Часть 2
30 апреля 2024 г., 00:12
После возвращения из этой судьбоносной экспедиции, Кейдж был будто привязан к Кенши верёвочкой или пристегнут наручниками, не иначе, потому что он ходил за этим слепым самураем просто повсюду, словно пёс поводырь, постоянно справлялся о его самочувствии и суетился.
— Джонни, ты же в курсе, что тебе не обязательно всё время сидеть около меня? Я в норме, правда, тебе тоже нужен отдых... В душ хотя-бы сходи ей-богу. — мило усмехнулся Такахаши.
— Уф, ладно, твоя правда, но ты всё равно от меня так просто не отделаешься, ясно? — подмигнул актёр и всё-таки удалился по своим делам.
В это время состоянием Кенши активно занимались монахи — осматривали, обрабатывали раны, подсовывали какие-то целебные отвары. Он, конечно, был безмерно благодарен за такую заботу, но при этом и от статуса "больного", "пациента" было как-то немного не по себе, Такахаши чувствовал себя не в своей тарелке. Ведь он в порядке. Жив и слава богу.
По итогу его наконец оставили одного в небольшом домике, в отдалении от других. Что-то вроде местного медпункта, как можно было предположить. Но, естественно, одиночеству было не суждено продлиться долго, и кое-кто таки помешал больному вернуться к своим не самым приятным размышлениям.
— Джонни? — произнёс Кенши, как только услышал звук открывающейся двери, и аккуратных шагов направляющихся в его сторону.
— Э-эй, как ты догадался? Ты что уже можешь узнать меня по звуку шагов?
— Нет, просто интуиция. — хмыкнул Такахаши.
— Ого, получается Сенто тебе ещё и интуицию прокачал? Во дела... — картинно вскинул брови актер.
— Хах, не жалеешь ещё, что отдал его мне просто так?
— Ни на секунду, мой друг. — твёрдо и уже более серьёзно ответил Джонни, присаживаясь на кровать рядом с Кенши. — Да и какой там просто так? Ты вообще-то мне жизнь спас, да ещё и какой ценой!.. Я считаю, что никакой волшебный меч не сможет оплатить мой долг перед тобой, правда. — Кейдж, еле касаясь, провел пальцами по бровям и вниз по скулам Кенши.
Такахаши перехватил руку актёра, опуская её и нежно придерживая:
— Прекрати, Джонни. Начнём с того, что ты не брал у меня ничего в долг, чтобы сейчас отдавать, не вини себя, прошу. В случившемся повинен только один человек — и это я. Защитить тебя было моим личным решением. И, поверь, я принял бы его ещё раз, и ещё раз при необходимости. Я ни о чем не жалею.
В воздухе повисло некоторое молчание, Джонни долго смотрел на Кенши глазами полными искреннего изумления и обожания? Он никак не ожидал такое услышать. Кажется, Кейдж вообще никогда в жизни не слышал ничего более приятного в свой адрес. Разного рода комплименты он, конечно, получал ежедневно, но это было совсем другое.
— Ты мой самый смелый и самый стойкий самурай, да? — Джонни чуть ли не светился от удовольствия, каждый раз когда произносил это. Он вновь положил ладонь на щеку самурая, слегка поглаживая область под глазницами большим пальцем.
— Кх-ах, ага... — Кенши смущённо прокашлялся, он бы сейчас, пожалуй, отвёл взгляд в сторону будь у него глаза... Ладонь Кейджа всё ещё жутко приятная, тёплая и такая нежная. — К слову... Как оно выглядит? Совсем страшно?
— Честно? Жуть полная. — прямолинейно ответил актёр.
— М-да, умеешь ты утешить...
— Ой, да ладно тебе, ты всё также остаёшься чертовски обаятельным и горячим японцем! — будучи всё ещё кристально честным, сказал Джонни и подмигнул, расплывшись в обворожительной ухмылке.
— О боже, Кейдж, прекрати. — Кенши попытался отвернуть лицо, что привело только к тому, что он ещё сильнее прильнул к ладони друга. Такахаши чувствовал, как краснеет, и краснеет с каждым словом этого бесстыдного актёра. Джонни то зрячий, это проблема.
— Оу, черт, ты так мило смущаешься! Ты бы себя сейчас видел.
— Отстань. — хмурился самурай.
— Ох, я готов заниматься этим ве-е-есь день. — продолжал свой невыносимо кокетливый напор Кейдж.
Друзья просидели так, болтая, шутя и обмениваясь двусмысленными фразочками, аж до заката, и выгнать Джонни из "палаты" больного, получилось только тем, что Кенши уже начал засыпать прямо посреди диалога. Ну да не беда, наговориться вдоволь и обсудить всё на свете они ещё успеют.
