел их меньше суток назад). — Это моя мама наготовила, — сообщил высокий парень с вытянутым лицом, — хорошо, что она поехала на вахтовом автобусе. — Прости. Если бы я не попросил составить мне компанию, ты бы не оказался в таком положении. Жан обиду на друга не держал. Оказалось, они учились в одном классе с Хисторией, а Конни был год младше и только заканчивал школу. Проголодались и младенцы. Когда Нанаба оголила грудь для кормления, все в салоне тактично отвели взгляд, кроме младшего сына Спрингеров, который глядел на это действие с огромным любопытством и тут же получил подзатыльник от старшего брата. Оказалось, что Хистория не предусмотрела возможность простоя и не приготовила дополнительной смеси, поэтому Нанаба покормила и Миру. Зик же принялся отчитывать бывшую ученицу. — Простите, мистер Йегер, — покраснела девушка от стыда. Марко с Жаном тут же принялись за нее заступаться. — У нас такая неординарная ситуация, никто не мог предусмотреть это, — добавил Эрвин. — Не такая уж и не неординарная. Лет двадцать назад в снегу застряла семья. Спутникового телефона у них с собой не было, и нашли их через неделю уже покрытых коркой льда. — Они умерли? — всхлипнула старшая дочка Майка. — Да. — Зик, — рявкнул Майк, — не травмируй моего ребенка, она не одна из твоих учениц. В итоге дети начали плакать, а за ними и младенцы. Вскоре весь фургон наполнился всхлипами и воплями, взрослые кидали суровые взгляды на директора школы. Восстановить тишину удалось с большим трудом. Эрвин залил в бак остатки бензина и еще раз позвонил спасателям. Ему сообщили, что помощь вот-вот выедет к ним. Синева неба начала светлеть. Люди в машине, осознав, что запасы топлива кончились, стали прижиматься к друг другу теснее. Старались сохранять тепло. К счастью, вскоре в горизонте появились два светящихся шара. Спасатели, наконец-то, прибыли. Эрвин, вместе с товарищами по несчастью, облегченно выдохнул. В данный момент никого не волновали автомобили, которые на время придется оставить в снегах, всем хотелось поскорее добраться до Ютопии. — Я первый, — сказал маленький седой мужчина за рулем огромного грузовика, — после меня должны были выехать остальные — за вещами и транспортом. Так что оставляйте все, кроме самого необходимого, их привезут позже. Первым делом, посадили женщин и детей. Водитель грузового автомобиля напоил их горячими напитками и раздал пледы. Когда в салон начали залезать и мужчины, оказалось, что мест на всех не хватит. Кому-то следовало остаться. Младшие дети Спрингеров вцепились в куртку отца и просили его не оставлять их. Нанаба с болью в глазах смотрела на Майка. Жан и Марко, думая, что их никто не видит, взялись за руки. — Майк, — заговорил Эрвин, — поможешь Хистории устроиться. Я останусь. Кто еще? Других желающих не было, но в конце концов вызвался Зик. — Второй транспорт будет в течение часа, — заверил их маленький седой мужчина, перед тем как уехать, оставив их.